Переполох в Мармеладово

Пустоши, усеянные огненными озёрами и реками с кровавым кипятком приветствовали Ветельгейзе монотонным и привычным набором звуков. Любимая дочь самого Змея спускалась на мягких кожистых крыльях в самую глубь спиралевидного мрачного мира, туда, где в недра ледяного озера вмёрз призрачный дворец правителя.

Темно, холодно и тихо. Никаких всполохов огня или воплей духов. Сплошное безмолвие. Стены и своды потолков поблёскивали синевой, пол хрустел под ногами инеем. Трёхглавый верный цербер встретил у входа радостным лаем, обрызгав слюной из зубастых пастей.

– Привет, мальчик, – Ветель погладила его морды, оглядев пустоту залов перед собой. Дворец казался вымершим, подозрительно. – Мара уже вернулась? Ты её видел?

Пёс, будто поняв вопрос, поджал единственный хвост и заскулил. Значит, сестра опередила Ветельгейзе и уже успела выслужиться перед отцом. Какие новости она принесла, и что напела, оставалось только догадываться. Дьяволица с досадой вздохнула, снова погладив цербера.

– Она опять тебя обижала? Ничего… обещаю, что ты получишь косточку. Груду костей. Благо, в грешниках у нас дефицита нет.

Пёс снова лизнул её руки, но в следующее мгновение отступил, весь ощетинился, глядя куда-то во тьму коридора, грозно залаял.

Ветель выпрямилась, тоже всмотревшись во мрак, откуда доносилось утробное рычание, сопровождаемое поступью мягких лап.

– Тише, это же Мистер Кисус, – усмехнулась она, ласково потрепав пса за ухо. И пошла навстречу своему любимцу. Цербер остался у входа, всё ещё злобно рыча. Кошек любых форм и размеров он не выносил на дух. А Кисус и вовсе застрял костью поперёк всех трёх глоток, потому что из-за своих габаритов мог дать внушительный отпор.

Сперва в темноте сверкнули жёлтые круглые глаза, затем показались длинные клыки, а ещё через несколько шагов Ветель поравнялась с «котом». Саблезубые тигры вымерли на Земле достаточно давно, но этот ещё котёнком провалился в портал, после чего и был приручен и наделен бессмертием. Кисус достигал ста двадцати сантиметров в холке и двести пятьдесят сантиметров в длину, а весил около половины тонны. Но в последнем виноват ещё и отменный аппетит.

Он невероятно гордился своей уникальностью, обладал невероятным умом и сообразительностью, даже научился разговаривать, чем, бывало, досаждал всем вокруг.

– Наконец-то, ты пришла, я уже устал отвлекать Мару, – прорычал тигр, выгнув спину и потянувшись. Когти с противным звуком заскребли лёд.

– Маре уже известно, зачем отец пожелал нас видеть? – отстраненно спросила Ветельгейзе, не сбавляя шаг. Кисус, кряхтя, пошёл следом, гордо игнорируя надрывный лай цербера за спиной.

«Собака лает, караван идёт».

– Нет, правитель ждёт тебя. Я и сам заинтригован.

Правитель восседал на троне из костей среди просторного пустого зала, продуваемого ледяными ветрами. Огромный, рогатый, с зелёной кожей, хвостом и злыми глазами рептилии. Змей держал в руке скипетр – неотъемлемый атрибут власти.

Перед ним, преклонив колено, стояла Мара – сестра-близнец Ветель. Тонкая, как змея, с чёрными прямыми волосами, бледной кожей и пустыми серыми глазами, густо подведёнными тенями. Сестра напоминала живой труп или смерть в её карикатурном воплощении. Мрачная, скрытная, злобная – идеальная для той, кто является дочуркой самого Змея.

Ветельгейзе тоже преклонила колено перед троном и наклонила голову. Успела удивиться, что ни демонов, ни советников, ни слуг рядом не было. Значит, заседание закрытое и дело срочное.

– Отец.

Правитель одобрительно фыркнул, а Мара покосилась на сестру, пронзив надменным взглядом.

– Ты опоздала.

– Это ты пришла раньше, – парировала Ветель, уколов в ответ.

Кисус благоразумно остался в коридоре, но без сомнения подслушивал.

– Мои дочери, скоро настанет тот час, которого мы так долго ждали! – голос отца походил на замогильный вой: скрипучий, протяжный и до жути глубокий. Каждая нота отскакивала эхом от стен и потолка, усиливая эффект торжественности. – Вы родились под счастливой звездой и должны исполнить своё предназначение!

