Ход Волшебницы

Пролог

За много ходов

до начала Игры

– Я создам новый мир, и он будет моим собственным, – шептала богиня с серебристыми волосами, и каждая вспышка света посреди чёрной Бездны означала победу. Духи безмолвно вились вокруг Доски, ставшей поистине огромной. Потянулись из живой земли ростки, забили ручьи, и купол жёлтого света накрыл Доску вместе с опустившейся на неё богиней.

– И этот мир станет особенным, – шептала она, гладя новорожденные травинки на огромной поляне. Взглядом богиня разыскала живые фигурки – те в страхе разбежались и спрятались под кустами. Ведь их-то богиня не увеличила вместе с Доской! Она прикусила губу чёрно-красными зубами, поразмыслила – и просто взмахнула рукой. Новая вспышка света – и вот уже фигурки все до единой стояли перед богиней. Испуганно задирая головы, смотрели ей в лицо. Даже Драконы не решались взлететь, даже Мудрецы в растерянности чесали свои бороды, не понимая, что случилось.

А богиня покровительственно улыбнулась им:

– Не бойтесь! Вас ждёт новая жизнь – а вернее, много жизней. Я задумала то, что моей старшей сестрице и в голову бы не пришло!

С этими словами богиня распростёрла свои тонкие белые руки над сжавшимися в комок фигурками. Вспышка света… и все, кроме Правителей, упали бездыханными на землю. А в разных уголках Доски стали появляться пешки, Жрецы, Всадники… живые, настоящие! Они родились заново, а фигурки теперь были просто деревяшками. И поднимутся они лишь по слову богини. А она улыбнулась остолбеневшим Правителям:

– Не бойтесь, вам я оставлю по кусочку души. Лишь для того, чтобы те Правители, которые станут вашими двойниками, жили вечно! Их жизнь продлится, пока всё хорошо с вами!

Вспышка света – и фигурки Правителей покачнулись, но не упали. У каждого в груди загорелся крохотный огонёк – знак того, что богиня вынула не всю душу. Но огоньки эти были видны только их создательнице!

Богиня прикрыла глаза, и под веками у неё ярко вспыхнуло видение: Правители-двойники появились на свет. Выпрямились, отряхнули свои длинные мантии, подняли посохи. Снова лёгкая улыбка скользнула по тонким губам богини:

– Неплохо для той, кто был самой малой частицей Изначальной Сущности, а?

Богиня гордилась собой. Когда-то Изначальная Сущность поделилась на много-много частей, и всё это были разумы. Впоследствии они назвали себя богами и создали удивительные, ни на что не похожие миры. Самый прекрасный мир – Террею – сотворила старшая сестра Лэйгика, и до поры до времени там было уютно.

– А потом я решила, что тоже могу создать свой маленький мир, – задумчиво произнесла богиня, подняв деревянных Правителей на ладони к своему лицу. Они внимательно слушали. – И если у Лэйгики живут по одним правилам, то у меня будут жить по другим!

Богиня опустила фигурки на траву и снова взмахнула рукой. В ладони её появились крохотные часы, и как только богиня поставила их на землю, они начали увеличиваться.

– Да будет Игра! – прошептала богиня, когда Часы стали выше её, и протянула руку к огромным чёрным стрелкам. Точка отсчёта, начало Игры и новой жизни. Богиня уже знала, какой будет эта Игра, продумывала её правила, и, наконец, воскликнула:

– Не видит никто, как я изобретательна! Даже Лэйгика!

Во вспышках жёлтого света вырастали из-под земли хищные растения, чьи побеги напоминали щупальца. Скручивались из песка вихри в пустыне, рождались в лесах звери, разноцветные птицы, жужжащие мускашки. Прямо на глазах у радостной богини и бесстрастных духов рождался новый мир.

Невиданный… а затем ставший опасным.

