Американские трагедии. Хроники подлинных уголовных расследований XIX – XX столетий. Книга IV

© Алексей Ракитин, 2023

ISBN 978-5-0056-6754-0 (т. 4)

ISBN 978-5-0053-5460-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1946 год. Так кто же убил Сюзан Дегнан?

История похищения сына Чарльза Линдберга, известного американского авиапилота, в Америке широко известна. И благодаря сайту «Загадочные преступления прошлого», на котором подробный очерк об этом преступлении появился в далёком уже 2005 году, упомянутая криминальная загадка хорошо известна и русскоязычной аудитории интернета1. Гораздо менее известно то, что история эта удивительным образом повторилась спустя немногим более 10 лет в Чикаго. Многими своими деталями случившееся тогда рождает аналогию с трагической историей малыша Линдберга и подобно его трагедии, произошедшее в Чикаго во многих отношениях является загадочным или, выражаясь корректнее, спорным.

Завязалась эта цепочка событий ранним утром 7 января 1946 г. в доме №5943 по Кенмор авеню (Kenmore avenue) в Северном Чикаго в районе Эджуотер Глен (Edgewater glen). Ныне этот дом исчез, на его месте в конце 1950-х гг. был возведён многоквартирный комплекс с гаражом в цокольном этаже, получивший название "Thorndale Manor Apartments". Но в 1946 г. дом был попроще, а гаража не существовало вообще.

Утром 7 января, в понедельник, родители 6-летней Сюзан Дегнан (Suzanne Degnan), ученицы 1-го класса католической Академии Святого сердца («Sacred heart academy») обнаружили её спальню пустой. Если быть совсем точным, то следует сказать, что пропажу девочки обнаружил её отец, Джеймс Дегнан, 36-летний служащий городской администрации Чикаго, в которой он руководил группой контроля розничных цен. Джеймс вошёл в спальню Сюзан, младшей из дочерей, в 07:30 и не нашёл там девочку. Первой его мыслью явилось предположение о шутке Сюзан, решившей спрятаться в спальне старшей сестры Элизабет. Но и там её не оказалась! 10-летняя Элизабет ничего не могла сказать о местонахождении Сюзан, по словам старшей дочери сестра к ней не заходила…

Обыск квартиры никакого результата не дал. Семья проживала на первом этаже многоквартирного дома, окно детской спальни было закрыто, входная дверь – также закрыта, в том числе и на цепочку. Понятно, что девочка не могла уйти через дверь и накинуть за собой цепочку и кажущаяся абсурдность ситуации сбивала с толку. Родители вызвали полицию, сообщив прибывшим патрульным об исчезновении дочери. По их словам, накануне вечером всё было абсолютно спокойно, Сюзан уложили спать около 21 часа, девочка была здорова и находилась в прекрасном расположении духа, ничто не предвещало утренний кошмар.

Сотрудники чикагской полиции при тщательном осмотре квартиры и прилегающей территории, сделали важные открытия, ускользнувшие от внимания взволнованных родителей.

Во-первых, полицейские обнаружили письмо с требованием выкупа. Оно гласило: «Приготовьте 20 тыс. долларов и ждите команды. Не сообщайте ФБР или полиции. Приготовьте банкноты только в 5$ и 10$.» (Дословно на языке оригинала: «Get $20,000 ready & waite [sic] for word. Do not notify FBI or police. Bills in $5’s and $10’s.»). На обороте имелась приписка: «Сожгите для её же безопасности» (Дословно: «Burn this for her safty [sic]»). Записка находилась на полу кухни, а не в спальне Сюзан.

Во-вторых, при осмотре придомовой территории была найдена приставная лестница, неизвестно кому принадлежавшая и неизвестно когда появившаяся. Лестница была приставлена к стене дома под окном гостиной, окно было прикрыто, но не закрыто на задвижки.

Фотография из газеты: Сюзан Дегнан со старшей сестрой Элизабет (снимок датирован 1943 годом).

