Строптивая для бандита

Пролог.

Лира.

– Валиев, ты об этом ещё пожалеешь! Слышишь! Мерзкий уголовник, папа найдёт на тебя управу и ты подохнешь в тюрьме! Ненавижу! Скотина! – кричала брыкающаяся девушка, которую один из моих парней аккуратно держал за локоток и выводил следом за мной. – Отпусти кретин пустоголовый! Кому говорят! У меня останутся синяки на руках! Больно же! – шипела она словно дикая кошка и я не выдержал, обернулся.

– «Графиня», если ты продолжишь и дальше вести себя как торговка на базаре, поверь, отношение к тебе станет таким же, – приподняв бровь и выразительно заглянув в глаза строптивице, сухо сказал я и чуть прищурился.

Парни, что приехали со мной встали едва ли не по стойке смирно. Они давно работают на меня и точно знают, когда следует заткнуться. Только вот этой истеричке такому ещё предстоит научиться, а иначе я сам закрою ей рот. Но вот, как и чем я это сделаю, будет зависеть от её дальнейшего поведения.

Моё пристальное внимание к её приоткрытым розовым губам, вызвало в девушке мгновенный ступор. Слова, брошенные мной с лёгкой угрозой, возымели эффект, и она тут же перестала издавать раздражающие звуки, но при этом гордо вскинула голову.

– Я пойду сама. Отпустите, – сменив маску истерички и вернувшись к образу светской дамы, надменно попросила она.

Медленно моргнув, дал добро на свободное передвижение пленницы и развернувшись покинул дом её отца. Моё личное присутствие при всём этом действе должно возыметь эффект.  Не прислал сюда своих бойцов, а пришёл и сам забрал у Графа самое дорогое. Это не только должно направить его на путь истинный, но и заставить быстрее сдать крысу, что так качественно пыталась меня слить.

Мой начальник охраны навёл бы здесь шороха, стоило только отдать приказ. Его появление в этом доме без меня, вряд ли обошлось бы мирными переговорами. Один лишь мой взгляд может пригвоздить к месту любого из этих людей, не говоря уже о предотвращении стрельбы и крови. Я глава этой своры преданных, но жаждущих расправы псов, и только мне под силу ими управлять.

Глава 1.

Руслан.

Проблемы с полицией, которые мне организовали совсем недавно за счёт Абрамова, лишь едва ощутимо пошатнули мой авторитет. Но кому-то этот случай позволил думать, что меня можно легко заменить. Как же они ошибались. Ведь я за короткий срок нашёл в своём окружении всех крыс, которых мне умудрились подсунуть и расправился с ними одним махом. Сократив прихлебателей в трое, окружил себя лишь верными людьми и надёжными партнёрами. Самым удивительным в этой ситуации стало участие в моём деле предпринимателя с громкой фамилией Граф. Степан Алексеевич был директором крупной строительной фирмы, а также имел акции в половине предприятиях нашего города.

– Наш пострел везде поспел, – вырвалось у меня, когда я читал досье на Графа, что мне собрали парни. Сидя за дубовым столом и потягивая виски.

Вдовец, второй раз женат не был. Имеет на содержании молодую любовницу, едва ли не ровесницу его единственной дочери. Кстати, о ней. Красивая блондинка, звезда местных модных показов и тусовок.

Я неоднократно видел её у себя в клубе, но ни разу она не упивалась в хлам или что-то в этом роде. Выходила строго на своих двоих и редко в чьей-то компании. Девушка не замужем, детей нет. В её ухажёрах числятся все мажоры города, но ни с кем из них она в как таковых отношениях не состояла.

Рабочий стол был завален документами и разного рода отчётами. Единственным, что сильно выбивалось на фоне многочисленных бело-чёрных листов бумаги – распечатка нескольких фотографий Лиры Граф. Я откинулся на спинку добротного кресла и взял их в руки. На одном из них девушка стояла в эффектном красном платье, только оттанцевав жаркое танго с пи**стически зализанным и одетым в трико партнёром.

Глаза сияют, на губах играет улыбка победительницы, голова гордо поднята и всем своим видом словно кидает вызов судьям. На лбу лёгкая испарина, а партнёр косится на её вздымающуюся грудь. Следующий снимок и на нём она вышагивает по местному подиуму в доме мод.

