Мыш и его Пёс

– Правильно, – закивал Чен.

– Вот вы и дождались, – проговорил Латимор.

– Как ты можешь, если я запрещаю? – всё ещё пытался образумить друга Флай.

– А вот так и могу, – ответил Шепард. – Моя родина вообще Айланорте. С чего я должен тебе подчиняться?

– Но… как же…

– Что? Уж если до конца идти, то… это скорее ты должен меня слушаться.

– Нет… Шеп…. Нет…

– Да, Мышонок. А ещё ты мне был должен за барана того, помнишь? Так что за Айнура буду драться я.

– Он убьёт тебя, – прошептал Флай.

– Ты настолько мне не доверяешь?

– Он же шпион. Его учили.

– Меня вон тоже капитан учил. И потом… правда же на моей стороне. Эй, шоно! Когда поединок-то?

– Завтра на рассвете, – перевёл Донир ответ Ундэса.

– Шепард, – позвал Латимор.

– Да, капитан?

– Нам надо с вами поговорить. И потренироваться.

– Так вы не будете на меня злиться и говорить, что я всё не так сделал?

– А смысл? – пожал плечами капитан. – Сейчас важнее попытаться сделать так, чтобы вы выжили. А вы, ваше величество, идите в свой гер и отдохните. Нам всем вставать на рассвете. Жюль, побудь с ним.

Сагдай что-то сказал Дониру.

– Он будет просить за тебя, Шепард, – объяснил помощник шамана. – Мы будем просить небесного шоно и всех духов.

– Не то чтобы я верил, но спасибо, – ответил амарго.

– Что же будет теперь? – спросила подошедшая к Флаю Джунам.

– Уйди, – резко ответил Мышонок.

– Но, ваше величество.

– Уйди! – повысил голос Флай.

– Тебе действительно лучше сейчас к нему не подходить, – сказал Жюль. Джунам молча отошла в сторону.

Жюль проводил Флая в гер и остался с ним. Стражники последовали за королём и встали снаружи.

– Зачем они? – спросил Мышонок.

– Не знаю, – ответил Жюль. – Может, Шепард их прислал.

– Лакшман убьёт его.

– Почему ты так говоришь?

– Потому что Лакшман – опытный воин. Он убил Рауля и Матеуса их же оружием. Он убил своего же товарища одним выстрелом в сердце.

– Но Шепард тоже умеет драться. Он сильный. Мы все это видели.

– Что мы видели? – Флай грустно улыбнулся. – Как он дрался с неумехой Понсом? Или как избил его потом?

– Нет. Шепард и раньше дрался. Его же за драки арестовывали. И он из всех драк выходил целёхонек. И капитан ведь учил его. Артур хорошо умеет драться. Ты Гаяша помнишь? Так вот они с Артуром на равных дрались. А Гаяш – профессиональный борец.

– Артур. Он старше и умнее.

– Ну, зачем ты так? То есть да, Артур старше и умнее… То есть я не то хотел сказать…

– Жюль. Не надо меня утешать.

С улицы послышался знакомый голос Лакшмана. Стражники явно не собирались пускать его к королю.

– Наверное, мне надо с ним поговорить, – сказал Флай.

– Ты уверен? – спросил Жюль.

– Мне даже интересно.

– Интересно?

– Что он мне скажет? Как капитан сказал или ещё что-то придумает?

Жюль только покачал головой. Флай крикнул стражникам пропустить посла. Лакшман вошёл в гер.

– У них был приказ никого не пускать, – сказал Мышонок с улыбкой. – Прости, Лакши.

– Я так и понял, – ответил посол и сел рядом.

– Вы объясните мне, в чём дело? Я так ничего и не понял.

– Тот молодой человек, Айнур, сильно оскорбил меня.

– Почему?

– Помните, я… – Лакшман осёкся, бросив взгляд на Жюля.

– Жюль, ты можешь идти, спасибо, – сказал Флай.

– Вы уверены, ваше величество?

– Да.

Жюль молча покинул гер.

– Флай, я рассказывал тебе историю из своего прошлого, – проговорил Лакшман.

– Я помню её.

– Я солгал.

– Солгал? Зачем?

– Я добивался вашей дружбы, вашего сочувствия. Мне нет прощения.

– Не понимаю.

– Вы хотели знать, почему я не желал встречи с шоносаром. Если бы я рассказал вам правду, вы, может быть, никогда не стали бы звать меня Лакши и не позволили бы называть вас Флай.

