Мастер клинков. Клинок выковывается

– Человек не может быть таким тупым, как ты! – гаркнул меч и задрожал еще сильнее. – Положи меня на место, не дорос еще легендарные мечи трогать!

Пролог

Ночью я спал плохо, неудобные узкие деревянные нары и отсутствие одеяла – а в бараке было довольно холодно – долго не давали мне заснуть. Только под утро я провалился в забытье, больше похожее на явь, чем сон.

– Макс, вставай! – раздался надо мной громкий голос. Громкий настолько, что не обратить на него внимания я просто не мог.

Слегка повернув голову, которая была будто из чугуна, я приоткрыл глаза. Надо мной стоял Рон и красноречиво постукивал по руке свеженьким толстым прутом.

– Рон, ты сдурел? – слабым голосом произнес я. – Мы ведь только вчера приехали!

– И что теперь? – удивился нубиец. – Еще месяц не заниматься? Быстро вставай, иначе я тебя подниму.

Понимая, что его угрозы вполне реальны, я открыл глаза и с трудом уселся на нарах. Тело от холода и жесткого лежака затекло и плохо слушалось.

– Вот как раз и разомнешься, – ухмыльнулся Рон, увидев мое состояние.

Недовольно ворча, я под аккомпанемент шуточек Рона поперся на пробежку, затем на растяжку и силовые упражнения, а финалом моих утренних мучений стал спарринг с нубийцем.

Загоняв меня до «желтых мушек» в глазах, он отстал от меня тогда, когда я просто уронил на землю копье, не в силах его больше держать.

– Обессилел ты, брат, – недовольно поцокал он языком. – Теперь, когда рядом никого нет, я, пожалуй, займусь тобой всерьез.

– Куда еще‑то больше? – с трудом пробормотал я, выплевывая клейкую слюну.

– Иди мойся, через десять минут начнется собрание, – сделав вид, что не услышал моих слов, велел нубиец и сам направился умываться к бочонку с водой.

Вчера я назначил собрание на раннее утро и при этом как‑то не подумал, что самому придется вставать еще раньше. «Нужно идти, – поднимаясь с колен и доставая чехол для копья, подумал я. – Нехорошо опаздывать на первое общее гномье собрание».

Еще вчера я захотел увидеть всех, с кем мне предстояло работать эти годы. Просто посмотреть в их лица и понять, как они настроены, ведь от того, как они станут работать, будет зависеть и мое будущее. Направившись в сторону барака, я увидел, что возле него собралась огромная толпа. Гномы – все до одного – стояли с хмурыми выражениями на бородатых физиономиях, распределившись по кучкам и тихо переговариваясь между собою. Когда я проходил мимо, на меня косились, но не более, ведь одет я был в простую одежду без всяких знаков отличия.

– Макс, ты где был? – прошипел Дарин, когда я вошел в барак. – Все уже собрались, только тебя ждут.

– Я готов, – спокойно произнес я, поставил копье рядом с нарами и надел пояс тана поверх своей перепачканной после тренировки одежды.

– Ты так и пойдешь, что ли? – Гном открыл рот от удивления.

– Некогда переодеваться, сам же говоришь, что уже ждут, – отмахнулся я, направляясь к выходу. К тому же я не знал, как гномы вообще примут человеческого тана, потому и не собирался одеваться в лучшую одежду. Не на первую встречу уж во всяком случае.

Я вышел на крыльцо, и вслед за мной вышел Дарин. Рон встал чуть слева. С появлением Дарина разговоры затихли. И тут я заметил, как глаза гномов из первых рядов начинают расширяться при виде моего пояса и как бородачи, поворачиваясь, передают новость дальше. Я дал гномам время немного пошуметь, затем поднял руку и вышел вперед, останавливая шагнувшего прежде Дарина.

Не обращая внимания на недоумение толпы, я, понизив голос, начал на гномьем:

– Приветствую вас, почтенные гномы. Меня зовут тан Максимильян, с сегодняшнего дня я вместе с почтенным таном Дарином буду пытаться выполнить приказ вашего короля.

