Я – дань

Пролог

– Идущий на смерть, приветствует тебя! – Марк по традиции поклонился гесту, потом его воинам и только затем вышел в круг. Трибуны взревели, приветствуя его.

Я вцепилась руками в мраморный бортик, надеясь, что синтары не сотрут сразу Марка в порошок за его дерзость. Ну я же просила не вмешиваться! Просила ведь! Таков обычай, что раз в десять лет они прилетают, чтобы собрать дань с подвластных земель. И по условиям договора в качестве дани всегда выступают младшие дочери в королевских родах – десять дочерей из десяти родов. Конечно, было и по-разному. Не только ведь дочери рождались в десяти родах. Но синтары все равно были милосердны и принимали дань. И кто виноват, что в одном из десяти родов младшей дочерью родилась я?

Мать после моих родов так и не оправилась, сойдя в могилу, к праотцам и я с детства знала, что младшая в роду. Даже если бы отец женился второй раз, младшей всё равно считалась бы я – по первому браку, так заведено. Но отец слишком любил мать, да и здоровьем не блистал. Через несколько лет и он сошёл вслед за ней в могилу. И остались мы с Марком и Галатой одни. Ну точнее не одни – дяди, тёти, слуги, гувернантки, но всё равно сиротство я чувствовала очень сильно.

Галата как только достигла брачного возраста, тут же вышла замуж и ехала в отдалённую провинцию. Мезальянс – её муж был мадрОм – то есть не имел титула. Но некому было остановить сестру. И мы с Марком остались вдвоём. Вот тут то и проявился его характер. Он говорил, что лучше умрёт, чем потеряет ещё одну сестру. Я считала его слова пустой бравадой, потому что давно смирилась с отведённой мне ролью. Жизнь десяти девушек ничто в сравнении с благополучием родной страны. Так мне говорили с детства и я была согласна с этими словами. Если такова цена нашего спокойствия – пусть будет так. Синтары имеют право выдвигать свои требования.

Но Марк оказывается не терял времени даром. Он узнал, что по старинному обычаю самих синтаров (где он хоть нашёл эти обычаи?) он имеет право на ритуальный поединок. Если он победит, то имеет право не отдавать то, что принадлежит ему – то есть меня. А если проиграет… Но об этом я думать не хотела.

Гест хлопнул в ладони, и на трибунах воцарилась тишина. Один из воинов вышел из-за спины геста и встал напротив Марка и я едва сдержала вскрик. Это был тот синтар, что помог мне недавно. Его белые волосы развевались на ветру. Воин перекинул меч в левую руку и я закусила губу. Он ещё и левша. Создатель, Марк, держись!

Наконец прозвучал сигнал, долгий и протяжный, похожий на всхлип. И когда он затих, начался бой. Я смотрела не отрываясь как в смертельном поединке сошлись Марк и тот, беловолосый и кусала губу. Если бы бой шёл не из-за меня, я бы не выдержала, закрыла бы глаза руками и спряталась, но я не могла. Все вокруг знали, что происходит на арене. И это знание делало меня молчаливой заложницей.

И я смотрела, до рези в глазах, впиваясь пальцами в портик, так что костяшки побелели. Я видела, что Марк отступает. Он был молод, явно моложе беловолосого синтара. Но на его чаше весов лишь молодость и тренировки, легкие, ненастоящие. А беловолосый был воином, настоящим, похожим на своего зверя. Он не тренировался – он участвовал в настоящих сражениях. Я отчаянно молила Создателя о снисхождении, но мои молитвы не были услышаны.

Беловолосый достал Марка. Тот пошатнулся и рухнул на одно колено, зажимая левой рукой рану на плече. Меч выпал из его ослабевшей руки. Я вскрикнула и, не помня себя от ужаса, бросилась вниз, умолять о пощаде.

Пока я сбежала вниз по ступеням, беловолосый уже занёс меч для решающего удара. Все взгляды были обращены на него. Люди на трибунах перешёптывались. Но они не осмелятся на открытый бунт ради жизни одного глупца.

Перед самым выходом на арену, ступени, истёртые ногами тысяч узников, превратились в каменное крошево. Я наступила на подол, споткнулась и едва не упала, проклиная это неудобное ритуальное платье. Но так заведено, что девушки, которых отдают в дань, должны быть одеты в белое платье. Уж не знаю, синтары просили об этом или просто молчаливая традиция, но нарушать её никто не смел. Беловолосый собрался завершить неудобный для всех поединок. И я отчаянно не успевала. Хотела крикнуть, но из горла вырвался только всхлип.

