Темный ратник. Факультет. Том 4

Книга 4. Эпизод 1.

Меня убьёт собственный брат.

Брат…

Отличная новость. Что ещё приятного можно было услышать от медиума, способного видеть будущее?

На лице Люче отразилась печаль.

– Мне жаль, Киро.

Ей действительно было жаль. Сестра директора смотрела на меня, будто я был уже мёртв. Но что бы Люче ни узрела в своём сне, она прекрасно понимала, что от похода в Гнездовье я не откажусь.

Она могла сказать мне всё, что угодно.

Что мир развалится на куски, что все умрут, что Вселенную поглотит хаос, что от меня останется только пепел – и что всё это случится только по одной причине: если я отправлюсь за братом. Но я бы всё равно сделал это.

Мне нужен был Броннан.

Возможно, он был нужен мне даже больше, чем я ему.

Брат был моей семьёй. Да, в новом мире у меня появились покровители, союзники, друзья и даже что-то вроде родственников, но без Броннана всё это было неполным.

Я снова прикрыл глаза.

Скамья подо мной будто стала ещё жёстче, чем раньше, но встать пока не хватало сил, а от влажной одежды мороз гулял по коже.

Перед внутренним взором пронеслись воспоминания, как я и Броннан остались одни, как мы приспосабливались к новой жизни в лагере для беженцев в разрушенной провинции Матоба, как искали лучшей доли в соседнем городе, как брат радовался, когда я смог наконец привыкнуть к протезу, а потом получил работу в ремонтном цехе «Тайнен-Тех».

В том страшном изменившемся мире мы были одни. Мы поддерживали друг друга, и только это помогло нам выжить.

Сейчас мир для нас снова изменился. Почти два месяца прошло с того момента, как мы оба попали сюда. Два паршивых месяца прошло, а брата я до сих пор не нашёл…

Я открыл глаза и посмотрел на Люче.

– Ты ошибаешься. Мой брат никогда не поднимет на меня руку, если будет знать, кто перед ним.

Девушка обхватила меня за плечи и помогла сесть на скамье. Куртка, которой я был накрыт, соскользнула и упала на пол. Посмотрев на неё, я вспомнил об охотнике Волькири, но Люче снова вернула меня к мыслям о брате.

– Я бы очень хотела ошибаться, Киро, – ответила она, – но, увы, я никогда не ошибаюсь. Такова неизбежность.

– Ты сказала об этом директору Стронгу?

– Нет, не сказала, хотя должна была. Но ты ведь понимаешь, что если бы Альмагор узнал о том, какая судьба ждёт тебя в Гнездовье, то ни за что не согласился бы тебе помогать. Он бы не пустил тебя туда, понимая, как ты ценен для нас. И если Альмагор когда-нибудь узнает, что я не предупредила его об опасности, то возненавидит меня. Во времена испытаний мы все обязаны считаться со страшной правдой.

Я нахмурился.

Неприятно, когда твою собственную смерть от руки брата называют «неизбежностью» и «страшной правдой».

– Не говори директору, – попросил я Люче. – Теперь только ты и я будем знать об этом.

– Ты возлагаешь на меня непомерный груз, Киро. Это эгоистично с твоей стороны. Я могла бы предотвратить трагедию, но вместо этого потакаю тебе. Конечно, я знала, что ты не испугаешься смерти и не отступишь, но всё же…

– А что ты ещё видела в том сне? – Я внимательно посмотрел на бледное лицо Люче, ловя каждую её эмоцию.

Она опустила глаза.

– Это было короткое видение о том, как он убивает тебя. Одна маленькая сцена.

– И как Броннан меня убивал?

Это был неприятный вопрос, но я должен был его задать.

Люче глянула на меня, и её синие глаза наполнились слезами.

– Он сжёг тебя, выбросил труп в воду и презрительно плюнул вдогонку.

Я прокашлялся, приложив кулак к губам. Хреновое ощущение. Чем больше я узнавал детали, тем больше не верил, что такое возможно, но мне нужны были подробности.

– А как именно это происходило? Как выглядел мой брат? Какая у него комплекция, лицо, одежда? Что за местность была вокруг? И что в это время делал я?

Девушка вздохнула и отвернулась, но всё же ответила:

– Ты был без оружия и защиты. Ни доспеха, ни фантомного покрова, ни щита. Только нищенские лохмотья. Дырявые тканевые туфли, грязные штаны, жилет, обвязанный кушаком, и потёртые наручи из коричневой бычьей кожи. Ты был обессилен и избит. Стоял перед братом весь в крови… смотрел на него и говорил: «Ну давай же, урод, сделай это»…

Люче смолкла, стерев слёзы пальцами.