В начале речи на меня не обращали внимания, но поскольку я говорил все тише, то шум в толпе стал стихать. Передние ряды умолкли и стали вслушиваться в мои слова, чтобы передать их дальше. Уже на второй фразе наступила полная тишина. Я тут же повысил голос:

– Задача нам предстоит тяжелая, но благородная. Все вы знаете, как живут ваши семьи там, под землей, – ваши старейшины вступили в сговор с торговцами‑наземниками и сбывают продукты своему народу за такие деньги, что на них можно было бы накормить небольшое королевство. Мы находимся здесь ради того, чтобы разрушить этот сговор и обеспечить всех гномов здоровым, свежим питанием за нормальную цену. Для того чтобы вы полностью осознавали важность своей миссии, я заявляю: каждый, кто будет честно и упорно работать, через два года получит полную амнистию, что бы за ним ни числилось в прошлом.

После моих слов гномы удивленно переглянулись, но шуметь не стали. Я внимательно вглядывался в их лица – большей частью они были хмуры и недоверчивы. Стало ясно, что нужно дать им что‑то еще, и не в будущем, а прямо сейчас.

– Также я разрешаю вам через меня связаться со своими семьями, и тот, кто пожелает вызвать своих родных сюда, получит мое полное согласие.

После этого я предложил им задавать вопросы – чтобы немного расшевелить. Найдя в толпе наиболее старого гнома, возле которого собралась самая большая толпа народа, я обратился к нему:

– Вот вы, почтенный! Я вижу, вы хотите что‑то у меня спросить?

Гном немного удивился моему обращению именно к нему, но, увидев, что присутствующие уставились на него, пожевал бороду и, дабы не терять лицо, ответил:

– Нечего сказать, говоришь ты складно, мальчик, да еще и по‑нашему, но только кто стоит за твоими словами? Кто ты сам, чтобы распоряжаться здесь? Или ты думаешь, что, напялив на себя пояс тана, ты получил право приказывать нам?

Гномы вокруг уважительно загудели, признавая его правоту. Я посмотрел в обеспокоенное лицо Дарина. Видимо, гном опасался такого развития событий, но ничего мне не говорил. «Придется выпутываться самому», – понял я.

– Кто я, почтенный?! – спокойно начал я, глядя ему в глаза. – Я расскажу. Я тот, кто за короткое время превратил захудалое баронство в процветающий и приносящий доход феод. Я тот, кто смог противостоять могущественному герцогу своего королевства. Я тот, кто смог бы достичь большего, если бы не король этого королевства. Тот самый король, замечу, который отдал приказ лишить рук моего учителя, уважаемого мастера Дарина.

Я оторвал взгляд от слегка ошеломленного моим напором гнома и перевел его на еще более ошеломленного Дарина. Взяв его за руку, я снял протез и показал всем обрубок руки. Многие лица исказились от гнева.

– Я скажу вам, кто я такой! Я такой же беженец, как и вы, пусть и с поясом тана. НО!! – Я сделал паузу и обвел взглядом окружающие меня лица. – Пояс тана мне дали не просто так, и я приложу все свои силы, чтобы оправдать доверие короля, предоставившего мне такую возможность. Если кто‑то попытается меня остановить или помешать в этом деле, тот может хоть сейчас возвращаться в штреки, потому что оставшиеся здесь гномы будут подчиняться мне или умрут!!!

Свою речь я закончил едва не ревом. Стоявшие в передних рядах гномы даже отшатнулись, увидев мое лицо.

– Вопросы есть? – перевел я дух; пот катился с меня градом.

– Тан Максимильян, – задал вопрос маленький, даже по меркам гномов, каторжник, – а это правда про семью? Я могу пригласить свою жену и ребенка сюда?

– Да. – Я ободряюще кивнул ему.

– А где жить‑то? – задал вопрос другой. – В бараке мы все не поместимся.

– Этот вопрос легко решаем, – спокойно ответил я. – Все, кто хочет пригласить семьи, подходят ко мне, и мы составляем для них график постройки отдельных домов. Соответственно те, кто запишется первым, первыми и получат отдельное жилье.

По лицам гномов я понял, что закинул верную идею. Думаю, после собрания ко мне бросится толпа желающих жить в собственных домах.

– Тан Дарин говорил еще о людях, – внезапно задал вопрос гном, рядом с которым кучковалась толпа народа числом не намного меньше, чем возле недоверчивого старика. – Как же мы будем жить вместе?

– Очень просто. – Я повернулся к нему. – Жить будете в своих поселениях: люди отдельно, гномы отдельно. Все, что вам надо, это работать совместно для выполнения задания своего короля.

