Дом на распутье. Нечто

Глава первая: Визит

В каждом из нас кроется страх того, чего боятся нет абсолютно никакого смысла. И всякий, у кого есть подобная причина для беспокойств, пытается её спрятать в своей душе как можно глубже. Однако Нат считал, что ничего такого в этом нет. Ведь что плохого в том, что кто-то боится шариковой ручки или длинных огненно-рыжих волос одноклассницы, сидящей за одной партой? И главное, все усиленно скрывают столь непонятные фобии. А Нат не понимал, почему. Ведь никто ему толком не объяснял, каких страхов стоит стесняться, а каких нет. Он спрашивал, но понятного ответа ему так никто и не дал. Почему? В этом Нат тоже пытался разобраться.

* * *

В тёмной молчаливой комнате раздался громкий, оглушительный звон будильника, стоявшего на прикроватной тумбочке у изголовья двухъярусной кровати. Чья-то рука на первом ярусе лениво высунула кисть из-под одеяла, как змея высовывает голову, пробуя языком воздух, и резким ударом выключила звонок. Послышался страдальческий стон, под всё тем же одеялом кто-то зашевелился. Вскоре из-под него показался голова, увенчанная длинными серыми волосами. Рука, уже не напоминавшая змею, нащупала на той же крохотной тумбочке пару прямоугольных очков, и сероволосый нацепил их себе на глаза. Он сел на смятой постели и, немного помедитировав в таком положении, откинул одеяло и встал с кровати. Босые стопы сами собой нашли тапочки, стоявшие на привычном месте.

– Подъём, – сонно сказал Эрне.

На верхнем ярусе его кровати зашевелился кто-то ещё, но после недолгих попыток представить, что всё это просто глупая шутка, Нат Эймон так же лениво, с явно недовольной физиономией, сполз с постели. Точнее, чуть не свалился с неё.

– Напомните, зачем мы встаём так рано? – спросил он, рукой ища полотенце.

Ответа не последовало. Вернее, последовало только ленивое мычание Рикарда Байо на верхнем ярусе соседней кровати. На первом расположился Гейб.

– Встаём, – уже более уверенно и бодро приказал Эрне.

Рик перевернулся на спину.

– Сещас, – не очнувшийся язык заплетался.

В комнате зажёгся свет, осветив худое лицо и рыжие волосы Рика. Прозрев в исчезнувшей темноте, Нат отправился к раковине.

– Будь у меня пистолет под подушкой, я б тебя сразу пристрелил, – сказал Рик Эрне, стоявшему у выключателя.

– Ты в лампочку для начала попади, – ответил Эрне, протирая глаза. – Что у нас сегодня по плану?

Теперь на спину перевернулся Гейб, в основном отвечавший за планировку дня.

– Как и всегда. Украшение зала, – Гейбу надоело произносить это каждое утро.

– Хохжа мы уше пойшём допшашивашь? – спросил Нат с зубной щёткой во рту.

Гейб резко сел на кровати.

– Да разве вы ещё не поняли? Мы в дерьме! Дело провалено!

– Сказал человек, втянувший нас во всю эту передрягу, – заметил Рик, слезая с яруса. – Чего ты так боишься?

– Вы не понимаете? Если кто-то из свидетелей проболтается о том, что мы их допрашивали, на каюк!

– Почему-то когда мы шли на обыск кабинета Джерри, ты об этом не думал, – продолжал наступление Рик на нервы Гейба.

Тот, не придумав ответа, с сердитым видом отвернулся к стене. Нат, со стаканом воды в руках, подошёл к тумбочке, взял баночку с лекарством и, достав две таблетки, быстро проглотил их, обильно запивая водой. В последнее время без ежедневного приёма было не обойтись.

