Клеймо Феникса

Глава 5. Новые шрамы

Я развернулась, уставившись на не знакомую мне девушку. Ее длинные волосы отливали голубым светом, а короткая юбка не оставляла шансов воображению. Я скрестила руки на груди.

– Прости?

– Пегас Голд наш преподаватель и из-за твоих приставаний может вылететь из Школы, ты этого добиваешься?

Наглая девица прошлась неприятным взглядом по мне с ног до головы и повторила мою позу.

– Не понимаю, о чем ты говоришь, и вообще, ты кто?

Таких я знаю прекрасно, доводилось сталкиваться. Наглые, самоуверенные и тупые.

– Я видела, как вы о чем-то ворковали только что. Слушай, он молодой и красивый мужчина, но лучше тебе держаться от него подальше.

– Не припомню, чтобы спрашивала твоего мнения.

Девчонка еще раз кинула на меня презрительный взгляд, а когда проходила мимо, бесцеремонно пихнула плечом. Вот этого мне еще не хватало, чтобы какая-то выскочка упрекала меня в том, чего на самом деле даже нет!

Раздосадованная и злая, я спускалась в общежитие, желая смыть с себя эти насыщенные полдня. Надежда, что мистер Голд во всем разберется немного успокаивала, но все же меня сильно тревожило, что кто-то обо мне знает. Секреты… ненавижу секреты!

Комната встретила меня тишиной, и, слава волшебникам, отсутствием подарков. Переодевшись и приняв душ, я села за стол, открывая тоненькую книгу. И в течение двух часов я испытывала неимоверное желание сжечь ее. Маги рассказывали необыкновенные истории о встречах с мантикорами, лесными чудищами, болотными монстрами, выживая в удивительных обстоятельствах. И каждый из них пробуждал в себе магию, смело встречая опасность лицом к лицу.

Бред!

Где я возьму смертельно-опасное существо, чтобы испытать себя? Хотя нет, тут скорее другой вопрос: хочу ли я попадать в подобные ситуации, чтобы моя жизнь зависела от сомнительного шанса возродить что-то в себе. Все, на что я способна, это…

– Алиса, вот ты где! Как твои пальцы?

В комнате появилась Сиера, летящей походкой впархивая внутрь. Я лишь сейчас осознала, что так и не получила волшебную мазь. Посмотрев на руку, я не увидела ничего необычного. Маленькие ранки покрылись тонкой корочкой, оставаясь безболезненными.

– Все в порядке, ― я улыбнулась. И тут же вспомнила кое-что. ― Си, слушай, ты знаешь девушку, чьи волосы светятся голубым?

Нимфа задумалась, перебирая в голове список знакомых, что отчетливо отразилось на ее миловидном личике.

– Высокая, в коротких юбках и с такими глазами? ― она преувеличенно растопырила пальцы, демонстрируя размер глаз.

Я засмеялась, энергично кивая головой.

– Пэйдж. Никто в корпусе ее не любит, ― Си села на край кровати, поглаживая волосы. ― Заносчивая идиотка, строит из себя самую умную. И пытается всем указывать. О, она как-то вешалась на Никса, ― глаза нимфы распахнулись, загоревшись, ― он рассказывал, что она пыталась указывать ему и в постели, представляешь? Почти что лекцию читала куда и что… ― она пошевелила бровями, ― ну ты понимаешь.

Я скривилась, передернув плечами. Еще не хватало ярких картин в голове с участием этой девицы. В общем-то ничего особенного я не услышала, и, думаю, что поставить на место ее не будет сложным. И лишним.

Как оказалось, на обед можно не спускаться, и Сиера попросила, чтобы еду принесли прямо в спальню, сославшись на плохое самочувствие. Под негромкие рассказы своей соседки о ее приключениях, я расправилась с вкусным обедом, после которого меня потянуло в сон. Не особо то и сопротивляясь, я устроилась в подушках, почти мгновенно засыпая.

Сны, что одолевали меня, заставляли душу покрываться коркой льда. Я пыталась от кого-то убежать, скрываясь в лесу, то и дело оцарапывая ладони. Пальцы жгло, дыхание не слушалось, мышцы горели, а кто-то продолжал преследовать. Чувство давление и страха не отпускало, и резко проснувшись, я села на кровати, обливаясь потом. В комнате темно, на соседней кровати не прослеживалось очертаний Сиеры. Выдохнув, и проведя рукой по лицу, стирая остатки кошмара, я плюхнулась обратно. Только вот жжение в пальцах не прекратилось. Желая разглядеть хоть что-то, мне пришлось встать, чтобы подойти к окну. Но стоило приподняться на ноги, как они подкосились, и я с глухим звуком шлепнулась на пол.

