- -
- 100%
- +
– Не могу, не могу, не могу! – тихонько поскуливая, Арина уронила голову на руки и уткнулась в стол. Рядом лежала кипа рабочих бумаг. Всё, что выдал ей шеф, поймав уже на пороге. От долгого сидения ломило спину, сухие воспалённые глаза молили об отдыхе. Но что она могла сказать ему в ответ? "Игорь Валерьевич, как бы ни были прекрасны ваши руки и скулы, я все равно не поддамся на эту провокацию, у меня полно своих дел"? Это, по-вашему, она должна была ответить? Нет, у нее на такое наглости не хватит. Тем более, что очень хочется повышение, а его строптивым не дают. И скулы эти, опять же… И ямочка на подбородке… И огромное, бесконечное желание порадовать, сделать хоть что-то приятное! Так всегда бывает, когда в кого-нибудь влюбляешься. Строишь в душе замок из песка для своего принца, а потом все постройки сносит шальным ветром или смывает набежавшей волной. Вместе с твоей собственной душой.
Арина была упряма. Она укрепляла фундамент. Впрягалась в работу, бормоча под нос стишок о бессмертном пони. "Все ради должности!", – говорила она коллегам. "Враньё! Исключительно ради него", – честно признавалась себе.
Потому что иным способом привлечь к себе внимание не получалось.
Арина потерла шею, потянулась. Взгляд упал на часы. Конечно, давно уже за полночь… Как же она устала!
– Что, опять за двоих? – на кухне показалась Марина. Шлепая босиком по кафелю, она прошла, налила себе воды в стакан и уселась рядом с сестрой. – Ари, ты так загнешься!
Девушка даже спорить не стала. Зачем бодаться с очевидным.
– Помочь могу?
– Убей меня, а? – Арина наконец оторвала голову от рук.
– Не дождешься. Я тебя люблю. В отличие от этого вот…
– Я не поняла, ты о чем именно? О том, что ты терпеть не можешь моего шефа, или о том, что ты меня любишь, а он нет?
– А, да обо всём сразу! – Марина отмахнулась.
– Угу… Я так и поняла. Ну хоть кто-то меня любит…
– Ну-ка, иди сюда! – сестрёнка вспорхнула с места и потянула Арину со стула. Та, подчиняясь, встала и вышла в коридор. Обе замерли перед большим зеркалом.
– Ну, что видишь? – Марина ткнула сестру локтем в бок.
А посмотреть было на что. Природа не экономила на них. Мало того, что у обеих были длинные каштановые волосы, ярко-синие глаза, россыпь веснушек на носу, аккуратные губы, длинные ноги и тонкие талии, так вдобавок это все было совершенно одинаковым. Родители даже имена им дали созвучные на радостях, стоило акушерке передать матери два неотличимых свёртка.
Близкие умели их различать. Знали, что Марина шустрей, наглей, она задира, но обаятельная. Чуть быстрей говорит, чуть резче в движениях, всегда себе на уме, вечно что-то придумывает, отчего взгляд у нее слегка блуждающий, и в глаза собеседнику она смотрит редко. Арина, в противовес сестре, была обстоятельней, методичней, спокойней. Когда она шла по улице, прохожие оборачивались. Она несла себя с достоинством, но не чванливо. Говорила вдумчиво. Смотрела прямо и уверенно.
Как такие одинаковые внешне, но совершенно разные по характеру девушки могли уродиться в одной семье, да ещё и в одно время?
– Это чтобы наши родители не сошли с ума, – хором отвечали сестры на вопрос. Родители в такие минуты только тяжело вздыхали. На пару их потомство давало стране угля.
– Что видишь? – повторила Марина, встряхнув сестру.
Арина взглянула на себя. Мешки под глазами, сама серая, осунулась. Волосы затянуты в хвост, но и тот поник, а не торчит задорно на макушке.
Она прекрасно понимала, что ей пытается сказать сестра, на что обратить внимание, но последние полгода доканали. Безответная любовь не красит.
– Ты роскошно выглядишь, – улыбнулась она сестрёнке.
– А ты паршиво, – честно отбрила та. – Но не в этом суть. Ты серьезно думаешь, что тебя ни один парень на земле не заметит? Если так, то я категорически против таких суждений. Во-первых, потому что это брехня. Во-вторых, потому что тогда меня не заметят тоже, а я на такое не подписывалась.
– Мариш, ну ты же…
– Что Мариш? Твой красавчик тебя уже запряг в телегу, а ты и рада ее возить! Сколько можно шпарить за двоих, а?