За окном валил снег. Очередной десант снежинок пускался на и без того захваченные земли. На улице было темно, но толстый слой белой пыли, лежащий на ветках деревьев, отражал свет, лившийся из комнаты. Тени широкими реками разливались по блестящей земле. Последние догнивающие листья после долгой борьбы всё же опали, и теперь ждали своей окончательной и бесповоротной кончины. Когда Нат по утрам смотрел на только просыпающиеся пейзажи, он вспоминал свою прогулку на старую психиатрическую больницу, терявшуюся на фоне чёрного неба. Ночь становилась всё длиннее и длиннее. Глядя на этот пушистый снег, он невольно пытался представить зимние игры. Нат никогда не играл со снегом, лишь видел, как это делают соседские ребята. Они лепили снеговиков, бросались друг в друга снежками, а он лишь наблюдал за всем этим со стороны и надеялся когда-нибудь вылепить самого высокого снеговика, построить самую большую крепость и попасть кому-то в глаз маленьким снежным клубком.

– Нат?

Нат оторвался от стекла и посмотрел на Эрне. Тот уже надевал привычную школьную форму.

– Да, сейчас, – ответил он, нехотя отворачиваясь от безобразного уличного пейзажа.

Дороги так и не стали свободней. Более того, за последние несколько дней не представлялось возможным даже выйти из здания школы. Связь оборвалась. Все, кто находился внутри школы были одни, и их окружали лишь несколько сотен миль в любую сторону, куда только можно отправиться. Но, тем не менее, жизнь в школе продолжалась. Занятия не восстановили, но Рождество, пусть и без особых подарков от родителей и прочих родственников, Джерри организовал, и за это многие ученики его благодарили. Возможно, даже в его холодной душе существовало нечто похожее на тепло.

Нат открыл шкаф и достал уже привычную огромную форму. Сходить к Уоллису он так и не решился, тем более после их ночного дебюта. Да и зачем. Его в полне устраивало то, что есть. Ворот рубашки он как всегда подвязал шарфом, с рукавами что-либо сделать не получалось, поэтому Нат оставил всё так, как есть. Туфли были слегка великоваты, но прочная шнуровка решала эту проблему. С брюками неудобств не наблюдалось.

* * *

В широком школьном коридоре пока никого особо не было, поэтому друзья без труда смогли выйти из комнаты. Обычно этому препядствовал поток учеников.

Лакированный деревянный пол отдавал слабым блеском – свет горел далеко не везде. На красных стенах тут и там висели окна на акварельные пейзажи природы. Вдоль стен стояли небольшие столики, на которых расположились самые разные предметы: вазы с цветами, книги, лампы с белыми абажурами и прочее.

В актовом зале за большими железными дверьми их уже ждали Мия, Энни и Хёлле.

– Кого я вижу? – с улыбкой на личе спросил Рик при виде Хёлле.

Нат тоже удивился. Неужели после столь долгого промежутка обиды Хёлле наконец-то простил им то, что они чуть не убили его, затащив на обыск? Однако радоваться пришлось не долго. Хёлле был явно не доволен тем, что друзья не стоят перед ним на коленях и не умоляют о прощении. Это выдавал как минимум его холодный, но в тоже время пылающий от гнева взгляд.

– Я надеялся услышать кое-что другое, – немкнул Хёлле, подтверждая мысли Ната.

– Обойдёшься, – ответил Эрне.

– Давайте не будем припираться и начнём, – предложила Мия.

– Давайте, – сказал Рик, чтобы не дать Хёлле высказать всё, что тот о нём думает.

Нат подошёл к отведённой для него коробке, внутри которой лежаали разноцветные блестящие шарики, звёздочки, гирлянды и другие Рождественские украшения. Он взял коробку и принялся развешивать игрушки по пушиистым лапам огромной ели, стоявшей по середине зала. Ель, правда, была искусственная. Эрне и Рик, стоя на двух высоких раскладных лестницах, как раз «достраивали» её. Хёлле и Мия развешивали гирлянды по синим стенам актового зала. Видимо, Хёлле не хотел работать вместе с друзьями. Энни и Рик о чём-то болтали отойдя в сторонку, напрочь забыв о поручении: вырезать как можно больше бумажных снежинок и расскрасить их. Гейб что-то записывал в своём блокноте. Как оказалось, у него подобных «детективных» штучек было спрятано в чемодане великое множество.

