- -
- 100%
- +
— Я просто проверю, — говорю себе, делая глубокий вдох и медленно поворачиваю ручку. Дверь оказывается открытой. Почему Николь ничего не сказал про свое возвращение раньше срока? Неужели хотел сделать сюрприз?
На втором этаже замираю возле следующей двери, ведущей в спальню. Заношу кисть над ее массивной ручкой, и в этот момент становится настолько боязно. Вдруг за стенами комнаты, в которую хочу попасть, меня ожидает полный крах надежд? Но сделать шаг, который дается с трудом, нужно — не хочу жить в неведении.
Резко хватаюсь за ручку, нажимаю на нее и толкаю тяжелую дверь. А в следующий миг жалею, что переступила порог.
На широкой кровати с балдахином, в окружении разбросанных вещей — два силуэта: мужской и женский.
Они увлечены друг другом. Мой жених и она. Ее ноги обнимают его за талию. Николя жадно сминает девушку в своих объятиях, они стонут от удовольствия. Им хорошо вместе. Они абсолютно не замечают невольного свидетеля своих плотских утех. Невесту. С израненным сердцем и душой.
Внутри словно все струны души обрываются... Воздух встает тяжелым больным комом у меня в легких.
Николя мне изменил.
Смотрю, и не могу даже моргнуть. Забываю как дышать.
Как такое возможно? Я думала, что мы с ним созданы друг для друга. Так почему любимый предал меня? Как теперь выбросить из сердца по щелчку пальцев любовь к предателю?
Просто стою и наблюдаю с какой животной страстью любовники накидываются друг на друга. Словно изголодавшиеся хищники, наконец нашедшие свою добычу.
Соперница под Николя извивается, словно змея. Постанывает от удовольствия.
Я не понимаю, что происходит. Этого просто не может быть! Хочется закричать во все горло. Подойти и ударить и ее, и его. Но вместо этого, я беззвучно отступаю назад.
Одновременно с кульминацией соития любовников, с моих губ невольно срывается всхлип. Он и она замирают и, наконец, замечают мое присутствие.
Дорогие читатели, рада приветствовать вас в своей новинке.
Добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не пропустить выход прод, и подписывайтесь на мою страничку )
Глава 1
Незадолго до развернувшихся событий
— Эва, сейчас ты счастливая невеста, а совсем скоро станешь женой. Завидую тебе белой завистью, — говорит моя младшая сестренка, помогая уложить волосы в высокую прическу. — Я бы на твоем месте уже бежала покупать белоснежное платье.
— Милена, так поехали вместе со мной? — предлагаю я, разглядывая свое отражение. Милена точно также смотрит — завороженно. — Какая ты все-таки красивая. Словно снежная фея. Мне бы такие локоны цвета платины и голубые глаза, и любой парень был бы моим, — мечтательно говорит черноволосая сестра, вставляя последнюю шпильку, — потом вздыхает: — Эва, я бы с радостью поехала с тобой, но пока не могу. Ты же знаешь, что должна готовиться к поступлению в академию. Поеду в библиотеку. А ты выбери себе роскошное платье о каком только могла мечтать. Твои мечты скоро станут реальностью. Тебе очень повезло, моя милая. Николя — самый лучший парень.
Киваю в такт ее слов. Ведь и впрямь Николя Штрасберд — лучшее, что только могло случиться со мной. Я люблю этого парня всей душой и сердцем. И всего через несколько месяцев выйду за него замуж… Стану его супругой.
Даже не верится.
Прикладываю ладошку к груди. Сердце трепетно бьется о ребра, как будто птица, готовая улететь.
Колени становятся ватными от забавных щекочущих ощущений внизу живота.
Я накрываю руку сестренки своей:
— Как думаешь, если я маму попрошу, она поедет со мной?
Милена закатывает глаза:
— Эвелина, поезжай сама. Только тебе решать каким должно быть твое платье. Ты же знаешь маму, — проговорила она и начала подражать ей: — Слишком откровенное декольте, ой, бедра просвечиваются, плечи прикрой, — вздыхает, — это только твой праздник, поэтому лишь тебе решать каким будет твой наряд, — касается моей груди: — решай сердцем. Рекомендую посетить лавку мадам Леруа «Счастье». Цены у нее адекватные.
Обнимаю сестру, целую в щеку и выхожу.
