Вселенная ужасов Влада Райбера. Сборник

Вселенные ужасов Влада Райбера

Плачущий монстр / Влад Райбер. – Москва: Эксмо, 2025.

Иллюстрация на обложке Main Shen

Во внутреннем оформлении использованы изображения:

© lineartestpilot, Anastasiya Zaplatina, ArtMari, Egor Shilov, AVS-Images, NOK FreeLance, OpenArt, onair, LadadikArt, Erta, ArtoPhotoDesigno Studio, createvil, RIMM_Art, Wachiwit, Faizal Ramli/ Shutterstock.com

Используется по лицензии от Shutterstock.com

© Райбер В., 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Откуда берутся охотники

Мирон, не сомневайся в себе. С тобой всё в порядке!

Если ты чувствуешь себя… Как ты сказал?.. Охотником на нечисть? Скорее всего, ты прав.

Какое определение ты придумал? Незванцы? Интересное слово!

Ты видишь и чувствуешь больше, чем другие люди.

Я всегда знал, что ты особенный ребёнок! Видимо, пришло время открыть тайну твоего рождения.

Даже не сомневайся: ты – мой сын, а я – твой отец. Клянусь тебе. Но я соврал, сказав,

Я ждал момента, когда смогу рассказать тебе всю правду.

Это случилось, когда я был совсем молодым. Юность, первая любовь, разбитое сердце…

Мне нравилась одна девочка, звали её Кристина… или Карина? Уже не помню. Но она мне очень нравилась, а вот я ей нет. Ветреная оказалась, погуляла со мной и бросила. Я страдал так, что не знал, куда себя деть.

А в то время на нашей улице ходила легенда. Якобы есть дом, где средний этаж пустует. Там три квартиры, в которых люди не живут. Он так и назывался:

Но поговаривали, что в тех квартирах кто-то есть. Иные создания из другого, тёмного, мира. Некоторые называли их вершителями. А сам этаж – кусочком другой реальности. Я слышал: если прийти туда и произнести своё желание вслух, то один из трёх вершителей исполнит его.

Меня предупреждали о последствиях. Говорили, что они вовсе не добрые волшебники.

Но чем можно напугать человека с разбитым сердцем?

«Ничейный этаж» располагался в обычном одиннадцатиэтажном доме совсем неподалёку. Я пришёл туда, увидел заброшенные квартиры, наугад повернулся к одной из них. Уже собирался сказать своё желание, но вдруг задумался: а в самом ли деле я хочу вернуть эту Карину? Или Кристину… Не важно!

Она меня не любит. Буду ли я с ней счастлив?

Я хотел любви. Настоящей! Искренней! Взаимной!

Поэтому крикнул во весь голос:

– Хочу любить! Хочу, чтобы меня любили!

И вдруг дверь приоткрылась. У меня чуть сердце от страха не выпрыгнуло! Думал, сейчас увижу кого-то жуткого. Но нет! Наоборот.

Передо мной возникла девушка, похожая на героиню какого-то фильма. Она была невероятно хорошенькой.

Я так и залюбовался ей. Тёмные волосы, бледное лицо, пухлые губы… Большие серые глаза смотрели на меня с нескрываемым интересом. Может быть, в ней не было ничего особенного, но мне незнакомка показалась необыкновенно красивой. Я тут же забыл о своей прошлой пассии.

Мирон! Слушай! Слушай! Не перебивай! Здесь важна каждая деталь!

Так вот, я смотрел на неё и думал:

А эта девушка вдруг спросила:

– Молодой человек, а вы к кому? Зачем вы здесь стоите?

И хлоп-хлоп длинными ресницами.

Я чуть со стыда не сгорел. Подумал ещё, что обманули меня, наивного.

Говорю:

– Извините! Ошибся! Так неловко!

А девушка продолжала спрашивать:

– А вы не желание пришли загадать? Тут бегают всякие дети. Стучат в двери и что-нибудь просят. Думают, что наш этаж какой-то волшебный.

Я готов был сквозь землю провалиться. Ну что за дурак?! Ладно дети, а тут я – взрослый парень, занимаюсь ерундой, позорюсь перед такой девушкой!

