Дворики моего детства. Сборник рассказов

1969 год. Конец декабря. Краснодар. Школа имени…

Не знаю у кого как, но у меня предновогоднее настроение отсутствовало напрочь.

И для этого имелись веские причины.

Первая: – родители категорически не желали выделять даже малую толику денег на сотворение новогоднего костюма. Правда, батя предложил вместо голубой мушкетёрской накидки и шляпы с пером явиться на школьный бал в наряде юного партизана, то есть в домашней одежонке, но в шапке с пришитой красной полоской, выкроенной из старого пионерского галстука.

Вторая причина заключалась в том, что они, мама с папой, в январе уезжали на месяц на заработки. Конечно, оставаться одному – это даже неплохо, на день, два или три. Но четыре недели самому топить печь, варить каши и жарить картошку, согласитесь, мало приятное занятие.

И я решился! Раз уж так складывается, то на зимних каникулах махну к ней! Сделаю сюрприз. А что!? По немецкому у меня твёрдая пятёрка! Да, и вообще, побываю за границей, буду потом в классе рассказывать. Это вам не в мушкетёрской накидке, с пришитыми крестами, по актовому залу пару часов расхаживать.

За год до описываемых событий

Первым уроком после зимних каникул была лит-ра. И он начался с сюрприза. Наша Каа, то есть учительница литературы Марина Александровна, вошла в класс с улыбкой на лице. 1

– Контрохи не будет, зуб даю, – прошептал наклонившись ко мне сосед по парте Фома, то есть Лёха Фомин, двоечник по жизни, пересаженный с камчатки за первую парту, дабы быть под неусыпным контролем учителей.

– С чего ты решил? Помнишь в декабре, на последнем уроке она обещала, дать нам сочинение по книгам, которые мы должны были осилить на каникулах, – возразил я, – ты что прочёл за две недели?

– Ничё…

– У меня прекрасная новость, – разнёсся по классу голос классной руководительницы, разом прервав шушуканье, – я на каникулах побывала в Германской Демократической Республике! Надеюсь, учительница географии вам об этой чудесной стране рассказывала. Ездила по обмену опытом, побывала в местной школе, и вот!

Каа жестом фокусника извлекла на свет божий толстую пачку конвертов:

– дежурный раздай каждому по письму.

Познакомилась с Эльзой Крауле, тамошней учительницей русского языка. И она предложила дружить классами. Надеюсь, вы согласны?

Пятнадцать аккуратно подстриженных, (по случаю начала третьей четверти) голов отрицательно закачали из стороны в сторону.

– С немчурой, ещё чего, их отцы наших…, – буркнул Фома, сообразивший к чему приведёт предложение Марины Александровны.

– Фомин! Категорически не согласна! Во-первых, в их in der Schule учатся дети героев сопротивления, во-вторых, ГДР строит социалистическое общество и успешно. Есть чему у них поучиться. Например, тому, что ни один немецкий Schüler никогда не выскажет своё мнение, предварительно не подняв руку. И в третьих, дружба, то есть Freundschaft – это замечательно. И хватит дискуссий. Перед каждым лежит письмо с адресам немецких сверстников. В течение недели вы должны написать им ответ. Рассказать о себе, семье, увлечениях, успехах в учёбе и так далее. 2 3

Лёха изо всех сил тянул руку и даже тряс ею, прямо перед лицом учительницы.

– Фомин! Имей совесть! Дай закончить! Ну раз уж перебил, что тебе непонятно?

– Я по-немецки не могу, у меня с ним не очень. Можно по-русски? И вообще, с девчонкой переписываться не хочу, – он продемонстрировал выпавшую из конверта фотографию, смешливой девочки с конопатинками на лице.

– Пиши на родном. Их учительница так уж и быть переведёт. Только без ошибок! Не хочешь с девочкой переписываться, не надо. Обменяйся письмом с соседом. Будешь писать мальчику Бертольду. Кстати, он коллекционирует ножи, надеюсь тебе интересно узнать подробней о таком хобби.

***

Так началась моя дружба с удивительной девочкой Ангеликой Лееман, живущей в маленьком городке Spreewald, то есть лес на реке Шпрее.