«Нужно всячески подчеркивать, – подумал я, – что это цель короля, а не моя. Иначе всему придет конец, гномы не будут повиноваться чужестранцу».

Гном задумчиво посмотрел на меня и продолжил:

– Не знаю, работать с мягкотелыми как‑то не по мне, они загнутся быстро.

Я улыбнулся своей коронной улыбкой акулы капитализма, от которой часть гномов просто заржала.

– Пригоним еще, какие проблемы? – Я хищно посмотрел на гномов, которые сейчас были какими угодно, но не угрюмыми. – Помните, кроме вас, никому не справиться с этой задачей. Люди нужны, чтобы быстро научить вас незнакомому делу. Позже, когда мы добьемся нормального производства, заменим всех на гномов.

«Ага, только сколько лет на это потребуется? – ехидно подумал я. – За это время вы или приживетесь, или поубиваете друг друга».

После моего ответа плотина недоверия была прорвана, и на меня посыпался град вопросов, уже относящихся к предстоящей работе. Запоминая и сортируя вопросы, я создавал в голове небольшой план, и, когда вопросы начали повторяться, я поднял руку и в наступившей тишине стал говорить:

– Все ваши замечания мы выслушаем и обсудим на сегодняшнем собрании старейшин нашего… – Тут я задумался, какое бы название придумать для нового предприятия, и, с трудом сохраняя серьезность, произнес название: – ЗАО «Колхоз „Заветы Макса“».

Услышав странное и непонятное название, гномы уважительно посмотрели на меня, но переспрашивать не решились.

– Для этого мы сейчас изберем из вас пять гномов, которые будут представлять ваши интересы на этом собрании, – продолжил я. – Те ваши советы и предложения, которые они сочтут приемлемыми, мы обязательно учтем при построении нашего колхоза.

Мои последние слова вызвали среди гномов настоящий ажиотаж. Стоявшая более‑менее плотно толпа начала стремительно рассыпаться на группы. Я подумал, что в начале – для удержания гномов в узде – нужно воспользоваться услугами самих гномов, а потом, когда появятся люди, можно будет обойтись и без них.

– Все, кто хочет участвовать в работе Совета старейшин, становитесь сюда. – Я показал рукой рядом с собой. – Затем мы проголосуем, и те пятеро, которые наберут наибольшее количество голосов, войдут в Совет.

Пара десятков гномов сразу вышла из толпы и важно встала рядом со мной.

Голосование прошло стремительно: поняв, что нужно делать, гномы быстро и решительно проголосовали за своих негласных лидеров, которые сейчас обретали видимость власти. Права принимать решения я им давать не собирался, совещания совещаниями, но как руководить своим колхозом – я буду решать сам, хотя, конечно, дельные советы буду принимать во внимание.

– Да, и последнее, – поднял я руку, успокаивая возбужденных голосованием гномов. – Как только мы начнем получать продукцию и реализовывать ее, все работающие в колхозе начнут получать вознаграждение за свой труд, размер которого будет зависеть от вклада каждого из вас: кто отлично работает, будет и отлично получать; кто плохо, тот соответственно намного меньше.

Я оглядел ряды гномов и понял, что до них наконец все дошло. Недавние каторжане, приговоренные к смерти, получили шанс на возвращение к нормальной жизни – вот что я увидел на их лицах. И хоть я не сомневался, что будут проблемы и что не все из них заинтересованы в работе, но главного я достиг – основная масса была готова к сотрудничеству.

Оставив Рона записывать претендентов на собственное жилье, я повел пятерых – теперь уже старейшин – в барак, к своему месту, куда срочно притащили стол и табуреты.

Вздохнув, я первым сел за стол и начал вторую битву, не менее важную, чем недавно выигранная.

– Думаю, нам стоит представиться друг другу. – Я посмотрел на слегка напыщенных гномов. – Начнем с вас, почтенный.

– Эстер, Клан Сломанной секиры. – Гном слегка наклонил голову.

– Атор, Клан Сломанного доспеха. – Его сосед важно раздулся.

– Ортан, Клан Наковальни Торина. – Следующий гном едва пошевелил губами.

– Ватан, Клан Молота Торина. – Гном вежливо наклонился.

– Дорн, Клан Вечного огня. – Этот гном с вызовом посмотрел на всех.

