Вереск и Полынь
- -
- 100%
- +
Юстас опустился в мягкое кресло в уютной спальне хозяйки дома, и на него вдруг впервые за вечер буквально накатило волнение за брата. А что если та женщина из магазина и была настоящим маньяком? Конечно, Эриш был сильным мужчиной и к тому же, обладал гипнозом, но психически нездоровые люди часто бывают непредсказуемы, это он знал по себе. А ещё они подчас обладают невероятной силой, которую от них никто не ожидает, особенно во время приступа. Юстас налил себе вина, которое вместе с бокалами обнаружилось на прикроватной тумбочке, и попытался расслабиться. Если уж ввязался в эту историю с Каролиной, надо было оставаться до конца. То есть до утра, если девушка пожелает.
Юстас привык никогда не забываться, даже когда ситуация была располагающей к тому, чтобы окончательно расслабиться, поэтому странный шум за окном не мог не привлечь его внимания. Рука сама потянулась к оставленному на тумбочке пистолету. Эскот не всегда брал его с собой, предпочитая оружие иного рода, но в Айланорте револьверы, а затем пистолеты прочно вошли в жизнь даже обычных горожан. Разрешение на ношение оружия получить было не так трудно, а Юстасу оно и не требовалось.
Каролина испуганно взвизгнула, но Эскот улыбнулся и приложил палец к губам. Затем он осторожно выбрался из-под одеяла и тихо поднялся. Шорохи за окном не прекращались. Резким движением Юстас открыл окно нараспашку, буквально взлетел на подоконник и направил свой пистолет на человека, барахтающегося между карнизом и раскидистым вязом. Им оказался один из тех фотографов, что были в «Быстром орле».
– Чудесная ночь, не правда ли? – заговорил Эскот.
– Что? – подал голос фотограф, которому удалось наконец встать более-менее ровно.
– Ночь, говорю, чудесная. Лунная. Если я кого-нибудь убью в такую, меня признают невменяемым.
– Убьёте?
– Тебя, например. Знаешь закон Айланорте? Проникновение в частную собственность, статья 139. Возможно, даже если я тебя застрелю, это примут за необходимую самооборону. Мол, грабителя убил. А Каролина всё подтвердит. Правда, детка?
Салим издала какой-то невнятный писк.
– Я не грабитель, – проговорил фотограф.
– Это в суде будут разбираться, только ты об этом уже не узнаешь.
– Почему?
– Потому что будешь лежать в холодильнике. Если хочешь этого избежать, кидай сюда фотоаппарат!
– Я не могу…
– Дело твоё, – Юстас взвёл курок.
– Там снимки из ресторана!
– А сейчас успел что-то сфотографировать?
– Нет, клянусь!
– Значит, так. Если ты меня обманул, то холодильник тебя ждёт. Причём весь сыск Айланорте будет гадать, от чего это мужчина в самом расцвете сил вдруг так скоропостижно отправился к праотцам.
– Значит, я могу идти? – с надеждой в голосе спросил фотограф.
– Можешь, – кивнул Юстас и, прежде чем убрать пистолет, снова направил его на мужчину и произнёс: – Бах!
Фотограф с громким треском веток свалился на землю.
– Как неловко получилось, – проговорил Эскот и под удивлённым взглядом Каролины вышел на карниз, перепрыгнул на дерево и спустился вниз. Фотограф был жив и даже почти цел.
– Ты женат? – ощупывая его ушибы, спросил Юстас.
– Что? Нет.
– Тогда до свадьбы заживёт. Так в Яссе, кажется, говорят.
– Мне кажется, я что-то себе сломал, – простонал мужчина.
– Когда кажется, к психиатру ходят. Ничего ты не сломал. Идём в дом, обработаю тебе твои ссадины.
– А ты доктор?
– Какой же ты журналист, если не знаешь? Я потомственный знахарь. Мой девиз: сам покалечу, сам вылечу. Пошли.