В-третьих, полицейские не обнаружили следов борьбы в квартире Дегнан. Также не были обнаружены следы, которые можно было бы связать с преступником. Из квартиры ничего не пропало. Похититель не забрал одежду девочки и что-то из её игрушек – эту деталь нельзя было недооценивать. Данное обстоятельство означало, что похититель не намеревался сохранять жизнь девочке сколько-нибудь долгое время.

Полицейские быстро поняли, что столкнулись с очень необычным преступлением. Для его расследования была создана группа из 5 детективов, которую возглавил старший детектив Отдела расследования тяжких преступлений Департамента полиции Чикаго Уолтер Сторм (Walter Storm). В течение дня 7 января в квартире Дегнан 4 раза звонил телефон, неизвестный мужчина начинал что-то говорить про необходимость передать деньги, но мысль свою не заканчивал и всякий раз бросал трубку посреди фразы. Никаких указаний относительного того как надлежит осуществить передачу выкупа родители похищенной девочки так и не получили.

Родители похищенной девочки были проинструктированы о поведении во время разговора в случае, если преступник всё-таки позвонит и начнёт содержательное общение. В квартире и подле неё были оставлены полицейские в штатском, которым надлежало вести скрытое наблюдение за окружающей территорией. Нельзя было исключать того, что преступник появится неподалёку от дома с целью понаблюдать за ним, либо предпримет попытку подбросить новое письмо.

Как видим, совпадение с делом «ребёнка Линберга» прямо-таки поразительно: похищение из спальни в то время, когда дома находились родители, на месте преступления оставлена записка с требованием какой-то фантастической суммы выкупа, лестница под окном, полная сохранность одежды и игрушек похищенного ребёнка… Этим сходство отнюдь не исчерпывается, как увидим из последующего, совпадений ещё будет много, но даже отмеченные детали удивляют. Трудно отделаться от ощущения, что похититель Сюзан знал о «деле Линдберга» и руководствовался им, как шаблоном.

Итак, что же имела полиция в начале расследования? Сразу следует внести ясность, улики, связанные с преступником – письмо и лестница – никуда правоохранительные органы не привели. Письмо было проверено в местной криминалистической лаборатории на скрытые отпечатки и проверка эта таковых не выявила. Единственное, что можно было сказать о написавшем послание – он был малограмотен (т.к. допустил грамматические ошибки) и имел грязные руки. Не довольствуясь этим результатом, окружная прокуратура добилась передачи письма ФБР, криминалисты которого располагали более продвинутыми технологиями.

18 января записка с требованием выкупа поступила в лабораторию Бюро в Вашингтоне, где её исследовали с использованием технологии «йодистого фуминга». Ныне она уже не используется, но для 1946 года это была настоящая фантастика – для обнаружения невидимых отпечатков пальцев лист помещался в йодсодержащий пар в результате чего йод вступал во взаимодействие с молекулами, образующими пото-жировые отпечатки. Способ оказался для данного случая слишком эффективным, в центральной части листа проступили многие десятки смазанных, фрагментированных и наложенных друг на друга отпечатков пальцев и ладоней. Лист оказался слишком грязен, выделить какой-то отдельный отпечаток не представлялось возможным.

Лестница, использованная для проникновения в окно, оказалась обычной стремянкой, её высота в разложенном виде составляла 45 дюймов (114 см.). При довольно скромных размерах она была довольно массивна и весила более 10 кг. Детективы отыскали её владельца – это был хозяин магазина, расположенного на удалении приблизительно 100 метрах от места совершения преступления. Стремянку он использовал для мытья витрин и вывески и хранил её под навесом в узком переулке за магазином, так что взять её мог, в принципе, кто угодно. О том, что лесенка исчезла владелец магазина узнал только тогда, когда к нему пришли детективы и стали задавать вопросы.

Уже первоначальный анализ известной информации и улик подталкивал правоохранителей к вполне определенным выводам.

