Ход Волшебницы
- -
- 100%
- +
Тем временем Носатый старался не тратить попусту искры, как и я. Но для убедительности мне пришлось всё-таки поджечь ему рукав. Противник стал тушить огонёк, а я украдкой похлопала себя по карману: похоже, там пузырёк. Вот только с чем?!
Время поединка Волшебников истекло. Поединок закончился ничьей.
Голос умолк, Носатый помахал мне жезлом, крикнул: «Я тебя прикончу в следующий раз!» и исчез. Надо отметить, угроза его прозвучала весьма естественно.
Я перешла на безопасный подуровень и очутилась на берегу озера. Воздух наполняли цветочные ароматы, доносилось уютное жужжанье мускашек. Вода озера была такой прозрачной, что я разглядела на дне крохотных трукатов. Те лениво копошились среди водорослей.
Я присела на берегу. Украдкой заглянув в карман, обнаружила, что в пузырьке какая-то фиолетовая жидкость. Удивительно! Носатому удалось сделать новое зелье, о котором ничего не говорили в Башне?! Интересно, как оно действует, но не испытывать же на себе. Неужели Носатый в самом деле решил, что я выпью, не думая? Я хмыкнула и решила пока не выбрасывать пузырёк. Может, потом найду ему применение.
Прежде всего нужно было посмотреть, всё ли в порядке с Ройком и Ауфеной. Кристалл показал их одного за другим – Ауфену с привычным молитвенником в руках, сидящую под кустом, а Ройка с подстреленным зверьком, которого он намеревался выпотрошить. Забавное совпадение – мы все трое были в безопасных местах. Жаль, я не могла поговорить с друзьями через кристалл, ободрить их, похлопать по спине или сжать в объятиях.
Я вынула гребень, расчесала волосы как следует, морщась, когда тот цеплялся за спутанные пряди. Затем сняла с себя всю одежду, сапоги и залезла в озеро. Тут было неглубоко, вода скорее прохладная, чем тёплая, и это хорошо – я не разнежилась, а могла подумать.
Итак, мне необходим новый план. Если я хочу изменить мир, я должна понять, как это сделать – и чтобы Каис не успела меня остановить. Сразиться с ней я не могу. Что, если поднять восстание среди фигур и пешек? Я живо представила себе, как соберу всех недовольных, встану перед ними и провозглашу:
– Обитатели Доски! Чего вы хотите – всю жизнь покорно делать то, что вам прикажут, или стать свободными?
Да, вероятно, несколько фигур начнут бормотать: «Свободными… хотим быть свободными». Ройк и Ауфена горячо поддержат меня. Кто-то замрёт в ужасе, кто-то сбежит, а Чёрный и Белый Правители завопят, что меня надо схватить и сбросить в Бездну.
– Да здравствует свобода! – успею крикнуть я, прежде чем на меня набросятся рукха, призванные богиней Каис с неба. Друзья попытаются мне помочь, но всё равно это закончится нашей гибелью. А переродившись пешками, мы отправимся в Летающую Башню и станем такими же, как все остальные. Безропотными.
Конечно, можно втайне поговорить с другими чёрными фигурами, надеясь, что Каис не услышит. Внушить им, как хорошо было бы освободиться из-под власти Игроков, призывать к борьбе. Но это окончится тем же – провалом, когда одна из фигур донесёт о нашей беседе Чёрному Правителю. И на сей раз он выберет для меня более суровое наказание, нежели выстрел золотым лучом в лоб.
Тогда что же делать?
Мне стало совсем холодно, кожа покрылась мелкими противными пупырышками, и я вылезла на берег. Отряхнула как следует рубашку, штаны, плащ и принялась одеваться. Чувство голода напомнило о себе – последние несколько ходов я ела одни только ягоды. А всё потому, что рядом не было заботливого Ройка с его добычей… Передо мной ярко, чересчур ярко встали наши с друзьями посиделки у костра: мы делились не только едой, но и мечтами, как заживём в новом мире. Стало так горько, что у меня потекли слёзы. Я поспешно отогнала воспоминания, провела ладонью по глазам и услышала голос Каис:
«Стоило мне оторваться от своих дел и посмотреть на тебя, а ты уже плачешь, как никчёмная пешка».