Мне, наверное, тоже стоило бы всплакнуть.

– И что было дальше?

– Твой брат взмахнул руками и отправил в тебя поток огня вместе с псионной волной. Ты был дезориентирован и не смог двигаться. Твоё тело вспыхнуло… одежда, волосы… ты упал прямо ему под ноги, а он дождался, когда пламя чуть стихнет, потом перекатил твой труп ногой и сбросил в воду. Это всё, что я видела. Больше ничего. Ни места события, ни того, как выглядел твой брат. Я будто смотрела на тебя его глазами. Помню только твоё вспыхнувшее тело, смерть и падение в воду.

Я сжал кулаки.

Лучшей участи не придумаешь. Мой двенадцатилетний брат Броннан сжёг меня и выбросил в воду. Ещё и плюнул вдогонку. Охренеть.

– Ты ведь всё равно пойдёшь в Гнездовье? – спросила Люче, хоть и знала ответ.

– Пойду.

Она опять вздохнула.

– Этим ты похож на Альмагора. Когда-то я тоже предсказывала ему смерть, но он продолжил идти к своей цели, зная, какой будет расплата.

Пока она это произносила, я почувствовал, что во мне вновь появляются силы, будто в меня вдруг влили порцию бодрости.

Я поднялся на ноги, нависнув над девушкой.

– Никто не умрёт, Люче.

– Да будет так, – прошептала она.

Всякий раз, когда я стоял так близко к сестре директора, мне становилось не по себе. Она будто в душу заглядывала и заставляла сознание вязнуть. Опять бросилась в глаза разница в росте. Люче была заметно ниже меня.

Чтобы больше не разговаривать о собственной смерти, я вернулся к вопросу об охотнике.

– А что с…

Девушка ответила мне, даже не дослушав:

– Фламер Волькири жив, но в глубоком сне, на грани жизни и смерти.

Она указала взглядом на скамью, стоящую у стены. Там, укутанный в плащ-хамелеон, лежал охотник.

– И когда он проснётся? – спросил я, дёрнувшись в его сторону, но Люче ухватила меня за руку и остановила.

– Не стоит. Любое наше вмешательство может нарушить хрупкое равновесие, в котором он сейчас находится. Пусть лучше им займётся Фонтей.

Я снова посмотрел на Люче.

– А что насчёт…

– Да, – сразу ответила она, опять опередив мой вопрос. – Ты получил четвёртую высоту. Она твоя.

Жаркая волна прокатилась по мышцам.

Я глянул на свои ладони.

– И значит, я могу…

– Только не здесь, – усмехнулась Люче. – Чтобы виртуозно владеть силой четвёртой высоты, тебе придётся пару дней позаниматься с опытным магом. До тренировки тебе лучше не призывать Сьюн из Каскадов и не использовать магию. Ты ещё успеешь насладиться новым рангом и своим обновлённым ратником, но пока – потерпи.

Я опустил руки. Если честно, призвать Сьюн – это первое, что я хотел сделать, выйдя из портала, а тут – потерпи.

– Постараюсь, – буркнул я. – Кстати, как ты смогла…

Девушка опять не дала задать мне вопрос (вот пристукнуть бы её уже!) и ответила:

– Я сама нашла вас на озере. Тебя и твоего ратника. Белая Сова помогла мне донести тебя до портала, а потом мы нашли Волькири. Больше никого там не было. Лишь мёртвый маг, замурованный в земле, и ещё… мёртвые зарглоки. Самка и детёныши.

Значит, копии зарглоков погибли и, скорее всего, воскресли в моём мире. Отличный подарок я отослал своей погибающей цивилизации. Четыре разъярённых гигантских птицы.

– Белая Сова рассказала, что на вас напали маги Ниманда, – добавила Люче и презрительно прищурила глаза.

Наверняка вспомнила, как пострадала от атаки Беллы Мориц.

– Нет, это мы на них напали, – поправил я её.

Моя рука юркнула в карман брюк.

Я достал скомканные золотистые шнурки.

– Это принадлежало профессору Зойту. Он преподавал когда-то в школе Трон-Стронг, ещё при твоём отце.

Люче глянула на шнурки.

– Профессор Руф Зойт? О, это ужасно… Тебе повезло, что ты остался жив. Это один из искуснейших магов Атласа. Я точно не знаю, что за конфликт был между Альмагором и профессором Зойтом, но после этого брат уволил профессора без права восстановления. Но лучше спросить об этом у Альмагора.

