- -
- 100%
- +
Глава 1. Здравствуйте, я ваша…
Закинув на плечи свой любимый рюкзачок (спутник всех моих походов по торговым лавкам), я вышла из секции, приложила к магнитному замку руку с браслетом, на котором был чип контроля блокировки двери, дождалась звукового оповещения о закрытии и направилась к транспортным лентам, опоясывающим нашу станцию, как артерии и вены.
Транспортные ленты располагались на уровне пола станционных коридоров, не имея видимых глазом зазоров, составляя с половым покрытием единое полотно (часть которого двигалась, а часть сохраняла статичность). И тянулись по станционным коридорам в бесконечную даль.
Когда я была маленькой, я часто развлекалась прыжками с ленты на статичный пол и обратно, с пола на движущуюся ленту.
Ленты отличались друг от друга цветом, каждому цвету соответствовала своя скорость.
Например, в зонах отдыха, транспортные ленты были серого цвета и двигались с черепашьей скоростью. На них было принято стоять и созерцать красоту, медленно проплывающую мимо.
В свободное время я любила посещать оранжерею. Я садилась на ленту и представляла себя в джунглях, о которых читала в книгах.
Отогнав воспоминания, я шагнула на розовую ленту, которая двигалась со средней человеческой скоростью.
Розовые ленты тянулись вдоль жилых секций, с последующим выходом к центральным перекресткам.
Очень хотелось попрыгать. Осмотревшись по сторонам и убедившись в пустоте коридора, я позволила себе пару раз прыгнуть. Ну, а что?! Не такая я уж и взрослая.
Поправив растрепавшиеся от прыжков волосы, я увидела впереди светящийся указатель перекрестка и приготовилась к пересадке.
М-м-м, интересно, почему говорится – к пересадке?! Я ведь стоя еду, а не сидя. Нужно, наверное, говорить – к «перестойке»!
Я улыбнулась своим мыслям и сошла с розовой ленты, чтобы тут же заскочить на сиреневую.
Сиреневая лента бежала в сторону космопорта и двигалась быстрее розовой.
На этой ленте играть в «прыжки», я бы не решилась.
***
В одиннадцать часов, по внутреннему станционному времени, должен был прибыть торговый корабль Шурхов. Шурхи – раса торговцев. Низкорослые и многорукие существа покупали и продавали все, до чего могли дотянуться своими цепкими ручонками.
Но, как оказалось, Шурхи прибыли раньше обычного, и рыночные павильоны начали свою работу не в одиннадцать тридцать, как всегда, а в десять часов. Так что к началу торговли я катастрофически опоздала и поэтому не смогла купить запланированное количество продуктов.
Шустрые жители ближайших к космопорту секций, к моему приходу успели раскупить почти все мясо. Мне досталось всего полкило нежнейшей лепунятины и два кило с небольшим хвостиком, мяса голубого мурнина.
Еще я купила для папы целый литр жирного козлорожьего молока. Кроме отца, его никто не мог пить. Да и папа его пил маленькими мензурками, как лекарство.
Козлорогов на своих сельскохозяйственных планетах разводили Маархи. Они не могли представить себе ни одного дня без молока этих капризных созданий. А папа как раз и был Маархом.
Вот овощей, в отличие от мяса, мне досталось много, я купила даже больше, чем планировала. Шурхи привезли целый контейнер земных редкостей: капусту, картошку, морковь и даже свеклу. На нашей станции выходцев с земли почти не было, и народ не умел готовить земные овощи. Поэтому я смогла даже поковыряться и выбрать самые лучшие экземпляры.
Моя мама была землянкой, земные овощи готовить мы умели и любили. Поэтому я загрузилась овощами под завязку, активировала в рюкзаке функцию «потери веса» и, напевая модный мотивчик, отправилась домой.
Домом нам вот уже четыре года служила стандартная жилая секция на станции «Золотоискателей», расположенной на Хлое, маленькой холодной планетке в созвездии Мерлодея. Это был аванпост корпорации «Золотоискателей» и здесь вместе с семьями проживали исследователи, работающие на корпорацию.
Мои родители много лет «пахали» на эту корпорацию, в надежде скопить денег на небольшой домик в сердце Федерации – Земле. Контора родителей хоть и носила название: Корпорация «Золотоискателей», но искала совсем не золото, а кристаллы дилития, главного компонента ядра искривления в двигателях космических кораблей. Дилития требовалось много, потому что космический флот Федерации нес большие потери в противостоянии с боевыми отрядами Кррехской империи.