Не посмел ей врать. Рассказал всё как есть. Она посмеялась, заметила, что это романтично: парень желает любви. Где ещё такого встретишь?

Моя молодая жена сказала, что у неё нет родителей. Тогда я подумал, что она только недавно получила эту квартиру и переехала сюда из детского дома. Поэтому и не стал тревожить лишними вопросами.

Я верил, что всё у нас будет хорошо. Но наша жизнь резко изменилась, когда мы узнали, что станем родителями.

Чем больше округлялся живот Риты, тем хуже ей становилось. Она бледнела, сохла. Постоянно страдала от боли. Я говорил, что ей нужно в больницу, но супруга отказывалась, заявляя, что ей уже никто не поможет.

Её внешность менялась с каждым днём. Тело иссохло, пальцы на руках удлинились почти в два раза. Брови исчезли, ресницы осыпались, глаза стали бесцветными, аккуратное лицо искривилось до неузнаваемости.

Маленькие пухлые губы растянулись от уха до уха и превратились в пасть с сотней кривых зубов и острым языком.

Моя молодая прекрасная Рита стала похожа на ужасную ведьму! Она лежала в кровати, выла, как зверь, и хваталась за живот.

В отчаянии я закричал:

– Рита, что с тобой, дорогая моя?

А она ответила страшным нечеловеческим голосом:

– Какой ты болван, раз ещё не понял! Так я выгляжу на самом деле. Ты загадал своё дурацкое желание, а я должна была заманить тебя в квартиру и убить! Но ты потащил меня на свидание! Ну что за олух? Как далеко всё зашло! Смотри, что ты наделал: этот ребёнок убивает меня! Он поглощает моё нутро. Я не должна носить в себе человеческое дитя! А-а-а! Как больно! Как больно!

Она кричала и кричала, пока не застыла навсегда с растянутой пастью. Её тело высохло и стало похожим на мумию.

Я наблюдал за этим, держась за сердце. Казалось, оно взорвётся от ужаса.

Тело моей жены распадалось на части и превращалось в чёрную дымку с едким удушающим запахом.

Я выбежал из комнаты, чтобы не задохнуться. И вдруг услышал детский плач. Это был ты! Лежал на кровати среди серого пепла.

Такой розовый здоровый малыш. Мой сын! Мой Мирон!

Я завернул тебя в одеяло, взял на руки и выбежал из опустевшей квартиры. Ты родился в проклятом месте. Твоя мама оказалась чудовищем, но ты человек! Я всегда это знал и никогда не сомневался.

Я всегда был уверен, что ты станешь кем-то особенным!

И вот ты говоришь, что чувствуешь нечистых существ, ловишь их и питаешься ими. Чему мне удивляться? Это первое, что ты сделал, когда родился.

Не знаю, кем была твоя мама, но мне её жаль… Может, она меня и правда любила? Всё-таки оставила в живых. А ещё подарила мне тебя.

Уверен, «ничейный этаж» не знал большего чуда, чем появление новой жизни на свет. Мирон, ты особенный!

Мой сын… Я всегда тебя любил. И всегда буду любить!

Оказывается, любовь с первого взгляда может быть опасна, особенно если этот взгляд направлен на прекрасную монстриху.

Вот как появился на свет Мирон – практически неуязвимый охотник на нечисть. Его отец был наивным и добрым человеком, а мать – могущественным чудовищем. К счастью, мальчик унаследовал лучшие черты своих родителей.

Ничейный этаж

Большинство домов в районе похожи друг на друга. Но в нашей одиннадцатиэтажной панельке всегда было кое-что особенное: шестой этаж, где никто не живёт. Там все три квартиры пустые. Плитка совсем не истёрлась. Все двери от застройщика – голые, фанерные. Круглые звонки старого типа – белые с чёрными кнопками. Счётчики стоят на нулях. Время там словно остановилось. Проходя мимо, ты будто переносишься в далёкое прошлое и замечаешь, как многое на самом деле меняется вокруг, в отличие от этого места.

Это место называют «ничейный этаж».