Тут она была права.

К Стронгу у меня накопилось много вопросов. И насчёт прошлого, и насчёт настоящего.

Люче сказала, что её брат всё подготовил к поездке в Гнездовье. Это значило, что он договорился о невозможном – об официальном приёме делегации в городе тёмных отбросов. Как ему это удалось, я даже не представлял. Вожак полумагов Дуивель согласился принять у себя магов Атласа. Историческое событие.

– А когда можно будет… – Я начал озвучивать очередной вопрос, и опять Люче меня перебила (это уже серьёзно напрягало).

– Альмагора сейчас нет в школе, – ответила она. – Брат будет только завтра утром, тогда и встретишься с ним.

– Люче, может, хватит так делать? – процедил я.

Девушка мягко улыбнулась и покосилась на ворота портала.

– Не сердись, Киро, но все вопросы написаны на твоём лице. К тому же, скоро мы прибудем в школу.

Она перестала улыбаться и лизнула кончиком языка свою верхнюю губу.

– Как необычно. Твоя кожа поменяла вкус… хм… стало больше горечи, но в то же время добавилось что-то ещё… приятный свежий оттенок с нотками мяты… м-м-м… вкусный…

– Оставь мою кожу в покое. – На этот раз я перебил её сам и шагнул ближе к воротам портала.

Порой я забывал, что Люче не от мира сего, и начинал воспринимать её как нормального человека, но её закидоны насчёт вкуса чьей-нибудь кожи мгновенно возвращали меня на землю.

Мы встали у ворот портала, ожидая, когда те откроются.

– Ну и как ты себя ощущаешь на четвёртой высоте? – поинтересовалась Люче таким тоном, будто спросила, нравится ли мне новый галстук.

Я пожал плечом.

– Вообще никаких ощущений.

– Поверь, как только ты опробуешь новую силу на тренировке, то сразу почувствуешь изменения. Они будут прекрасны. К тому же, тебя будет тренировать хороший маг.

– А кто именно?

– Узнаешь.

Больше Люче ничего не сказала, потому что открылись ворота портала, и перед нами предстали красные крыши Квартала Рубрум. Увидев их, я невольно улыбнулся, будто вернулся домой.

Этот вид внушал мне спокойствие.

Ранним утром Квартал пустовал, все были на занятиях. У моста из маг-металла нас встречал только один человек.

Филат Фонтей.

Маг стоял в своём неизменном одеянии: зелёном костюме, кожаном фартуке и шапке-шлеме, сдвинутом на затылок.

– Адами Нобу, ну и как вам живётся с четвёртой высотой?

Ну вот, ещё один.

Он расплылся в улыбке, когда я спустился с крыльца портала и пошёл по мосту в сторону своего Квартала.

Всё это время со щекастой физиономии Фонтея не сходила улыбка, будто между нами не было ссоры. Но и как в случае с Люче, на его вопрос о новом ранге я не смог ответить. Пока мне никак не жилось с четвёртой высотой – потому что я её попросту не ощущал.

Как только я сошёл с моста, сварщик заключил меня в объятья. Стиснул так, что чуть рёбра не сломал.

– Как же я рад, Киро! Ты получил долгожданный ранг! Буф будет доволен своим подопечным! – Его тяжеленная ручища встрепала мне волосы на макушке. – А теперь тебе нужно отдохнуть и залечить царапины. Я могу снова предоставить тебе палату в больничном чертоге. Похоже, в прошлый раз тебе там понравилось. Правда, после твоего лечения нам пришлось ремонтировать кровать. Очень уж ножки расшатались.

В другой ситуации меня бы позабавила его шутка, но не сейчас.

Я посмотрел на него серьёзно.

– Спасибо, адами Фонтей, но мой ранг дался слишком высокой ценой, чтобы праздновать.

Маг сразу стал серьёзным и сосредоточенным, готовый действовать немедленно.

– Что-то с Фламером?

– Да, – кивнул я. – Он использовал заклинание Телесного замедления, чтобы выжить после ранения.

– Ох, боги-боги… – Фонтей моментально обо мне забыл и поспешил в портал, где осталась ждать Люче.

Я проводил его взглядом и тут почувствовал, что на меня кто-то смотрит.

Этот кто-то не стал долго скрываться. Из тени ближайшего дома ко мне вышел Буф Такес.