Но беловолосый поднял на меня глаза. Его взгляд, тяжёлый, изучающий словно придавил меня к земле. Что он хотел прочесть в моих глазах, я не знала, но его глаза показались мне пронзительно синими, как небесная твердь. Несколько томительных секунд прошли в ожидании, а потом он бросил меч. Толпа взорвалась воплями восторга. А я, не замечая никого вокруг, бросилась к раненому Марку.

Так свершилась его и моя судьба. То, что должно быть и никому не под силу изменить это. Наверное, даже в чужой стране я никогда не забуду этот день, наполненный криками людей, палящей яростью солнца и тяжёлым нагретым воздухом. Прости, Марк, я сразу знала, что твоя затея обречена на провал.

Глава 1

В комнате было прохладно и тихо. По традиции девушек, обещанных в дань, оставляли одних в храме Создателя на одну ночь накануне отъезда. Чтобы они могли помолиться, попросить о помощи и подумать в одиночестве. Мои мысли, наверное, как и мысли сотен предшественниц до меня были совсем не весёлыми. Я просила Создателя о том, чтобы синтары и дальше защищали мой народ, даже такой ценой. Думала о том, как будет жить без меня Марк и кто родится у Галаты. И разрешат ли нам видеться.

Я знала, что девушки, улетевшие в далёкую северную страну синтаров за чужими морями, никогда не возвращались на родину. И что путь туда труден и почти невозможен. Только на драконе. У нас драконов уже не боялись, привыкли. Но каждое их появление всё равно собирало народ. Правда они редко прилетали без своих наездников.

Я помню, как первый раз увидела дракона. Огромный, огненно-красный, он занял всю главную площадь. Мне тогда ещё не было и десяти лет. Но я чётко помню, как от него веяло древней первовремённой мощью.

А ещё мне было тяжело. Я навсегда расставалась со своей родиной, со всем, что мне дорого. Пусть, как мне говорили наставники, я старалась не пускать корни здесь, зная что со всем этим мне придётся расстаться. Но иногда над чувствами мы не властны. К тому же я не знала, куда меня везут и для чего. Может быть нас отдадут в жертву какому-нибудь древнему чудовищу. И хотя синтары казались не такими, я задумалась. Что мы вообще о них знали, кроме того что они нам сказали о себе?

Сильные, статные, прирождённые воины из суровой северной страны, наездники, похожие на своих зверей даже цветом глаз и волос. Говорят, у них какая-то особенная связь и если разорвать эту связь, то зверь погибнет.

Я вспомнила, как встретила синтаров на дороге. Ездила кататься за город. Марку не нравились мои поездки, но он не мог мне запретить – я уже достигла совершеннолетия. Подруг у меня не было, с девушками из других королевских родов я не особо общалась. У нас не было общих интересов а одно то, что мы обречены быть данью, не делало нас ближе, как ни странно. Но мне это было даже по душе. Я не привыкла быть с кем-то откровенной. Даже с Марком и Галатой я не могла поделиться всем тем, что бродило иногда в моей душе.

В тот день, неделю назад, я отправилась на берег озера, как всегда одна. Погулять, почитать. Стены родного дома давили как никогда. Тяжёлый воздух казалось насквозь был пропитан пылью и потом. По дороге двигались обозы, гружённые нехитрым скарбом. Люди ехали в столицу, попытать счастья.

Вдруг небо закрыла огромная тень. Я подняла голову. Дракон. Белый. Я ясно видела мощные лапы, покрытые отливающей серебром чешуёй. Я засмотрелась и не удержала свою Ласхи. Она всхрапнула, испугалась дракона и понесла. Вцепившись одной рукой в гриву, другой в поводья, я молила только о том, чтобы не раздавить никого. Вот наверное и вид у меня был – дочь одного из королевских родов с распущенными волосами и в мужской одежде на лошади, которая ничего не соображая несётся во весь опор. Но я почти не испугалась. Было ощущение, что сегодня точно не день моей смерти.

И когда прямо передо мной снизился белый дракон с наездником на спине, я поняла почему. Увидев дракона, Ласхи остановилась, так внезапно, словно почувствовала приказ. А наездник соскочил со спины своего дракона и приблизился ко мне.

