- -
- 100%
- +
Разглядываю из окна холла детского дома их площадку, сложив за спиной руки. Чувствую, как подрагивают пальцы. Никакой “Татьяны” я не помню. Но у меня были "клубные связи"... Тогда я еще находил время потусоваться. Неужели, это как-то выстрелило? Я всегда максимально предохранялся.
На углу здания, во дворе, стоит машина спасателей.
- Извините, я здесь уже час жду, - ловлю одну из женщин, проходящих мимо меня.
- У детей медосмотр. Потом обед. Ребёнок освободится, его приведут.
Рядом какая-то сомнительная женщина "посещает" своих детей.
Пацаны, матерятся, ведут себя как говнюки, она успевает их лупить, ругать и кормить дешёвыми конфетами. Высокие отношения! - скептически вздыхаю я.
Погружаюсь в планшет, пытаюсь работать.
Пожилая женщина, которая дежурит в этом помещении все это время поглядывает на меня с любопытством и осуждением.
Не выдержав пристального внимания, поднимаю на неё вопросительный взгляд.
- Вы к Мамаевой Кире?
- Да.
- Отец?
- Да.
Бросает демонстративный взгляд на мою обувь, часы...
- Что ж Вы даже игрушечку никакую не взяли, ни гостинцев. К ней только волонтёры и ходят изредка.
- Эм... - озадаченно зависаю я.
Н-да, Полярный. Что ж ты? Себя в детстве вспомни. Ты любил игрушки...
Я не могу вспомнить, как находился в детском доме. Это была травма. Детская психика, спасая себя, все стёрла. Я даже помню какие-то обрывочные эпизоды "до". А вот здесь... А это ведь было здесь же! Абсолютно ничего.
Хотя нет. Запах столовой. Казенный, специфический. От него воротит. Не нравится! Я его помню.
Убираю планшет в карман пиджака.
Осматриваюсь. На стенах ещё старые рисунки масляной краской. Винни-пух...
Набираю своего секретаря.
- Люба срочно, прямо сейчас, купи игрушку для девочки шести лет. И какой-нибудь набор детский с конфетами. Адрес скину.
Мне хочется перенести встречу. Морально я не готов.
Ко мне выходит женщина в белом халате, медсестра, наверное.
- Извините, у вас сейчас не получиться встретиться с Кирой.
- Почему это? Я час прождал.
- Кирюша... плохо себя чувствует.
- Конкретнее.
- В психологическом плане. Вам лучше завтра...
- Опять по башке получила, - пробегает мимо маленький пацан.
Мой глаз дергается.
- Покажите ребёнка. Немедленно. Или я приеду с ментами и адвокатами.
Женщина поджимает губы.
- Вы что думаете, у нас сотрудники бьют детей? - обиженно.
- Я вообще ничего не думаю. Покажите, что с ней все в порядке. А личную встречу я могу и перенести.
- Встречу? Разве вы не будете её забирать?
- Прямо сегодня?! - опешив, теряюсь. - Но мы даже не знакомы.
- Дело ваше.
- Где ребёнок?
- Мм... Ну тогда ждите ещё.
Уходит.
Ловлю какого-то пацана постарше.
Вручаю ему купюру.
- Кира Мамаева. Разузнай, что происходит.
- Ааа, чокнутая! Так она это, ей хотели прививки поставить, а она под крышу залезла. Её спасатели пытаются достать уже час.
- Крышу?
- Да постоянно херню делает эта ваша Кира! - прячет деньги в карман.
- А давно она здесь?
- Месяца три, - пожимает плечами.
Выхожу на улицу. Подхожу к спасателям.
- Мамаева! Ты мне это прекрати! - ругает её директриса.
Видел её фото на сайте. И говорил с ней по телефону.
- Немедленно вылезай! Зараза какая, ты посмотри...
На крыше - старые, еще в деревянных рамах, окна для проветривания и освещения чердака, они оформлены как маленькие домики. Девочка на секунду выглядывает из окна как кукушка из часов.
- Сама заваза! - дерзко.
Выкидывает оттуда какую-то мелкую рухлядь.
- В окно взрослый не пролезет. А стенка сразу за ней замурована. Она в маленькое отверстие пролезла, - объясняет бородатый могучий спасатель. - Только разбирать.
- Да нельзя разбирать, это не стенка а опора, крыша ветхая, может на неё обвалиться.