– Скажите правду сейчас.

– Скажу. В том столкновении между амма и сарби, меня не брали в плен. Схватили Айнура. Он был совсем ребёнком. Его отдали мне в услужение. Я очень хотел с ним подружиться. Айнур был таким смышлёным мальчиком. Но дружить с хозяином никак не хотел, и я могу его понять. Гимай – имя его отца. Того, кто нанёс мне ту самую рану, шрам от который ты видел. Гимай сделал это, когда пришёл забирать сына. Я и так бы его отдал, но Гимай хотел наказать меня. Но я не об этом сейчас рассказываю. Я не узнал Айнура на празднике, а он меня узнал. То, что он сказал мне… Я не осмелюсь произнести это при тебе, Флай. Айнур обвинил меня в таком, чего я не делал никогда. Но он сказал Ундэсу, что я делал это. Мне пришлось защищаться. Конечно, никто в шоносаре мне не верит. Поэтому завтра на рассвете меня ждёт поединок. Одного я не могу понять. Почему твой охранник захотел драться со мной?

– Значит, ты переврал историю, чтобы вызвать у меня сочувствие?

– Да, Флай.

– Тебе это удалось.

– Ты теперь имеешь право злиться.

– Я злюсь, Лакши. Ты мог с самого начала сказать мне правду. Я бы понял. Вы же враждовали с сарби. Ситуация была естественная.

– Прости меня, я поступил недостойно.

– Так ты не понял, почему Шепард вызвался драться с тобой? – спросил Флай.

– Нет, – покачал головой Лакшман.

– Может, потому что он знает немного больше, чем ты думаешь?

– О чём ты?

– Твой конь.

– Что мой конь?

– Он привязан к лошади того человека, который стрелял в меня.

– Я не очень понимаю, к чему ты ведёшь.

– Твой вороной и та гнедая из одной конюшни. И они ехали из Фейсалии вместе.

– С чего ты это взял, Флай?

– Мне лошади сказали. Разве Джунам не рассказывала тебе, что я понимаю зверей?

– Рассказывала, но… – Лакшман осёкся.

– Иди, Лакши. Готовься к поединку.

– Я убью Шепарда завтра, – тихо сказал посол.

– Иди.

– И нам дальше ехать вместе, Флай. Ты ведь прекрасно знаешь, что я не желаю тебе смерти. Я готов защищать тебя от всех. Готов заслонить тебя от любого оружия. Это правда.

– А потом ты подаришь меня вместе с Нэжвиллем регенту Фейсалии Алиму на блюдечке с голубой каёмочкой? Так? Иди! – Мышонок повысил голос.

– Но я действительно убью Шепарда, – проговорил Лакшман и ушёл.

– Дурак, – прошептал Флай. – Дурак. Какой же я дурак…

Он лёг на подстилку, свернулся калачиком и заплакал. Когда пришёл Шепард, Мышонок уже дремал. Амарго тихо сел рядом, но Флай всё равно проснулся.

– Спи, – сказал Шепард. – Вставать рано.

– Вы тренировались?

– Да.

– А ко мне Лакшман приходил. Он прокололся в разговоре. И я… я дурак.

– Я знаю, что ты дурак.

– Я дал ему понять, что мы всё знаем.

– Ну, может, и правильно.

– Шеп, может, убить его?

– Это я завтра утром и собираюсь сделать.

– Нет. Сейчас. Просто убить.

– Нельзя, Мышонок. Завтра поединок. Если один из нас будет убит, то сразу обвинят второго.

– И пусть! А мы уедем! Я король!

– Нет, я так не смогу. Поединок так поединок. Зря что ли меня капитан учил?

– Я не хочу…

– Мышонок, послушай меня. Это важно. Ты так сопротивляешься. Ты так настроен против нашего поединка. Но пойми ты, поединок состоится. Это уже дело решённое. И то, что ты продолжаешь упираться, мне совсем не нравится. Мне это не поможет. Когда лучший друг так… ты не веришь в меня.

– Я… – Флай заморгал, боясь, что снова сейчас заплачет.

– Не веришь?

– Верю. Я верю в тебя, Шепард. Ты мой лучший друг, как я могу в тебя не верить? Ты убьёшь Лакшмана.

– Так-то лучше, – улыбнулся амарго. – А теперь спи давай.

– Лакшман…он…

– Я его завтра убью. Ты забыл?

– Убьёшь.