Её пренебрежительный тон разозлил меня.
«Какие у тебя могут быть дела?! Игра идёт сама по себе. Дождь закончился. Сидишь на троне, скучаешь!»
Каис помолчала.
«Ты права, Ферджина, управлять созданным мною мирком оказалось скучнее, чем я думала. Но в этой Партии у меня есть замечательное развлечение, – она сделала паузу, – и это ты».
Жаль, что нельзя было запустить в неё чем-нибудь. Не отвечая, я подняла голову и всмотрелась в небо. Серые облака образовывали причудливые фигуры чудищ, деревьев, птиц с коронами на головах; вот мимо проплыло облако, напоминавшее огромного араня. Каис и вправду заскучала, раз уже принялась играть с облаками.
«Ферджина, ты слышишь меня?»
«Слышу».
«А я тебя ещё и вижу… Знаешь, когда ты ощущаешь своё бессилие, у тебя такое смешное лицо делается. Ты бы ещё кулаками мне погрозила!»
Я опустила голову и послала ей мысль:
«А толку грозить? Я же понимаю, что ты победила».
Кроме того, Каис ясно дала знать, что не всё время следит за мной. Но этого я говорить про себя не стала. Я только надеялась, что картинки, которые мне представлялись в уме, и не проговорённые мысли недоступны богине. Иначе победить её станет попросту невозможно.
«О, Ферджина, только не уверяй меня, что ты покорилась! Я же всё равно не поверю, – голос богини весело звучал у меня в ушах, заставляя чувствовать себя неуютно. – Ты что-нибудь да и сделаешь против правил Игры. Я в этом уверена. Ну, а мне будет интересно понаблюдать».
Я молчала и с тоской ждала, когда она уберётся из моей головы. Каис пожаловалась на Игроков – дескать, плохо к молитвам Жрецов и Жриц прислушиваются. Потом заметила, что охотно напоила бы меня травяным чаем в своей чёрно-красной комнате, да только не желает отрывать от Игры. К тому времени, как красноречие создательницы мира иссякло, у меня заболела голова, а в животе неистово заурчало.
Напоследок Каис непринуждённо посоветовала:
«Обойди весь безопасный подуровень, загляни даже в самые укромные уголки. Глядишь, что-нибудь хорошее для тебя найдётся».
Я вздохнула с облегчением, потёрла лоб и направилась обыскивать все кусты. Не прошла и четверть хода, как под ноги мне выкатился знакомый мешок в чёрных и красных квадратах. И столь же знакомый Деревянный Голос уведомил:
Чёрная Волшебница получает дополнительную награду за первое очищение Клетки от чудища. Можно выбрать любое блюдо.
И передо мной засветились картинки с едой. При одном виде куска птичьего мяса, расположившегося на деревянной тарелке, потекли слюнки. Я ткнула в него пальцем, картинка свернулась, и прозвучало сообщение:
Блюдо выбрано.
Мешок пропал. На ближайшем пеньке материализовалась та самая тарелка, я подсела ближе и принялась за мясо, отдирая от него полосы и суя себе в рот. Давясь от жадности, я услышала голос Каис:
«Видишь, какая я добрая? Такой награды не существует, но ты совершенно беспомощна, и мне захотелось тебя покормить».
Первым моим побуждением было швырнуть тарелку в кусты. Но я напомнила себе, что силы ещё понадобятся – меня вот-вот позовёт Чёрный Правитель для своей комбинации, что бы это ни означало. Разбрасываться подачками Каис было глупо.
«Молчишь? – Она рассмеялась своим низким грудным смехом. – А я думала, вспыхнешь от негодования».
Нет уж, не доставлю тебе удовольствия!