Одета в довольно скучный на первый взгляд классический костюм, но на юбке отчётливо виден глубокий разрез. Он уходит под жакет, благодаря которому кружевные чулки и подвязки в самом выгодном свете выставлены всем на обозрение. Эта деталь в её одеянии единственное, на что я обратил внимание и залип на несколько долгих секунд.

– Хм. Моя кровь начинает вскипать только от созерцания картинки, что же будет при более близком знакомстве? Теперь я просто обязан проверить, так ли ты горяча на самом деле, – сузив глаза сказал я в пустоту кабинета, а член в штанах дёрнулся в ожидании скорой встречи.

Положив распечатку поверх стопки бумаг, собранных по моей просьбе, задумался. По всему выходило, что Граф и является тем самым зачинщиком внезапно образовавшихся проблем. Но, мы с ним лично никогда не пересекались, с чего вдруг он воспылал жаждой от меня избавиться? Насколько я знаю «налог» Степан Алексеевич платит всегда и без лишних проблем. В сомнительных компаниях не замечен. «Чистый» мужик, умеющий делать деньги.

Убрав в сторону фотографии девушки, я взял в руки последний отчёт. Вот финансовый перевод на имя Вадима Фром. Тут же распечатка встреч моего бывшего сотрудника с правоохранительными органами, которого якобы поймали с наркотой. Чистосердечное признание Вадима о том, что он толкал дурь в моём клубе и, по-моему, же приказу.

– Всё слишком гладко, – взлохматил волосы и выдохнул я. – Где-то здесь, должно быть, ещё одно действующее лицо. То самое, что всё это провернуло и мастерски подвело к Графу. Только где? – в очередной раз задал я вопрос себе и взглянув на циферблат часов, понял, почему голова перестаёт соображать. Стрелки неожиданно для меня показывали четыре утра.  – Пора идти на боковую.

Из-за того, что владею ночным клубом, я давно превратился в сову. Пять часов сна и вот я уже вновь у руля. Хотя даже эта роскошь со мной случается нечасто. Это первый нормальный сон за последние две недели. Мне пришлось задействовать все свои силы и возможности, чтобы не упустить ту власть, которую я имею.

Кто-то знатно копал под меня, пытаясь найти повод избавиться. Причём не нанял хорошего стрелка, чтобы одной пулей убрать неугодного «Короля» с пути, а хотел подвести под гаденькую статью. Лет так на двадцать, причём в не самой благополучной колонии и со статьёй, которая мне не сильно страшна, но довольно неприятна.

Сидеть половину жизни в тюрьме я был не готов. Тем более, не за свои грехи, а за чужие. Поэтому уже просто валился с ног от усталости, а в голове всё ещё не выстроилась логическая цепочка из тел, которые скоро окажутся далеко и глубоко в лесу.

Лира.

Мы с папой сидели за столом и чинно ужинали, обсуждая то, как прошёл день и мои новые идеи по улучшению сада. Я едва не подавилась креветкой, когда в наш дом вошли люди с оружием в руках.

– Что вы себе позволяете, и кто пустил вас в дом?! – подскочил со стула отец и тот с грохотом упал на пол.

– Я оторвал вас от ужина, – сверкнув чернотой глаз мужчина в дорогом чёрном костюме, от одного его взгляда по коже прошёл табун мурашек, а затылок обдало холодом. Думаю, именно такие чувства вызвала бы случайная встреча с волком в лесу. Ты на подсознательном уровне чувствуешь опасность и всё, что тебе остаётся – замереть, не делать резких движений и не провоцировать хищника на бросок вперёд. Может, так ты выиграешь время и тебя не сожрут в тот же миг.

– Приятного аппетита, – ухмыляясь сказал мужчина, а мой слух уловил лёгкую хрипотцу и уверенный баритон с нотками властности. – У меня к вам есть пара вопросов, которые хотелось бы прояснить, – подойдя к столу, он выдвинул один из свободных стульев и поставив в удобном для себя положении.

Лицом к нам, не выпуская нас из поля зрения и спиной к своим людям, что словно верные псы стояли за ней, держа оружие наготове, этот опасный человек сел, демонстративно закинув ногу на ногу.

– Валиев? Ты что о себе возомнил?! – шагнул к нему мой отец.

