Влюблённый дракон

Пролог

– Лола! Лоли-та! Лолита, дочь горного гнома и дикой ослицы, ты что натворила?! Выходи по-хорошему! Поймаю, оторву уши и скормлю тебя земляным драконам! – где-то совсем рядом надрывалась громогласная женщина. – Я оставила тебя последить за таверной всего лишь на несколько часов! Кто позволил тебе переводить продукты? Ты зачем накормила благородного господина Паула своим ужасным борщом? Ему плохо, и он умирает! Выходи, мерзавка!

– Это неправда! Моя еда не могла стать отравой! Я вкусно готовлю! – скорее всего, от испуга за чужую жизнь я выдала своё укрытие.

– Вот ты где, гадина!

Толстые пальцы сжали тонкую доску, та не выдержала напора и треснула. А я сама не своя так громко закричала, что Медянка отпрянула от хлипкой двери.

Била она всегда больно. Без разницы чем: ладонью или палкой. Конечно, потом быстро отходила. Но я очень не любила боль, поэтому, схватив огромную пустую корзину и вереща, выскочила прямо на тётушку, которая мне таковой не являлась.

– Я за грибами, тётушка Медянка! Наберу полную самых отборных и нечервивых! Очень скоро буду!

Её мускулистая рука прошла в миллиметре от моего лица. Неслась я так, будто меня догоняла стая волков.

Неужели и правда, гость погибает после моего супа? Но сколько раз я его варила, никогда не было претензий. Да, возможно, я переборщила, добавив дикий чеснок, что недавно нашла в пролеске.

– Лолита! Лола, подожди меня! – мой ненормальный бег остановил голос моего братца, родного сына Медянки.

На самом деле он приходился женщине племянником. Но и я, как ни странно, признавалась всеми вокруг дочерью Медянки.

Гномы часто гибли под завалами, поэтому несколько членов клана никогда не поднимались в горы для работы с камнем. Они открывали кузни, таверны, ювелирные магазины, рестораны или занимались ещё каким-то ремеслом, чтобы в трудную минуту взять на себя заботу о сиротах, что остались без попечения родителей.

Такой сиротой был Горняк, которого я ласково звала Гор. Мне он это позволял.

– Лолита, милая, не расстраивайся. Обманула тебя тётка. Никто не умирает, а наоборот…

– Что «наоборот»?

Мой борщ начал оживлять? Я наклонилась и бросила корзину на землю, а за ней сама упала на пятую точку. Ноги ужасно гудели, я не была такой выносливой, как гномы.

– После того, как господин Паул опустошил тарелку с супом, он потребовал добавки. Благородные гномы, увидев, что скряга Паул решил разориться на вторую порцию, один за другим начали заказывать себе борч… борщ… Какое же странное название ты придумала этому красному супу.

– Правильно говорить «борщ». И первую порцию супа я продала Паулу за полцены. А так он не отважился бы попробовать эту вкуснятину, – братец посмотрел на меня с сомнением. А я почесала спину, вспомнив, как мне досталось, когда приготовила тонкие блинчики с начинкой. – Вот ведь вредная тётка. Сначала лупит, а потом за обе щеки уплетает мою еду. И что было дальше?

– Ты же спряталась в чулане, когда в окно увидела возвращение Медянки. Служанка как раз выливала в тарелку последние капли. Кастрюля опустела, а желающих отведать новое блюдо прибавилось. Я как раз ждал, чтобы подать гостю борщ на стол. А тут вошла Медянка и услышала слова похвалы в свой адрес, но суп-то она не готовила. Вот зачем ты вновь полезла на кухню со своими рецептами? Ты разве не понимаешь, что Медянка до ужаса ревнивая, – братец провёл рукой по моим непослушным волосам. – Ну что, пойдём собирать грибы, а то нас не пустят домой с пустой корзиной.

– К чему ревновать-то? На её месте нужно радоваться и подсчитывать прибыль.

– Она готова поступиться прибылью, только бы завсегдатаи хвалили её блюда. Но никак не твои, которые она не умеет готовить, – Гор подал мне руку.

– Я же согласна всех уверять, что это она приготовила, – отряхнув платье, направилась за смеющимся братцем.

– Сестрица, тебя гномий бог обделил не только телом и красотой, но и умом. Чужой язык в карман не спрячешь. Все давно подозревают и шепчутся, что это ты готовишь странные, но очень вкусные супы. Я тебе больше скажу, Лолита. Уже два раза нашей тётке поступали предложения выкупить тебя для работы на кухне у богатых гномов.