Первым делом, она проявила «нордический» характер и категорически запретила писать ей по-немецки. Только по-русски. Мне же писала исключительно по-немецки, правда, по началу печатными буквами, чтобы было легче отыскивать незнакомые слова в словаре. На зависть друзьям прислала кучу переводных гдровских картинок с улыбающимися девушками. По тем временам дефицит страшный. «Ибо гитара местных менестрелей, без такой наклейки звучит много хуже, чем с ней!»

Я же купил в Детском мире и отослал лист наших «переводок» с африканскими животными. И через две недели получил ответ: «das brauche ich nicht mehr!» (такого качества больше не надо!)

А потом в почтовом ящике я обнаружил служебное письмо с настоятельной просьбой явиться в отделение зарубежных отправлений Главпочтамта.

– Паспорт! – рявкнула дородная женщина, показавшись в амбразуре пахнущего клеем и сургучом маленького окошка.

– А нету. Мне ещё шестнадцати лет…

– Давай, что есть. Откуда я знаю, что ты это ты, и письмо заграничное для тебя отправлено.

– Так рань-ше про-сто в поч-то-вый ящик, – заикаясь и давя комок в горле от напряжения, вымолвил я.

– Тебе прислали не письмо, а целую бандероль! И она не влезет в ящик! Понятно? И к тому же в ней вложения, может быть даже запрещённые. Поэтому уполномоченные товарищи её вскрыли, удостоверились. Короче, гони свидетельство о рождении, распишись туточки, забирай посылку и проваливай.

***

Я был на седьмом месте от счастья. Ещё бы. Ангелика прислала настоящий немецкий набор для собирания модели вертолёта. У нас такие иногда выбрасывали в «Детском мире», и стоили почти половину маминой зарплаты. Кроме этого там лежала мягкая пластинка, почему сложенная вчетверо.

На прослушивание зарубежной музыки собрался весь класс.

Прочистив как следует корундовую иглу и по возможности выправив измятую пластинку, я торжественно опустил звукосниматель на подарок Лееман.

Даже утяжелённая магнитом от разбитого динамика, головка проигрывателя прыгала, безжалостно перескакивая с одной бороздки на другую. Но всё же мы путём совместного мозгового штурма поняли, что это знаменитая песня группы «Битлз».

В следующем письме Ангелика спросила, как я отношусь к творчеству ливерпульской четвёрки? Ответил, что мне нравится, а вот некоторым компетентным органам не очень. Настолько, что они свернули пластинку, словно блин на масленицу. Надеюсь, подруга поняла, что я хотел сказать.

1969 год. 30 декабря. Краснодар

И так решено! Еду! Плохо, что из нашего города в ГДР прямые поезда не ходят, но проходящий до Бреста идёт. Если получится, то пару деньков у немецкой знакомой погостить смогу. Чемодана у меня нет, но холщёвая сумка для тренировок сгодится. Кладу перво-наперво приглашение от Ангелики Лееман, почти официальное, так как на двух языках написано, удостоверение личности, то есть свидетельство о рождении (плохо, что без фотографии, но думаю и так сойдёт), деньжата, собственные из копилки и оставленные родителями на пропитание, подарок девочке, то есть наш советский шоколад, между прочим, лучший в мире, и вперёд, на вокзал. Встречать Новый год в поезде! Отличное приключение. Будет что друзьям рассказать в дополнение к немецким сувенирам. И не забыть привести Каа что-нибудь. Без её писем, ничегошеньки не было бы.

– Уважаемая кассирша, будьте добры, один плацкарт до самого конца, то есть до Бреста, – я положил на тарелочку прикрученную к отполированной до блеска доске мятые купюры.

Женщина удивилась, по-видимому, хотела возразить, но толпа жаждущих приобрести как можно быстрее вожделенные билеты и добраться, наконец, до праздничного стола гудела за спиной, словно тысяча разъярённых пчёл.

– Верхнее, у туалета, – послышалось из окошка, и на тарелку упал маленький картонный квадратик с дырочками от компостера, – обратный брать будешь?

Я не успел ответить, ибо здоровенный дядька из очереди вышвырнул меня в зал ожидания, буркнув на прощание, – там купишь, неча туточки лясы, почём зря, точить!

2 января 1970 год. Три часа ночи. Вокзал Брест-центральный

Гулкий, пустой зал. Ряд закрытых окошек, с золочённой надписью над ними «КАССЫ. ПРОДАЖА БИЛЕТОВ НА ПОЕЗДА ДАЛЬНЕГО СЛЕДОВАНИЯ».