«Дожили… оказывается, мы связаны предназначениями, – мрачно подумала Ветель. – Поэтому отец и проявлял к нам больше благосклонности, чем к прочим тварям, а мы-то мнили себя особенными. Вот только вероятно, что наша особенность кончится успешным жертвоприношением во благо его власти».

Ветель старалась, чтобы ни тени скептицизма и тревоги не проскользнуло на её лице, а пальцы не начали трястись. Мара же внимала каждому слову безропотно и с восторгом. Она ради папули и в вулкан прыгнет, лишь бы выслужиться.

– Кого мы должны убить? – плотоядно облизнулась она. – Или съесть, или пытать, или всё сразу?

Мара странно покосилась на сестру, будто только и ждала отмашки броситься на неё. Ветель невольно отступила на шаг, готовая к схватке. А что? Возможность того, что их двоих выращивали в тепличных условиях, подобно элитному сорту мяса, для какой-нибудь кровавой забавы, её бы нисколько не удивило.

– Я ждал тысячелетиями вашего появления! И скоро пробьёт заветный час, когда я смогу вырваться из своей тюрьмы, покинуть Царство Тьмы и вознестись на Землю, чтобы править ею! – отец стукнул кулаками по подлокотникам, и кости с противным треском посыпались.

«Батенька-то, похоже, с катушек съехал окончательно», – с ещё большей тревогой подумала Ветель. Хотя, по правде сказать, в его глобальные планы по захвату мира уже мало кто верил, не считая Мары.

Змей с момента своего падения с Пантеона грезил отомстить и царствовать, вот только сил на то у него не хватало, колени постоянно ныли, а чешуя облазила. С чего же вдруг уверился, что скоро это изменится?

«Только не очередные фантазии и пятичасовые рассказы о его прошлой жизни и успешной карьере среди богов», – от одной мысли Ветель хотелось выть, биться головой об пол и умолять о менее жестоком виде пыток.

– Через месяц случится парад планет – время, когда грань меж Землёй и Царством Тьмы истончится… – продолжал змей, ностальгически скребя подлокотник трона когтем.

– Что мы должны сделать отец? – с готовностью спросила Мара, чуть ли не подпрыгнув от энтузиазма.

– Первым делом вы должны разыскать среди смертных свою третью сестру. Катарину.

Тут уже у Ветель и Мары отвисли челюсти, даже Кисус за дверью невольно муркнул.

– Третью?! – переспросила Мара, с отвращением покосившись на Ветельгейзе. Ей и одной конкурентки на звание «папиной дочки» хватало, куда уже ещё…

– Именно. Вы родились втроём, как и завещало пророчество. Но мои недруги похитили третью дочь и бросили её на Земле, – прогрохотал Змей, но Ветель точно знала, что папуля скорбит об упущенных возможностях, а не о похищенном ребенке.

– И с тех пор она живёт там, среди них. Её силы спят, а свою суть она не помнит. Вы должны разыскать её, пробудить в ней всё самое тёмное, разблокировать силу.

– А что будет, когда мы её разблокируем? – подала голос Ветель, прочистив горло. Ей новостей и потрясений уже хватило на столетие вперёд, но чутьё подсказывало, что это только начало.

Отец облизнулся раздвоенным языком, глаза его фанатично заблестели. Он даже поёрзал на троне от нетерпения.

– В ночь, когда планеты выстроятся в ряд, вы трое должны провести ритуал в древнем храме, и тогда… тогда… ТОГДА! КХА–Кха!

Он закашлялся так, будто подавился, но торжественность и величие момента от этого не пострадало.

– Кхм… Тогда я смогу вырваться из плена и впервые за много лет ступить на Землю! И когда она станет моей, а жалкие людишки склонятся передо мной, боги ответит за всё!

«Надо бы врача что ли позвать… он и раньше вызывал беспокойство, но сейчас перешёл все границы…» – вздохнула Ветель. Окончание речи она уже не слушала, мечтая поскорее закончить аудиенцию и всё обдумать. Мара же радовалась, будто ей обещали личную власть в случае успеха.

– Идите, готовьтесь, скоро вы отправитесь на Землю. Я рассчитываю на вас.

***

Напутствие отца осело ядовитым облаком в черепе Ветельгейзе и не давало покоя. Она металась по спальне из угла в угол, то и дело поглядывая на сонную реку за окном.