«Богиня Каис, – я отрывала такие же большие куски, но жевала гораздо медленнее. – Если тебе так скучно всё время, почему ты не хотела поговорить с Ройком и Ауфеной? Подумаешь, обращалась бы Ауфена к тебе, а не к Игрокам…»
Каис перебила меня:
«Ну, уж нет! Совсем у тебя короткая память, Ферджина. Я же сказала, по какой причине вычеркнула своё имя из Истории. Ты-то ко мне обращаешься редко, а вечные молитвы Ауфены раздражали бы».
Я молча доела мясо и пошла искать ручеёк. Пока я до него добиралась, Каис пояснила ещё кое-что:
«К тому же, дорогая моя Волшебница, твои друзья мне неинтересны. Они слишком просты. Слишком однозначны. Я обращаю на них внимания не больше, чем, скажем, на чудищ или духов, созданных Игрой».
Я зачерпнула воду из ручейка и выпила полную пригоршню, стараясь не поддаваться злости, стучавшей у меня в висках. Каис ещё ответит за то, как обошлась с моими друзьями. Закрыв глаза, я мысленно представила себе богиню, с отчаянным воплем падающую в Бездну. Вот она ухватилась за подлокотник трона, пытаясь удержаться, но пальцы соскальзывают, и Каис летит вниз, рассыпаясь чёрной и красной пылью…
«…пожалуй, оставлю тебя надолго».
Вслед за умолкнувшим голосом богини раздался другой – громкий, набирающий силу так, что у меня зазвенело в ушах:
«Чёрная Волшебница! Чёрная Волшебница! Немедленно явись на Вертикаль Правителя!»
Едва наступила блаженная тишина, как я торопливо зачерпнула ещё пригоршню воды и выпила. И только после этого понеслась на зов.
Глава 3
Я вошла в шатёр и увидела Чёрного Правителя в глубокой задумчивости. Он упёрся ладонями в стол, изучая расстеленное на его поверхности полотно. То было расчерчено квадратами, и, подойдя ближе, я заметила, что некоторые места отмечены красным. Карта, шепнул мне внутренний голос, это карта Доски! Правитель кивнул мне и снова уткнулся в изображение, что-то обдумывая и морща лоб. А тем временем раздался топот копыт, ржание кнейта и звуки, будто бы кто-то спрыгнул с седла. Вслед за этим послышались знакомые, родные мне голоса, и я встрепенулась. Вскоре в шатёр ввалился угрюмого вида Всадник с царапиной на щеке и в разорванной кольчуге. А за ним – мои друзья.
«Ауфена! Ройк!» – едва не вскрикнула я. Даже хотела шагнуть навстречу и обнять их, но вовремя опомнилась. В шатре Чёрного Правителя нельзя так себя вести!
Друзья ответили мне неловкими улыбками, которые тут же исчезли, и следом за Всадником приветствовали своего Правителя.
Тот, наконец, оставил карту в покое, сел на трон и поочерёдно оглядел каждого из нас, пока не остановился взглядом на Ройке.
– Лучник, у тебя есть первое предупреждение, – голос Правителя казался поистине ледяным, и я заметила, как Ройк весь подобрался. – Но тебе предоставляется возможность искупить свою вину! Ты поучаствуешь в комбинации.
Мне почудилось, что сейчас прозвучит: «Готов ли ты это сделать? Варианты ответов: Да/Нет», но ничего подобного не последовало. Даже Башня давала иллюзию выбора, здесь же тебе просто приказывали, и попробуй ослушаться!
– Сколько у тебя плюсов к меткости выстрела? – спросил Правитель, и Ройк буркнул:
– Десять.
На суровой физиономии Правителя промелькнуло одобрение. Он развалился на троне поудобнее и взял в руку чёрный посох. Я не сводила с того глаз, а Правитель расспрашивал Всадника.
– Восемь!
– И такой результат приемлем. Теперь ты, Жрица – много ли чудищ истребила, много ли у тебя плюсов?
