Когда солнце взойдёт на западе

– Извините, о ком Вы говорите? – вежливо осведомилась Мариша.

– А я почём знаю,– хранительница ключей недобро зыркнула из-под насупленных бровей,– вчерась какая-то девица заявилась, сегодня с самого ранья мужик приходил. Если б знала, что Карлуша устроит из своей квартиры проходной двор, ни в жисть бы не согласилась брать его ключи. Так ему и передайте.

С этими словами соседка демонстративно захлопнула дверь, оставив подружек в полном недоумении. Как оказалось, это было только начало неприятных сюрпризов. Когда женщины вошли в квартиру своего бывшего начальника, их ждал уже настоящий шок. В квартире наблюдался жуткий бедлам, словно по комнатам пронёсся ураган, сметая всё на своём пути.

– Что это такое? – прошептала Мариша, ошарашенно оглядывая разгромленную квартиру.

– Похоже на обыск,– Кира удручённо посмотрела на вывороченные из книжных шкафов и сваленные кучей книги и журналы. В таких обстоятельствах выполнить заказ Папы Карло явно не представлялось возможным. – Мариш, давай тут ничего не трогать, всё равно найти что-то в этом бардаке не получится,– предложила она.

– Нужно, наверное, вызвать полицию,– Мариша неуверенно взглянула на подругу, как бы прося у неё совета.

– Давай сначала поговорим с Папой Карло,– Кира уверенно взяла на себя командование,– и ключи отдавать не будем.

Заперев квартиру и закупившись фруктами в ближайшем магазинчике, подруги отправились в больницу. В палату их пропустили не сразу, пришлось промаяться около часа, пока удалось-таки уговорить строгих сестричек позволить посещение больного в неурочное время ввиду чрезвычайных обстоятельств. Наконец визитёрши прорвались через кордоны и оказались в маленькой одиночной палате, куда перевели выздоравливающего пациента. Папа Карло уже совсем не походил на живой труп, он держался бодрячком и улыбался совсем как прежде, уверенно и немного снисходительно. Выслушав невесёлые новости про разгромленную квартиру, он, казалось, ничуть не расстроился и даже не удивился.

– Вы приняли правильное решение, Кира,– похвалил он свою любимицу,– полиция нам ни к чему, они только всё усложнят. Того, что все эти люди искали, к моей квартиру всё равно нет.

– А кто они? – тут же вскинулась Мариша. – Какая-то девица и мужик. Вы их знаете?

– Милая,– Папа Карло мягко похлопал свою бывшую секретаршу по руке,– поверь, тебе совсем не нужно влезать в эти дела. Здоровей будешь.

Мариша обиженно поджала губки, но спорить не стала, она привыкла доверять этому спокойному и уверенному человеку во всём, поскольку ещё не было случая, чтобы он хоть в чём-то ошибся. Немного погодя, Мариша начала прощаться, ей пора было вернуться на работу, Пол отпустил её всего на пару часов. Кира тоже собралась уходить за компанию с подругой, но неожиданно Папа Карло её остановил.

– Кира, Вы ведь посидите со мной ещё немного,– его голос прозвучал вовсе не просительно, скорее, это было утверждение, нежели вопрос.

Было очевидно, что Папе Карло нужно о чём-то посекретничать со своей бывшей подчинённой. Мариша понимающе улыбнулась и удалилась, а Кира снова опустилась на стул у кровати больного.

– Я должен перед Вами извиниться,– заявил тот, когда за Маришей закрылась дверь,– я поступил необдуманно и эгоистично.

– О чём Вы говорите, Карл Рудольфович? – удивилась Кира.

– То, что искали эти люди, теперь находится у Вас,– Папа Карло с сочувствием посмотрел в глаза своей любимице,– вернее, Вы скоро это получите по почте. Простите, у меня совсем не было времени, и я запаниковал. Мне не следовало впутывать Вас в свои проблемы.

– Вы что-то отправили мне посылкой? – уточнила Кира. – Что это? Оружие?

– Бог с Вами,– больной замахал руками, словно отгонял настырных комаров,– это документы, очень важные и опасные документы. Нет-нет, не волнуйтесь, ничего криминального, просто результаты одного исследования.

– А почему Вы послали их мне? – Кира внимательно посмотрела на своего бывшего шефа. – Вы думали, что не переживёте операцию?

