Камера! Мотор! Любовь!

Глава 1

Каролина перевернулась на другой бок и открыла глаза. Сон не шёл. Что впрочем было хорошо – в гнетущем настроении всё равно ничего хорошего не пригрезится.

Свои странные сны она любила, они часто её вдохновляли, и много сюжетов для историй она почерпнула именно оттуда. Бич творческого человека – постоянная умственная работа: мысли, образы, люди, ситуации – всё проворачивалось в голове, чтобы потом вылиться во что-то конкретное. В какой-то момент мозг цеплялся за случайную мысль, и та становилась идеей, наполняла сознание. Эту идею Каролина воплощала на бумаге в виде пухлых романов, ведь из-за излишней романтичности, мечтательности и крайне богатого воображения у неё редко получалось писать короткие произведения.

Девушка взяла телефон. Полвторого ночи. Значит, завтра она будет клевать носом и списывать лабораторную у Ани. А потом ещё семинар…

Но все неприятности померкли, когда с экрана мобильного на неё глянул кумир – Энтони Давел – американский актёр, режиссёр и продюсер. Каролина пересмотрела все фильмы, сериалы и видео на «YouTube» с его участием, грезила им наяву и во снах, этот двадцатишестилетний мужчина прочно обосновался в её мыслях и чувствах.

Весь – харизма и очарование. Она не могла оторвать от него восторженного взгляда. Неважно, в какой роли он представал перед зрителями: злодея-маньяка или доброго милого протагониста, – Давел всегда играл правдоподобно и живо, с богатством мимики и жестов.

Каролина не видела изъянов и замерла, соблазнённая притягательными искорками в светло-карих глазах, блеском тёмных волос, выражением лица. Неподражаемая улыбка актёра сводила с ума. Привлекательности добавляли ещё и пара морщинок, небритость, нахмуренный лоб и поджатые губы. Обаяние Энтони передавалось даже через экран.

«Сотовый нагрелся. Конечно, когда на заставке такой горячий мужчина! Ох, Энтони, глупо, да? Я влюблена в тебя, а ты даже не подозреваешь об этом. Живешь своей удивительной красивой жизнью, снимаешься в фильмах и не знаешь о Кэрол Кэндис».

Такой литературный псевдоним она себе придумала. По её мнению, это звучало презентабельнее Каролины Юшиной. С недавних пор она начала менее пренебрежительно относиться к тому, что пишет, идеи и сюжетные линии казались неплохими, слог выравнивался, становился узнаваемым. А вот ранние работы изобличали её детскую наивность. Без похвалы и поддержки подруги Ани, которая читала всё, что выходило из-под пера автора, Каролина никогда не поднялась бы в своих мечтах до подобных высот – писать сценарии для Голливуда и участвовать в съёмках.

Вот бы сняться с Энтони! Она умерла бы от счастья!

Девушка представила их вместе на съёмочной площадке, но мысли натолкнулись на явный контраст: вот Давел – шикарный, улыбчивый, осанистый, звезда, профессионал. И Каролина – с сутулившимися плечами, длинным носом и красными после бессонных ночей глазами. Прямая дорога в актрисы! Она вздохнула и села на постели.

«Замечательно, да он и не посмотрит на меня. Ладно, не судьба играть, так хоть сценарий напишу. Только я никогда этого не делала, получится ли? Попробую прямо сейчас, чего откладывать. Тем более сон ушёл».

Девушка встала с постели и включила ноутбук. Со скринсейвера сиял обаянием Энтони. Каролина улыбнулась в ответ и открыла последний роман, раздумывая, как превратить его в то, по чему можно снять фильм.

Думала она недолго – скоро мысли потекли в слова.

* * *

На лабораторную Каролина всё-таки опоздала. Пробираясь на цыпочках по пустому коридору мимо кабинетов, где вовсю шли занятия, она проклинала себя за то, что сидела до пяти утра за сценарием. А что поделать, если вдохновение не отпускало? Соскочив с постели без двадцати восемь, девушка как сумасшедшая носилась по квартире, не успевая ни позавтракать, ни расчесаться. И надела первое попавшееся: голубые джинсы, футболку, толстовку на замке и кроссовки, чтобы быстрее добежать.

Просовывая голову в аудиторию, она чувствовала себя неудачницей. Студенты уже ломали голову над заданием, но на её счастье, преподаватель куда-то вышел.

