Отпуск по ранению

Глава 1

Эту великую женщину очень редко упоминают в нашей шумной прессе. За чередой повседневных сенсаций её практически забыли все. Меж тем она, в своё время, приложила немало усилий для укрепления государства Российского и это в пору череды сменяющих друг друга смут, постоянных придворных интриг и регулярных мятежей.

Великий князь Иван III чувствовал приближение «безносой, костлявой с косой».

– Женить Ваську надобно, давно пора. Уж двадцать шестой годок идёт, чай не отрок безмозглый уже. Хватит куролесить и распутством заниматься. Не дай бог, что со мной приключится, как ему холостому такое хлопотное хозяйство принимать. Опора нужна, надёжа опора требуется. Ты уж Юрий Дмитриевич расстарайся, подбери нам невесту под стать жениху, а если будет умнее Васьки, так и того лучше. Смотр организуй по всем правилам, кому как не тебе внуку византийца Мануила Буллотеса дело такое государственное вести. Твой батюшка Дмитрий, доставил в белокаменную супружницу мою, племянницу самого византийского императора Софьюшку Палеолог, теперь вот твой черёд настал. Смотри не подведи.

Князь Юрий Траханиот склонил голову перед Иваном третьим:

– Искать невесту молодому княжичу Василию надобно средь русских боярских домов. Этим выбором супруги для сына твого мы сможем лишний раз засвидетельствовать перед всем народом русским великую роль князя московского. А я всё, как ты велел споро организую, не беспокойся. Медлить с этим делом не стану. Мигом глашатаев и гонцов во все концы отправлю.

– Траханиот! Да ты, я погляжу, совсем спятил. Я не купца иль воеводу и даже не боярина осчастливить браком собрался. Сына, наследника под венец отправляю! Мне невестка из заморских краёв надобна! А ты токмо лёгкой конницей баталию выиграть хочешь. Не бывать этому. Ищи нам невесту за пределами краёв россейских.

Понимаю, что дело это нелёгкое, потому тебе и поручаю – более подходящей кандидатуры подле себя не вижу. Да, ещё имей в виду, что брак с будущим правителем Московии требует обязательного перехода в православие, в веру нашу святую. Западные монархи этого не приемлют, оттого твоя миссия ещё более трудна будет. За старания твои и награда будет щедрой, можешь на сей счёт не сомневаться. Ступай, что-то притомился я от общения, отдохнуть мне требуется. Да, не забудь кликнуть мне постельничного. Князь почивать желает.

С земель дальних и ближних летом 1505 года в Москву свезли аж пятьсот девиц на выданье. Жениха, батюшка строго-настрого приказал до смотрин не допускать. Отбор был жёсткий. Перво-наперво священники проверяли девушек на твёрдость в вере. После чего придворные лекари оценивали внешность, ни сколь не стесняясь, водили их в баню.

Специально назначенные люди выясняли, как претендентки блюдут себя в домашней обстановке, как кушанья принимают, как рукодельничают и даже готовят.

В конце концов, великий князь самолично соизволил отобрать себе невестку и супругу для наследника трона.

Симпатии или антипатии сына и претендентки в расчёт не брались.

– Неча в таких делах церемониться, чай не простолюдина женим, – произнёс правитель, утверждая выбор.

– Стерпится – слюбится. По себе знаю. Всё точка. Свадьбу назначим не мешкая. Чтобы ребёнка мужского пола как можно быстрее на свет произвела. В этом есть её главная задача. Ведомо мне, что по материнской линии она ведёт свой род от сербских православных Петровичей, а у них я бесплодных что-то не встречал. К тому же они в родстве с магнатским венгерским родом, то есть наипервейшие люди при троне короля Яноша Запольяи, так-то вот. Да чуть не упустил, дядя ейный – искусный дипломат и выдающийся полководец, не дай бог возникнет война какая, так будет нам от такого родства только польза великая.

Иван III говорил о дяде невестки истинную правду. Родной дядька Елены Васильевны, князь Михаил Львович Глинский, был одним из знатнейших и известнейших литовских вельмож. С детства рос «у немцев» – в Германии и Италии, был воспитан в европейских обычаях, затем справно нёс службу у саксонского курфюрста; в Германии и Литве. Был вполне заслуженно овеян славой за свои военные подвиги.