Родители мотались по созвездию на старенькой Церере, а я училась в станционной школе и вела домашнее хозяйство.
В этот раз родители улетели на недавно обнаруженный астероид зет 307. Астероид находился в созвездии Мерлодея, как и наша Хлоя.
За два месяца исследователи мелким ситом прошлись по астероиду, и таки нашли залежи дилития. Кто бы мог подумать?! Причем большое количество. Теперь же бригада исследователей возвращалась домой, на Хлою, и дело было уже за добытчиками.
***
Мама вчера прислала сообщение, что они с папой возвращаются и будут дома где-то завтра к обеду. Поэтому на меня возлагалась важная миссия – приготовить ОБЕД!
За пару месяцев болтания на старом межпланетном исследовательском судне, где из еды были только концентраты и консервы, у отца просыпалась неодолимая тяга к домашней еде. А так как он был Маархом, то он мог съесть очень и очень много. У Маархов был быстрый метаболизм и большая мышечная масса. Мама иногда говорила, что все наши деньги утекают на прокорм отца.
Поэтому к приготовлению завтрашнего обеда я отнеслась со всей серьезностью.
Вечером я порезала и замариновала мясо голубого мурнина. Мясо было очень жестким, поэтому выдерживать в маринаде его надо не менее десяти часов.
Вот я и буду выдерживать. За ночь его волокна качественно размякнут, и назавтра мне останется его просто запечь.
А еще, из неожиданно доставшихся мне редких овощей, завтра я буду варить мамин любимый борщ.
***
Волевым усилием я заставила себя встать с постели раньше обычного, хотя всегда любила поваляться подольше. Натянула на себя легкий спортивный костюм, ноги засунула в тапки «спортивки» – обычный мой домашний комплект одежды. В нем было удобно не только в спортзал ходить, но и заниматься домашними делами. Стянула непослушные волосы в хвост и приступила к кухонному священнодействию. Но самого начала все пошло не так.
Сначала, я задумавшись, перевернула миску с маринованным мясом и поскользнулась на разлившемся маринаде. Пока затирала пол, ударилась головой об незакрытый до конца кухонный шкафчик.
Потом, я порезала палец, а когда доставала специальное средство от порезов и мелких ран, ошпарилась паром от бульона.
Но вот, наконец, борщ был готов, духовой шкаф, в котором запекалась мясо, звякнул и отключился.
По кухне плыли ароматные запахи, вызывая бурное слюноотделение. Я сглотнула и посмотрела на часы, пора бы родителям уже и приехать! Во-первых, я очень соскучилась, а во-вторых, со страшной силой хотелось есть.
Я устало опустилась на стул и понадеялась, что на сегодняшний день неприятности исчерпали свой лимит.
Как же я ошибалась!
***
Резко запиликал сигнал на входной двери. Я подпрыгнула от неожиданности и замерла в недоумении. Гостей я не ждала, а у родителей были чипы. Пока я пребывала в непонятках, сигнал прозвучал снова. Кто-то был настойчив и весьма нетерпелив.
Сбросив с себя задумчивость, я кинулась к двери. На экране, демонстрирующем межсекционный коридор, высветилось усталое лицо Светланы, маминой подруги. Светлана служила офицером связи, в командном пункте станции. Но мы знали, что работа связистом, была лишь прикрытием, основное место службы, у лучшей и единственной маминой подруги было в разведке.
Я провела рукой над магнитным замком, дверь с тихим шипением въехала в стеновую панель.
– Ты что, все еще спишь? – хрипло спросила Светлана.
– Нет, – я отрицательно мотнула головой, – обед готовлю.
– Я пройду, – Светлана отодвинула меня в сторону и прошла вовнутрь.
За спиной у женщины болтался небольшой цветастый рюкзачок, который совсем не сочетался с форменным кителем гостьи. Рюкзак был точной копией того, с которым я ходила за продуктами.
– А мама с папой еще не приехали, – я закрыла дверь и повернулась к маминой подруге.
– Они не приедут, – Светлана прикусила губу и положила руку мне на плечо.