Юстас помог фотографу подняться, довёл его до входной двери, а сам отлучился к машине и забрал оттуда свою знахарскую сумку, которую Эскот всегда возил с собой.
– Надеюсь, свидание братца проходит чуть менее весело, – пробормотал он.
Лия интересно рассказывала о разных сортах винограда и об истории виноделия. Эриш и не подозревал, что его новая знакомая окажется таким увлечённым человеком.
– Знаешь, какое самое древнее свидетельство существования вина? – спросила Лия.
– Это что-то с юга Нэжвилля или из Фейсалии?
– Не угадал, это было в Сересе. Скорее всего, виноград в нём был смешан с рисовым пивом.
– А я слышал, что древние норты разбавляли вино водой, – вспомнил Эриш рассказы дедушки Фила.
– Да, так и было. Пить неразбавленное вино считалось варварством. Ты знаешь легенду появления вина в Фейсалии?
– Нет. Расскажешь?
– Один древний фейсальский царь, отдыхая в тени шатра, наблюдал за тренировкой своих лучников. Но вдруг его внимание отвлекла схватка птицы со змеёй. Птица уже была близка к гибели, и царь приказал лучникам убить змею. Выбравшись из её хватки, птица подлетела к своему спасителю, и из её клюва выпало несколько зёрнышек. Позже они проросли и стали первой виноградной лозой в Фейсалии. Царь полюбил пить сок из плодов лозы, но однажды ему принесли чуть скисший напиток, и он приказал унести его подальше. Про сосуд с соком совсем позабыли, пока любимая рабыня царя, мучаясь сильными болями, не приняла его за яд и не решила принять смерть. Вот только девушка не умерла, а крепко уснула и, проснувшись, оказалась полностью здоровой. С тех пор перебродивший виноградный сок был прозван царским лекарством.
– Неплохое оправдание любви к вину, – улыбнулся Эриш.
– Я понимаю, на что ты намекаешь, но разве лекарство не нужно принимать в строго определённой дозировке? Так и с вином.
– Справедливо.
Вдруг взгляд Лии устремился к входной двери, а затем она схватила со столика меню и спрятала в нём лицо.
– Что-то не так? – поинтересовался Эриш.
– Там мой муж, – прошептала Лия.
Не что чтобы Эскот был удивлён. Он обернулся на дверь и увидел вошедших мужчин, один из которых, очевидно, и был супругом Агни. Оказалось, что для них был зарезервирован столик у стены.
– Мы можем попробовать незаметно уйти, – предложил Эриш.
Лия всё ещё пряталась за меню, когда Эскот вдруг вспомнил, что видел одного из этих мужчин вчера в «Сполохе».
– А который из них твой муж? – спросил Эриш.
– Высокий плотный шатен, – ответила Лия.
– Кто это с ним, не знаешь?
– Коллега. Думаю, у них деловой ужин.
– Чем же занимается твой муж, что даже в пятницу вечером его не отпускает работа?
– Он заместитель директора игрушечной фабрики. А коллега занимается рекламой. Давай уйдём, Эриш. Пока к ним официант подошёл.
– Иди к машине, я расплачусь и подойду.
Когда всё ещё взволнованная Лия уже сидела в автомобиле Эскота, он спросил:
– Должно быть, ты нечасто оказываешься в подобных ситуациях?
– Первый раз. Веришь?
– Верю.
– Отвези меня домой, пожалуйста.
Эриш молча повернул ключ зажигания. На прощание Лия поцеловала Эскота и протянула ему свою визитку.
– Я хочу, чтобы ты позвонил мне, – сказала она, выходя из машины. Эриш улыбнулся в ответ, но мысли его почему-то продолжали возвращаться к её мужу и его коллеге. Эскот сам не понимал, что именно его так зацепило, но внутри его головы словно кто-то включил сигнал тревоги. Решив обязательно узнать о фабрике игрушек и её сотрудниках поподробнее, Эриш поехал домой.