– Гейб! – окликнул друга Эрне.

Тот оторвал взгляд от блакнота и вопросительно посмотрел на Эрне.

– Ты может быть перестанешь страдать бедельем и поможешь с украшениями?

– Я уже свою часть сделал! – он указал карандашом на сцену. По огромному занавесу были развешаны разнообразные игрушки, плакаты и вырезанные рисунки.

– Тогда принеси ещё шриков! – крикнул Эрне и, вспомнив о вежливости, добавил, – Пожалуйста!

Гейб нехотя закрыл блокнот, убрал карандаш в карман и отправился за кулисы. Нат принялся украшать дальше.

* * *

Прозвенел звонок, оповещавший об обеде. Нат поставил каробку с шариками на стул, стоявший рядом и вместе с друзьями взобрался на сцену, где стояли несколько заранее приготовленных стульев, имппровизированный стол из большого перевёрнутого деревянного ящика. На «столе» уже лежали завёрнутые в бумажные салфетки фрукты, бутерброды, чашки с кофе, печенье и другие вкусные вещи. Впервые в жизни Нат попробовал кофе и остался в восторге. Сладкий горячий напиток хорошо бодрил и придавал сил. О таком действии кофе Нат уже слышал от родителей. Единственной непонтной вещью для него по-прежнему оставался школьный запрет на кофе. Уоллис почему-то упорно не хотел, чтобы ученики баловались подобным питьём, поэтому вся компания помощников с украшениями дружно разливала кофе по чашкам тайком.

Не смотря на отсутствие каких-либо свободных путей к школе, продуктов по-прежнему хватало на всех. Друзья сказали Нату, что все эти запасы были сделаны заранее, ещё до начала учебного года и хранятся сейчас где-то в подвалах школы. Единственным ощутимым неудобством после произошедшего было периодическое отключение электричества, но Нат темноты не боялся, а потому его это не особо беспокоило. В конце-концов, доза таблеток по утрам от этого не увеличится.

– Ну что у вас там с расследованием? – спросила Энни. – Гейб по-прежнему боится свидетелей?

– Если честно, мне уже надоело постоянно объяснять одно и тоже, – обидчиво ответил Гейб. – Но могу сделать это ещё раз. Если кто-то из свидетелей пробол…

– Да все уже давно поняли! – воскликнул Рик. – Поняли, что ты никому не доверяешь.

– Ты бы лучше помолчал, подозреваемый, – ответил Гейб. – Прежде всего, нужно найти у них мотив. Не от хорошей же жизни они убили Альфреда.

– Тогда можем заняться этим прямо сейчас, – предложил Нат, и, не дожидаясь ответа, спросил, – Рик, когда ты познакомился с Альфредом?

Тот отхлебнул кофе.

– Это было летом. В этом году, когда я только сюда приехал. Тогда я, собственно, и познакомился с остальными. Ну, кроме тебя, конечно, – он отпил ещё. – Об Альфреде я узнал от Эрне. Как собственно и о других «известных» личностях школы.

При слове «известных» всех почему-то передёрнуло. Нат этому удивился, но спрашивать не стал.

– У тебя были какие-нибудь конфликты с ним? – продолжал

– Да. Был один.

– Что за…

– Давай потом расскажу. Ладно?

– Но…

– Ладно?!

Нат понял, что задел Рика.

– Хорошо.

Краем глаза он заметил, как Энни погрустнела.

– Ладно, – Нат решил не отвлекаться от темы. – Эрне. Тебе есть, что сказать.

Когда Эрне задали вопрос, он, почему-то, рассмеялся.

– Ч-что? – спросил непонимающий Нат.

