- -
- 100%
- +
Ну не понимаю!
Хоть убейте еще раз!
Какого бармалея я здесь делаю?
У начальства, конечно, свои резоны. Ему (начальству), оно конечно виднее сверху. Однако…
Кстати – ЗДРАСТИ!
Снова я.
И прикрутили мне сегодня, доложу я Вам, очень странное задание.
Итак:
Четыре часа я уже здесь. Реально маюсь бездельем.
Со скуки, довел кота до истерики.
Разбудил соседей игрой на батарее.
При этом, прослушав новые непечатные слова и добрые пожелания.
А, ОНО БЛАГОПОЛУЧНО ДРЫХНЕТ!
Подопечного моего зовут ПОНЯ.
Даже где-то мягонько звучит, если не знать, откуда такое погоняло вылупилось. А, это, друзья мои, сокращения от "ПОХ" и "НАХ".
Эти междометия, наш оратор, использует не только для связки слов в особо волнительные моменты, а иной раз, умудряется составлять целые монологи.
38 лет.
Бывший программист.
Бывший муж.
Бывший отец.
Бывший Андрей.
БЫВШИЙ…
Бывший…
бывший…
Ну вот.
Поня – изволят спать. Вторые сутки. Недельный суровый керогаз при употреблении не самого качественного спиртосодержащего продукта, на выходе дает почти кому. По жилам течет жидкость, по химическому составу ближе напоминающая борную кислоту. Печень в глубоком нокауте. Почки похожи на прошлогодние трюфеля. В общем – разруха полная.
Обескураживает задание.
БЕРЕЧЬ.
ЗАЧЕМ?
Н-дааааа.
Ну, наше дело маленькое, крылатое. Надо так надо.
Перспектив его не вижу. Нет его в грядущем. Нет картинки.
Стало быть, должно произойти что-то, что либо нарисует его будущее бытие, либо перечеркнет настоящее.
Ну что ж, поглядим.
А, пока…
– Мааааанууууууууугоооооохр! Нах! – выдал Поня.
Ну, я ж говорил – ОРАТОР!
– Ахууууууууныыыыыыыыыг! Пох!
Ну гегемон прямо! Блистательная речь! Щас, за трибункой метнусь.
Поня, спавший прямо сидя за столом, начал подавать признаки жизни.
Голодный котэ, сожравший со стола, за время отключки хозяина, все остатки банкета – активизировался. Пошипев на меня (они видят нас – засранцы такие), посверкав желтыми глазищами, вылез из под дивана и залез на Понины колени.
– Мыгр абунап нах.
Язык, упорно не хотел отлипать от нёба.
Поня, с трудом открыл один глаз. Сфокусировал взляд и запеленговал бутылку с минералкой. Схватил за горлышко и смачно забулькал, восполняя критическую потерю жидкости в полумертвом организме.
– Ооооооооох! – выдал увлажненный Поня.
При чем это протяжное "ОХ" вышло не только из верхней части туловища.
Котэ, внезапно "оценив" и прочувствовав всю мощь возвращения к жизни, одурев, грохнулся на пол. Потерявший ориентацию в пространстве, обоняние, аппетит и желание жить, с вылезающими и слезящимися глазами, зверь, дико завывая, с разбегу долбанулся два раза в стену, приняв за дверной проем. Потом, вылетел из комнаты, теряя дарованные ему дополнительные жизни.
Ну вот.
МЫ ПРОСНУЛИСЬ!
Я попытался "посмотреть" Понины мысли.
Сделалось нехорошо. Они есть, но покрыты как снегом – многолетней, непроходящей тоской. И выковыривает он их(мысли), весьма редко. Зато, инстинктов – хоть поросят откармливай. Вот они! Всегда одни и те же. Всегда на виду.
Сейчас – избавиться от продуктов жизнедеятельности.
Потом, сползать за опохмелом.
Потом, если останется что от денег – купить еды.
И просуществовать еще один нанавистный день.
Вот так.
Поня, оставив бесполезные попытки встать на затекшие после суточного сидения ноги, сполз со стула и матерясь пополз в ванную комнату.
Из кухни жалобно выл приходящий в себя кот.
КАРТИНА МАСЛОМ!
Закончив утренний моцион, Поня, наконец-то на своих ногах, вышел из ванной.
– ПОКОРМИ ЗВЕРЯ, БАЛБЕС!
Как бейсбольной битой, я вколотил в Понину бестолковку идею спасения кота от голодной смерти. Поня неохотно побрел к холодильнику.
Заглянул внутрь, достал свой кроссовок, носок и сковороду с остатками чего то съедобного.
– Бекон, иди сюда! Иди поешь!
Выскреб со сковороды остатки снеди в тарелку и поставил под стол.
Ну что за прозвище! БЕКОН!
Котэ, еще не вполне оправившийся от свалившихся эмоций, недоверчиво пялился на Поню из-за угла.
Всё!
Наступало похмелье.
Маршрут в голове давно проложен.
Соседний дом через дорогу.
Первый этаж.
Самогон.
Звонить два раза.
Поня обулся и вышел из квартиры.
На ходу пересчитывая деньги, начал спускаться по лестнице.
ТУТ МЕНЯ КАК РЕЗАНУЛО! УВИДЕЛ!
Третья ступенька сверху, между четвертым и пятым этажом.
Оставленный кем-то теннисный мяч.
Поня, считает деньги, наступает правой пяткой на мяч и падает.
