Герои в поисках приключений
- -
- 100%
- +
«Ты не там ищешь», – ответила она. – «Здесь мы готовимся к празднику».
«Но мне сказали, что они тренируются во дворе Короля», – сказал сбитый с толку Тор.
Девушки снова расхохотались. Самая старшая из них положила руки на берда и покачала головой.
«Ты как будто здесь впервые. Разве ты не знаешь, что королевский двор очень большой?»
Тор залился краской, когда девушки начали смеяться, и ушёл прочь. Ему не нравилось, когда над ним смеялись.
Перед ним раскинулась добрая дюжина дорог, петляющих в разные стороны вдоль королевского двора. В каменных стенах было около дюжины входов. Масштабы этого замка были ошеломляющими. Наверное, он может проблудить здесь ни один день, так и не добравшись до Легиона. От этой мысли Тору стало дурно.
Внезапно у него возникла идея. Наверняка солдат знает, где тренируются остальные. Было волнительно подойти к самому настоящему солдату Короля, но он знал, что другого выхода у него нет.
Тор подбежал к солдату, охраняющему ближайший вход в надежде, что тот не вышвырнет его вон. Солдат стоял ровно, глядя прямо перед собой.
«Я ищу Легион Короля», – сказал Тор, стараясь звучать как можно храбрее.
Солдат продолжал смотреть перед собой, не замечая Тора.
«Я говорю, что ищу Легион Короля!» – повторил Тор. На этот раз он говорил громче, пытаясь привлечь к себе внимание солдата.
Через несколько секунд тот смерил его взглядом, усмехнувшись.
«Можете ли Вы сказать мне, где он?» – спросил Тор.
«А какое у тебя к ним дело?»
«Очень важное дело», – убеждал его Тор, надеясь, что солдат не прогонит его.
Солдат отвернулся, уставившись перед собой и снова проигнорировал Тора. Тор совсем упал духом. Может, он так никогда и не получит ответ.
Наконец, солдат заговорил: «Иди к восточным воротам, затем направляйся как можно дальше на север. Подойди к третьим воротам слева, затем поверни направо, а потом снова направо. Пройди через вторую каменную арку – их плац находится за воротами. Но я хочу сказать тебе, что ты зря теряешь время. Они не принимают посетителей».
Тор услышал то, что хотел. Он развернулся и побежал через поле, следуя указаниям солдата, одновременно повторяя их про себя, стараясь не забыть. Солнце уже было высоко, и Тор молился лишь о том, чтобы успеть.
⁂Тор побежал по аккуратным, выстланным ракушками, тропинкам королевского двора. В дальнем конце двора он увидел ворота и выбрал третьи слева, Пробежав через них, он последовал по развилкам. «Только бы не сбиться с пути», – думал Тор, пробегая тропу за тропой. Ему пришлось бежать против движения людей, которые все прибывали и прибывали в город. Тор задевал плечами игроков на лютне, жонглеров, шутов и прочих артистов, одетых в самые лучшие наряды.
Его преследовала мысль о том, что отбор вот-вот начнется без него. Пробегая тропу за тропой, он изо всех сил он пытался не думать об этом, стараясь разглядеть вдали очертания тренировочной площадки. Он прошел через арку, свернул к другой и наконец оказался у своей цели – мини-Колизея, построенного из камня в форме идеального круга. Именно это место он и искал. Из замка доносились приглушенные аплодисменты, и сердце мальчика бешено заколотилось.
Тор ускорил шаг, его дыхание сбилось. Он увидел, что солдаты охраняли огромные ворота замка. Когда он добежал до ворот, двое стражников выступили вперед и преградили ему путь своими копьями. Третий стражник вышел вперед, подняв ладонь.
«Стой здесь», – приказал он.
Тор остановился, задыхаясь. Не легко было сдержать переполняющие его эмоции.
«Вы… не понимаете», – выпалил он, запинаясь, поскольку ему не хватало воздуха. – «Я должен попасть внутрь. Я опоздал».
«Куда опоздал?»
«На отбор».
Стражники обменялись ехидными взглядами.
«Новобранцев привезли несколько часов назад, в королевском фургоне. Если тебя там не было, ты не можешь войти», – объяснил стражник. Этот невысокий крепкий парень с рябой кожей смотрел на Тора недружелюбно.
«Но поймите, я должен…»
Но тут стражник схватил Тора за рубашку.