Другие от чего-то тоже заулыбались.

– Да просто, – давясь смехом сказал Эрне, – Если я буду рассказывать о своих конфликтах с Альфредом, то на это уйдёт несколько дней. Давай потом, хорошо?

Нат начал сомневаться.

– Хорошо, – ответил он, не став делать замечание. Тут он вспомнил, что сейчас рядом с ним сидит ещё одна важная персона. – Мия. В ночь, когда убили Альфреда, ты какое-то время была с ним. Расскажи пожалуйста, как всё было.

Мия посидела немного в раздумьях, а потом начала рассказ:

– Я, Энни и Альфред были в нашей комнате. Мы играли в карты. Собрались заранее, чтобы Джерри не заметил.

– Когда вы разошлись?

– Примерно в полночь. Альфред вышел из комнаты, обещав вернуться, но когда прошло около пятнадцати минут, мы решили больше не ждать и лечь спать. Утром он не появился, – последнюю фразу Мия произнесла почти шёпотом.

– Кто-то ещё знал об этой встрече? – спросил Нат после некоторой паузы.

– Нет. Только я, Энни и Альфред.

– Хорошо. Спасибо за ответ.

– Это нам не поможет, – внезапно подал голос Гейб. Все посмотрели на него. – Альфред мог спокойно кому-то рассказать. Хотя бы тому, кому он полностью доверяет.

– Но таких людей немного. Мия, Энни и… – Эрне осёкся.

– Кто? – спросил Нат.

– Леджер.

Внезапно раздался характерный щелчок, и в зале полностью погас свет. Подача электроэнергии снова оборавалась.

– Этого ещё не хватало, – сказал Хёлле.

– Спокойно. Без паники, – Рик достал из кармана небольшой фонарик. – Надо сходить к рубильнику и включить резерв.

– Я пойду с тобой, – вызвался Нат.

– Ну и я с вами за компанию, – Гейб поставил чашку на стол и поднялся со стула.

– Отлично. Тогда идёмте.

– А нам что делать? – спросил Хёлле.

– Поищите что-нибудь, чем можно осветить зал, – сказал Рик и открыл большую железную дверь.

* * *

Знакомая картина предстала перед Натом уже в который раз. Тени расползались по стенам словно змеи. Акварельные краски пейзажей уже не были такими яркими и представляли лишь жалкую пародию на былую версию. Сам коридо нисколько не приобразился. Но, возможно, так Нату только казалось. Казалось от того, что походы п школе в полной темноте стали чем-то обыденным.

– Напомните мне, куда мы идём? – спросил Нат.

– На первом этаже есть рубильник, который ключает подачу резервной электроэнергии.

– Ага. То есть мы идём туда?

– Именно.

Спустившись по лестнице, они повернули направо, сделали ещё несколько шагов и окаались возле железного шкафчика, висевшего на стене.

– Стоп, – сказал Рик.

– Что? Что-то не так? – спросил Нат.

Рик не ответил. Вместо этого он подошёл к шкаычику, не прекращая светить на него фонарём и… открыл металлическую дверцу.

– Открыт, – подытожил Рик. – Кто-то специально выключил свет.

– Что? – удивился Нат.

– Смотри. Здесь два рубильника. Один отвечает за основную, другой – за резервную подачу, – Нат посмотрел внутрь шкафчика. Всё было так, как сказал Рик. И оба рубильника были повёрнуты вверх.

Рик взялся за правый рубильник и, не без усилий, дёрнул его вниз. Но ничего не произошло.

– Чёрт. Сломался.

Вдруг дальше по коридору послышались чьи-то медленные шаги. Все трое посмотрели туда, откуда шёл звук. Рик направил луч, но, к сожлению, ничего рассмотреть не удалось.

– Эй! – крикнул Рик. – Кто там?

Нет ответа.

– Помогите! Мы хотели включить свет, но…

Нет ответа.

– Может вы поможете?

И снова молчанье.