III
Эриш не любил клинику для душевнобольных, потому что она напоминала ему о тех проблемах, которые были у его брата. Он слишком хорошо помнил, с чего всё началось, хотя с тех прошло уже десять лет. Отбросив воспоминания, Эскот оставил оружие охраннику на входе и поднялся к доктору Торесу. Он предупредил о своём визите, поэтому доктор уже ждал его.
– Полагаю, я уже знаю о цели нашей встречи, – пожав сыщику руку, заговорил Торес.
– У вас побывал мой кузен?
– Верно.
– С тех пор как мне передали это дело, Юстас пребывает в состоянии паники. Он возомнил себя следующей жертвой.
– Надеюсь, я сумел его успокоить.
– Но я пришёл говорить не о кузене, а о его страхах. Меня интересует, есть ли среди клиентов клиники кто-то, кто мог бы совершить эти убийства.
– Вы же понимаете, что я не имею права разглашать историю болезни?
– А вы же понимаете, что речь идёт о двух трупах? Мы как раз в ожидании третьего. Вы кем хотите стать: свидетелем или обвиняемым?
– Среди пациентов клиники есть одна девушка, которая после изнасилования не обратилась в сыск, а решила отомстить своему мучителю. Она усыпила его и оскопила. Пройдя медицинское освидетельствование, девушка попала к нам. И клинику она не покидала.
– А есть кто-то, не находящийся в клинике, но посещающий ваших специалистов или состоящий на учёте?
– Вы знаете, – доктор задумался, – пожалуй, есть. – Некоторое время назад к нам обратилась Сара Кей. Её воспитывали в очень строгой и консервативной семье и выдали замуж, едва ей исполнилось шестнадцать. Муж был жесток и требователен к ней, но Сара боялась его ослушаться. Переломным моментом в её жизни стал несчастный случай, унесший жизни её родителей. После него Сара вдруг сама подала на развод, а, получив его, начала ходить на свидания с разными мужчинами, но ничего не приносило ей счастья, о котором она мечтала. Во сне её начали преследовать кошмары, в которых она убивала бывшего мужа. И вот тогда Сара решила обратиться к нам.
– Вы ей помогли?
– Терапия продолжается.
– Мне нужен её адрес.
– Я дам вам его, но прошу вас, не испортите ничего.
– Сара поддаётся гипнозу?
– Почему вы об этом спрашиваете?
– Ответьте на вопрос, пожалуйста.
– Я не знаю, к ней не применяли гипнотерапию.
– Тогда жду её адрес.
Эриш застал Сару дома и не стал её обманывать, представляясь кем-то другим. Сейчас эта молодая женщина вовсе не была похожа на жертву домашнего насилия, такой уверенной в себе она выглядела.
– Мне нужен ваш совет, – проговорил Эскот.
– Чем же я могу помощь сыщику? – удивилась Сара.
– Вашим жизненным опытом. Мы ищем преступника, возможно, женщину, которая убивает мужчин.
– А с чего вы взяли, что я в этом что-то понимаю?
– Но вы же понимаете.
– Я дам вам свою рукопись. Надеюсь, после этого вы от меня отстанете.
– Рукопись?
– Я решила написать книгу, издатель уже её одобрил. Вы станете одним из первых моих читателей. Вся моя ненависть к насилию над человеком описана в ней.
Девушка удалилась в комнату и быстро вернулась с пухлой папкой, на которой было написано: «Я не вещь» Сара Кей.
– Прошу вернуть не позднее, чем через три дня. Это моя личная копия.
Кивнув, Эриш встретился с ней взглядом, но наткнулся на мощную волну сопротивления. Сара не поддавалась гипнозу. Взяв рукопись, Эскот попрощался с начинающей писательницей и покинул её квартиру.