Спасатель вздыхает.
- Кирюша, хочешь шоколадку? - кричит ей.
- Нет! - высовывается коротко стриженная голова.
- А что хочешь?
- Кавбасы. Копчёной.
- О! У меня как раз бутерброд есть. Найдите, кто-нибудь бутерброд, - оборачивается Спасатель к своим.
- А вы кто? Что вы делаете на территории? Кто вас пустил? - замечает меня директриса.
- А я отец "заразы", - смотрю на неё гневно.
- Ой... - осаживается. - Я ж любя! Волнуюсь, не дай бог упадет... Что ж Вы не забрали её сразу. Бегают за вами, уговаривают...
- Вы мне с больной головы на здоровую не перекидывайте. У вас мой ребёнок застрял на крыше.
- Застрял, - вздох. - У нас и не такое бывает.
- Так, Кирюш, я несу тебе колбасу, - поднимается по развернутой до окошечка лестнице спасатель.
- Высунулась бы, чтобы он её схватил, - обсуждают женщины. - До чего ребёнок вредный, это же ни в какие ворота... Дикарка.
- Кира, ты где? - смотрит спасатель в окно.
- Я Кивилл! - доносится из под крыши.
- Окей, Кирилл. Держи, дружище, - тянет пакетик.
- Поважи там. И уходи!
- А знакомиться? Надо же руки пожать хотя бы. Я - Добрыня, ты - Кирилл. Настоящие парни должны пожать руки.
- Я не дувак! Утащишь меня ещё...
- Окей, понял. Ну вот, оставляю, кушай.
Кладёт пакетик на край окна.
- Добрыня, - зову Спасателя.
Ловит меня взглядом.
- Скажите, что за ней отец пришёл. Кира, ты слышишь? - повышаю голос. - Я пришёл за тобой. Спускайся!
- Чо? - высовывается удивлённая девочка.
И в этот момент Добрыня хватает её за плечо.
- Тихо... Тихо... - увещевает, яростно дерущуюся Киру. - Спокойно, Кирюха. Больно ж...ё-моё...
Сгребает, вытягивая на себя. Бутерброд в пакете летит вниз.
Девочка прямо крошечная в его руках. Как марионетка. Только веревок нет. Прижимает ее к себе, лестница едет вниз.
- Ну я тебя накажу, Мамаева! - машет ей строго пальцем директриса.
- А у Вас одна Кира Мамаева? - с сомнением смотрю на ребёнка. - Что-то мелковата для шести, нет?
- У нас все с задержкой развития.
- Судя по способности сопротивляться психологическому давлению с развитием у неё как раз все нормально, - бормочу я.
Спасатель ставит девочку к моим ногам.
- Принимай, отец.
- Спасибо вам, Добрыня, - тяну ему руку, пожимает.
Опускаю взгляд.
Мелкая, грязная, глазастая, в каких-то облезлых пацанских тряпках...
И на шее белые пятна, как были у меня. Пока я не забил их тату. Это генетическое...
Дочь, да?
- Чо надо? - рассерженно смотрит исподлобья.
Не дожидаясь ответа, поднимает пакет с бутербродом. Открывает, ест, шмыгая носом.
- Отберите у неё немедленно! - требует директриса. - Вдруг отравится. Это непроверенные продукты. Нам ещё кишечной инфекции не хватало в группе!
Кира решительно показывает ей фигу на вытянутой руке, засовывая бутерброд целиком в рот.
Походу, у нас назревают проблемы с посещением ресторанов.
Вытирает руки о свои бока. И жуёт с набитым ртом. Мне кажется, вполне довольная собой.
Н-да... Не принцесса.
Глаза. Глаза у неё выразительные.
Везёт мне в последнее время на женские глаза... И от контраста с ними её образ кажется ещё более убогим.
- Я не понимаю, у вас что детский дом бедствует? - цежу я.
- Да на неё что не надень через день в таком состоянии! Вы же сами видите, откуда ее достали?
Вижу.
- Забирать будете?
Словно я сейчас выкупаю заранее заказанный товар, и он может мне не понравиться, и можно отказаться.
Но отказаться нельзя. Что выросло, то выросло.
- Буду... - вздыхаю я.
- Пойдёмте оформлять....
Образы героев:
Богдана и Платон
Глава 1 - Не вовремя
Накануне...