Выбрал среднее, робко постучал.

– Чаго табе паўночнік, – буркнули из амбразуры. 4

– Один билетик до Шпреевальда или до Берлина, если поезда в этом Вальде не останавливаются. Сто километров я там как-нибудь, на автобусе преодолею.

Окошко с грохотом открылось и из него показалось заспанное лицо родственницы краснодарской кассирши, правда, с фирменной береткой на голове.

– Здурэў што-ці што? Адзін, без бацькоў ехаць за кардон? (Сдурел что ли? Один, без родителей за кордон ехать?). Ступай вон туда, к погранцам, – женщина посмотрела на меня и продолжила, – с немкой что ли того, дружишь?

Я утвердительно кивнул и уже открыл рот, чтобы сразить её и выдать пару заученных в поезде фраз на «чистейшем белорусском», но женщина продолжила монолог:

– Ежели зелёные фуражки дадут добро, так уж и быть продам, на ближайший, утренний. Только это вряд ли, – из окошка высунулась рука и показала мне на неприметную угловую дверь с надписью «Погранслужба». 5

***

Седовласый майор минут пять смотрел на меня, как наш вождь, товарищ Ленин на класс угнетателей, то есть на буржуазию, наконец, плюхнулся на стул, порылся в пухлой папке и, достав листок сунул мне под нос со словами, – грамоте обучен? Читать умеешь? Давай с выражением и вслух!

– «ОФОРМЛЕНИЕ ДОКУМЕНТОВ ДЛЯ ВЫЕЗДА ИЗ СССР И ВЪЕЗДА В СССР ГРАЖДАН СССР Статья третья…» – давя комок в горле начал я, – «Документы, необходимые для пересечения границы гражданами СССР Граждане СССР при выезде из СССР и въезде в СССР проходят в пунктах перехода паспортный…»

– Дальше, со следующего абзаца, – перебил пограничник.

– «Граждане, не достигшие 18 лет, выезжающие без сопровождения законного представителя, предъявляют нотариально заверенное заявление законного представителя с указанием даты…»

– Свободен! – гаркнул майор, – и скажи спасибо, что мне недосуг звонить в Краснодар и узнавать каков ты есть, залётная птица и какого лешего за кордон понесло! И вообще люблю я ваш край, особливо море. Чёрное!

Сорок лет спустя

Командировочное дела занесли меня в столицу Федеративной республики Германии славный город Берлин.

– Если поезда в этом Вальде не останавливаются, то сто километров я как-нибудь на автобусе преодолею, – всплыла из глубин памяти много лет назад произнесённая фраза.

Сказано-сделано. Брожу по ухоженному городку именуемому немецкой Венецией. Река Шпрея здесь разделяется на множество рукавов, превращая местность в природный заповедник.

Эх, походить бы по её берегам под ручку с фрау Лееман, только вот досада, за давностью лет, я адрес das Mädchen Ангелики позабыл. 6

Август 1961 года. Частный сектор Заречного района

– Сашка, бисова душа, после завтра в школу идти, а он по улице гоцает. – Мать выглянула из-за плетня* и погрозила пальцем. – Марш домой, форму мерять! Бабуля покажет, как воротнички пришивать.

Хохот друзей мгновенно вогнал меня в краску.

– Санёк с иголкой в руке – Ой! Держите двое. Сейчас помру с хохоту, – дружбан Юрка демонстративно схватился за живот и переломился пополам.

– Тебе хорошо. Только на следующий год в первый класс потопаешь. А кое-кто уже в понедельник…

– Зато в новую школу. Помнишь, как на той стройке в войнушку играли? Неделю назад туда парты привезли. Сверху чёрные, а снизу коричневые. Пахнут как пирожные с кремом! – Юрка облизнулся, словно эти они были съедобными. – Не вздумай их поцарапать! Чтобы когда в класс приду- стояли, как новенькие!

– Юрок, так я писать ещё не умею, только буквы выучил. Мамане некогда. Правда бабуля Азбуку купила и показала. Знаш, как интересно. Я хотел грамоте до школы выучиться, но у неё тоже времени мало. Подрабатывает на заводе, уборщицей.