«Кануть в Лету… мигом забыть всё отцовское безумие и унылую жизнь во мраке, стать свободной…»

Заманчиво, конечно. Кисус мыл свои массивные лапы как самый настоящий кот. Он занимал треть комнаты, и принцессе приходилось то и дело об него запинаться.

– Ты это слышал? Мы отправимся на Землю! – негодовала Ветель, уставившись на свой обширный гардероб, гадая, что из этого брать с собой, а что не пригодится. – Как мы найдём потерянную сестру за какой-то месяц и убедим её помогать?

– Вы должны же как-то чуять друг друга? – заурчал тигр. – Её запах наверняка отличается от смертных.

Ветель, невольно согласившись, села на кровать.

– Какая она, эта Земля? Я там ни разу не бывала…

Волнение кололо её острыми иглами.

– Ну она… – задумался Кисус, пытаясь вспомнить. – Огромная, дикая… Люди там живут в пещерах и охотятся с копьями на мамонтов. Они почти не умеют говорить, только издают разные звуки и машут палками. А ещё любят носить наши шкуры, потому что своих нет. А из зубов делают оружие…

– Что?! – Ветель стало и вовсе не по себе. Бегать по лесу от дикарей её точно не прельщало. Но деваться было некуда.

На следующее утро она и Мара, одетая в чёрную мантию и змеиную кожу, прибыли к порталу, который был должен доставить их прямиком на Землю – в дикий и странный мир. Отступать некуда, бежать тоже. Только вперёд.

Никаких инструкций им никто не давал.

Кисус пришёл проводить, и вид у него был слишком уж довольным. Демоны пытались активировать портал в виде светящегося красным символа, когда тигр поравнялся с принцессами.

– Я уговорил повелителя отпустить меня с вами, – заурчал он, на что обе девушки синхронно обернулись к нему.

– Что? Ты в своём уме? С тобой нам не удастся замаскироваться! – прошипела Мара.

– Я могу менять облик, этому меня обучали в академии алхимии, – обиженно вздёрнув морду, ответил Кисус.

– У нас есть академия алхимии? – в недоумении спросила Мара, закатив глаза.

– К тому же… – перебил её Кисус. – Я смогу защищать вас от охотников и хищников.

– Как? Ты не был на Земле тысячи лет, – покачала головой Ветель, которой в компании тигра было спокойнее, чем наедине с сестрой.

– Это неважно! – гордо рыкнул он. – Это у меня в крови! Я, наконец–то, увижу родину, ни за что бы не упустил такой шанс.

– Нам бы с твоими шансами успешно вернуться на родину… – вздохнула Ветель.

– Зачем возвращаться? – зыркнула на неё Мара. – Если всё получится, Земля станет нашим новым домом, и власть отца станет безграничной. Довольно нам сидеть в темноте и изгнании, пора показать этим смертным, на что мы способны!

На это Ветель и Кисус тактично промолчали. Портал загорелся, выпустив ураган энергии, который с лёгкостью подхватил всех троих, закружил и втянул в себя.

Глава 2

Когда портал потух, изрыгнув двоих принцесс и одного тигра, все трое озадаченно замерли. Место, где они оказались, напоминало… хижину. Очень пыльную, маленькую. Со стен свисали клочки разноцветной бумаги, потолок затянут паутиной. Тусклый свет пробивался сквозь щели в досках заколоченных окон. Воздух был тяжелым, затхлым и пах плесенью и покинутостью.

– Это… пещера? – спросила Мара, сделав неуверенный шаг в сторону. Под её сапогом что-то хрустнуло, но сгустившаяся на полу чернота скрыла подробности от глаз. – А тут не так уж и плохо… Как дома.

Хмыкнула сестра, принявшись шарить руками пространство в поисках опоры. Ветель оглядела остатки мебели, приблизилась к прямоугольному проёму в одной из стен, стараясь понять, откуда исходит свет. Тот не мерцал и не отбрасывал тени, как это делал огонь. Просто равномерно освещал пространство, пробирался свозь щели, резал мрак. Его источник был снаружи, но щели слишком маленькие, чтобы что-то разглядеть.

– Странная пещера, – фыркнул Кисус, принюхавшись. – Я таких не помню. Хотя никогда и не был в жилищах людей. Оттуда никто не возвращался.

– Ты говорил, что на Земле огромные деревья, – напомнила Мара, споткнувшись обо что-то круглое. Оно покатилось по полу и провалилось в дыру, куда чуть не угодила и нога принцессы.

– Змей! – выругалась Мара именем батюшки, отскочив назад. Она врезалась спиной во что-то огромное и бесплотное, и это «что-то» накинулось на неё, целиком поглотив.