Что происходит?

Руки дрожали, боль захватывала каждую клеточку, и я начинала паниковать. Сжав кулаки, я заставила себя, опираясь на кровать, подтянуться. Да что такое? Почему ноги меня не слушаются? Почему пальцы словно в огне? Поднеся трясущуюся руку ближе к лицу, я не поверила глазам. Или меня подводит зрение, или тени мрака играют с моим разумом, или я все еще сплю. Но вся кисть покрылась ужасными красными разводами. Кожа пульсировала. И осознание маленькими шагами затопило меня.

Плод кричащей лозы.

Подарок.

Мазь, которую я так и не взяла.

– Черт, черт, черт, ― ругалась я, лихорадочно придумывая, что же делать. ― Сиера, горгулья тебя раздери, где ты шляешься, когда так нужна?

Слезы уже покатились по щекам от страха, отчаяния и неизвестности. Ядовитый плод… значит, я отравлена. И у отправителя намерения ни с чем не спутать – он хотел мне навредить. И вот пожалуйста, беспомощная, одинокая я, валяюсь на полу, и никто мне не поможет.

– Пожалуйста, ― жалобно проскулила я, так некстати поймав образ мистера Голда в своей голове. Протяни руку – и вот он, смотрит на меня отстраненно, но изумрудные глаза сияют теплом.

Ну ты и дура, Алиса! Он бы пришел в ярость, узнай, как халатно я отнеслась к собственному здоровью. Сжимая одеяло в одной руке, второй я старалась сгибать и разгибать пальцы. Им необходимо вернуть чувствительность.

– Давай, давай, Алиса, возьми контроль над своим телом. Тебе нужно только встать и дойти до двери, а там ты сможешь позвать на помощь.

Я уговаривала себя, сама слабо веря в успех этой затеи. Глаза слипались, а отдаться забвению казалось слишком соблазнительным. И когда я уже почти сдалась, выпуская из рук единственное, что удерживало мое тело в полусидячем положении, дверь открылась, ослепляя меня слабым светом факелов коридора.

– Алиса! ― донесся до меня голос моего спасения…

Или совсем наоборот…

***

Свет ослеплял даже под закрытыми веками. Во рту пересохло. Я лежала, постепенно приходя в себя, не понимая, где я. Шевелиться не получалось, будто мое тело мне не принадлежало. Я попросту его не чувствовала. Мысли неохотно плавали в голове, приобретая более-менее осознанные картины.

Кошмарный сон.

Отказ тела подчиняться.

Отравление.

Я дернулась так резко, что в голове стрельнуло. Застонала от боли. И поняла, что не сдвинулась с места.

– Какое счастье, что вы очнулись, мисс Кристмас, ― голос слишком резкий и громкий для моих ушей.

Я с трудом разлепила глаза, тут же их зажмурив. Свет неестественно обжог роговицу.

– Больно, ― на грани шепота произнесла я.

– Разумеется, больно! ― отчитывающим тоном донеслось до меня. ― Где же вы посреди зимы смогли найти плод кричащей лозы, милочка? Еще и обжечь пальцы?

Никакая критика моего поведения меня сейчас не трогала так сильно, как понимание того, что я, скорее всего, в лазарете под присмотром строгого лекаря. А, значит, мне помогли.

– Как я… как я сюда…

Даже полноценное предложение выговорить не смогла.

– Профессор Голд принес вас ночью, ― горделиво произнесла женщина. ― Вы были без сознания! А яд начал проникать в вашу кровь, мне пришлось постараться, чтобы избавить ваше тело от него.

Мистер Голд? Я распахнула слезившиеся глаза, стараясь сфокусироваться. Но как? Я же… Боги, как же сложно соображать.

– Как скоро вы поставите ее на ноги?

Вот этот ледяной тон я точно ни с чем не спутаю. Мистер Голд прямо сейчас находился в палате. Я не смела повернуться в ту сторону, чтобы встретиться с осуждением и разочарованием. Но я не так уж и виновата! Меня никто не предупредил, не рассказал! Слова Сиеры не в счет… наверное.

– Пару часов, ― отозвался лекарь.

– Благодарю, мадам Прутс, сообщите мне, когда сможете отпустить мисс Кристмас. Я сам сопровожу ее до общежития.

В голосе чувствовались властные ноты, не предвещающие ничего хорошего. И мадам Прутс это отлично понимала. Так же, как я.