– Ты идёшь? Или хворостину взять – прервала наш диолог мать.

***

На столе лежал пахнущий кожей портфель. Сразу же захотелось взять в руки, посмотреть, что там внутри. А ещё нюхать, нюхать и нюхать!

– Хоть сюды. – Бабуля держала в руках серую, школьную гимнастёрку. – Бери в правую руку иглу, а в левую воротничок.

– Забыла? Я же как и папка-левша. Этой рукой мне сподручнее.

Бабушка взяла иголку в левую руку, сделала пару стежков, вздохнула. – Ступай отседова. Сама пришью. Левша – неправильная душа. И как по жизни пойдёшь? Кто воротнички подшивать станет, когда я пред господом предстану?

– Женюсь. На Таньке. Знаш какая рукастая.

– Так она тоже первоклашка. А малышню нонче – расписыват закон не велит.

Я почесал затылок. – Ба, тебе помирать, ну никак, нельзя. Потому как с грязным воротом меня в школу точно не пустят.

С улицы донёсся Юркин свист и я, схватив со стола портфель, помчался к ребятам. Хвастаться! (Хорошо, что купили его, а не ранец. С ним же немцы, в войну, ходили. Как можно такую гадость на себя напялить?)

***

Во все времена директора школ жалуются, что в педколлективе хронически не хватает мужчин. (Трудовики и немногочисленные «физкультурники» не в счёт). Наша, (с иголочки) Заречная, стала исключением. В городе закрылось (созданное ещё во время войны, для мальчишек-сирот) «Суворовское училище»** и работающие там наставники-мужчины составили костяк учительского коллектива тринадцатой школы.

А по сему обязательное «по классное построение» на школьном плацу (в любую погоду!), свежие, (накрахмаленные***) воротнички на гимнастёрках и отглаженные фартучки (слава богу-это для девчонок!) обязательны к ежедневному предъявлению для досмотра.

Вход в помещение класса только позвёздно ****. Одно радовало. Родителей в школу не вызывали! Мужчины-педагоги провинившегося мальчугана прорабатывали сами. Да так, что выражение «стал шёлковым» приобретало буквальный смысл.

Семь лет спустя

В отместку за полувоенную муштру (Но больше, по школьной традиции!) каждому учителю – давали кличку. Кроме одного. К физику ничего не клелось. Не оттого, что собразилки не хватало, а потому, что фамилия (бывшего командира автобатальона) – Мужера, характеризовала учителя, как нельзя лучше.

Физические явления природы, объясняемые им, минут через пять обязательно сводились к свойствам двигателя внутреннего сгорания.*****

****

Друзья стали покуривать. Хотели казаться взрослыми. Я был исключением. Батя пришёл с фронта израненный. С язвой желудка. Не курил и ни капли спиртного в рот не брал. Конечно отец, с малых годков, был непререкаемым авторитетом и всегдашним примером для подражания. (К тому же, мы строили дом, а по сему каждая копейка на счету. Чего ради деньгу на дым изводить?)

***

– Мальцы в одну сторону, девчата в другую. – Гремел, на весь класс, бас Мужеры. – Хлопцам вывернуть карманы, девкам необязательно. Сашку тоже, можно не выворачивать.

Хохот друзей прервал монолог учителя.

– Чего рыгочите? Или некдот сейчас выдал? – От него табачищем николечки не пахнет. А что в его карманах пшено, для стрелятельных трубок, наличествует! И сей момент на полу окажется! Так сегодняшнему дежурному по классу оно надо?

***

С того дня я получил привилегию – «освобождение от досмотра». Чем беззастенчиво пользовался.

Мои серые школьные брюки едва не расстёгивались (по ширинке) от набитых до отказа карманов. В них регулярно проносились мятые пачки «Охотничьих», «Примы», «Прибоя» и «Памира»******. Старшеклассники в обмен на эту услугу, иногда одаривали «носителя» пластинкой заморской жвачки, с интригующим названием «Даблминт». Или, пользуясь знакомством с билетёршей, проводили на киносеанс, для тех у которых уже имеется паспорт. То есть – уже исполнилось – шестнадцать.