По медному оттенку коротких волос, полосатым гольфам и футболке с неразборчивой надписью, Каролина узнала подругу – полноватую, но привлекательную Аню. За компом та сидела с Альбертом. На фоне соседки парень выглядел худым. Его длинные средне-русые волосы, убранные со лба витым металлическим ободком, едва доходили до плеч. Он упорно смотрел в монитор, но сознание явно покинуло тело полчаса назад. Каролина подсела к ним.

– Салют, Кэр. Опять опоздала, – пожурила Аня.

– Привет, – в карих глазах Альберта тут же зажёгся интерес.

– Хай, ребята, – она убрала за уши вьющиеся тёмно-русые волосы. – Уважительная причина: до утра писала сценарий!

– Ого! – подруга оживилась. – Давай, дружок, рассказывай. Когда дашь почитать?

– Когда закончу, готова примерно треть. Я думала, будет сложнее.

– У тебя талант, – вставил парень, восторженно глядя на неё.

– Да ты не читал ни одного рассказа, – махнула на него рукой девушка.

– А потому что ты не даешь мне их. Я жажду познакомиться с твоим творчеством.

– Как только издамся, так сразу, – улыбнулась она, погружаясь в мечтания.

В этот момент в аудиторию вошёл преподаватель, и ребята отставили беседу.

* * *

– Наконец-то мы остались вдвоём, можно расслабиться и не бояться сболтнуть лишнего, – Каролина сползла на стуле.

– На Альберта намекаешь? – прыснула Аня, доставая косметичку. Они только что пообедали и сидели в столовой, дожидаясь следующей пары. – Да ладно, он же прикольный: с мозгами, хорошим вкусом на кино и музыку, начитанный, игрушками не гнушается.

– Не спорю, интересный, – согласилась подруга и замялась. – Но в его присутствии мне некомфортно. Он на меня смотрит так, будто я редкий экземпляр бабочки под носом у энтомолога. Тебе не кажется, что я ему нравлюсь?

– Не просто кажется, я уверена. Это заметно. По тому, как он смотрит, как говорит. Даже голос становится мягче и радостнее. Может, он сам и не замечает, это идёт изнутри. А как он тебе, Кэр? С характером разобрались, а внешне? Симпатичный же: высокий, худой, длинные волосы, красивые глаза. Отбрось на секунду Энтони и подумай.

– Как это «отбрось Энтони»? – засмеялась Каролина.

– Понимаю, Давел милашка и всё такое, – Аня поправила макияж и убрала зеркало. – Но он далековато. Может, пока ты не добралась до него, набёрешься опыта с кем-то другим?

– Предлагаешь мне с Альбертом…? – девушка чуть рот не раскрыла.

– Нет, ты меня не так поняла. Попробуй, что такое отношения в принципе. Смотри, в твоих романах происходит вселенская любовь между героями, но ты писала это из головы. Ты ни разу не целовалась с мужчиной, а пишешь такие постельные сцены, что в жар бросает. Мне кажется, тебе будет полезно повстречаться с кем-нибудь для творчества. Ну и для себя тоже, это же приятно, когда ты кому-то нравишься.

– Не знаю, – призналась Каролина. – В моём сердце есть место только для Энтони.

– Ох, какой он большой, всё сердце занял. Потесни-ка его чуток.

– Это невозможно.

– Ну и ладно, – Аня сразу поняла и положила руку ей на плечо. – Пусть за океаном, пусть на другом континенте, ерунда же, Кэр! Ты до него ещё доберешься и покажешь, что значит девушка from Russia! И он сразу поймёт, что не может без тебя жить!

– Это что мне ему надо показать, чтобы он понял, – прыснула она.

– Себя показать, себя! – захохотала подруга. – Но если будет желание, можешь и что другое, сориентируешься по ситуации.

– Спасибо! Не знаю, что я делала бы без твоей поддержки. А ещё ты читаешь все мои произведения. Это для меня очень важно!

– Дружок, для этого и нужны подруги. Тем более, пишешь ты замечательно, с каждым романом всё лучше. Я уверена, сценарий выйдет отпадный! Но насчет Альберта подумай. Просто позволь ему ухаживать за тобой, почувствуй себя героиней своей книги.

– Ладно, обещаю подумать. Но не сегодня.

– Как всегда откладываешь, – Аня скривила губы на сторону. – Ладно, в топку Альберта. Меня сейчас больше интересует, что там со сценарием? По какому роману?

– По «Вечной любви».

– Отлично! Мой любимый. Там такие сцены романтичные!