Флай достал бутылочку с отваром и сделал пару глотков.

– С зельем правды не перепутай, – хмыкнул Шепард.

– Не перепутаю. Оно в пузырёчке.

– Покажи.

– Вот, – и Флай достал склянку. Шепард выхватил его из руки Мышонка. – Ты чего?

– Пусть у меня побудет.

– Зачем?

– Просто пусть хранится у меня. И всё. А теперь спи.

Флай хотел что-то сказать, но так и не осмелился.

Посреди ночи в гер заглянул Жак. Шепард спал на удивление чутко и проснулся от его шагов.

– Чего тебе? – шёпотом спросил он.

– Посол тебя боится, – с широкой улыбкой проговорил Жак.

– В каком смысле?

– Да в прямом! Он мне заплатил вот этим, – и мальчишка показал огромный сапфир, – чтобы я тебе утром подсыпал в питьё какую-то бодягу.

– Какую бодягу?

– А я почём знаю? Такую, чтобы ты ослаб, видимо.

– И где эта дрянь?

– Вот, – Жак помахал мешочком.

– Отдай сюда!

– Ещё чего! Это моё. Тебе я её не подсыплю. Но и не отдам. Вдруг мне пригодится?

– Отдай!

– Орать буду! – Жак спрятал мешочек за спиной.

– Идиот.

– Я думал, я тебя порадую. Посол тебя боится. А я думаю, что ты победишь. И убьёшь его. Всё, я пошёл, – и мальчишка убежал.

– Я всё слышал, – проговорил Флай.

– Вот зачем пацану эта дрянь?

– А зачем тебе яд?

– Спи.

Мышонку удалось немного поспать, Шепард разбудил его, когда уже начало светать.

– Доброе утро! – Флай улыбнулся. – Там хорошая погода, да?

– Да, – кивнул амарго. – Шаман наколдовал, наверное.

– Точно, – Мышонок продолжал улыбаться.

Шепарду нравилось видеть его улыбающимся, а не таким, каким он был вчера, но амарго боялся, что это всё напускное. Вернее, он был в этом уверен. В гер заглянул капитан.

– Доброе утро, ваше величество, – проговорил он. – Шепард, могу я с вами поговорить?

– Доброе, капитан, – отозвался Флай. – Вы не при мне будете с ним говорить? Это о поединке?

– Могу и при вас. Я уточнил. Как я и предполагал, биться вы будете на саблях, но есть небольшое дополнение. В вашу пользу. Если вам всё-таки удастся выбить оружие у него из руки, вы сможете продолжить драться как борец. В шоносаре ценят именно такую борьбу. Она очень похожа на ту, в какой мы с вами практиковались. Для того чтобы продолжить борьбу без оружия, вам нужно, как я уже сказал, лишить вашего противника сабли, а затем отбросить свою в сторону. Если вы этого не сделаете, у вашего противника будет шанс вернуть саблю. Зная его опыт, он может это сделать до того, как вы нанесёте ему решающий удар. Но решать вам.

– Я понял, – ответил Шепард. – Давайте завтракать. Не люблю драться на голодный желудок.

Поединок должен был состояться на той же поляне, где вчера был праздник. Когда Флай пришёл туда, там уже собрались воины. Ундэс появился почти одновременно с Мышонком и рукой поманил его к себе. Для шоно и короля принесли плетёную подстилку и уложили на землю. Флай и Ундэс опустились на неё. В центр поляны вышли Шепард и Лакшман, оба раздетые по пояс. Один из воинов подал им сабли. Флай подумал, что Чен, возможно, никогда в жизни не дрался на саблях или мечах, однако амарго взял оружие довольно уверенно. Шоно махнул рукой, показывая, что поединок начат. Рядом с Флаем сели Латимор и Жюль. Чуть поодаль прямо на землю плюхнулся Жак. Сагдай и Донир стояли в стороне. Шаман выглядел очень уставшим. На нём было меховое одеяние, а на лице были какие-то тёмные разводы. В руках у Донира был бубен.

Флай перевёл взгляд в центр поляны. Никто из противников не спешил нападать. Они словно примеривались и оценивали друг друга. Шепард не выдержал первым и сделал выпад. Лакшман с улыбкой отразил его и тут же нанёс удар, ранив своего противника в левую руку. Флай закрыл рот ладошкой, сдерживая крик.

– Обезоружить – это ведь очень трудно, так? – шёпотом спросил Мышонок Латимора.