Если вечером смотреть на дом с улицы, то кажется, что он поделён ровно пополам, ведь на шестом этаже всегда темно. К тому же там стоят старые окна с обычными двойными стёклами и деревянными рамами. Этим наша панелька отличается от других.

Местная достопримечательность, окутанная тайнами.

Кого ни спросишь, никто не знаком с хозяевами квартир на шестом этаже, и неизвестно, почему они не продают жильё или не сдают в аренду.

Когда отец столкнулся с финансовыми проблемами, нам пришлось вернуться в эту панельку. И тот пустой этаж теперь стал для меня символом несправедливости мира и неравенства людей. У кого-то нет денег, нет дома. А кто-то держит свои капиталы в пустой жилплощади.

Но в детстве «ничейный этаж» казался чем-то мистическим. Будто это кусочек чужого мира. Мы, когда были маленькими, верили, будто за фанерными дверями обитают вершители, непохожие на нас…

Когда-то отец начал своё дело, потому что хотел жить лучше. А сейчас мне бы понравилась прежняя обычная жизнь.

Я бы не беспокоилась из-за того, что у него не вышло. Ведь любила наш район, нашу панельку и нашу двухкомнатную квартиру. Я бы чувствовала себя уютно, если бы не эти долги…

Сказав, что у нашей семьи были финансовые проблемы, я бы сильно приуменьшила. Это не проблемы. Это беда!

Прогоревшее дело оставило папу с огромным долгом, который невозможно вернуть. И теперь каждый месяц к нам в дом приходили ростовщики и забирали большую часть его зарплаты.

Чтобы покупать еду, оплачивать свет и газ, ему приходилось брать подработки.

Когда я слышала стук в дверь, меня переполняла ненависть. Я презирала эти три самодовольные рожи! Но папа открывал с таким видом, будто глубоко виноват перед ними.

– Макс, что-то ты с деньгами не торопишься, – говорил ему их главный с наигранным сожалением и скалил свои белоснежные виниры.

Один пацан с чёлкой набок равнодушно чавкал жвачкой. Второй, в кепке и спортивках, светил надменной рожей, задрав подбородок.

А папа приглашал их в дом, оправдывался, что был на больничном. Он извинялся за то, что болел и платить сейчас нечем!

Главарь с белыми зубами высокомерно цокал и говорил:

– Чайку бы! Сахар-то хоть есть у вас?

Папа метался туда-сюда, подавал ему кружку, а он отхлёбывал всего раз и покровительственно сообщал:

– Ещё десять дней тебе дадим!

Потом они уходили, а я и отец чувствовали себя униженными и беспомощными. Я знала, как ему стыдно, что я снова и снова становилась свидетельницей его позора.

Он и передо мной извинялся, говорил:

– Ох, не повезло тебе со мной, дочка. Может, тебе пожить у мамы?

Я не хотела… Они с папой были в разводе. У неё новая семья, в которой, как мне казалось, я буду лишней.

У меня только один друг, и он всегда рад моим визитам. Я жила на одиннадцатом этаже, а Даниил прямо подо мной. К нему можно было приходить без предупреждения. Он открывал дверь и всегда с улыбкой говорил: «Полина, где пропадаешь?» – будто я давно не приходила.

Что бы ни стряслось, я не пыталась взвалить на друга свои проблемы. Побыть рядом с добрым человеком – само по себе утешение.

Даниил тоже учился в школе и увлекался программированием. Обожал компьютерные игры и сам занимался их разработкой. У него была мечта – создать нечто такое, что «выстрелит».

– Сыграешь в мою демку? – предложил друг, когда я пришла к нему после очередного унижения.

Как мне нравился его мир… Незначительные вещи казались ему по-настоящему важными.

Даниил предложил мне поиграть в жуткий квест. Сам он казался достаточно оптимистичным, но ужасы – его любимый жанр. Игра называлась «Бункер», главная задача – найти выход из убежища, которым управляет злой искусственный интеллект.

Мне нравилось играть, но из-за настроения отзыв получился слишком вялым.

– Что, не страшно? – Даниил расстроился, не получив желаемой реакции.

– Моя жизнь сейчас куда страшнее! – И понеслось! Я рассказала ему про долги отца и ростовщиков. Как его «доили» каждый месяц и что конца этому не было видно.