Глава 1

В недалёком прошлом, когда я была пешкой, дожди лили редко. К тому же Каис ниспосылала их по ночам – как она сказала, чтобы «не беспокоить мои фигурки». А когда мы с друзьями шли по Уровням, гроза и вовсе разразилась лишь однажды. Видимо, потому, что испытаний на нашу долю и так выпало много… Говоря обо всём этом, Каис наверняка рассчитывала, что я поблагодарю её и признаю, что по-своему она заботилась о нас. Но я красноречиво промолчала…

Надо мной плотно смыкались зелёные кроны деревьев, и несмотря на то, что капли усердно стучали по листве, в моё убежище они не просачивались. Я сидела на поросшем мхом пеньке и равнодушно смотрела, как хлестал дождь из потемневших, почти чёрных облаков. Иногда что-то сверкало – наверняка те синие молнии, которые я однажды видела во сне.

Мой плащ успел промокнуть, прежде чем я спряталась под деревьями, и пришлось его снять. Теперь он был разостлан на траве, и я лениво подумывала, когда же он высохнет.

Торопиться было некуда – в ближайшие два хода участие Волшебницы в Игре не требовалось. Единственное, чем я могла себя позабавить – это найти пару-тройку чудищ на ловушечном подуровне и уничтожить их. Да, к сожалению, став фигурами, я и мои друзья не избавились от вероятности сражений с чудищами. Игра постоянно создавала новые ловушечные подуровни как для пешек, так и для фигур – так уж всё устроила Каис.

Где-то сейчас были Ройк с Ауфеной? Нужно ведь следить за ними! Кристалл висел у меня на груди, на металлической цепочке – верное средство проследить за кем хочешь. Я поднесла его к глазам, стараясь сосредоточиться. Кристалл замерцал.

– Во имя Игроков! – Голос Ауфены прозвенел так близко, что померещилось, будто она где-то рядом. Я вздрогнула, невольно огляделась и снова уткнулась взглядом в кристалл.

Ауфена сражалась с крохотными существами, облепившими её с ног до головы. У них была серая, похожая на древесную кору кожа и выпуклые злобные глазки. Молитвенник Ауфены валялся рядом на земле.

Я не могла понять, чем эти маленькие твари навредят подруге – да, на кистях рук и на шее у неё виднелись царапинки, но и только.

Ауфена запела, и пение её было тихим, монотонным и убаюкивающим. Существа постепенно ослабели, она стряхнула их с себя, как надоедливых мускашек. Нагнулась, подобрала молитвенник, а затем быстро зашагала прочь. Я уже хотела оставить её и вызвать изображение Ройка, когда Ауфена пошатнулась. Лицо её залила бледность, а царапинки стали лиловыми. Подруга осела на землю, прижав молитвенник к груди.

Я стиснула кристалл в руке. Вмешаться? Кинуться к ней через всю Доску? Да, это помешает моим планам – Каис решит, что я не сломлена, не приняла условия Игры, и насторожится. Но дать подруге умереть… Промелькнула мысль гораздо хуже: как я помогу Ауфене? Меня никто не учил исцелять!

– Игроки, помогите мне, – её отчаянный лепет заставил меня вглядеться в кристалл повнимательнее. Ауфена молилась!

Когда я думала о том, что её ждёт в будущем, у меня болезненно сжималось в груди. Её доверие к «Игрокам» ещё больше пошатнулось с тех пор, как они не соизволили поговорить с ней. Я опасалась, что однажды её вера и вовсе иссякнет, как ручеёк, заваленный каменной глыбой. Тогда погибнет и сама Ауфена…

Между тем, слова молитвы тихо и неуверенно, но всё-таки слетали с её губ. И едва заметное золотистое сияние коснулось шеи и рук Ауфены. Царапины вновь стали красными! Тут я увидела, как сзади неё зашевелились проснувшиеся «древесные» существа. Скорее бы она уходила отсюда!