Небрежно бросив папку на соседнее сиденье, Эриш сел за руль и задумался о том, куда ехать дальше. Ему начинало казаться, что убийца где-то совсем рядом, стоит только протянуть руку, но Эскот никак не мог его ухватить. Он всё ещё не понимал, почему мысленно возвращался к фабрике игрушек, но знал, что зацепка была именно там. Никакой официальной причины ехать туда у Эриша не было, поэтому нужно было импровизировать, как любит его братец.
Здание фабрики по производству игрушек под названием «Сказка» располагалось в заводском районе Айланорте. Оставив машину на стоянке, Эриш зашагал к дверям и, проходя мимо мусорных контейнеров, остановился, словно увидел картинку из какой-то страшилки. Из контейнеров торчали головы без туловища, некоторые с глазами, а некоторые без, и эти пустые глазницы пугали ещё сильнее. Эскот видел, что это лишь куклы и, скорее всего, выбросили брак, но почему-то выглядело это крайне неприятно. Он вспомнил, как в детстве ему попалась старая книжка со страшными историями, которые любила тётя Шушаник, мама Юстаса. Один рассказ был как раз про куклу, которая оживала по ночам и убивала своих хозяев. Конечно, Эриш ничего не боялся, ну, кроме огромных пауков, но об этом, кроме братца, никто не знал. Кукол он тоже испугаться никак не мог, поэтому Эскот смело зашёл в здание фабрики.
Охранником на входе оказался амарго из Тиеры, который сразу же узнал Эриша.
– Ты же был главным судьёй! – радостно воскликнул он. Да, в биографии Эскота был такой момент, когда его избрали главным судьёй Тиеры, исторического поселения амаргов. Но было это исключительно ради расследования, которым они тогда занимались совместно с телохранителем принца Нэжвилля и Шоносара Феликсом. Дело касалось жизни Шелдона и правопорядка в Айланорте.
– Был, – кивнул Эриш.
– Знаешь, сами небеса привели тебя сюда, – проговорил охранник, и Эскот понял, что до руководства фабрики вряд ли сегодня доберётся. – Мне нужна твоя помощь, – продолжал амарго.
– Почему же ты не обратился к нынешнему главному судье? – ухватился за последний шанс Эриш.
– Ахоут – очень хороший человек, но он, несмотря на свою мягкость, очень, как бы это сказать, стоит за традиции.
– Что же у тебя за проблема?
– У меня роман с замужней дамой. Её супруг узнал об этом и начал меня изводить.
– Каким образом?
– Он работает в террариуме. А я жуть как боюсь всяких тварей. Ничего не боюсь, а вот змей там, пауков… брр. И он начал мне их подкидывать. То домой, то на работу… Я не знаю, что делать. Он не успокаивается.
– А жена его кто? – вздохнул Эриш.
– Она здесь работает в отделе рекламы.
– Это заразно, что ли?
– Что? – не понял охранник.
– Постараюсь тебе помочь. Как их зовут?
– Одри и Ронан Трой.
– Слушай, а ты не пробовал с ней расстаться? Может, это решило бы все проблемы?
– Не решило бы. И не хочу я с ней расставаться.
– А разводиться они не думают?
– Они не хотят делить имущество. И вообще там всё сложно, – охранник махнул рукой.
– Послушай, если бы я был главным судьёй, я бы сказал тебе то же самое, что и он.
– Эриш, ты же сыщик. То, что делает этот псих, преследуется по закону, разве не так?
– То, что делаешь ты, называется манипуляция. Мой кузен в этом большой спец. Но ты прав. Другое дело, что это всего лишь мелкое хулиганство. Он отделается штрафом.
– Пусть штрафом! Надо его хоть как-то наказать.
– И почему ты в сыск с этим не пошёл?
– Чтобы там надо мной поржали?
– То есть ты не думал, что я тоже поржу?
– Да я как-то вообще не видел тебя смеющимся, пока ты в Тиере был. Не похож ты на весельчака.
По всему зданию фабрики вдруг раздался громкий гудок.
– Время обеда! – обрадовался охранник и полез в стол за пакетом с бутербродами.