– Я что, корова, чтобы меня продавать? – резко развернулась в сторону брата.

– Подожди, не обижайся. Она два раза отказывала. Я своими ушами слышал.

– Мало предложили? – злость забурлила в моей душе.

– Нет, она не продаст тебя в память о брате, который был ей нянькой с пелёнок, – Гор наклонился и острым ногтем срезал первый гриб.

Я присела на пригорке и посмотрела в сторону гномьего поселения под названием Золотая жила, больше походившего на маленький город, и задумалась о своей странной судьбе, что резко переменилась три месяца назад. Воспоминания нахлынули внезапно, сердце заколотилось, а глаза наполнились слезами.

Пролог 2

– Лола! Мы за дровами. Ты с нами?

Марина и Кристина стояли рядом с Димой и Сашей. Девчонки давно положили глаз на парней, да только те не спешили отвечать взаимностью.

– Пойдём, Лолита, я тебе покажу, где земляничка растёт, – улыбнулся кудрявый и белобрысый Дима, а на его щеках появились милые ямочки.

От меня не ускользнул недовольный взгляд Марины. Между нами всегда были напряжённые отношения.

Я с первого курса пользовалась популярностью у молодых людей, стоило лишь поступить в кулинарный техникум.

Бабушка мне всегда говорила: маленькая собачка до старости щенок, когда я недовольная жаловалась, что на уроках физкультуры была самая последняя в шеренге. И только в выпускном классе я поняла, что рост не имеет никакого значения.

Я была миниатюрной и стройной. Но не доской, а очень даже сформировавшейся девушкой с изящной талией, с аккуратной грудью второго размера, с красивыми округлыми бёдрами и тонкими лодыжками. И, конечно, моей изюминкой были ярко-зелёные глаза и длинные кудрявые рыжие волосы, красиво спускавшиеся до поясницы.

Помню, как бабуля мне купила первые туфельки на каблуках. Невысокие, но всё же. Я целую неделю тренировалась на них стоять и уверенно ходить. А когда пришла на выпускной, то от желающих со мной потанцевать не было отбоя. Вот тогда поняла, что рост не имеет значения, и что я очень красивая.

С разрешения бабули я собрала вещи и поехала поступать в столицу в кулинарный техникум. С блеском сдала вступительные экзамены, заселилась в общежитие и с первого же дня почувствовала в свой адрес негатив со стороны девчонок.

– Тебя серьёзно зовут Лолита? Странное имя, редкое, – первой задевать меня начала Марина, с которой мы жили в одной комнате. – Волосы красишь? Слишком яркий оттенок.

– И имя моё, и волосы мои, – ответила тогда я и поняла, что подругами нам не стать.

Так мы жили, спали в одной комнате и не дружили. Хорошо, что Марина и Кристина поступили на факультет товароведения.

Я же с детства мечтала стать поваром и не каким-нибудь, а именно поваром в детском саду, как моя любимая бабуля.

Своих родителей я не помнила. Бабушка Алиса говорила, что они в экспедицию уехали, редкие минералы искать в горах и так оттуда не вернулись. Подробности она не любила рассказывать.

Всё детство я вставала очень рано, но и рано ложилась спать, так как приходилось бежать с бабушкой в садик. Она с другими поварихами готовила ароматную кашу, а я сидела за столиком в углу, пила вчерашний компот и рисовала цветными карандашами, а чуть позже шла в свою группу.

Только в третьем классе моя дорогая бабуля разрешила мне самой вставать по утрам, завтракать и идти в школу. Но каждое утро она отпрашивалась с работы и прибегала домой проверить, не проспала ли я, прозвенел ли будильник.

После школы я вновь бежала в садик, и мы с роднулей шли домой, чтобы сделать уроки, сходить в магазин, а вечером посмотреть телевизор.

Детство у меня было счастливое. Возможно, тонкий аромат вкусных булочек, что пекла бабушка по выходным, так на меня повлиял, что я решила выбрать профессию повара. Поэтому ни одна кулинарная программа не прошла мимо меня. Сколько себя помню, постоянно записывала интересные и редкие рецепты в толстую тетрадь и даже делала рисунки.

Я вынырнула из воспоминаний.

– Да оставьте вы её. Пусть с Костей за костром следит, – недовольно произнесла Кристина.

– Я пойду, – поднявшись, подошла к компании высоких ребят. – Очень уж хочется ягод. Костя, тебе принести?