Этой братве плевать на нас. Они бы нас обирали, пока мы не стали бы нищими, с которых нечего взять. И куда идти? В суд? Папа и правда задолжал им эту сумму. И они от нас так просто не отстанут.

Даниил не терял оптимизма:

– Уверен, что есть способ! Надо у людей спрашивать! Они могут что-нибудь посоветовать. Вы же не одни попали в такую ситуацию. Я тоже поспрашиваю, что тут можно сделать.

Я поблагодарила друга за попытку помочь. Только от этого мне стало немного легче.

Это были не пустые слова. Даниил обо мне всерьёз беспокоился и, похоже, обошёл всех своих знакомых и соседей, спрашивая, что можно сделать в такой ситуации.

Через пару дней, когда я возвращалась домой из школы, ко мне на улице подошёл Женя. Мы с ним знакомы с детства, выросли в одном дворе, но уже давно не общались.

– Полина, мне тут сказали, что над вами процентщики измываются. Это правда?

От одного этого вопроса во мне загорелась надежда. Родители Жени работали юристами. Вдруг он сможет что-то посоветовать? Я ответила, что житья нам не дают уже целый год. Отец даже машину продал – и всё как в бездонную бочку.

– А ты ходила ТУДА? – Женя украдкой показал на старые окна нашей панельки.

– Ты издеваешься? – возмутилась я, поняв, на что он намекает.

Да, раньше мы верили, что «ничейный этаж» исполняет желания. Бегали туда, колотили в закрытые двери и выкрикивали что-нибудь вроде: «Хочу компьютер!» – а потом с хохотом и дрожью неслись оттуда подальше. Весело и жутко! Но мы были глупыми детьми! Как Женя до сих пор мог в такое верить?

– Это не враньё! – Женя говорил серьёзно. – Если выхода нет, надо идти на «ничейный этаж». Мелкие желания они не исполняют, а вот в большой беде помогут.

– Кого ты имеешь в виду? – строго спросила я, надеясь, что сосед перестанет нести чушь.

– А сама как думаешь? Вершители!

Не похоже, что он издевался, но продолжать эту беседу я не собиралась, поэтому развернулась и пошла к подъезду.

– Денег у них не проси! – крикнул он мне вдогонку. – Что угодно можно просить, кроме денег. Говори кратко и уходи быстро. Задерживаться там нельзя!

Я обернулась и покрутила пальцем у виска:

– Сам-то пробовал?

– Пока не было такой нужды, – ответил Женя. – Всё не так просто, последствия будут! Но если бы я оказался в такой же яме, то пошёл бы туда.

Многие пробовали, и у них получалось. Главное – потом выкрутиться!

Сил моих нет! Да я бы и сама к чёрту лысому пошла, но нет его… чёрта этого.

У меня даже мысли не закралось: «А вдруг? А что, если?..» Я была уверена, что всё это полная туфта, но, зайдя в лифт, вместо кнопки одиннадцатого этажа нажала на шестой.

Зачем? Да просто посмотреть. Заговорили на эту тему, вот мне и стало любопытно, что там изменилось за все эти годы. Оказалось, что почти ничего, кроме свежей краски на стенах после недавнего ремонта…

Три фанерные двери. Повсюду пыль и паутина. На ручках мелкие крошки потолочной побелки.

Я стояла и раздумывала, почему в этих квартирах никто не живёт. Они ведь не могут никому не принадлежать.

Не было никаких звуков, но вдруг возникло чувство, что на меня кто-то поглядывает. Я посмотрела на квартиру, которая была расположена там же, где и моя.

Что-то мелькнуло в глазке. Какое-то движение… И вот опять! Словно кто-то за мной наблюдал.

Я сощурилась и чуть приблизилась к двери, а затем отбежала обратно к лифту и нервно стала жать на кнопку. Пальцы дрожали, как в лихорадке.

В двери вместо глазка был настоящий глаз!

Нет. Это не человек стоял за дверью и следил за мной. Это был «дверной глаз»! Врезанный в фанеру. Настоящий живой глаз. Он блестел от влаги, зрачок сужался и расширялся. Он следил за мной.