Она права, мама наша чересчур опекает нас. Не разрешает даже краситься, потому что, наши с сестрой избранники должны полюбить нас не за внешность, а за внутренний мир.
Я прибавила шагу, потому что должна успеть подготовиться к встрече с любимым. Николя окончил военную академию и уже через три дня возвращается в город. Как я жду нашей встречи, не передать словами. Хочется как котенку зарыться в его объятиях, прильнуть щекой к его щеке и многое поведать, как жила здесь без него, пока он проходил обучение в Арнийской военной академии боевых искусств. Я должна рассказать как все это время скучала по нему. Письма, которые мы отправляли друг другу — не то. Совсем не то. Они не смогут заменить живого общения, не передадут тот ворох эмоций, который мы испытываем к друг другу.
Уже скоро у нас состоится свадьба. Радуясь будущей встрече с любимым, я заехала на центральный рынок, чтобы присмотреть готовое свадебное платье. Наша семья не располагала большими средствами и не могла позволить купить наряд в дорогих салонах. Родители дали понять, что не смогут помочь в подготовке к свадьбе. А я, будучи простой официанткой, смогла заработать не так много. Поэтому совет сестры насчет лавки с говорящим названием «Счастье» приходится как нельзя кстати. И кому как не Милене — моднице нашего небольшого городка знать о местах, где можно одеться со вкусом и недорого. Из нас двоих именно сестра изучает все модные каталоги, и я уверена — выглядит изысканнее любой столичной модницы.
В последнем письме Николь написал, чтобы я выбрала самый красивый наряд и выслал часть средств. Вот теперь нам точно должно хватить на скромное торжество.
Сам Николя покупать костюм не будет, придет в парадном военном камзоле.
Единый, какой же мой любимый красавчик. Как я горжусь им.
Стоило вспомнить последнее его послание с признаниями в любви, строки со стихами, как мои щеки опаляет предательским румянцем. Смущенно стою, а в голове всплывают слова, произнесенные Николя перед отъездом, наш с ним договор, что торжество состоится в середине июля — через несколько недель после его прибытия.
Жаль, что в отличие от жениха, я не могла позволить себе обучение в академии. Родители сказали, что не настолько богаты, чтобы учить сразу двоих дочерей. Да и мне ни к чему проходить обучение, несмотря на мечту поступить в военную академию, так как магией все равно не владею. Моя Милена хотя бы воздушник и собирается поступить в отдел прикладных магических искусств, что больше подходит девушкам. Сестра надеется развить уже имеющийся у нее потенциал. А мои школьные умения в рукопашном бою и в фехтовании в жизни в качестве супруги вряд ли пригодятся.
Да и зачем поступать, если со школьной скамьи было ясно, что с Николя мы — пара. Тем более, что перед отъездом в академию боевых искусств, Николь попросил моей руки. Все было решено и предопределено заранее. Поэтому кому-то учиться, а кому-то — замуж выходить и детей нянчить.
Оплата за обучение была припасена лишь для сестры. Зато мне позволили хотя бы малость: заниматься боевыми искусствами при школе.
Я даже занимала призовые места по области на соревнованиях. Мне прочили великую карьеру, несмотря на отсутсвие магических потоков, но я смирилась. Пошла навстречу родным. Не стала даже пробовать поступить на бесплатное отделение. Быть женой будущего военачальника, каковым просто обязан стать мой Николя, ведь не может быть никак иначе — тоже почетно и престижно.
Жизнь складывалась вполне удачно. Совсем скоро будем с любимым вместе.
Но видно у судьбы были другие планы на этот счет.
Судьба готовила удар, от которого очень тяжело будет оправиться.
Глава 2
Зайдя в лавку «Счастливая» по пошиву платьев, я начала ходить вокруг манекенов с нарядами, рассматривая нежнейшую мерцающую ткань белоснежного великолепия всевозможных оттенков. Уже хотела попросить снять с меня мерки и договориться о фасоне, как рядом послышались голоса. Они принадлежали подругам моей младшей сестры. Я не любила подслушивать чужие разговоры, но мое имя, прозвучавшее довольно ясно, заставило позабыть о собственных принципах. Каждое последующее их слово, будто острый клин вонзалось в сердце, заставляя терять последнюю веру в людей и даже в собственную семью.