– Нет, не люблю чернику и землянику, – улыбнулся тот, беря в руки гитару.

Именно Костя уговорил меня поехать в поход с ребятами, чтобы отметить его день рождения. Мы неплохо с ним сдружились ещё на первом курсе. А вот Дима и Саша были его давними приятелями. Так я и оказалась в этой компании.

– Как вы думаете, в этом лесу могут быть капканы? – Марина прижалась к Саше, изображая страх.

– Если только на мышей, – громко засмеялась Кристина и обернулась назад. – Лола, ступай аккуратно. Наступишь ещё, а нам потом тебя спасать.

– Крис, не задевай Лолочку. А то она от страха побежит обратно к Косте и заблудится, – было не смешно, но Марина захохотала так, будто услышала юморной анекдот.

Собрав хворост, парни решили все же попробовать найти землянику. Но стоило отойти лишь на несколько метров от кучки хвороста, как ягоды тут же начали выглядывать из-под листиков и манить нас своим вкусным видом, а главное – их было так много, что все увлечённо начали поедать лесное лакомство.

– Лолиточка, не отставай… – позвал Саша.

– Мы тут! – кричал Дима, улыбаясь.

Я поднимала голову и кивала ему. Всё-таки решив принести ягод Косте, я сделала из большого листа лопуха тарелку и увлечённо начала собирать туда землянику.

Марина и Кристина постоянно были рядом со мной, будто боялись оставить меня наедине с теми, кто мне был не очень и интересен.

– Девочки, вы долго будете сопеть мне в спину? Ну, не нужны мне ваши парни, – я обернулась и громко завизжала.

– Волк! Мамочки, помогите! Волк! Дима! – почему-то никого не оказалось рядом, но меня услышали.

Волк склонил голову на бок и не сдвинулся с места. Может, он мне давал фору, чтобы интереснее было догонять добычу?

– Лола… Ло… Ты где?! – я бежала на голос, но лес оказался обманчив.

Скорее всего, нужно было бежать в противоположную сторону. Стоило мне лишь на мгновение остановиться для того, чтобы перевести дух, как ровно в метре от меня возник всё тот же огромный чёрный волчара и даже не запыхался. Он не скалился, не пытался на меня наброситься, а лишь грозно смотрел прямо в глаза.

Гляделки продолжались до того момента, пока хищник то ли кашлянул, то ли чихнул. И я вновь побежала, громко оповещая округу об ужасном волке, прося помощи у друзей.

Вдруг лес резко оборвался. Вот именно взял и оборвался: за моей спиной был крутой обрыв, а внизу проходила сельская дорога.

Мои глаза искали хоть какую-то палку. Ну, почему я об этом не подумала там, в непроходимой чаще?

– Не подходи! Не подходи! – испуганно прошептала я, смотря на огромную морду.

Хищник сделал шаг вперёд, а я назад. И он прыгнул. Я не хотела падать вниз, да и никто бы на моём месте не захотел, но так получилось. Вопя, словно пароходная сирена, я махала руками. Волк же летел рядом, вцепившись зубами в моё платье, а передними лапами обнимал талию.

***

– Гарри, вы чего так долго? Мы уже решили идти искать вас.

Рядом со мной раздался басовитый голос, я распахнула глаза и поняла, что не разбилась, а даже не упала.

– А-а-а! Что? Где я? Что со мной? – спрыгивая с чужих рук, я тут же споткнулась, упала и, сидя на земле, попятилась куда-то в неизвестном направлении.

– Ты что наделал? Ты тронул посылку?

Вот только что на пыльной дороге стояли два высоких мужика в странных одеждах и уже не стоят. На их месте возникли, словно из воздуха, два огромных волчары. Одного из них я узнала. Это он меня гнал по лесу. Второй же был крупнее первого и серого окраса.

– А-а-а! – закричала я в полный голос. Мои мышцы задеревенели, и я не могла двинуться с места. Сейчас меня будут есть?! Куда делись мужики?! У меня провал в памяти, и их уже схомячили? – А-а-а…

– Что с ней? – серый посмотрел на чёрного, а я резко замолчала, поняв, что волки разговаривают.

– Мы пошли в лес, – пустился в объяснения чёрный. – Всё было хорошо, я отвернулся, чтобы не смотреть. Поворачиваюсь, а девицы нет. Конечно, я кинулся искать. В лесу много хищников, могли и разорвать глупую человечку.

Чего? А он кто? Разве не хищник с острыми зубами? Я сидела на дороге в пыли, зажав руками рот.

