- -
- 100%
- +
Возвращение (поэра)
I. Легенда
эта быль уже стала пылью,
то ли звездной, то ли помельче,
все вулканы тогда остыли,
а метели расправили крылья
над пустынями междуречья…
от морей-океанов остались
лишь девятого вала торосы,
да бескрайние дальние дали
снежной соли над кораблями,
на которых уж нет матросов…
все случилось закономерно,
век от века предупреждали
и синоптики, и староверы,
что на солнце растут каверны,
что течения заплутали…
охладел Гольфстрим к океану,
тот забыл о привычке суши
к ежедневным горячим ваннам,
и холодными стали диваны,
когда в трубах полопались уши…
города вымирали как мамонты,
небоскребов бивни потрескались,
даже самые стойкие скауты
тяжело, словно после нокаута,
приходили в себя – перелесками…
в подземельях искали спасения,
но хватило места немногим,
остальные в корчах мучений
замерзали, словно растения –
кто в квартирах, а кто на дороге…
II. Накануне
Ланселох размышлял о кошмаре,
о причинах его, о начале:
и ООН и ЮНЕСКО – в баню –
уж давно погрязли в обмане,
пережевывая мочало…
застекленные скользкие офисы…
слизь сочится – капли с аршин,
уж давно дожидаются описи,
пепел падает как с папиросины
с их истлевших кривых вершин…
оборонные ведомства в поиске –
найден новый партнер – ИГИЛ,
но и те проповедуют коитус,
не хотят никак успокоиться –
множат трупы, причем без могил…
все надежды только на руки,
да на головы, что еще варят…
нет на свете такой науки,
что избавила бы от разрухи
при таком мировом пожаре…
эти временные успехи
хороши до известной степени,
а потом переходят в утехи,
от которых одни прорехи
и в материи, и во времени…
к электричеству нет претензий,
вот на нем бы и остановиться…
атом был уже вне потенций,
сверх дозволенных компетенций,
нарушением, взломом границы…
III. Инстинкты
все равно, что решать уравнение
с неизвестными величинами,
тут один рецепт – упрощение,
ликвидация слишком чинных,
искажающих стройность почина…
разве этому есть прощение…
результат подгоняют к ответу –
с глаз долой «сорняки» вопросов,
но изменчива формула ветра –
новых злаков и спор подбросит,
прорастут мутанты, как тросы,
и опутают шею Федры…
так старательно выводимую
из пике тупика истории
по законам прогресса рутинно
самогонной спиралью торят
столбовую дорогу к Трое,
чтобы пепел дрожал паутиною…
повергая мир в резонанс,
шестеренками нефть качая,
словно кровь из Земли, из нас,
пятой точкой леса попирают,
доводя до границы, до края,
выпускают из шарика газ…
лейкемия сразит огонь,
оскудеют силы природы,
трон развалится – только тронь –
не равнины, а горы отходов,
вместо флоры – залежи хлора,
вместо фауны – кости и вонь…
IV. Геополитика
западней оказался Запад,
но и сам угодил в капкан,
разложения стелется запах,
перекошен, расквашен замок,
не вместивший в себя гей-канкан…
подоспели и прочие радости –
миллионов беженцев вой,
словно новый гимн толерантности
на арабском, напевно до крайности
по Европе шумит как прибой…
для придания ритмам и тактам
мелодической самобытности
драм-машина гремит терактами,
шариат расширяет страхами
горизонты, границы закрытости…
и с Востока восторгом не пахнет,
миллиарды голов нависли
со своими юанями, драхмами,
со своими охами, ахами
о российских просторах землистых…
оккупация тихой сапой
день за днем незаметна для глаза,
хитроумно с драконьим сапом,
концентрируют силы для залпа,
насыщаясь сибирским газом…
нет, не зря наш орел двуглавый,
на Восток и на Запад вперил
очень пристально очи – по самый
горизонт, где иные страны
загляделись на дивные перья…
V. Возрождение
казнь всего лишь чуть-чуть отложена,
полумесяц – взведенным курком,
и петля уж давно наброшена
на загривок орбитой непрошенной
хладнокровным немым палачом…
торопиться ему просто некуда,
любопытно же посмотреть,
как томятся в оковах рекруты,
содрогаясь от тени беркута,
проносящейся в небе, как плеть…