Зима 2021 года. Компьютер высвечивает предупреждение о гололёде

– Дед. По инету продукты на дом заказываешь? – Внук подошёл и уставился на экран. – Добавь жвачку, мюсли и чипсы. Я только, что на удалёнке пяху по англу схлопотал. Значит имею право на материальное поощрение.

– Допустим. А самому в супермаркет прогуляться, воздухом свежим насладиться? А за одно и деда избавить от этой злосчастной онлайн доставки.

– Там гололёд. Не видишь что ли? Красные буквы предупреждения, по монитору бегут.

***

«А был ли гололёд в том далёком шестьдесят первом?» – Пронеслось в голове. – «Не припомню, чтобы погодные катаклизмы останавливали меня от побега из дома. В тот самый момент, когда до уха долетел залихватский свист дружбана Юрки.

К стати о воротничках на гимнастёрку. И сегодня могу пришить! Запросто! Только вот где взять, гимнастёрку-то?»

* – Плете́нь – плетёная изгородь из прутьев, ветвей и строительный материал аналогичной конструкции. (Википедия)

** – Суворовское военное училище – специализированное военно-учебное заведение для молодёжи школьного возраста.

***

– предметы одежды обрабатывались крахмалом, дабы придать им жесткость и чёткую форму.

****

– В советской начальной школе – обязательное разделение класса на октябрятские звездочки. Для достижения необходимого уровня дисциплины.

***** – С тех пор минуло полувека. А в моих ушах нет-нет, да и зазвучит его командирский бас – цикл Карно́ – это идеальный круговой процесс. В термодинамическая система выполняет механическую работу за счёт обмена теплотой с двумя тепловыми резервуарами. Впрыск, сжатие, рабочий ход, выхлоп.

******

– Марки самых дешёвых сигарет, выпускаемых в СССР

Шестидесятые годы прошлого века. Областной центр на Юге России. Район саманных и турлучных домов, с горным названием – «Горогороды»

Признайтесь, только честно, ведь были и у вас в школе любимые предметы, или стали таковыми, потому что преподавала их учительница, для которой её работа – не урокодача, а Призвание! Именно так, с большой буквы!

Отмечали у себя в дневнике, что в такой-то день и час вас ждёт праздник, то бишь встреча с любимой Анной Андреевной, Тамарой Григорьевной или Верой Марковной. В моей жизни была «Наша марка» (это такое ласковое прозвище, производное от её отчества!). Взяла да и заразила класс химией, а меня, так больше всего.

Заполняющий весь кабинет химии сухой дым из пробирки. Или очень эффектная качественная реакция, позволяющие определить наличие того или иного вещества в растворе! Да, что я рассказываю, в школе все это проходили. И даже самостоятельно проводили контрольные опыты, на оценку!

И когда при нефтеперегонном заводе открыли кружок «Юных химиков-лаборантов», то первым, кто в него записался, был ваш покорный слуга. Богоборчество

Руководство предприятия поставило перед кружковцами важную, можно сказать, государственную задачу: Доказать что Бога нет! Для чего собрать на пасху всех соседских бабушек и дедушек, а по возможности, и других взрослых, а затем, с помощью химических опытов опровергнуть священное писание, то бишь, никогда не читанную нами Библию.

Нам предстояло: – сотворить дым без огня, продемонстрировать, как из раствора в осадок выпадает чистое серебро и тому подобное.

Руководительница кружка, студентка третьего курса химфака, выпросила для этих целей дорогостоящие реактивы: соли, щёлочи и кислоты, в том числе и плавиковую, но о ней, я чуточку позже поведаю. А пока для справки:

***

(Плавиковая или фтористоводородная кислота, HF – одноосновная кислота, состоит из одного атома водорода и одного атома фтора. Химические элементы соединены между собой ковалентной полярной связь. Плавиковая кислота разъедает стекло и другие силикатные материалы: кварц, фарфор. Хранится в металлических ёмкостях.

(Из старого, потрёпанного советского учебника химии, не помню за какой класс, ибо обложка книги отсутствует)

***

Месяц оттачивали мастерство, даже в цирк сходили на фокусников посмотреть, поучиться, чтобы в светлое воскресенье всё прошло без сучка и задоринки.

