Нежная прихоть плейбоя

Heidi Rice

Captive at Her Enemy’s Command

© 2018 by Heidi Rice

© «Центрполиграф», 2019

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2019

Пролог

«Это твой шанс. Не упусти его».

Кэти Уиттейкер прижалась ухом к двери. Сердце ее бешено колотилось.

– Дело Ллойда Уиттейкера будет слушаться завтра. Деннерс и Рамирез могут доставить ее в суд для дачи показаний. Она держится неплохо. Довольно отважный ребенок, учитывая все то, что ей пришлось пережить.

Она – ребенок? Ее щеки вспыхнули.

Ей уже девятнадцать. Она не ребенок! Уже не ребенок. Не после того, что случилось две недели назад. Дрожь пробежала по телу Кэти, когда она вспомнила душераздирающие крики своей родной сестры.

Но не стоит думать об этом. Все уже позади. Сейчас Меган в Италии вместе с Дарио Де Рос-си – мужчиной, который спас ее. И за которого она теперь собирается выйти замуж.

Кэти постаралась справиться с приступом паники и ощущением одиночества.

Безусловно, Меган заслужила свое счастье. Заслужила, потому что смогла оказать сопротивление отцу и принять удар на себя. А она, Кэти, как всегда, осталась в стороне. Вместо того чтобы самой ворваться в комнату и наброситься на обидчика, она побежала за помощью.

Знал ли Джаред Кейн, эксперт по безопасности, которого приставил к ней Дарио, какой она оказалась трусихой?

Кэти хотелось нравиться ему. С самой первой встречи, когда их представили друг другу и его сильная рука сжала ее пальцы, словно послав сквозь нее пять тысяч вольт.

Но что бы она ни делала, ей никак не удавалось привлечь его внимание.

Если Кэти послушно следовала инструкциям Джареда, он вообще переставал появляться в поле ее зрения, оставляя ее на попечение своего ассистента. А когда она начинала спорить, он терпеливо выслушивал ее жалобы, словно капризы избалованного ребенка, и его отношение к ней становилось еще более снисходительным и покровительственным.

Но сегодня все должно было измениться. Кэти собиралась наконец дать ему понять, что она вовсе не ребенок, нуждающийся в постоянной опеке. Она хотела показать ему настоящую Кэти. Показать, что она могла быть такой же смелой, как Меган.

Ее пальцы стиснули ручку двери.

«Знаешь, кто ты, Кэти? Ты такая же, как твоя мать».

Слова Ллойда Уиттейкера, жестокие и разрушительные, вспыхнули в ее сознании.

Но это неправда! Она была ни капельки не похожа на Алексис Уиттейкер – о чем не раз говорила ей Меган, – женщину, которая унижала каждого, кто ее любил. Ллойд Уиттейкер в своем вечном недовольстве жизнью пытался внушить Кэти, что она безответственна, глупа и легкомысленна – точь-в-точь как ее мать. Только две недели назад они с сестрой узнали, что Уиттейкер даже не был их биологическим отцом. Этот обман ему нужен был для того, чтобы присваивать деньги из их трастового фонда. Да что он тогда вообще мог знать об их матери?

Кэти решительно повернула дверную ручку и вошла в комнату. Долго задерживаемое дыхание с шумом вырвалось из ее легких, когда Джаред поднял голову и пристально посмотрел на нее. Он стоял перед окном. Его широкоплечий силуэт четко вырисовывался на фоне освещенной фонарями улицы.

– Кэтрин? Какие-то проблемы? – Он засунул телефон в задний карман брюк.

Его сосредоточенный на ней взгляд придал ей смелости.

Кэти нравилось, как Джаред смотрел на нее. Словно она была единственной, кого он видел. Единственной, кто имел для него значение в этот момент.

Так на нее еще никто не смотрел. Даже Меган.

Кэти прошла через комнату, бесшумно ступая босыми ногами по пушистому толстому ковру.

– Возможно, – сказала она.

– И что же случилось?

Кэти услышала в его голосе озабоченность. Профессиональная черствость его еще не коснулась.

Она остановилась достаточно близко, чтобы вобрать в себя суровую красоту его резко очерченного лица. Скользнуть взглядом по шраму на верхней губе и коротко остриженным волосам в стиле американских морских котиков.

Кэти всегда чувствовала себя слишком высокой – пять футов восемь дюймов, – но Джареду Кейну, когда она приблизилась к нему, пришлось наклонить голову, чтобы встретить ее взгляд.