С недоумением смотрю на фотографию личного дела. Вверху маленькое фото какой-то девочки, а может мальчика. В таком масштабе не разберешь. Мамаева Кира Платоновна. Девочка. Сюр какой-то...
Встряхиваясь, продолжаю разговор.
- Наина, ну какой ребёнок? Ты серьёзно сейчас? Мы же обсудили... Тебя просто пытаются развести. Не может у меня быть никакого ребёнка. Я послал их к черту. И тебе нужно было сделать также.
Разговаривая по телефону, быстро иду по коридору нашего седьмого этажа.
- Платон Александрович, здравствуйте! - разворачивается следом за мной какая-то незнакомая мне девушка.
- Здравствуйте...
Иду мимо, не отвлекаясь.
- Нет, мам, - продолжаю разговор с Наиной. - Исключено. Ну я же сдал биоматериал. Чего ты опять начинаешь?
Наина Павловна мне не мать. Но воспитала как родного сына. Сейчас у нас очень сложные отношения. Наина тиран... я, впрочем, тоже. И сейчас у неё приступ яростной тирании. А я не могу ей перечить, она серьёзно больна, проходит лечение в Израиле. И ей нельзя волноваться.
- Так тест показал, что ты отец! Разве ты не посмотрел результат?!
Нет, не посмотрел. Секретарь переслал его ей, чтобы она успокоилась.
- Да ладно? - застываю я в недоумении. - Это какой-то развод. Ты уверена в лаборатории? Может, они им заплатили за результат.
- Кто "они"? Социальные работники?! Ты не самый богатый человек, Платон, чтобы вешать на тебя чужих детей, окстись.
Увы, да. Корабль с моими доходом терпит крушение. И скоро под нож пойдёт немногочисленная недвижка.
- Это твоя дочь там в детском доме. Ее зовут Кира. Не позорься, забери! - рявкает она рассерженно. - Бросишь её на нянек - клянусь, прокляну.
- Но... я занятой человек. Я пытаюсь вытащить наш бизнес, вообще-то.
- Я, ты знаешь, тоже не цветы нюхала. И этот бизнес создавала. Но воспитала тебя сама.
Скидывает вызов.
- Оху...ренеть просто.
- Платон Александрович, водички? - услужливо уточняет секретарша.
- Неси... - слепо смотрю перед собой, пытаясь осознать масштаб трагедии.
Ребёнок?!
- Неси водички...
Прикладываю руку ко лбу. Меня что - кто-то проклял? Сначала полное обрушение бизнеса, потом болезнь Наины, теперь какой-то непонятный ребёнок...
Вспоминаю, что вообще-то у меня конец света в агентстве. И снова срываюсь с места.
Забери... Куда я должен его забрать?! Что с ним делать?? С ней... - поправляю себя. Кира, да?
Нет, я хочу сделать тест сам, как минимум. Может у Наины крыша поехала и она сама подделала анализы. Зачем? Наина мечтает о внуке. Но вряд ли бы поступила так.
Я - отец? Что так не вовремя-то?! А можно лет на десять отложить?!
Но, увы, крио существует только для сперматозоидов. Для детей ещё не изобрели.
Резко торможу, чуть не поймав лицом открытую дверцу встроенного в стену шкафа, в цвет коридора.
Сзади в плечо мне втыкается...
Разворачиваюсь.
Снова та девушка!
- Не нужно за мной ходить! - цежу гневно. - У меня есть секретарь. Идите к нему.
Прикрываю дверцу.
Поджав губы, делает шаг назад.
Со злостью луплю по опять открывающейся дверце шкафа с проводкой. Он с грохотом закрывается и открывается снова.
- Ты наладишь это когда-нибудь?!
- Завтра. Клянусь, Платон Александрович! - выглядывает завхоз.
- Сегодня!
- Сегодня закупка.
Ах, да.
Садясь за стол секретаря, ищу в заблокированных номерах номер той женщины, Зои Васильевны, что звонила на счёт "ребенка". Но заблокированных слишком много и все без имён.
- Люба! Все заблокированные за последние три недели номера обзвони, найди мне Зою Васильевну. Срочно. Прямо сейчас.
Бросаю на стол свой рабочий телефон.
Сжимаю переносицу пальцами.
- Что у меня сейчас?
- Собеседование. А потом планерка.
- Собеседование...
Спускаюсь в холл, где обычно ждут соискатели.
Восемь человек. Это те, резюме которых не улетели в мусорную корзину.