Фотографии деревянной стремянки «Louisville» американской компании «Emerson electric co.» в собранном и разложенном виде. Именно такая лесенка была использована злоумышленником для проникновения в окно квартиры Дегнан. При высоте 45 дюймов (114 см.) стремянка весила 12 кг., т.е. она была довольно неудобна и тяжела для переноски на большие расстояния. Логично было предположить, что преступник привёз её к месту похищения на автомашине, но каково же оказалось удивление детективов, когда они выяснили, что злоумышленник украл лестницу от магазина в соседнем квартале и тащил её на руках около 100 м.! Конечно, для бешеной собаки сто вёрст – не крюк, но для опытного бандита ночная беготня с лестницей… это выглядело как-то совсем уж несуразно!

Похищение Сюзан выглядело спонтанными, действия преступника казались хаотичными и плохо продуманными, а в целом он производил впечатление человека малоопытного. На основании чего появился такой вывод? Пойдём по порядку:

– Похититель оставил письмо с требованием выкупа не в той комнате, где спал ребёнок. Опытный похититель так, конечно же, не поступает. В интересах преступника с самого начала сообщить родственникам похищенного о случившемся и предостеречь от возможного обращения в полицию. Для этого письмо желательно оставить на видном месте, идеальный вариант – прямо в кровати ребёнка. Преступник, заблаговременно готовящийся к похищению, эти детали, разумеется, обдумывает. Сообщение о похищении, незамеченное родственниками жертвы, способно разрушить весь замысел! Кстати, в случае с семьёй Дегнан так и получилось, родители письма вообще не увидели, его отыскали патрульные при осмотре квартиры. Кстати, подобная ситуация наблюдалась и в "деле Линдберга" – там письмо с требованием выкупа было оставлено на подоконнике, что послужило веским доводом в пользу того, что похищение малыша являлось лишь имитацией, маскировавшей убийство. Ведь лист бумаги, оставленный на подоконнике окна 2-го этажа мог быть легко унесёт ветром и ни один здравомыслящий похититель не оставил бы требование выкупа в столь неподходящем месте!

– Преступник потребовал от супругов Дегнан выкуп в 20 тыс.$ – это была совершенно несуразная сумма. Глава семейства, как было сказано выше, работал в городской администрации на должности с годовым окладом 7,5 тыс.$. Жена его Хелен была домохозяйкой и потому 20 тыс.$ для них представлялись совершенно «неподъёмной» выплатой. Ранее Джеймс Дегнан работал в Вашингтоне на должности с намного меньшим окладом. В Чикаго он переехал лишь в июле 1945 года, жена и дети последовали за ним осенью. Понятно, что семья их уровня могла располагать сбережениями в 2—3 тыс.$, может, чуть более, но о десятках тысяч не могло быть и речи. В ценах 1945—1946 гг., когда стоимость нового легкового автомобиля колебалась в районе 1 тыс.$, сумма в 20 тыс.$ являлась целым состоянием. Преступник, если только он действительно готовился к преступлению и обдумывал связанным с ним детали, не мог не понимать абсурдности и невыполнимости предъявленного требования. На что же он рассчитывал? Объяснений могло быть два: либо похититель девочки в момент написания записки вообще не думал о размере выкупа, а значит действовал спонтанно в условиях крайней ограниченности времени, либо… он умышленно указал завышенную сумму, не рассчитывая её когда-либо получить. И тогда вся «игра в записочки» преследовала цель замаскировать истинную цель его действий, которая заключалась в том, что похититель ребёнка не предполагал возвращать его родителям.

– Впрочем, нельзя было полностью исключать того, что преступник мог действительно предполагать, будто похищает члена семьи состоятельного человека. Кое-какие основания для этого у него имелись. Дело заключалось в том, что на втором этаже дома №5943 по Кенмор авеню проживал богатый адвокат Луис Флинн (Louis Flynn), его дочь и зять – Томас Киган (Thomas Keegan). Флинн являлся не только известным юристом, но и владельцем дорогой недвижимости, в частности, ему принадлежал многоквартирный дом, явившийся местом преступления. В принципе, преступник мог решить, будто квартира на первом этаже занята членами семьи Флинна и маленькая девочка является внучкой состоятельного адвоката, но… Если преступник действительно допустил такую ошибку, стало быть он и в самом деле являлся дилетантом в своём ремесле и орудовал крайне небрежно. Профессиональные преступники таких грубых просчётов не допускают!

