Империя. Фаворитка

Вот теперь лицо канцлера исказила гримаса ужаса. Изабелла ещё плохо представляла, что такое Советник Тайных Дел, но само название уже внушало опасение. Буквально за доли секунды канцлера во дворике и след простыл. Он побежал к своей племяннице, напомнить, что с дочерью графа следует держать язык за зубами. Иначе это чревато последствиями для всей родни графа Самеша. А распорядительница женских покоев жестом позвала за собой баронету.

– Надеюсь, вы представляете куда попали? – спросила леди Бригитта, неспешно идя впереди.

Да, пригород – это ещё не вся Акета. Такой роскоши Изабелла и представить себе не могла. Она действительно дочь пограничного барона, которой посчастливилось родиться наполовину Хараз. Если новоприбывшая ко двору смотрела на людей с любопытством, то на неё с каким-то пренебрежением. Особенно, на истрёпанное путешествием платье. А ведь оно было самое лучшее! А оказалось худшее. Нищенское.

– Пытаюсь, – еле слышно, ответила девушка, стараясь не встречаться взглядами с женщинами на своём пути.

Мужчины проходили молча или, пристально рассматривая, провожали взглядом. А вот женщины мало того, что брезгливо отворачивались, так ещё и ехидно хихикали. Некоторые даже громко высмеивали её жалкий вид.

– О, Великий Клирк, кто это?!

– Из какой лачуги её сюда притащили?

– Это платье или тряпка?

– Я думала, только нищенки носят подобное тряпьё!

И такое злорадство летело за баронетой пока они шли по галереям королевского дворца. Каждый мимо проходящий, считал своим долгом либо пнуть оскорблением, либо кинуть презрением в её адрес. Им не было дела кто эта девушка и почему оказалась здесь. Главное, она была одета не так, как они. На Изабелле не было изысканных нарядов, дорогих туфель, сказочных украшений, а только простое платье и грязью измазанные ботинки. Вот и весь её незамысловатый наряд.

У самых покоев леди Бригитта остановилась и, посмотрев на баронету, сказала:

– А переодеть вас следует. Да, и помыться не мешает. И ещё, – открывая двери, как бы между прочим, она добавила, – здесь вам никто не друг. А после того, как вы потеснили леди Моргану, чаще оглядывайтесь, когда идёте по тёмным галереям замка.

Иза не успела поблагодарить леди Бригитту за совет, как дверь распахнулась и яркий свет ударил в глаза, заставив поморщиться. Покои фаворитки, как и спальня принца располагались на солнечной стороне замка. Свет заполнял собой все три комнаты и, отблескивая от покрытой позолотой мебели и ирагонских зеркал, казалось не было ни одного тёмного уголка. Такой роскоши её глаза ещё не видели. Это не старые блеклые гобелены на серых камнях – единственная гордость Кормак-холла! Здесь есть даже собственная ванная комната с мраморной купелью и тазиком для умывания. Маленькая комнатка для служанки, чтобы она всегда могла быть под рукой у своей госпожи. И наконец сама спальня. В центре комнаты огромная кровать с красными балдахинами… Вот что приковало взгляд баронеты. Она была как красноречивое напоминание для чего эти покои. Изабелле не пришлось вертеть головой в поисках дверей в спальню принца. Они были сразу за кроватью. И там же девушка увидела её. Ту, чьё место заняла.

Леди Моргана – придворная красавица. Белокурая и голубоглазая. Мечта странствующих трубадуров, ведь именно такой прекрасный образ они воспевали в своих балладах. Таким дамам рыцари на турнирах посвящали свои победы. Ими восхищались, как райскими певчими птицами. Они идеальны во всём… Но всего одна ночь решила судьбы Изабеллы и Морганы.

– Так это ты, жалкая баронета, забрала у меня любовь Его Высочество?! – ядовито спросила леди Моргана, обходя кровать.

До появления Изы при дворе короля Альфреда ll у племянницы канцлера не было конкуренток. Она ожидала увидеть соперницу по красоте, но, только посмотрев на чумазое убожество, так же ядовито брызнула смехом.

– Не пройдёт и недели, как Его Высочество вернётся ко мне. Ты действительно жалкая! Чёрная дворовая кошка! А это платье?! Тряпка! Нет, ты ведьма! Ты околдовала Эдуарда! Ведь будущий король не мог позариться на такое грязное убожество! Где ты, а где я?!

Срываясь на крик бывшая фаворитка принца, теряла самообладание. А это было не допустимо для леди.