Состоя на службе у польского короля Сигизмунда-Августа, сей муж поссорился с паном Яном Заберезским и потребовал незамедлительного королевского суда над своим врагом. Однако король не торопился. Он очень боялся ошибиться, приняв чью-либо сторону. Влияние Глинского в Литве было так велико, что Сигизмунд опасался, как бы воевода взял, да и в одночасье не овладел всем Литовским княжеством. Поняв, это Глинский напал на Заберезского в его собственной усадьбе, и отрубил ему голову. В довершении начатых дел продолжил далее совершать набеги на владения других враждебных ему панов и убивать их повсеместно. Затем и вовсе поднял открытый мятеж, начал собирать войско и вступил в союз с крымским ханом Менгли-Гиреем и молдавским господарем. В далёкой Москве такому повороту событий были несказанно рады. Великий князь и бояре пригласили Глинского перейти на службу в Московию, суля при этом великую милость и жалованье ему и всем его родным и приверженцам.

Великий князь был весьма сведущ в женской красоте. Он выбрал своему сыну суженную «Лепоты ради ея лица и благообразия возраста, наипаче же целомудрия ради». Девочку воспитывали по-европейски, готовя в жёны кому-нибудь из монархов или князей.

Свадьба была сыграна всего через четыре месяца после развода Василия третьего с первой женой, Соломонией Сабуровой. Брошенную супругу, как и полагается, по канонам того времени, насильно постригли в монахини, а как же иначе. Народу прилюдно объявили, что причина развода – бесплодие великокняжеской жёнки.

Молодой супруг, желая понравиться жене, «налагал бритву на бороду», без какой-либо оглядки на вездесущих бояр, сменил традиционное московское одеяние на модный польский кунтуш и стал носить красные сафьяновые сапоги с загнутыми вверх носками.

Замечу тебе, дорогой мой читатель, что в те стародавние времена брадобритие могло быть запросто приравнено к ереси или того хуже, к посягательству на образ Божий в человеке. В одном из благочестивых сочинений того времени прямо писалось: «Смотрите, вот икона страшного пришествия Христова: все праведники одесную Христа стоят с бородами, а ошуюю басурманы и еретики, обритые с одними только усами, как у котов и псов. Один козёл сам себя лишил жизни, когда ему в поругание обрезали бороду. Вот, неразумное животное умеет свои волосы беречь лучше безумных брадобрейцев!»

Такие перемены в поведении наследника представлялись его окружению как срамное попрание вековых русских традиций; а виновница в том, конечно, она – Глинская, более ведь некому.

Глава 2

Увы, но не было в ту пору на Руси ещё домов высокой моды (как на мой взгляд, так их и сейчас в наших краях почти не сыщешь). Моду того далёкого времени диктовали конечно же правители. Глядя на наряды наследника и его супруги в белокаменной стали появляться многочисленные щеголи, которые не только брили бороды, но и выщипывали себе волосы на лице, обувались в расшитые шёлком яркие сапоги. Стали пришивать к кафтанам драгоценные пуговицы. Дошло до того, что юноши, аки бабы, стали вешать на шею ожерелья, нанизывали на пальцы различные перстни. Выходя на люди, мазались благовониями, переступали короткими шажками и зачем-то подмигивали при разговоре. Придворный летописец писал в то время «Царям подобает обновлятися и украшатеся всячески». Сдаётся мне, что все эти модные чудачества Василий проделывал исключительно из желания понравиться своей прелестной супруге, в которую влюбился как мальчишка, до безумия, до беспамятства.

Шли годы, а молодая супруга так и не производила на свет столь нужного стране наследника.

Наконец на четвёртом году совместного проживания на свет появился мальчик Иван Васильевич – вымоленный в долгих стояниях перед алтарём плод.

30 октября 1533 года у Василия и Елены родился и второй сын – Юрий Васильевич.

Однако радость счастливого отца продолжалось недолго, спустя пять недель после этого знаменательного события князь Василий умер, поговаривали, что от заражения крови.

Это был первый в истории государства российского случай, когда московский престол посадили малолетку, мало того, опекуншей к нему назначили почти, что чужестранку.

Мать нового правителя России прекрасно сознавала всю шаткость своего нынешнего положения. В первую очень Елена позаботилась о том, чтобы все права на престол её сына были закреплены шумной публичной церемонией.

Многочисленные присутствующие из различных сословий пропели многолетие и подходили к новому государю с подарками. По городам и весям также своевременно разослали гонцов с приказом воеводам приводить людей к присяге великому князю Ивану Васильевичу.

Таким образом, законность власти юного правителя была обеспечена.