– Хорошая работа, Нобу. – Сказал он на ходу, оглядывая меня внимательно и напряжённо. – Четвёртая высота – это уже совсем другой уровень. Какой бы ценой она тебе ни досталась, но ты её получил.

Это был второй раз, когда Буф меня похвалил. Первый раз он сказал мне «Молодец» ещё в Юбрионе, когда я применил Оковы воли, подчинив себе ауру горгуна.

Хотя слышать от него похвалу всё равно было непривычно.

Буф явно пребывал не в том настроении, чтобы раздавать комплименты. Всё как всегда: мрачная физиономия и опасный взгляд.

Тренер подошёл ко мне и протянул ладонь для рукопожатия. И только когда я крепко пожал его руку, получив ещё и одобрительный кивок, то понял, в чём дело.

Теперь мы были с ним одного ранга и оба владели четвёртой высотой. Отныне по силе райфу мы были на равных.

– Пошли, мне кое-что тебе рассказать надо. – Буф, как обычно, не тратил время на лишние церемонии.

Он развернулся и быстро направился в сторону общежития для первокурсников. Я поспешил за ним, но пока мы не дошли до места, не преодолели коридор, не поздоровались с Эмилем и не закрыли дверь моей комнаты, Буф не проронил ни слова.

Как только мы остались одни, он приступил к разговору.

Говорил тренер, как всегда, чётко и только по делу:

– Делегация отправится в Гнездовье через четыре дня. Сам император Ксабир присутствовать не будет. Поедут два его помощника с юристами, два генерала и охрана. Меня поставили личным телохранителем первого помощника Йорго. Делегация будет небольшая, Дуивель осторожничает.

Я нахмурился.

– Как он вообще согласился принять делегацию магов?

– Стронг добился личной встречи с императором Ксабиром, – ответил Буф. – Он рассказал императору об угрозе ураганов и разрушительной магии Ниманда. Стронг знал, на что давить. Император давно ждал момента и веской причины, чтобы заключить с отбросами перемирие. А тут появилась общая угроза. Императорский двор выслал официальную депешу Дуивелю, ну а на того повлияла уже королева Калеста. Она ведь лично видела Творцов и знает, что угроза ураганов – не пустой звук. Ответ из Гнездовья последовал скорый. Его подкрепили четыре печати. Печать вождя полумагов Дуивеля, печать королевы сильф Калесты, печать командующего армией горгунов Кузо и Отец мертвоедов Хинрик. Все они согласились принять у себя делегацию магов Атласа.

Я слушал Буфа и понимал, какая грандиозная работа была проведена Альмагором Стронгом, чтобы организовать такую встречу. Оставалось только использовать это по максимуму.

– А теперь вопрос, Нобу, – продолжил Буф. – Как ты собираешься проникнуть в Гнездовье?

– Они снимут магическую защиту на всех звеньях, когда делегация будет въезжать в город, – ответил я. – Для начала мне нужно будет попасть в Общественную Канцелярию Дуивеля. Карта города мне известна.

Буф покачал головой.

Весь его вид говорил, что я задумал невозможное, но сказал он только одно слово:

– Удачи.

(Между строк читалось: «Ты самоубийца, Нобу»).

Мы помолчали. Кажется, Буф тоже меня похоронил, как и Люче.

– Телохранителем второго помощника императора будет Филат Фонтей, – вдруг добавил он. – Фонтей сам вызвался, и Стронг предложил его кандидатуру. Второй помощник императора не стал возражать, потому что не дурак. Внеранговый маг-заклинатель – это мощнейшая сила и лучшая защита, какая только может быть.

– А разве сам Стронг не поедет? – удивился я.

Тренер стал мрачнее обычного.

– Дуивель не хочет видеть его в своём городе. Он лично отметил это в своём письме. И добавил, что примет Альмагора Стронга только в одном случае. В качестве тюремного заключённого.

Теперь и я помрачнел.

– А что насчёт моей подготовки? Люче сказала, что четвёртой высотой так просто не воспользуешься. Нужна тренировка, чтобы научиться использовать силу. Ты знаешь, кто будет меня тренировать?

Я уставился на Буфа в ожидании ответа. Напрягся так, будто ждал судебного приговора.

Буф не стал изображать загадочность и ответил прямо:

– Это будет директор Стронг…

Книга 4. Эпизод 2.

Наверное, на моей физиономии слишком явно отразилось беспокойство, потому что Буф вскинул брови.

– Да нормально всё. Не переживай.

Буф Такес сказал: «Не переживай».