Мне дали несколько настоек с просто отвратительнейшим вкусом, которые, к слову, действовали незамедлительно. Чувствительность возвращалась, туман в голове рассеивался. И взглянув на пальцы, я вздохнула. Перемотан каждый.

– Шрамы останутся, ― мягком голосом произнесла мадам Прутс, глядя на меня сверху вниз. ― Если бы вы сразу обратились ко мне, то мазь сделала свое дело быстро, ничего не оставив. А теперь, ― она сочувственно поджала губы, ― следы ран останутся с вами навсегда.

Что ж, не знаю, расстроило ли меня это. Одним больше, одним меньше. К уродству на своем теле мне не привыкать. Я благодарно кивнула и уставилась в белоснежный потолок, ожидая своего наказания.

Те пару часов, что озвучила мадам Прутс отчего-то превратились в четыре часа. И все эти четыре часа я сходила с ума от безделья. Лежать, пялясь в одну точку то еще развлечение. Но после приема еще двух курсов лечебных отваров, меня соизволили отпустить. Мою радость омрачало лишь одно: мистер Голд так и не пришел за мной. Что ж, а на что я рассчитывала? Он мой преподаватель, а не сопровождающий. Поблагодарю за спасение и расспрошу о причинах его появления в моей спальне завтра.

Физические нагрузи.

Я застонала, вспомнив об этом, и даже хотела вернуться в лазарет, чтобы уточнить, можно ли мне напрягаться. Но, выглядела бы глупо. Уж мадам Прутс не смогла бы упустить такой момент.

Уже стоя в своей комнате, я смотрела на скомканную кровать, ловя мощные флэш-беки. За что можно меня так ненавидеть, чтобы сотворить подобное?

Мне ужасно хотелось в душ, но мадам Прутс ясно дала понять, что в первые пару дней я лишена такой привилегии. И должна использовать бытовую магию. Вот спасибо, конечно. Стянув постельное белье, я начала вытаскивать одеяло и подушки, чтобы заменить свежим. Не смогу спать там, где меня мучили кошмары, вызванные отравлением дьявольского плода. Вытряхивая подушку, я не сразу заметила, как оттуда выпала записка.

– Опять? ― несдержанно воскликнула я.

Обычный белый лист, сложенный вдвое. Осторожно подняв его, развернула. Что ж, это уже что-то новенькое. Мистер Голд просил встретиться с ним в его кабинете, как оказалось, который являлся кабинетом чароприменений. Раздраженно вздохнув, я бросила свое занятие, так и не закончив, и, накинув длинный кардиган, отправилась на встречу.

О правилах хождения в позднее вечернее время по замку меня никто не извещал, а значит могу ходить, когда и где захочу. Пусть это и звучало по-детски, этакий всплеск бунтарства, но в любом случае, это профессор меня вызвал. Ко мне никаких претензий. Подойдя к кабинету, я пригладила волосы, согнула и разогнула перемотанные пальцы, расправила ночную рубашку и кардиган, и вошла внутрь.

Темный класс слабо освещался, но был пуст. В дальнем углу находилась еще одна дверь, очевидно, ведущая в его покои. Я замерла, не зная, стоит ли идти. С какой стати он меня пригласил к себе? Разве это не нарушает запреты? Хотя, к черту запреты! Разве это приемлемо приглашать ученицу? Тряхнув головой, отгоняя позорные мысли, я постучала в дверь, прежде чем ее открыть. Но она вела лишь на узкую лестницу, устремленную наверх. И вот как раз за следующей дверью, должно быть, находилась его спальня.

– Надеюсь, он нашел моего маньяка, ― прошептала я сама себе.

Занося кулак, я услышала какие-то странные звуки. Хрип? Нет… Стон? О, святые мантикоры! Ему плохо?

Ворвавшись в спальню, я увидела то, отчего мне стало не по себе. Мне пришлось даже машинально прислониться спиной к косяку, поскольку сердце зашлось в странном ускоренном темпе. Прямо на моих глазах мистер Голд абсолютно голый имел ту самую Пейдж сзади. Она скулила и выгибалась, взмахивая своими волосами. По его спине катились бисеринки пота, мышцы перекатывались под кожей, а крепкие руки со вздутыми переплетениями вен, в звериной хватке держали ту за бедра.

Глава 6. Покоренная огню

Я неслась по темным коридорам Школы, не разбирая дороги. Мое сердце гулко стучалось о ребра. Что это? Очередная насмешка, брошенная в лицо? Показательный урок, чтобы поставить меня на место?