– Леди Моргана, немедленно покиньте чужие покои! – вмешалась леди Бригитта. – Иначе пожалеете о том, что наговорили леди Изабелле!

Она зло посмотрела на распорядительницу женских покоев. Вся пыхтя от ярости, готовая в любой момент вылить ещё ушат помоев на голову соперницы, но всё же прикусила язык, не осмелившись перечить леди Бригитте.

– Уже ухожу, – процедила сквозь зубы бывшая фаворитка, – но подарки, что подарил мне принц, я оставлю себе.

– Платья оставьте, леди Изабелла тоньше вас в талии и полнее в груди. Они всё равно новой госпоже не подойдут. А вот драгоценности верните. Они принадлежат короне, – леди Бригитта специально напомнила племяннице канцлера об украшениях и довольно ухмыльнулась, провожая торжествующим взглядом, убегающую леди Моргану.

Подойдя к зеркалу, весившему на стене напротив кровати, новая фаворитка пристально посмотрела на своё отражение. Да, вид у неё был действительно жалок. Но красотой Иза нисколько не уступала этой истеричной Моргане. Она блондинка – Иза брюнетка. Она миниатюрная. Иза выше и стройнее. Не то, чтобы дочь Морны Хараз переживала из-за непродолжительного внимания принца, просто слова Морганы задели её девичью гордость. Ну, не нужен был Изабелле принц и она не уродина!

– Не стоит принимать близко к сердцу всё, что сказала леди Моргана, – посоветовала распорядительница женских покоев, заметив как та изучает себя в ирагонском зеркале. – Будь в вашей красоте хоть один изъян, Его Высочество не посмотрел бы на вас, леди Изабелла. Уж поверьте мне.

– Меньше всего я хотела здесь оказаться. Да ещё и фавориткой принца, – со вздохом прошептала расстроенная баронета, всё ещё рассматривая своё отражение.

– Но оказались здесь, – с сочувствием произнесла леди Бригитта. И её маленькая, но тяжёлая рука легла на плечо новой фаворитки. – И раз вы при дворе короля, то должны выглядеть соответственно. Нам есть над чем поработать.

– Может, не надо? – спросила Иза и с надеждой посмотрела на доброй души женщину. – Король увидит, как я жалка, сжалится надо мной и отправит домой.

Уголки губ леди Бригитты дернулись в едва заметной улыбке.

– Здесь жалости нет, баронета. И мой вам совет, который я получила в гареме императора Давла V от одной мудрой хайси*: «Судьба женщины в глазах мужчин». Я всю жизнь прожила с этим знанием и многие беды обошли меня стороной.

Леди Бригитте понадобился всего час, чтобы Изабеллу из нищенки преобразить в настоящую придворную красотку. Ну, конечно, не ей одной. Распорядительнице женских покоев помогала армия слуг. Пока одни носили вёдра с горячей водой и мыли баронету, другие, сняв мерки, тут же подбирали платья, которые огромными кучами вывалили из сундуков на кровать, не забыв при этом о драгоценностях.

Служанка леди Морганы принесла шкатулку и с такой же неохотой, как совсем недавно её хозяйка, отдала их распорядительнице женских покоев. Потом недовольно фыркнула и, вильнув пышными юбками, скрылась за дверью.

– Надо бы сверить со списком, – сказала леди Бригитта, открыв шкатулку и перебрав её содержимое. – Кажется здесь недостаёт рубинового колье, – а потом, посмотрев на новую фаворитку, с улыбкой добавила. – Ну, да ладно. Сегодня нам рубины не нужны. Под это платье отлично подойдут сапфиры.

Она достала тонкую золотую цепочку, украшенную подвеской с маленьким сапфиром.

– Король не любит, когда на женщине слишком много украшений, – пояснила леди Бригитта, заметив на лице девушки разочарование. Ведь в шкатулке были куда более дорогие вещицы. Не то, что эта ниточка с малюсеньким камешком. – А ещё королю нравятся скромные девушки.

