Попасть в "Десятку"

Пролог

Поменяйся со мной судьбою.

Вдруг моя тебе будет милей.

Ты ведь тоже кричала с мольбою,

Что не справишься с жизнью своей.

Ты бежала по улочкам страха,

Так старалась себя оправдать,

Избежать неизбежного краха.

Но нельзя от себя убежать.

Поменяйся со мною судьбою,

Вдруг твоя для меня подойдёт.

Я ночами кричала порою,

Что сердечная боль не пройдёт.

Что душа моя вольною птицей

Бьётся в кровь, пробиваясь вперёд.

Разорвать мою клетку стремится,

Предвкушая свободы полёт.

Поменяйся со мною судьбою.

Вдруг и жизнь сможем мы поменять.

Научусь я летать, не летая,

Ты, летая, не станешь летать.

Глава 1

Я сидела в своей комнате перед голографическим экраном, а пальцы лениво блуждали, листая бессмысленные страницы интернета в поисках ответа. Состояние, которое я сейчас испытывала не поддавалось какому-либо осмысленному анализу. Ещё немного и я не выдержу: заору во всю мощь так, что меня точно примут за психически нездоровую истеричку. Только сейчас я в полной мере осознала, что живу какой-то чужой жизнью. И почему эта роль «хорошей девочки» прицепилась ко мне с детства? Наверное, потому, что я не хотела создавать проблем своим родителям, а, может, потому что мне было проще соглашаться с чьим-то навязанным мнением, чем быть втянутой в бессмысленные конфликты. Думаю, что такой милый и трогательный образ обо мне сложился в сравнении с моим старшим братом Викторианом и средней сестрой Кларис. А я – младшая дочь правящей королевской пары мира Дарамании государства Мартиан – Артара и Татьяны Биньерди. В отличие от моих старшего брата и сестры хлопот своим родителям, как я уже сказала, практически не доставляла. Они всегда ставили в пример меня и, по большому счёту, даже и не знали, что на самом деле происходит в моей душе, и какие мысли роятся в моей голове. Даже имя моё Дарин на мартианском означает «нежное создание и дар Всевышнего». Но, я, видимо, как спящая принцесса из сказки «Сто лет волшебного сна» моей любимой писательницы Гельзы, до этого момента пребывала в состоянии «сговорчивой и милой девочки». А сейчас меня прорвало. Я, как будто осознала, что хочу на волю, хочу дышать свободой и принимать решения, которые созвучны моей душе, а не которые придумали для меня родители в своей благочестивой заботе. В голове всплыли картины последнего разговора с папой и мамой…

Они в своей привычной манере решили уберечь меня от тягот и терзаний, и полностью выстроили макет моей будущей жизни. Хорошо хоть им хватило такта меня в известность поставить. Я даже оторопела, когда отец в своём нежно-назидательном тоне, приобняв меня за плечи, сказал:

– Дарин, ты взрослая девушка и должна нас выслушать спокойно с пониманием. Это очень похвально, что ты блестяще окончила академию магии. Но тебе уже двадцать один, а устраивать личную жизнь ты почему-то не спешишь и даже не пытаешься. Пойми, мы с мамой искренне хотим счастья для тебя. Поэтому решили, что на правах родителей вправе подтолкнуть тебя в нужном направлении.

Я всё ещё не понимала, к чему он клонит, но меня уже накрывала волна какого-то неприятного предчувствия.

– Да, доченька, – в разговор подключилась мама, – папа прав. Мы желаем тебе только счастья. Ведь нет ничего важнее для женщины, чем реализоваться в семье и детях. Поэтому мы хотим тебе предложить рассмотреть кандидатуру очень порядочного и успешного мартианца, которому мы доверяем.

– Позвольте полюбопытствовать, кандидатуру в качестве кого? – я хмыкнула, понимая подоплёку предков. Но решила изобразить искреннее удивление.

– Дарин, – Артар широко улыбнулся и в глазах его блеснули игривые огоньки.

Я любила, когда отец так смотрел: в его взгляде читалась какая-то мальчишеская беззаботность и задор. Я всегда считала, что маме очень повезло с мужем. Несмотря на статусность и солидный возраст, он умел очаровывать и внушать симпатию всем, кто попадал в поле его обаяния. – Не пытайся изображать из себя наивную глупышку. Ты всё прекрасно понимаешь.