– Да, – коротко ответил тот.

– И у Шепарда не получится?

– Не думаю, что господин посол ждёт от Шепарда именно этого. Он думает, что ваш друг будет нападать на него с целью ранить. Господин Лакшман хочет, чтобы Шепард выдохся и ушёл в защиту, которую он сумеет пробить благодаря своему опыту. Господин Лакшман считает, что бой продлится совсем недолго. Боюсь, он мог бы убить Шепарда сразу же, но он хочет, чтобы для всех это выглядело как честный поединок. Настоящий поединок, а не бой профессионального убийцы с новичком. Для Шепарда важнее всего признать превосходство его противника. Только тогда у него есть шансы на то, чтобы выжить.

Между тем, Лакшман действительно показывал себя как опытный фехтовальщик, но Шепард демонстрировал завидную ловкость и скорость. Флаю даже в какой-то момент показалось, что Лакшман был удивлён. Шепард всё-таки пропустил ещё один удар в бедро, но вместо того чтобы остановиться, он нанёс совершенно неожиданный удар по правой руке противника, а затем, не обращая внимания на усилившееся кровотечение, вдруг схватил Лакшмана за раненную руку и изо всех сих сжал её рядом с тем местом, где и была та самая, пусть неглубокая рана. От неожиданности Лакшман разжал пальцы, и Шепард внезапно отбросил свою саблю и схватился правой рукой за оружие противника, вырывая его.

– Что он творит… – пробормотал Латимор.

Шепарду удалось то, что он задумал: Лакшман теперь был без оружия. Только у посла было всего лишь небольшое ранение, а у Шепарда кровоточила рана на бедре, его левая рука была ранена ещё в самом начале, но явно не очень сильно, а теперь же ещё и кисть его правой руки была вся в крови.

– Теперь они будут драться как борцы? – тихо спросил Флай.

– Да, – кивнул капитан.

Лакшману тоже объяснили правила поединка, поэтому он не попытался вернуть себе оружие, а моментально принял боевую стойку.

– Разве Шепард сможет продолжать с таким ранением? – спросил Мышонок.

– Смотрите сами, – ответил Латимор.

Чен не стал ждать, время явно было не в его пользу. Он набросился на Лакшмана с плохо скрываемой яростью. Посол сделал еле заметное движение, и Шепард оказался на земле. Лакшман навалился сверху, прижимая руки амарго и не давая ему пошевелиться.

– Я имею право это остановить? – дрожащим голосом спросил Флай.

– Да, – кивнул капитан. – Но если вы это сделаете прямо сейчас, то победа будет за послом.

– Но если я этого не сделаю, он убьёт Шепарда!

– Шепард пока не мёртв, ваше величество.

Чен попытался вырваться из захвата, но у него не вышло. Тогда он резко ударил Лакшмана в лицо лбом. Посол ослабил хватку, и Шепард освободился. Оба по-прежнему были на земле. Чен попробовал сделать то же самое, что только что проделал с ним его противник, но Лакшман не дал схватить себя, однако в попытке избавиться от возможного захвата пропустил удар, который Шепард нанёс ему совершенно внезапно. В шею под подбородком. Лакшман задохнулся и упал. Шепард ударил его снова, на этот раз по лицу. И посол вдруг перестал сопротивляться. Чен снова ударил – Лакшман не двигался. Сидевший рядом с Флаем Ундэс поднял руку и что-то сказал.

– Поединок окончен! – радостно закричал Жюль. – Шепард победил!

Поражение Лакшмана стало радостью для всего шоносара. Мужчины закричали и бросились к Шепарду, но амарго с трудом мог пережить даже простые дружеские объятья. Сарби потребовали лекаря и срочно, и Жюль побежал к Шепарду.

– А что с Лакшманом? – плохо соображая, спросил Флай.

– Не знаю, – ответил Латимор. – Могу лишь предположить, что один из ударов Шепарда оказался сильнее, чем его противник мог ожидать. Я пойду посмотрю.

– Ваше величество, – зашептал Жак, подползая сзади. – Помните ту штуковину?

– Какую штуковину?

– Ну, ночью я приходил. Вы же слышали, да?

– Слышал.

– Так вот я её самому послу.

– Что?

– Я её послу. Понимаете? – и Жак довольно подмигнул.

– Не говори никому! – Флай огляделся по сторонам. – Никому, слышишь? И Шепарду даже не говори! Я приказываю тебе!

– Не скажу, не дурак, – улыбнулся мальчишка.