«Интересно, а Дарин из какого Клана, – внезапно пришла мне в голову мысль, – не помню, чтобы он распространялся об этом. Рон только говорил о его Роде».

Пока гномы представлялись, я отмечал их поведение, то, как они говорили, как смотрели на меня, на соседей. Их поведение говорило мне о многом. «С каждым придется повозиться», – понял я в конце их представления.

– Тогда начнем. – Я положил перед собой чистый лист, достал перо и чернила. – Формат совещания будет следующий: чтобы не терять времени и не задерживаться здесь более необходимого, я каждому из вас по порядку даю слово, он говорит, я записываю любые его предложения. Затем мы голосуем по каждому пункту, и те предложения, которые будут приняты большинством голосов, принимаем в работу.

Я поднял голову от листа, который расчерчивал во время своей речи, расписывая имена гномов и их Кланы, и увидел выпученные глаза гномов. «Думали сидеть и спорить тут до посинения? – хмыкнул я про себя. – А вот фиг вам, почтенные, все будет по‑моему, не зря я эти месяцы с гномами прожил, насмотрелся на то, как вы ведете дела. Неделя споров, неделя рассуждений и только потом принятие решения».

– Но как же… – начал гном, – нужно же все сначала обговорить…

– В моем регламенте, – я подчеркнул слово «моем», – обсуждение – это голосование. Если вы, уважаемый Атор, захотите выразить свое мнение по какому‑либо вопросу, сделаете это своим голосом.

Не давая гномам опомниться, я продолжал:

– Слово имеет Эстер, Клан Сломанной секиры. – Я кивнул гному и наклонился к свитку, готовясь записывать.

– Э… э‑э… э‑э… – Гном даже не нашел, что сказать, и замолчал.

– Если уважаемому Эстеру нечего сказать, слово предоставляется уважаемому Атору, Клан Сломанного доспеха, – быстро нарушил я установившуюся тишину.

Гномы от моей энергии точно растерялись, даже Дарин, сидевший напротив меня, выглядел таким же ошеломленным, как и новоиспеченные старейшины: на его лице одно недоумение и растерянность.

– Мне есть что сказать! – едва не закричал Эстер, опасаясь пропустить свою очередь.

– Записываю, – кивнул я ему. – Забыл упомянуть, что время на выступление для каждого из выступающих на собрании участников ограничено двадцатью минутами. Я не исключение.

Едва отошедшие от моих первых заявлений, гномы снова впали в легкий ступор. Попросив Рона передать мне песочные часы, я поставил их на стол и перевернул склянки.

– Время пошло, – обратился я к гному.

– Я отказываюсь участвовать в таком бедламе, – внезапно раздался голос Дорна, за которого было больше всего голосов на голосовании. – Не хватало еще рушить наши традиции и решать все дела наспех.

– Я тоже отказываюсь, – с вызовом посмотрел на меня Ортан, второй по популярности гном.

– Отлично, – спокойно проговорил я, на виду у всех вычеркивая их имена из списка. – Тогда вы можете нас покинуть, с результатами Совета старейшин вы будете ознакомлены завтра в общем порядке.

Подняв голову, я посмотрел на их ошеломленные лица и укоризненно сказал:

– Уважаемые, вы меня поражаете. – Тут я сделал паузу и посмотрел на присутствующих строгим взглядом. – Избиратели отдали вам голоса, понадеявшись на ваш опыт и мудрость, а теперь, когда нужно ими воспользоваться, вы не хотите этого делать. Что ж, раз не хотите – ничего не поделаешь. Бесспорно, мне очень жаль потерять таких опытных и мудрых наставников, но дело нужно продолжать. Потому не обессудьте, решения будем принимать без вас.

Произнося речь, я сделал огорченный вид и растерянно кивал, показывая, как расстроен произошедшим. Не знаю, что повлияло на гномов – лесть или нежелание потерять влияние, но первым не выдержал Ортан. Покашляв и пожевав бороду, он нехотя выдавил из себя:

– Пожалуй, тан Максимильян прав, нельзя подводить моих ребят. Я остаюсь.

«Ага, вот я уже и тан», – усмехнулся я про себя.

Вслед за ним проворчал нечто похожее и Дорн.

– Отлично, тогда вернемся к мастеру Эстеру. – Я вежливо кивнул в сторону гнома и снова перевернул часы.