– Ну, я…
– Да, ты. Интересно, а его самого так запрячь, он бы вытянул? За двоих?
– Думаю, что да! Он тоже немало работал и работает! – Ари начинала злиться. Умом она понимала, что сестра совершенно права. Но это вовсе не означало, что она позволит оскорблять объект своей симпатии. – Думаю, и он двоих вывезет!
– Ну двоих-то наверняка! – расхохоталась Марина, и Ари поняла, что сморозила.
– Фу, пошлячка! – фыркнула она. – Ладно, ты мне скажи, за ёлкой завтра едем?
– Ага! – у Марины загорелись глаза. Они обожали новый год.
А вот Арина замерла, как вкопанная.
– Ты чего? – спросила сестра и сладко зевнула.
– Корпоратив, – сухим бесцветным голосом ответила Ари. – На следующей неделе корпоратив. Я обещала быть.
– Ого, ты же их не любишь!
– Слушай, ты прекрасно знаешь, зачем я туда собираюсь! Да, в этот раз я хочу пойти! Только… Мариш, дай платье, а? Мне вот вообще нечего надеть.
– Ага, платья у нее нет… Переделай все дела по дому, разбери фасоль… Золушка ты моя! Знаешь, что? Плевать. Плевать я хотела на твои бумаги, и даже немножко на ёлку. Завтра мы идём наряжаться!
– Но мне…
– Молчать! Считай, я твоя фея-крестная! Поняла? Я говорю, ты делаешь!
Арина ещё раз взглянула на себя в зеркало. Может, сестра и права. Пора вытащить себя из этого болота. В конце концов, если Игорь ее не замечает, это не значит, что она никому не нужна.
***
– Это! – Марина ткнула пальчиком в манекен. Пластиковая красотка была наряжена в строгое, но соблазнительное чёрное платье.
– Красиво… – Арина с вожделением смотрела на длинный вырез на спине и представляла, как он будет выглядеть на ней. Да она вообще к людям лицом поворачиваться не будет! Негоже такую красоту прятать, пусть ходят сзади как свита и вздыхают от восторга!
– Оно одно, 42 размер, – сказала продавщица. Мечты лопнули как мыльный пузырь. У девушки был 46.
– Черт, – выругалась она вслух. С самого утра они с сестрой бегали по магазинам. Арина была согласна нарядиться хоть в картофельный мешок, лишь бы это прекратилось. Ну а что, вон какая Мерлин Монро была в нем роскошная! Но Марина была непреклонна.
– Плагиата не потерплю, а Монро крутая, вопросов ноль! – бросила она в ответ, когда Ари робко попыталась подсунуть ей фотографии звезды на телефоне.
Ноги гудели, глаза уже ничего не видели. Хотелось на все плюнуть и уйти. А тут ещё такое разочарование, один размер, и не тот.
Сестры давно уже такой не носили. Чем, кстати, гордились. Найдя как-то их студенческие фотографии, Марина от души рассмеялась. А она-то считала, что тогда была королевой. Да вот только у королев ребра во все стороны не торчат. И декольте, надо признать, на их 46 смотрелось куда эффектней…
– Осанка, девочки, – не уставала когда-то напоминать им мать. И теперь, обладая ровными спинами и правильными пропорциями, сестры в своих немодельных размерах затыкали за пояс кого угодно.
Но, очевидно, не в этот раз…
– Может, брюки? – робко спросила Арина, уже не надеясь, что сестра уступит, прекратит этот кошмар, просто даст ей что-то из своих запасов. И тогда они пойдут за ёлкой, украсят дом, на душе будет праздник… Счастливые люди всегда красивые.
– Ни за что! – отчеканила Марина.
Ари проследила ее взгляд. О, да… Свадебный салон…
– А тебе не кажется, что это преждевременно? – Арина улыбнулась.
– Дура! – бросила Марина и направилась туда. Обернулась, нахмурились, поманила ее к себе. Иди, мол, чего стоишь, как пень?
Ари вошла.
Все вокруг ослепляло красотой и блеском. Салон уже принарядили к новому году, и золотые огни играли в роскошных вышивках на платьях. Казалось, что где-то под тканью притаились маленькие светлячки.
И кругом зеркала, зеркала, зеркала…
В обычные дни Арине нравилось сквозь стекло смотреть, как взволнованные девушки примеряют свадебные наряды. Меняют одно платье, второе, третье… Однажды она сделает так же. И будет улыбаться своему отражению в зеркале. И пробовать, какая фата подойдёт лучше, и нужны ли перчатки…
– Ари, мы его нашли, – голос Марины дрожал от волнения. Арина обернулась.