– Я награжу тебя.

– Не надо, ваше величество. Мне же посол сапфир дал.

Флай достал из кармана бутылочку с отваром, сделал несколько глотков, затем поднялся и зашагал к толпе, окружавшей Шепарда и Жюля. Воины расступились, пропуская короля. Увидев Флая, Жюль заговорил:

– Его в гер надо, а эти столпились тут. Я не могу так.

Флай посмотрел на Шепарда. Он полулежал на земле, а Жюль кое-как пытался перевязать ему раны. Заметив Мышонка, Чен улыбнулся.

– Вот видишь, – проговорил он. – А ты не верил.

– Я верил, – ответил Флай. – Я больше всех верил.

– Спасибо, Мышонок. Скажи, я убил его?

– Я не знаю. Капитан пошёл к нему.

– Меня кто-нибудь слушает вообще? – возмутился Жюль.

– Шеп, тебя надо перенести в гер, – сказал Флай.

– Я сам могу ходить, – ответил Шепард и действительно поднялся. Жюль снова начал возмущаться, и они вдвоём с Флаем помогли амарго дойти до королевского гера. Причём дорогу помнил только Шепард, который, несмотря на боль, смеялся над заплутавшими друзьями.

Вскоре в гер заглянул Латимор.

– Я убил его? – с надеждой в голосе спросил Шепард, приподнявшись на локтях.

– Да, – кивнул капитан. – Убили.

Чен откинулся назад, улыбнулся и закрыл глаза.

– Не понимаю, как вам это удалось, – сказал Латимор, – но вы сделали это.

– Теперь всё закончится, да? – спросил Флай.

– Может быть, теперь всё только начнётся, – ответил капитан.

– Не пугайте Мышонка, – сказал Шепард.

– А что мне теперь делать? Я должен что-то делать? – снова задал вопрос Флай.

– Нет, – покачал головой Латимор. – Шоно отправит гонца в Фейсалию. Это ведь по закону шоносара был устроен поединок, а Шепард бился за Айнура. Скажите лучше, ваше величество, что вы намерены делать с Джунам.

– А я должен с ней что-то сделать?

– Это я у вас спрашиваю. Я не знаю. Она ваша наложница.

– Лакшман вчера проговорился случайно, что она ему всё рассказывала.

– Так что вы намерены делать?

– Я поговорю с ней, – ответил Флай. – Напрямую. Хочу узнать, что она скажет.

Закончив обрабатывать раны, Жюль потребовал от Шепарда, чтобы тот лежал и не двигался, и ушёл вместе с капитаном.

– Хоть ты скажи мне, что всё закончилось, – проговорил Флай.

– Закончилось, – улыбнулся Шепард. – Я сказал тебе, что убью его, и я убил. Так что мы можем хоть сейчас отправляться в Серес.

– Какой Серес, ты что? Слышал, что Жюль сказал? Тебе нельзя двигаться. Да и шоно же приглашал меня задержаться. Побудем тут ещё несколько дней.

– Ну, раз шоно приглашал… Ладно.

– Ты когда-нибудь раньше фехтовал?

– Да.

– Да? – Флай удивился.

– Только это было не всерьёз.

– Как это?

– У меня был друг. Давно. Очень давно. Мы пацанами были. Я подрабатывал в городе, за всё брался. Вот тогда как раз был курьером. А Майк был уличным артистом. Он выступал со своей собакой, Диной. Умная была псина. Я с ней тоже дружил. Будто бы даже понимал её. Ну, вот у Майка был старший брат. Взрослый совсем. Он тоже был артистом, только показывал всякие штуки с рапирой. И мы с ним фехтовали. Что я мог, пацан? А брат, конечно, не в полную силу. Вот собственно и всё моё фехтование. Я на ножах умею.

– А где они сейчас?

– Не знаю, где брат, а Майк погиб.

– Как?

– Его избили до смерти. Деньги отбирали. И собаку побили. Меня рядом не было. На него и раньше нападали, но мы с его братом были рядом и помогали. Я сам отбил его даже как-то. Но в тот день я работал.

– Так разве они с братом не вместе выступали?

– Нет. Всегда в разных местах. Считали, что так больше денег заработают. Ну вот. Заработали.

– Мне очень жаль, Шеп. А собачка?

– Брат забрал. Ну, а я потом бросил всё. Увидел объявление, что моряки нужны, и рванул в порт. Дальше ты знаешь.