– Я нашла интересный сайт, там всё пошагово: с чего начать, как преобразовывать предложения романа во фразы сценария, как подобрать ёмкие слова для описания действия персонажа. Много полезного. Я попробовала, и оказалось не так страшно, как думала.

– Меньше самокритики, больше уверенности! Вот встретишь ты Энтони, что будешь делать? Промямлишь что-то невразумительное и отойдёшь?

– Нет, скорее всего, сгорю на месте от смущения.

– Слишком ты скромная, мать, – Аня встала и закинула за спину рюкзак. – Другие бы на шею ему кинулись, а ты об этом даже не подумала!

– Потому что это неправильно и некультурно, – Каролина тоже встала. – Ему будет неприятна такая навязчивость.

– Ну вот что мне с тобой делать? – вздохнула подруга. – Ладно, пошли на пару.

Глава 2

На следующий день Каролина пришла на учёбу вовремя, правда, сонная и вялая – снова захватило ночное вдохновение. В главном герое сценария она так и видела Энтони, а в роли его прекрасной возлюбленной – себя. И любовная история, разворачивающаяся между ними, будоражила и заставляла переживать всё будто наяву.

Но как бы ни окрыляли грёзы, реальность кусала беспощадно: ранний подъём, переполненный автобус, родные стены университета и очередная лабораторная.

Друзья встречали в коридоре перед компьютерным классом.

– Хай. Кажется, кто-то не выспался, – приветствовала залипающую Каролину Аня.

– Привет, так и есть, – зевнула та.

– Но всё равно выглядишь замечательно, – сказал Альберт.

Девушка удивлённо глянула на него, забыв поздороваться. Она получила, наверное, первый открытый комплимент от парня. Он смутился, а Аня за его спиной, напротив, сияла.

«Так, понятно, чьи это проделки! И чего она ему такого наговорила, что он пошёл на штурм?» – подумала Каролина.

– Спасибо, приятно слышать. Особенно с утра. Ты поднял мне настроение, – она видела, как Альберт обрадовался, и подумала, что такими словами даёт ему зелёный свет. А вот нужно ли ей это, она ещё не решила.

Появился учитель и открыл кабинет, ребята расселись за компы, а Аня вдруг выдала:

– Кэр, я обещала Ольге делать лабу с ней, – извинилась она, но вместо расстройства в голосе слышалась радость. – Ты не против? Это единственный раз, обещаю.

– А как же я? – расстроилась Каролина. – Я тоже ни черта не понимаю.

– Тебе Альберт поможет, – Аня просияла. – Правда? Ты же не бросишь Каролину?

– Ни за что, – парень выпрямился и взглядом заверил, что без помощи та не останется.

«Понятно, это заговор! Они всё спланировали. Эх, Аня! Хоть бы предупредила! А Альберт-то как обрадовался, прям рыцарь в сверкающих доспехах. Сейчас ослепну, как ярко сияют! Эх, так и быть, раз пошла такая пьянка».

– Хорошо. Помоги Ольге, раз обещала, но ты предательница! Если бы не Альберт…

– Вот и чу̗̗̗́дно, – Аня подмигнула и ушла.

– Скорее чудно́, – проворчала девушка, поворачиваясь к другу.

Парень поправил ободок на волосах. И этот жест так понравился Каролине, что она улыбнулась, но быстро вернула лицу серьёзное выражение. Она раскрыла и разложила на столе методичку. Альберт пододвинулся и тоже стал вчитываться, а вот от Кэрол смысл задания ускользал. Ей было неловко рядом с парнем, которому она нравилась. Они редко оставались наедине – весёлая хохотушка Аня почти никогда не покидала их компанию. И сейчас, сидя так близко и касаясь рукавом плеча Альберта, девушка тушевалась.

«А если бы Энтони сидел рядом? – подумала она об обожаемом мужчине. – Наверное, я бы растаяла и растеклась лужицей от его ослепительной красоты».

Каролина распустила волосы, чтобы спрятать эмоции, оставив торчать только нос. Она сидела в напряжении и, чтобы унять бунтующие чувства, заговорила:

– Прочитала методичку и ничего не поняла. Похоже, я выбрала не ту специальность.

– Ты пишешь прозу и стихи, почему не пошла на филфак? Или на театральный? Ты ведь проходила актёрские курсы.