Ауфена решила иначе. Едва исцелив свои царапины, она запела хорошо знакомую мне разрезающую молитву. Я видела, как древесные существа дёргаются и распадаются на две половинки. Вот у одного отлетел сучок, служивший ему рукой, у другого – «нога»… Наконец, все враги оказались мертвы, а бледная до синевы Ауфена, шатаясь, поплелась прочь. Она уронила молитвенник, остановилась, присела на корточки и дрожащими руками взяла его с земли. А тем временем прозвучало голосовое сообщение от Игры:

Чудища уничтожены. Жрица получает два плюса к силе молитвы.

Всего два плюса к силе молитвы. Для того, чтобы молитва действовала эффективнее, осталось набрать ещё два.

Я приподняла брови. Это было что-то новое! Стоило мысленно обратиться к Каис, как та пояснила:

«Это то, о чём нарочно не рассказывают в Башне, чтобы вы сами всё узнали. Отлично придумано, верно? Чем больше уничтожаешь чудищ, тем больше плюсов к твоей силе в бою».

«А на моём жезле это каким образом скажется? Искр прибавится, что ли?» – Я вынула его из кармана и повертела в руках. Рубин безмятежно переливался красным, а сама палочка блестела, будто начищенная. Красивая вещь всё-таки.

«Нет, – сухо ответила Каис. – Искр положено сто на один ход, не больше и не меньше. Если ты потеряешь жезл, то другого не получишь до самого конца Партии».

«Тогда что…»

«Увидишь в бою. Я тебе не Кувшиночник, Ферджина, чтобы приставать ко мне с глупыми вопросами. Я – богиня Каис», – величаво прозвучал её голос у меня в голове. Я хмыкнула.

«Ты не Кувшиночник, а на вопросы не отвечаешь так же, как и он».

Тишина. Пожалуй, я начинала понимать, отчего создательница мира вычеркнула своё имя отовсюду и заставила всех Жрецов и Жриц молиться именно Игрокам. Если уж я одна успела надоесть Каис, задав ей не так много вопросов, что говорить об остальных обитателях Доски?

Значит, увижу в бою… Смутное воспоминание закопошилось в памяти: тот Волшебник на Первом Уровне! Он ведь сумел искрой создать целый огненный круг – и управлял им с помощью жезла. Я в волнении сжала свободную руку в кулак: значит, и у меня получится не хуже, если убью пару-тройку чудищ! Каис права – отлично придумано.

Дождь всё не прекращался, зато воздух стал заметно свежее. Глубоко вздохнув, я спрятала жезл обратно в карман и снова поднесла кристалл к глазам. За Ройка я беспокоилась не так сильно, как за Ауфену, но так или иначе, нужно было проверить, всё ли с ним в порядке.

Передо мной возникла уменьшенная фигурка с луком в руках и колчаном стрел за спиной. Ройк стоял под дождём, не обращая на него внимания, и целился во что-то. Кругом врагов не наблюдалось. Я уже хотела сменить картинку или вовсе убрать её, но что-то в напряжённой позе Ройка привлекло моё внимание. Он тяжело, прерывисто дышал, потемневшие от дождя пряди светлых волос падали на лоб и наверняка мешали целиться, как следует. В выражении лица мне почудилась… тоска?

– Нет, – вдруг пробормотал Ройк вслух и опустил лук. – Не в беззащитную пешку, Игроки, чтоб вас…

Он выругался, помянув и Бездну, и приказы Чёрного Правителя, и правила Игры. И тогда я всё поняла. Лучникам и Лучницам говорили стрелять на расстоянии в кого угодно, и необязательно это был вооружённый, воинственный и равный тебе противник. Это могла быть усталая, ковыляющая по ловушечному подуровню пешка с ножиком или тоненькой книжечкой в руке…

Стало тихо, и не сразу я сообразила, что дождь закончился. Ройк, между тем, бросил лук и сел на землю, закрыв голову руками. Выстрелит он в ту пешку или нет? У меня сильно билось сердце, и я ждала, пока Ройк не поднял голову. Вид у него сделался такой, будто он к чему-то прислушивался. Мог ли Чёрный Правитель на расстоянии требовать: «Исполни мой приказ»?