– Кто он? – тихо вымолвила я.

– Тарсон Малиссон.

– Ого! – я притворно растянула губы в улыбке. – Целый герцог с умопомрачительным состоянием. Да у него же огромная сеть редакций по всему Мартиану.

– Правильно, дочка, мыслишь, – подпел мне в тон папа, – ты давно ему нравишься. Недавно у нас состоялся разговор, в котором он чётко и конкретно обозначил свою позицию стать твоим женихом, а в перспективе мужем.

– Зашибись! – вырвалось у меня, а родители как-то странно на меня при этом посмотрели. – Только мне очень интересно, почему он свою позицию обозначил вам, а не мне? У нас что, диктат? Я-то, хотя бы, могу иметь право голоса?

– Дарин, – вступила мама, – после того, как ты гостишь у Викториана с Александрой, твой лексикон становится ужасным. Не забывай, что ты принцесса и должна культурно выражаться, следить за речью и держать лицо.

– Почему я всё время и всем что-то должна? – я нервно улыбалась, всеми силами пытаясь восстановить нарушенное равновесие.

Да, я очень любила гостить у Сашки с Виком. Они приобрели дом на побережье практически сразу после свадьбы. Несмотря на уговоры мамы с папой остаться жить во дворце, в своём решении они были непреклонны. Ну, оно и понятно: в отдалении от родителей истинно любящая пара чувствовала себя абсолютно свободными людьми. А когда у них появился сын Ниллиас, а через два года близняшки Анни и Лиан, они просто закрылись в своём семейном счастливом мире. Эта неугомонная парочка довольно-таки часто наведывалась во дворец, но, как правило, для того чтобы подкинуть нам детей во время каких-либо совместных путешествий. Когда я гостила у них, то Саша с удовольствием оставляла меня с детьми. С ребятнёй я очень любила играть и всегда находила общий язык. Поэтому в их доме я была самой желанной гостьей. Я видела их счастье и мечтала, что когда-нибудь тоже встречу своего истинного. Чтобы только так: до щемящего чувства в груди, до дрожи в коленках, до бешеного стука сердца и до полного взаимопонимания. А на меньшее я ну никак не была согласна.

Семейный союз моей средней сестры Кларис тоже счастливый и удачный. Её муж Карсиас – бывший преподаватель сестрёнки. Они также поселились неподалёку от королевской резиденции, но в своём собственном доме. Эта пара воспитывала двух неугомонных пацанов: Мариса и Вильяса. Но в их семейный очаг я заглядывала значительно реже, так как с этими мальчишками тратила непомерное количество энергии и сил.

После моих слов недовольства, я видела, как родители немного напряглись. Но по волевому лицу папы поняла, что отступать они не намерены.

– Дарин, ты должна только себе и самого хорошего! Ты родилась под счастливой звездой: тебе ни в чём никогда не было отказа, ты всё и всегда имела и имеешь в этой жизни.

– Ой ли? – я решила наступать и злорадно рассмеялась. – Мне не было ни в чём никогда отказа?! Вам не приходило в голову, что я просто предпочитала не спорить и часто соглашалась с вами, чтобы не доставлять хлопот? Когда я захотела в поход с друзьями в десять лет, вы меня отпустили? А когда я спрашивала разрешения отпустить меня с подругами на несколько дней в Зиран и Сирон что вы мне ответили, помните, или напомнить?

– Ты тогда была ещё совсем ребёнком, мы беспокоились о твоей безопасности, – мама пыталась меня обнять, но я мягко отстранилась.

– Вам просто было удобно держать меня при себе и не давать возможность становиться самостоятельной! – я немного помолчала и продолжила. – А когда я сказала, что хочу стать журналистом, вы в один голос кричали, что это не профессия для принцессы, и что все журналисты беспринципные циники.

– Мы просто хотели, чтобы ты получила достойный статус мага в академии, где должны учиться все представители королевской семьи, – с большим напором вставил отец.

– Так я получила этот статус мага! Диплом сдан, я умница и что? Я ещё не оправдала ваших надежд?

