Клан Волка. Том 2. Академия

Книга 2. Эпизод 1.

– Мы в дерьме, если ты не понял! – Мичи опять обхватил меня за плечи.

Я никогда не видел у него таких больших глаз.

– Мы попали в Земли Котлованов!! – рявкнул он мне в лицо, будто я оглох и отупел одновременно. – И знаешь, что я предлагаю? Взяться за руки и помереть! Я знаю пару быстрых способов!

Бледный, как смерть, Мичи Хегевара предлагал «помереть» различными способами, от самых стандартных до самых идиотских, только я слушал его вполуха. Взяться за руки и подохнуть от ужаса мы могли в любое время, но сначала нужно было попытаться выбраться.

Правда, на ноги я так и не смог подняться.

Лишь прислонился плечом к дымящемуся корпусу верхолёта, держась за него скользкой от крови рукой и продолжая разглядывать округу.

Земля под нами дрожала и будто тлела изнутри.

По каменистым горам вихрями поднималась пыль, горячий ветер гнал её вдоль разломов, впадин и трещин, тащил по ложбинам и собирал в мелкие смерчи.

Всё вокруг покрывали камни, спёкшийся песок и редкие корявые кустарники. Это была пустыня: бесчисленные горы и холмы клубились пылью, выдыхая из себя собственный прах.

– В любой момент из-под земли могут вылезти ниуды, – безжизненным голосом сообщил мне Мичи. – И тогда мы уже нежильцы. Ну как мы могли попасть в такое дерьмо, а? Почему именно наш верхолёт разбился? Почему именно мы?

Он всё вопрошал: «Почему мы?», а я продолжал рассматривать горы и разломы.

Даже небо здесь потеряло голубизну – оно пестрело грязными облаками и темнело над головой, провонявшее дымом и прокоптившееся за века. В носу свербило от гари, пыль не давала нормально дышать.

Но это было не самое паршивое.

Я всё сильнее ощущал, что по левому боку, под рубашкой, обильно сочится кровь, течёт по коже и собирается у ремня брюк, пропитывая одежду.

Оттянув пиджак, я уставился на рану, и от её вида во мне всё похолодело, несмотря на горячий ветер.

– Какого хрена, Мич?..

Не знаю почему я сказал именно это – у меня будто не нашлось подходящих слов.

– Извиняй, дружище, но я не стал вытаскивать из тебя этот обломок, – тут же сообщил Мичи, виновато поморщившись. – Я, конечно, не Целитель, но мне кажется, что если вытащить из тебя этот кусок металла, то ты истечёшь кровью…

– Ч-чёрт… чёрт… – Я уставился на металлический обломок от обшивки верхолёта, торчащий из моего собственного бока, будто не мог на него насмотреться.

Кажется, я даже боли не ощущал – только ужас и неверие.

– Где… Дж… Джанко… Мидори? Где все Целители?

И тут до меня дошёл смысл слов, которые произносил Мичи несколько минут назад.

– Ты сказал, что погибло трое учеников… и двое ранены. Кто погиб? Кто ранен?

Мичи кашлянул и вытер потный лоб.

– Погибли двое парней из Сатории, они сидели позади нас. Их насмерть придавило обломками. Ещё Джун. Он находился в хвосте вместе с Горо Исимой.

Я еле оторвал взгляд от своего бока и посмотрел на Мичи.

– Джун Цути?

– Да. Какой бы он ни был говнюк, всё равно жалко его. Он прикрыл Горо, а сам погиб. Зато Горо выжил, у засранца ни одной царапины. Живучий, скотина.

– А кто ранен? Ты сказал, что двое.

– Алхимик из Сатории… как его… Грич Гамзо. У него, кажется, рука сломана. Ещё что-то с ногой у любимчика учителя Ма, Ючи Хамады. Возможно, тоже перелом. А сломанные кости срастить не хватит ранга ни Джанко, ни Мидори. – Он покосился на мой бок. – Ну и ты третий раненый… самый пострадавший, похоже. Тебе, как всегда, повезло больше всех.