– Да что его. Может вы наконец… – Рик собирался пойти навстречу незнакомцу, но рука Гейба, упавшая ему на плечо, остановила его.

– Рик. Постой, – в голосе Гейба Нат отчётливо слышал нотки страха. – Это подстава. Нам надо бежать.

Рик посмотрел Гейбу в глаза.

– Чего?

Рик переспросил толи от того, что не услышал, толи из-за нежелания признавать очевидное, однако Нат уже обо всём догадался. Широкими от ужаса глазами он всматривался во тьму, в которой постепенно начал приобретать очертания чёрный силуэт человека, в руках которого блеснуло что-то большое и металлическое.

– БЕЖАТЬ! – взревел Гейб.

Через мгновение медленный темп превратился в быстрый.

* * *

Альфред вышел из комнаты Мии и Энни и отправился в свою, намереваясь потом вернуться обратно. Дойдя до своей комнаты и зайдя внутрь он столкнулся с убийцей. Тот посредством вскрытия вен убил Альфреда и по неизвестному пути. Затем он зашёл в кабинет Уоллиса, повесил ключ от комнаты Альфреда на место и оставил ложный след в виде ножа, спрятанного в стол Джерреми. Дальнейшие действия неизвестны.

* * *

На часах полночь. За окном гриммёрки непроглядная тьма. У Ната Эймона тяжёлая отдышка и серьёзная паника. В глазах всё ещё блестит тот жуткий отсвет фонаря на блестящем ноже. В руках орудие держит невысокий, примерно одного роста с Натом, человек, облачённый в чёрный костюм. Лицо закрывает маска. Дальше в памяти всплывал только момент побега.

Неужели они столкнулись лицом к лицу с убийцей Альфреда? Неужели это преступление совершил кто-то из учеников? И самое главное: неужели он знает о том, что их компания взялась расследовать это дело? Если да, то откуда? Может быть, они где-то оставили след? Или же… Нат помотал головой. Мысль о предательстве одного из них никак ни помещалась в голове и вызывала сильную боль. На глазаа навернулись слёзы.

Раздался тихий скрип входной двери, и в маленькую комнату, наполненную всякими пудрами и париками, с небольшим окном кто-то вошёл. Нат не видел, кто. Он не смотрел на дверь.

– Нат? Всё в порядке?

Гейб. Нат решил не отвечать. Юный детектив подошёл ближе и тоже присел на большой деревянный сундук, на котором сидел Нат.

– Мда. Не думал что всё обернётся… вот так, – сказал Гейб.

Нат продолжал молчать. Гейб тоже не спешил продолжать говорить.

– Это уже не забава для ума…

– Агата Кристи.

– Что?

– Ты как-то раз читал нам перед сном. Это из «Восточного экспресса».

Гейб посмотрел удивлённо посмотрел на него.

– Ты запомнил?

– У меня способность запоминать то, что не нужно.

Оба улыбнулись. Потом немного засмеялись.

– Как ты думаешь… – начал вопрос Гейб.

– Я ничего не думаю, – ответил Нат, не дав Гейбу договорить.

Его взгляд устремился на улицу, на падающий снег. Они сидели в полной темноте, совершенно одни, а где-то там в огромном лабиринте коридоров пряталось нечто опасное и неизведанное. Словно какое-то существо, притаившееся во время охоты.

– А если подумать? – решил не отходить от темы Гейб.

Нат задумался.

– Альфред вышел из комнаты Мии и Энни и отправился в свою, намереваясь потом вернуться обратно. Дойдя до своей комнаты и зайдя внутрь он сталкнулся с убийцей. Тот посредством вскрытия вен убил Альфреда и по неизвестному пути. Затем он зашёл в кабинет Уоллиса, повесил ключ от комнаты Альфреда на место и оствил ложный след ввиде ножа, спрятанного в стол Джерреми, – ответил Нат. – Дальнейшие действия неизвестны.