— Так жалко Эвелину Снежную, — говорит Оланда.
Прячусь за манекен, застываю каменным изваянием, хотя интуиция кричит, просит идти дальше, но я стою, сама не знаю зачем. Кажется, что если уйду, то упущу нечто жизненно важное.
— Нашла кого жалеть. Была бы хорошей невестой, то не гулял бы, — хмыкает вторая собеседница — Риска. — Непонятно вообще почему изначально он затеял жениться на этой посредственной, скучной дикарке. Совсем неудивительно, что Николя ей изменяет.
Единый, у меня, кажется, жизнь рушится, а девушки говорят об этом так спокойно, обыденно, как будто подобные вещи происходят сплошь и рядом каждый день. Словно ничего сверх страшного не случилось. И кости мне перемывают с торжествующим злорадством и превеликим удовольствием. Но что я им плохого сделала?
Нет, они говорят бред. Этого просто не может быть. Николя не может мне изменять. Я точно знаю. Я же помню какими глазами он всегда смотрел на меня. И не замечал никого вокруг.
Разве он может быть предателем? Не верю. Девушки ошиблись. Просто что-то напутали. И когда бы он успел изменить мне, Николя же еще не вернулся.
— А самое интересное, что эта дурында не видит дальше своего носа. В то время как ее суженный в своем загородном доме обхаживает ее сестрицу, она занимается приглашением гостей на свадьбу. Вот скажи, душенька, тебе тоже приходило письмо?
Внутри словно холодеет, глаза начинают застилать предательские слезы. А что если все, что сказали девушки — правда?
Больше не желаю ничего слышать о предательстве. Не дам растаптывать свое наивное сердце, которое за это время успело полюбить жениха! Выбегаю из-за манекенов и несусь прочь. Пробегаю мимо ошалевших от моего появления девиц.
— Ах, как все неловко вышло... — наигранно вздыхает Риска, едва завидев меня.
Вихрем лечу по улочкам, в голове сплошной туман и одна мысль посетить загородный дом Николя. Пока все не увижу собственными глазами — не поверю.
Меня просто раздирает на части от противоречивых чувств. Налету заскакиваю в карету, говорю извозчику адрес. С замирающим сердцем жду когда прибуду на место. Даже забываю держаться. Кочки и ухабы, встречающиеся на дороге не ощущаю. Упускаю момент своего падения, бьюсь больно головой о стенку. Эта боль несколько отрезвляет, заставляет очнуться. Вытираю кровь из рассеченной брови.
К дому моего возлюбленного еду невыносимо долго, считая секунды, хотя ехать туда от силы двадцать минут.
— Девушка, вы поранились, — окликает меня извозчик, когда прибываем. Я по инерции сую ему в руку монеты, срываюсь и мчусь дальше. Сердце пропускает один удар, когда калитка оказывается не запертой. На мгновение застываю на пороге у входной двери.
Интуиция кричит уходить, но я продолжаю стоять, не решаясь войти. Головой понимаю, что идти надо, но мне сейчас настолько страшно. Вдруг все, что сказали девушки — правда и мой мир рухнет? Вдруг сказка превратится в быль?
Нет. Я должна сделать шаг. Лучше сейчас все увижу собственными глазами, чем позже узнаю.
Жить в неведении тяжело. Я не смогу смотреть в глаза Николя с обожанием, как было до сегодня, пока в точности не узнаю сказали ли подруги сестры правду или нет.
Глава 3
— Я просто проверю, — говорю себе, делая глубокий вдох и медленно проворачиваю ручку. Дверь оказывается открытой. Почему Николя вернулся и ничего об этом не сказал? Хотел сделать сюрприз?
На втором этаже замираю возле следующей двери, ведущей в спальню. Заношу кисть над ее массивной ручкой, и в этот момент становится настолько боязно. Вдруг за стенами комнаты, в которую собираюсь попасть, меня ожидает полный крах надежд? Но сделать шаг, который дается с трудом, нужно — не хочу жить в неведении. Резко хватаюсь за ручку, нажимаю на нее и толкаю тяжелую дверь. А в следующий миг жалею, что вхожу в комнату.
На широкой кровати с балдахином в окружении разбросанных вещей — два силуэта: мужской и женский.
Темно-синее платье, валяющееся на тумбе узнаю сразу. Оно принадлежит моей младшей сестре — Милене.