«Это ты пойми, наглый мальчуган. Как ты смеешь приходить сюда и пытаться прорваться внутрь силой? Уходи, пока я не заковал тебя в кандалы».
Он толкнул Тора, и он отскочил на несколько футов.
Тор ощутил острую боль в груди, там, куда его ударил стражник, но еще неприятнее было от того, что его прогнали. Он был возмущен. Тор проделал весь этот путь не для того, чтобы стражник развернул его перед входом. Он должен предстать перед Легионом.
Стражник повернулся к своим напарникам, а Тор медленно отошел, намереваясь обойти круглое здание с другой стороны. У него созрел план. Он шел до тех пор, пока не скрылся из виду, а затем побежал вдоль каменных стен. Он оглянулся, чтобы убедиться, что стражники не видят его, затем увеличил скорость и бросился бежать что есть сил. Наполовину оббежав здание, Тор заметил наверху арочные проемы, защищенные железными прутьями. В одном из этих проемов не хватало прутьев. Послышался очередной рёв толпы. Тор забрался в проем и заглянул внутрь.
Его сердце бешено заколотилось – на круглой тренировочной площадке находилась дюжина новобранцев, среди которых он узнал своих братьев. Выстроившись в ряд, все они стояли лицом к лицу к воинам Сильвер. Люди Короля проходили между ними, оценивая каждого. Другая группа новобранцев стояла в стороне, под бдительным взглядом солдата, и бросала копья в отдаленную мишень. Один из них не попал в цель.
Кровь Тора закипела от возмущения. Он мог бы попасть во все эти мишени – он был ничем не хуже их. Было несправедливо, что его не участвовал лишь потому что он младше и чуть меньше ростом.
Вдруг Тор почувствовал, как кто-то взял его за плечо и резко отшвырнул вниз. Приземлившись на землю, Тор больно ударился. Переведя дыхание, Подняв голову, он увидел того самого стражника, который не пускал его в колизей.
«Что я тебе говорил, мальчишка?» – солдат презрительно посмотрел на Тора сверху вниз.
Прежде чем Тор смог что-то ответить, стражник наклонился и сильно ударил Тора ногой. Удар пришёлся Тору по ребрам. Стражник замахнулся, чтобы ударить Тора еще раз, но на это раз Тор поймал ногу солдата в воздухе. Он дернул парня за ногу, и тот, потеряв равновесие, упал наземь.
Тор быстро поднялся на ноги. Тут же поднялся и стражник. Тор был в ужасе от того, что только что сделал. Солдат был рассержен не на шутку.
«Я не только закую тебя в кандалы!» – зашипел он. – «Ты заплатишь за то, что сделал. Никто не смеет трогать стражника Короля! Можешь забыть о вступлении в Легион – теперь ты отправишься в темницу! Можешь попрощаться с солнечным светом!»
Солдат достал цепь с кандалами на конце. Он подошел к Тору – на его лице читалась жажда мщения.
Тор лихорадочно размышлял. Он не мог позволить заковать себя в кандалы, но и не хотел причинять вред королевской страже. Он должен был быстро что-то придумать.
Он вспомнил о своей праще. Его руки сработали быстрее разума: он схватил пращу, поместил туда камень, прицелился и выстрелил.
Камень пролетел со свистом и выбил кандалы из рук пораженного стражника. Он также угодил ему по пальцам. Солдат отпрянул и встряхнул свою руку, крича от боли. Кандалы с грохотом упали на землю. Бросая на Тора испепеляющий взгляд, стражник вынул свой меч с характерным металлическим кольцом.
«Это была твоя последняя ошибка», – мрачно пригрозил ему солдат, наступая.
У Тора не было выбора – этот человек просто так его не отпустит. Он поместил другой камень в свою пращу и метнул его. Он целился обдуманно – он хотел не убить стражника, а только остановить его. Поэтому вместо того чтобы целиться ему в сердце, нос, глаз или голову, Тор прицелился в место, которое, как он знал наверняка, остановит его, но не убьет. Он прицелился стражнику между ног.
Тор метнул камень не в полную силу, но достаточно для того, чтобы заставить человека согнуться пополам. Это был прекрасный удар.
Стражник рухнул, выронив свой меч, и, схватившись за пах, свернулся в клубок.
«Тебя повесят за это!» – застонал он от дикой боли. – «Стража! Стража!»