– Степан Алексеевич, вы присядьте, – он небрежно указал глазами на упавший позади папы стул. – Разговор нас ждёт серьёзный и безотлагательный, – довольно сухо и нетерпимо оборвал на полуслове папу наш внезапный гость. Вальяжно откинулся на спинку стула, словно он никуда не торопится и является хозяином положения.  – Мне безумно интересно, когда я успел вам серьёзно насолить? Да так, что вы рьяно бросились поддерживать моих врагов во всех начинаниях. Спонсировать, фальсифицировать, рыть яму налаженному ритму жизни и бизнесу, а после стоять с невинным лицом не стесняясь собственной дочери, – сузив глаза проговорил владелец популярного в городе ночного клуба.

– Руслан, о чём речь? Без приглашения ввалился в мой дом, предъявляешь какие-то претензии, я понятия не имею о том, в чём ты меня обвиняешь! – недоумевал мой родитель и по всей его мимике он действительно не в курсе всего о чём его спрашивает бандит.

– Вы не стесняйтесь, присаживайтесь. У нас по-видимому вот-вот начнётся сеанс восстановления пробелов в памяти, – достал из кармана сигарету и демонстративно подкурив её, проговорил Валиев.

– Как ты смеешь врываться в мой дом и вести себя как свинья?! У нас не курят!!! – перешёл на крик и кинулся к нему папа.

– Раз вы не хотите вести цивилизованный диалог, – выдохнув сигаретный дым, сказал нахальный гость. – Можем продолжить и в других, менее комфортных условиях, – сузил глаза Валиев. – Меня очень, – выделив это слово будто для маленьких детей, – интересует один вопрос. Кто вам помогал? Хотя нет, не так. Кто стоит за вашей спиной и пытается посадить меня? – вновь затяжка и демонстративные колечки, созданные из никотиновых паров, а после он нагло стряхивает пепел на пол.

– Убирайся прочь! – взревела я и запустила в Валиева рядом стоящий стакан из-под сока. Не знаю, что именно послужило спусковым крючком, скорее всего, тот самый злополучный пепел, но мозг сработал за долю секунды и выдал, что выдал.

Что могу сказать, у этого подонка реакция гепарда, не иначе. Мало того, что он увернулся, так ещё и неуловимым жестом дал команду своим людям и те просто в одно мгновенье завернули мне руки и едва не уложили лицом в салат, который я ела пару минут назад. Отца от порыва дать в морду незваному гостю остановили рядом стоящие ребята из охраны Валиева, которые сразу же оказались возле него, но силу пока не применяли.

– Отпустите! – прошипела я словно кошка и дёрнулась в руках бандитов. По-другому шайку, окружающую «Теневого короля» – как за глаза называют смотрящего за нашим городом – Валиева, не назовёшь.

– Я не понимаю о чём ты, – отец обеспокоенно заглянул в мои глаза, сразу после того, как амбалы всё же выпустили из жёсткого захвата мои руки, но как истуканы замерли позади меня, готовые в секунду предотвратить повторное нападение на «любимого» предводителя. –  Мне некогда возиться с такими, как ты. Своих дел по горло, – поняв тщетность действий в сторону незваного гостя, папа не сопротивлялся, но всем своим видом и голосом показывал, насколько ему неприятен человек перед ним.

– Хорошо, – неожиданно согласился мужчина и поднялся со стула. – У вас до завтра есть время подумать, – сделав пару шагов в направлении стола, он просто бросил окурок в один из бокалов. –  Берите девчонку, – дал отмашку своим псам и те, что всё ещё стояли за моей спиной, тут же ухватили меня под локти.

– Папа! – крикнула я видя, как он ринулся ко мне, но ему заломили руки два других прихвостня. – Я никуда с вами не пойду! Отпустите! – стала брыкаться и, вырвав руку у одного из пленителей, залепила пощёчину тому, что тащил меня с другой стороны к этому ужасному человеку.

– Степан Алексеевич, ваша дочь будет почётным гостем в моём доме и ни один волосок не упадёт с её головы. Но… – Валиев сделал театральную паузу. – Это возможно только в том случае, если ваша память восстановится, выдаст имя предателя и главное, в отсутствии полиции. Мы ведь оба знаем, что я так добр лишь в единичных случаях, – сузив свои чёрные глаза и выразительно приподняв бровь проговорил мужчина. – Я сегодня добрый, поэтому у вас будет трое суток, вместо одних – и, не обращая больше на отца внимание, вышел из столовой.