Искрой в сознании сверкнула мысль. Я же могу отвлечь Чёрного Правителя, явившись к нему якобы за приказами! Это не будет выглядеть подозрительным, зато расстановка сил на Доске успеет смениться. Та пешка уйдёт с ловушечного подуровня или попадёт в пещеру с артефактами, и может статься, Ройку не придётся никого убивать.

Я опустила кристалл – тот закрутился на цепочке – и подхватила с земли ещё влажный плащ. Накинула его на плечи, поёжилась, но стерпела неудобство. Превратилась в чёрный вихрь и понеслась на Вертикаль Правителя на том же Восьмом Уровне.

Здесь стоял чёрный шатёр с треугольной крышей, который при необходимости переносили в другое место. Разумеется, его никто не сторожил – зачем это нужно, если на соседних Клетках преданные бойцы, которые не дадут врагу подобраться близко?

– Ваше Величество! – я ворвалась в шатёр, отчего Правитель резко обернулся ко мне. Я изобразила почтительность, которой вовсе не испытывала:

– Пришла за высочайшим повелением.

Кажется, он немного удивился. Я заподозрила, что фигуры сами сюда не являлись – ждали, пока их вызовут.

Изнутри шатёр Правителя выглядел как комната с небольшим количеством мебели: стол, трон, на котором можно было не только сидеть, но и дремать в своё удовольствие, и стул. А на столе я увидела огромных размеров хрустальный шар, где отражалась в уменьшенном виде вся Доска, и рядом – чёрный, сделанный из неведомого материала квадрат. На нём засветились цифры, после чего прозвучало сообщение:

До следующего хода осталось пятнадцать мгновений… четырнадцать… тринадцать…

Голос продолжал считать, а где-то там, в Башне, дрожала стрелка Часов, готовая переместиться вперёд. Я слушала, как зачарованная, и вдруг подумала: Башня всё ещё набирала новых пешек. Значит, Правитель должен послать туда своё говорящее изображение… Возможно, мне и не требовалось отвлекать его от Ройка. Это сделает сама Башня.

Три… два… одно.

Голос замолк, цифры потухли. Картина боя на Доске поменялась: кто-то переместился на следующую Клетку, кто-то упал мёртвым и развеялся по ветру пылью, а ещё кто-то с довольным видом вытер лезвие меча о траву.

– Чего ты хотела? Повеления? – Я подняла голову и столкнулась с испытующим взглядом Правителя. Он, как и я, наверняка помнил тот день в Башне, когда наградил меня головной болью чуть ли не до самого конца Партии. Я покосилась на чёрный посох в его руке. Странно, но теперь он казался и вполовину не таким устрашающим, как раньше. С тех пор я столкнулась с куда худшими страхами…

– Да, Ваше Величество.

Правитель в задумчивости поднёс руку ко лбу. Его облик тоже не казался таким грозным, как в Башне; я отметила скошенный подбородок, узкий лоб и то, как небрежно чёрная мантия была наброшена на плечи. Да и ростом Правитель был ненамного выше.

– Есть у меня одна мысль… Вовлечь и тебя, и ещё парочку фигур в комбинацию, – принялся рассуждать Правитель. – Но для этого вам надо поднабраться опыта и иметь побольше плюсов. Сколько их у тебя?

Интересно, что такое комбинация? Я сосредоточились взглядом на посохе:

– Пока что ни одного, Ваше Величество.

– То есть, ты даже не очистила от чудищ ту Клетку, на которой была? – Голос Правителя стал заметно холоднее.

Я выпалила, начиная чувствовать себя неловко:

– Там же всё равно появятся новые чудища! Полноценной «чистки» не выйдет, решила я. А про плюсы ещё не зна…

– Глупая Волшебница! – рявкнул Правитель, перебивая. Теперь его голос напоминал те грозовые раскаты, что напугали меня в Башне, но я всего лишь ощутила лёгкое волнение. Он мне ничего не сделает! Не за что!