– Девица, что с тобой случилось? Кто тебя напугал? – серый оскалился в мою сторону.

– М-м-м… – я замычала, не опуская рук и потрясывая головой.

– Гарри! – серый оскалился и пошёл на чёрного.

– А что сразу я? Она уже такая была, когда я её в лесу нашёл. Бежала от меня, как от огня, а потом ещё с обрыва прыгнула. Мне даже пришлось потратить последний артефакт перемещения! На такую ерунду целый артефакт. Чтобы приземлиться без переломов. Человечки же хрупкие.

– Она не человек, а гном, судя по бумагам, – серый остановился и вновь посмотрел на меня.

– Мне без разницы кто она по бумагам. Но по прибытии ты потребуй с её тётки деньги за артефакт, – Гарри обернулся человеком, а за ним и серый. – Если бы она была из семьи чистокровных гномов, то и тратиться на неё не пришлось бы.

Это были именно те мужчины, которых предположительно съели волки.

– Помогите… – тихо прошептала я, проваливаясь в темноту.

В себя я пришла от ощутимых похлопываний по щекам.

– Девица, приехали! Поднимайся!

Голова болела, хотелось пить, а тело не слушалось. Гарри пришлось вытаскивать меня из кареты на руках.

– Что с ней? Что вы сделали с… – женский крик оборвался на секунду, чтобы накинуться на мои бедные уши с удвоенной силой. – Это кто? Кого вы мне привезли?

Меня аккуратно поставили на землю. Я покачнулась, но устояла.

– Лолита Моренго, судя по документам. Сирота. Доставили в целости и сохранности. Ваша племянница, – Гарри достал из-за пазухи сложенный лист.

– Вы издеваетесь? Человек мне не родственник! Я – гном! Горный гном!

Да, тут я с женщиной согласилась бы. Затем, поняв, что сейчас просить помощи не у кого, все заняты личными проблемами, я тихонько присела на ступеньку кареты и посмотрела на возмущённую «тётушку».

Судя по ней, она точно не принадлежит к человеческой расе. Или мой разум поплыл, или тут масштабный розыгрыш. Во второе верилось с трудом.

Рост у представительницы гномов был чуть ниже моего. Если я метр пятьдесят три, то она, скорее всего, метр тридцать навскидку. Я сначала подумала, что она пухлая, с лишним весом. Но как только мой взгляд переместился на её руки, стало понятно, что это не жир, а мышцы. У неё даже пальцы были накачены. Мышцы бугрились и на руках, и на ногах. Коротковатое коричневое платье ей явно было мало. Оно трещало по швам, спереди его украшал белоснежный фартук. Густые рыжие волосы… О, вот, что в нас общее, густота и цвет волос! Так вот, густые рыжие волосы были заплетены в косы, которые женщина пыталась спрятать под белой косынкой. Но те под своим весом отказывались слушаться, спадая по спине. Бороды не наблюдалось. Или она её брила, или всё не так, как в книгах, и тут женщины гномы не носят бороды. Обувь удивила. Закрытые ботинки на шнурках были очень широкие. В один из них спокойно войдут три мои стопы. Зелёные глаза злобно смотрели на тех, кто им привёз человечку.

– Вы госпожа Медянка?

– Я, я госпожа Медянка! – женщина попрыгивала, плевалась и пыталась достать огромным половником до головы невозмутимого Гарри. – И Лолита Моренго – моя племянница. Только это не она! Идём к судье! Вы перепутали и кому-то другому отдали мою кровиночку? Пусть я её никогда не видела, но мой брат был чистокровный гном, как и его жена!

– Нет, всё было проверено на крови! – в разговор вмешался второй оборотень. – Несите родовой артефакт, его не обмануть. Если он покажет, что это не ваша племянница, тогда и будем разбираться.

– А, точно! Вот сейчас и узнаем, кого вы там мне пытаетесь подсунуть, волчьи дети! – обрадовалась женщина и забежала в большой дом.

Хотя, нет, это был не дом. Вывеска на дверях гласила: «Таверна у тётушки Медянки».

– Давай сюда руку, болезная! – выбежавшая обратно гномиха резко дёрнула меня за запястье. – Чего молчишь? Они тебя запугали? Ну, не бойся. Сейчас артефакт покажет, что мы не родственники. Вот тогда судья будет разбираться, кто ты и почему участвуешь в таком заговоре. Мне самой нужно было ехать за племянницей, да таверну не на кого оставить. Пришлось деньги платить.