– Одри пойдёт обедать? – поинтересовался Эриш.
– А как же.
– Покажешь?
Охранник кивнул. Среди всей толпы работников фабрики Эскот почему-то не видел того мужчину, который ужинал с мужем Лии в «Голубой агаве», а вот Одри появилась одной из последних. Она действительно была привлекательной, и Эриш понял, почему из-за неё развернулись такие нешуточные баталии с применением тяжёлых орудий в виде пауков и змей. Подмигнув охраннику, она вышла на улицу, и Эскот последовал за ней. Одри села в машину, Эриш быстро вернулся к своей и поехал за девушкой. К его огромному удивлению, она выбрала для обеда не самое близкое к фабрике заведение, а направилась в тот самый «Сполох». Можно было, конечно, предположить, что о нём ей рассказал коллега, которого Эскот там видел. Догадка Эриша оказалась верной. Он узнал об этом, когда зашёл в кафе и подсел к Одри. Девушка сама рассказала ему, что пришла сюда впервые по рекомендации своего коллеги Вилмера.
– Вы разбираетесь в кухне инуа? – спросила Одри.
– Я наполовину инуа, – улыбнулся Эриш.
– Ой, как интересно! Может, что-то посоветуете?
– Вы любите мясо? Если да, то берите любое мясное блюдо, не бойтесь. Если же хотите попробовать действительно что-то необычное, то рекомендую ещё мороженое.
– Я с удовольствием!
– А что же ваш коллега? Посоветовал вам кафе, а сам с вами не пошёл.
– Он вообще сегодня не пришёл на работу. У него дочка приехала буквально на пару дней, вот он и взял отгул.
– А где живёт его дочка?
– Она работает на Халеакале в отеле и время от времени приезжает к отцу. Они очень привязаны друг к другу, и Вилмер всегда переживает, что она так далеко. Он один её растил, представляете? Мама умерла при родах. Ну, то есть не один, конечно, ему помогала бабушка. Его тёща. Но она не так давно умерла, и вот тогда дочка и устроилась на работу в отель.
– Горничной?
– Нет, кажется, она работает за стойкой и занимается заселением гостей.
– Я вижу у вас кольцо, – Эриш вспомнил о бедном охраннике. – Вы замужем?
– Да, – улыбнулась Одри.
– Как жаль. И кто же этот счастливчик?
– Вы были в зоопарке?
– Конечно. Только не говорите, что держите его там в клетке.
– Нет, – рассмеялась девушка. – Мой муж заведует там террариумом.
– Какое разнообразие вкусов у вашего супруга.
– Между прочим, я считаю змей очень красивыми.
– Вы опасная женщина.
– Эриш, вы так смотрите, что я могу и забыться.
– Может, я этого и добиваюсь? – проговорил Эскот, а сам подумал: «И куда ты лезешь? Тоже хочешь пауков в постель? Мало тебе угроз Оцелота?»
– Вы тоже опасный мужчина.
– Надо с этим заканчивать, – мысленно сказал себе Эриш. Его слишком сильно заинтересовал коллега Одри, а ему ещё надо было разобраться с её мужем. Сославшись на то, что ему нужно было бежать на работу, Эриш оставил Одри в кафе, а сам поехал в зоопарк. Идти в террариум ему не очень хотелось. К змеям Эскот был совершенно равнодушен, как и ко всяким там игуанам, но вот те самые пауки, которых почему-то излюбленно держали по соседству, его несколько напрягали.
Сразу представившись сотруднику на входе, Эриш спросил Ронана Троя. Оказалось, что в данный момент он занимался кормлением корма. Эскот даже хотел переспросить, но решил, что на месте разберётся. Заведующий террариумом с довольным видом кормил огромных фейсальских тараканов, по крайней мере именно так было написано на их жилище, капустными листьями и варёной кукурузой.
– Добрый день, сыск Айланорте, – заговорил Эриш.