– В смысле?! Как это не приедут? – я недоверчиво посмотрела на Светлану и замерла в ожидании ответа.
– Кррехи сожгли их Цереру на подлете к Бервину. – Светлана прикусила губу и прижала меня к себе. – Не бойся, я тебя не брошу.
Мне показалось, что я оглохла. Меня окружила какая-то странная тишина. Ноги подкосились, и я бесформенным кулем повисла на Светлане. В ушах пульсировало: – они не приедут, не приедут, они не…
Светлана подтащила меня к креслу и аккуратно посадила:
– Тихо, тихо, девочка! Тебе надо быть сильной.
Потом вытащила из кармана форменного кителя какой-то пузырек и сунула мне под нос. Резкий запах ударил по рецепторам и сразу привел в порядок голову.
– Пришла в себя? – Светлана обеспокоенно заглянула мне в глаза.
– Да.
– Теперь слушай меня, – Светлана опустилась в стоящее напротив меня кресло и начала быстро говорить:
– Времени почти не осталось. Кррехский флот через пару часов будет здесь. Мы находимся на траектории их пути. Через тридцать минут будет объявлена всеобщая эвакуация.
Я прикрыла глаза, пытаясь, как- то остановить и собрать в кучу пляшущие в разнобой мысли.
– Иржи, ты меня слышишь?! – Светлана схватила меня за плечи и встряхнула. – На рефлексию и слезы нет времени. Мы с тобой потом поплачем, если живы останемся.
Я открыла глаза и кивнула. Светлана продолжила:
– Сейчас быстро берешь документы, все ценное и пару штук нижнего белья. И быстро за мной. Бегом!
И я, стараясь не думать, понеслась выполнять приказ. Быстро схватила такой же рюкзачок как у Светланы, вытряхнула в него ячейку с пластиком: – документы, банковские карты, флешки и чипы. Потом сверху кинула нижнее белье и маленького, игрушечного медвежонка, сколько себя помню, сидевшего в изголовье моей постели.
***
Сирена, оповещающая об эвакуации, догнала нас уже возле космопорта. Проход на взлетное поле перегораживал КПП, вросший между двумя секциями забора из титановой сетки.
Светлана, пискнув пропуском по магнитному замку, протащила меня за собой, крепко ухватив за руку.
– А как же эвакуация? – пройдя КПП, я слегка притормозила. – Тебе разве не надо быть на посту.
– Я в первую очередь офицер разведки, отвечающий за этот сектор. – Светлана, сердясь, поджала губы и дернула меня за руку. – И да, мне надо быть на посту. Но мой пост находится вон на том маленьком кораблике, на котором мы с тобой должны как можно быстрее взлететь.
Светлана махнула рукой в сторону МХ12, в просторечье – Мухи, и продолжила:
– То, что я беру тебя с собой, я совершаю должностное преступление. Поэтому ты молчишь и делаешь, что я скажу.
И мы побежали через поле.
***
Подбежав к «Мухе», Светлана нажала на пульт управления, закрепленный у нее на запястье. Из корабля выдвинулся трап, и одновременно с ним открылась небольшая шлюзовая камера входного люка.
Мы взбежали по трапу и нырнули в открытый люк шлюзовой камеры, за нашими спинами с тихим шипением закрылась крышка люка. Светлана приложила руку к двери, ведущей из шлюза на корабль, что-то негромко пискнуло, и дверь отъехала в сторону.
Светлана кинулась к рубке, велев следовать за ней. Пока она активировала управление кораблем, я прислонилась спиной к стене, а потом и вовсе съехала по стенке на пол. Ноги гудели и отказывались держать мою вздрагивающую от напряжения субтильную тушку.
Резко загудели двигатели, и подо мной затрясся пол. Светлана повернулась в мою сторону и указала на кресло второго пилота:
– Быстро садись в кресло и пристегивайся. Мне некогда с тобой нянчиться.
Я перевернулась и встала на карачки, встать во весь рост, у меня не вышло. И таким образом, добралась до кресла. Потом держась за подлокотники, подтянулась и плюхнулась в вожделенное кресло.
На панели управления щелкали приборы, пищала радиосвязь, мигали разноцветные лампочки. Я еле успела пристегнуться, как мы взлетели. Меня раздирала целая куча вопросов, но посмотрев в напряженное лицо Светланы, я решила промолчать.