Рассматривая своё новое отражение в зеркале, Изабелла не верила глазам. Образ, который создали заботливые руки леди Бригитты, ей очень понравился. Тёмно-синий оттенок платья подчёркивал глаза, а ещё придавал лицу румянец, которого она лишилась, путешествуя с принцем. Высокая прическа открывала не только тонкую шею, но и плавные линии плеч. От чего чуть выпирающие ключицы приковывали к себе взгляд, а потом уже, спускаясь ниже, он задерживался на блестящем камешке. Подвеска в свою очередь, едва касаясь уходящую под декольте ложбинку между грудей, придавала некую завершенность образу невинной соблазнительницы. Но стоило Изе подумать о её желанном для мужчин образе, как в голове тут же возник вопрос: «Почему я должна понравится королю, если уже понравилась принцу?». И этот же вопрос она задала леди Бригитте, на что та, наклонившись, ели слышно прошептала на ухо:

– Любовь принца не постоянна, – и подтолкнув к двери, поторопила. – Идёмте. Его Величество не любит ждать.

С этими словами дочь Морны Хараз шла по коридору в сопровождении всё той же леди Бригитты. Только на этот раз женщины обескуражено молчали, а мужчины шушукались, провожая незнакомку взглядами полными неприкрытого вожделения. В роскошно одетой леди они не узнавали нищую баронету часам ранее шедшую по этому же коридору. Мужчины видели в утончённой красавице новую юную кровь, пока не развращенную свободными нравами королевского двора. А женщины рассмотрели в баронете ещё одну коварную соперницу за внимание короля или принца. И только сама девушка, едва дыша, мечтала, чтобы это всё было сном. Её кошмаром. Ведь со слов матери, Изабелла поняла, что Альфред Касс предатель народа и узурпатор на троне Акелонии, от которого не стоит ждать милости. Понравиться? Меньше всего наследнице династии Хараз хотелось ему понравится… Скорее сбежать на край света, чтобы никто никогда не нашел её больше и не вернул в этот золотой плен.

Король сегодня принимал в покоях для заседания совета. Куда их пропустили вооруженные до зубов королевские гвардейцы. Командир которых был предупрежден об аудиенции с дочерью пограничного барона. Как только они с леди Бригиттой подошли к двустворчатой двери, он распахнул её перед ними, открывая следующие покои, где люди с кипами свитков терпеливо ждали своей очереди.

Не успев сделать и несколько шагов, как перед ними вырос канцлер Самеш.

– Придётся обождать, леди Бригитта, – проскрипел он, покосившись на закрытую дверь. – У Его Величества сейчас принц.

Провожатая баронеты и глазом не моргнула на возникшего из неоткуда канцлера, лишь обошла его и встала под самыми дверями, а за нею и Изабелла.

– Настоятельно рекомендую напрячь свои ушки, – прошептала распорядительница женских покоев. – Это может быть полезно для нас.

Иза опять прислушалась к её не очень приличному совету. Хотя её всегда учили, что подслушивать это плохо, но, видно, хорошие манеры не в чести при дворе узурпатора.

А за дверями бушевал настоящий ураган. Король и принц выясняли отношения, и причиной этому судя по доносившимся обрывкам фраз была дочь Морны Хараз.

– Она моя! – кричал Эдуард.

– Ты смеешь мне перечить?! Мне?! Своему королю?! – совсем не по-королевски вопил Его Величество. – Я приказал привести её живой или мертвой, а ты что сделал?! Да, лучше бы я отправил тебя на войну со свенами! Или простым командиром в имперский легион! Ума набрался бы! Ты хоть понимаешь, что натворил?! Она дочь Морны Хараз!

– Она моя фаворитка и, быть может, уже понесла от меня! Или ты забыл отец, что будет если…

– Замолчи! – на полуслове прервал его король. – Не смей напоминать мне об этом!

– Но это твоя вина!

Молчание и снова голоса, но уже более спокойные. Первым заговорил узурпатор.

– Хорошо, забирай её себе, но не забывай, что я тебе сказал.

– Не забуду, – буркнул принц.

Дверь распахнулась и выходящий Эдуард на минуту задержался, глядя на стоящую под кабинетом Изабеллу. Его изумлённый взгляд медленно прошёлся по девушке и остановился как раз на подвеске с сапфиром. От чего лицо принца повеселело и, улыбнувшись, он подошёл ближе.

– Сегодня на пиру, леди Изабелла, вы будете сидеть рядом со мной.

– Это приказ, Ваше Высочество? – еле слышно спросила она Эдуарда.

– Нет, это просьба, – так же ответил он и пропустил вперёд, отвесив поклон.

Покои для заседания совета ничем особенным не отличались. Обычная просторная комната с массивным дубовым столом. И такое же кресло во главе этого стола, спинку которого венчала золотая корона. Но король не встречал вошедших женщин в этом кресле. Он стоял у окна, повернувшись к ним спиной.