Так и получилось. Мы виртуозно демонстрировали опыты и даже снимали их на дефицитную кинокамеру, но… на широко разрекламированное антирелигиозное мероприятие не пришёл никто. Ни старушки по причине того, что в Бога всё равно верили, ни взрослое дяди с тётями, так были сильно заняты процессом разговения [1]

Химическая рыбалка

Наши Горогороды упираются в полноводную реку. И как следствие этого, все мальчишки, да и девчонки тоже, ходить и плавать научились одновременно, и с раннего детства стали заядлыми рыбаками и рыбачками. Кроме меня. Конечно, удочка имелась в доме, отцовская. Но к этому способу время препровождения я относился равнодушно. Чтобы не отличаться от сверстников, я вместе с ними, встав ни свет ни заря, позёвывая, топал на речку, плевал на бедного червя и закидывал удочку, после чего с чувством исполненного долга приступал к чтению очередной приключенческой книги или детектива. О том, что рыба, в знак благодарности за корм, минуту била хвостом по поверхности воды, позже со смехом рассказывали товарищи.

И эти усмешки меня допекли. Всё! Отныне буду ловить рыбу не на банальную удочку, а на современные химические гранулы.

Сказано-сделано. После очередного занятия в химкружке прихватил с собой стаканчик вещества для чистки труб нашего нефтеперегонного завода.

На сеансе рыбной ловли, отойдя к дальней заводи, закинув для маскировки удочку, швырнул на мелководье гранулы. Десяток мелких рыбёшек всплыли кверху брюшками минут пять спустя, а через десять, – я уже был героем дня и лихорадочно придумывал ответы на вопросы друзей:

– Ну ты «ботан» даёшь! На что ловил? Чем прикармливал? Когда успел.

Разоблачил меня любимец нашей ватаги старый кот Кыс. Главный пожиратель улова.

Понюхав бедных рыбёшек, он ничего не сказал, но удалился с таким видом, что присутствующим всё стало ясно. С той поры я больше на рыбалку не ходил. От слова – совсем.

Плавиковые страдания

В те далёкие годы ещё не был снят легендарный мультфильм про зловредную старуху Шапокляк, поэтому её горогородскому аналогу мы эту кличку дать не могли. Звали просто Старуха-вреднюха.

И тому была веская причина. Возле её дома почему-то всегда лежала куча песка, но играть на ней, малышне она категорически запрещала. Гоняла, орала и даже кидала в них гнилыми яблоками. А где им ещё играть? В частном секторе городские власти никаких огороженных песочниц не строили.

И однажды на совете командиров «казаков-райбойников» [2] было вынесено решение старуху-злюку проучить. Во искупление рыболовного греха эта сложная задача поручалась вашему покорному слуге.

Серьёзная проблема для тринадцатилетнего парня «ботаника». Несколько дней спустя

Первоклассник Коська разгонялся с самого угла улицы, но бежать надо было так, чтобы не расплескать раньше времени драгоценную жидкость в алюминиевой кружке. Но он справился! На глазах у «форума бабушек», во главе с предводительницей Старухой-вреднюхой, парнишка выплеснул остатки разбавленной плавиковой кислоты на стекло её веранды.

Все мы, стоящие в сторонке, конечно, не могли видеть того, что в это момент творилось на лицах пожилых женщин, но то, что они не шевелились минут пять, а то и больше в нашей памяти запечатлелось надолго.

***

Мои отнекивания, «мол, я не я, и лошадь не моя» ни на Вреднюху, ни моих родителей не подействовали. Быстро был вынесен окончательный вердикт:

«Виновен! Стекло, повреждённое плавиковой кислотой подлежит немедленной замене, для чего копилка виновника будет разбита, а её содержимое пойдёт на покрытие нанесённых убытков.»

Но это мелочь. Куда более серьёзный разговор состоялся с Коськиной мамой:

– Эта гадость даже стекло растворяет! Что она могла сделать с руками моего мальчика? Пусть даже облачённого в твои кожаные перчатки.

Успокоили её только мои искренние обязательства: помогать первокласснику в изучении всех предметов, аж до окончания четвёртого класса, включительно.

***

То ли результат взаимодействия разбавленной плавиковой кислоты со стеклом веранды, то ли увещевания подруг-бабушек, но со Вреднюхой с той поры произошла удивительная метаморфоза. Она в одночасье полюбила детей. Сама стала приглашать их поиграться в песке, стоить куличи и домики и даже пару раз угостила малышню конфетами-подушечками.