Такое очевидное превосходство оказало на нее странное действие. Она почувствовала, как в животе у нее что-то сладко сжалось.

– Почему вы так редко называете меня по имени? – спросила она.

Его взгляд остался холодным и невозмутимым. Синие, словно ирисы, глаза казались бездонными – в них можно было утонуть. Ощущение было таким острым, что все ее мышцы напряглись.

Наконец какая-то жилка дернулась на его щеке, и Джаред опустил взгляд.

Кэти почувствовала, как по всему ее телу разливается жар. Мягкая ткань футболки показалась ей наждачной бумагой. Ее соски затвердели, превратившись в два острых пика.

Застыдившись, она скрестила руки на груди. Ну почему она не надела бюстгальтер?

Заметил ли Джаред произведенный им эффект?

– Идите спать, Кэтрин, – произнес он со вздохом.

Она помотала головой:

– Я не хочу. Я хочу остаться здесь. С вами.

Ее взгляд остановился на белом шраме, рассекавшем его верхнюю губу. Что будет, если она сама его поцелует? От предвкушения у нее закружилась голова.

– Странная идея. Не вижу ничего хорошего в этом. – Его голос стал хриплым, отрезонировав в самом низу ее живота.

– Почему? – Кэти стояла так близко к Джареду, что могла чувствовать его запах – хвойного мыла и мускуса.

На его скулах заиграли желваки.

– Думаю, вы прекрасно знаете, почему.

Это было все, что ей требовалось. Джаред больше не смотрел на нее как на ребенка. Эндорфины хлынули в ее кровь, не оставив никаких мыслей, кроме одной.

«Просто сделай это. Поцелуй его».

Привстав на носочки, Кэти обвила его шею руками и прижалась к его губам.

Мятное дыхание коснулось ее щеки, когда Джаред выдохнул какое-то слово. Это подстегнуло Кэти. Ее пальцы начали ласкать его затылок. Его губы приоткрылись, и ее язык проник в глубину его рта, жадно вбирая в себя его вкус – вкус мяты и желания.

Большие руки обхватили ее за талию, длинные пальцы сжали тонкую ткань футболки. Яростная радость распустилась внутри ее, когда их языки сплелись.

Но она недолго наслаждалась победой.

– Черт возьми, Кэтрин… – Сжав ее запястья, Джаред решительно оттолкнул ее от себя. – Какую игру вы тут затеяли?

Жесткие слова прорезали воздух, словно удар мачете.

– Извините, – пробормотала Кэти. – Я думала…

– Что вы думали? Что я хотел, чтобы вы меня поцеловали? – Тон его голоса пробирал до костей. – Я вовсе не хотел!

Ее плечи поникли. Обхватив себя руками, Кэти попыталась справиться с охватившей ее липкой, холодной паникой. Почему ее все отвергают? Она что, действительно недостойна любви?

Ей захотелось исчезнуть. Забраться в какой-нибудь угол и свернуться в клубок, чтобы никто ее больше не видел. Особенно после того, как вопрос, который она никогда не осмеливалась задать, вдруг сорвался с ее языка:

– Почему нет?

Джаред провел пальцами сквозь волосы – жест, вероятно, оставшийся с тех пор, когда они были еще длинными.

– Потому что ты еще ребенок.

Кэти заставила себя поднять голову, чувствуя себя бесконечно униженной.

Джаред выглядел взвинченным и раздраженным. Сдавленный смех вырвался из ее горла.

Ей нужна была реакция невозмутимого Джареда Кейна, и она ее получила. К несчастью, совсем не ту, что ей хотелось.

Он вздернул брови:

– Вы думаете, мне смешно?

Нет, пожалуй, это был самый несмешной момент в ее жизни – но ему этого знать не обязательно.

– Разве нет? – Она выпрямила спину и задрала подбородок – поза, в которой она выслушивала критику Ллойда Уиттейкера, чтобы скрыть свою боль.

– Ты просто избалованная девчонка. – Лицо Джареда потемнело. – Если ты еще раз попытаешься сделать нечто подобное, я тебя отшлепаю. И мне все равно, чья ты там сестра.

– Не беспокойтесь, этого не случится, – огрызнулась Кэти. – Вы далеко не так хороши, как сами о себе думаете.

Развернувшись, она выскочила из комнаты, с треском захлопнув за собой тяжелую дверь.

У себя в комнате Кэти ничком бросилась на постель и уткнулась лицом в подушку, чтобы заглушить рыдания. Ей не хотелось, чтобы Джаред это слышал.