Они увлечены друг другом. Мой жених и сестра. Ноги Милены обнимают его за талию. Николя жадно сминает девушку в своих объятиях.
Они стонут от удовольствия. Им хорошо вместе.
Они абсолютно не замечают невольного свидетеля своих плотских утех. Невесту. С израненным сердцем и душой.
Внутри словно все струны души обрываются разом... Воздух встает тяжелым больным комом у меня в легких.
Николя мне изменил. С сестрой. Те девушки — подруги Милены, были правы.
Смотрю, и не могу даже моргнуть. Забываю как дышать.
Как такое возможно? Я думала, что мы созданы друг для друга. Так почему любимый предал меня? Как теперь выбросить из сердца по щелчку пальцев любовь к предателю? Ведь я помню и нежность со стороны парня и его красивые ухаживания…
И Милена, тоже хороша. Как она могла поступить так с сестрой?
Вижу с какой животной страстью любовники накинулись друг на друга. Словно изголодавшиеся хищники, наконец нашедшие свою добычу.
Сестра под Николя извивается, словно змея. Постанывает от удовольствия.
Я не понимаю, что происходит. Этого просто не может быть! Хочется закричать во все горло. Подойти и ударить и сестру, и его. Но вместо этого, я беззвучно отступаю назад.
Одновременно с кульминацией соития любовников, с моих губ невольно срывается всхлип. Николя и Милена замирают и, наконец, замечают мое присутствие.
— Эвелина? — одергивая прозрачную ткань, вопрошает жених. Бывший жених. — Но как? А кто тогда… — Николя осекается.
Вслед за ним из-за балдахина показывается макушка сестры. Наверное, от переизбытка эмоций мне кажется, что волосы у нее из почему-то из светлых становятся темными.
Милена с ненавистью и превосходством глядя на меня, смеется. Не знаю чем я заслужила к себе подобное отношение от родного человека.
— Простите, что поме… Помешала, — не стесняясь собственных хлещущих по щекам слез, невнятно бормочу.
Жених встает с кровати, обматывает простынею бедра. На его идеальном прессе видны полосы от ноготков Милены. Смотрю на покраснения на его смуглой коже и не могу поверить, что чуть было не связала судьбу с изменщиком и предателем. Наши отношения с самого начала были ложью. Жестоким обманом...
Сестра не стесняясь своей наготы, плавной походной подходит к Николя, и прижавшись грудью к его широкой спине, обвивает его талию руками. А он резким движением скидывает с себя ее ркуи.
— За что вы так со мной? — выдыхаю я.
Хочется прямо сейчас биться в истерике. Вместо этого, не дожидаясь ответа, подбираю юбки платья и бегу прочь. Спешу к двери, чтобы поскорее выйти из замкнутого пространства, где в свете последних событий мне слишком тошно находиться.
— Эвелина, стой! — кричит жених и начинает бежать за мной. — Это какая-то ошибка, я думал, что нахожусь с тобой.
Более идиотских отговорок в жизни не слышала. Вылетаю на улицу, забегаю в первую попавшуюся карету, называю извозчику первый пришедший в голову адрес. Слава Единому, жених не успевает меня перехватить.
Николя что-то кричит мне вслед, но я не хочу слышать. Закрываю уши руками, продолжая плакать навзрыд.
Уже через минуту загородный дом теперь уже бывшего скрывается за поворотом, оставляя Николя навсегда в моем прошлом.
Чувствую как мое сердце захлопывается на железный засов...
Немного визуализации
Глава 4
Карета подвозит меня к парку, в котором с новой силой на меня накатывают воспоминания. Ведь именно здесь с Николя мы любили гулять после школы. Но плакать уже не могу. Слезы закончились.
Бегу что есть сил, чтобы поскорее выбросить из головы бывшего. Но город маленький. Здесь все напоминает о нем.
Спускаюсь к бурлящей горной Качке. Боль в душе просто бурлит, как воды этой глубоководной реки. Кажется будто поток так и просит утопить в нем все мое горе и тревогу. А ведь, если задуматься, так просто сделать шаг, навсегда забывая о своих бедах. Но мне претит такой выход. Нет, я ни за что не позволю себе подобной слабости. Я должна пройти все до конца: насмешки, шёпот за спиной. Но это мелочи в сравнении с предательством. Вряд ли что-то способно также ранить и причинить боль, как то что случилось сегодня. Наклонившись, я умылась ледяной водой, а затем побежала дальше, не замечая ничего вокруг.