Завернув за угол, я оказалась перед выходом в небольшой, но безумно красивый сад. Это и есть та самая оранжерея, про которую говорил… Выругавшись, я поклялась сама себе, что выкину этого человека из головы. Хватит думать о нем, замечать его глаза, ощущать мурашки от голоса, трепет от взгляда. Очевидно, что у него моральных принципов нет.

Стоило мне открыть двойные прозрачные двери, как на меня тут же налетел божественный аромат цветов и зелени, укутывая в нежные объятия. Под огромным куполом сад взрывался летними красками. Фонтан работал даже в ночное время, погружая журчанием в расслабляющую атмосферу. С открытым ртом я рассматривала каждый куст, дерево, цветок, даже не заметив, что под навесом тяжелых листьев сидела парочка, внимательно меня разглядывая.

– Сиера? Никс? ― я так обрадовалась хоть кому-то, кто не пытается меня убить или стереть мое сердце в порошок, что бросилась к ним.

– Ты в порядке? ― светлая бровь Никса поползла вверх.

– Твои пальцы, ― указала на мою руку Си, подозрительно щурясь, ― ты все-таки проигнорировала меня, не так ли?

Я переводила взгляд с одного на другого, видя, как на их лицах отпечатывается тень беспокойства и не сдержалась. Разрыдалась, как маленькая, со всхлипами и невнятным бормотанием. Чувствовала, что непонимание и озадаченность кружится над нашими головами, но никак не могла успокоиться, уткнувшись в сладко-пахнущую грудь своей соседки. Она гладила меня, утешая добрыми словами.

– Алис, что случилось? Тебя кто-то обидел? ― она приподняла мой подбородок, заглядывая в глаза.

А что, собственно, я теряю? Пошел к черту этот мистер Голд вместе со своей длинноволосой выскочкой! Выдохнула, собравшись с силами и начала длинный, взволнованный рассказ о своей никчемной жизни.

Я рассказала все! Кто я, где жила и как попала сюда. Что за записки получала и желание профессора учить меня. Отсутствие магии и, пожалуй, полноценного права учиться здесь. Свои шрамы и старые, и новые. Клеймо Феникса, и утерянную книгу, в которой я могла бы попробовать найти ответы.

Сиера с Никсом слушали внимательно, практически не дыша. Только один раз парень прервал меня, решив, что я шучу, но в моем ответном взгляде увидел, насколько я серьезна и больше не произносил ни звука.

Как только слова кончились, а эмоции практически задушили меня, я выдохнула. Выдохнула вместе с осознанием, что абсолютно точно не знаю этих людей, но все-таки вывалила на них все. Если они и не станут трепаться, то вполне могут заслуженно перестать со мной общаться. Си потребует, чтобы я убралась из нашей спальни, а Никс назовет ненормальной. Я даже мысленно приготовилась к грубым словам, но они продолжали молчать. Осторожно подняв глаза, я встретила задумчивость на их лицах. Сглотнула, теребя кардиган. Стоя напротив них, мне казалось, что я, как обезьянка в зоопарке.

– Не молчите, пожалуйста, – как-то уж слишком жалобно протянула я.

– Вот это вау, Алиса, – подал голос Никс, вскакивая со скамьи. – А они ловко тебя замаскировали, мы таких заклинаний не проходили. Я вот смотрел на тебя, и даже ведь мыслей не возникало, что вижу впервые. Ты просто была Алисой, понимаешь? Просто Алиса. А теперь, – он обошел меня по кругу, приложив пальцы к подбородку, – а теперь, я начинаю понимать. Си, скажи, а? Все рассказав, она скинула с себя запрет.

– Купол появился вместе с тобой? – проигнорировала его Сиера. – И они говорят, что не знают, что это означает?

– Да, но и я не знаю! Клянусь! Это все из-за метки! – в сердцах воскликнула я.

– Покажешь? – Никс плюхнулся обратно, закидывая руку на плечо нимфе.

Немного поколебавшись, я все же сняла кофту, а затем расстегнула ночную рубашку, оголяя плечо до локтя. Раз уж они и так все знают, пусть и видят тоже.

– Можно? – Сиера осторожно потянулась к клейму, но без моего согласия так и не притронулась.

Я кивнула, наблюдая, какими нежными касаниями она проводила линии по рисунку. Очертила контур, приблизила лицо, подула зачем-то, отчего я вздрогнула. И отстранилась.

– Руна Феникса, клеймо Феникса, отличительный знак силы, – прошептала она, а затем встала, отряхивая невидимые пылинки. – Алиса, я знаю, где ты сможешь прочитать о нем. Но я могу и сама рассказать сполна, так как мы проходили это на втором курсе.

– Проходили? – удивился Никс.