Тор поднял глаза и вдалеке увидел нескольких королевских стражников, которые бежали к нему.
Теперь или никогда.
Не теряя времени, он забрался на оконный проём. Он должен проникнуть на арену и предстать перед Легионом. Он сразит любого, кто встанет у него на пути.
Глава пятая
МакГил сидел в зале для личных встреч на верхнем этаже своего замка. Он восседал на троне, вырезанном из дерева, и смотрел на своих четверых детей, которые стояли перед ним. Здесь был его старший сын Кендрик, который в свои двадцать пять лет был отличным воином и настоящим джентльменом. Он был незаконнорожденным сыном от другой женщины, которую МакГил давным-давно позабыл. По иронии судьбы, именно Кендрик больше всех детей был похож на МакГила. Он рос вместе со остальными детьми, несмотря на то, что Королева поначалу это не одобряла. Кендрик не мог претендовать на трон, и это угнетало МакГила, ведь он гордился сыном и считал его самым достойным молодым человеком в Королевстве. Лучшего претендента на роль наследника престола было не сыскать.
Кроме него в зале был и его второй сын по рождению, но первый законнорожденный сын Гарет – двадцати трех лет от роду, был худым молодым человеком с впалыми щеками и большими карими, постоянно бегающими глазами. Гарет был полной противоположностью своего старшего брата. Кендрику была свойственна прямолинейность, а Гарет держал свои мысли при себе. Кендрик был гордым и благородным, а Гарет – нечестным и хитрым. МакГила мучился от нелюбви к своему сыну. Много раз он пытался исправить его характер, но после некоторых событий в подростковом возрасте мальчика, он решил, что его натура была предопределена: Гарет был коварным, властолюбивым и амбициозным – в самом плохом смысле этих слов. Кроме того, МакГил знал, что его сына интересуют не женщины, а мужчины. Другие короли отстранили бы такого сына, но МакГил был более свободным от предрассудков и считал, что это не является причиной, чтобы не любить сына. Он не осуждал Гарета за его пристрастия. МакГил осуждал его за его злую, коварную натуру – на это он не мог не обращать внимания.
Рядом с Гаретом стояла вторая дочь МакГила Гвендолин, которой только что исполнилось шестнадцать лет. Это была очень красивая девушка, а её характер даже превосходил ее красоту. Добрая, щедрая и честная Гвендолин была самой прекрасной девушкой, которую он когда-либо встречал. В этом отношении она была похожа на Кендрика. Она смотрела на МакГила с теплотой и любовью. Он знал, что дочь никогда не предаст его. Король гордился Гвендолин даже больше, чем своими сыновьями.
По другую сторону от неё стоял младший сын МакГила Рис – гордый и энергичный молодой человек четырнадцати лет, который только-только становился мужчиной. МакГил с удовольствием наблюдал за его вступлением в Легион и уже видел, каким мужчиной он станет. МакГил не сомневался, что однажды Рис станет лучшим среди его сыновей и прекрасным правителем. Но этот день еще не пришел. Он все еще был слишком молод, и ему предстояло многому научиться.
МакГил испытывал смешанные чувства, рассматривая четверых своих детей – трех сыновей и дочь – которые стояли перед ним. Он испытывал и гордость, и разочарование одновременно. Двоих его детей не было в зале, и беспокоило его. Конечно, он понимал, что его старшая дочь Луанда готовилась к своей свадьбе. Тем более, после свадьбы она собиралась отбыть в другое королевство, и в обсуждении престолонаследия ей не было необходимости участвовать. Но его средний сын Годфри, восемнадцатилетний молодой человек, отсутствовал по непонятной причине. МакГил был этим сильно оскорблен.
С самого детства Годфри демонстрировал неуважение к королевству. Он всегда давал понять, что королевство ему безразлично, и он никогда не станет его правителем. К величайшему разочарованию короля, Годфри предпочитал прожигать свои дни в пивных в дурной компании, навлекая все больший позор и бесчестие на королевскую семью. Он был бездельником – целыми днями он спал, а когда просыпался, пил. С одной стороны, МакГил был и рад, что Годфри не пришёл, но с другой это было оскорбление, которое он не мог простить. Он знал, что так и будет, поэтому накануне отправил своих людей прочесать пивные и привести его во дворец. Поэтому МакГил сидел молча, ожидая появления своего среднего сына.