Выйдя за гравитационное поле Хлои, наш корабль сразу вошел в гипер. Меня вжало в кресло и затошнило.
***
Когда самочувствие более-менее пришло в норму, по крайней мере, меня перестало тошнить, и я уже не боялась уделать приборную панель продуктами своей жизнедеятельности, я повернула голову в сторону капитанского кресла.
Светлана сидела с закрытыми глазами и мерно дышала, казалось, что она спит. Но почувствовав мой взгляд, не открывая глаз, она тихо произнесла:
– Спрашивай…
– Куда мы летим? – начала я сыпать вопросами.
– Для начала на ближайшую военную базу, – ответила Светлана, не открывая глаз.
– А потом?
– А потом дальше.
– А куда?
– Отдам тебя в закрытое спецучилище, – Светлана доносила до меня информацию, медленно и четко, все также с закрытыми глазами, – для детей, погибших военнослужащих.
– Но… родители не были военнослужащими.
– Ты моя племянница…
– Но ведь это не правда! – возмутилась я.
– Правда. – Тихо ответила Светлана.
– Но почему…
– Потому! Просто не надо было, чтобы об этом знали.
– А…
– Все, игра в вопросы и ответы, на сегодня закончена. – Светлана открыла глаза и встала с кресла. – Пойдем что-нибудь съедим.
***
Сказать, что я была в трансе, это ничего не сказать! Меня плющило и таращило, пока я пыталась уложить в голове происходящее. Вот буквально только что у меня был, какой-никакой, а всё же дом. Были родители, были мечты. А потом раз и ничего нет. Ни дома, ни родителей, ни мечтаний. Я была совершенно опустошена, и внутри меня все звенело от напряжения.
В подпространстве мы пробыли двое суток. За это время я проплакалась и загнала тоску по родителям глубоко в душу, в самый дальний и тайный угол. Стало легче, но опустошенность и потерянность никуда не делись.
Светлана посмотрела на меня, обняла и сказала, что мне всем назло надо выжить. Родители были бы с ней согласны, поэтому я начала усиленно выживать.
Светлана выдала мне «комкос» – комбинезон космонавта, обтягивающий тело, словно вторая кожа и специальные летные ботинки, которые при необходимости могли примагничиваться к внутренней обшивке корабля. А всю мою одежду и тапки засунула в маленькую походную стиралку, которая чистила одежду с помощью кислорода, магнитов и ещё какой-то неизвестной для меня технологии. Особо углубляться в изучение этого агрегата я не стала. Стирает? И пусть стирает!
А то как-то раз, ещё в дошкольный период я задумалась над механизмом дыхания человека, начала обращать внимание на свои вдохи и выдохи, пытаясь проконтролировать процесс. Угу! Чуть не задохнулась.
Так и со стиралкой, вдруг она от моих изучений, тоже забудет как «дышать».
***
При выходе из гипера, Светлана вбила на панели управления какой-то код, дождалась ответа и только после этого завершила прыжок.
Выход из подпространства прошел для меня чуть легче, чем вход. Мутило меня в этот раз меньше, но капитально заложило уши. Хорошо, что все побочные эффекты быстро прекратились, еще до того как мы пристыковались к военной базе, дрейфующей где-то в галактике Андромеды1. Точный адрес базы, мне Светлана не сообщила, да и что это бы мне дало?
Я с интересом уставилась в иллюминатор, вокруг нас двигалось множество цветных огней. Маленькие кораблики, типа нашего, шустрые одноместные шлюпы, огромные военные крейсера, все это швартовалось к базе или отстыковывалось от нее. База же была невообразимо большой и похожей на огромного круглого монстра, вытянувшего в разные стороны множество своих уродливых лап – стыковочных шлангов-переходов.
Перед стыковкой Светлана задраила все иллюминаторы и приказала мне:
– Сиди тихо как мышь! Незачем всем вокруг знать о твоем присутствии на борту моей «Мухи».
– Почему? – я очень удивилась. Ведь мы на свою базу прибыли, а не на Кррехскую. Зачем мне прятаться?
Но у Светланы были свои резоны, и она мне их озвучила:
– Ты лишний рычаг давления на меня, моя слабость. Моя Ахиллесова пята. Мне нельзя иметь слабости. Сожрут! Поэтому официально у меня и нет семьи.