Она вспомнила, какие слова выкрикивал отчим, когда избивал Меган: «Вы обе, как ваша мать. Никакой преданности! Никакого уважения! Две маленькие шлюшки!»

Кэти свернулась калачиком, пытаясь остановить карусель образов, которые вот уже две недели не давали ей покоя. Но они все продолжали крутиться в ее голове, словно фильм ужасов: скрючившаяся на полу Меган с кровоточащими полосами на плечах, ее крик, проклятия отца, свист плетки, рассекающей воздух…

Ее губы все еще помнили вкус губ Джареда, щеки покалывало от прикосновения жесткой щетины на его скулах.

Ллойд Уиттейкер мог ошибаться насчет Меган, наказывая ее за грехи их матери, но насчет ее он был прав.

Глава 1

Пять лет спустя. Амалфи-Кост, Италия

– Пожалуйста… ну пожалуйста! – молила Кэти, но бог батареек ее не услышал. Экран телефона погас.

Она остановилась посреди пыльной проселочной дороги, осознав, что кража рюкзака и скутера было еще не самым худшим, что могло с ней случиться сегодня.

Солнце над холмами опустилось еще ниже, удлинив тени лимонных деревьев.

Утром Кэти наслаждалась этим видом, встречая рассвет на старенькой «Веспе», в поисках уединенного уголка для отдыха. Но теперь она была охвачена тревогой, к которой присоединилась и нешуточная усталость. Через час, максимум через два станет уже совсем темно. В десятках миль от ближайшего города, без транспорта, без денег, без связи – Кэти опустила взгляд на свои босые ноги, покрытые грязью до самых колен, – и без обуви.

Устояв перед желанием зашвырнуть телефон, не подающий признаков жизни, вниз на камни, она убрала его в карман.

Какая ирония! Три месяца назад, когда она прибыла в аэропорт Шарля де Голля из Нью-Йорка, не имея с собой ничего, кроме рюкзака и коробки красок, подаренной Меган. Тогда все, чего ей хотелось, – это путешествовать налегке и самой себя обеспечивать.

Ей хотелось доказать себе и всем окружающим, что она не пустоголовая фанатка сериалов и не дурочка, зарабатывающая на кликах.

В первую ночь, оказавшись в маленьком хостеле возле Бастилии, Кэти была в ужасе. Но время шло, и она нашла для себя в Европе то, чего не могла найти в Америке. Анонимность и ежедневный нелегкий труд дали ей наконец возможность повзрослеть.

У нее появились новые друзья – официанты из брассери в Маре, горничные из отеля около площади Сан-Марко, туристы из пешего похода по Камино-Реаль. Но только в последние несколько недель Кэти удалось оценить собственные достижения. Она начала зарабатывать неплохие деньги на своих акварелях, которые каждую неделю посылала в маленькую галерею во Флоренции.

Она крепче прижала к груди свою бесценную коробку. По крайней мере, у нее остались ее краски.

Да, сегодня утром Кэти приобрела новый для себя опыт. Оказалось, что в плане личной безопасности ей еще многому нужно учиться. Если бы она не была настолько увлечена своей работой, когда непонятно откуда вдруг появились эти Пинки и Перки, им вряд ли удалось бы с такой легкостью увести ее скутер и исчезнуть в облаке пыли с победными криками.

– Почему мне всему приходится учиться на собственных ошибках? – с горечью думала Кэти.

Ее ноги, сбитые в кровь на каменистой дороге, невыносимо болели. В голове стучало так, словно ее приложили ее же собственным рюкзаком.

Хотя, может, так оно и было на самом деле.

Кэти ощупала внушительную шишку на лбу.

Если бы она сейчас встретила Пинки и Перки, она проткнула бы их своим остро заточенным карандашом и изжарила бы на костре, как бекон. К этому времени она уже чертовски проголодалась.

Звук мотора прервал ее гастрономические фантазии. Метрах в ста впереди, у развалин заброшенной фермы она заметила спортивный автомобиль с низкой посадкой, неуклюже подпрыгивающий по ухабистой дороге.

У Кэти перехватило дыхание. Облегчение было таким острым, что она почувствовала слабость и тошноту. Возможно, теперь ей удастся добраться до Сорренто!

Элегантный кабриолет был совсем новым и чертовски дорогим. Ее кольнуло нехорошее предчувствие. Что этот парень делает тут, на разбитой сельской дороге, рискуя испортить себе подвеску?