– Ну что ты так категорично, Даринчик, – папа слегка наклонил голову с улыбкой. Так меня часто называла Саша – жена Вика, и мои родные, когда хотели как-то подластиться ко мне, пользовались этим уменьшительно-ласкательным именем. – Если хочешь стать журналистом, так мы только за. Правда, Татьяна?

Мама с улыбкой кивнула. А он продолжил:

– Тарсон согласен тебя взять в свою редакцию в отдел виртуального оповещения «Мир Мартиана» штатным журналистом.

– Это самый наискучнейший отдел во всех мирах и народах! – простонала я. – Он освещает только политические аспекты жизни Мартиана. А я терпеть не могу политику и всю это мудятину.

– Ты можешь вести свою полосу, освещая интересы граждан.

– Ага, внедряясь в криминальные структуры, или разбирая непростой мир трудных подростков, или молодёжный сленг вклинивая в его полосы, чтобы его штат, да и все служащие волосы на головах повыдёргивали?!

– Ты совсем из ума выжила, Дарин?! – строго проговорила мама. – Какие криминальные структуры? Что за бред?

– Бред не бред, но работать в его редакции я не буду! – подытожила я это достаточно резко и демонстративно направилась к двери. Но меня остановил отец.

– Предлагаю компромисс, – он перехватил меня за руку, и настойчиво повёл в центр комнаты, усаживая в кресло, – если год продержишься в его редакции без нареканий и каких-либо проколов, то сможешь сама выбирать себе жениха.

– Хых, – я хмыкнула и надула губы, – он специально будет меня провоцировать, чтобы я эти самые нарекания получила в безмерном количестве! Не пойдёт!

– Он не узнает о нашем уговоре, даём слово! – Артар прочертил в воздухе магические знаки, которые запечатали нерушимость его слов.

– Целый год писать пресную никому не интересную лабуду, чтобы заработать пожизненно себе свободу выбора, – я прошептала это тихо, прислушиваясь к своим ощущениям. – Договорились!

И вот сейчас я сидела и листала всевозможные заголовки чатов журналистской братии. В один из таких чатов я заглядывала частенько. А в данный момент совершенно неосознанно, пальцы сами открыли этот экран, где люди разных миров делились своими достижениями и проблемами. Взгляд зацепился за середину душещипательной беседы, где девушка из Катрона буквально билась головой о невидимую стену своего отчаяния. Я бегло прочла начало повествования, и поняла, что ей уже давно «житья не даёт» грозный директор престижной виртуальной газеты «Десятка». Молодой журналистке дали последний шанс, и если она в ближайшие дни не добудет нужную информацию, то её попросту уволят. А это в её случае означает конец карьере, ей будет нечем платить за аренду жилья и, как следствие всего, придётся влачить жалкое существование и перебиваться грошовыми статейками. Советы, которые подкидывали ей коллеги, так и не могли вернуть девушку в адекватное состояние. Её непростая ситуация настолько мощно передалось мне, что захотелось срочно с ней пообщаться, но наедине. Руки сами потянулись создать приватную беседу. Через несколько соединительных сигналов возник образ молодой девушки на голографическом экране. Не хочу быть чересчур критичной, но про таких говорят – серая мышка, и это без всякого преувеличения. Лицо её было бледным, немного детские чуть полноватые губы подрагивали, видимо, от недавних рыданий, и нос покраснел от постоянного соприкосновения с платком. А вот глаза – на мой взгляд они были самыми выразительными и запоминающимися во всём её облике: васильковые с какими-то зеленоватыми вкраплениями в обрамлении чёрных длинных ресниц. Но и они сейчас смотрели с тоской и горечью, да и краснота от слёз портила внешний вид. Нужно было срочно её реанимировать, и я заговорила первой:

– Привет! Меня зовут Дарин, я мартианка, живу в Беллиньере. Мне бы очень хотелось тебе помочь. Но для начала я должна понимать суть твоего задания.