Мой взгляд вернулся к боку с торчащим из него стальным обломком.

Ну и зрелище, мать его.

Я никак не мог поверить, что эта штуковина торчит прямо из моего тела! Безотрывно смотрел, как через рваную рубашку сочится кровь, как она тягуче капает вниз и впитывается в чёрный песок – и еле сдерживал рвотный позыв.

– Джа-а-а-анко!!! – выкрикнул вдруг Мичи, кинулся в сторону пробоины в корпусе верхолёта и замахал руками. – Джанко, иди сюда! Эй! Тут Волк подыхает! Бросай всех, иди сюда! Джа-а-а-нко!

– Погоди! – Я вцепился в штанину Мичи. – В какой именно мы точке Котлованных Земель? Кто-нибудь осмотрел панель навигации и карты в кабине пилотов? Далеко до границы со Стокняжьем?

Мичи покачал головой, давая понять, что не знает ответа на этот вопрос, потом хотел что-то сказать, но закашлялся, согнувшись вполовину. В его воспалённых глазах показались слёзы.

– Закройте лицо платками! – выкрикнули из пробоины в салоне. – Не дышите этой дрянью!

Вниз, на горячий песок, к нам спрыгнула Джанко. От её ног поднялась пыль и окатила нас с Мичи чёрным облаком.

Рубашка девушки пестрела алыми пятнами, но, кажется, кровь была не её. Рот и нос Джанко покрывал лоскут, оторванный от подола её собственной юбки. В глазах Целительницы читался ужас, но она старалась не паниковать.

Девушка на пару секунд остановилась, разглядывая меня и Мичи сквозь пыль, потом быстро оторвала от подола своей юбки ещё один широкий лоскут и кинулась к нам.

Джанко не сразу увидела, что из меня торчит кусок стальной обшивки, а когда увидела, то у неё даже ноги подогнулись, а ужаса в глазах стало вдвое больше.

– О, нет… нет-нет… – Джанко опустилась на колени рядом со мной, стиснула пальцами лоскут от юбки, не зная, как мне помочь, и снова повторила: – Нет-нет… как же… я не смогу…

– Джанко, соберись!! Если ты ничего не сделаешь, то он сдохнет! – заорал на неё Мичи и выдернул из её трясущейся руки лоскут. – Что делать? Говори!

– Мичи… повяжи платок себе на лицо, как у меня, – прошептала она, не сводя глаз с моей раны.

– Да со мной-то всё в порядке! Ты Волку помоги! – опять заорал он, нависнув над девчонкой.

– Не знаю… такая рана мне не под силу… – снова зашептала она.

Я взял Джанко за руку и крепко сжал её пальцы, тут же запачкав их своей кровью.

– Сделай хоть что-то… давай. Ты ведь уже лечила меня. Это почти то же самое, что колено… только не колено… вытащи из меня этот паршивый обломок… ты сможешь. Возьми и вытащи его. Потом останови кровотечение. Ты ведь Целитель… сильный Целитель… да ты лучший Целитель во всём Янамаре.

Если честно, мне было плевать, какие комплименты ей говорить. Главное – чтобы Джанко пришла в себя и начала лечение.

Она наконец взяла себя в руки. Повернулась к Мичи и приказала жёстким голосом:

– Позови Мидори! Без неё я не справлюсь! Я видела, что она помогала Кике перевязывать её брата Грича! Они ещё где-то внутри! Найди её! Живо!

Мичи кинулся внутрь верхолёта.

Джанко дождалась, когда он скроется в дыму, затем быстро сдёрнула со своей шеи галстук и велела уже мне:

– Ну а сейчас прикуси это. – Она скомкала галстук и сунула мне в руку.

– Ты спровадила Мичи, чтобы он не мешал, или тебе правда нужна Мидори?..