– Пока что самая очевидная версия, – разочарованно сказал Гейб. – Но спасибо за то, что высказал своё мнение.

– Ну а ты что думаешь?

Гейб приложил ладонь ко рту и уставился на золотистый парик, лежавший на голове маникена что валялся в дальнем углу комнаты за дверью.

– Пока ещё сложно сказать, – ответил Гейб после минуты молчания.

– Ну а первое, что приходит в голову? – Нат не собирался отстать просто так. – Мама говорила, что то, что первым приходит на ум – лучше всего.

– В таком случае Альфред и есть убийца, – улыбнулся Гейб и они оба захохотали вновь.

– Ну а если серьёзно? – спросил Нат, когда смех более-менее отпустил лёгкие и дыхание стало выравниваться.

– Честно?

– Выкладывай все мысли, какие есть?

– Что ж. В таком случае… – Гейб снял свою старомодную кепку, – Выкладывать… нечего.

Нат был удивлён. Удивлён, но почему-то не слишком. Возможно потому, что он знал – все находятся в таком же шоке, как и он. А в таком состоянии в голову мало что приходит дельного.

– Ну а если подумать?

Гейб вздохнул.

– Он знает, – театральная пауза, – знает о том, что мы его ищем. Готов спорить на что угодно, это он отключил свет.

– Но тогда откуда он знал, что придём именно мы?

– А он и не знал.

– То есть?

– Он отключил свет не для того, чтобы все разошлись по комнатам.

Нат вспомнил о правиле.

– И когда бы все ушли…

– …он бы направился к нам и остался бы не замеченным, – заключил Нат. – Но ведь это же странно.

Гейб помолчал.

– Да всё тут, чёрт возьми странно.

* * *

Они сидели вокруг нескольких горящих свечек, найденных где-то в закулисами. Двери они заперли изнутри, чтобы никто не мог войти. После того, что случилось, все были страшно напуганны.

Один из больших лоскутов ткани, которыми накрывали ящики с реквизитом, они стащили и укрылись под ним. Получилось импровизированное одеяло. Всё, что можно было съесть, было съедено.

Хёлле и Мия кое-как уснули. Гейб и Нат просто сидели, уставившись на крохотное пламя. И только Рик и Эрне что-то рисовали на планах школы, принесённых Эрне сюда заранее. Он надеялся попытаться более точно сложить паззл событий и, видимо, как раз этим сейчас и занимался, а Рик ему помогал.

– Ну? – спросил Гейб.

– Что? – откликнулся Эрне.

– Нашли что-нибудь?

– Ну-у-у… – протянул Эрне, и стало ясно, что дело – дрянь. – Я не могу понять. Если всё было так, как описала Мия, то убийца уже поджидал Альфреда в его комнате. Зачем он тогда взял ключ? Сомневаюсь, что Альфред запирал комнату. Да и к тому же, ключ всего один. Одно ясно наверняка – нож понадобился для запутывания следов. Скорее всего на ключе были отпечатки пальцев или что-то типа того. И ещё кое-что. Как убийца смог незаметно пропасть в комнату Альфреда, если от комнаты каждого из подозреваемых до неё надо пройти минимум несколько комнат? Не слишком ли огромен риск?

Гейб встал и подошёл к Эрне и Рику. Нату тоже стало интересно и он отправился вслед за Гейбом. Тот уже водил карандашом над чертежами этаажей школы.

Внезапно гриффель остановился прямо над комнатой Альфреда. Гейб нахмурился и стал здвигать чертежи второго и третьего этажей друг на друга.

– Рик, дай фонарь, – попросил Гейб.

Рик послушно дал ему источник света. Гейб посветил на чертежи. То, что предстало их взору, поражало.

– Боже мой, – прошептал Эрне.

– Комната Альфреда находится прямо под кабинетом Уоллиса, – подытожил Гейб.

– Т… то есть ты хочешь сказать?..

– Да. Он мог спуститься по внешней стене.