– Преступник воспользовался стремянкой, принесенной от дома в другом квартале. Он преодолел с нею около 100 м. и эти перемещения требовали затрат времени и сил. Кроме того, злоумышленник должен был откуда-то узнать, что в проулке за магазином стоит лесенка, которую можно незаметно унести. Подобная осведомленность свидетельствовала о хорошем знании района. Заезжий преступник, не проживавший в этом районе, вряд ли стал бы тратить на это время. Опытный "киднеппер", всерьёз решивший заработать на похищении ребёнка, поступил бы проще и рациональнее – он бы привёз лестницу с собой на автомашине и затем бы увёз!

– То, что лестница осталась на месте, свидетельствовало по меньшей мере о двух важных для расследования деталях. Во-первых, преступник был один, он держал на руках похищенную девочку и поэтому лестницу унести не мог. Кстати, его неспособность нести одновременно 6-летнюю девочку и лестницу свидетельствовала о весьма посредственных физических кондициях, другими словами, преступник явно не был богатырём. Во-вторых, похититель не вернулся, чтобы унести лестницу позже. А ведь подобный шаг с его стороны был бы очень разумен! Если бы преступник вернул лестницу на то место, с которого взял, полиция испытала бы значительные затруднения в определении места и способа его проникновения в квартиру. Кроме того, полиция скорее всего пришла бы к выводу о наличии у преступника автомобиля и стала бы искать свидетелей, видевших подозрительную или незнакомую машину неподалёку от дома №5943 по Кенмор авеню. Как вариант можно также допустить возникновение подозрений в адрес родителей, поскольку полиция вполне могла предположить, что родители девочки знают о её судьбе и лишь имитируют похищение. Другими словами, злоумышленник, забрав лестницу с места преступления, мог бы сбить правоохранительные органы с толку и направить их усилия в ошибочном направлении. Любой преступник с серьёзным уголовным опытом, понимающий как работает полиция и какой логике следуют детективы, упомянутые детали наверняка бы учёл и лестницу бы из-под окна убрал.

Помимо того, что похититель Сюзан был малоопытен и, по-видимому, молод, детективы под руководством Уолтера Сторма в первые же часы расследования сделали и кое-какие предположения. Оценив всю совокупность доступных им данных, они заключили, что преступник не писал записку в квартире Дегнан – он написал её в другом месте, после чего вернулся к дому №5943 по Кенмор авеню и забросил сложенный лист бумаги в приоткрытое окно первого этажа. Это предположение хорошо объясняло почему записки не оказалось в спальне Сюзан и в гостиной, через окно которой преступник проник в квартиру. То, что во время своего возвращения преступник не унёс лестницу – хотя вполне мог! – свидетельствовало не только о его неопытности, но и растерянности, волнении и испуге.

Когда было совершено похищение? На первый взгляд, время определялось без особых проблем. Две чернокожие горничные, обслуживавшие большую квартиру Флинна на втором этаже, занимали комнату прямо над спальней Сюзан Дегнан. По словам этих женщин, они слышали какой-то шум, исходящий из квартиры снизу, около 01:30 7 января. В то же самое время забеспокоились собаки-боксёры, жившие у Флинна. Собаки стали бегать по комнатам и вели себя столь шумно, что их беготня и царапанье когтями по паркету разбудили Джеймса Дегнана, отца похищенной девочки. Согласно его показаниям полиции, собаки Флинна действительно беспокоились в 01:30. Казалось, у полиции есть отличная привязка ко времени, но не всё было столь однозначно.

В это самое время, с точностью буквально до минуты, домой возвратились Киганы. Сначала они поставили автомашину в гараж, находившийся во дворе дома, затем поднялись в квартиру. Они весело болтали и вели себя совершенно непринужденно. Собаки хорошо знали звук мотора Томаса Кигана и узнавали о появлении машины ещё до того, как её слышали люди. Кроме того, собаки всегда реагировали на хлопанье автомобильных дверей. Поэтому их неожиданная активность могла объясняться отнюдь не реакцией на происходившее в спальне маленькой Сюзан, а тривиальной радостью оттого, что вся семья, наконец-то, собралась в полном составе. Как известно, собаки всегда реагируют на появление хорошо знакомых им членов семьи и появление Киганов далеко за полночь не могло оставить их равнодушными.