Однако этого было недостаточно. Матери и опекунше не на кого было опереться. Практически у Глинской не было друзей. Её родственники и близкие люди скорее были тайными врагами и соперниками, чем помощниками. Своевременно созданный ещё при жизни великого князя Василия опекунский совет как мог, стремился править от имени малолетнего государя игнорируя её волю.

Совсем ещё не старая правительница нуждалась в надёжном и сильном мужском плече.

Согласись дорогой мой читатель, что умная и богатая женщина обязательно получит, то, что ей требуется, иначе и быть не может. Так в скорости в её окружении оказался князь Иван Федорович Телепнев-Оболенский.

Я не нашёл никаких документов свидетельствующих о том, что внезапное возвышение этого человека стало следствием его давней связи с Еленой, или же они стали близки только после смерти Василия. Судьбой этим любящим сердцам отводилось слишком мало времени. В любой момент тайна их союза могла раскрыться.

При самом непосредственном участии князя Телепнева-Оболенского героиня нашего повествования совершила по сути государственный переворот. Она смогла отстранить от власти назначенных её супругом, опекунов (регентов) и сделалась номинально правительницей большой страны.

Полагаю, что Елена Глинская стала первой после великой княгини Ольги женщиной правительницей государства Российского.

Глава 3

Были при её правлении и войны и дворцовые интриги, и много ещё чего было, но, на мой взгляд, важнейшим моментом в её правлении стало проведение денежной реформы.

Колоссальная по значимости работа проходила в три этапа: 1535 г., 1536 г. и 1538г.

В начале весны, в марте 1535 года появился царский указ о повелении Новгородскому и Псковскому монетным дворам приступить к чеканке новгородок по новой стопе. Вес новой монеты стал равняться 86,6% веса старой. Указ правительницы предписывал новые деньги «начаша делати» месяца июня 20 день, и «накрепко беречь» от «безумных человеци, чтоб они деньги нимало не исказили и старые злые обычаи оставили, и пришли на покаяние». При этом монеты в перечеканку принимались по курсу выше прежнего номинала. При этом Елена, нимало не сомневаясь, продолжала регулярно подписывать царские указы о применении лютой казни к всякого рода фальшивомонетчикам. Им было велено лить в рот олово и отрубать обе руки, дабы более никогда не повадно было. На основе указа 1535 г. новгородка получила название копейка, так как великий князь был изображён на ней не с мечом, как прежде, а с копьём.

Второй этап реформы оформлен указом от 24 февраля 1536 г., согласно которому велено «новыми торговати с копьём», что стало возможным после выпуска достаточного для обращения количества денег.

С марта по август 1536 г. в Новгороде и Пскове введены новые деньги. Из обращения изымались резанные и низкопробные монеты, затем «старые новгородки», последними были запрещёны «старые московки».

И последний этап этой великой реформы. 1538 год – все изменения в денежной политике государства. Ранее принятые изменения были распространены на столицу – город Москву.

Повсеместно запрещалось обращение старых «московок» и объявлено о чеканке в Москве новых денег по три рубля из гривенки (в то время как раньше, до этого, из гривенки – серебряного слитка в 204 г. чеканились монеты общей стоимостью 2,6 рубля). Таким образом, указ для Москвы был таким же, как и для Новгорода и для Пскова. В результате реформы проведённой этой удивительной женщиной в стране впервые была установлена единообразная система денежных знаков на основе серебряного рубля весом 68 г. Новой общегосударственной монетой стала копейка весом 0, 68 г. Деньга и полушка заменяли «московки». Московский рубль XVI века был равен 200 «московкам» (полуденга – 0,34 г серебра) или 100 новгородкам (денга – 0,68 г серебра). Самой мелкой денежной единицей была полушка – 0,17 г серебра.

В Российском государстве вводилась единая монетная система, обязательная для всех русских городов, деревень и прочих поселений. В белокаменной был учреждён монетный двор, деятельность которого контролировало исключительно правительство. Новая система была основана только на серебре. Она отказалась от чеканки медных пул. При этом, снизив вес денег, реформа не затронула качества серебра. Западное серебро проходило на Руси дополнительную очистку. Вплоть до 1640-х годов Европа не имела более высокопробной серебряной монеты. Денежный двор принимал серебро по весу, проводил очистительную «угольную» или «костяную» плавь и только после этого чеканил деньги. Не исключено, что благодаря этому введённая нашей героини денежная система продержалась вплоть до реформы Петра I.