- Здравствуйте. Меня зовут Платон Полярный. Я исполнительный директор рекламного агентства "Пятый элемент". Мне нужен креативный менеджер.
Обвожу сидящих взглядом. Господи... Ни одного подходящего.
Человек, с которым я работал забрал клиентскую базу и открыл свой бизнес, стал конкурентом и снизил удельную емкость рынка, которая и так небольшая в нашем регионе . Мудак? Безусловно... Но это лирика. Мне нужен новый, круче, чем был старый.
- Первые полгода без зарплаты, только процент с проектов. Есть успехи - есть зарплата. Нет успехов - значит, платить не за что. Балласт мне не нужен.
Двое встают и молча уходят. Прекрасно. Нашим легче выбирать.
- Через полгода вашей успешной работы, я уже оцениваю вас как опытного менеджера, и вы получаете к своему проценту несгораемую сумму.
- А если у меня уже есть опыт? - уточняет один, самый молодой из мужчин. - У ваших конкурентов.
- А почему Вы уволились? Или Вас уволили?
- Характерами не сошлись.
Значит, уволили. А мои конкуренты хорошего спеца не отпустят.
- И со мной не сойдетесь, - предупреждаю я, хмурясь глядя пацану в глаза. - Свой характер придётся засунуть в ж-ж... подальше. И все инициативы потратить на работу.
Недовольно кривит лицо.
- Итак... "Нет", - качаю головой женщине лет сорока.
- Почему?
- Без объяснения причин. Просто "нет".
Причина есть - стиль одежды исключает вкус. А у моего менеджера он обязан быть. Это часть его компетенции.
- "Нет", - исключаю ещё одного невзрачного персонажа.
Он даже себя не может продать на собеседовании. Что уж говорить о большем.
Остаётся три человека.
Раздражаясь, веду по ним взглядом, пытаясь за что-то зацепиться. Шатенка, которая пыталась тормознуть меня в коридоре и блонди... вполне себе по "самопрезентации". Хищный взгляд, умные глаза.
- Возьмите меня! - встаёт шатенка.
Разглядываю. Точно до тридцати.
Волнистое пышное каре. Стройная. В глаза бросаются изящные плечи, с выразительной линией мышц. Поправляет упавшую на лицо прядь волос. Тонкие пальцы… два серебряных колечка на указательном.
В белоснежной облегающей майке и широких черных брюках. На шее яркий платок. На запястье широкий браслет в цвет платку. В руке белая сумочка, к ней приколот крошечный букетик с сухоцветами вместо броши. В цвет шёлковому платку. Хм...
- Я талантливая и креативная. Не боюсь браться за что-то новое.
- А как насчёт доделывать старое?
- Эм... тоже - да.
Вытаскиваю ее резюме. Быстро пробегаю взглядом.
- Аа... тоже "нет".
- Почему?!
- Художник, танцор, певица, ведущая на радио... Все перечислять не буду, окей?
- А что не так?
- Всё. Если уж вы получили хорошее образование, то получите и опыт по нему. А не вот этот радостный бессмысленный калейдоскоп ищущего себя подростка.
Её лицо возмущённо дергается.
- Могу с вами поспорить.
- Со мной нельзя спорить... - ищу её имя в резюме. - Богдана Сова.
Я всегда прав.
- Сова, - поправляет ударение, перенося его на первую гласную.
- А вы просто возьмите меня, Платон Александрович. Ну в качестве ставки в тёмную. Неужели в вас ни капли азарта? А вдруг я выстрелю?! Вам как минимум интересно со мной разговаривать... уже целых пять минут, - бросает взгляд на часы на стене.
Зависаем глаза в глаза. Я бы тебя в другом качестве "взял". И возможно, вечер действительно бы был нескучный. А на работу - нет.
Недовольно вздохнув, перевожу взгляд на оставшихся.
И-и-и?
Молчат.
Ну нет... Не хочу на эту должность женщину! Потому что...
Смотрю опять в её резюме.
- Нет, исключено. У вас ребёнок.
- Вы что - детоненавистник?
- Нет. Я опытный работодатель. Он у вас будет болеть, а потом вы родите ещё одного, а может двух. Я не могу себе этого позволить.
Смотрю на резюме блондинки. Детей нет, тридцать пять. Опыт есть. Отполирована и в идеальной форме. Такие уже не рожают. Виктория.