Головой о край ступеньки.
СМЕРТЬ.
РАНО! НЕ ВРЕМЯ!
Легонько толкаю ладошку, аккурат перед тем местом.
Мелочь рассыпается по подъезду.
Поня, ползая по лестничному пролету, собирая благодать, откапывает такие слова, что от стыда краснеет штукатурка в подъезде.
ДА ЛАДНО, НЕ БЛАГОДАРИ!
Мячик, тоже подобрал, положил в карман.
"Для Бекона, может поиграет" – "увидел" я мысль Пони.
Вышли из подъезда.
Поня, вжав голову в плечи, быстро прошел мимо "приподъездного собрания по определению социального статуса".
Монументальные, вечные, вросшие в лавочки соседские бабуси – ожили.
С удовольствием приняли Поню, разобрали по косточкам, за несколько секунд придумали восемь небылиц, дали характеристику и генеральное заключение по поводу его прошлого, настоящего и будущего.
ЁЛОЧКИ КУДРЯВЫЕ!
Мне показалось, или ему НЕУДОБНО?
Нет! Точно!
От Пони полыхнуло волной стеснения за себя и раскаяния за свой образ жизни.
ОДНАКО! Оказывается не растворилось в нем доброе начало.
Увешенный бабкиными ярлыками и морально сплющенный Поня подошел к дороге.
ЧУВСТВУЮ.
Его коверкает похмельный страх перед переходом дороги, рельсов, бордюров и прочих препятствий. Стоит, набирается смелости.
Навстречу, на другой стороне, молодая женщина с коляской.
Болтает по телефону, тоже ждет, когда проедут машины.
ВДРУГ ПРОМЕЛЬНУЛА МЫСЛЬ.
ТЕЛЕФОН. ДОРОГА. МАШИНЫ.
КУРИЦА! БУДЬ ВНИМАТЕЛЬНЕЕ!
Точно! Пошла через дорогу. Посмотрела в одну и не посмотрела в другую
сторону.
Громкий приближающийся сигнал.
Визг тормозов.
Мамаша заметалась на дороге вцепившись в коляску. Впала в ступор. Секунды. Мгновения.
ХВАТАЮ МАМАШУ И ПЕРЕДВИГАЮ В СТОРОНУ ОТ ТРАЕКТОРИИ ДВИЖЕНИЯ АВТОМОБИЛЯ. С ТАКИМ РАСЧЕТОМ, ЧТО ДЕРЖА КОЛЯСКУ, ОНИ ВЫДУТ ИЗ ЗОНЫ ПОРАЖЕНИЯ ВМЕСТЕ.
Автомобиль пронесся мимо. Женщина сидела на асфальте невредимая.
КОЛЯСКИ РЯДОМ НЕБЫЛО!
НЕУСЛЕДИЛ!
ОТПУСТИЛА ОНА ЕЁ!
Коляска лежала на боку, ее крепко держал лежащий рядом, на тротуаре Поня. Держал в обнимку. Крепко и бережно.
Он бросился сразу. Не думая. Увидел, что коляска откатилась в сторону и на нее мчится машина.
Успел. Схватил. Отбросил.
И ОТОДВИНУЛ РЕБЕНКА НА НЕСКОЛЬКО САНТИМЕТРОВ ОТ СМЕРТИ.
Машина перебила ему ноги. Он теряя сознание пополз к упавшей на тротуар коляске, заглянул внутрь. С малышом было все в порядке. И он обнял, закрыл коляску собой. Это был ПРАВИЛЬНЫЙ инстинкт. Он продолжал защищать ребенка. Защищать…
Женщина вскочила. Подбежала к коляске. Схватила свое сокровище на руки.
– Где больно? Машенька? Где болит?
Тут, розовый комочек УЛЫБНУЛСЯ маме во весь свой беззубый ротик
и жизнеутверждающе продекламировал:
– Гу-га-бы!
-Господи! Слава Богу! – выдохнула мамаша.
А, вот это кстати!
Начальству нравится, когда его не забывают и особенно, когда благодарят!
– Ну как Вы? В порядке? – тихо спросил Поня.
И ТУТ, ПРОИЗОШЛО ВОТ ЧТО.
Женщина, подняв коляску, положила в нее дочь и встав на колени, крепко обняла Поню. обхватив ладошками его небритое лицо, поцеловала. Прямо в губы.
– Спасибо тебе! СПАСИБО ТЕБЕ! – шепотом сказала она.
– Как тебя зовут?
– По… Андрей – сказал Андрей.
– Андрей – тихо повторила она.
Обняла его, обхватив так, как держат ребенка.
И тут я увидел. Увидел картинку.
Почему то много воздушных шариков. Много солнца.
Двое, идут по набережной, держа за руки двоих ребятишек.
И еще, их долгую, счастливую и светлую дорогу. Дорогу вместе.
Вот так. Я просто рассыпал мелочь и немного толкнул женщину.
Остальное ДОЛЖЕН был сделать ОН.
Вот почему бы сразу не посвятить в тему? А?
Так всегда, используют "в темную", а ты догадывайся что и как.
Ну, на то оно и НАЧАЛЬСТВО. Ему виднее.
А, классно все сложилось, ведь правда?
Ну все. Полетел в лес. Послушаю березки.
Они мудрые и спокойные. Там так тихо!
Там нет страдающих душ. Там покой.
Отдохну маленько.
До скорого!