Всю ночь, носилась по безлюдным улочкам, переживая боль и собственную слабость.
Домой явилась ближе к утру до смерти уставшей, насквозь промокшей. Так как бродила по городу без зонта. День сегодня выдался каким-то чересчур холодным, сырым. Как будто транслирует все то, что сейчас творится у меня на душе. Продрогла насквозь. Удивило то, что на улице вместе с дождем начинали срываться небольшие крупинки снега, который падал и тут же таял. Все это было не типично для лета.
Ежась от охватившего меня холода, зашла в дом с черного входа. В доме никто не спал. Видимо, родители хватились меня. Переживают. Разговаривать с кем-либо из родных не было ни сил, ни желания. Делаю один, второй, третий шаг в попытке проскользнуть в свою комнату, и замираю на пороге в гостиную, где беседуют мама и Милена. Второй разговор за непродолжительное время, который приходится подслушать.
— Милена, ты понимаешь, что ты делаешь? Зачем разрушаешь свою жизнь, и жизнь сестры?
— Может быть, потому что тоже имею право на счастье, мама?! Вы все только и делаете, что носитесь с неродной дочерью. Ни разу на моей памяти не наказали ее. Тогда как меня постоянно за любую провинность ругали. Все лучшее Эвелиночке. Даже жених у нее самый красивый в городе! Хотя она безродная, а я — аристократка. Откажись вы от нее, Николь никогда бы не посмотрел в ее сторону.
Мои ноги приросли к полу. Я что, неродная им?
— Плохо наказывали, — сокрушается мама. — В тебе говорит зависть, ревность и злость. Дочка, прошу тебя, не разрушай собственную жизнь. Эва не простит. Мы же деньги скопили на обучение лишь тебе. Хотя твоя сестра мечтала о поступлении в военную академию.
— Еще бы вы ей все деньги отдали. И тогда бы она училась вместе с моим любимым! Ну уж дудки! А так Николь будет моим. Мама, как ты не понимаешь, да плевать мне на ее прощение! Николя — мой! В итоге он выбрал меня, а не её. И сестре придётся с этим смириться. Мне надоело, что ей всегда достается все самое лучшее.
— Тогда хотя бы подготовь сестру. То, что вы с Николя делаете, это удар в спину. И средства на обучение отдай ей.
— Не отдам. Я их уже потратила, — смеется сестра. — И Эву я уже подготовила: все сделала для этого, мама. Подруги помогли все обставить так, чтобы Эвелина увидела нас с Николя своими собственными глазами,— продолжает сестра и неожиданно получает от матери пощечину.
— То, что я родила тебя, а не ее — ничего не решает. Я растила и тебя, и ее. Люблю вас обеих одинаково.
— Скажи это отцу, — держать за покрасневшую щеку, зло выдыхает Милена. — Уж он-то мне отдает предпочтение. Вот и на обучение этой подкинутой никому ненужной сиротке денег зажал. Теперь у нее не будет ни академии, ни мужа.
А ведь так и есть. Вот и причина почему папа так холоден со мной. Почему выделяет Милену, а меня будто бы и не замечает.
Глава 5
Слушая разговор матери и сестры, я будто застываю на несколько мгновений, не в силах сделать ни единого движения. Не могу ни войти внутрь, ни броситься прочь. А зачем? На меня накатывает полное безразличие.
Мой взгляд словно расфокусировался, и глядя на Милену, я вдруг вижу в области ее живота крошечную искру. Примерещится же такое!
Я будто перерождаюсь после измены двух близких моему сердцу людей. Теперь смотрю и понимаю многие вещи несколько иначе, чем день назад. Они раскрываются словно под другим углом. Смысл всего меняется...
Я даже будто перестаю чувствовать холод, а ведь только что была промокшей насквозь и продрогшей.
Стою, рассматриваю комнату дома, в котором росла, будто узнавая ее заново: несколько диванов, напольные цветы, стол, шкафы с книгами, которые любила читать… Я чужачка здесь. Меня растили неродные мне люди, я полюбила того, кого не должна была полюбить, ведь меня не должно было быть здесь.