– ААААА, – завопила сестра, принявшись махать руками и метаться из стороны в сторону. Кисус, как и подобает большому и храброму хищнику, затаился в углу, поджав уши.

– Уберите его, уберите, я задыхаюсь! – орала Мара, вертясь и разбрасывая ногами посуду и какой-то шуршащий хлам. Но не успела Ветель броситься к ней, как неведомый монстр, схвативший сестру, вдруг воспламенился, пораженный силой дочери Змея. В затхлом воздухе запахло паленым, черный едкий дым взвился к потолку. Огонь осветил помещение ярко, и стало ясно, что «напал» на Мару обычный ковёр, покрытый дырами и полный пыли. Махнув рукой, Ветельгейзе сбросила с сестры горящие оковы, но пламя поднялось выше, норовя броситься на остатки мебели.

– Потуши! Туши! – скомандовала Ветель, оглядевшись в поисках выхода, но в комнате, в которой они оказались, на первый взгляд не было ни окон, ни дверей. Мара раздраженно щелкнула пальцами, и пламя подчинилось, вмиг успокоившись. В подчинении огня сестре равных не было, не считая самого Змея.

– Ну и дыра, – закатила глаза Мара. Она сотворила живой огонь прямо в ладони, пока тигр и вторая принцесса откашливались и приходили в себя. Ободранные стены были разрисованы странными символами и надписями на непонятном языке. Некоторые из них уж очень напоминали мужские гениталии во всей красе с, по всей видимости, соответствующими подписями.

– Это что, алтарь? Люди поклоняются фаллосу?

– Это наскальные рисунки, – не растерялся Кисус. – Люди рисуют на стенах пещер охоту, себя, свою жизнь…

– А писать что, они не умеют? Безграмотные? – выгнула бровь огненная принцесса, осматривая настенную живопись с выраженной брезгливостью. – Ничего, отец научит их почитать всего себя, а не… отдельные части.

– А наша сестра, выходит, тоже дикарка? – предположила Ветель, ловя на себе взгляды остальных. – Ну… раз её ещё младенцем похитили на Землю…

– Ох, и трудно же будет за месяц её речи научить… – фыркнул Кисус.

– Тебя же как-то научили, – поддела Мара. Огонёк плясал в её руке, бросая на ухмыляющиеся лицо зловещие тени.

Странный грохот снаружи заставил всех троих замереть.

Трррр. Бф.

Как будто ревело какое-то чудище. Стену со щелями озарило холодным заревом, и рёв усилился. Все трое припали к полу и затаились, огонь погас. Через пару минут всё стихло и снова потемнело.

– Что это было? Динозавры? – прошептала Ветель и подползла ближе к тигру, с ним ей всегда становилось спокойнее.

– Динозавры же вымерли, – рявкнул тот и принюхался. – Но и из знакомых мне животных так никто не рычал.

– Надо искать выход отсюда, – хлопнув ладонями по своим коленям, Мара вскочила и снова принялась обшаривать пространство, подсвечивая себе огнём.

Дверь обнаружилась не сразу: заваленная и покосившаяся. Она оказалась заперта снаружи, потому принцессам и тигру пришлось как следует налечь на неё, чтобы ржавые петли поддались. Свежий воздух казался подарком судьбы после задымленной душной тюрьмы. Он пах сыростью и сладостью, прохладой и… ночью. Таких тонких ароматов не встретить в подземном царстве Змея, где воняло лишь серой, металлом и гнилью.

Тихо. Умиротворяюще. Лишь шелест листьев на деревьях да стрекот неизвестных существ в высокой траве. Ветельгейзе подняла голову к небу, усыпанному мириадами ярких точек, танцующих вокруг желтого диска, что испускал бледные лучи. Завораживающе. Совсем не то, что дома: серные коричневые облака, дым и копоть. Здесь даже дышалось легче.

– Что это там светится? – боясь спугнуть момент, спросила Ветель Кисуса, указав пальцем вверх.

– Это луна, – проурчал он. – Когда она на небе, на Земле царствует ночь.

Меж чёрных очертаний хижин с треугольными крышами протекала высохшая река, вдоль которой на одинаковом расстоянии друг от друга из земли произрастали тонкие жерди, увенчанные такими же лунами, но гораздо меньше. Это их сияние Ветель видела сквозь щели.

Принцесса, подхваченная пробуждающимся под рёбрами восторгом, сделала шаг в сторону одной из жердей, но Мара вдруг резко схватила её за предплечье, останавливая.