Это платье тоже горело. Переливалось изумрудным огнем, словно чешуя змеи. На одно плечо, невероятного глубокого зелёного цвета. Никаких лишних деталей, изумительное в своей простоте и элегантности. Она замерла, замечтавшись, как будет хороша, если оно подойдёт…
– Ищите платья для подружек невесты? – из глубины зала показалась сотрудница салона.
– Для корпоратива, – еле слышным шопотом отозвалась Арина, все ещё завороженно глядящая на наряд.
– Но мы никому не скажем, для чего оно на самом деле появилось на свет! Дайте 46 размер, пожалуйста! Вот ей! – Марина взяла быка за рога.
Через минуту, не веря своему счастью, Арина вошла в примерочную.
Пристроила вешалку с платьем на подставку, разделась…
И вдруг ей овладела какая-то робость. Так бывает, когда до чего-то очень важного остаётся всего шаг. Кажется, что это не про тебя, это про других. А ты вроде как и права-то такого не имеешь, чтобы вот это все совершить…
Ну наденет она платье, а дальше что? Прическа, макияж – это понятно, но вопрос о другом. Ее будут окружать те же люди, что и всегда. Те, кто привык видеть блузку и строгий рабочий костюм. Те, кто знает, что пьет она мало, а танцевать обычно отказывается. Разве что медляк, но на него редко приглашают…
Ари задумалась. Говорят, как сам себя поставишь, так к тебе и будут относиться. "Он уважать себя заставил, и лучше выдумать не мог", и все в таком духе. Как же так вышло, что она, всегда такая уверенная, собранная, спокойная, не смогла на первых порах взять себя в руки и показать всем в офисе, чего на самом деле стоит? Да как вышло, что на ней и впрямь ездили как на пони?!
Мелькнули в памяти рассыпанные листы, которые она обронила. Бурые квадраты плитки, на которых поскользнулась, и подвернулся каблук. Ушибленный локоть, который заболел так, что свело руку. И мужская ладонь. Он стоял рядом, красивый, как Тимоти Далтон, и смотрел на нее без малейшего сочувствия. Констатация факта: человек упал, надо помочь подняться. Он и помог. Собрал разлетевшиеся документы, пока она приводила себя в порядок.
– Я Вас раньше здесь не видел, кто вы?
– Арина Соколова, я второй день. Осваиваюсь, – хотелось отпустить какую-нибудь шутку, но язык словно к небу прилип. Маришка смогла бы, да, она их рассыпает щедро. Но Ари стушевалась.
– Удачного полета, птица Сокол. Увидимся, – и он скрылся в кабине лифта.
Как же она была рада тогда, что ее фамилия Соколова, а не Воробьева там, или Щеглова… Тоже хорошие птицы, но Сокол звучит как-то представительней…
Потом оказалось, что это ее шеф, который до сего дня был в отпуске, доверив поиски помощницы другим. Зовут его Игорь Валерьевич Добрый, и фамилия ему совершенно не подходит. Строгий была бы лучше… Ещё подошла бы Ироничный, Придирчивый, Бдительный, Настойчивый…
Игорь Валерьевич правил в своем царстве железной рукой. Никому не давал спуску, но и сам не отставал.
"Удачного полета, птица Сокол"… Ей показалось, или уголки его губ дрогнули тогда в едва заметной улыбке?
Он редко позволял себе такую вольность. Поэтому все его улыбки Ари копила, как золотые монеты.
И ей бы от такой холодности отшатнуться, забыть. А она взяла и влюбилась. Так сильно, как никогда в жизни. Смотрела ему вслед, ловила каждое слово… Приносила вместе с кофе свое сердце на подносе, а он не замечал.
Нет, Игорь Валерьевич ценил ее. Как специалиста. Даже советовался иногда. Ну и всё…
– Ты скоро там? – послышался из-за ширмы нетерпеливый голос сестры.
Ари скинула с себя оцепенение и потянула за карабин молнии.
– Да… – протянула Марина, когда Арина вышла к ней в своем наряде, сияющем как изумруд. – Родная, это бесподобно. Берём.
Арина и сама знала, что хороша… Стоило платью скользнуть по ее телу, как она поняла: ее. И даже если не сядет, плевать! Ателье обойдется дорого, но она заплатит.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.