- Виктория. Будем пробовать. Завтра в девять. Собеседование закончено.
Разворачиваюсь к двери.
- Она у меня не болеет, её зовут, Надюша, - идёт за мной Сова. - Она вам понравится.
В смысле?!
- Нет. Мне не понравится никакая Надюша.
Мне даже Кира заранее не нравится! Это, мать вашу, такая ответственность, тут два высших образования надо, медицинское и психологическое, как минимум.
А вокруг "дети" рожают детей и все умиляются, как же это здорово. А потом они вырастают в сломанных людей и тоже кого-то рожают, ломают... Пусть все сдадут экзамен на родительство, а потом делают, что хотят.
- Платон Александрович...
- Нет. Исключено. Я уже взял человека.
- Возьмите двоих.
- Вы опять спорите!
- Я приготовлю вам божественный чай.
- У меня есть для этого секретарь.
- Но она готовит обычный! - не унимается шатеночка, не отставая от моего быстрого шага.
- Не люблю чай.
- Вот! Это потому что его готовила не я.
- Это просто исключено. Ребёнок- это отвод! Неужели не ясно? - разворачиваюсь к ней лицом.
Зависаем снова, столкнувшись взглядами.
Глаза у неё конечно... Нет, не необычного какого-то то эксклюзивного цвета, просто зеленые, не огромные, не модные кошачьи. Обычные. Но необычные... Ясные и словно подсвеченные изнутри эмоцией. В литературе такие называют "лучащиеся", если я правильно помню.
Богдана расплывается в широкой улыбке, хвастаясь ямочками на щеках и белоснежными зубами.
И я практически договариваюсь с собой на "нескучный" вечер. Хотя типаж абсолютно не мой. Я предпочитаю более конкретных и не капризных. Типа Виктории. Времени на романы у меня нет. А эта капризная... Но цепляет чем-то...
- Возьмите меня... - доверительно.
Отламывая цветочек, аккуратно вставляет его мне в нагрудный карман.
И дать бы ей по рукам, но...
- Я бы "взял", - дёргаю бровью. - Но не на работу. Хотите, на ужин приглашу?
- Нет... - разочарованный вздох, широкая улыбка медленно гаснет. - На работу хочу.
- Ребёнок - это "нет".
Мы на грани банкротства. Весь доход уходит на оплату счетов по лечению Наины. Я не потяну не работающего ключевого сотрудника. А этобольничные и декреты, декреты и больничные. Мужики - мудаки. Женщина с ребёнком работать вообще не должна. Женщины - дуры, не понимают, что нельзя рожать от мудаков.
Я не люблю и тех, и других. И я не могу за них отдуваться.
- Но график же свободный... - пытается ещё раз.
- Потому что он ненормированный!
Закрываю перед носом Богданы дверь в кабинет.
Разворачиваюсь к секретарю.
- Нашла?
- Да. Вот... Я записала "Зоя". И сказала, что вы сегодня перезвоните. Все верно?
- Верно.
- Платон Александрович... - виновато сводит брови.
- М?
- Вот... - кладёт передо мной справку о беременности. - Мне скоро в декрет и...
Люба женщина не маленькая. И только сейчас, после её справки я замечаю, что - да... очевидно беременна.
- И ты, Брут?! - хватаюсь за голову.
- Мне тридцать... тянуть некуда.
- Уйди... - с досадой сжимаю переносицу.
- Простите... - бормочет снова, сбегает из кабинета.
Звоню...
Зоя, оказывается, руководитель какого-то фонда. И девочку знает лично. Обещала ей найти родню. Девчонке шесть. Мать "Татьяна" сидит.
- Это все какая-то ошибка... У меня нет таких знакомых женщин.
- Знаете, наркотики меняют реальность очень быстро. Сегодня ты преуспевающая бизнес леди, завтра спишь в овраге, а послезавтра сидишь за хранение.
- Ну, не знаю.
- Киру нужно обязательно забрать. Жизнь Киры была непростой, и она очень страдает в детском доме. Будьте человеком.
Да я человек...
Но я даже примерно не знаю, что такое шестилетний ребёнок как личность. У меня ни медицинского, ни психологического. Шесть... Это как мой завхоз или ещё хуже?
Нет, этого просто не может быть, потому что не может!
После короткого разговора с Зоей Васильевной, еду в детский дом...