– Привет, Дарин, – подавив очередное всхлипывание, промолвила она. – Меня зовут Кира Сильт, я родилась в Катроне в провинции Райзер, а сейчас живу в юго-западной части материка Кисат, в столице государства Меридоса Миории. Попала я в эту редакцию только благодаря высоким баллам в академии журналистики. Я очень эрудированна, знаю несколько языков, в том числе и межпараллельных миров. Но, как оказалась, именно для этой редакции, в которую меня направили по распределению, нужны не столько знания, сколько наглость и пробивной характер. Название нашей газеты «Десятка» говорит само за себя – она включает в себя десять самых громких и скандальных новостей. Нет, нет, мы не жёлтая пресса. Мы передаём только достоверную и проверенную информацию. Газета выходит два раза в месяц, и наши новости не всегда несут позитивный подтекст.

– Пока из твоего рассказа не вижу ничего критичного, – я попыталась ласково улыбнуться.

– За три месяца, что я проработала в этой газете мои статьи ни разу не попали в счастливую десятку. Понимаешь ни-ра-зу! А мой директор – лер1[1] Максиас Вильер, как нарочно, подкидывал мне задания для репортажей непомерно сложные, практически невыполнимые.

– Но кто-то же добывал эти новости? – я старалась быть беспристрастной, поэтому хотела немного вывести из ступора мою собеседницу. – Значит и задания не такие уж и невыполнимые.

– Ну да, – как-то обречённо выдохнула Кира, – это я неудачница, а следовательно все задания, которые включают в себя риски и пробивной натиск для меня становятся невыполнимыми.

– А сейчас-то какую информацию тебе нужно добыть? – у меня даже глаза загорелись от азарта.

– Мне нужно каким-то чудом проникнуть в дом к брату градоначальника на закрытую вечеринку и выяснить причастен ли он в подкупе главы отдела Правопорядка. Его сына досрочно освободили с места отбывания наказания, а это наводит на определённые неприличные мысли. Но ему-то нужна самая достоверная информация.

– Ему, я так понимаю – это твоему шефу? – Кира кивнула, а я продолжила. – Ну так попроси его достать тебе пригласительный на эту вечеринку. Или сконнектись с какой-нибудь прислугой, вхожей в этот дом. Что-то делай, предпринимай!

– Пригласительный он мне не даст, можно даже не мечтать. Он чётко обозначил свои условия при нашем последнем разговоре. Либо я это дело веду от начала до конца и добываю нужную ему информацию, либо он меня увольняет из штатных журналистов.

– Вот садист, даже адаптироваться девчонке не дал! – я была в ярости.

– Три месяца, по его мнению, достаточно, чтобы себя проявить. Зачем держать сотрудника, от которого нет толку? В чём-то он прав.

– Но почему он не даёт задания по твоему уровню и специализации?

– Моя специализация никому не интересна и скучна, – она ненадолго замолчала, коротко шмыгнув носом. – Я бы с радостью освещала политические новости или городские события, но не влезая ни в какие опасные передряги. Но они в нашей редакции, да и не только в нашей, а вообще нигде в нашем мире не в тренде.

– Стоп! – я ошалело смотрела на неё, осознавая, что мне эту девушку сам Бог послал. Вот же, вот моё спасение! – Я знаю, что мы с тобой будем делать…

Глава 2

Выписывая виртуальный пропуск в Мартиан Кире, я прокручивала в голове до гениальности безумный план. Мы условились встретиться с утра в пункте перемещения Беллиньера рядом с парком Семи Водопадов, чтобы всё подробно обсудить. Мне нравилось это место ещё и тем, что можно было уединиться в какой-нибудь приватной беседке, со всех сторон окружённой вьющимися зелёными растениями, и не опасаться, что кто-то может случайно услышать наш разговор. Я пришла на место раньше условленного времени и с нетерпением всматривалась в межпараллельных гостей столицы Мартиана, выходивших из пункта перемещения. Киру я узнала сразу: необыкновенно стройная и изящная девушка пугливо озиралась по сторонам. Видно было, что она впервые в Мартиане по её преобразившемуся лицу и широко раскрытым от восхищения глазам. Я помахала ей рукой, и она с улыбкой подошла ко мне.

– Привет, Дарин! – она протянула руку для приветствия, чтобы коснуться моей кончиками пальцев. Я же про себя отметила, что она неплохо осведомлена о традициях мартианцев.

Привет, Кира! – я не удержалась и участливо обняла её, как лучшую подругу.