Я с тревогой всмотрелась в лицо Ауфены – она как будто похудела ещё больше, а под глазами залегли тёмные круги. И ответила подруга тихо и неуверенно:
– Четыре…
И теперь все повернулись ко мне. Я почувствовала, как противная теплота заливает щёки, и разозлилась на себя, окружающих и на этот нелепый подсчёт плюсов. Можно ведь по дороге набрать!
– Волшебница, – Чёрный Правитель побарабанил своими узловатыми пальцами по древесине посоха. – Я велел тебе подготовиться к комбинации. Ты это сделала?
Да, вместо того, чтобы сидеть в озере, мне надо было пройти на следующую Клетку по Вертикали и поубивать ещё несколько чудищ! Я понимала, что сама виновата, и оттого злилась на Правителя ещё сильнее.
– Не совсем, Ваше Величество. Я набрала только два плюса к силе кристалла… за убийство одного-единственного чудища.
Наступила тишина, Правитель нахмурился и стиснул посох крепче. Я не сдержалась:
– Вы теперь накажете меня золотым лучом?
Вместо грозного «Да!» он посмотрел на меня с откровенным изумлением, приподняв редкие тёмные брови.
– О чём ты говоришь, Волшебница? Я не наказывал тебя лучом. Не в этой жизни, – прибавил он, имея в виду наши перерождения, но совершенно не помня того, что случилось в Башне. Я упорствовала:
– В этой. Вспомните чёрную пешку, которая хотела сбежать из Башни!
Медленно-медленно на лице Правителя проступило осознание чего-то важного, он выпрямился на троне и поспешил сказать:
– Да, теперь вспомнил. Чёрная пешка, верно! Дерзкая чёрная пешка!
Его голос прозвучал бесцветно, глаза забегали, и Правитель, явно торопясь исправить ошибку, ткнул пальцем в карту:
– Это всё неважно! Посмотрите лучше сюда.
Мы все подошли ближе – я, угрюмый Всадник, мои недоумевающие друзья.
– Я рассчитывал начать комбинацию позже, когда вы успеете набраться опыта, но белые организовали атаку на моё убежище. Начнём сейчас! Ваше появление в их же собственном лагере, несомненно, отвлечёт врагов!
Чёрный Правитель ногтем провёл черту по одной из Вертикалей:
– А теперь смотрите, на каких Клетках вы будете стоять, – он указал на места, отмеченные красным. – Тут – Всадник, там – Жрица…
Перечислив нас всех, Правитель добавил:
– Ваша обязанность – прорваться на эти Клетки. По вертикали, диагонали или горизонтали, или прыжками, как это делает Всадник – но встать на Клетку и оборонять её. Кто бы ни пытался пройти мимо, убейте; кто бы ни сгонял вас с Клетки, стойте насмерть. Поняли?
Мы закивали, и у меня вырвалось:
– А в чём же заключается комбинация? Я подумала, это что-то сложное и хитрое…
Правитель пронзил меня взглядом холодным и острым, как меч Всадника.
– Именно так, Волшебница. Сложное и хитрое заключалось в том, чтобы придумать наилучшие позиции для фигур. Это я и сделал. Теперь ваша очередь.
– А как же вы, Ваше Величество? – неожиданно заговорил угрюмый Всадник. Мне послышалось или в его голосе прозвучала искренняя тревога за Правителя?
Тот махнул посохом:
– Меня будут защищать три пешки и две фигуры. Этого довольно! А у вас своя задача.
Чего-то он недоговаривал. Но по одному только взгляду Правителя мне стало ясно, что он больше не скажет о комбинации ни слова. И жаждет того, чтобы мы покинули его уютный шатёр и побежали на поле боя – возможно, умирать. Я неохотно произнесла:
– Вынуждены повиноваться, Ваше Величество.