– Знай, – продолжал Чёрный Правитель, размеренно постукивая по земле посохом, – если ты один раз почистила Клетку от чудищ, ты можешь спокойно туда возвращаться. Сбежать от врагов, если понадобится! Новые чудища появятся на этой Клетке уже для тех фигур или пешек, которые ступили на неё впервые, поняла?

Я послушно кивнула. Всё же Каис оказалась добрее, чем я о ней думала. Но всё равно это лишь капля доброты в огромном озере жестокости – причём весёлой, отвратительной жестокости, которую мне не дано понять.

– Хотела повелений? Так получай! – Правитель ударил о землю посохом. – Прежде всего, вернись на свою Клетку и набери там плюсы. А затем иди вперёд по Вертикали! И только когда наберёшь хотя бы десять или двенадцать, перемещайся сюда. Если что-то надо будет передать…

Он вдруг вытянул сухую костлявую руку и коснулся ею моего лба. Я отпрянула, и отвращение, наверное, ясно отразилось у меня на лице, потому что Чёрный Правитель ухмыльнулся, опуская руку:

– …То я сделаю это на расстоянии.

Мне показалось, или лоб знакомо заныл от боли? Я стояла и ждала несколько мгновений. Если бы ко мне вернулись те мерзкие, тошнотворные ощущения, я бы выхватила у Правителя посох и разбила ему голову! Но к счастью, обошлось.

– Будет сделано, – буркнула я, развернулась и вышла. Снаружи я вздохнула с облегчением и отметила, что Правитель так и не отлучился в Башню. И ничем не показал, что та его позвала, или он отправил своё говорящее изображение встречать учеников. Странно. Может быть, очередные забавы Каис, и теперь в Туманном Поле оказались уже не две пешки сразу, а три?.. И Башня задержалась, как говорил бывший наставник!

Я тряхнула головой, избавляясь от воспоминаний, которые полезли в голову. Нет. Я не стану думать ни о покойном Шэве, ни о Кувшиночнике, которого выбросила из окна и не смотрела, погиб он или выжил. Передо мной стояла задача набрать побольше плюсов, чтобы выжить. А в дальнейшем я найду способ перехитрить Каис, и она ещё пожалеет о том, что была так «добра» и «милосердна» ко мне и моим друзьям!

Ловушечный подуровень встретил меня настораживающей тишиной. Слабо шевелились травинки на ветру, а воздух был таким упоительно сладким, что его хотелось вдыхать снова и снова. Меня взяло сомнение – а ловушка ли это была? Я сжала покрепче жезл и огляделась, ища среди тёмной зелени кустов зубастые цветы или чьё-нибудь чешуйчатое тело с шипами на лбу. Но сколько ни всматривалась, ничего подозрительного так и не увидела. Только глаза заболели от напряжения. Я прошлась туда и сюда по огромной поляне, вдохнула сладкий воздух полной грудью… и сама не поняла, как очутилась на траве. Невыносимо хотелось спать. Я поймала себя на том, что давно не спала; хорошо было Правителям – сиди в уютном шатре, спи на троне, сколько тебе заблагорассудится… Веки начали смыкаться, а пальцы, державшие жезл, ослабели – вот-вот он выскользнет на траву. Перед глазами возникла пелена, уши как будто заткнули кусочками чего-то тёплого и мягкого. Я слышала звуки и смутно видела приближение кого-то, но так не хотелось вставать…

– Отдыхай, юная Волшебница, – голос, произносивший эти слова, нежным ручейком лился в мои уши. – Всё будет хорошо… Всё будет просто замечательно… Спи.

Я легла и, удивляясь, почему травинки не колют щёки, а ласкают их своей шелковистостью, закрыла глаза.