словно искры рефлексы сработали,
разошлись будто швы у пожара,
воют рукописи эхолотами,
или голыми рваными глотками –
осознали степень угара…
в этих топях антиутопии
уже есть кристаллы мороза,
словно ногтем кривым Мефистофель
ковыряет корявые строфы
с повседневным цинизмом прозы…
прокаженная кожа сознания
откликается вяло, поверхностно
на глубокие раны восстания
строк из мерзости замерзания
современной язвящей словесности…
возрождение – в возвращении
из цистита цитат – к истокам,
от урин-философии – к пению
своим голосом, к разумению
вместо зауми зомби-клонов…
08.01.16
Плен
когда материя расходится
по швам,
лишь дух способен залатать
прорехи,
встать на пути падения
и подобрать слова,
упавшие в разорванные
реки
брюсселей, вен, иных столиц,
пошедших по кривому
курсу,
своих привычных лиц,
пустивших реки по искусственному
руслу…
кренится Рейн и в осень погрузилась
Сена,
темнеют воды Темзы –
от измен
самим себе – в угоду мутной лунной
пене,
берущей их за горло,
словно в плен…
23.03.16
Вирус людей
из засады, из-под прикрытия
философских трактатов,
идей
о естественности кровопролития
от начала до наших
дней
разрушительный вирус
людей
прорывается в форме политики…
и насколько морально чисты
флора, фауна, своды
небесные,
ни доктрин, ни империй, ни
террора с тюремной
плесенью,
даже смерть – лишь
для равновесия,
чтобы ровными были круги,
по которым идет эволюция –
без спиралей прогресса,
и лжи,
без гражданских войн и коррупции –
обновляясь за счет
глубины,
(а не с помощью ломки межи),
презирая запалы куцые…
31.03.16
Народ
наивно нивы полагают,
что колоситься – их судьба,
чем выше рост, тем ближе к раю,
когда коса пройдет по краю,
срезая стебли на
«раз-два»!
но свято место пусто не бывает –
известный афоризм и тут
не подведет,
земля опять родит сырая
аплодисменты из-под туч, срывая,
не менее наивный
и талантливый
народ!
31.03.16
Метафизика
на встречных курсах, но
вслепую,
в согласии, но неизвестно,
с чем
идут дискуссии, и в ус
не дуют
оракулы, решая ребусы
проблем,
еще великий Аристотель
логично все по полкам
разложил,
но каждый норовит исполнить фортель,
«расширить и углубить», не жалея
жил,
но кто бы ни пытался
метафизику испортить –
им не под силу все же
изменить
ни хор небес высокий, гордый,
ни горизонта
звонкую
нить!
06.04.16
Черный список
бесконечна рутина учета,
волокитой дышит
клубок,
то поверхностен, то глубок,
кого – в глаз, кого – в лоб,
кого – в бок
тычет взгляд – до предела замотан,
не услышишь ни в жизнь
«извини» –
не до лирики в скорбных заботах,
безразлично ему даже
кто ты,
заполняет телами пустоты
черный список сырой
земли…
15.04.16
Сказки
имеют ли значения слова,
когда вокруг – безмолвие земли,
когда лишь шелест трав
диктует волю ветру,
когда так на подъем легки
и волны, и луна…
и так таинственны грибы,
чьи споры – лучшее подспорье лету…
имеют ли значения слова,
когда и так все ясно,
когда, не требуя подсказки,
на смену дням приходят ночи…
что очень странно – эти сказки
рождаются сами собою – набело,
без редактуры строчек,
без цензуры,
без человечьей свистопляски!
17.04.16
Дискобол и девушка с веслом (соцреализм)
могучий торс атлета-дискобола
упругим вдохом разгоняет
гипс руки,
но замерло движение.
Изгиб
пружинистый словно под тяжестью простора
не может завершить
почин тугой дуги…
а по соседству – девушка с веслом,
она полна достоинств,
без сомненья,
а плавность линий намекает на томленье,
но держится спортсменка
молодцом,
в глазах – покой миролюбивой дали,
просвечивает «облико
морале»,
и сразу ясно – не ударит
в грязь лицом!
21.04.16
Трещинки
словно ожог –
по воздуху пропеллер,
запел, зашелся поворот винта,
резьбу срывая, в небо сгоряча
врезается,
себя не соизмерив
с мотором ветра, с ватой облаков,
с земным упорным
тяготеньем,
отмахиваясь от размолотых
сомнений,
прокладывая просеку –
не наломать бы дров!