Это было так же странно, как если бы какой-нибудь монстр перестал грызть мою ногу и произнёс: «Да ладно, не переживай, дружище».

– Ну да, – кашлянул я. – Мне всего-то придётся драться с директором Стронгом, магом шестой высоты. Чего переживать. А тебя самого, кстати, кто тренировал на четвёртой высоте?

Буф пожал плечами.

– Он и тренировал.

– Ну и как? Тяжело было?

– Увидишь.

– «Увидишь, узнаешь», – поморщился я. – Вы можете мне нормально сказать?

– Не психуй. Лучше вздремни. – Буф шагнул за порог, но перед тем, как закрыть за собой дверь, остановился и добавил: – Тут Факультет Ядов и Смол к мероприятию готовится. Не удивляйся. Шуму будет на весь Квартал.

– Какое ещё мероприятие?

– Увидишь.

Буф захлопнул дверь.

Опять «Увидишь». Прямо Клуб любителей недомолвок.

В одном Буф был прав: вздремнуть бы не помешало. Двое суток в горах не прошли даром. Первую ночь я спал на камне, подложив под голову рюкзак, а вторую ночь не спал совсем – вместо этого полудохлый купался в ледяном озере.

С другой стороны мне всё равно повезло больше, чем Фламеру Волькири.

Вспомнив об охотнике, я вынул из кармана кулон, что он мне дал перед тем как заснуть. Волькири сказал, что украшение принадлежало его жене, а теперь он хотел бы передать его дочери.

Её имя Хилар, кажется.

Он назвал её приспешницей Ниманда, и это, прямо скажем, не самое лучшее, что с ней могло случиться. Как она вообще к нему попала, если учесть, кем работает её отец?..

На этот раз я внимательнее рассмотрел украшение.

Кулон был необычный. С виду – маленький круг на цепочке, размером с монету, но если вглядеться, то внутри круга угадывался необъятный простор, будто это замочная скважина, подглядывающая в космос. Россыпи созвездий, сияние, иссиня-чёрная глубина. И далёкие планеты… которые двигались…

Я еле оторвал от кулона взгляд и сунул в ящик тумбочки у своей кровати. Туда же отправил два золотистых шнурка из другого кармана.

Вот теперь можно было снимать влажную одежду.

Чтобы из грязного и усталого парня превратиться в чистого и усталого парня у меня ушло полчаса. Я быстро принял душ, переоделся, обработал царапины на лице и осмотрел синяки на теле. Пока я возился, в комнату принесли обед.

Эмиль постарался, но самого вахтёра я не застал.

На подносе стояли миски с едой, благоухая на всю комнату: бульон, мясное рагу, что-то вроде отбивной, гарнир из тушёных овощей, салат. Дополнял всё это графин с соком и… бутылка амброзии.

Школьный вахтёр принёс мне аперитив!

Амброзия явно не входила в рацион студентов – Эмиль пожертвовал её из своего запаса.

Золотой человек.

Я откупорил бутылку и нехило так к ней приложился, выхлебав сразу половину. Никогда местное пойло не казалось мне таким вкусным. Да что там. Это был божественный нектар, пролившийся не только в желудок, но и потёкший по сосудам вместо крови. Не удивлюсь, если моя кожа озарилась светом от удовольствия.

По телу пронёсся жар, и меня немного расслабило.

Допив напиток, я приступил к еде и только сейчас осознал, насколько голоден. Теперь и вкус мяса показался мне чем-то запредельным, будто я сто лет был на диете.

Перекусив, я почувствовал себя почти нормальным человеком.

Мысли вернулись к прошедшим событиям. Чего только не произошло за последнее время.

Я подготовил себя к походу в Гнездовье как мог.

Узнал кое-что о полумагах, их иерархии и защите города, заполучил рисунки и карты от Фонтея, натренировал силовое мастерство и поднял себе ранг до четвёртой высоты. Даже надавил на Стронга, чтобы он организовал встречу с Дуивелем. Осталось совсем немного – пройти тренировку у директора и обговорить детали поездки с Буфом и Фонтеем.

Но это будет только завтра, а сейчас…

Я уселся на кровать, по привычке прислонившись спиной к стене, и взял первую попавшуюся книгу с тумбочки – «Виды и расы ратников».

До неё я ещё не успел добраться.

Как только мои глаза увидели страницы, заполненные мелким шрифтом, рисунки, схемы, списки и кучу информации, то сразу начали слипаться. Я потёр их кулаком и скользнул беглым взглядом по обложке…

…и тут мороз пронёсся по спине.