– Много же ты обо мне знаешь, – удивилась девушка, и Альберт скосил глаза в сторону соседнего компьютера. – Родители настояли, они не признают творческие специальности. Информационные технологии мне интересны, но склад ума гуманитарный. Относись я к своему творчеству серьёзнее, настояла бы на филфаке, а теперь уже поздно.

– Почему? Ведь можно перевестись, хорошо писать – не каждому дано, – возразил Альберт, – нужно развивать свой талант, зря ты его игнорируешь.

– Много людей пишут лучше меня, – махнула рукой Каролина. – И к слову «талант» я отношусь недоверчиво, не верю в дар свыше, только в упорный труд и старание. А в театральный я ходила всего полгода. Наверное, это удивительно: при моей-то скромности?

– Есть немного, – признался Альберт. – Актёры – раскрепощённые люди.

– Импровизация у меня плохо выходила. Играть по готовому тексту было проще. Мне нравилось перевоплощаться. Когда мне давали роль и объясняли суть образа, я переставала быть Каролиной Юшиной и становилась женой арабского султана, отчаянной гонщицей или сумасшедшим Эйнштейном, – улыбнулась она. – А ещё мне нравилась режиссура, я поставила перед учителями небольшую пьесу. За десять минут до начала рассказала сюжет, раздала роли, дала указания, кому что делать, и следила, корректировала ошибки.

В этот момент Каролина снова подумала о блистательном Энтони, ведь помимо актерства, он ещё занимался продюсированием и режиссурой небольших проектов, мини-сериалов и авторских фильмов. Как это оказалось замечательно: попробовать то, чем занимался Давел! Она стала лучше понимать его тяжёлый и бесценный труд.

– Круто! Хотел бы я посмотреть, как ты играешь, – сказал Альберт.

– Увидишь, когда снимусь в фильме по своему сценарию, – рассмеялась Каролина.

– Не сомневаюсь, что так и будет, – парень с теплом посмотрел на неё, – желаю тебе прорваться в Голливуд.

– Спасибо, я очень ценю вашу с Аней поддержку.

Она успокоилась и оттаяла в его компании. Общаться с ним оказалось не так страшно. Они помолчали. На этот раз паузу нарушил Альберт:

– А ты ведь ещё и поёшь?

– Да что ж такое-то! Аня тебе всю мою жизнь рассказала? – ахнула Каролина.

– Мне было интересно, а она любит поговорить, сама знаешь.

– Да уж, – кивнула она, беспокоясь, не переборщила ли подруга с откровениями. – Я пою немного, есть опыт по двум группам, но я не профи, вокал не идеальный, могу поддержать хор, и для пения у костра пойдёт.

– Талантливый человек талантлив во всем, – сказал Альберт и тут же извинился: – Ой, прости, забыл, как ты относишься к этому слову. Просто хотел тебя похвалить.

– Да ладно, ерунда, – улыбнулась Каролина. – Спасибо.

– Кэр, у меня есть предложение. На выходных на главной площади пройдёт фестиваль, – парень старался говорить непринуждённо, но выглядел взволнованным. – Будет концерт, танцевальное и фаер-шоу, спортивные соревнования, конкурсы. Давай сходим?

Каролина улыбнулась его тёплому взгляду и подумала, что её серо-зелёные глаза на фоне карих глаз Альберта выглядят холодными и колючими.

– Это свидание? – она прищурилась.

– Не знаю… Если не рассматривать так… В общем… – Альберта этот вопрос застал врасплох, и Каролина пришла ему на помощь:

– Звучит, как интересное мероприятие, и я давно хотела посмотреть фаер-шоу, но всегда уходила рано. Я согласна, – она поймала себя на мысли, что совсем не испытала трепета. Разве так бывает, когда зовут на свидание?

– Отлично! – парень просиял.

Они закончили разговор и занялись лабой.

* * *

– Ну как, помогла Ольге, добрая душа Аня? – в вопросе Каролины сквозила неприкрытая ирония.

– Дорогая, не обижайся, – та потупилась, но заставить её почувствовать вину было непросто. – Разве вы не мило пообщались с Альбертом? Я видела, как вы ворковали.

– Треснула бы тебя прямо здесь, да свидетелей много.

– Эй, что за агрессивные поведения! Не надо меня бить, я знаю, что в душе ты добрая!

– Аня, ты же столкнула нас лбами! – покачала головой девушка.

– Но всё же прошло хорошо? Он пригласил тебя на праздник?

– Так это твоя идея? – Каролина укоризненно посмотрела на неё.