И только тогда я смогла рассмотреть его. Высокий, статный, беловолосый. Одет он был не по нашему, жарко. Тёплая рубашка и тёплый плащ, отороченный мехом.

– Добрый день, ния, – голос глухой с лёгкой хрипотцой, почему-то пробрал до дрожи.

– Добрый день, мастер, – я обратилась к синтару так как принято у них. В ответ он улыбнулся. И я выдохнула. Всё-таки не было в них ничего такого страшного, как ходили слухи.

– Вы не разбились?

– Нет. Ласхи обычно спокойная, а тут испугалась дракона и понесла, – зачем-то пояснила я.

– А вы сами не боитесь разве? – беловолосый смотрела на меня с усмешкой, чуть наклонив голову.

– Нет, мастер, – я не поддалась на провокацию. – Мне не пристало бояться драконов.

– И почему же? – Он стоял рядом со мной и пытливо смотрел в глаза. Так странно, словно изучал. Я чувствовала странную силу исходящую от беловолосого. И ещё почему то верила, что он никогда не будет использовать свою силу… ну нечестно что ли. Он был старше меня, гораздо старше, но у синтаров не принято говорить про возраст. Поэтому мы толком не знали, сколько они живут. Им могло быть, как десятки, так и сотни лет.

– Потому что я – дань, – я ответила гордо и смело взглянула в лицо беловолосого. Я ожидала увидеть жалость, но не заметила ничего подобного.

– Что-ж, тогда вам действительно не стоит бояться драконов, ния. Ведь основной путь до Самар Тааса вам придётся проделать на них.

Самар Таас? Это город, в который меня повезут. Я хотела задать вопрос, но вовремя сдержалась. Пусть он думает, что я знаю, куда и для чего меня везут.

– Хотите познакомиться с Аросом поближе? – И он жестом предложил мне подойти ближе к дракону.

Я кивнула и как завороженная сделала несколько шагов вперёд. Дракон был огромен. Белый, похожий чем-то неуловимым на своего синтара, он завораживал своей мощью и силой.

– Положите руку ему на морду.

Я послушно исполнила этот почти приказ. И почувствовала странное волнение и ещё радость, словно встретила давнего знакомого.

– Вы понравились ему, ния. Мы будем рады видеть вас через десять дней. А теперь нам пора.

– Благодарю вас, мастер, – кивнула я.

Вроде бы мелочь – какая-то встреча. Но я почему-то позволила себе такую слабость – несколько дней ходила и вспоминала её в деталях. Это было так странно и необычно. И вот – вчера, когда этот беловолосый схлестнулся с Марком, новая встреча. Только я уже видела его опасным и опытным воином, с дикой грацией зверя. И тем больше не могла понять, почему он оставил брату жизнь. Ведь я видела, что гест ждёт его решения. Хотела бы я думать, что из-за меня, но это было бы слишком глупо и самонадеянно. Синтар наверняка уже давно и забыл нашу встречу.

Последующие десять дней пролетели в суматохе как один, так что потом я никак не могла вспомнить, как они прошли. Мы готовились к встрече синтаров. Их надлежало встретить достойно. Посреди площади поставили высокий помост, на нём то ли трон, то ли кресло. Главы всех десяти родов должны быть на встрече. Но поскольку у нашего рода главы не было, вместо него выступал Марк. Опекунам выступать не дозволялось.

И вот тогда то Марк и вспомнил про тот старинный обычай. Гест – некто вроде воеводы у синтар, сильно удивился(я видела это по глазам), но дозволил поединок. А дальше всё произошло слишком быстро. После поединка Марка унесли, а мне дозволили лишь осведомиться у лекаря о его здоровье. Жизни брата ничто не угрожало. Наверное, я была благодарна беловолосому.

Ночь в молитвах и воспоминаниях пролетела так быстро, что я не успела опомниться, как за мной уже пришли служанки.

– Госпожа, пойдёмте. Всё готово.

Вот и пришла моя минута. Руки и ноги внезапно онемели, а силы словно иссякли. Как бы я ни готовилась, всё равно было тяжело.

Пока я шла по извилистому храмовому коридору, взгляд невольно зацепился за белоснежные занавеси на витражных окнах. Их повесили специально для нас, в знак того, что наша жертва добровольна, а помыслы чисты. Взгляд задержался на них. И долго ещё потом эти белые занавеси являлись мне во снах – так причудлива человеческая память. То что нам не нужно – вспоминается долго, а то что мы хотим запомнить – изглаживается из памяти, словно его и не было.