Взяв девушку за руку, я быстро повела её к парку, чтобы успеть занять нужную беседку, которая могла бы скрыть нас от посторонних глаз и ушей. Кира покорно шла за мной, доверчиво держась за мою руку, при этом, не переставая вертеть головой в разные стороны.

– Нравится? – я тепло ей улыбнулась.

– Никогда не думала, что побываю когда-нибудь в месте, похожем на сказочный сон. Спасибо тебе, Дарин!

– Не за что! – я ещё шире улыбнулась. – Рада, что тебе Беллиньер пришёлся по душе.

Мы заняли уютную беседку возле Перламутрового водопада. И я продолжила:

– Я хочу предложить тебе, Кира, сделку, от которой ты, как мне кажется, не должна отказаться. Но есть определённые риски, поэтому-то я и должна сейчас с тобой всё спокойно обсудить.

– Что за сделка? Говори же, не томи! Я вся внимание, – Кира заинтересованно развернулась в мою сторону и замерла в ожидании.

– Я хочу тебе предложить стать на год мной, чтобы я на год стала тобой, – я выпалила это на одном дыхании, внимательно всматриваясь в её искрящиеся глаза.

– Дарин, что за нелепицу ты несёшь? Как такое вообще возможно? – она как-то по-детски надула губки, и взгляд её стал немного опасливым.

– Кира, я совершенно нормальная, уверяю тебя! – и чтобы у неё отпали всякие сомнения, достала из дамской сумочки свой диплом мага, чтобы ей продемонстрировать.

– Зачем ты мне это даёшь? – она вежливо взяла искрящийся документ, не понимая моих мотивов.

– Затем, дорогая Кира, чтобы доказать, что я окончила академию магии с отличием. И прекрасно владею разными магическими техниками. В том числе и техникой перевоплощения, а точнее – мо́рока.

– Не понимаю тебя, – тихо проговорила Кира.

– Ну что же ты такая недогадливая, подруга, – я начинала терять терпение. – Я могу принять твою внешность, а тебе передать свою. Таким образом, ты сможешь спокойно работать в редакции, которая освещает политические аспекты Мартиана здесь в Беллиньере. С тебя там пылинки сдувать будут и всячески поддерживать. Это я тебе могу гарантировать.

Я усмехнулась, глядя на недоумевающую Киру, которая до сих пор с недоверием смотрела в мою сторону. Не дождавшись от неё ответа, я продолжила:

– Ну, а я в свою очередь займу твоё место. Не переживай, я справлюсь с твоим заданием, и шеф не сможет тебя уволить. А за год я тебе такую репутацию создам, что он будет бояться тебя куда-либо вообще отпускать, чтобы конкуренты не переманили.

Я, конечно, немного блефовала насчёт себя и будущей безупречной репутации, но надо было говорить убедительно, чтобы Кира согласилась на эту авантюру.

– Мы правда можем поменяться местами? Ты не шутишь, Дарин? – наконец прорезался голос катронки.

– Я, конечно, любитель пошутить, но в данном случае серьёзна, как никогда.

– Кажется ты ещё говорила про какие-то риски, – уже более заинтересованно вставила Кира.

– А ты внимательный собеседник, хвалю, – я поудобнее села вглубь кресла, чтобы продолжить свою речь. – Мо́рока хватает максимум на три дня. Поэтому раз в три дня мы должны видеться для того, чтобы проводить ритуал перевоплощения заново. Поэтому связь друг с другом будем держать постоянно.

Я стала рассказывать Кире кем являюсь на самом деле и какую роль ей придётся сыграть, представляясь мной. После моего повествования, она как-то грустно и обречённо вздохнула:

– Ничего не выйдет из этой затеи, Дарин! – и, увидев мой вопросительный взгляд, продолжила. – Ты особа королевских кровей, а я самая обыкновенная девушка. Я в жизни никогда не находилась в высшем обществе, не говоря уже о королевском дворце. А уж тем более в такой известной семье, как ваша, меня расколют на раз два.