– Руны, помнишь? Разновидности колдовства. Можно связывать между собой активную силу с магией знаков. Так вот, руна Феникса одна из составляющих магии знаков.

Сиера была серьезной настолько, что ее лицо заострилось, а в глазах появилось напряжение. Меня слегка напугала такая перемена, и в душе заворочилось предчувствие чего-то нехорошего. Не могут люди или нимфы, раз уж на то пошло, говорить о чем-то пустяковом с такой отдачей.

– Си, что оно означает? – срываясь, спросила я.

– Разрушение. Смерть. Хаос, – отчеканила она, смотря куда-то в сторону. – Руна Феникса самая опасная.

– Самая опасная? – мои глаза расширились от ужаса.

Она наконец посмотрела на меня, и я отшатнулась. На ее прекрасном лице проступили зеленоватые линии, исказив красоту.

– Покоренный огню сожжет живое, сгорев и сам.

Слова озадачили меня настолько, что я молчала добрых пятнадцать минут. Никс с Сиерой не мешали мне переваривать информацию, хоть последняя и поглядывала на меня странновато. Наконец, я пришла к выводу, что это еще ничего не значит.

– Ясно, ― выдохнула я. ― Смерть, разрушения. Ясно.

– Алис, ― начала Сиера, но я подняла руку, останавливая ее.

– Все в порядке. Если это и значило бы что-то, и являлось правдой, то я бы обладала магией, верно? ― я с надеждой приподняла брови, и Никс единственный, кто неуверенно кивнул. ― А так как во мне вообще ничего нет, то это паршивое клеймо, ― я резко ткнула пальцем в центр ненавистного мне рисунка, ― просто светящаяся татуировка.

– Меня больше волнует не отсутствие у тебя магии или в принципе наличия знака, а то, что мистер Голд ничего тебе не рассказал, ― произнесла Си, не отрывая глаз от клейма, и я поспешила натянуть рукав.

– Быть может занят был ногами Пейдж? ― ядовито вырвалось у меня.

– Подожди, что? ― глаза Никса загорелись любопытством. ― Он трахает эту идиотку?

Я поморщилась, почувствовав болезненные спазмы в районе живота от возникших ярких картин.

– Да какая разница? ― всплеснула руками нимфа. ― Он должен был предупредить тебя! И взялся он тебя обучать не просто так.

– Почему? Ты думаешь он что-то от меня хочет?

– Пробудить магию, это как минимум, ― закивала она. ― Эй, Никс, а ты что думаешь?

– Я продолжаю думать о том, как наш горяченький профессор натягивает нашу невыносимую всезнайку.

– Никс! ― в голос воскликнули мы с Си.

– Ладно-ладно, ― поднял он руки в защитном жесте, ― а ты уверенна, что твоя магия еще спит?

Я хохотнула, прикрыв рукой рот.

– Спит? Ее нет. Не было и не будет, ― отрезала твердым голосом. ― Я чиста… в каком-то смысле, ― тише добавила я.

– Я бы не была так уверена, ― Си мягко улыбнулась, поправляя мои волосы. ― Вот увидишь, скоро она проснется. Алис, волшебство не существует само себе. В нем глубокий смысл. И ты свой найдешь.

– Спасибо, ― совсем тихо поблагодарила я, не уверенная за что именно. И не уверенная, что Сиера говорила только про волшебство.

После разговора в саду мы еще долго сидели в спальне, обсуждая детали. Никс порывался узнать подробности про мистера Голда и Пейдж, совсем не замечая, насколько неприятна для меня эта тема, пока Сиера не выгнала его из комнаты. И уснули мы в итоге под самое утро. Именно поэтому, когда зловредное бумажное оригами меня разбудило, я чувствовала себя слишком паршиво даже для себя самой.

Идти на встречу с профессором я не хотела. Даже подумывала сослаться на болезнь, но с ним вряд ли подобное прокатит. Одевшись потеплее, как он и просил, накинув поверх школьной формы еще и теплое укороченное пальто с меховым воротом, я отправилась к оранжерее.

Он стоял там. Прислонившись к стене и держа руки в карманах брюк. Его расстегнутая темно-синяя накидка демонстрировала идеально белоснежную рубашку, обтягивающую крепкую грудь. На мгновение прикрыв глаза, отбрасывая мысли о его голом теле, я выдохнула.

– Доброе утро, мистер Голд, ― бодро поздоровалась я.

Заметив меня, он улыбнулся. Да так по-доброму, как будто и правда рад меня видеть. Его глаза сияли, заключая меня во власть своих изумрудов.

Нет, Алиса, теперь уже точно территория запретна.