Наконец мы вышли из храма. Площадь перед ним была заполнена людьми. А в центре, в круге стояли синтары, небольшой отряд со своими драконами. Всего несколько человек. Остальные ждали за городом. Из храма к синтарам вела небольшая дорожка, устеленная красным ковром. По обеим сторонам этой ритуальной дорожки стояли наши воины, плотной стеной. Не все любили синтаров и не всем было выгодны наши мир и благополучие.

Наконец, девушки двинулись вперёд, к синтарам. Я шла последней и могла рассмотреть их всех. Кто-то откровенно и неприкрыто боялся, кто-то считал это своим долгом, как я, а кто-то даже радовался. Я знала их всех по именам, но познакомиться ближе, чем позволяют простые правила вежливости, нам пока не довелось.

Может быть, в дороге выпадет такая возможность, хотя я не сказать, чтобы очень этого желала. Больше всего на свете мне хотелось бы сейчас повидать Марка, но брату не дозволили выйти на площади лекари – он был ещё слишком слаб. Так и получалось, что мы толком и не попрощались, хотя и расставались навсегда. По крайней мере я не тешила себя надеждой, что мы когда-нибудь встретимся. Если бы этого не произошло – то я бы слишком разочаровалась. Поэтому лучше и не надеяться.

Мы шли медленно, высоко подняв головы. А людское море, сдерживаемое воинами волновалось и шумело. Выдержка едва не изменила мне, когда я услышала, что они кричат. Неужели не понимают, глупцы, что мы не добровольно отправляемся к синтарам, далеко от нашей родины и всего, что было нам дорого? Спокойно! Всегда будут те, кто желает войны или революции. Зачем мне обращать на них внимание?

Я глубоко вздохнула и выпрямилась. Мне всё равно, о чём шепчутся в народе. Я не позволю им омрачить последние минуты на родине.

Синтары уже ждали нас. Гест поклонился девушкам, а потом подал руку и с почётом и уважением проводил каждую к дракону. Девушки держались, хотя кто-то трясся от ужаса. Но все умели держать себя.

И мне достался беловолосый наездник на белом драконе. Почему то я в этом не сомневалась, особенно после того, что устроил Марк. Беловолосый имел право на «свою» добычу.

– Прошу вас, ния, – он улыбнулся мне уголками рта. И подал руку, чтобы помочь забраться на дракона. Я не чувствовала страха, только любопытство.

Когда я взобралась в некое подобие седла и уцепилась за перекладину, которая, видимо, специально была предназначена для нас, беловолосый одним лёгким движением вскочил на дракона передо мной.

– Вам удобно, ния? Держитесь крепко, сейчас будем взлетать.

Неужели мы так и будем звать друг друга – по титулам? Может быть, ему ни к чему моё имя. Он его забудет, как только выполнит свой долго, но мне то как к нему обращаться? Поэтому я преодолела свою невольную робость и спросила.

– Мастер, как вас зовут? Мне не очень удобно обращаться к вам только по титулу.

– Простите, забыл представиться – Игнис, – мне кажется удлось смутить беловолосого.

– Тависса, – представилась я в ответ. Вот и познакомились, беловолосый Игнис.

А драконы на площади начали подниматься в небо, один за другим. Изящно, словно танцуя, они взлетали в воздух. Вот настал и наш черёд. Почувствовав движение, я заставила себя не закрывать глаза, а смотреть. Выпрямившись, я вцепилась в перекладину, приделанную к седлу и смотрела, как земля уходит из под ног, как всё меньше и меньше становятся люди на площади и отдаляется мой родной город. Теперь для меня начинается новая жизнь. И никто не знает, какой она будет.

Глава 2

Белый дракон вместе с беловолосым наездником, прямо стоявшим на спине дракона, медленно плыли среди облаков. По крайне мере, мне так казалось. Земля была далеко-далеко, так что и разглядеть невозможно и покрыта какой-то белой дымкой. Наверное, это были облака или клочья тумана. Внизу проплывала моя страна. Обширные поля, перемежавшиеся степями, небольшие деревушки и большие жаркие города. Реки и озёра. Большой плодородный край. Прощай, Роум, прощай моя страна.