Как щепки разлетаются
секунды,
разбит прозрачный циферблат
пути,
и трещинки с повадкой паутин
набросились на фюзеляж
как гунны…
21.04.16
Измена!
набеги варварских племен
на дряхлый Рим не утихают,
их ярость дикая, нагая
сильна настолько, что пленен
цивилизации закон,
когда споткнулся,
отступая…
отныне – с чистого листа
придется сочинять
легенду,
как пепел небо взял в аренду,
как из-под ног ушла
земля,
река шипела как змея
на собственные берега:
«Измена!»
22.04.16
Отторжение
спешат добраться пешеходы
из точки А до точки Б,
и хипстеры, и хиппи, эмо, готы –
у каждого своя дорога
на уме,
пересечения горячих траекторий
искрят надменными насмешками
из глаз –
тут не о чем, по сути, спорить –
по виду ясно – не из нас!
прикид конкретно узнаваем –
вот бабочка, вот рубище,
вот туш…
достаточно ли веских оснований
для отторженья этих
душ?
23.04.16
Пчелиные искания
в сотах – золото пчел…
миллионы…
мед на солнце оплавлен,
горит
словно ливень плавных
ланит
лобызают даль
медальоны,
превращаясь в огненный
щит,
полыхают волной
переливы –
то багрянец, то стронций,
то кадмий
не оставят камня
на камне
от сомнений сонно-
ленивых
в торжестве пчелиных
исканий!
02.05.16
Черновики
перо кондора, без сомненья
добавит писанине
высоты –
должны, должны же буквы
почувствовать порыв
подъемной силы ветра – духа,
парящего над трещиной
ущелья,
пытаясь навести мосты
между враждующих
вершин,
склонить к согласию штыки,
предотвратить лавины
взрыв
и причесать эпох седые ледники,
пути воздушные
открыв
для переклички эха, для стихий,
рифмующих и тени,
и черты
ночных чернил – черновики!
02.05.16
Озеро Kajavalampi
сия оправа
достойна бриллианта!
В сияньи бронзовом стволы
могучих сосен
с искрами смолы,
по кратеру, в котором бьют
куранты
ключей из-под таинственной
земли,
питая озеро лесное
прохладой вод, дыханием волны,
янтарным блеском
глубины,
переливающейся под напором
зноя
в реликтовые гроты тишины…
10.05.16
Вечность
парит, паясничает ястреб
в облаках,
парит, как тень клинка
перед ударом,
таранит небо крыльев
взмах,
а клюв объят голодным
жаром,
наметил жертву зоркий
взгляд –
там на поляне у лесочка
беспечно жизненный
обряд
вершит комочек
очень сочный,
прошило небосвод
пике
со свистом, с шиком
безупречным…
зияет рана на спине…
и наступает
вечность…
12.05.16
Драконьи головы
остыло пламени
мгновенье,
на кончике немого
языка –
лишь холода застыли
звенья
в цепи натянутой
огня,
фотографически дотошно
увековечен каждый
вздох,
его изгибов, мелкой дрожи –
как будто эхо после
«Ох!»…
казалось бы, надежно
укрощен,
но почему зашевелились
губы,
и обжигающим
лучом
пошла плясать костра
заруба,
и скорчилась картинка–
еретик,
и в жалкий пепел
превратилась ересь,
но и огонь уже
затих –
драконьи головы
наелись…
13.05.16
«Аврора»
остались только ржавые
объедки
вместо днища корабля,
фантомной болью
ампутированной дали
шпангоуты объяты…
богиня утренней зари
в ночной пучине дна…
прошедшая кошмар Цусимы,
израненная, но не сдавшаяся
стать…
насколько ей теперь невыносимо
вот так –
после предательства
на мелководье в забытьи
лежать…
роняют броневые плиты
заклепки
словно слезы… лишь волна
пытается утешить – не забыты
хоть ею подвиги «Авроры»…
тишина…
17.05.16
Кости
стучат, стучат, стучат
колеса
словно квадратными корнями
невидимых, но мощных свай
вращеньем загнутых
в вопросы…
в ответ лишь искры – не зевай –
по шпалам шпарят,
жаля будто
осы,
стучат, стучат, стучат
колеса,
пожаром – сталь, поджары в талии,
поддали жару
оси –
куда-то вдаль, куда, зачем –
никто не спросит –
не до того – все озабочены лишь тем,
чтобы остались целы
кости…
19.05.16
Комар
во власти рока, под пятою
у времени, что давит
как янтарь…
прозрачный мед застыл смолою
(даже девятый вал
ее не смоет) –
черты лица – как инвентарь:
насупленные брови –
словно скобки,
за ними чуть навы-
кате – открытыми кавы-
чками – глаза,
и острый нос – дефисом четким,
и губы сомкнуты как четки
у замурованного в вечность
комара…
24.05.16
Реванш
вердикт несправедлив,
поспешен,
осталась без внимания
коллекция улик! –
жокей даже слегка опешил,
и хлыстик медленно
поник…
оправдан конь его ретивый,
хотя провинность
велика –
строптиво, нагло, нерадиво
во время скачки сбросил
седока,
среди присяжных: южный ветер,
вода, огонь и матушка
Земля,
их вывод так бесчеловечен!