Наконец, тяжелая дубовая дверь распахнулась, и вошла королевская стража, волоча Годфри под руки. Они подтолкнули его и закрыли за собой двери. Годфри ввалился в зал.
Его братья и сестра обернулись на него. Он выглядел неопрятно: небритый, полураздетый, пахнущий элем. Он одарил всех присутствующих своей фирменной наглой улыбкой.
«Здравствуй, отец», – произнес Годфри. – «Я что, пропустил все веселье?»
«Ты встанешь рядом со своими братьями и сестрой и выслушаешь меня. А если ослушаешься, то, прости Господи, я посажу тебя на цепь в подземелье вместе с обычными преступниками без еды и эля на целых три дня».
Годфри вызывающе посмотрел на своего отца. В этом взгляде МакГил увидел скрытый источник силы, что-то от него самого, какой-то потенциал, который Годфри мог бы реализовать с пользой. Разумеется, если ему удастся побороть свои пороки.
Стараясь не изменять своей бунтарской натуре, Годфри подождал добрых десять секунд прежде, чем, наконец, уступить и подойти к остальным.
МакГил смотрел на своих пятерых детей, стоящих перед ним: незаконнорожденного, интригана, пьяницу, свою дочь и младшего сына. Это была странная группа, и трудно было поверить, что все они его кровь и плоть. И сегодня, в день бракосочетания его старшей дочери, он должен выбрать, кто же из них станет его наследником. Разве это было возможно?
Это было бесполезное занятие. В конце концов, он был в расцвете лет и мог править еще лет тридцать. Тот, кого он сегодня назовет своим наследником, может не получить трон еще по меньшей мене несколько десятилетий. Эта традиция раздражала его. Возможно, она была необходимостью во времена его отца, но никак не сейчас.
Он откашлялся.
«Мы собрались здесь сегодня, чтобы отдать дань традиции. Как вы знаете, в этот день, когда моя старшая дочь выходит замуж, я должен назвать своего приемника – наследника, который будет править этим королевством. Если я умру, никто не будет править лучше вашей матери. Но законы нашего королевства предписывают, что только потомок короля может наследовать престол. Поэтому я должен выбрать».
МакГил отдышался, раздумывая над сказанным. Угнетающая тишина повисла в воздухе. Все были в напряжении от ожидания. Он посмотрел им в глаза и увидел в них совершенно разные эмоции. Кендрик выглядел смирившимся, поскольку знал, что незаконнорожденному никогда не стать приемником. Глаза Гарета, любителя интриг, горели от амбиций, словно выбор уже упал на него. Пьяница Годфри смотрел в окно – ему было все равно. Гвендолин смотрела на него с любовью, хоть и знала, что ей не встать на престол. То же самое выражение читалось и на лице Риса, его младшего сына.
«Кендрик, я всегда считал тебя своим законным сыном. Но законы королевства не позволяют отдать предпочтение кому-то кроме моих законнорожденных детей».
Кендрик поклонился. «Отец, я и не рассчитывал на это. Я доволен своим положением. Пожалуйста, не расстраивайся из-за этого».
Ответ сына растрогал его. Видя его искренность, МакГилу ещё больше захотелось сделать его своим наследником.
«Остаетесь вы четверо. Рис, ты прекрасный молодой человек. Лучший из всех, кого я когда-либо видел. Но ты еще слишком молод, чтобы стать наследником».
«Я ожидал этого, отец», – ответил Рис, слегка поклонившись.
«Годфри, ты один из троих моих законных сыновей. Я подарил тебе все возможные привилегии, но ты ими не воспользовался. Ты выбрал проводить свои дни в пивных вместе со сбродом. В моей жизни нет большего разочарования, чем ты».
Годфри ответил отцу недовольной гримасой и начал ерзать на месте.
«Ну, тогда, полагаю, мне здесь нечего делать, и я могу вернуться в пивную, не так ли, отец?»
Бросив насмешливый поклон в сторону отца, Годфри развернулся и направился к двери.
«Вернись на место!» – закричал МакГил. – «СЕЙЧАС же!»
Но Годфри продолжал идти, не обращая внимания на слова отца. Он открыл дверь, за которой ожидали два стражника. Они в растерянности смотрели на МакГила, который кипел от ярости.
Но Годфри не стал ждать – оттолкнув солдат, он вышел в коридор.
«Задержите его!» – крикнул МакГил. – «И держите подальше от глаз Королевы. Я не хочу, чтобы она видела его на свадьбе своей дочери».