Лицо больного в один момент сделалось серым, словно подёрнулось пеплом, а в глазах промелькнула растерянность. Таким беспомощным, на памяти Киры, её начальник ещё никогда не выглядел.

– Я не должен был выжить,– пролепетал он,– и уж точно не должен сейчас чувствовать себя практически здоровым. Это за гранью вероятности.

– Но это же здорово,– попыталась ободрить его Кира. – Почему Вас это так пугает?

– Ты всё правильно поняла, деточка,– задумчиво произнёс Папа Карло, неожиданно переходя на «ты»,– «пугает» – это то самое слово. Видишь ли, моё воскрешение из мёртвых – это не случайность, это вмешательство. Я и подумать не мог, что у тех людей есть такие возможности. Но гораздо хуже то, что я не понимаю, зачем меня вернули к жизни. Совершенно точно можно утверждать только одно – это не акт благотворительности.

Кира с недоумением слушала сбивчивую речь старика и пыталась ответить себе на простой вопрос: а не повлияло ли пребывание в коме на его рассудок. Что это за конспирологический бред? Какие-то могущественные силы вернули Папу Карло с того света для осуществления своих коварных замыслов? Чушь собачья. Однако его квартиру обыскивали, это не выдумки, это случилось на самом деле. И всё же делать на основании вульгарного обыска вывод о реальности воскрешения из мёртвых показалось Кире неразумным и как минимум преждевременным.

– О ком Вы говорите, Карл Рудольфович,– несмотря на свой скепсис, она всё-таки решила поддержать разговор в прежнем русле, чтобы не обижать старика. – Это те люди, что разгромили Вашу квартиру?

Папа Карло словно не услышал её вопросов, он смотрел в одну точку, куда-то поверх головы своей посетительницы, и взгляд его усталых глаз становился всё мрачнее. Наконец он словно очнулся от транса.

– Кира, Вам нужно быть очень осторожной,– старик тревожно вскинул голову. – Не исключено, что Вас эта история тоже коснётся. Кстати, Вам удалось найти общий язык с новым начальством?

Такой резкий переход немало удивил Киру. Причём тут Витас? Это он, что ли, устроил обыск у Папы Карло? Нет, это уже точно шиза. Нельзя же быть такой мнительной только на основании того, что какой-то человек ей не понравился. Однако с работы она уволилась без колебаний и сделала это, между прочим, на основании тех самых смутных ощущений, что и сейчас заставили её сжаться в комок.

– Я больше не работаю в компании,– отстранённо произнесла Кира,– вчера уволилась.

После этих слов Папа Карло побледнел так сильно, что женщина невольно потянулась к тревожной кнопке, чтобы вызвать дежурную сестру, но больной её остановил резким уверенным движением.

– Как Вы объяснили своё решение, Кира? – деловито осведомился он. – Вы предоставили Витасу какое-то разумное и логичное объяснение?

– Думаю, он понял, почему я так поступила,– Кира насмешливо скривила губы,– он сам виноват.

Некоторое время Папа Карло молчал, обдумывая её ответ, потом отрешённо покачал головой и посмотрел Кире в глаза с жалостью и сочувствием, отчего ей сразу сделалось как-то неуютно.

– Вы совершили ошибку,– голос его был твёрд и спокоен,– теперь Вам придётся придумать, как её исправить, причём исправить так, чтобы это не показалось подозрительным.

– Вы хотите, чтобы я вернулась в компанию? – на всякий случай уточнила Кира. – Да ни за что! Я с этим самовлюблённым плейбоем работать не буду.

– Боюсь, у Вас нет выбора,– вздохнул Папа Карло,– вернее, они Вам его не оставят, уж поверьте.

– Да кто они такие? – взорвалась Кира. – О ком Вы всё время говорите?

– Эх, если бы я знал,– в глазах старика снова промелькнула растерянность,– но думаю, что Витас – один из них. У Вас было время проверить его биографию?

– Зачем это? – Кира беспечно пожала плечами. – Мне с ним детей не нянчить.

– И напрасно,– попенял своей бывшей сотруднице Папа Карло,– может быть, тогда Вы были бы не столь легкомысленны. До этой позиции Витас был генеральным в английском отделении компании.