– Гляди! Мы здесь не одни.

Сестра указала пальцем прямо перед собой, и Ветель, приглядевшись, увидела огромное квадратное чудище с гладкой и по виду прочной шкурой и большими овальными глазами, устремленными прямо на них. Оно не двигалось, не издавало звуков, как будто выжидало.

– Что… это такое? – принцессы замерли, прижухший тигр припал к траве.

– Я не знаю… – рыкнул он, поджав хвост. – Меня на Земле не было слишком долго. Может, тут завелись какие-то новые виды?

– Оно вроде спит? – предположила Мара, крепче сжав руку сестры. – Может, нападём первыми?

«Чудище», словно услышав её слова, зарычало так грозно, что обе принцессы похолодели от ужаса. Его глаза загорелись ярким желтым светом, чуть не ослепившим их. Сестры бросились врассыпную, стремясь найти убежище.

– Аааа, гад! – закричала Мара, прикрывая глаза руками. – Я ослепла, ослепла!

– Мой долг защищать принцесс! – рявкнул Кисус и бросился на врага. Преодолел сухую реку в один прыжок и впился длинными клыками чудовищу прямо промеж глаз. То зарычало ещё громче, надрывнее. Так пронзительно, что едва не оглушило. Из его пасти повалил густой дым, а под глазами замигали ещё одни, как у безлапого паука. Отважный тигр, перепугавшись, отступил, вмиг уменьшился, обратившись обычным рыжим котом, зашипел и влез на дерево.

– Тррр. Трррр… трррр, уауауа, – кряхтело и орало чудище, мигая своими жуткими глазами. Дым так и валил из него, пока свет окончательно не потух.

– Оно… умерло? – Мара толкнула Ветель локтем, но та только пожала плечами. Обе лежали во влажной траве, забыв напрочь о дыхании. Но радость от победы была недолгой: из хижины неподалёку выбежали три силуэта, ринувшись к чудовищу.

– Какого?!... Миш, посвети!

Что-то щелкнуло, и темноту разрезал ещё один горизонтальный луч, направленный на дымящегося монстра. Увиденное потрясло не только принцесс, но и трёх мужчин, столпившихся вокруг.

– Это как понимать, Серёг?!

– Двигатель накрылся.

– Я только что завёл с автозапуска.

– Откуда тут дыры в капоте?!

Один из них раскрыл монстру дымящуюся пасть. Зубов видно не было, но такая тварь по мнению принцесс могла Кисуса целиком проглотить.

– Что это ещё за?! Двигатель пробит!

Дальше последовала очень уж эмоциональная речь, значение которой сестры до конца не поняли.

– Если это местная шпана, я их выпорю!

– Чем тебе шпана такое сделает? Это какой удар нужен, чтобы железо так пробить? Упало что-то.

Один из людей начал с опаской глядеть в небо.

– Что? НЛО по-твоему?!

– У тебя есть другие объяснения?

– Если что-то упало, то почему сразу дважды? И где оно теперь?

Луч света заскользил по земле и траве кругом.

– Я говорю, шпана это! Сейчас же позвоню участковому, пусть разбирается с этой мелюзгой! Им за порчу имущества можно впаять по полной.

– Да погодите вы, – вмешался третий. – Может, молния ударила?

– Ага, два раза! И бесшумно! Ты хоть раз видел, как бьёт молния?

– Мне ехать надо! А тут двигатель менять!

– Поехали на моей, утром разберемся.

Двое подхватили орущего непереводимыми словосочетаниями собрата и потащили в сторону хижины, как вдруг луч пересёк «реку» и ударил Мару прямо в лицо.

– Змей! – выругалась она и громко чихнула. У Ветель душа ушла в пятки от мысли, что их заметили.

– Эй, вы там?! – заорали люди и бросились к ним. – Я же говорил, что шпана это! Бандиты малолетние, я вам сейчас устрою!

– Дадим бой! – Мара решительно вскочила, готовая отразить атаку врага, но Ветель благоразумно потянула её за собой.

– Бежим! Мы не знаем, чего от них ждать! В нашем деле важна скрытность!

– А я видел, что в заброшке что-то жгли! Опять залезли, твари! – раздалось позади, когда сёстры уже неслись куда глаза глядят. Трава резала их ноги, кусты царапали плечи, ветки били по лицам. Главное, оторваться, не попасть в плен. Погоня продолжалась недолго, преследователи начали отставать и, наконец, сдались.