Тот, косясь на них, быстро начал:

– Хочу сказать, что опыта создания подобного, – гном замешкался, выговаривая незнакомое слово, – колхоза у нас никогда не было, но, думаю, при любом строительстве несколько вещей всегда остаются неизменными: то, из чего будем строить, то, чем будем строить, и то, кто будет все это строить.

От его слов я чуть рот не открыл от удивления, гном в одном предложении сформулировал все мои мысли.

Гном, увидев подтверждающие кивки остальных, кинул взгляд на часы и быстро продолжил:

– Во‑первых, нужно определить, что мы будем строить и в какой очередности. Во‑вторых, из чего мы будем это строить, и, в‑третьих, сформировать бригады по профессиональной пригодности. Трудно требовать от кузнеца дробить камень, а от каменотеса – ковать железо.

Я быстро записывал его мысли, поскольку согласен был со всем высказанным.

Видя всеобщее к себе внимание, гном успокоился и дальше продолжал уже не так быстро:

– Также считаю нужным назначить старших над каждой из этих бригад и уже с них требовать отчеты об их работе. Я знаю несколько опытных гномов, которые прекрасно справятся с руководством.

Гном задумался и с удивлением посмотрел на часы: у него оставалось еще никак не меньше половины отпущенного времени.

– В общем‑то, пока у меня все, – немного недоуменно сказал он, словно не веря, что уложился в десять минут.

– Спасибо, я все записал. – Я благодарно ему улыбнулся и, отчеркнув записи, продолжил: – Теперь слушаем вас, мастер Атор.

– Плохо то, что ни у кого из нас нет опыта работы на земле, – задумчиво начал гном. – Если бы среди нас был такой, кто понимает в этом, было бы значительно легче. А то получится, как если бы наковальня учила бы меня делать доспех.

Я не въехал в его шутку, но, поскольку все гномы громко засмеялись, то и я сделал вид, что очень смешно. По моему сигналу Рон начал ставить на стол вино и закуски, которые я специально привез с собой. Я хотел приберечь эти запасы для своей компании, но теперь, видя, что с гномами нужно решать все совместно, выставил все на стол. Появление еды и вина ажиотажа и недоумения не вызвало, поскольку все были заняты разговором и отвлекались только на то, чтобы положить себе в рот кусок курицы или налить кружку вина. Еда и питье придали совещанию некоторую неофициальность, и гномы перестали злобно зыркать друг на друга. Подкалывать, конечно, подкалывали, но не так, чтобы серьезно поддеть, хотя у меня за время разговора сложилось впечатление, что за столом собрались старые и проверенные временем враги, каждый из которых знал, чего следует ожидать от другого. Я был единственной «темной лошадкой».

– Влиятельный в Шаморе герцог обещал мне прислать управляющего, – произнес я между прочим. – Думаю, он на днях появится.

«Завтра же пошлю голубя с письмом, чтобы управляющий из бывшей моей деревни отправлялся сюда. Как можно быстрее, может, даже сам за ним съезжу», – меня слегка передернуло от воспоминаний о гномьих подземельях.

– Тогда, кроме составления бригад для работ по обустройству местности, – продолжил гном, – нужно составить разведывательно‑охотничьи отряды, которые бы запасали для нас провизию. Сейчас гномы практически на подножном корму, качество продуктов неважное, и нет полной уверенности, что никто не заболеет. В общем, я к тому, чтобы сделать ледник и хранить там припасы на всякие неожиданные случаи, а также наладить дальнее охранение нашего поселения. По моим данным, здесь недалеко проходит кочевой путь одного из степных племен, и если мы не учтем это обстоятельство, то очень скоро об этом пожалеем.

Гном осмотрел всех и сказал:

– Пока это все, что приходит мне на ум.

– Мастер Атор, это не последнее наше совещание, – улыбнулся я, подливая ему вина. – Мы же сегодня собрались, чтобы наметить свои первые шаги, так что в следующий раз внимательно выслушаем другие ваши предложения.

Гном благодарно принял у меня кружку и сделал большой глоток. Непривычный к неразбавленному вину, он тут же закашлялся, все рассмеялись и стали над ним подшучивать.

– Слово мастеру Ортану, – перешел я к «тяжелому собеседнику», и тот меня не разочаровал.

– Лично мне хотелось бы сначала определить, кто из нас будет главным, кто будет отчитываться о происходящем перед королем, – важно начал тот, явно представляя себя на этом месте.