Прикрыв волосами шишку на лбу, она взялась за коробку двумя руками, готовясь в случае чего использовать ее как оружие.

В нескольких милях от нее машина остановилась. Щелкнула дверь, и на дорогу вышел высокий мужчина. Он стоял против света, и Кэти было трудно его разглядеть, но ее сердце пропустило удар, когда темная фигура начала приближаться к ней. Походка, расслабленная и в то же время уверенная, показалась ей странно знакомой.

Джаред Кейн? Какого черта?..

Мужчина подошел ближе и остановился, наклонив голову, словно желая в чем-то удостовериться.

Внезапная тяжесть, которую Кэти ощутила внизу живота, была также пугающе знакомой.

Нет, это не мог быть Кейн. Это просто галлюцинация. Или последствие мозговых нарушений. Или то и другое одновременно.

– Привет, Кэтрин.

Низкий голос, деловой и резкий, напомнил ей о самой неприятной ситуации в ее жизни. Возможно, даже более неприятной, чем та, в которой она оказалась сегодня.

– Что вы здесь делаете? – наконец выговорила Кэти, все еще надеясь, что его образ вызван из глубин ее подсознания.

Но затем догорающее солнце вспыхнуло на темных прядях волнистых волос – уже не подстриженных так коротко, как пять лет назад, – отбросив золотой отблеск на идеально вылепленное лицо.

И эта вспышка молнией пронзила Кэти, превратив ее в тугой комок нервов.

– Спасаю вас, – ответил Джаред с легкой ноткой сарказма. – А теперь садитесь-ка в машину.

Он пристально осмотрел ее с головы до ног, пытаясь определить, все ли с ней в порядке.

Она была вся в пыли и выглядела усталой, но не более. Несколько часов назад она отправила сестре путаный текст, из которого становилось понятно только, что попала в переделку.

Для Джареда это было больше чем переделка. Он заставил себя сделать глубокий вдох.

«Ты нашел ее. С ней все в порядке. Все, что теперь ты должен сделать, – это отправить ее в Нью-Йорк и снова о ней забыть».

Напряжение, которое грызло Джареда в течение долгих часов, пока его команда прочесывала пять квадратных милей в районе, где айтишники зафиксировали сигнал ее телефона, немного ослабло.

– Я в этом не нуждаюсь, – раздраженно бросила Кэти.

Обруч, сжимавший его горло последние двадцать минут, когда он смотрел, как солнце склоняется к горизонту, снова сжался.

– Это шутка? – Он еще раз смерил ее взглядом, замечая вытянутые бриджи, пыльную рубашку, грязные ноги… а где, черт возьми, ее обувь?

С вызовом уперев одну руку в бок, другой – придерживая коробку, весившую чуть ли не больше ее самой, Кэти сказала:

– Нисколько.

Пропитанные потом волосы прилипли ко лбу, скрывая шишку, но не обгорелую полоску на носу и темные круги под глазами.

– Со мной все в порядке. Не знаю, как вы меня нашли, но думаю, вам лучше снова меня потерять. Договорились?

– Нет, не договорились.

Джаред был раздражен, недоволен и… возбужден.

Ему была знакома эта гремучая смесь. С того раза, когда он, не думая, отреагировал на терпкий вкус ее мягких губ.

– Я не собираюсь вас снова терять. Дарио хочет, чтобы я отправил вас в Нью-Йорк. И как можно скорее.

Кэти надменно подняла брови.

– А я вовсе не собираюсь возвращаться в Нью-Йорк, – произнесла она голосом слишком твердым для девушки, которая выглядела так, словно готова была хлопнуться в обморок.

Пытаясь удержать выскользнувшую из-под локтя коробку, она вскрикнула, ударившись босой ногой о камень.

– Ладно, с этим разговором мы закончили, – сказал Джаред и, шагнув вперед, сгреб ее в охапку.

На мгновение Кэти замерла от испуга, но потом пришла в себя:

– Отпустите меня… Сейчас же!

Ее разгневанный взгляд и возмущенный тон не слишком хорошо сочетались с сияющей на лбу багровой шишкой и обгорелым носом.

– Ни за что. – Терпкий запах лимона, морской соли и сладкого женского пота только усилил охватившее его напряжение.

– Что значит – ни за что? О!

Джаред бесцеремонно бросил ее на пассажирское сиденье, захлопнул дверь и, обойдя вокруг капота, сел за руль.