Больше я ничего не успел у неё спросить – мне было уже не до этого.

Девушка взялась за конец металлического обломка, торчащего из моего бока, и я завыл, как умалишённый. Чтобы заткнуться, мне пришлось действительно прикусить скомканный галстук Джанко.

Я зажмурился и запрокинул голову, ощущая, как кусок металла медленно выходит из моего тела, как его поверхность трётся о мою рваную мышцу, как кровь всё сильнее заливает одежду.

А ещё я слышал, как Джанко шепчет:

– Терпи… терпи ещё немного… на эту рану уйдёт много времени, но я справлюсь… ну вот, ещё немного…

Через какое-то время мокрые пальцы девушки коснулись моей щеки.

– Кирилл? Ты слышишь? У меня не получается полностью остановить кровотечение. Мне не хватает силы.

Я поднял голову, выплюнул галстук и посмотрел на Джанко.

Она расплывалась в моих глазах, от потери крови всё вокруг кружилось и ехало вбок.

– Ты вытащила?.. Вытащила?

– Вытащила, но кровотечение… я попробую усилить свой божественный дух и его воздействие на тебя… но я ведь недоучка, а рана слишком тяжёлая, почти смертельная, и я могу предложить тебе только это…

Джанко придвинулась ко мне ближе, оттянула платок со своего лица и, не отпуская руки от раны на моём боку, поцеловала меня.

Да уж, так себе место для поцелуя, даже для лечебного, но я с готовностью ответил на божественное врачевание Джанко, ощутив, как её усиленная магия сразу же начинает работу.

Боль в ране чуть стихла, а может, показалось.

Джанко поцеловала меня глубоко и настойчиво, ни на что не обращая внимания. Плевать, что верхолёт разваливается на части, трещит и дымит; что из пробоин в земле в любой момент могут вылезти живущие тут твари; что где-то рядом лежат трупы учеников, пилотов и стюарда.

Нам обоим было плевать.

Её ладонь одновременно исцеляла моё покалеченное тело и останавливала кровотечение, а лечебная магия проникала через губы и разливалась по мне благодатной энергией, снимая боль и даруя силы.

Когда жизнь висит на волоске, подобное исцеление кажется манной небесной, но, даже несмотря на это, я понимал, что для такой раны и такой кровопотери, как у меня, простого целительного поцелуя будет недостаточно.

Неожиданно рядом с нами послышался голос Горо Исимы:

– А ты всем пациентам удовольствие доставляешь, или только избранным? Куда в очередь вставать?

Джанко напряглась, но целовать меня не перестала.

Сейчас её главной задачей было исцеление, пусть даже таким сомнительным способом. Она спасала мне жизнь, как умела, и даже Горо Исима не смог сбить её с толку, за что я был ей особенно благодарен.

– Наш снежный мальчик решил, что перед смертью ему всё можно, – продолжал возмущаться он. – Эй, Мидори! Глянь-ка! Видишь, что он делает?

– Вижу, – услышал я тихий голос Мидори неподалёку. – Он истекает кровью, а Джанко лечит его, как может.

Услышав, что к нам подошла Мидори, Джанко перестала меня целовать. Она перевела дыхание и посмотрела на мою рану.

– Другого выхода не было, поэтому я… я снова это сделала… только сейчас даже оно не особо помогло, нужно что-то более сильное… я не знаю… Кирилл, я не знаю…

– Спасибо, боль немного утихла, – перебил я её дурацкие оправдания: эта девчонка уже который раз помогала мне, как умела.

Правда, моё сознание всё равно собиралось помахать мне рукой. Перед глазами темнело, а веки еле поднимались, как у пьяного.

– Эй, Джанко, ты закончила облизывать его, или мы подождём? – спросил Горо. – Там ещё двое раненых, если что.

Вместо того, чтобы отвечать на его идиотский вопрос, девушка оторвала ещё один лоскут от своей юбки и отдала мне.