Меня же придерживая за локоть вёл всё же только один из сопровождающих бандита, чуть придавливая руку, когда я начинала противиться.

– Валиев, ты об этом ещё пожалеешь! Слышишь! Мерзкий уголовник, папа найдёт на тебя управу, и ты подохнешь в тюрьме! Ненавижу! Скотина! – кричала я в спину этому гаду. – Отпусти кретин пустоголовый! Кому говорят! У меня останутся синяки на руках! Больно же! – закричала я на моего сопровождающего, когда он впился пальцами в кожу, заставляя двигаться дальше.

– Графиня, – издевательски исковеркал Валиев мою фамилию, превратив её в прозвище, – Если ты продолжишь вести себя как торговка на базаре, поверь отношение к тебе станет таким же, – его темно-карие глаза сурово впились в меня и словно пробрались в самую душу. Схватив её и заставив трястись от ужаса.

– Я пойду сама. Отпустите, – прочистив горло ответила я моему пленителю скрывая за прямой спиной и гордо поднятой головой свой дичайший страх.

Про Валиева и его тёмные делишки в городе не знал только слепой или глухой. И те, скорее всего, на него же и работали, собирая подаяние, да складывая всё это в его кошелёк. Бандит, бывший боец без правил и нынешний «Теневой король» города. Как там принято говорить у блатных – смотрящий. Всё подпольное и запрещённое принадлежит ему.

Буквально несколько недель назад штормило не только все его владения, но и самого всесильного Валиева. Потому что его кто-то очень качественно и нагло хотел сместить с занимаемой должности и отобрать имеющуюся власть. Странно, но ему удалось устоять на ногах и не потерять то, что он имеет.

Насколько мне известно ему пытались приписать торговлю и распространение наркотиков в клубе, провели обыски во всех его владениях, но Валиев умудрился выйти сухим из воды.

Откуда я всё это знаю? Всё просто, я как будущий владелец всего папиного имущества держала руку на пульсе и старалась следить за происходящим не только в делах отца, но и в переделе теневой власти города.

Жаль, конечно, что для родителя я всё ещё была маленькой девочкой, которую стоит наряжать в платьица и сдувать пылинки, но это не мешало мне совать нос в его дела с завидным постоянством.

Стараясь не разочаровывать единственного близкого человека, я успешно ему подыгрывала, но уже несколько лет тайно перепроверяла его документы и сделки по бизнесу. «Предупреждён – значит вооружён». Так, мне пару раз удалось найти изъяны в договоре о поставке сырья на новый строящийся объект и не потерять деньги, которые с таким трудом были однажды заработаны.

Глава 2.

Лира.

На негнущихся ногах усердно пытаясь изобразить довольно уверенную походку и не показать своего страха, я прошла следом за Валиевым к чёрному тонированному внедорожнику. После кинутых мне в лицо угроз он словно потерял ко мне всяческий интерес. Молча, совершенно не замечая моего присутствия рядом сел на заднее сидение и тут же взял в руки какие-то бумаги, что лежали в чёрной кожаной, как и салон машины папке.

– Хам, – фыркнула я, поняв, что Валиев даже не задумался о том, чтобы придержать для меня дверь автомобиля. – Хотя что ещё от такого ожидать. Быдло бандитское, не знающее ни манер, ни нормального общения! – бурчала я, обходя тонированный и, наверное, бронированный «Мерс», с другой стороны.

Возмущение на пару секунд отодвинуло страх и развязало язык. Ещё бы, этот гад захлопнул дверцу едва не перед моим носом, давая понять, что мне не в эту дверь, а может, и вовсе во второй автомобиль к его головорезам. Но сопровождающий меня охранник взял за локоток и обойдя машину сзади привёл всё же к Валиеву.

Дёрнула ручку и хотела сама открыть дверь, но то ли нервное напряжение сыграло со мной злую шутку, то ли кто-то решил поиздеваться и заблокировал её, но она не поддалась. Зато, когда за неё взялся один из бандитов она спокойно и плавно отворилась.

Моя реплика в сторону предводителя этой не самой законопослушной братии вроде осталась не замеченной тем, кому адресовалась, поэтому молча села в машину и отвернулась к окну. Не привлекая к себе лишнего внимания, выдохнула, стараясь взять свои эмоции под контроль и плавно откинулась на спинку кожаного сидения.