Лифт вёз меня наверх, а я до сих пор озиралась по сторонам. Боялась, что за мной и тут наблюдали.

Теперь я, как в детстве, поверила, что «ничейный этаж» – фрагмент чужого мира. И знала, что ещё вернусь туда.

Целый день я собиралась с силами. Обдумывала сотни вариантов, как высказать своё желание кратко и понятно. Сердце бешено колотилось, и я с трудом надавила на кнопку шестого этажа. Палец стал каким-то мягким и неловким.

Выйдя из лифта, встала перед пустыми квартирами, из головы исчезли все мысли. Атмосфера казалась слишком напряжённой.

– Избавьте нас от них! – Я хотела сказать совсем не так, но слова буквально вырвались из души.

У меня же была другая, более точная формулировка. Хотелось сказать ещё раз, всё объяснить, но мысли путались.

Показалось, будто раздался тихий щелчок замка. Я посмотрела на квартиру, откуда за мной вчера наблюдал глаз. Теперь там был обычный глазок, но дверь шевельнулась! В воздух взметнулось облачко пыли.

Заскрипели петли. Здесь же нельзя задерживаться. Нельзя стоять!

Из квартиры что-то выглянуло. Лицо напоминало маску из твёрдого пластика. Я увидела широкий улыбающийся рот с мелкими зубами. Вместо глаз – пустые прорези, на щеках застыли чёрные слёзы.

Я сделала медленный шаг к лестнице. Дверь открылась шире, и существо дёрнулось в мою сторону. Я побежала, сбивая ноги о ступеньки.

Ну и тело у него! Будто сплетённое из чёрных проводов. Руки длинные, пальцы висят, как плети.

Я тут же пожалела о своей попытке. Пожалела о том, что увидела. Это создание не из нашего мира. Связываться с такими нельзя.

Я не считала дни, а просто знала, когда ростовщики снова придут. Чувствовала: это случится сегодня. Время пришло.

И не пропустила момента, когда в нашем дворе среди дешёвых тачек припарковался бандитский «Роллс-Ройс». Я смотрела в окно, как трое парней шли к нашему подъезду, и знала, что сейчас будет.

Папа дремал на диване после ночной смены в охране.

Скоро они постучат в дверь, разбудят его, отец откроет и отдаст им все деньги… Главарь скажет: «А что так мало? Так дела не делаются! Мы на бензин больше тратим, чтобы к тебе ездить!»

И они не уйдут, пока не напитаются папиным унижением. Гады!

Я сжимала кулаки от злости, больно впиваясь ногтями в ладони.

Они задерживались. Меня трясло от гнева. Я желала, чтобы эти люди провалились в шахту лифта.

Прошло десять минут напряжённого ожидания, а затем и пятнадцать. Никто не пришёл. Но их машина всё ещё стояла под окнами.

Час спустя я поняла: вышибалы не придут! Они вошли в подъезд и пропали. С ними что-то случилось по пути. Я почувствовала облегчение и тревогу одновременно. Моё желание сбылось. Нас от них избавили!

Папа всё так же спал на диване. Он улыбался во сне. Наверное, снилось что-то приятное.

– Теперь они тебя не тронут, – прошептала я.

«Роллс-Ройс» стоял во дворе уже который день, словно напоминая о том, что отец больше ничем никому не обязан. Хозяева за ним не пришли. Они словно растворились, их даже никто не искал и не спрашивал.

Не знаю, что думал отец, когда видел их пустую машину. Мы не трогали эту тему.

Он даже слегка повеселел, будто догадывался, что никто к нам не придёт.

А я не могла расслабиться и наслаждаться победой, потому что постоянно тревожилась: что случилось с теми тремя? На что я их обрекла? На смерть? А что же произойдёт дальше? Обитатель пустого этажа потребует что-то взамен?

Женя подошёл ко мне во дворе. Он словно специально ждал:

– Это тех ребят машина?.. Значит, ходила. Ну и молодец.

– А что теперь? – Я сама не знала, почему заговорила шёпотом.

– Теперь тебе лучше показывать хорошее отношение… Вершители могут проявлять знаки внимания. Не игнорируй! А то попадёшь в немилость. Как Серёга… Помнишь?