– Этот вопрос не подлежит обсуждению.

Положив руку на спинку ее сиденья, он дал задний ход и скривился, когда машина ударилась глушителем о камень.

– Как вижу, вы так и не избавились от своей привычки командовать женщинами, – хмыкнула Кэти, но ее сарказм не достиг цели.

Джаред ничего не ответил.

Кэтрин Уиттейкер всегда была проблемой. Если верить таблоидам, после суда над ее отцом и их неудачного поцелуя ее поведение стало еще хуже. Правда, последние несколько месяцев она пропала с радаров, но, по словам Дарио, только потому, что уехала из Нью-Йорка и шаталась где-то по Европе, сводя с ума свою сестру.

Выехав на прибрежную дорогу, Джаред переключил трансмиттер и нажал на педаль газа. Он чувствовал на себе ее негодующий взгляд, но продолжал молчать.

У Кэти было все – шикарный дом, любящая семья и достаточно ума, чтобы стать кем-то. Вместо этого она предпочитала вести себя как капризный ребенок в кондитерской лавке. Возможно, с попустительства Дарио.

– Не знаю, куда вы меня везете, – наконец сказала Кэти, – но вы не сможете заставить меня что-то делать против моей воли.

Он поднял глаза и увидел в зеркале ее злобный взгляд.

– Мне уже не девятнадцать, – добавила она. – И я не подчиняюсь ничьим приказам. Особенно вашим.

– Вы хотели бы выйти и прогуляться пешком еще несколько миль? – поинтересовался Джаред.

Бросив на него уничтожающий взгляд, Кэти отвернулась, отвоевав несколько секунд в попытке восстановить самоконтроль. Она напоминала ему рассерженного подростка.

Умирающий закат позолотил ее волосы и выступившие на груди капли пота. Его охватил жар.

Каким-то образом этому нескладному утенку с большим ртом удалось превратиться в длинноногого и ошеломляюще красивого лебедя. Джаред не мог не заметить этого даже под слоем грязи, пота и пыли.

Он прибавил газу, чтобы обогнать трейлер. Чем скорее он от нее избавится, тем лучше.

– Как вы оказались в Италии? – внезапно спросила Кэти. – Только не надо говорить, что вы проделали этот путь исключительно для того, чтобы увидеть меня.

Джаред простил ей этот комментарий, поскольку даже враждебный тон не мог скрыть ее смертельной усталости.

– Я на Капри с понедельника, – ответил он. – Компания, охраной которой я занимаюсь, открыла там новый курорт. После того как вы отправили сообщение своей сестре, со мной связался Дарио.

– Как же мне повезло, – пробормотала она.

Еще одна порция сарказма, притупленного усталостью.

Не так уж и повезло. «Венус-проект» был серьезным делом, но Джареду не хотелось присутствовать на предстоящих мероприятиях – несмотря на заявления его пиар-команды насчет паблисити, которое можно сгенерировать на европейском рынке, если он покажется там лично. Но после звонка Дарио, прервавшего его заключительные переговоры по поводу поглощения небольшой охранной фирмы высокотехнологичной защиты, его планы изменились.

Сначала его поразило напряжение в голосе друга. Потом на него нахлынула волна стыда при упоминании имени, которое он вот уже пять лет пытался забыть. Когда же Джаред услышал, что Кэтрин пропала где-то на побережье Амальфи и связь с ней потеряна, он больше не колебался.

Джаред отправил команду из «Венус-проект» прочесывать побережье, а сам вылетел на вертолете в Сорренто.

Его пальцы выстукивали нервную дробь на руле. Он и сам не знал, откуда пришел к нему этот импульс. Возможно, просто из-за лояльности к Дарио. Это правда, что он не смог забыть Кэтрин Уиттейкер, но он никогда не был особенно сентиментальным с женщинами. Тем более с такими, как она.

– Как случилось, что вы потерялись в Кампании, да еще без обуви? – поинтересовался он, пытаясь разрядить обстановку. Ответ ему и так был известен.

Побережье Амальфи было меккой для миллионеров – элитная собственность, перворазрядный туризм. Но стоило попасть в трущобы Неаполя, которые находились лишь в тридцати милях оттуда, как от воровства уже никто не был застрахован.

– Я не потерялась, – пробормотала Кэти. – Я знаю, где я, и знаю, куда мне нужно попасть. И это точно не Нью-Йорк.