– Так его понизили,– Кира злорадно усмехнулась. – Теперь понятно, почему ему захотелось отыграться на мне.

– Нет, его долго не хотели отпускать,– Папа Карло угрюмо посмотрел на насмешницу. – Подписали контракт на год с условием, что потом он вернётся на прежнюю должность.

– А разве так бывает? – Кира почувствовала, как по её позвоночнику пробежал неприятный холодок.

– Вот и подумайте, Кира, что Витасу понадобилось в России,– старик устало откинулся на подушки. – Я ведь сначала решил, что он заявился по мою душу, а теперь уже не уверен.

– Вы хотите сказать, что ему зачем-то понадобилась я? – Кира с трудом сдержала дрожь. – Зачем?

– Простите меня, Кира, я сам ничего не понимаю,– вздохнул Папа Карло,– просто будьте осторожны. Да, лучше уничтожьте те документы, которые я Вам послал, хранить их очень опасно. Помните, у Вас маленькая дочь.

Если бывший начальник хотел призвать Киру к благоразумию, то ему точно не следовало упоминать Тиночку. Кира мгновенно из рассудительного аналитика превратилась в нервную истеричку, которая не в состоянии не то что здраво рассуждать, но даже просто сохранять самообладание.

– Причём тут моя дочь?! – вскинулась она, словно кто-то цапнул её пониже спины. – Говорите, что Вы обо всём этом знаете!

– Кира, успокойтесь,– прикрикнул на неё Папа Карло,– я и так рассказал Вам больше, чем следовало. Просто ведите себя естественно, и всё будет в порядке. Скорее всего, они просто проверяют всё моё окружение. И вообще, мои подозрения могут оказаться не более, чем выдумкой больного старика. Идите, Кира, и не забудьте сразу же уничтожить документы, когда посылка до Вас дойдёт.

Подобные отговорки показались паникёрше не слишком убедительными, и она тут же насела на самопального конспиратора с удвоенной силой, но все её усилия не принесли никаких результатов. Папа Карло не желал больше обсуждать с ней свои секреты, он довольно натурально прикинулся уставшим и попросил посетительницу оставить несчастного больного старика в покое. Кире ничего другого не оставалось, как покинуть палату, что она и сделала, ворча себе под нос что-то нелицеприятное про гадкие повадки некоторых провокаторов, возомнивших себя шпионами глобального масштаба. Паркуя машину у своего дома, она всё ещё продолжала бурчать, но уже без прежнего энтузиазма. Привычка анализировать происходящее постепенно направила её мысли в более рациональное русло.

– Похоже, я вляпалась в какую-то неясную и, возможно, опасную историю, связанную с побочной деятельностью Папы Карло,– сделала логичное предположение Кира. – Что бы это могло быть? Мой любимый начальничек шпионил в пользу конкурирующей компании, а то и другого государства? Звучит нелепо, но исключать нельзя,– заключила она. – Это, по крайней мере, могло бы объяснить перевод Витаса с явным понижением. Если наш плейбой только прикидывается манагером, а сам работает на какую-то секретную службу, то его перевод запросто может оказаться просто очередным заданием по раскрытию шпионской сети, свившей себе уютное гнёздышко в московском отделении компании.

Кира задумчиво брела вдоль палисадника к своему подъезду, погрузившись в привычное занятие – построение гипотез, и совершенно отключилась от внешних раздражителей. Внезапно объект её исследования преградил ей дорогу, едва ни столкнувшись с великим мыслителем лбами.

– Простите, Кирочка,– Витас смущённо улыбнулся,– я не хотел Вас напугать.

– Я вовсе не испугалась,– соврала Кира, покрывшись холодным потом от одного вида седовласого плейбоя, предположительно, сотрудника секретных служб.

– Мы не могли бы где-нибудь переговорить? – в глазах Витаса появилось просительное выражение. – Нет, я не напрашиваюсь в гости,– торопливо добавил он, видя, как сразу напряглась его собеседница,– давайте посидим в кафе, что ли.

Кира уже принялась подыскивать приличный повод для отказа, когда ей на ум пришли слова Папы Карло о том, что люди, устроившие обыск в его квартире, не оставят ей выбора. Приезд Витаса прямо к дому уволившейся сотрудницы явно выходил за рамки служебных взаимоотношений, и это было весомым аргументом в пользу Кириной версии об истинном роде занятий английского засланца.