Ещё бы я его не помнила! Громкий был случай. Висел под своим балконом на бельевой верёвке, медленно вертелся, как ёлочная игрушка. И если подумать: сколько наших соседей ушли из жизни преждевременно. Много в этом доме происходило жутких несчастных случаев.

Знаки внимания… В самом деле! Я стала замечать их. Насколько помнила, существо с шестого этажа было слепым, но его глаза встречались повсюду. Буквально!

На меня смотрели из тёмных окон. Я заходила в подъезд и замечала движение глаз в вентиляционной трубе. Под лестницей среди колясок и велосипедов. В прорезях почтовых ящиков.

А лифт, как проклятый, теперь всегда останавливался на шестом этаже. Мне приходилось дважды нажимать кнопку, чтобы добраться до своего. От страха я теряла способность дышать, когда передо мной открывался вид на старые фанерные двери. Заранее держала палец на кнопке, чтобы сразу нажать и уехать из этого дьявольского места.

Это продолжалось довольно долго и стало почти привычным. Но однажды лифт с первого раза привёз меня домой. Увидев дверь своей квартиры, я подумала: «Наконец-то это закончилось!»

Я подошла к порогу, вынула ключ из кармана, как вдруг внезапный приступ ужаса заставил до боли сжать его в руке.

Это была не наша дверь. Похожая, но не наша! Такая же шероховатая металлическая поверхность, но ручка немного ниже, а глазок чуть смещён вправо. Это копия нашей двери в чужом мире!

Я стояла на шестом этаже. Повсюду висела пыль и паутина. Так обманули и тех, кому был должен отец. Лифт привёз их на «ничейный этаж». Они увидели эту дверь и вошли. И там с ними что-то случилось!

Я отвела ногу назад, собираясь уйти, но голос за дверью приказал:

– Войди!

Хотя голосом назвать это было трудно. Некий скрежет, похожий на людскую речь.

«Лучше показывать им хорошее отношение», – вспомнила я.

Капля пота упала с подбородка. Мокрая ладонь легла на ручку. Я надавила и потянула. Твердила себе:

– Исполняй, что скажут, и всё будет хорошо.

За дверью оказалась не наша квартира и даже не похожая на неё, а совсем не пользованное жильё с ремонтом от застройщика. Но время справлялось и без людей. На деревянном полу засохла и потрескалась краска. Старые полосатые обои выцвели и отклеились по углам.

Я заставила себя сделать несколько шагов по прихожей, заглянула в комнату – и мне открылось зрелище, которое я вряд ли смогу когда-нибудь забыть.

В комнате без мебели лежали изуродованные тела. Главного парня буквально размазало по стенке. На обоях присохли и висели его глаза, волосы и ошмётки кожи. На полу лежали истёртые останки. Почти безголовое тело, только нижняя челюсть уцелела – сверкала винирами.

Парня с чёлкой скрутили, как мокрую тряпку, и он валялся в центре комнаты. Тело третьего было растоптано в углу и напоминало бесформенный сугроб.

С ними случилось всё то, что я представляла в приступах ненависти!

Они пролежали здесь уже так долго, но следов разложения не наблюдалось. И я поняла почему. Они до сих пор были живы! Я видела их конвульсии в бесконечных предсмертных муках.

В воздухе висели пары свежей крови, и я постаралась не дышать.

Это какой-то сон… Страшнее кошмара и представить нельзя.

Стукнула дверь кладовой. Я оглянулась. В темноте висело лицо-маска, длинная рука потянулась вперёд, будто указывая куда-то.

Я обязана была приглушить страх, подавить тошноту и посмотреть, куда велено. Рука-плеть тыкала в подоконник.

Я обошла изувеченные тела, переступила через кровь и приблизилась к мутному окну, за которым ничего не было видно из-за слоёв пыли.

На подоконнике среди паутины и сотен высохших мух лежали ключи от машины. Всё в красных потёках.

– Бери!

Я чуть до потолка не подпрыгнула от этого голоса.

Значит, подарок … Это существо решило отдать мне машину тех ребят…

Она мне ни к чему. У меня даже прав нет, но как можно перечить?