Осторожно вдохнула, едва не повторяя дыхательную гимнастику йогов, но лёгкие тут же заполнил терпкий аромат кожаного салона и мужского одеколона, внезапно обрушившегося на мою голову пленителя.

«Мои любимые», – в голове тут же взорвался фейерверк удовольствия. Хотелось обернуться и принюхаться, так словно идёшь по улице и чувствуешь манящий аромат выпечки. Ты вроде и не голоден, но слепо идёшь на запах, а потом покупаешь ещё горячую булочку и впиваешься в неё зубами, едва заплатив за неё.

Обоняние тут же различило апельсин, горечь грейпфрута, свежесть мяты с белым деревом, кожей и пачули.

«Миллион от Пака Рабан», –  невольно прикрыла глаза, наслаждаясь дразнящим рецепторы запахом.

Пару лет назад я дарила такой парфюм папе на день рождения, но флакон, к моему сожалению, остался не тронутым. Он предпочитал более резкие запахи с тяжёлым шлейфом. Поэтому просто изредка приходила к нему в комнату и, прыснув себе на запястье с маниакальным наслаждением, нюхала любимый мужской аромат. Кто же знал, что Валиев предпочитает именно эту марку парфюма.

«Странно, что я не почувствовала любимый запах ещё дома. Хотя ничего удивительного, там было столько народа, что в той какофонии «ароматов» я бы и запах гари не учуяла», – промелькнула мысль, но я старательно отогнала её прочь.

Решив не акцентировать больше внимание на похитившем меня из собственного жилища бандите, уткнулась носом почти в самое стекло. Сквозь тонированное до черноты окно наблюдала за проплывающими мимо машинами и пейзажами.

Для меня стало удивительным то, что дом Валиева находится в центре города недалеко от реки. По соседству стояли не самые шикарные жилища частного сектора. Словно арабские небоскрёбы его трёхэтажный коттедж возвышался над всем окружающим пейзажем. Совсем недавно едва ли не у ворот Валиева сделали развилку с находящегося в непосредственной близости моста.

«Там, наверное, ужасно много комаров и шума, – скривилась я, от перспективы быть искусанной и не выспавшейся. – Хотя в тёмном подземелье или специально оборудованной пыточной, мне однозначно не стоит бояться обычных насекомых. Здесь живёт зверь явно более страшный и зубастый».

Я за проделанный путь пыталась убедить себя в том, что Валиев не причинит мне вреда. Ему это слишком невыгодно, ведь в таком случае папа бросит все силы и деньги на его медленную и мучительную смерть. Я его единственный ребёнок и он не оставит безнаказанной такую выходку. Немного успокоилась от этих дум, и только волнение за отца не оставляло меня до пункта назначения.

За размышлениями не заметила, как мы уже подъехали к высокому забору, который был выкован из прочного даже на вид железа. В разные стороны от ворот расходилась кирпичная кладка, высота которой достигала примерно три метра.

Такой захочешь перемахнуть, да не сможешь. Ворота открылись, и наш автомобиль плавно въехал во двор. Вторая машина, сопровождавшая нас, припарковалась рядом. Большая парковка как минимум на пять машин и обособленный, внушающий уважение дом не вызывали отторжения и не ассоциировались с бандитским убежищем.

Мой пленитель, не обращая на меня внимания, вышел из автомобиля и уверенной походкой направился в дом. Мне же открыл дверь и даже подал руку, кто-то из прихвостней Руслана, пытаясь проявить галантность. С гордо поднятой головой я приняла помощь и, встав рядом с автомобилем, огляделась.

Валиев уже скрылся в доме и как ни странно, меня никто не торопил идти следом. Вдохнув глоток на удивление свежего воздуха, я огляделась. Газон был ровно подстрижен, а недалеко от окон первого этажа росли несколько кустов роз. Создавалось впечатление, что к ландшафту приложил руку мастер своего дела, умело сочетав мужскую харизму и яркие детали.

«А что собственно ты ожидала увидеть? – сбросила сама себя. – Гаражный кооператив или заброшенную лачугу? Он владелец нескольких ночных клубов, это не считая прочих не слишком чистых делишек. Деньги у него явно имеются».

Пока я вела мысленный диалог сама с собой меня в очередной раз взяли под локоток, давая понять, что я тут задержалась. Дёрнув руку из захвата, я пошла в ту же сторону, куда недавно ушёл мой пленитель.