– Никакой он не бизнесмен, а точно службист,– Кира мысленно похвалила себя за проницательность,– следовательно, нужно вести себя с ним естественно, как советовал Папа Карло, словно я просто обиделась на его наглую выходку, а вовсе не кинулась в бега от страха. Ладно, поговорим,– решила она,– к тому же я не успела с утра позавтракать, так что поход в кафе будет очень кстати.

Для полноты образа обиженки Кира скорчила угрюмую гримасу и обречённо кивнула, как бы смиряясь с неприятным, но неизбежным разговором. Через несколько минут она уже бодренько диктовала услужливому официанту свой заказ, наслаждаясь удивлённым видом своего кавалера, который, судя по всему, не рассчитывал на такую прожорливость приглашённой дамы. Впрочем, Витас с достоинством выдержал этот экзамен, не сделав ни единого, даже шутливого замечания.

– Кира, я должен перед Вами извиниться за глупый розыгрыш с поддельным контрактом,– начал он свою речь, когда Кира только-только взялась за вилку. Видимо, времени у службиста было в обрез. – Это было жестоко и безнравственно. Вы меня простите?

Витас говорил серьёзно, без иронии, даже вроде бы искренне, и Кира не смогла не заценить его сценические способности.

– Ишь ты, какой талант пропадает,– мысленно восхитилась она,– не хватает только подпустить слезу для пущей достоверности. Здорово их там в секретных службах дрессируют.

Визит Витаса откровенно рушил версию Папы Карло насчёт того, что Кира просто попала под горячую руку, поскольку входила в узкий круг его знакомых. Нет, ради штатной проверки подозреваемой задействовать тяжёлую артиллерию в лице элитного английского шпиона никто бы не стал. Значит, объектом разработки спец служб была именно она. Вывод несомненно был пугающим, но в глубине души Кира даже ощутила какое-то странное мазохистское удовлетворение от сознания своей значимости, и ей захотелось пошалить.

Умом она, конечно, понимала, что это было откровенным ребячеством, и тем не менее не удержалась от маленькой мести за перенесённое вчера унижение. Вместо того, чтобы милостиво простить засранца, Кира не спеша отрезала кусочек сырника, обмакнула его сначала в варенье, а потом в сметану и с удовольствием приступила к пережёвыванию. Кавалер терпеливо ждал ответа, ни единым жестом не выражая недовольства или нетерпения. Только насладившись сценой унижения обидчика, Кира положила вилку и в упор посмотрела на Витаса.

– Зачем я Вам нужна? – чеканя каждое слово произнесла она, не отрывая взгляда от его наигранно удивлённых глаз.

– Напрашиваетесь на комплимент? – Витас довольно натурально изобразил хитрую улыбочку. – Вы – ведущий аналитик по технологиям в компании, такими кадрами не разбрасываются. Будет неправильно, если из-за моего прокола Вы уйдёте к конкурентам.

Кира на секунду задумалась. С одной стороны, гораздо безопасней было бы принять версию этого притворщика и согласиться на мировую. Именно так и советовал поступить Папа Карло – прикинуться обиженной дурочкой и вернуться в компанию. Без всякого сомнения демонстрация избыточной осведомлённости объекта разработки может очень сильно не понравиться агенту секретной службы. Но с другой стороны, Кире уже так надоели все эти тайны, что она готова была рискнуть и вызвать шпиона на откровенность. В конце концов, никакой крамолы она за собой не знала, так что интерес спец служб мог быть следствием какой-нибудь идиотской ошибки или недоразумения.

– Витас, неужели Вы полагаете, что ведущий аналитик не удосужится проверить Ваш бэкграунд? – информация, подкинутая Папой Карло оказалась сейчас как нельзя кстати, и Кира без зазрения совести ею воспользовалась.

Её риторический вопрос прозвучал совсем не вызывающе, на губах ведущего аналитика при этом блуждала добрая, лишь слегка снисходительная улыбка, тем не менее Витас прореагировал довольно жёстко. Выражение радушия буквально стекло с его физиономии, а в глазах появился тот самый хищный блеск, что так напугал Киру в их прошлую встречу. Разоблачительница сразу же пожалела о своей неосмотрительной выходке, но было уже поздно. Теперь ей предстояло доиграть эту партию до конца, чем бы та ни кончилась.