– Прикрой рот и нос.

– Ты так скоро без юбки останешься, крошка, – не забыл прокомментировать Горо. – Но я, конечно, не против. Ниудам, возможно, тоже понравится, и сначала они набросятся на тебя.

Видя, как гаснет моё сознание, Джанко нервно выдохнула и посмотрела на Мидори, игнорируя болтовню Горо.

– Помоги мне. Одна я не справлюсь.

Вражда между ними временно была приостановлена.

Мидори поспешила присоединиться и тоже опустилась на колени рядом со мной. В отличие от Джанко Ян, которая была Божественным Врачом, Мидори Арадо обладала магией Знахаря-Друида и пользовалась зельями и силой природы, а не внутренним божественным духом.

– У меня нет при себе зелий, – сказала она мне, – и я не нашла ничего подобного в кабине пилотов. Кажется, в этой сидховой пустыне нет ничего, что могло бы помочь Друиду, но…

Не договорив, она повернула голову и посмотрела на Горо.

– Я видела с другой стороны верхолёта полуобгоревшие силоновые кусты… и ещё… полынь, кажется. Сорви пучок того и другого, принеси сюда.

– Думаешь, твоя травка ему поможет? – поморщился Горо. – Да ничего ему уже не поможет, он сдохнет скоро. Чего силы тратить? Уходить надо. Сейчас на шум привалят ниуды.

– Я принесу всё, что надо! – тут же вскочила Джанко, но Мидори ухватила её за руку и усадила обратно.

– Нет! Ты нужна здесь! Горо сам всё сделает!

– Ну конечно. Горо же заняться нечем, как лечить трупы, – процедил тот.

– Трупа ты не дождёшься, говнюк, – сказали за его спиной.

В дыму, рядом с Горо, неожиданно появился Мичи. В руках он держал не только переломанный кустарник, выдернутый из земли с обрывками корней, но ещё приличный пучок суховатой полыни и горсть колючей мелкой травы с сиреневыми цветами.

– Мой голос разума сказал, что… – начал он.

– Ох, Мичи, ты самый лучший! И твой голос разума самый разумный! – воскликнула Мидори, сгребая у него всю траву и обломки корявого куста.

Девушка быстро разложила растения перед собой и зашептала себе под нос:

– Вспомни, что говорила Лидия… итак… полынь, тамариск… ещё силоновое дерево… лучше, конечно, тысячелистник, но и это подойдёт… можно использовать вытяжку из коры и листьев.

Её дрожащая ладонь замерла над пучком полусухой травы.

– Сначала полынь… да…

Не в силах больше держаться, я прикрыл глаза, а потом почувствовал, что соскальзываю вбок.

– Держись, не теряй сознание… – Меня мягко придержали руки Джанко. – Кирилл, только не теряй сознание.

– Ну вот и ещё один труп, – сообщил всем Горо.

– Давай, ты хотя бы в Котлованах не будешь козлом! – заткнул его Мичи. – Мы все сейчас заодно! Хочешь выжить – значит, помогай!

– Кому помогать? Снежку? Да он же сдох уже, нахрена нам труп?

– Это ты труп!..

Судя по звуку, кто-то кого-то ударил, потом кто-то упал, но кто именно, я не увидел, потому что почти не воспринимал реальность. Лишь ощущал, что меня крепко держат руки Джанко.

Не знаю, как долго я так лежал. Через какое-то время сквозь шум в ушах пробился девичий голос:

– Ребята! Ребята! Судя по карте и навигатору в кабине пилотов, мы недалеко от границы! А ещё я нашла у пилотов составленное заклинание «маяк спасения»! С его помощью можно подать сигнал бедствия! Стержень с заклинанием завалился на пол, под осколки и немного подгорел, но его можно восстановить!

Кажется, это был голос «финтифлюшки» по имени Кика. Девчонки-Инженера из Сатории.

– Ну так восстанавливай быстрей! Чего стоишь, как дура?! – рявкнул на неё Горо Исима.