Светлана одернула мундир старшего офицера разведки, хранившийся на борту ее «Мухи» и надетый ей перед самой стыковкой. И спросила:
– Понятно?
– Да! – кивнула я. Но сама не очень поняла, кто может сожрать мамину то ли сестру, то ли подругу.
– Командованию я о тебе, конечно, сообщу, – продолжила Светлана, – мне нужно будет получить для тебя пропуск на Землю и направление в спецучилище.
– А училище на Земле?
– Почти. На Луне.
– Круто!
Три часа я тупо пролежала в своей каюте, уставившись в потолок. В голове было пусто. Мысли хоть и бежали сплошным потоком, перескакивая, и обгоняя друг друга, но, ни одна надолго не останавливалась.
Вернувшись, Светлана заглянула в мою каюту и позвала меня в рубку. Не успела я зайти, как меня тут же посадили в кресло и пристегнули.
– Уходим! – Светлана сразу начала отстыковку. – Намечается большая заварушка. Что-то Кррехи активизировались. Ни хотелось бы попасть в грядущую мясорубку.
Отлетев от базы на безопасное расстояние, Светлана резко отправила нашу «Муху» в подпространство.
***
Знакомство с Солнечной системой, началось для меня с уже привычной тошноты. «Муха» рыбкой шустро вынырнула из гипера, а меня, как всегда приложило побочками от этого действа. Но я предпочла взять себя в руки и не обращать на побочки внимания. Все мое существо устремилось к обзорному экрану, расположенному над пультом управления. Впереди по курсу нашего корабля виднелся голубой шарик. Земля!
Заворожено, уставившись в экран, я представляла себе жителей этой планеты. Как они живут, работают, о чем мечтают.
Я думала о том, что скоро и я стану частью этой, другой, незнакомой мне жизни.
Когда я была маленькой, станция на которой я проживала с родителями, казалась мне огромным миром. Потом я немного подросла и узнала, что размеры мира не ограничиваются стенами родной станции. Что мир намного больше и многограннее, чем мне представлялось изначально.
Перед приземлением я надела свой домашний костюм, тапки-спортивки и забрала из каюты рюкзачок с флешками и чипами. Светлана же надела платье-балахон, на ноги сандалии с плетеными ремешками и водрузила на нос большие цветные очки, используемые жителями «живых» планет, для защиты глаз от яркого света.
Глава 2. Вот это я прилунилась!
Космопорт встретил нас гулом, шумом, суетой и всевозможными запахами, больше половины которых я не смогла опознать. От перенапряжения рецепторов у меня закружилась голова. Заметив, что у меня дрожат руки, Светлана бросила:
– Привыкай!
И потащила меня в другой конец космопорта. Нас ждала посадка на челнок, курсирующий по маршруту – Земля-Луна2-Земля.
Я никогда не видела столько народу! Повсюду, куда хватало глаз, шныряли представители инопланетных рас, в процентном соотношении намного превышая людской поток, змеившийся между ними.
Толпа многоруких Шурхов, размахивая конечностями о чем-то с упоением, спорила. Все пространство вокруг них было заставлено контейнерами различных форм и размеров.
Вот прошла семейная пара Маархов, держа за руки двоих детей. Я сразу вспомнила про потерянных навсегда родителей. В носу предательски защипало: меня больше никто не возьмет вот так вот за руку.
Сложив за спиной крылья, так что они стали похожи на пестрые плащи, пробежала группа шустрых Итийцев.
Итийцы раса «Знаек», больше всего они любят впитывать различные знания. К ним можно обратиться по любому вопросу и что самое главное – получить на него ответ.
Но что это?! Я сначала не поверила своим собственным глазам. Навстречу нам двигалась группа Кррехов! Стройной колонной, печатая шаг, они шли прямо на меня. Кррехи почти ничем не отличались от людей, может, были, чуть шире в плечах, чуть выше ростом. И черты лица у них чуть резче, чем у обычного человека. Словом, они один в один походили на Маархов. Если бы не более темные волосы и военная форма.
– Ты чего на них вылупилась! – Светлана выдернула меня с пути врагов. – Это делегация «переговорщиков». Пошли быстрей, опаздываем!