– Уверены, что хотите поменять правила игры? – спокойно, даже, пожалуй, с облегчением спросил Витас. – Жалеть не будете?

– Ох, ещё как буду,– про себя посетовала Кира, но только молча помотала головой.

– И какие же у нас будут правила в новой игре? – Витас вальяжно откинулся на спинку стула и снисходительно усмехнулся.

– Искренность,– едва слышно промямлила Кира и тут же почувствовала, как наивно и неуместно прозвучало её требование. – Зачем Вы приехали в Москву на самом деле?

– Хорошо,– было заметно, что напрягшийся было собеседник внезапно расслабился. Возможно, ему и самому была противна та роль, которую приходилось играть по долгу службы. – Вы правы, работа в компании – это не единственное и не главное моё занятие. Помимо этого, я выполняю задания одной секретной организации. Моё нынешнее задание – это Вы, Кира.

Подсознательно Кира уже была готова к чему-то подобному, поэтому слова Витаса не вызвали у неё приступа паники, скорее, они вызвали ощущение дежавю. Не далее, как прошлой ночью в живом сне один наглый самоуверенный старикан по имени Ксантипа также откровенно пытался вербовать её в какую-то секретную контору под названием Орден.

– Это что за мистика? – мысленно возмутилась сновидица. – Я уже начала видеть вещие сны, что ли? Но какого чёрта они все привязались к обыкновенной, непричастная к ужасным тайнам женщине?

Кире вдруг сделалось ужасно обидно от эдакой несправедливости. Мало того, что её бросил муж, что любимый начальник оказался замешанным в какую-то аферу, что она потеряла работу, так вдобавок какие-то уроды настойчиво затягивают обиженную судьбой женщину в свои шпионские игры.

– Вы хотите меня завербовать в Вашу секретную организацию? – Кире пришлось сделать над собой немалое усилие, чтобы голос не дрожал.

– В этом нет никакой нужды,– беспечно отозвался Витас. – Если им кто-то нужен, то они его получают, исключений не бывает,– в его глазах на секунду промелькнула глубоко запрятанная боль.

– Неужели они и тебя так же заполучили? – Кира невольно ощутила сочувствие к своему собеседнику. – Как-то не верится, что можно принудить человека верно служить против воли.

– Те, кто имел глупость отказаться, очень быстро покидали наш бренный мир,– Витас словно подслушал её мысли,– они сами и все, кто был им дорог.

В последних словах агента секретной службы прозвучала неприкрытая угроза. Но вместо того, чтобы испугаться, Кира, напротив, разозлилась, причём совершенно неожиданно для себя самой.

– Полагаете, что запугивание кандидата – это разумная тактика рекрутинга? – съязвила она.

– Даже в мыслях не было Вас запугивать,– Витас безразлично пожал плечами и поднялся. – Жду Вас завтра утром в моём кабинете, Кира. Надеюсь, Вам хватит времени, чтобы всё как следует обдумать. До свиданья,– он повернулся спиной к своей собеседнице и лёгкой походкой направился к двери, однако на полпути притормозил. – Кстати, банкет за мой счёт, ни в чём себе не отказывайте. Приятного аппетита.

Кира посмотрела вслед удаляющейся фигуре, и смутное ощущение дежавю снова возникло в её голове. Наглая улыбка, самоуверенный взгляд, пружинящая походка, этот новый образ агента секретной службы был буквально срисован с некоего хамоватого командира охотников с бакалейным именем Рис.

– А может, живые сны – это вовсе не развлечение,– пришло на ум Кире,– в них точно содержатся подсказки, которые можно и нужно использовать в реальной жизни. Ведь Витас раньше вовсе не выглядел крутым шпионом, скорее уж, изнеженным капризным баловнем судьбы. Да и этот откровенный акт вербовки в секретную службу тоже уже имел место во сне. Да я же крутая провидица!

Кира плотоядно ухмыльнулась и с удовольствием приступила к уже немного остывшему завтраку. В её душе пышным цветом расцвела самонадеянная уверенность в том, что она наконец ухватила бога за бороду, и больше ничто не сможет ей помешать взять свою жизнь под контроль.