В эту секунду я пообещал себе, что если выживу, то пришибу этого ублюдка прямо тут, в Котлованах.

Он, кстати, упорно делал вид, что совсем не злится на Мидори из-за того, что та его бросила прямо перед отъездом. Но по его роже было заметно, что отомстить он всё ещё намерен.

– Вообще-то, Грич уже восстанавливает заклинание, – ответила ему Кика, будто не заметив оскорбления. – На это уйдёт примерно часа два-три. У Грича сломана правая рука, он работает левой, а это неудобно.

– Знаешь, что на самом деле неудобно? – процедил Горо. – Быть сожранным ниудами. Так что пусть твой братец поторопится…

И тут всех оборвал возглас Мидори:

– Мне нужна вода!! Сро-о-очно! Всё готово, не хватает только нескольких капель воды, чтобы соединить ингредиенты и усилить зелье магией. Вода – лучший проводник для силы Друида.

– Лёд… лёд подойдёт? – прошептал я пересохшими губами и приоткрыл глаза.

Передо мной снова расплылись лица. Кажется, это были Джанко, Мидори, а позади них – кто-то ещё. Возможно, Мичи.

– Дайте мне стальной обломок… – попросил я. – Можно сделать конденсат… воздух вокруг горячий, а я могу охладить металл…

Мне в руку сразу же кто-то вложил тот самый обломок от обшивки, который из меня вытащила Джанко.

Я положил его рядом с собой и ослабевшими пальцами нарисовал в воздухе соляной знак треугольника Цуо, Сферы Холода, пустив ледяной воздух так, чтобы как можно больше охладить сталь. Для этого пришлось призвать остатки всех своих сил.

Ощутив кожей прохладу, а под пальцами – шершавый иней, я опустил руку и опять прикрыл глаза.

– Замечательно, – прошептала рядом Мидори. – Капли воды. Мне хватит.

– Короче, сообщите, когда он всё-таки сдохнет, – сказал Горо, – а я пока проверю, как там дела с «маяком спасения». Может, недолго тут торчать осталось, и зря мы паникуем.

Он наконец ушёл, и наступила тишина.

Мне показалось, что прошло около получаса, а может, всего несколько секунд – в почти бессознательном состоянии чувство времени исказилось. Зато откуда-то пришло понимание, что, если бы не Джанко, то я бы уже давно потерял сознание.

Она использовала свой божественный дух, чтобы удерживать меня в реальности. Через её ладони, которыми она обнимала меня за плечи, в моё тело постоянно проникали мелкие разряды магии. Они будто заставляли мыслить и воспринимать ощущения, взбадривая мозги и все нервные окончания.

– Всё, зелье готово! – объявила наконец Мидори. – Приступаем. Зелье, конечно, не самое лучшее для такого случая, но оно должно помочь. Правда, пациенту будет больно. Оно жгучее… очень жгучее. Джанко, мне понадобится твоя помощь. Только вдвоём мы сможем сделать всё, как надо.

– Конечно, – ответила та. – Я готова. Что нужно делать?

Мидори помедлила с ответом, пробормотав сначала:

– Всё же какое у судьбы дурное чувство юмора. Я занимаюсь целительством вместе с Джанко Ян. Ужаснее не придумаешь.

– Может, выясним отношения позже? – бросила Джанко. – Если выживем, конечно. Лучше скажи яснее, что нужно делать?

Мидори вздохнула и попросила её севшим голосом:

– Поцелуй его ещё раз. Его – в смысле, пациента. Только хорошо и долго поцелуй, чтобы твой божественный дух сработал по всему его телу. Раз уж ты на пациента так сильно воздействуешь, то у тебя это лучше получится, чем у меня. А я в это время зелье использую и сделаю заговор на призыв природных сил. Так мы с тобой восстановим целостность повреждённых тканей на ране изнутри и снаружи. Только целуй пациента до тех пор, пока я не скажу, что можно остановиться.