***
От взлета до посадки прошло всего двадцать минут. Все время пути я провела у иллюминатора. Вначале смотрела, как уменьшается, удаляясь все дальше красивый голубой шар, потом, как увеличивается, приближаясь, яркий желтый шарик, становясь серым и тусклым.
Челнок, подняв тучи пыли, мягко приземлился, вернее, прилунился в маленьком грузовом порту «Луна2». Кроме нас двоих, пассажиром челнока был еще пожилой Шурх (куда же без них), сопровождающий на Луну какой-то груз.
Луна была закрытой территорией, и попасть на нее можно было только челноком с Земли. Поэтому даже Шурхам приходилось перегружать товары со своих кораблей на челноки, если их надо было доставить на Луну.
К челноку пристыковался рукав перехода, и мы прошли под купол с искусственной атмосферой и гравитацией.
Училище располагалось сразу за складами Лунного порта и ничем, кроме высокого бетонного забора от них не отличалось. Над забором виднелись точно такие же крыши, как и у стоящих вокруг складов и ангаров.
Мы со Светланой долго шли вдоль забора, пока, наконец, в стене не показалась массивная дверь из толстого железа. На двери не было никаких опознавательных знаков, кроме обшарпанной временем таблички с молнией и надписью – Не влезай, убьет!
Светлана решительно повернула ручку и толкнула дверь, потом также решительно взяла меня за руку и протащила в дверной проем. Она вообще очень решительная женщина, не то, что я.
***
За таинственной дверью оказался обычный контрольно пропускной пункт, охраняемый вооруженными военными. Перед окном из пуленепробиваемого стекла, вдоль стен, покрашенных в цвет хаки, стояли железные скамейки, такого же болотного цвета, как и все вокруг.
В помещении было темновато, Светлана подняла очки на лоб и осмотрелась.
Офицер, стоящий за ограждением, подошел к окну и спросил:
– Вы к кому?
– Дежурного преподавателя вызовите, пожалуйста! – ответила Светлана и просунула в щель под окном мои документы и направление от своего командования.
Я дернула ее за руку и прошипела:
– Здесь страшно! На тюрьму похоже, а не на училище.
– Я буду тебе писать. – Светлана была спокойна как танк. – А если разрешат, то и приезжать.
Зря она думала, что этим меня успокоила – мне было реально страшно. Что значит – разрешат? А кто может запретить?!
– А почему тут все такое старое и несовременное? – я решилась на еще один вопрос. – Я думала на Земле супертехнологии, а здесь даже хуже, чем на станции старателей.
– Все дело в финансировании, – начала рассказ Светлана, – училище содержится на деньги военных, на личные деньги. Мы все перечисляем часть дохода на счет училища.
– А зачем?
– Своего рода подушка безопасности, – вздохнула Светлана. – Так мы уверены, что наши дети получат достойное образование, даже если мы погибнем.
– Поэтому тут здания похожи на склады?
– Когда зародилась идея этого училища, первый директор просто выкупил у космодрома «Луна2» часть территории. Она все равно пустовала. А потом уже ангары и склады, постепенно переделали под учебные и жилые корпуса.
***
Минут через пять, в здание КПП со стороны училища вошла женщина в цивильном брючном костюме, а не в форме, как можно было бы предположить, глядя на окружающую обстановку. На ногах у женщины были туфли на высоких тонких каблуках. Но она как будто бы их не замечала, двигаясь легко и непринужденно. Я стояла и хлопала глазами, удивляясь, как на этом вообще можно ходить.
Женщина что-то сказала охране и одна из стен КПП отъехала в сторону.
Светлана взяла меня за руку и провела на территорию училища.
За КПП оказалась небольшая бетонная площадка, окружённая забором. В заборе было двое раздвижных ворот.
***
– Ланка! – женщина, впустившая нас на территорию училища, взвизгнула и повисла на шее Светланы.
– Лиска! – Светлана крепко прижала к себе почему-то начавшую рыдать женщину. – Держи себя в руках.
– Ты знаешь, что Липа погибла?! – сквозь слезы спросила, та, которую Светлана назвала Лиской.
– Знаю! – Светлана тихонько погладила Лису по спине. – Все Лис, прекращай! А то ты мою племянницу напугала.
– Я ведь думала, что и ты… – женщина хотела еще что-то сказать, но потом до нее, видимо, дошел смысл сказанного Светланой. – Племянницу?!