– Нет, он сам додумался, а я просто подтолкнула мысль в верном направлении, что круто будет пообщаться вне стен универа. Кэр, ну не дуйся, ты же согласилась!

– А куда мне было деваться? Может, я не хотела идти, мне бы сценарием заниматься.

– Иногда надо отвлекаться от работы. Расслабься, у твоего сценария ноги ещё не выросли, не убежит.

– Аня, ну что ты за человек? Подставила меня, а я не могу на тебя злиться!

– Сложно сердиться на лучшую подругу, – подмигнула Аня улыбающейся девушке.

– Ох, проказница. Чего ты ему хоть наговорила? Что я влюблена по уши?

– Нет, конечно. Сказала, что ты считаешь его интересным парнем, не более того. И намекнула, чтобы он поухаживал за тобой, раз ты девушка свободная.

– Ладно, если так, – смягчилась Каролина. – Кстати, он расщёлкал задание как грецкий орех, скорлупа так и летела.

– Супер, он по интеллекту тебе отлично подходит.

– Скажешь тоже, по интеллекту, – фыркнула она.

Аня проигнорировала критическое замечание:

– А Ольга скорее помогала мне, чем я ей. Она так хорошо знает английский, с ходу переводила всё в программе, а я глазами хлопала.

– Здорово! Моя английская база изрядно хромает.

– А как ты читаешь Энтони в твиттере? Со словарём?

– Его я понимаю, – улыбнулась Каролина. – Читать, что он пишет – удовольствие, – её глаза загорелись таким восторгом, что Аня забеспокоилась о душевном состоянии подруги.

– Ты вроде как-то писала ему? Он ответил?

– Да, я восторгалась его актёрской игрой, задавала вопросы, но ответа не получила, – огорчённо вздохнула она. – Я понимаю, что он занятой человек. У него тысячи поклонников, он не успевает всем отвечать. Хорошо, если хотя бы видел упоминания.

– А при встрече ты смогла бы с ним поговорить? Достаточно ли хорош твой уровень?

– Не знаю, – честно ответила Каролина. – Я читаю и понимаю, но говорю не слишком хорошо. У меня проблема с временами, он посмеется над моими ошибками. У него американский стиль, беглая речь. Я не всегда понимаю, когда смотрю фильмы с ним в оригинале.

– Да ладно – не понимаешь, просто заслушиваешься голосом, – подытожила Аня. – У меня и в школе всё ахово было с Инглишом, так что, умываю руки. А американский вариант – тёмный лес, произношение красивое, но чертовски непонятное для меня. Слушай, а может тебе с Ольгой позаниматься? Пусть она тебя подтянет?

– Хорошая идея. Но сперва надо закончить работу над… – тут Каролина уставилась на Аню странным взглядом и хлопнула себя по лбу. – Сценарий! Хорошо, конечно, что я пишу его, но американцы его прочесть не смогут. Смекаешь?

– И то правда. Перевод нужен.

– Видимо, без помощи Ольги всё-таки не обойтись, – решительно заявила девушка.

Глава 3

Подъезжая к месту встречи, Каролина волновалась. Сейчас она в первый раз останется с Альбертом наедине вне универа. Они с Аней сдружилась с парнем в начале года, всегда общались втроём, и девушка не думала, что отношения с ним пойдут дальше приятельских.

«Не буду забегать вперёд, – успокаивала она себя. – Просто пообщаемся, узнаем друг друга получше. Свидание меня ни к чему не обязывает».

Альберт уже ждал на остановке и выглядел празднично. Но вряд ли из-за фестиваля. Он распустил и уложил чистые волосы, сняв привычный «университетский» ободок. И оделся по-другому: классических брюк, рубашек, пиджаков и начищенных ботинок не было, образ стал уличным, молодежным, рокерским: синие рваные джинсы, футболка с яркой надписью, клёпаная кожаная куртка и высокие сапоги на шнуровке.

Каролина впервые видела официально-делового Альберта таким хулиганистым. Заинтересованное удивление в её глазах польстило ему, и парень расплылся в улыбке.

– Привет, ты сегодня такой… необычный, – девушка улыбнулась в ответ.

– Тебе не нравится?

– Наоборот, прикольно, просто я всегда тебя видела только на учёбе.

– И то правда, – засмеялся Альберт. – Ну, иногда я такой, прошу любить и жаловать. Ты тоже хорошо выглядишь, – он осмотрел её.

– Спасибо, – зарделась та.