Она называла меня «пациентом», будто старалась отстраниться и не видеть во мне человека. А вот Джанко, наоборот, всё чаще называла меня по имени, а не «господин Оками». Да и просьба Мидори её совсем ошарашила.

– Ну… я… э… х-хорошо, я постараюсь. – Её пальцы снова коснулись моей щеки. – Кирилл? Ты как? Мне придётся опять…

– Давай, – перебил я её, открывая глаза и давая понять, что всё слышал. – Выбора у нас нет.

– Знаете, что, девчонки? – вмешался Мичи. – Можете расцеловать этого парня хоть до полусмерти, прямо по очереди, только достаньте его с того света. Джанко, не тормози! Я могу отвернуться, если ты стесняешься! Всё, я вообще ушёл! Меня нет!

Мичи, похоже, даже не догадывался, почему Джанко медлит. Он ведь не знал, чем рискует Целитель, применяя такой метод. Никто об этом не знал, кроме меня и самой Джанко. Кажется, даже Мидори не до конца понимала всю сложность положения своей заклятой подруги.

Джанко провела пальцами по моим пыльным волосам и прошептала на ухо:

– Только больше никогда не позволяй мне этого делать. Сама я теперь вряд ли смогу отказаться. Для меня всё зашло слишком далеко.

Я не стал ей ничего обещать, да она и не ждала от меня ответа, понимая, что подобные повороты судьбы ни от кого не зависят.

– Джанко, да что с тобой?! – не выдержала Мидори. – Лечи его! Неужели так сложно? Или это сделаю я!

– Нет. Только не ты… – Джанко наконец осмелилась поцеловать меня, но на этот раз с изрядной страстью и напором, будто не могла с собой совладать.

Я тут же вспомнил её слова насчёт того, как сильно Целитель искушает себя, применяя подобный метод врачевания.

Это был уже четвёртый случай между мной и Джанко всего за несколько дней, и каждый раз, отправляя свой божественный дух через губы на моё лечение, девушка вызывала у самой себя всё более сильную привязанность.

Даже сейчас я чувствовал, что она еле сдерживает страсть.

Слабость моего полудохлого организма перестала её смущать уже через пару секунд, и, если бы не свидетели, то девчонка без сомнений набросилась бы на меня в любовном порыве – она почти сразу потеряла голову, желая продлить наш контакт, сделать его теснее и абсолютнее.

И пока всё это происходило, Мидори успевала обрабатывать рану на моём боку.

Её зелье адски обжигало мне кожу, а в ушах эхом раздавалось бормотанье заговора на призыв природных сил, но божественный дух Джанко тут же снимал боль и убирал неприятные ощущения.

Это был невероятно эффективный тандем двух Целителей! Божественный Врач даровал мне силы и исцелял изнутри, а Знахарь-Друид заливал мою рану лечебным зельем и призывал силы природы заговором, чтобы залечить тело снаружи.

Каждую секунду я ощущал, как всё во мне меняется, как мышцы наполняются силой, а слабость уходит вместе с болью. Двойная доза целительства была настолько мощной, что на меня навалилась эйфория.

А неплохо иметь двух разных Целителей в своей команде. Была лишь одна проблема: вряд ли именно эти две девчонки уживутся между собой.

Ощутив прилив сил, я и сам не заметил, как моя рука – уже не такая слабая – обняла Джанко, обхватив её плотнее.

Зато Мидори заметила.

– Кажется, кто-то уже вылечился, – объявила она тут же. – Всё, Джанко. Можно заканчивать. Эй! Пациент не лечится, а наслаждается! Такое не предусмотрено!

Но Джанко сама уже не могла остановиться, так что это пришлось сделать мне. Я мягко отстранился от неё и обхватил девушку за плечи, заглядывая ей в глаза.

– Всё, Джанко. Ты сделала всё, что нужно.