«Да, мой сир», – сказали они и, закрыв дверь, поспешили за Годфри.
Лицо МакГила налилось краской, он тяжело дышал и никак не мог успокоиться. В тысячный раз он задавался вопросом, что же он натворил, чтобы заслужить такого сына.
Он посмотрел на остальных детей. В полной тишине они ждали его решения. МакГил сделал глубокий вдох, пытаясь сконцентрироваться.
«Остаетесь вы двое», – продолжил он. – «И из вас двоих я выбрал своего приемника».
МакГил повернулся к своей дочери.
«Гвендолин, это будешь ты».
По залу пронесся удивленный вздох; дети были поражены словами отца – и больше всех сама Гвендолин.
«Как Вы сказали, отец?» – спросил Гарет. – «Вы сказали Гвендолин?»
«Отец, это большая честь для меня», – произнесла Гвендолин. – «Но я не могу. Я же женщина».
«Это правда, женщина никогда не сидела на троне МакГилов. Но я решил, что настало время изменить традицию. Гвендолин, ты самая умная и энергичная молодая девушка из всех, кого я встречал. Ты молода, но с Божьей помощью я еще поживу. И когда придет время, ты будешь готова править королевством. Оно будет твоим».
«Но отец!» – закричал Гарет с пепельным лицом. – «Я старший из твоих законных сыновей! Всегда, на протяжении всей истории МакГилов, королевство переходило старшему сыну!»
«Я – Король», – мрачно ответил МакГил. – «И я определяю традиции».
«Но это несправедливо!» – умолял Гарет, чуть ли не плача. – «Я должен стать королем, а не моя сестра. Не женщина!»
«Попридержи язык, мальчик!» – закричал МакГил. Его трясло от ярости. «Ты смеешь оспаривать мое решение?»
«И мне предпочли женщину? Такого ты обо мне мнения?»
«Я принял свое решение», – сказал МакГил. – «Ты будешь уважать и подчиняться ему, как и каждый подданный этого королевства. А теперь вы можете быть свободны».
Его дети быстро склонили головы и поспешили выйти из комнаты.
Но Гарет задержался в дверях, не в силах уйти.
Он обернулся и встретился взглядом с отцом.
МакГил увидел разочарование на его лице. Конечно, он рассчитывал услышать свое имя сегодня. Более того, он хотел этого. Отчаянно. МакГил знал это, и именно поэтому не сделал его своим приемником.
«Почему ты ненавидишь меня, отец?» – спросил Гарет.
«Я не испытываю ненависти по отношению к тебе. Я просто не считаю, что ты можешь управлять моим королевством».
«Это почему же?» – настаивал Гарет.
«Потому что ты жаждешь этого больше всего на свете».
Лицо Гарета стало темно-красным. Разумеется, МакГил высказался о его истинной натуре. В глазах сына Король увидел ненависть, о которой он раньше и не подозревал.
Не сказав больше ни слова, Гарет поспешил выйти из зала, захлопнув за собой дверь.
МакГил содрогнулся от последовавшего за этим эха. Он вспомнил взгляд Гарета: казалось, сын ненавидит его куда сильнее, чем самый заклятый враг. И тут он вспомнил о словах Аргона, о том, что опасность близко.
Стоит ли ему опасаться собственного сына?
Глава шестая
Тор бежал через огромное поле арены что было сил. За спиной он слышал шаги королевских стражников, которые были совсем близко. Они гнались за ним по горячему пыльному полю, проклиная всё на свете. Впереди Тор видел членов Легиона и новобранцев – дюжину молодых людей, таких же, как и он, только постарше и посильнее. Они тренировались и соревновались в различных умениях: некоторые бросали пики, другие метали дротики, а кто-то практиковал технику боя на копьях. Они целились в отдаленные мишени и редко кто не попадал. Они казались ему достойными соперниками.
Среди них были настоящие рыцари, члены Сильвер, которые стояли в широком полукруге, наблюдая за происходящим. Они оценивали участников и решали, кого оставить, а кого отправить домой.
Тор знал, что должен доказать, на что он способен, он должен произвести впечатление на этих людей. В любой момент его могут схватить стражники, и шанс нужно было использовать немедленно. Только как? Он лихорадочно соображал, пробегая через двор, полный решимости не сворачивать со своего пути.