Образы героев
Главный герой Платон Полярный
Главная героиня - Богдана Сова
Кирюша, дочь Полярногои Надюша, дочь Совы
Вадик Канарейкин (Который кинул Полярного)
Наина
Глава 2 - Предел мечтаний
Остановившись перед офисным зданием в форме ступенчатой плоской пирамиды, смотрю вверх. На седьмой этаж. Эх... Полярный-Полярный... Я так на тебя надеялась!
Давай, Дана, иди к его конкурентам, - убеждаю себя.
Мне очень нужна постоянная, хорошо оплачиваемая и серьёзная должность. Бывшие свекры хотят забрать себе Надюшу. Считают, что я несерьезная, точнее даже будет, чокнутая и испорчу ребенка. И у меня все должно быть идеально, если они затеют суд.
Всего в нашем городе три крупных рекламных агентства. Одно далеко и сразу отметается. Ездить туда я не смогу. И два - здесь.
Это, пожалуй, самое эпичное место нашего города - "Седьмое небо".
Огромный жилой комплекс. Элитный. Его лицом является вот это высокое офисное здание.
Поднимаю камеру, висящую на шее, делаю фото. Красивый кадр.
Первые три этажа занимает торговый центр, а над ним - офисы.
Агентство Полярного "Пятый элемент" занимает седьмой этаж. Агентство "Медиа-перспектива" - одно крыло четвёртого. И рано или поздно одно сожрёт другое.
Полярный предлагает процент, но хороший. А Канарейкин оклад, но маленький. И я как авантюрист конечно же хочу к Полярному.
Но не только поэтому.
Вадика Канарейкина я знаю со школы. У нас было даже что-то типа романа. И он... мудак. Талантливый, но мудак. Не хочу с ним работать.
Но, видимо, придётся.
Менять место жительства я не хочу. Да и не потяну сейчас. Подруга уехала по контракту в Австралию. Мы с дочкой живём в её квартире, в этом же комплексе, присматриваем. Здесь же я нашла частный детский сад для Надюши на первую половину дня. И мне надо работать в шаговой доступности.
- Ну что, РСПшка... - неожиданно приобнимает меня сзади Вадик. - Пойдёшь в рабство?
Шутки у него, конечно...
Уворачиваюсь от его руки, поджимая губы.
- Я ещё думаю, Канарейкин.
- Ну, во-первых, Вадим Валерьевич, - подмигивает мне. - А во-вторых, что тут думать? Пойдём. Посмотришь на мой охерительный офис.
- Ладно. Пойдём...
Мы проходим во вращающиеся двери, попадаем в торговый центр. Мимо бутиков двигаемся к большим лифтам.
- Как жизнь-то, вообще? Кофе хочешь? - останавливается у прилавка кофейни. Прилавок недалеко от лифтов.
- Не хочу. Спасибо. Жизнь нормально...
- Мне сказали, ты вчера у Полярного была на собеседовании.
- Была, - вздыхаю.
- Не взял?
- Думает... - вру я.
- Полярные - это пиздец, Дана. Два сатрапа. За каждую мелочь дрочка. Только нервы потеряешь!
- Именно поэтому ты заработал у него на проектах столько, что смог открыться сам. Верно?
- Верно! - ухмыляется. - Но у тебя-то есть альтернатива. Я. Со мной куда как приятней работать... - играет бровями. - Ты же помнишь, да?..
Прикасается пальцами к широкой лямке моей майки.
- Да ничего я не помню. Не было ничего... - стряхиваю его руку, закатывая глаза.
- Ну признайся, мечтаешь о богатом симпатичном любовнике? - намекая на себя.
- Только если о Полярном... - колю его из принципа, уловив его "пунктик" на счет конкурента.
На самом деле, Канарейкин, женщины мечтают совсем о другом! Быть полностью независимой и не нуждаться в базовых вещах. А вовсе не о богатых любовниках. Эти уж случаются скорее от безысходности. И точно не предел мечтаний Совы!
- Ой, да ладно, он же заморозит в койке! - смеётся.
- А почему такая маленькая зарплата, Вадик? - морщусь я.
- Демпингую Полярного, снизив максимально цены на услуги. Пока так. Выжму его, увеличу.
Лицо застывает в улыбке, смотрит мне за спину.
- В общем, можешь выходить хоть завтра. Мне очень нужен толковый персонал, - уже серьёзнее.
- Мой кофе, пожалуйста, - раздаётся за спиной.