– Добрый! Чем могу помочь доблестным стражам правопорядка? – не отрываясь от своего занятия, поинтересовался Трой.
– Говорят, вы на досуге хулиганите.
– Это кто же говорит?
– Пауки и змеи на вас жаловались, что вы их таскаете не пойми куда и не пойми зачем.
– Вы серьёзно? – Трой закрыл крышку террариума и с удивлением уставился на Эриша.
– Абсолютно. Буквально сегодня с утра пришла змея и накатала жалобу.
– Вы точно ничего не употребляете, господин сыщик?
– Вот смотрите. Если вас привлечь за мелкое хулиганство, то там штраф и максимум пятнадцать суток ареста. Но если же мы рассмотрим ваше правонарушение как жестокое обращение с животными, то это уже уголовная статья, а там аж до года лишения свободы. Вот и думайте.
– Да вам нечего мне предъявить!
– Кстати, я сегодня обедал с вашей супругой Одри.
– Что?
– Огненная женщина.
– Да как вы смеете! Да я…
– Нападение на сотрудника сыска при исполнении – до пяти лет. Давайте договоримся. Ваши пауки и змеи больше не будут ходить на внеплановые прогулки по городу, а я обо всём забываю. Если же я узнаю ещё хотя бы об одном выходе ваших питомцев из зоопарка, вы познакомитесь с самыми интересными обитателями моего террариума. Того, который в КПЗ. Мы поняли друг друга?
– Поняли.
– Вот и славно. Хорошего дня!
Встретившись дома за ужином с братом, Эриш проговорил:
– Ты определённо заразил меня этой своей серендипностью, и я не знаю, радоваться мне или плакать.
– Выкладывай, братец лис! – оживился Юстас.
– Случайные стечения обстоятельств вывели меня на некого Вилмера из фабрики игрушек. Он обедает в «Сполохе», о котором я тебе рассказывал. А ещё у него есть взрослая дочка, которая выросла без матери. И у этой дочки недавно умерла бабушка. Понимаю, что всё это может оказаться совпадением, но что если нет?
– Ты же не можешь ему предъявить всё это?
– Не могу, к сожалению.
– А я объявил о том, что ухожу в отпуск и уезжаю в Халеакалу. Об этом уже знают и в «Ирбисе», и в «Крыльях». Кстати, скажи мне, братец лис, какая связь у этого сотрудника фабрики с модельным агентством? Или у его дочки?
– Дочка работает в отеле как раз на Халеакале, – вздохнул Эриш.
– Вот видишь. Может, ты на воду дуешь. Ты просто неадекватно реагируешь на маньяков. У тебя тоже детская травма.
– Что?
– Ну, ты сам подумай. Может, записать тебя к доктору Стайну?
– Я тебе сейчас так запишу, братец тукан, что мало не покажется.
– Ладно, забыли про травму. Давай про связь с модельным агентством. Можно её найти?
– Вилмер занимается рекламой. Для рекламы нужны модели.
– Логично. Но ты кого маньяком считаешь? Вилмера или его дочку? Или, по-твоему, у них семейный подряд? Семья маньяков – это что-то из страшилки, ты не находишь?
– Нахожу, – снова вздохнул Эриш, доставая сигареты.
– Расскажи лучше, что это были за случайные обстоятельства? Про мужа твоей новой подружки я помню. Что-то ещё?
– Я пошёл на эту самую фабрику, но дальше охраны не прошёл, – и Эриш рассказал брату об Одри и её супруге.
– А что если этот властелин змей и пауков тебя не послушается и подкинет нам с тобой парочку? – отозвался Юстас.
– Это будет последнее, что он сделает на свободе.
– Ты в террариуме никого не убил, я надеюсь?
– Почему я должен был там кого-то убить?
– Вдруг тебе не понравилось, как на тебя смотрит какой-нибудь паук?
– На меня смотрели тараканы.
– Там были тараканы?