Пальцы больно обожгло, я вздрогнула и пришла в себя.

– Этого не может быть! – гномиха отступила от меня вместе с камнем, поменявшим свой цвет.

– Вот! Что и требовалось доказать! – радостно закричал Гарри. – Мы вас привлечём за клевету! Камень стал розовым, а это значит, что перед вами родная племянница. Родная, тётушка Медянка, – Гарри не унимался и уже подтрунивал над ошарашенной гномихой. – Нужно было братца-то почаще навещать. С кем он там спутался, какую человечку обрюхатил.

– Гор! Иди сюда, несносный мальчишка! – женщина повернула голову в сторону двери.

– Бегу, тётушка! – молодой гном быстрым шагом спустился с крыльца.

– Руку протягивай. Будем родство проверять, а то вдруг родовой артефакт сломался, – пробубнила Медянка.

Но камень вновь порозовел, стоило пареньку приложить к нему руку. А вот когда я по требованию гномихи положила ладонь к прохладной поверхности, одновременно с Гором, то камень позеленел.

– Так они брат и сестра. Скорее всего, двоюродные, – усмехнулся серый.

– Камень говорит правду, – Медянке ничего не оставалось, как согласиться с артефактом. – Но почему в письмах братец ни разу не обмолвился, что воспитывает ребёнка от человечки? Но в ней же нет черт гномов. Ничего не понимаю.

– Стыдно, наверно, было. Ах да, платите за сломанный артефакт, – Гарри протянул женщине какую-то железку.

– С чего бы это мне платить? – в договоре на доставку нет пункта об использовании артефактов.

– А с того, что ваша болезная родственница решила прыгать с утёса, – сообщил Гарри, а тётка перевела на меня разгневанный взгляд.

– Они тебя обидели? – мышцы на руках женщины напряглись, кожа стала серой. Не иначе она тоже умеет использовать магию.

– У него такие огромные зубы, – выдала я. – Он прыгнул на меня.

– Да я же пытался её оттащить от обрыва, – Гарри сделал шаг назад, поближе к серому.

– Деточка, а что ты делала у обрыва? – не только кожа и руки изменились у гномихи, но и цвет глаз, а также размер. Они стали намного больше и покраснели.

Я икнула и благоразумно решила промолчать о том, что пришла из другого мира.

– Не помню, госпожа Медянка. Я совсем ничего не помню. Упала и стукнулась о камушек? – ответила я и вопросительно посмотрела на Гарри.

– Она в лесок побежала по дамским делам, а я за ней. Повернулся, нет девицы, – затараторил Гарри.

И я поняла, что он боится гномихи. Интересно, почему?

– Учуял, догнал, а она давай орать и убегать. Добегалась до обрыва, – выдохнул тот.

– Быстро в дом! Гор, покажи Лолите её комнату, – скомандовала Медянка, и пацанёнок тут же поклонился. – А с тобой я ещё поговорю.

Я шла за Гором и думала: «Как такое может быть, что камень из чужого мира показывает моё близкое родство с гномами?». Какой-то сюрреализм, в котором я живу уже три месяца. И не просто живу, а пытаюсь узнать, как попасть обратно в свой мир. Никто не знает ответа. Медянке задавать такие вопросы себе дороже. Она чуть что хватается за тряпку.

Но я не унываю. Если не найду дорогу домой, то сбегу. Деньги потихоньку зарабатываю. Ох, если узнает Медянка, то всё, мне не жить!

Глава 1. Литробанка

– Лолита, очнись. Зачем ты опять плачешь? Вот увидишь, мы вернёмся домой с грибами, и тётушка не будет на тебя кричать.

Милый Гор. Лишь он один обо мне беспокоился все эти месяцы.

– Я не плачу. Просто задумалась, замечталась.

– О чём? – полюбопытствовал братец.

– О своей собственной таверне. Я готовила бы вкусные блюда, а ты их разносил бы.

– Размечталась, – рассмеялся Горняк. – Тётка не даст нам так просто покинуть семью.

Из его уст это прозвучало так, будто нам не дадут покинуть тюрьму. Хотя он в чём-то прав. Если братец ещё помогает, работает в таверне, то меня, как болезную, коей меня лишь только ленивый гном не называет, всерьёз не воспринимают. Человеческое тело хрупкое. Поднять бревно я, например, не могу, а вот Гор с лёгкостью поднимает и даже одной рукой. Хотя он ещё очень молодой гном, ещё борода не начала расти.