– Руслан Рахимович просил вас проводить в одну из гостевых комнат. Вы будете под домашним арестом, но в качестве почётной гостьи, – проговорил мне амбал, что пытался вести меня силой.

– Как вас зовут? – повернув к нему голову, спросила я.

– Константин, – представился мужчина.

– Ведите, только без рук. Раз я гостья в этом доме, то обещаю, что не буду сопротивляться, – гордо вскинув подбородок ответила ему, всем своим видом показывая, что условия проживания и плен не могут сломить моей воли.

Руслан.

Эта богатенькая фифа сумела меня удивить. Ни истерик, ни попыток кинуться и придушить меня прямо в машине. Идеально ровная спина и царственный взгляд серых глаз, говорящий о том, что я лишь пыль с подошвы её «хрустальных туфелек».

«Куда уж нам обычным парням, выбившимся в люди, за счёт кулаков и Дурости. По-другому не назовёшь отсидку по малолетке за массовую драку», – хмыкнул про себя, искоса поглядывая на её тонкую шею, слегка смуглую кожу, спрятанную под белым жакетом, что был на ней надет.

Едва сев в машину девушка демонстративно отвернулась к окну и дала возможность рассмотреть её получше. Сам не понял, зачем посадил её в свою машину, а не отправил с парнями из охраны. Обычно такие порывы мне несвойственны.

Пока «Графиня» молча сидела рядом и не подавала признаков историки, я  искоса поглядывал на неё. В моей жизни было много женщин, разных возрастов и состоятельности, но мало кто из них был настолько "породистым". Как говорят: кровь не водица. Это однозначно про Лиру.

В аккуратных мочках ушей сверкали бриллианты, чётко выраженная линия скул и подбородка. Словно скульптор, лепивший профиль, старался убрать излишнюю мягкость и подчеркнуть аристократичность резкими линиями. Кожа идеально ровная без единого изъяна.

«На ощупь она, наверное, нежная словно бархат» – подсказал внутренний голос. Кончики пальцев закололо от желания к ним прикоснуться, но я одёрнул себя и уткнулся в документы, пытаясь сосредоточиться на буквах, но глаза словно магнитом притягивало к загадочной девушке. «Графиня» на поверку оказалась не настолько глупой, чтобы вывести меня из себя, чем невольно и привлекла внимание.

Курносый, чуть вздёрнутый нос и пухлые губы, на которых был едва заметный блеск. То ли совсем недавно она прошлась по ним языком, то ли имеет в арсенале настолько стойкую косметику.

Пушистые опахала ресниц и такие же тёмные брови вразлёт. Светло-русые волосы, которые больше назовёшь пшеничным блондом, чем обычным русым цветом. Я ждал, когда она начнёт задавать вопросы о том, куда и в качестве кого её везут, но нет. Девушка молчала, чем невольно вызывала лёгкую смесь уважения и раздражения.

– Посмотрим, настолько ли ты холодна как пытаешься мне показать, – ухмыльнулся я и вышел из машины, когда мы, наконец, приехали в мой дом. Поднимаясь по лестнице отдал приказ разместить гостью с удобством и тут же ушёл в кабинет.

Едва я сел в кресло и включил камеры наблюдения, расставленные по всему дому, как раздалась трель телефона. Звонил один из парней, которых я оставил с отцом девчонки на «всякий случай». Сейчас, когда у меня только прошли сейсмические активности под жопой, я не имел права пускать всё на самотёк и дать Графу связаться с ментами.

– Руслан Рахимович, Степану Алексеевичу стало плохо, – едва я принял входящий, сказал мне звонивший.

– Что произошло?

– У него случился сердечный приступ. Мы вызвали скорую из нашей больнички. Едем за ним.

– Блядь, только этого мне не хватало! – выругался я, отдав приказ охранять пациента. – О его самочувствии и заключении врачей сообщать незамедлительно! – взлохматил волосы понимая, что всё прошло не так гладко, как я того хотел.

Отключил входящий и устремил взгляд в экран монитора. Там транслировались все комнаты, но рука сама потянулась к мышке и включила камеру, что размещалась в одной из гостевых спален.  В ней сейчас находилась моя временная заложница, которая с опаской вошла в её новое пристанище.  Откинувшись в кресле и развернув картинку на весь экран, я стал с интересом наблюдать за девочкой.