Так. Значит, в аэропорту у них могут возникнуть проблемы. Но сначала нужно заехать туда, где она остановилась, чтобы забрать ее багаж и паспорт. А потом, когда Кэтрин будет уже на пути домой, он свяжется с полицией. Даже если она не пострадала физически, Джаред хотел, чтобы эти мелкие воришки были наказаны.

– Итак, куда же вы направлялись, не имея ни транспорта, ни обуви?

– В Сорренто. Если бы вы меня туда подбросили, было бы здорово.

– Вы остановились в Сорренто?

Кэти откашлялась:

– Не совсем.

Джаред посмотрел на нее. На ее щеках появился подозрительный румянец.

– Ну и где же тогда ваши остальные вещи?

– Вероятно, на пути во Францию на заднем сиденье украденной «Веспы».

Пальцы Джареда с силой стиснули руль.

– Надеюсь, ваш паспорт избежал этой участи? Брошенный на него взгляд дал ответ, который ему совсем не понравился.

Глава 2

Последние лучи заходящего солнца, отражаясь от капота, отбрасывали резкие блики на лицо Джареда Кейна, делая его еще более неприступным.

Кэти не нужно было видеть его глаза, скрытые за темными очками, чтобы знать, как он недоволен последним поворотом событий.

Ну что ж, добро пожаловать в Клуб.

Она посмотрела на горизонт и закрыла глаза, позволяя хорошо отлаженному механизму кабриолета убаюкать ее, заглушив этим знакомый гул в животе, который начался в ту самую минуту, когда Джаред Кейн вышел на проселочную дорогу из своей дорогой машины.

Кроме яркой внешности, этот мужчина обладал тем, что обычно называют харизмой. Такие легко очаровывают, особенно если у вас есть слабость к плечистым, авторитарным мужланам, которые демонстрируют столько же эмпатии и сострадания, что и острые камни на морском побережье.

По крайней мере, Джаред больше не заговаривал о том, чтобы посадить ее в самолет. Кэти могла бы испытать своего рода удовлетворение от осознания того, что она сорвала его планы, если бы не болезненная пульсация в голове.

Резкий звонок мобильного оказался для нее настоящей пыткой.

– Привет, Дарио, – сказал Джаред и включил конференц-связь.

– Скажи, ты нашел ее?

Сердце Кэти дрогнуло, когда она услышала требовательный и взволнованный голос Дарио.

– Она со мной. Я подобрал ее на проселочной дороге в пяти милях от Сорренто. Мы на громкой связи.

Дарио с облегчением выругался:

– Кэти, ты в порядке? Что случилось?

– Все нормально. Честно. Ничего серьезного. Меня ограбили, но я не пострадала. Я не хотела, чтобы вы с Мег беспокоились.

– С ней действительно все в порядке, Джаред? – спросил Дарио.

Зоркий взгляд почти осязаемо прощупал ее с головы до ног.

Гудение в животе возобновилось.

Кэти прижала руку ко лбу, помня о шишке, спрятанной под волосами. Ей не хотелось, чтобы Джаред и Дарио знали об этом. Это лишь даст им лишний повод обращаться с ней как с ребенком.

– Да, в порядке. За исключением разве что сбитых ног, – произнес Джаред после тщательного осмотра.

– Я сижу прямо здесь, Дарио, – язвительно напомнила Кэти, стараясь не терять самообладания. Она помнила то время, когда ей было девятнадцать. Тогда именно Дарио и Кейн всегда решали, что будет лучше для нее.

Вспышка возмущения померкла, когда она услышала голос Меган.

– Кэти, слава богу, с тобой все в порядке! Я ужасно беспокоилась.

Кэти почувствовала себя виноватой.

– У меня разрядился телефон, – начала оправдываться она, жалея, что поддалась панике и отправила сообщение. – Со мной все в порядке. Честное слово!

– Ты сейчас где? – спросила сестра.

– С Кейном, в его машине. – Слава богу, направляющейся в Сорренто, а не в аэропорт.

– Мы можем перевести деньги. Сколько тебе нужно?

Кэти ужасно хотелось отказаться от этого предложения, особенно сейчас, когда рядом был Джаред.

– Две сотни евро будет достаточно, – пробормотала она.

Достаточно на пару ночей в хостеле, чтобы за это время связаться со страховой компанией и продолжать рисовать. Как только Кэти сделает несколько акварелей, она может отправиться с ними на Пьяцца Тассо. Главная площадь Сорренто с его бурной артистической жизнью и нескончаемым потоком туристов была превосходным местом, чтобы продать работы.