Мне было невесело и чтобы отвлечься от печальных мыслей, я старательно заставила себя думать о другом. Да вот хотя бы беловолосый синтар – чем не повод? Игнис. Интересно, что значит его имя? Оно подходило ему, так же как моё – шло мне. Может быть у них нет такого дара. У нас же каждый умел давать имена своим детям, такие, что чувствовалось, что имя принадлежало ребёнку и никак иначе назвать его не могли.

Меня не просто звали Тависсой, я ощущала себя ею. Тависса означало «лепесток тавы», травы, что давала счастье и молодость. Галата всегда говорила, что мама, должно быть, назвала меня так, уверенная, что я буду для кого-то счастьем. И я всегда верила в эту красивую легенду.

Когда закатное солнце выплыло из облаков, огромное и прекрасное, словно расплавленное золото, я почувствовала, как меня смаривает. Сказалась долгая бессонная ночь в храме. Да и дома я привыкла ложиться рано, а вставать на рассвете, чтобы встречать на большой открытой террасе восход солнца. Он был прекрасен. Даже несмотря на то, что встречала я его почти всегда в одиночестве. Галата была далеко, а Марк не вставал так рано.

Я вздохнула, потом зевнула. Понятия не имею, как Игнис услышал меня, но он повернулся ко мне.

– Ния, вы хотите спать? Я скажу Аросу, чтобы летел помедленнее. А вы пристегнитесь ремнями. К сожалению, мы не можем сейчас сделать привал.

Я кивнула. Нельзя, так нельзя. Поискала одной рукой ремни. Нашла их и пристегнулась, а потом прислонилась к спинке седла и закрыла глаза. Сон сморил меня не сразу, но и в нём мне снилось, что я сижу на спине белого дракона, который уносит меня в неизведанную даль.

А утром я не сразу смогла понять где нахожусь. Было ещё темно и подрагивающая подо мной спина дракона сначала почудилась мне мягкой кроватью, которая просто почему то трясётся. Хорошо, что я была пристёгнута. Ремни удержали меня от глупого, но такого естественного шага – вскочить, чтобы нащупать светильник. Через несколько минут, я всё-таки вспомнила где нахожусь и невольно вздохнула.

Конечно, если бы я не оставляла ничего хорошего, только грязную лачугу или сиротский дом, я смотрела бы на будущее с большей надеждой. А так… Я просто старалась верить, что синтары везут нас не на смерть.

Дракон по-прежнему летел вперёд, туда, где вставало огромное огненно-красное рассветное солнце. Беловолосый наездник уже не стоял, но сидел впереди на драконе. Услышав, что я пошевелилась, он обернулся ко мне:

– Доброе утро, ния Тависса. Хорошо спалось?

– Да, благодарю вас.

Вежливость. Ничего, кроме вежливости. Интересно, этот Игнис хоть когда-то спит? Я бы не смогла всю ночь вот так вот просидеть на драконе, глядя в заоблачную даль. Но то я. Синтары, говорят, не совсем люди.

Но мои тоскливые мысли, в-общем то мне не свойственные, скоро сменились на другие, когда синтар сказал, что скоро мы снизимся, чтобы сделать привал, поесть самим и покормить драконов. Интересно, а что едят драконы?

Эта мысль занимала меня всё оставшееся до снижения время. Когда наконец дракон пошёл на спуск и Игнис попросил меня пристегнуться, я забыла обо всём на свете. Это было прекрасно. Так невыразимо, что я не смогла бы описать этот полёт словами.

Арос медленно и плавно начал снижаться. Так что сначала я смогла почти потрогать облака. Такие мягкие и рыхлые, они норовили ускользнуть из-под пальцев. Потом в лучах рассветного солнца показался лес и деревья маленькие, словно игрушечные. Они неумолимо приближались. Так близко, что дракон едва не задевал их крыльями. А потом впереди показалась залитая золотым светом поляна. И вот на эту поляну мы и должны были сесть.

Арос приземлился медленно, так что едва всколыхнулась трава. Игнис сразу соскочил на траву, а потом подал мне руку, помогая выбраться. Я с радостью ступила на твёрдую землю. Наконец-то под ногами ничто не покачивалось. Не сказать, что летать было неприятно, но всё-таки на земле надёжнее себя ощущаешь как-то.