Остальные молча склонили головы, и мы дружно направились к выходу. За спиной прозвучало сообщение:
До следующего хода осталось пятнадцать мгновений… четырнадцать… тринадцать…
Едва мы покинули шатёр, как Всадник свистнул своего кнейта, вскочил на него и ускакал, поднимая клубы серой пыли. Я осталась лицом к лицу с Ройком и Ауфеной. Оба старательно отводили глаза, но я схватила их за руки:
– Мы теперь участвуем в одной комбинации… стоять будем недалеко друг от друга! Если что-то случится, я смогу вам помочь!
Ауфена сжала мою ладонь и грустно вздохнула:
– Ох, Ферджина, ты себе постарайся помочь. Мы слышали, сколько у тебя плюсов. А на Волшебницу враги кинутся охотнее, чем на нас с Ройком, верно? – она посмотрела на него, прижимая к груди молитвенник, и друг тотчас откликнулся:
– Это верно!
Мне стало горько и досадно: некому было помочь нам всем.
– Берегите себя! Я боюсь, что кто-то из нас в этой Партии станет жертвой, – голос дрогнул, и я выпустила руки друзей. Хотелось заплакать, но голосовое сообщение привело меня в чувство:
Чёрные фигуры – Волшебница, Жрица и Лучник – должны немедленно покинуть Вертикаль Правителя. Чёрные фигуры – Волшебница, Жрица и Лучник – должны немедленно покинуть Вертикаль Правителя. Чёрные фигуры…
Назойливый Голос бил по ушам своими деревянными интонациями, и Ройк выругался, помянув Бездну. Я была полностью с ним согласна и молча обняла Ауфену, слыша, как она шмыгает носом, будто растерянная, напуганная пешечка.
– Всё будет хорошо, – пробормотала я ей в плечо. – Вы мне верите?
Ауфена рывком высвободилась из моих объятий. Слёзы дрожали на её длинных чёрных ресницах:
– Мы ещё встретимся! Давай, Ройк, займём свои места!
Ройк напоследок пожал мне руку, попытался ободрить улыбкой и следом за Ауфеной помчался на «свою» Клетку.
Я смотрела им вслед, думая, что они так и не ответили, верят мне или нет. Монотонно заговорил Голос:
Чёрная Волшебница должна немедленно покинуть Вертикаль Правителя. Чёрная Волшебница должна немедленно покинуть Вертикаль Правителя. Чёрная Волшебница…
– Пошёл вон! – крикнула я в пространство, обернулась чёрным вихрем и понеслась сначала на Третий Уровень. Далековато, но оттуда я быстрее доберусь на нужную Клетку!
Меня встретила иллюзия. Ядовито-зелёные и неестественно голубые травы; жёлтые, как луч из посоха, цветы с огромными головками и толстыми стеблями… Да ведь это же Стражи! Точно – один открыл глаза, лишённые радужек, и сердито зашипел, высунув длинный язык:
– Пошшшла вон отсссюда!
Я хмыкнула и испепелила его одной искрой. Остальные испуганно сжались и даже языки втянули обратно. Жалкие твари! Пусть и в иллюзии, но мне было приятно расправиться с одним из них. Интересно, что ещё мне уготовил этот разноцветный лес и как скоро я отсюда выберусь? Я нашла узкую чёрную тропку и зашагала по ней.
Луч из посоха… Интересно, почему Правитель так странно и суетливо себя вёл в шатре? Как будто понимал, что сболтнул лишнее. И если это не он наказал меня в Башне, тогда кто же? Очередные забавы Каис? Я бы проговорила все эти мысли про себя, обращаясь к богине, но очень уж не хотелось с ней беседовать. Да и в лесу-иллюзии лучше не отвлекаться…
На меня прыгнуло что-то рыжее – невыносимо яркое, до рези в глазах – и вцепилось в волосы. Я завизжала от боли, ткнула жезлом в бок твари, опасаясь выстрелить и себя же убить искрой. Маленькое чудище зашипело и резануло меня когтем по лбу. Полилась кровь. Я снова закричала – не только от боли, но и от злости, жгучей волной ударившей в голову. Да что же это, я Волшебница, а не та неудачница, которой меня выставил в шатре Правитель!