Пусть маленький,
зато обидно-звонкий
реванш
Природа все-таки взяла!
26.05.16
Сверчок
взывает словно о пощаде
бессонницей измученный
сверчок,
и рад бы замолчать,
но градом,
как слезы звуки катятся…
горючий их поток
назойливо-торжественным парадом
наполнил ночь…
щелчок, еще, еще
щелчок –
взывает о пощаде одинокий
полночный полнозвучный
бич – сверчок…
03.06.16
Глухая оборона
улики неопровержимы
и отпираться смысла
нет –
ворона в поисках наживы
оставила свой черный
след –
на небосводе петли
чертит,
кружит над самой
головой,
как будто виселицу
черти,
вселившиеся
в крылья круговерти,
узрели где-то под
собой,
прозрачен воздух,
на фонарный столб
присела утомленная
ворона,
угар – на ветер,
вместе с ним – апломб…
нахохлилась…
ушла в глухую
оборону…
03.06.16
Взятки гладки
боль обожгла
игла пронзила с силой –
не так уж безобиден
пляшущий
паяц
за этой пыльной тряпкой,
боятся смерти далеко не все,
он это не учел…
почем билеты обошлись
этой элите
на представление о торжестве
кровопролитья?
Арена впитывает кляксы
на песке,
пылает солнце,
почему же стало зябко?
Сверкают молний
новые нападки…
он любит проливать чужую
кровь?
Чьи-то мучения настолько ему
сладки?
Ну, бой, так бой –
готовь бока –
с быка во гневе взятки
гладки!
05.06.16
Поэма
выхаживаешь строчку,
ублажаешь,
укачиваешь ритмами
шагов,
в ответ – как террористка
ДАИШ
в заложники берет
без лишних слов,
конвенции не действуют,
претензии – не в счет,
анархия! Нашествие!
Знамен
водоворот!
Но вот оно – знамение –
вместо песка –
трава,
достойна восхищения –
поэмой проросла!
07.06.16
Причастие беленой
незаметно, неслышно,
невнятно
мятым воздухом
по губам
проступают слова словно
пятна,
и обратно стремятся
к корням…
под покровом невспаханной
почвы
им привычнее, чем
на виду
у любителей славы
порочной,
генерирующей
пустоту…
окончания с твердым
знаком
непокорности перед
судьбой
предпочли крещение
мраком,
а не ересь вульгарной
драки
за причастие
беленой!
19.06.16
Где-то
где-то с грохотом рвутся
снаряды,
здесь пока еще
тишина,
где-то в панике мечутся
тени,
здесь вальяжно они
возлежат,
где-то солнце уходит
под землю,
здесь оно же – над
головой,
где-то с корнем вырвано
слово,
здесь ростками вступают
в бой…
19.07.16
Зеленогорское лото
песок на пляже – как модель
пустыни –
барханы морщатся – хозяйничает
зной,
даже не верится,
что все это остынет,
когда прилив навалится
плитой…
отменит пирамиды, свергнет
сфинксов,
разгладит холодом
плато,
поставит крест на пляже
иксом…
намек на децимацию
или одарит призом
Зеленогорское
лото?