Все десять драконов с девушками и один дракон геста уже были здесь на поляне. Мы приземлились последними. Девушки ходили, разминали ноги. Слышалась робкая речь. Кажется, уже даже те, кто боялся, пришли в себя.

– Мастер, не подскажете, куда нас везут? – Спросила одна из них, по-моему Амалия. Я её видела только издалека. Близко свести знакомство как-то не получалось. Девушка была красивая, хотя я и не люблю описания. То, что я считаю красивым, как правило, не нравится никому, кроме меня. Поэтому я обычно держу своё мнение при себе.

Амалия надула свои полные губки и поправила причёску. Конечно, она осознавала, что выгодно отличается от остальных девушек.

Один из наездников повернулся к ней и улыбнулся. Видимо ему она адресовала это «мастер».

– Спросите у геста, ния. Я не вправе рассказывать вам, раз вы сами не знаете.

Заинтригованная я подошла поближе. Так-так. Мне тоже хотелось бы услышать разговор с гестом, если он будет.

Амалия двинулась к гесту. Интересно, наберётся смелости спросить или нет? Когда она подошла к синтару, дракон лежавший возле него резко выдохнул и вытянул когти. Девушка взвизгнула и отшатнулась. Но потом взяла себя в руки.

– Вы что-то хотели, ния? – Мужчина поднялся и внимательно посмотрел на девушку.

– Мастер, – голос Амалии дрожал, – мне страшно. Куда нас везут? Я хочу знать.

– Как?! Разве вам не говорили? – Он картинно развёл руки. – Вас везут всего лишь замуж. Разве не об этом мечтает каждая девушка? – И он подмигнул Амалии. Я то видела, что гест развлекается, поддразнивая девушку. Но она восприняла всё за чистую монету. Зарделась, что-то пролепетала и убежала.

Замуж. Я конечно так и предполагала. Но почему то на душе стало неспокойно. Неужели я не могу выбрать того человека, который придётся мне по душе? Иначе ведь брак ничем не лучше жертвоприношения.

Хотя, впрочем, разве не ради этого нас растили? Никто ведь точно не знал, для чего синтарам девушки. Я готова была и на жертвоприношение, хоть и не очень в это верила. Так отчего же мне тогда так печально? Дочь королевского рода должно достойно встретить свою судьбу (любую судьбу!) и коли это замужество – постараться быть верной и хорошей женой своему мужу.

Я улыбнулась своим мыслям. На душе посветлело. А синтары уже собирали нечто вроде костра. Гест произнёс какие то слова и на кострище запылал весёлый огонёк. Я с любопытством наблюдала. Интересные у них умения.

Один синтар остался готовить еду. Девушки разбрелись по поляне, а несколько синтаров отправились куда-то в лес. Добывать еду драконам? Мне было очень интересно, но спросить не у кого. Я поискала глазами беловолосого. Он как раз отправлялся в лес. Напрашиваться в спутницы было недостойно девушки, но я уже готова была поступиться правилами – так меня разбирало любопытство, когда он увидел меня и поманил за собой.

– Я увидел, ния, что вам интересно, что едят наши драконы.

– Да, очень, – призналась я.

– Тогда пойдёмте, я покажу вам. Конечно, когда они свободны, то предпочитают охотиться сами. Но в дороге иногда нет времени, поэтому мы немного хитрим. – Игнис улыбнулся уголками губ. – А потом я отведу Ароса на водопой. Если хотите – пойдёмте с нами.

– Конечно, – я кивнула. Мне очень нравились драконы. Хотелось узнать про них как можно больше. Ну, а может быть, даже представится случай услышать что-нибудь и про традиции и обычаи синтаров.

Через несколько минут мы с беловолосым воином вышли на поляну.

– Смотрите, ния, – и он показал мне неприметную с виду траву. Высокую, похожую на колос, только с белой метёлкой на конце. Мне такая трава была неизвестна. Я больше разбиралась в цветах.

– Что это?

– А это то, чем мы будем кормить драконов, – и он хитро прищурился.

– Травой?

Игнис удивил меня.

– Не совсем, – синтар опять усмехнулся уголками губ. Мне нравилась его странная улыбка. – Из этой травы, особым образом сваренной, можно приготовить особое питьё, благодаря которому дракон будет чувствовать себя так, будто съел целого быка. Недаром эта трава носит название драконьей травы.

Вот как! Я в сотый раз удивилась. Как мало мы оказывается знаем о синтарах, их обычаях, традициях и их силе.