– Мастер Ортан, – перебил я его, видя, что гномы собрались начать спорить. – Предваряя споры, отвечу сразу: сейчас здесь главный – я! Если еще у кого‑то из вас есть деньги и ресурсы для осуществления плана короля, я любезно уступлю ему как свое место, так и возможность по прошествии времени лишиться сначала рук, а потом головы за невыполненное задание. Вы по‑прежнему хотите занять этот пост?

Гном, услышав про отрубание конечностей, сразу стух, да и перекрыть наличие у меня связей и денег ему было нечем. Поняли это и все остальные гномы.

– Если у вас нет других предложений по делу, мы перейдем к мастеру Ватану, – жестко сказал я. Гном лишь кивнул.

Ватан вежливо поклонился всем и быстро начал:

– В дополнение к сказанному я предлагаю начать переговоры с кочевниками о покупке лошадей, овец, коров или любых других животных, которые у них имеются и которых мы должны будем разводить. Еще предлагаю обдумать, каких местных диких животных можно будет приручить для своих целей. Также нужно создать отряды рудознатцев, выбрав самых опытных из нас, и направить их по ближайшим окрестностям, чтобы понять, что мы имеем рядом с собой. То сырье, что мы сейчас используем в кузнях, привезено с собой и скоро закончится. В общем, нам нужно точно знать, на что мы можем здесь рассчитывать.

Я быстро записывал за ним, поскольку в силу отсутствия необходимого опыта даже не подумал об этом.

– И последнее, – гном отхлебнул из кружки, смачивая горло, – нужно создавать постоянную вооруженную охрану из тех, кто не хочет работать, а предпочитает молоту секиру и копье. Я полностью согласен с уважаемым Атором, кочевники доставят нам неприятности, и к этому нужно быть готовым. Я даже согласен взять на себя тренировку хирда, если уважаемое собрание проголосует за мою кандидатуру.

Закончив речь, гном слегка наклонил голову в знак уважения. Я дописал его предложения и повернулся к следующему гному.

– Ваше слово, мастер Дорн.

– Должен сказать, что в вопросах ведения хозяйства у меня из всех присутствующих меньше всего опыта, я всегда был таном войны и могу только сражаться, – неожиданно по делу начал гном. – Поэтому я хотел бы сначала изучить место, где мы будем развертывать колхоз, и определить, где что будем строить. Имея опыт построения защитных сооружений, я определю, где какие здания нужно ставить и каким образом их защищать.

Я вежливо кивнул ему и сказал:

– Очень дальновидно, мастер Дорн, но иного я от вас и не ожидал. Бесконечно рад, что вы остались с нами.

Гном от похвалы раздулся, как индюк.

– Остались только Рон и мастер Дарин, – я перевел взгляд на своих друзей. – Что вы можете добавить?

Рон пожал плечами, показывая, что ему особо и сказать‑то нечего. Дарин, пожевав бороду, спокойно произнес:

– Одной кузницы мало, я не успеваю со всеми заказами. Нужно еще две поставить, а лучше три. Найти лучших мастеров и помощников им, чтобы успеть сделать все, что мы придумали. Не будете же вы лес валить ножами, а к этому все и идет.

Гномы утвердительно закивали.

– Принято, – сказал я, записывая его предложение. – Тогда переходим к голосованию.

Понятное дело, что проголосовали за все предложения, не отвергнув ни одного.

– Тогда завтра я жду от вас представления гномов, которые будут назначены ответственными по каждому из отмеченных участков работы, а также списки отрядов, сформированных для охоты, дозоров и охраны, – произнес я, когда утрясли все мелочи.

– Думаю, не хватит у нас народу, – проворчал Ортан, недовольный тем, что не внес ни одного предложения.

– Мастер Ортан, завтра вечером мы совместно распределим всех по бригадам, – вежливо произнес я, вставая из‑за стола и давая этим понять, что разговор закончен.

Гномы, кряхтя, начали расходиться, во дворе их уже ждали. Чуть‑чуть приоткрыв дверь, я смотрел, как важные старейшины рассказывали о совещании, явно преувеличивая свою роль в нем. Когда мы остались одни в огромном бараке, я устало улыбнулся друзьям и наткнулся на твердый взгляд Дарина. Так он на меня еще ни разу не смотрел.