Внизу на переплёте я увидел маленькую эмблему: две перекрещенных золотых стрелы. А ведь мне уже встречался этот символ – на заколке, воткнутой в пучок волос на голове профессора Зойта.

– Вот это новости, – пробормотал я, нахмурившись.

Самое интересное, что авторами книги были указаны два человека: Альмагор Стронг и Руф Зойт. Значит, они вместе изучали ратников, их особенности и виды.

Может, на этой почве они и поссорились? Не сошлись взглядами на использование призванных воинов?..

Я снова потёр глаза кулаками.

Итак, согласно книге, всего существовало девять рас ратников. На первый взгляд не так уж много, но когда я открыл схему их деления на подвиды и боевые перевоплощения, то понял, что поторопился с выводами.

Десятки подвидов и перевоплощений.

В книге имелись и картинки к каждому виду ратника.

Кого там только не было. Тощие и мускулистые, долговязые и низкорослые, похожие на людей или совсем странного вида. Все такие разные: цвет кожи, форма ушей, носа, черепа, с огромными ногами, неказистые или, наоборот, чересчур изящные. Женского и мужского пола.

Байши, гобличи, сатхары, люди-рыцари…

От разнообразия воинов разбегались глаза, но некоторые названия были мне уже знакомы.

Например, раса «байши».

Они имели больше двадцати подвидов и тридцать восемь боевых обликов. К байши относился ратник Раста Гровера. Железная Агвид – широкоплечая девушка, похожая на индианку, лихо управляющая боевыми цепями.

Она была древесной байши с боевым перевоплощением «воин с цепями». Ещё были озёрные, степные, байши-тритоны и много других. Как я понял, от подвида зависели методика боя и оружие ратника.

У расы «сатхар» подвидов имелось столько же, но вот боевых перевоплощений меньше. В основном стрелки или те, кто владел метательным оружием.

К примеру, у Сета Йорго был сатхар с боевым перевоплощением «лучник», краснокожий парень по имени Вульф Птица. Также встречались метатели дротиков, клинков, гарпунов и бумерангов. Были и те, кто мастерски владел арбалетом или духовой трубкой, стреляющей иглами.

Были тут и гобличи.

Сразу вспомнился ратник Тома Обри – панцирный гоблич Хуго Коготь. И неважно, что он зеленорожий уродец, зато сильный воин с булавой и при толстенной броне.

Этих гобличей насчитывалось двадцать шесть подвидов. Не только панцирные, но и чешуйчатые, желтотелые, бронекостные, гребенчатые, краснобрюхие, узорчатые и дохрена ещё какие.

Правда, всё это я просмотрел вскользь.

Больше всего меня интересовал раздел с расой «люди-рыцари». К ним принадлежала Сьюн Белая Сова.

В отличие от других рас, людей-рыцарей было немного. Всего четыре подвида: рыцарь-палач, рыцарь-всадник, рыцарь с тотемом и рыцарь Тёмного ордена. Самым распространённым был палач, а самым редким – тёмный рыцарь.

В бою люди-рыцари перевоплощались в воинов с мечом, топором, саблями, боевым молотом и прочим рубящим и дробящим оружием.

Судя по описанию, к палачам относился Гектор, ратник Триш Лаван, а вот Кезарий, воин директора, был самым редким из своей расы – рыцарем Тёмного ордена. В бою он умел перевоплощаться в фантомного воителя, но такая сила давалась только с шестой высотой.

Сьюн была рыцарем с тотемом.

Несложно было догадаться, каким тотемом она обладала. Белая Сова.

Как я понял из книги, тотем защищал и придавал силу ратнику, но самое главное, что на высоких рангах рыцарь мог призывать свой тотем для боя. Правда, этот навык Сьюн получит только на пятой высоте.

Невольно представилась картина, как в пылу сражения к Сьюн присоединяется её тотем, громадная птица в защитной броне, с острейшими когтями, а мой ратник сияет в обновлённом белом доспехе.

Я погрузился в фантазию настолько, что не заметил, как заклевал носом, прямо над книгой…

Проснулся я, лёжа головой на подушке и прикрытый одеялом.

Рядом звучали приглушённые девичьи голоса.

– …ну пожа-а-а-а-луйста, Ри-и-и-ин. Ну пойдём. Я так хочу сходить, ну пожа-а-а-алуйста-а-а-а. Никто ведь нам не запрещал туда прийти. Ну хотя бы посмотреть, Рин. Ну Рин, ну пожалуйста. Ну Ри-и-ин…