– Не расколют, – я подмигнула ей, готовая предоставить веские аргументы. – Я всё продумала. Ты не будешь видеться с моей семьёй без крайней на то причины. Я приняла предложение отца, но в свою очередь безапелляционно поставила условие, что буду жить в съёмных апартаментах рядом с редакцией Тарсона Малиссона. Родителям пришлось пойти на уступки. Разумеется, нужно будет с ними видеться временами. Но в этом случае я верну свой облик и на какое-то время побуду собой. Кстати, квартиру, которую я сняла можно будет посмотреть прямо сейчас. Она и станет нашим штабом, где мы будем встречаться и координировать действия друг друга.

– Дарин, а если всё-таки нас поймают и обвинят во лжи? Скантал-то какой будет. Это же безумие!

– Вот поэтому, Кирочка, ты и сидишь всё время на скамейке запасных, – я не знала ещё какими словами убедить её, поэтому оставалось давить на больные точки. – Так и просидишь до старости, и не о чем будет вспомнить. Жизнь пролетит, как один миг. Пойми же, наконец, лучше жалеть о сделанном, чем о несделанном. Ты, конечно, вправе отказаться, я пойму. Ответ за тобой, Кира.

Какое-то время она сидела не шелохнувшись. Видно было, что внутри неё ведётся непростая мыслительная работа, а её красивые глаза выдавали разнообразный спектр противоречивых эмоций. Наконец, она тихо вымолвила:

– А время на раздумье есть?

– Угу, – я хмыкнула, – пять минут.

– Тогда я согласна, – она резко выдохнула и попыталась улыбнуться.

На неболёте мы долетели до нужного места достаточно быстро. Кира всю дорогу не переставала восхищённо ахать и вздыхать, любуясь великолепными архитектурными сооружениями и скульптурами. Не могли не поразить взгляд катронки и виды разнообразной растительности Беллиньера. Их внешнему виду придавали огромное значение в нашем городе, поэтому следили и ухаживали за всеми видами растений лучшие ландшафтные дизайнеры и садовники. Наше королевство действительно было сказочно прекрасно, и это не просто пафосные слова. Каждый район или улица были навеяны определённым сюжетом. А стилисты города, как будто, соревновались в мастерстве и воплощали в жизнь самые креативные проекты.

Отец настоял, чтобы я сняла просторную квартиру в престижном районе Беллиньера. В средствах я не была ограничена, но всё же надеялась, что в скором времени и сама смогу оплачивать аренду жилья и все свои бытовые нужды. Когда мы, наконец, оказались в моей квартире, Кира и здесь не смогла сдержать восторженного восклицания:

– Дарин, я всю дорогу щипала себя, чтобы проверить: «не сплю ли я?» А сейчас понимаю и чётко осознаю – я попала в сказку наяву! Ты точно хочешь поменяться со мной местами? Поверь мне, мой образ жизни, как и жильё не идут ни в какое сравнение с твоей шикарной жизнью.

– Меня не пугают трудности, Кира, – я беззаботно подмигнула своей новой подруге и присела на диван в гостиной, приглашая и её присоединиться. – Нам нужно будет обменяться майфонами. Если с тобой захотят связаться кто-то из моих родных, то постарайся побыстрее свернуть разговор. Ссылайся на занятость и усталость. Если тебя будет звать Саша посидеть с её детьми, то ни в коем случае не соглашайся. У тебя теперь есть работа и ты безумно занята!

– Кто такая Саша?

– Жена моего брата Викториана. Но это пока не так важно для тебя. Сейчас тебе важнее не проколоться на работе. Поэтому советую как можно меньше общаться с сотрудниками, да и с самим Тарсоном. Поддерживай беседы, касающиеся только исключительно рабочих моментов. С шефом будь вежлива, но близко к себе не подпускай, пусть губу закатает. Он, видимо, уже вообразил себя будущим членом семьи Биньерди.

– Он к тебе свататься что ли приходил? – Кира игриво улыбнулась.

– Типа того. Только не ко мне, а к моим родителям. А я терпеть не могу, когда пытаются мной манипулировать и делать из меня безликого второстепенного персонажа.

– Я тебя поняла. Если хочешь, могу и про свою редакцию кое-что накидать.

– Конечно хочу, Кирочка! И не кое-что, а как можно подробнее и желательно про каждого сотрудника. Чтобы я могла представлять психологический портрет своих прямых конкурентов, – это, действительно, было для меня очень важно, поэтому я села как можно удобнее и замерла в ожидании длинного рассказа.