Удар кулаком, затем жезлом – и тварь спрыгнула с моей головы. Попыталась ускакать прочь по синей траве. Кровь заливала мне глаза, но, щурясь, я всё-таки попала искрой в гадину! Кое-как вытерев лицо, посмотрела, что от неё осталось. Только кучка пепла… так ей и надо!
Немедленно прозвучавшее сообщение от Игры меня порадовало:
Чудище уничтожено. Волшебница получает два плюса к силе кристалла.
Всего четыре плюса к силе кристалла. Теперь доступно ещё одно его свойство: Ослепление. Длится несколько мгновений.
Всё, как я и думала.
Ранку на лбу пришлось перевязать чёрной лентой, раньше стягивавшей волосы на затылке. Жаль, горевшую от боли голову не перевяжешь. Я пощупала её, скривилась и застонала: несколько прядей волос мне вырвали с корнем. Как хорошо, что после выхода из иллюзии я снова буду целой и невредимой!
А все беды потому, что я думала о проклятом луче и Правителе. Сначала выберусь на безопасный подуровень, спокойно расположусь на настоящей травке и подумаю.
Я шла и шла, а лес всё не заканчивался. Где-то поблизости зажужжал целый рой мускашек. Я насторожилась, поправила повязку, уже насквозь мокрую от крови. Наверняка эти мускашки летают здесь неспроста! Внезапно поняла: мне трудно оттого, что я привыкла к путешествиям втроём. Ауфена и Ройк помогали мне, и когда мы шли вместе, она легко бы отогнала таких вот мускашек коротенькой молитвой. Эх, Ауфена, и ей сейчас нелегко…
Мускашки налетели огромным шумным облаком, и я расстреляла часть из них искрами. Кто-то улетел, а кто-то кинулся жалить меня в щёки, в кисти рук, не прикрытые одеждой, и в шею. Закрыв глаза, я отмахивалась от мускашек. Наугад махала кулаками. Пыталась направить на маленьких врагов кристалл…
Вдруг всё исчезло, и стало тихо. Неужели я выпала из иллюзии? Запахи в воздухе витали всё те же – лесные, но как будто искусственные и слишком сильные. Я утёрла лоб, сдвинув повязку вверх, открыла глаза и огляделась.
Конечно, иллюзия! Только теперь кругом было спокойно и мирно. Я шла по тропке, то и дело вытирая лоб, пока не заметила растение с широкими, покрытыми белёсым пушком листьями, росшее неподалёку. Откуда-то пришла мысль, что такой лист можно размять, и выделившийся из него сок вылечит ранку. А потом и к голове приложу… Я свернула с тропки, присела на корточки рядом с неизвестным растением и уже хотела сорвать лист, как вдруг опомнилась. С чего я решила, что он меня исцелит?!
Я вскочила, судорожно оглянулась на тропку – та принялась исчезать прямо на глазах. Не раздумывая, я шагнула обратно и со всех ног побежала по ленте чёрной земли. Если та пропадёт целиком, выхода из иллюзии не станет, я это чувствовала!
От затекавшей в глаза крови я уже ничего не видела. На бегу ударилась рукой о колючее дерево – обожгло новой болью. А затем меня с силой дёрнули за ногу. Я упала, едва не выронив жезл на землю. Выстрелила назад, не глядя, и державшие меня щупальца разжались. Я поползла вперёд, на яркий свет и…
…Оказалась на мокрой от дождя дороге.
Рубашка и штаны мгновенно промокли, зато боль волшебным образом исчезла, а кровь остановилась. Я пощупала лоб свободной рукой, с трудом поднялась на ноги. Казалось, я бежала целую вечность, и Партия вот-вот закончится… Но нет, это просто время в иллюзии шло иначе.