– Леди Бригитта, оставьте нас, – приказал король.

Всего минуту назад он бушевал, ругаясь с непокорным сыном, и вот спокоен, будто ничего не было. Разве что, усталость в его словах.

Леди Бригитта присела в реверансе, прежде чем скрыться за дверью. Глаз на затылке у короля не было и он всё равно бы не увидел её поклонов, но дворцовый регламент требовал соблюдения плавил.

– Я ещё не решил, что с тобой делать, – начал говорить король, удостаивая баронету своим взором. – Решу, когда твою семью доставят в Акету. А пока развлекай наследного принца.

– Ваше Величество…

Пленница хотела было задать вопрос королю: зачем их сюда везут, но он грубо перебил её.

– Что?! Ты осмелилась со мной заговорить?! – резко развернувшись, воскликнул узурпатор и тут же осекся, лишь посмотрев на дочь своего врага.

От возмущения короля по спине Изабеллы пробежали мурашки. И всё равно она не опустила глаза, как положено женщине, когда с ней говорит мужчина. Так, по крайней мере, девушку учила мать. «Скромность и покорность!», – часами вдалбливала в её подсознание родительница, но, видно, напрасно. Иза не проявляла покорности с мужчинами. И не собиралась проявлять её с королём. К тому же, подслушивая под дверью, баронета поняла, что отец принца ничего ей не может сделать. Какая-то тайна связывала ему руки. Да так связывала, что он готов мириться с каждой любовницей своего наследника. Даже с такой опасной, как внучка убитого им короля. Морна говорила, что Альфред II Касс знать не знает о пункте в мирном договоре Акелонии с Леканией. Полная копия хранилась у герцогов Лекан. Так чего же узурпатор страшился? Что даже одно упоминание о Изабелле так выводил его из себя. Что ему всё-таки было известно и что упустила её мать, отправляя к Эйдану Чёрному? Эти вопросы, взрывали мозг юной Хараз, пока та неподвижно стояла перед узурпатором, а он, медленно подходя, пристально рассматривал свою пленницу. Изабелла испытывала страх, глядя в его приближающиеся стальные глаза. Трудно не оцепенеть от ужаса, когда на тебя так свирепо смотрят. А король смотрел на фаворитку своего сына именно такими глазами. Он будто желал её убить. Схватить своей сухой рукой за горло и сжимать пальцы до тех пор пока позвонки не хрустнут. Сил бы у него хватило. Седовласый, но совсем не старый. Годы лишь слегка укоротили его рост, забрав с собой и мощь тела, но не лишили силы. Может, против молотого рыцаря Альфред Касс не выстоял бы, но убийство девушки не составило бы ему особого труда.

Где-то внутри Изабеллы ёкнуло чувство самосохранения и она отступила на шаг от напирающего на неё короля. Эта робость Альфреду понравилась, а страх в глазах баронеты приободрил его.

– Знай своё место, девчонка Хараз, – пренебрежительно просипел узурпатор. – День, когда ты надоешь принцу, станет последним днём твоей жизни. А пока наслаждайся тем, что даёт тебе покровительство моего сына.

Зачем только Альфреду нужна была эта аудиенция? Чтобы ещё сильнее возненавидеть невинную девушку, которая до недавних событий и знать не знала, как не справедлив этот мир. Ведь именно попытка Морны Хараз отправить свою дочь в Леканию лишило узурпатора покоя. Понимая насколько опасна наследница древней династии, король решил держать её при себе заложницей. Но родной сын смешал все его планы. Теперь девчонка Хараз под защитой дурацкого проклятия, в которое Альфред не верил. Старался не верить, но время идёт, и каждый год доказывает, что сила жриц не суеверные бредни.

– Убирайся, – процедил сквозь зубы король, указав на дверь.

Изабелла не стала испытывать судьбу на прочность, и быстренько покинула королевский кабинет. А на полпути к покоям фаворитки, её с леди Бригиттой догнал гаденький канцлер Самеш. Он торжественно сообщил баронете, что теперь она фрейлина Её Высочества Мирцелы. И ехидно ухмыляясь, театрально раскланялся.

– Будь осторожна в окружении принцессы, – посоветовала леди Бригитта, провожая озадаченным взглядом дурного вестника. – Особенно с леди Ульрикой и леди Морганой. Эти две драные кошки готовы сцепиться друг с другом, но могут и объединиться, чтобы насолить тебе. Ну, а про принцессу Мирцелу ты сама всё поймёшь.