Вопрос о времени похищения Сюзан вызвал жаркие споры среди всех, причастных к расследованию. Казалось невероятным, что похититель сумел увести или унести уже взрослую девочку – отнюдь не младенца! – буквально из-под носа отца. Который, напомним, в половине второго ночи не спал! Да и помимо отца в квартире находились ещё два человека [мать и старшая сестра] … Всё же квартира Дегнан – это не Шереметьевский дворец, где в минуту похмелья можно заблудиться даже с компасами на обеих руках! Поэтому возможность похищения в 01:30 некоторыми детективами вполне обоснованно ставилась под сомнение. Это время интуитивно хотелось «отодвинуть» подальше в ночь, но не очень далеко, поскольку в то время активность на улицах Чикаго начиналась уже с 5 часов утра. В конце концов детективы склонились к тому, что девочка была уведена [или унесена в бесчувственном состоянии] не позднее 3 часов ночи. Похищение в 01:30 признавалось вероятным, но не доказанным. Время совершения преступления ограничивалось интервалом с 00:30 7 января – когда девочку видели в последний раз члены семьи – и 3 часами ночи.

Детективы почти не сомневались в том, что преступник не имел автомашины. Можно было предположить, что он имел сообщника с машиной, находившегося неподалёку и всё время остававшегося за рулём, но такое допущение представлялось малодостоверным и переусложненным. Полицейский опыт подсказывал, что в столь сложном и чреватом тяжким судебным наказанием преступлении, подельники не стали бы разделяться, поскольку в таком случае риски их оказывались совершенно несопоставимы. Иными словами, в квартиру Дегнан эти люди проникли бы вдвоём.

Первоочередной задачей, которую пришлось решать полицейским, явился опрос жителей Эджуотера с целью обнаружить свидетелей того, как в ночное время некий мужчина нёс или вёл за руку маленькую девочку. Полиция шла по району что называется "мелким чёсом", опрашивая поголовно всех. Поразительно, но свидетелей отыскать не удалось!

Неэффективность данного мероприятия позволила старшему детективу Уолтеру Сторму и его помощникам сделать кое-какие прикидки относительно времени похищения Сюзан. Полицейские пришли к выводу, что похищение произошло около 3 часов ночи 7 января – именно тогда существовало «окно», во время которого активность населения оказывалась минимальной.

С самого начала работы полицейские испытывали большие сомнения в благополучном исходе расследования. Сюзан вряд ли могла прожить долгое время после похищения, исходя из полицейского опыта можно было с большой вероятностью предполагать, что её убили вскоре после похищения. Преступник не планировал похищения изначально, он действовал спонтанно и если это предположение было справедливо, то девочка для него являлась обузой.

Разумеется, подобное нельзя было говорить вслух, правоохранительные органы обязаны в любой – и даже безвыходной! – обстановке демонстрировать непоколебимую уверенность в успехе проводимых розыскных мероприятий. Именно поэтому капитан полиции Джон Салливан (John L. Sullivan) предложил отцу похищенной девочки обратиться к похитителю по местному радио. Текст обращения Джеймса Дегнана был согласован с детективами, занятыми расследованием, точнее, написан ими чуть менее, чем полностью.

Хелен и Джеймс Дегнан, родители похищенной Сюзан. Фотография из газеты, датированной 8 января 1946 года.

О похищении девочки в районе Эджутер Глен сообщили уже утренние газеты и в течение дня 7 января информация о проводимых полицией мероприятиях пополнялась в сводках новостей, передаваемых местными радиостанциями.

Обращение Джеймса Дегнана анонсировалось на протяжении нескольких часов и постоянно переносилось – очевидно это делалось с целью подхлестнуть эмоции и усилить всеобщее нетерпение. Полиция исходила из того, что «киднеппер» следит за обстановкой в городе, для чего слушает радио и читает местную прессу, а потому он уже осведомлен о начале полицейского расследования. Преступник должен понимать, что замысел его провалился, полиция и ФБР уже работают, но если девочка всё ещё оставалась жива, необходимо было побудить преступника вернуть её домой.