Я обнаружила, что стою между пропастью слева и горой справа. Всё выглядело знакомым: грозовое небо, камни, бурлящая внизу река…
– Ах вот оно что! – вырвалось у меня. Мы с Ройком и Ауфеной уже шли по этой дороге – Третий Уровень и ловушка с Жертвой! Только гора была слева, а река справа. Странно, ведь для фигур создаются иные ловушки, нежели для пешек?
Разбираться во всём этом у меня не было времени. Я только вслух подосадовала на то, что иллюзия перебросила меня сюда, а не на безопасный подуровень. Подул ветер, бросая мне волосы в лицо. Я попыталась закрутить их узлом, поскольку лента пропала в иллюзии. Ничего не вышло – узел то и дело развязывался, спутанные волосы падали мне на плечи. Я махнула рукой и пошла вперёд, сжимая жезл в одной руке, а другую на всякий случай подняв к груди. Зря, что ли, у меня теперь четыре плюса к силе кристалла?
Ветер пробирал меня холодом через промокшую одежду и хлопал полами моего плаща. Я устало подумала, что старый знакомый из горы наверняка обрадуется мне. Я ведь могу оборвать его страдания, приняв Жертву. Может, Каис для того меня сюда и отправила. Такого своеобразного милосердия от неё следовало ожидать.
– Добро пожаловать, Волшебница юная, – приветствовало меня чудище, когда я забралась внутрь горы, и осветило глазами с ног до головы. Я молча устроилась в углу, повертела в руках жезл. Верхушка привычно мерцала красным, вселяя хоть немного уверенности в своих силах.
– Зачем пришла ты, Волшебница? Неужели просьбу мою исполнить, покой мне даровать? Чтобы растворился я в бездне чёрной, ибо нет перерождений у чудищ.
Я чуть не захлопала в ладоши – до того замечательная мысль пришла мне в голову. Только бы сейчас Каис не следила за мной! Могло ведь так случиться, правда же?
– Да, чудище-из-горы. В обмен на то, что ты расскажешь мне кое-что.
Ответом предсказуемо была тишина – чудище размышляло, как мне ответить. И, наконец, проговорило:
– Расскажу тебе, Волшебница, всё, что знать желаешь ты.
– О Часах расскажи мне правду истинную, – я невольно принялась говорить, как он, растягивая слова и переставляя их местами, но тут же спохватилась. – Ты сам говорил, что был и Драконом, и Мудрецом – значит, ты жил ещё в те давние времена… когда её имя, – я понизила голос, – не вычеркнули из Истории.
Свет вдруг погас – чудище закрыло глаза, и темноту рассеивал только рубин на моём жезле.
– Многое уже знаешь ты, Волшебница. Многое… Расскажу я тебе о Часах.
Его речь потекла дальше, как волны неторопливой, обманчиво мирной реки.
– Часы, о Волшебница юная, есть не что иное, как артефакт священный, куда священнее, чем жезл любой, или кристалл, подобный твоему. Ибо с них начался отсчёт не только на доске маленькой, но и на Доске большой…
Я слушала, притаившись, как майси, и боясь шелохнуться, а голос моего собеседника стал ещё тише:
– С тех самых пор и не смеют фигурки остановиться, и нет конца Игре, пока идут Часы, пока охраняет их Башня…
Вот оно как! От волнения я стала кусать кончики пальцев. Только бы не проговорить возникшую мысль про себя, только бы удержаться! Между тем чудище помолчало, видимо, ожидая вопросов. Поскольку я не задала их, речь его возобновилась:
– Рассказал я о Часах тебе, Волшебница юная, теперь выполни просьбу мою и покой даруй мне.
Я встрепенулась:
– Погоди. Ты мне не так уж много рассказал!
Чудище распахнуло свои огромные веки, плеснув мне светом прямо в глаза. Я невольно зажмурилась.
– Не было уговора, Волшебница юная, чтобы я тебе много рассказывал.
Я вздохнула и постучала рубином по ладони, думая, что поторопилась с условиями. Оставалось надеяться, что хоть о Часах собеседник сказал мне «правду истинную». В любом случае, придётся поверить ему на слово.