– Вот увидишь, всё у нас получится. Я упёртая. Не мытьём так катаньем.

– Лолита, Медянка скорее тебя замуж отдаст и стрясёт со старого гнома за молодую невесту хороший выкуп, чем отпустит на вольные хлеба. Ты хоть и некрасива, – я нахмурилась. – Лола, я не это имел в виду. Некрасивая по меркам гномов. А-а-а, только не бей! – он засмеялся, пока я пыталась защекотать врунишку. – Подожди, подожди, грибы рассыпались! – Гор легко поднял меня и отставил в сторону. – Не затопчи!

– За старого гнома замуж не пойду и работать на гномов кухаркой тоже не хочу. А будут принуждать, сбегу!

– Лолита, если ты сбежишь, то тебя перестанет охранять родовой артефакт. Да и далеко не уйдёшь, потому что сразу погибнешь. Или звери разорвут, или разбойники надругаются…

– Или земляной дракон утащит под землю. Да, да, все эти сказки я слышу от тётки каждый день.

– Зря ты так легкомысленно относишься к своей жизни.

Пока мы шли по лесу, Гор не только успевал разговаривать, но и быстро складывал грибы в корзину.

– Перестраховщик. Ты меня отговаривал иметь дело с троллями, а видишь, как мы с тобой хорошо заработали и сегодня тоже заработаем.

– Ох, ограбят они тебя и соус твой чудный украдут. Насколько же он острый, а они его едят и нахваливают.

– Не украдут, иначе в следующем месяце им никто его не приготовит. Я ещё в первый раз им это растолковала.

Как сейчас помню тот день, когда встретила маленькую компанию троллей.

– Эй, подавальщик, позови хозяйку! Дрянь эта ваша курица под острым соусом. Мерзость! Верните деньги!

– Что вам вернуть? – Медянка прибежала с кухни с длинным полотенцем. – Да моя курочка под соусом ценится на весь город! Идите, жуйте ваш жгурт в лесу и сами приправляйте им курицу!

Я тогда уже знала, что самый острый перец, который использует тётушка – это белый. Он был очень крупный, тяжело мололся и остротой не сказать, чтоб славился. А вот жгурт я однажды отведала. Плакала долго, но ведь всё произошло случайно.

Пошли мы с Гором как-то в лес за грибами. Гном указал мне на куст, очень похожий на малину. Ягоды были невероятно сладкие. Пока тот наполнял корзинку белыми аккуратными грибочками, я набивала свой живот. Сейчас и не вспомню, как положила в рот этот злосчастный перец. Он, оказывается, пророс среди ягодных кустов. Красные стручки не сразу бросились в глаза.

Знатно я тогда кричала и прыгала до тех пор, пока Гор не поймал меня и не влил в рот какую-то сладкую жидкость. Полегчало, но язык припух, и вкус пищи я примерно сутки не чувствовала.

Так вот, именно братец мне и сказал, что этот перец обожают каменные тролли, которые поострее любят. Я ещё тогда удивилась их желудкам. А когда тётушка подала троллям самый острый соус, что был на её кухне, а тем показалось, что еда пресная, вот тогда я и вспомнила свою книжечку, кулинарные программы и интернет-прогулки по рецептам со всего мира.

– Эй, вы, господа тролли! – я нагнала расстроенных посетителей почти у леса. – Я могу вам сделать не просто острый соус, а ещё и вкусный. Курочка, приготовленная в нём, – задумалась на мгновение. – Вы её проглотите и не заметите. Приходите, не пожалеете.

– Когда? – не здороваясь и не спрашивая, кто я такая, поинтересовался тот, что был крупнее их всех.

– Готовится он будет двадцать дней. Встретимся тут на этом месте. Но сразу предупреждаю, если вам соус понравится, то вы заплатите золотой за литровую банку.

– Золотой? – нахмурился один из них и посмотрел на друзей. – Твоя литробанка – это сколько?

Я мысленно хлопнула себя по лбу.

– Вот столько, – показала руками примерный объём.

Они долго спорили, стоит ли отдавать золотой за неизвестный соус.

– Так, что вы спорите? Вот придёте, попробуете и решите: покупать или нет. Откажетесь, значит, заплатите за курицу, как в таверне, а соус я найду куда пристроить.

– Пойдёт, человечка. Ровно через двадцать дней мы ждём тебя на этом месте. Не обмани. Мы знаем, где тебя искать. Ты болезная из таверны у…