– Почему вы помогаете мне? – так же глядя на удаляющегося канцлера, спросила Иза леди Бригитту.

Всё-таки при дворе баронета была всего несколько часов, а леди Бригитта уже дала столько полезных советов, взяв над девушкой опеку. Распорядительница женских покоев добродушно улыбнулась, прежде чем ответить.

– Когда-то с твоей матерью мы были близкими подругами, и я многим обязана ей. Наверно, пришло время отдавать долги, – последнюю фразу она произнесла задумчиво, вспомнив дни своей дружбы с принцессой Морной Хараз.

Потом, следуя за своей покровительницей, Изабелла думала: «О, Клирк, куда я попала? Король ненавидит меня. Канцлер тоже. Его красотка племянница готова выцарапать мне глаза за принца. Ещё какая-то леди Ульрика очень опасна. Это какой-то осиный улей. Нет, нет! Яма с ползущими гадами! Вот что больше всего подходит под определение двора Его Величества Альфреда ll Касс! И только одна леди Бригитта на моей стороне. Про принца я ещё толком не решила. Друг он мне или враг. Сегодняшняя ночь покажет». И только подумав про ночь, девушку будто окатили ушатом ледяной воды. Сможет ли она во второй раз без последствий отказать принцу в его праве покровителя?

Леди Бригитта долго наряжала новую фаворитку на пир и не переставая говорила, что это не просто весёлое застолье, а ещё и место, где плетутся интриги. Поэтому лучше ничего лишнего не болтать. Больше слушать и мило улыбаться. Если, конечно, получится мило улыбаться в террариуме.

– Ну, вот темно-бордовое как нельзя лучше будет гармонировать с жакетом Его Высочества Эдуарда, – любуясь своими трудами, довольно сказала леди Бригитта. – А завтра я подберу вам не слишком болтливую служанку.

– Не слишком болтливую для всех, но не для вас? – спросила Изабелла заботливую подругу матери.

– А вы быстро учитесь, леди Изабелла, – распорядительница женских покоев тут же похвалила за сообразительность.

Женщины прекрасно поняли друг друга в тот вечер. Всё что будет происходить в покоях фаворитки принца, будет сразу же долетать до ушей леди Бригитты. Это маленькая плата за её покровительство при дворе короля и дочь Морны Хараз согласилась её платить. Всё равно без помощи опытной придворной дамы ей недолго виться среди пресмыкающихся и холоднокровных гадов королевского дворца. На защиту принца она не сильно-то надеялась. Его Высочество часто менял своих фавориток. Сегодня дочь барона его привлекает, но что будет завтра? Об этом лишённом всякой определённости будущем девушка предпочитала не думать. Как только мысли об участи ждущей баронету впереди, прокрадывались в её разум, то за ними змеею заползал страх. А слова короля: «Твоим последнем днём станет день, когда ты надоешь принцу!», – зловеще шипели в девичьей голове. И в эти мгновения страха, она видела только одно спасение – это стать Эдуарду возлюбленной и желанной женщиной, а не безликой игрушкой.

Хотя бы пока дышит узурпатор…

А потом? Потом наступит потом… Так далеко внучка свергнутого короля не заглядывала в будущее. Ведь все надежды Изабеллы были такие туманные… Ничтожные и жалкие! На что может надеяться фаворитка, пусть и самая любимая? Она может только уповать на снисхождение всесильного господина. А именно, короля. Но и корона на голове Эдуарда не могла даровать ей безопасность. Изабелла дочь Морны Хараз, а это значит: пока в её груди бьётся сердце, трон под Касс шатается. От расправы наследницу династии Хараз не спасут ни милое личико, ни наряды, ни временные друзья. Даже милость Великого Клирка обойдёт стороной, если вдруг Эдуард решит, что всласть наигрался с баронетой и пора подыскать другую фаворитку. Или невесту для себя…

Вот тут наследницу Хараз, как молнией ударило: «А что если… если я … Я стану его королевой??!».

Рассуждая здраво, Изабелла вряд ли могла рассчитывать на брак с герцогом Леканом. Даже, если каким-то чудом девушка осталась бы девственницей до приезда жениха, Эйдан Чёрный всё равно не взял бы в жёны фаворитку своего врага. Ведь была бы велика вероятность, что их первенца наградили бы постыдным в Акелонии прозвищем «бастард», а в Лекании ему не присягнули бы на верность.