– Плюнь на них, Серёг. Пусть участковый разбирается.

Но сестры бежали и бежали, подгоняемые адреналином. Небо начало светлеть, а страшный черный и враждебный мир обретать краски. Они остановились, забравшись в какой-то овраг и кое-как переведя дух.

– Они мне за всё ответят! – злилась Мара. – Как только отец вернёт себе власть над Землёй, эти людишки станут нашими рабами!

– Чтобы они стали нашими рабами, нам надо найти сестру… – напомнила ей Ветель. Сердце всё ещё билось от адреналина, а в голове бесновались мысли: Отец бросил их во враждебный мир, чтобы они сделали всю грязную работу. При этом о их с Марой дальнейшей судьбе после заветного ритуала речи не велось.

Глава 3

Когда совсем рассвело, перед принцессами открылся вид, который плотно ассоциировался с рассказами о райских угодьях. Зелёный луг во всю ширь горизонта, усеянный разноцветными дикими цветами, источающими невообразимый букет ароматов. Над ними жужжали пчёлы, порхали бабочки и стрекозы, кружилась мошкара. В лесополосах пели птицы. А небо стало таким голубым и ясным, что казалось нереальным.

Поселение, из которого принцессы сбежали ночью, виднелось неподалёку – островок жизни в лоне природы.

– Какая красота… – изумлённо сказала Ветель, вдохнув полной грудью, подставив лицо ласковым лучам, что согревали землю. Мара же пряталась от них, будто те угрожали ей сожжением.

– Ты в своём уме? Что здесь красивого? Поскорее бы отец сделал это дикое место похожим на наш дом.

От этой мысли Ветельгейзе поёжилась, но промолчала. Да, Змей планировал ввергнуть Землю в хаос и подчинить её, а его дочери должны были сделать всё, чтобы это удалось. Такова их миссия, цель всей их жизни.

– Какой план? – хмуро спросила она, посмотрев на сестру. Мара была вся ободранная, её плащ и костюм из змеиной кожи покрыты дырами, обгоревшими по краям, макияж потёк, волосы растрепались. Сама Ветель выглядела не лучше. – Нам следует найти Кисуса, привести себя в порядок и придумать, как мы будем искать сестру.

– Мы должны учуять её по зову крови, – буркнула Мара, решительно направившись в деревню. Её туфли на высоких каблуках, чудом уцелевших после бега по пересечённой местности, застревали в рыхлой земле, натирали ноги. – Она где-то там, среди этих дикарей. И Кисус тоже. Сидя в поле, мы точно ничего не успеем.

Оставалось с ней согласиться. Сёстры, обреченно поникнув, поплелись в поселение, уповая на то, что их неудачи закончились с наступлением нового дня. Но ни тут-то было.

Поселение просыпалось, и на улицы высыпал народ. Люди с виду не походили на дикарей в шкурах, которых так подробно и с любовью описывал им Кисус. Они не были грязными и носили довольно много одежды из обычной для принцесс царства тьмы ткани, пусть и мода несколько отличалась. Вернее, отличались от них сами принцессы, чей облик не остался незамеченным.

Первыми им встретилось стадо больших копытных животных с рогатыми головами минотавра, которые шарахались от сестёр, как от заразных, мычали, крутили мордами, предпочитали обойти через кусты. А за стадом спешила коренастая крепкая женщина с румяным лицом, обветренной кожей и крайне недовольным видом.

– Чего встали на дороге?! Весь скот распугали! – крикнула она принцессам, и те замерли в недоумении. Женщина оглядела их с ног до головы и презрительно фыркнула.

– То ли опять молодёжь тропиканок с города припёрла? Тьпфу, пошли отседова! Нечего детям на вас глядеть! – она замахнулась увесистой палкой, начав грозно надвигаться на принцесс. Вокруг неё уже собирался народ. Мужчины свистели и перебрасывались сальными шуточками. Девушки смотрели с осуждением и пренебрежением.

– Да как ты смеешь, смертная?! – не выдержала Мара, встав в боевую стойку. – Ты хоть знаешь, кто мы такие?!

– Знаю, – едко усмехнулась женщина. – Тропиканки вы! Тьпфу! Сразу видно! У нас в селе девушки порядочные, а вы… тьпфу.

– На колени, живо! – взревела Мара, но Ветель, оглядев собравшийся народ, не испытывающий к ним симпатии, предпочла отступить. Кто-то держал перед собой плоские предметы с кружочками посередине и улыбался предстоящему шоу.