Присутствующие на поле стали замечать, что что-то происходит. Некоторые новобранцы перестали состязаться, чтобы посмотреть на происходящее. Затем и рыцари обратили внимание на Тора. Через несколько минут мальчик был уже в центре всеобщего внимания. На лицах людей читалось непонимание, они гадали, что за парень несется по их тренировочному полю, преследуемый тремя королевскими стражниками. Совсем не такое впечатление он хотел произвести. Всю свою жизнь Тор мечтал, как вступит в Легион, но сейчас всё происходило совсем не так, как в его грезах.
Пока растерянный Тор бежал, не зная, что ему предпринять, его следующий шаг уже был определён. Один крепкий парень, новобранец, решил выделиться из толпы, остановив Тора. Высокий, мускулистый, в два раза больше Тора он поднял свой деревянный меч, чтобы преградить ему путь. Тор понимал, что он был полон решимости нанести удар и сбить его с ног, чтобы сделать его посмешищем перед другими. Таким образом, он хотел получить преимущество перед другими новобранцами.
Это привело Тора в ярость. У него не было никаких счетов с этим парнем, но он решил с ним побороться только для того, чтобы выделиться на фоне остальных.
Когда Тор подбежал ближе, он с трудом поверил своим глазам – парень был огромный. Он возвышался над Тором, смотрел сверху вниз, нахмурившись, локоны густых черных волос закрывали его лоб. Никогда еще Тор не видел такую огромную квадратную челюсть. У него просто не было шансов ускользнуть от этого здоровяка.
Новобранец атаковал его своим деревянным мечом, и Тор понял, что, если он не отреагирует быстро, парень просто собьет его с ног.
Внезапно включились рефлексы Тора. Наработанным годами движением он вынул свою пращу, откинулся назад и метнул камень в руку нападавшего. Камень попал прямо в цель и выбил меч из рук новобранца так легко, словно парень сам его выронил. Новобранец закричал, схватившись за руку.
Тор не терял времени. Воспользовавшись моментом, он пошел в атаку. Подпрыгнув, он ударил парня ногой и уперся двумя ногами ему в грудь. Но новобранец был такой крепкий, что Тору показалось, словно он пнул дуб. Парень едва отшатнулся на несколько сантиметров, а Тор свалился ему под ноги. «Это очень плохо», – подумал Тор, приземлившись на землю с глухим стуком. В ушах у него звенело.
Тор попытался подняться на ноги, но здоровяк опередил его. Он нагнулся, схватил Тора сзади, и сильно отбросил его так, что Тор приземлился лицом в грязь.
Вокруг них быстро собралась толпа парней, подбадривая их громкими возгласами. Тор покраснел от унижения.
Он развернулся, чтобы подняться, но его соперник был быстрее. Парень уже был сверху и прижимал Тора к земле. Их борьба превратилась в настоящий поединок, вот только новобранец был явно не в весовой категории Тора.
Другие новобранцы собрались вокруг них – Тор слышал, как они кричали и жаждали крови. Парень бросил на Тора грозный взгляд. Своими большими пальцами он потянулся к глазам Тора. Тор не мог в это поверить – похоже, здоровяк был не прочь нанести ему серьезные увечья. Неужели он действительно выделиться на фоне других таким способом?
В последнюю секунду Тор успел увернуть голову, и руки новобранца угодили в грязь. В это мгновение Тор смог выкатиться из-под здоровяка.
Он поднялся на ноги и встретился лицом к лицу с новобранцем, который тоже уже стоял на ногах. Парень собирался размахнуться, чтобы ударить Тора по лицу, но тот в последнюю секунду увернулся. Если бы кулак этого здоровяка ударил его, то наверняка сломал бы ему челюсть. Тор размахнулся и ударил его в живот, но это едва ли возымело действие – это было все равно что ударить по дереву.
Не успел Тор прийти в себя, как получил удар локтем в лицо.
Тор покачнулся от удара. Ему показалось, что его ударили молотком – в ушах стоял невыносимый звон.
Пока Тор ковылял, все еще пытаясь отдышаться, новобранец снова атаковал его и сильно ударил ему в грудь. Тор отлетел назад и рухнул на землю, приземлившись на спину. Раздались одобрительные возгласы других парней.
Чувствуя головокружение, Тор попытался присесть, но здоровяк снова напал на него, ударив в лицо. Удар был таким сильным, что Тор упал на спину.