Глава 2

Я видела лестницу, сотворённую из золотого света – видимо, чьей-то молитвой. Безумно хотелось поскорее взобраться по ней, потому что нижние ступеньки пропадали одна за другой, и я боялась не успеть. Упасть в Бездну.

Меня поддержала чья-то рука, и стало гораздо легче идти. Я покосилась на нежданного помощника, и, к своему удивлению, узнала в нём Носатого.

…Все видения рассеялись, и я открыла глаза. Моргнула, огляделась, пытаясь пошевелиться. Бесполезно – руки и ноги были опутаны липкой, холодной, прозрачно-белой слизью. И меня как будто засунули в гигантский пузырь из этой слизи.

Жезл, вспомнила я, и меня обдало волной страха. Неужели потерялся?! Или, быть может, его забрала неведомая тварь, заточившая меня в этот пузырь?

Хоть кристалл был на месте! Он тоже запачкался в слизи, но не так сильно, чтобы в нём нельзя было ничего увидеть. Я посмотрела на кристалл и сосредоточилась. Тот слабо засветился и показал чудище… с моим жезлом в руках.

Я едва не вскрикнула от злости и желания разорвать эту тварь на части! Она выглядела омерзительно – короткопалое морщинистое тельце с огромной головой и тремя круглыми выпуклыми глазами, причём один – на лбу. Вместо носа были две дырки, а губы – синие, толстые. На шее у чудища висело нечто вроде ожерелья из лесных ягод. Я такое видела в первый раз и засмотрелась – пока холод, исходивший от моего пузыря, не напомнил о том, что надо как-то выбираться отсюда.

Чудище что-то бормотало нежным, совершенно неподходящим ему голоском и любовно поглаживало жезл. А затем высунуло длинный серый язык и провело им по рубину. Я поморщилась, но решила не мешать. Пусть лижет, если нравится. Ягоды на шее чудища были красными, и мне пришло в голову, что оно могло принять рубин за такую же ягоду. Отличная мысль! Пусть попробует ещё надкусить. Я затаила дыхание, стараясь не думать о том, как мерзко в этом пузыре. В носу защекотало, и я скорчила отчаянную гримасу – лишь бы не чихнуть. Лишь бы не отвлечь чудище от рубина!

Тем временем оно издало мелодичный звук и снова повертело жезл в руках. На физиономии урода промелькнуло что-то отдалённо похожее на недоумение. Не мешать ему, не мешать! У меня начала чесаться кожа на кистях рук и лодыжках – то ли от слизи, которая их опутала, то ли ещё отчего-то. Я еле сдерживалась, чтобы не начать дёргать руками и ногами в попытке избавиться от зуда. Пузырь зашевелится – и всё, чудище обратит на него внимание.

Стиснув зубы, я сосредоточила внимание на кристалле. Так, чудище лизнуло рубин ещё раз… И нечаянно придавило своим мерзким языком. Из жезла вырвалась искра и вошла твари прямо в раскрытую пасть! Чудище страшно вытаращило глаза, захрипело и рухнуло в траву. Жезл выпал из его руки.

И вот теперь я принялась разрывать пузырь. Швырять в разные стороны огромные белые комки слизи. Высвободив руки и ноги, я подбежала к жезлу, наклонилась и хотела взять его. Урод – он был ещё жив! – ухватил меня за руку. Я наступила ему на запястье. Хватка ослабела, я отпрыгнула и осыпала врага искрами.

По лесу поплыла мерзкая вонь, от чудища пошёл дымок. Я отвернулась, зажав ладонью рот и покрепче стиснув жезл в кулаке. У Каис поистине воспалённое воображение – создать такую гадость!

Чудище уничтожено. Волшебница получает два плюса к силе кристалла.

Всего два плюса к силе кристалла. До получения дополнительного свойства – Ослепления – осталось набрать ещё два.