29.07.16
Законов жуть
за буквой «Аз»
произрастают буки,
за ними «Веди»
норовит пуститься в пляс,
глаголет, извлекая корни,
словно звуки,
«Добро» как есть –
по всей науке,
и снова – жизнь
как в первый раз…
ориентиры светят маяками,
горят, показывая путь…
в тумане парус намокает,
в словах раз плюнуть утонуть,
если не знать законов жуть,
повелевающих ветрами…
26.08.16
Ура!
былые подвиги…
триумфов оглушительных подвиды,
конечно, не забыты,
но превратились в черствый хлеб
для гидов…
былая слава, эхо от фанфар
уже затихли,
параграфы учебников – нектар
в плавильном ненасытном
тигле…
добавить бы свершений посвежее,
не обязательно на поле
ратном,
таких, чтоб захотелось шею
и голову задрать
и прокричать «Ура!»
задорно,
троекратно!
03.09.16
Монумент (строителям заборов)
заборы,
куда ни посмотри – заборы,
скрывая то ли выход,
то ли вход,
в России до… истерик спорят
каким еще тропинкам
нужен укорот,
направо сунешься – ограда,
налево – ленточка
змеей,
а впереди безмерно рада
пресечь полиция –
стеной,
чуть зазеваешься – обратно
уже дороги тоже
нет…
после попыток многократных
замрешь…
и превратишься в монумент!
08.09.16
Огненное рыльце
у свечки заплетается язык –
то ли пьяна, то ли устала,
за праздничным столом как-то затих
внезапно разговор…
всем почему-то грустно стало,
а воск уже подсвечник затопил,
по капле в сталактиты превратился,
фитиль последней вспышкой
исчерпал свой
пыл,
поникло свечки
еще недавно
огненное рыльце…
12.09.16
Коршун
сужал, сужал круги
и сел
на ветку редкий гость –
тяжелый крупный
коршун,
казалось, что от шока
даже воздух перекошен,
а из ворон, как туча черных стрел,
изверглись карканья –
на нервный смех похожи…
объяты ужасом, но любопытство их
так липко,
что магнетически влечет
подсесть поближе – каждый сук
наперечет,
и каждая пытается играть
роль первой скрипки,
расселись словно стража,
словно тень,
а в центре коршун – неподвижен
и задумчив,
он ни вопросов, ни приказов
не озвучил,
передохнул, и даже не взглянув
на шабаш,
с тяжелым шумом улетел…
18.09.16
Явление культуры
стальная арматура
петербургского дождя
пытается пробить асфальт,
день напролет – без перекура –
блестящая по-своему стезя,
созвучная судьбе скрипучих альт,
и только так – иначе и нельзя,
расписана по нотам свыше
эта партитура,
струится ливень, голося,
не в силах сам себя услышать,
но твердо зная:
он – явление культуры!
17.10.16
Слепок
скользят, листая воздух,
крылья стрекозы –
страница за страницей
синдромом чистого листа,
с напором, с треском
вносят правку в буквари,
попробуй, разбери –
за ними шлейфом пустота…
подобной конспирации
причины неясны,
казалось бы, демонстративно,
шумно украшают небо,
но все усилия бесследны
словно сны –
не получается
с прекрасного мгновенья
сделать слепок!
22.10.16
Заветный свиток
скиты заброшены, забыты,
скрестились с соснами
давно,
в глуши пустуют среди быта
волков, медведей,
зайцев… но
всегда готовы приютить скитальцев –
новых раскольников
волну,
отвергших сталь холодных пальцев
цивилизаций, городов,
войну…
альтернатива очевидна –
припасть к истокам
бытия,
восстановить заветный свиток,
понять, где Небо,
где Земля…
30.10.16
В образе предтечи
следы цивилизаций
все-таки конечны –
итогом покорения вершин
становится синдром
кастраций,
когда на остром пике
поскользнется вечность,
падением полет свой завершив…
о возрождении не может быть и речи –
наступит ужас чистого листа
в глазах очередного
«демиурга»,
и снова в образе предтечи
природа обновляется
сама –
без помощи
бесплодного хирурга!
03.11.16
Смерть течет
войной пропитан даже воздух, речи
текут расплавленным
свинцом,
слова как пули, обливаясь желчью,
вонзаются в меня
заподлицо,
растет, темнеет паутина трещин
перед глазами, заслоняя
свет,
паук углы глумливо режет –
кроме затмения меню иного нет…
тут позавидуешь и глухонемому –
по взмаху открываю