Во внешнем виде девушки тоже проскальзывали элементы неформального стиля. С первого взгляда казалось, что они небрежно подобраны, но, тем не менее, смотрелись гармонично: узкие брюки с тонкими цепочками и дополнительными ремнями, кеды, укороченный плащ-сюртук с воротником-стойкой, кожаный рюкзачок и зонт-трость на случай переменчивой осенней погоды. На лицо Каролина нанесла немного косметики – тушь и тёмно-серые тени, придававшие глазам глубокий мистический оттенок. Как тёмно-зеленые воды болота, таинственные, притягательные и в то же время мрачные, опасные…

Но улыбка на ярко-красных даже без помады губах стирала тревожные ассоциации, оставляя лишь загадку, тщательно скрытую за скромностью необыкновенной, красивой девушки с утончёнными чертами лица. Даже острый нос и выступающие скулы имели особую привлекательность, что не будь их, это была бы уже не та Каролина, в которую влюбился Альберт.

Трудности не смущали парня: он понимал, что не просто будет добиться эту девушку, но тем сильнее ему хотелось получить желанную взаимность. От Ани он знал о симпатии Каролины к Энтони, но не считал это особым препятствием на пути к её сердцу, не воспринимал влюбленность всерьёз. В конце концов, актёр далеко, а он, Альберт, – здесь, реален и приложит все усилия в ухаживании за прекрасной дамой.

– Пойдём, посмотрим, что там происходит? – предложил он, и Каролина кивнула.

Площадь заполнили снующие люди, и к сцене оказалось невозможно протолкаться, но молодые люди быстро поняли, что им это и не нужно, – звуки народных песен и эстрадно-попсовые мотивы быстро охладили пыл.

– Меня не впечатляет то, что играет сейчас, – сказал Альберт, – а тебя?

– Аналогично. А чего ты ждал? Вряд ли «Deftones» выступят под открытым небом в нашем городе, – улыбнулась девушка.

– Ты любишь «Deftones»?

– Да, очень! У Чино Морено потрясающий голос, – сказала Каролина с таким обожанием в голосе, что у парня мелькнула мысль, уж не появился ли у него ещё один конкурент помимо Энтони Давела. – Ещё я люблю «Breaking Benjamin», «The Hives», «The Clash». Знаешь что-нибудь из этого?

– Только «Deftones», – признался Альберт. – Слушал их немного в школе, но я не любитель альтернативы, панка и нью-металла. Мне больше по душе хард-рок старой закалки, восьмидесятых-девяностых.

Они разговорились о музыке, стилях и группах. Но не забывали следить за действом на сцене: выходили команды с восточными, латиноамериканскими и трайбл-танцами, а также певческие коллективы. И одна вокалистка вдруг заинтересовала парня.

– Хорошо поет. Голос сильный и высокий.

– Неплохо, но она недотягивает ноты, неправильную тональность себе подобрала.

– Ты бы спела лучше? Вышла бы на сцену? – Альберт улыбнулся, видя восторг и зависть в глазах Каролины.

– Я не это хотела сказать, – девушка смутилась. – У меня не такой высокий голос и диапазон всего две октавы, я бы тоже сдулась.

– Споешь мне как-нибудь? – он приблизился и приобнял Каролину за плечи.

Та взмолилась, чтобы Альберт не почувствовал, как она напряглась. Он не сделал ничего криминального, но Кэр словно превратилась в камень – до того стало некомфортно. Парень сделал шаг на сближение, и она поняла, что не принимает его, и уже знала, что ничего путного из свидания не получится – какая симпатия, если ей неуютно в его объятьях?

– М-может быть, – пролепетала девушка.

Почувствовав её смущение, Альберт убрал руку.

Они продолжили смотреть развлекательную программу, общались на разные темы: кино, книги, увлечения. Затронули даже культурное достояние заграничных государств. Каролину само собой интересовала Америка, а парень много о ней знал.

День перетёк в вечер, ранние октябрьские сумерки упали на город. А это означало, что наступило время для огненного шоу.

Площадку перед сценой расширили и попросили публику отступить. В фееричности будущего действа Каролина не сомневалась – она любила завораживающий огонь. В детстве её было не оттащить от костров, девочка находила разные бумажки и веточки и с затаённым восхищением скармливала прожорливому пламени. А когда подросла, то в любом выезде на природу готовила сама, подчиняя себе необузданную стихию. Вот и теперь она с нетерпением ждала начала представления.