– Огромные. Больше спичечного коробка. Ими как раз пауков и кормят.
– А я думал, их кормят Эришами.
Юстас получил от брата такой взгляд, что сразу исправился:
– Братец тукан погорячился, – сказал он с обезоруживающей улыбкой.
– Всё-таки я узнаю ещё что-нибудь про Вилмера и его дочь, – проговорил Эриш.
– Узнай. А я собираюсь шумно проставиться в «Ирбисе» и поехать в отпуск.
– А если не сработает?
– Тогда я отложу отпуск по какой-то очень важной причине. Например, по болезни улитки Марти, за которой я помогаю Тиму присматривать.
Оставив коллег догуливать за него, Юстас, не прощаясь, покинул «Ирбис» и, сев в свою машину, поехал в сторону дома. Весь вечер он снова пил лишь безалкогольное пиво, чтобы иметь возможность сесть за руль. Они так и не дождались третьего трупа, и Юстас решил, что это и к лучшему. Маньяк всё ещё продолжал свою охоту.
Эриш был где-то неподалёку, и Юстас надеялся на то, что всё если и случится сегодня вечером, то закончится очень быстро. За окнами авто начался мелкий дождь, и Эскот включил дворники. Он рассчитывал на то, что маньяк был привлекательной женщиной и завлекал молодых мужчин своим телом, и никак не ожидал того, что под колёса его машины ему буквально кинется подросток. Юстас успел затормозить и вышел из машины. Перед ним на дороге сидела девочка лет тринадцати и плакала.
– Что случилось? – спросил Эскот. – Кажется, я тебя не задел.
– Простите, пожалуйста, – всхлипнула девочка. – Я не хотела. То есть хотела, но… простите.
– Тебя кто-то обидел?
– Да, то есть нет.
– Я могу тебе помочь?
– Отвезите меня домой. Я хочу к маме, – и девочка зашлась в рыданиях.
– Хорошо, – кивнул Юстас. – Садись в машину, – и он подал ей руку. Девочка неуверенно протянула ему мокрую испачканную ладошку. Сев в его автомобиль, она тихо назвала свой домашний адрес.
– Спасибо, – добавила она.
– Как тебя зовут? – поинтересовался Эскот.
– Брук.
– А меня Юстас. Что же ты делала на улице одна поздним вечером? Мама наверняка волнуется.
– Я была со своим парнем.
– У тебя уже есть парень?
– У меня уже нет парня, – Брук снова начала плакать.
– Это он тебя обидел?
– Не хочу про него говорить.
– Хорошо, не будем. Чем занимается твоя мама?
– Она бухгалтер.
– А папа?
– Папа ушёл от нас. Мы с мамой живём вдвоём.
Юстас помнил о том, что расслабляться нельзя никогда, даже когда рядом с тобой несчастный ребёнок, но он сам не понял, как вышло так, что, остановив машину на светофоре, он вдруг почувствовал лёгкий укол в шею и погрузился в сон.
Эриш следовал за машиной брата от самого модного дома. Когда разыгралась вся эта сцена с ребёнком, Эскот курил и наблюдал за происходящим, остановившись на первом повороте. А потом произошло то, чего Эриш никак не мог ожидать – его автомобиль вдруг занесло, и он едва сумел справиться с управлением, но всё-таки съехал с дороги и сбил стоявшую на тротуаре урну. Выругавшись на трёх языках сразу, Эскот вышел из машины и обнаружил, что сразу два колеса его авто были пробиты. А хуже всего было то, что он теперь представления не имел, куда уехал его брат.
Конечно, была надежда на то, что девочка, которую он подобрал, не имела никакого отношения к убийце. Эскоты ведь действительно ничего о ней не знали. У Вилмера, которого почему-то начал подозревать Эриш, была взрослая дочь. Да и искали они женщину, с которой у обоих убитых был секс. В педофилии никто из них уличён не был. По крайней мере, Эскот об этом ничего не знал.