Еще вчера мне было бы отрадно, что женщина, которая растила меня, моя мама, сейчас заступается за меня. Любит наравне с родной дочерью. Но я будто перестаю что-либо ощущать и к ней. Никакого тепла больше нет. Как будто в одночасье вырвали мое сердце или оно навсегда покрылось толстой коркой льда.
— Мама, я беременна. У нас с Николя будет ребенок, так что поменьше замахивайся! — заявляет сестра, выводя меня из состояния оцепенения, граничащего с апатией.
Я уже даже не удивлена насколько далеко зашло их с Николя предательство.
Становится понятно что искра, которую каким-то невероятным образом сумела рассмотреть в области живота сестры — не что иное, как зародившийся внутри нее эмбрион. Их будущий с Николя ребенок.
Как будто издалека наблюдаю, как мама хватается за сердце и оседает на пол.
— Отец! — срывается крик с моих губ. По-моему, это самая подходящая реакция сейчас на происходящее. Но что я чувствую в этот момент? — Ничего. Пустота царит в груди. На месте сердца дыра...
С моих рук срывается холод и толстым слоем льда покрывает стены
Кое-как доползаю до мамы, проверяю ее пульс. Его нет.
Папа приходит не сразу.
— Дадут ли мне сегодня выспаться? — сердито начинает он. А потом осекается: — Жаннет? Что произошло? Милена, Эва, объясните немедленно, что случилось?
— Эвелина — ледяная ведьма! Она убила мою маму! — дрожащим голосом кричит побледневшая сестра.
А я продолжаю сидеть и гладить по голове женщину, заменившую мне мать. И по-прежнему ничего не чувствую к ней.
Мама. Мамочка. Как же это все произошло?
Почему я ничего не чувствую?
Ни по поводу смерти близкого мне человека, ни по поводу подлого предательства Николя и Милены?
На сердце будто толстый слой брони и пустота, которую не закрыть ничем.
Я не захотела отвечать на выпущенные в мой адрес сестрой обвинения. Зачем оправдываться за то, чего не совершала? Какой в этом смысл?
Никакого.
Когда пришли стражники из органов дознания, я позволила забрать себя без малейшего сопротивления. Начала отвечать лишь когда меня почти вывели из дома и вмешался отец:
— Она убила мою супругу, мою Жаннет. Выродок, которого мы удочерили. Накажите ее по всей строгости закона.
— За какого же зверя вы меня держите, отец? Я даже представить не могла, — говорят во мне не чувства, нет, а холодный рассудок. — Сердце мамы не выдержало того, что Милена, переспав с моим женихом, забеременела.
— Ты лжешь! — мою щеку обожигает сильным ударом. Я бы обязательно упала, если бы не державшие меня стражники.
— Сам спроси у них. Милена, когда свадьба будет, пригласишь? — рассмеялась я, не испытывая ни радости, ни отчаяния.
— Николя женится на мне по законам Фарисита*. После твоей смерти, — заявляет довольная Милена. Только что умерла ее родная мама, а она радуется? Почему я раньше не замечала ее гнилого нутра?
И надо же, никогда не утруждавшаяся чтением книг сестрица, все же вычитала про древний закон, которым давно никто не пользовался. Неужели, все же готовилась к поступлению в академию?
Я не успеваю ничего больше ответить, меня грубо выводят наружу и закидывают в карету с решетками.
*Устаревший, но все еще действующий закон Фарисита гласит, что в случае смерти невесты, жених вправе взять в жены ее сестру. При наличии оной и их обоюдного согласия.
Глава 6
Тяжелый запах нечистот ударяет в голову, когда меня забрасывают в камеру. Сижу на коленях, осматриваюсь. В углу навалена грязная солома, в которой копошатся крысы.
От смрада, царящего в помещении, хочется зажать нос и тут же выскочить наружу. Не такая я, оказывается, примороженная стала, простые человеческие порывы мне не чужды. Запах испражнений, пота и немытых тел, еще чего-то гнилостного и неприятного, просто забивает ноздри.
Антимагичные браслеты на меня не надели. Глупость или беспечность? Может быть, посчитали недостаточно одаренной. Не засчитали первичный выброс?
Хорошо, что в свое время я перечитала много информации по магии. Даже помогала Николя советами, по развитию его магического потенциала.