Я не сразу поняла, о чём речь, но потом мне вспомнилось, как Волшебник ослеплял нас с друзьями своим кристаллом на Первом Уровне. Набрав плюсы, я смогу делать так же! Довольная этой новостью, я посмотрела на свой, уже потухший кристалл, и скривилась: его надо чистить, как и одежду. И волосы, и кожу! Я проведу в безопасном лесу больше времени, чем рассчитывала!

Я торопилась, как только могла, чтобы не предстать перед Чёрным Правителем со слизью на голове. Но он, похоже, всё ещё обдумывал свою комбинацию – до сих пор меня не позвал… Наконец, я ступила на мокрую чёрную землю следующего подуровня и огляделась, держа жезл наготове.

Внезапно я обнаружила, что Клетка стремительно уменьшается в размерах. Неприятное предчувствие холодной струйкой просочилось в сердце: так бывало перед поединком с вражеской фигурой. И предчувствие меня не обмануло: на соседнюю Клетку, которую я теперь отлично видела, прилетел белый вихрь. И обернулся знакомым русоволосым Волшебником в белом же плаще.

– Здравствуй, Ферджина, – легко поздоровался Носатый, держа свой жезл рубином вниз. Словно собирался не драться, а поговорить по душам.

Я хмуро и недоверчиво уставилась на него:

– Тебе что-то надо?

Интересно, что означал тот сон с Носатым, помогавшим мне забраться по лестнице в небо? Все мои предыдущие сны почти сбывались. Вероятно, Носатый поддержит меня под локоть, чтобы затем – когда мы поднимемся выше – скинуть вниз?

– Мне-то ничего, – его губы растянулись в ухмылке. – А вот Белый Правитель велел, чтобы я не проходил мимо тебя без поединка… Защищайся!

Говоря это, он подмигнул мне и вскинул жезл таким нарочитым жестом, что я всё поняла. Носатый предлагал мне изобразить небольшую битву и разойтись миром на следующем ходу.

– Попробуй напади! – отразив его искру своей, я переместилась на край Клетки. Носатый – тоже. Мы ходили туда и сюда, целились друг в друга, словно и вправду собирались стрелять. На всякий случай я держалась настороженно. Если бы Носатый всё-таки решил атаковать – я успела бы защититься.

– У тебя слизь на плаще, – непринуждённо заметил он, и я невольно скосила взгляд. Мгновенно Носатый переместился на мою Клетку – только ветром дохнуло – и обхватил меня поперёк туловища, крепко прижав мои руки к телу. Я возмутилась, хотела пнуть его, но услышала торопливый шёпот:

– Я кое-что дам тебе. Выпьешь ровно три капли, когда будешь на безопасном уровне. Действует один ход, так что мы успеем поговорить. Ты можешь доверять мне!

И Носатый, ослабив хватку, что-то сунул мне в карман. Я отпихнула его, резко повернулась и упёрла ему в грудь жезл. Сузила глаза, пытаясь хоть что-то понять в лице Носатого, но оно было совершенно непроницаемым. И рот сжался в тонкую линию – никаких ухмылок, которые выдали бы сразу. Что он задумал?

– Сжечь тебя или помучить? – спросила я, гадая, смотрит ли на нас Каис со своего белого трона. И если смотрит, заметила ли она манёвр Носатого.

Тот вихрем увильнул от меня на свою Клетку:

– Сначала помучить, конечно! Чему тебя учили, Волшебница? – Голос его преобразился, интонации стали до того напоминать Башню, что я фыркнула. И снова мы закружились в танце фальшивого поединка. Пару раз в памяти вспыхивали далёкие воспоминания – о той Жрице в белом, что издали дразнила Всадника и насмехалась над ним. Обо мне. Возможно, теперь мы поменялись местами, и это «можешь мне доверять» – не что иное, как издёвка? Или хуже – Носатый решил напоить меня какой-то опасной гадостью? Я тут же возразила самой себе: если б он хотел мне навредить, то сделал бы это ещё в конце прошлой Партии! Мысли так и метались в голове.