Именно эту цель и преследовало обращение Джеймса Дегнана.

Речь его была взволнованной и очень эмоциональной. Джеймс заявил, что полиция оказалась поставлена в известность о случившемся по независящим от родителей обстоятельствам, поскольку письмо, запрещающее обращаться в полицию, к ним в руки не попало. Подчеркнув недостаточность своих доходов для выплаты требуемой суммы, отец похищенной девочки заверил похитителя, что деньги ему раздобыть удастся и вся сумма будет предоставлена полностью по первому требованию. Далее Джеймс призвал неизвестного не причинять Сюзан вреда и попросил его вернуть девочку домой, обещая, что никаких юридических последствий похищение не повлечёт. Это уверение, разумеется, являлось обманом, Джеймс Дегнан не мог повлиять на Правосудие в такой степени и даже в случае возвращения Сюзан живой и здоровой расследование похищения не могло быть остановлено. Но данное обещание было дано явно в расчёте на юридическую неосведомленность и даже наивность преступника, который, повторим, по мнению полицейских был весьма неопытен. Воистину, это была в чистом виде «ложь во спасение». В завершении своего эмоционального монолога Джеймс Дегнан обратился к дочери и попросил её во всём слушаться человека, который забрал её из дома.

Далее события завертелись как в калейдоскопе. О странных телефонных звонках, во время которых звонивший бормотал нечто малопонятное и не мог толком сформулировать мысль, было сказано выше. Однако после радиообращения Дегнана раздался звонок иного рода. Мужчина на противоположном конце провода проникновенным голосом сказал, что понимает тяжесть положения семьи и безрассудность назначенного выкупа, конечно же, 20 тысяч долларов – это очень много для служащего городской администрации, а потому… за 500 долларов он готов вернуть девочку! Джеймс Дегнан заверил, что готов немедленно выплатить деньги, пусть звонивший сообщит, как это надлежит сделать. Неизвестный на другом конце провода пообещал перезвонить и повесил трубку.

Немедленно через телефонную станцию была проверена точка входа в сеть. Оказалось, что входящий звонок был сделан из города Сент-Луис в штате Миссури, удаленного от Чикаго приблизительно на 400 км. Полицейские практически не сомневались в том, что звонивший не имеет ни малейшего отношения к похищению Сюзан, но пускать такие проделки на самотёк было никак нельзя, этого человека следовало непременно отыскать!

Руководство полиции Чикаго обратилось за содействием к ФБР. Формальное основание для этого имелось, поскольку после "дела Чарльза Линдберга" был принят федеральный закон, согласно которому расследования всех преступлений, связанных с похищением детей и их перемещением через границу штата, относилось к юрисдикции Бюро. Если похищенная Сюзан Дегнан всё время оставалась на территории штата Иллинойс, то расследованием могли заниматься полицейские органы штата, но если девочку вывезли из штата, то дело однозначно переходило в юрисдикцию ФБР.

Бюро с готовностью подключилось. Начальник Управления ФБР в Сент-Луисе Джеральд Норрис (Gerald B. Norris) распорядился немедленно организовать защищенную линию связи с квартирой Денганов, сами же супруги получили инструкции о поведении на случай нового звонка.

Звонок раздался, но не тот, которого все ждали. Неизвестный позвонил в отдел полиции в Эджуотер Глен и посоветовал не терять времени, а заняться осмотром канализационных колодцев рядом с домом, в котором жила похищенная девочка.

После некоторых колебаний полицейское руководство склонилось к мысли о необходимости прислушаться к совету. Предположение об убийстве девочки сразу после похищения прекрасно соответствовало версии о действиях неопытного и дезориентированного преступника. Если у этого человека действительно не было машины, он не мог далеко уйти с девочкой и остаться при этом незамеченным. Если Сюзан и в самом деле была убита, то тело её должно быть скрыто где-то неподалёку от дома, так что резон для осмотра колодцев имелся!