Она часто заморгала, приходя в себя и освобождаясь от наваждения.

– Всё? У-уже?..

– Да. Уже. – Мидори ткнула её пальцем в плечо и показала на мой бок. – Смотри.

Мы втроём уставились на мою рану. Точнее, на то место, где она была, и где теперь её не было. Остался только небольшой ровный шрам на коже, измазанной в зелье серого цвета.

– Вот это работа… невероятно, – пробормотал я, не веря глазам. – Вы меня с того света вытащили. По всем заветам Мичи.

Девушки переглянулись.

– А недурно работают твои зелья и заговоры, – первой похвалила конкурентку Джанко.

– И твой божественный дух, – кивнула Мидори, с уважением посмотрев на Джанко.

Я наконец-то сам поднялся на ноги, причём легко и быстро, затем ещё раз оттянул испачканный в крови пиджак и покачал головой, снова уставившись на свой бок.

– Вы великолепны, девчонки. Спасибо!

– Только больше никаких поцелуев не будет, – нахмурилась Джанко. – Мне нужно развивать другие целительные навыки, а не… вот это всё.

– Согласна, – кивнула Мидори. – Обойдёшься, пациент Кирилл. А то, смотрите-ка, хорошо устроился. Двух таких прекрасных Целителей разом заграбастал.

Они снова переглянулись, будто до сих пор не веря, что минуту назад работали вместе.

Я улыбнулся им обеим и, снова здоровый, как раньше, поспешил в дымящийся верхолёт. На ходу проверил, на месте ли револьвер в наплечной кобуре, и всё ли в порядке с рунным атласом, который хранился во внутреннем кармане пиджака.

Всё было на месте.

– Где твои недоделанные бомбы? – обратился я к Мидори, что шла следом вместе с Джанко. – Нужно срочно их найти.

– Они где-то под обломками в салоне.

– Я помогу их отыскать, – предложила Джанко.

Пока обе Целительницы искали сумку с бомбами-заготовками, я добрался до покорёженной кабины пилотов.

Именно там ковырялся со стрежнем заклинания «маяк спасения» Грич Гамзо. Тут же находились и все остальные: Горо Исима, Мичи, Кика и раненый Жрец-Монах Ючи Хамада.

Всего после крушения нас осталось восемь человек: пятеро парней и три девчонки.

Больше никто не выжил.

Толстяк Грич сидел прямо на поваленном кресле пилота, его правая рука была туго перевязана от плеча до середины ладони, зато левой он ловко управлялся с инструментом, похожим на мультитул, и ковырял им полосатый сине-оранжевый стержень с заклинанием.

Рядом с Гричем, но уже с перевязанной правой голенью, на полу устроился Ючи Хамада. Он вертел в руках и разглядывал другой стержень с заклинанием – похоже, это было то самое заклинание телепортации, которое взорвалось. От него осталась только пара обгоревших кусков корпуса на связке проволоки.

– Оно точно было повреждено, Грич, – хмурился Хамада. – И, мне кажется, его намеренно повредили.

В это время Кика исследовала приборы пилотов и кабину, а Горо и Мичи помогали ей, разгребая завалы в сторону.

Когда я появился на пороге, целый и невредимый, все вытаращились на меня, не веря глазам. Даже Мичи, кажется, был готов смириться с моей смертью.

– Ну перец! – Он заулыбался и крепко обнял меня. – Ну живучий!

– Да-а-а… – уставился на меня Грич. – Жаль, твои девочки мне руку срастить не смогут.

– Его девочки? – вскинула брови Кика, но больше добавлять ничего не стала.

– Вылечили, значит, – сощурился Горо.

– А ты надеялся, что не смогут? – прямо поинтересовался я.

– Да плевать мне. Трупом больше, трупом меньше. Но лучше пусть нас будет много. Так шансы отбиться от ниудов выше.

Он пожал жилистым плечом и указал подбородком на мой щит, который был прикреплён к запястью.