Как не прискорбно было это осознавать, но шансы на брак с герцогом Леканом после пленения Изабеллы королём стали ничтожно малы. Все далеко идущие планы её матери потеряли всякий смысл, обесценив Изу в глазах завидного жениха. Но судьба сама, тут же давала ей другую возможность исполнить своё предназначение. Можно и без войны герцогства с королевством усадить на трон потомка Хараз.

– Леди Бригитта, а Его Высочеству сколько лет? – спросила Изабелла у всё ещё поправляющей её наряд придворной дамы.

– Двадцать пять, – оторвавшись от вышивки на глубоком декольте, ответила её покровительница и, поняв зачем та задала этот вопрос, хитро улыбнулась.

– Тогда почему Эдуард до сих пор не женат?

– Король Альфред уже шесть лет ведёт переговоры о браке принца с дочерью императора, но, как видишь, безуспешно, – ядовито подметила подруга Морны. Видно было, что власть узурпаторской семейке ей была так же оскорбительна, как и матери баронеты. – И я думаю, что ничего у короля не получится. Император Ванса слишком суеверен и боится проклятий.

– Проклятий? – настороженно спросила Изабелла.

Баронета не была такой уж суеверной, как этот Ванса, но всё-таки проклятия всегда внушали некое опасение. Вдруг это было что-то очень зловещее? Например, все жёны принца будут умирать или … Или что-нибудь в таком роде.

– Да, – тихо прошептала леди Бригитта, осмотревшись по сторонам. При дворе и у стен есть уши. – Верховная жрица Четырёх Стихий прокляла Касс.

– А как? – и поежившись не то от сквозняка, не то от самовнушения, девушкам тоже осмотрелась.

– Она выкрикнула в охватившем её пламени…

И тут дверь, разделяющая покои фаворитки и наследного принца, скрипнула. На свет свечей вышел Эдуард. Леди Бригитта замолчала и, поклонившись вошедшему, отошла от Изабеллы. Жутко интересная тайна так и осталась тайной в тот вечер. А баронете так хотелось узнать подробности проклятия. Но стоило только Эдуарду выйти на свет, как Иза улыбнулась. Леди Бригитта снова оказалась права. Её платье гармонировало с его жакетом. От чего принц и его фаворитка были словно две половинки одного целого.

Эту гармонию заметил и сам Эдуард. Разглядывая отражения в ирагонском зеркале, он испытывал настоящий восторг. Пограничная баронета затмила своей красотой всех родовитых леди при дворе. Сделав несколько шагов к девушке пленившей его мысли, Эдуард протянул руку.

– Мы опаздываем, леди Изабелла, – сказал он и, жадно поедая глазами свою желанную фаворитку, наклонившись шёпотом спросил. – Но я бы хотел опоздать, а вы?

Та бросив растерянный взгляд на широкую кровать, испуганно замотала головой.

– Тогда идёмте, – глубоко вздохнув, разочаровано сказал принц.

Девушка осторожно взяла его под руку и они вышли из покоев.

Изабелле было неловко идти рядом с тем, кто силой отбил её у рыцарей жениха, привёз к узурпатору и намекал на ночь после королевского пира. А ещё так хищно смотрел! Принц всю дорогу к главному королевскому залу, никого не стесняясь, поедал девушку своими глазами. Он, словно голодный волк, жаждал вгрызаться в самые аппетитные части тела новой фаворитки, не дожидаясь кромешной темноты, и её невинная застенчивость только распыляла это желание.

Королевские пиры разительно отличаются от простых дворянских. Это их масштаб! Здесь и столы изобилующие яствами, и жонглёры с музыкантами, и танцы до упаду, и смех, и … интриги. Всё то, что любят люди наделённые властью и правом вершить суд.

Как только Изабелла вошла под руку с принцем, десятки пар глаз сразу же устремились на неё. А ещё в толпе пролетел шёпот сливающийся в одну мелодию с музыкой. Первый выход в свет, а я Иза чувствовала себя такой неловкой. Ей казалось, что делая шаг, она непременно вот-вот споткнётся и упадёт на потеху прихлебателей Касс. И только крепкая рука Эдуарда служила девушке надёжной опорой. Вцепившись в неё, они шла через весь зал к главному столу. Шла, стараясь не смотреть по сторонам. Ведь среди придворных дам была и леди Моргана. Колкий взгляд племянницы канцлера сопровождал соперницу до самого стола, где та заняла место, которое ещё вчера принадлежало Моргане.