Останься. Бонус

Глава 1

Я прищурился от ярких лучей солнца, которые вплетались в светлые волнистые пряди моей сегодня невесты, делая её ещё более похожей на ангелочка, чем видел всегда. В совокупности с кремовым воздушным платьем, которое она выбирала без малого несколько недель, образ становился максимально завершённым. Заметив мой восхищённый взгляд, Элисса покружилась, взметая длинным, с блёстками подолом миллионы солнечных зайчиков вокруг себя и открывая такие же блестящие крохотные туфельки. Затем остановилась, кокетливо откинув на плечо уложенные волосы, чтобы продемонстрировать мне почти полностью открытую спину, и хитро обернулась:

– Скажите же, я красивая?

– Очень, – закивал я, а руки зачесались, чтобы потрогать… и снять с неё этот потрясающий наряд, заодно увидеть, что там под ним. Ведь судя по выражению её личика, там нечто, что мне понравится ещё больше свадебного платья.

Девочка звонко рассмеялась и сбежала со ступенек крыльца, влетая прямо в мои объятия. Даже не притормозила, уверенная, что я поймаю, подниму и покружу, как она любит. Элисса часто говорила, какой я сильный, огромный, как она чувствует себя со мной под надёжной защитой. Всем своим поведением всегда это показывала. И счастливее меня в мире вообще никого не было. Потому что она со мной счастлива.

Я же хотел сделать её ещё счастливее, именно поэтому наша свадьба состоялась спустя больше четырёх лет совместной жизни. Пусть и настоящим мужем я ей стал сравнительно недавно. Правда, она сама об этом не догадывалась, будучи уверенной что так у нас было всегда, а я просто потерял все до единой наши фотографии. И угрызения совести меня не мучали. Разве что самую малость. Но глядя на её радостную улыбку, готов был солгать снова о чём угодно, придумать ещё и не такое.

Все документы были в порядке, поэтому ЗАГС нам был уже не нужен. Я только уточнил, хочет ли пара туда, и получив ответ, что там, наверное, ничего интересного, успокоился. А вот праздник был нужен точно. Его-то мы и организовали в небольшом закрытом ресторанчике на берегу реки. Вот только когда составляли список гостей, выяснилось, что звать особо и некого.

Близких друзей, которым можно было бы доверять, у меня не было. То есть был Эмин, но последние года два я о нём уже ничего не знал. Волчонок, наверное, был единственным для меня, подходящим под звание «друга». А у Элиссы и вовсе не было знакомых и родственников. Она считала пока, что не помнит их, а я не особо интересовался. Хотя то, что она жила в интернате, пришлось сказать. Ведь заявлять, что не знаю ничего о родителях своей жены, было бы совсем тупо.

К моему счастью, она не так уж сильно расстроилась. Понятно, что и рада уж не была этой информации, но ответила, что зато у неё есть я. И я подтвердил, что да, я есть, и я её семья. Кажется, такое положение вещей её устроило. Хотя немного огорчило отсутствие подруг. «Ведь у всех есть подруги».

На это я ей вполне серьёзно заявил, что у меня нет никаких подруг. И она долго смеялась, опять ударяя меня ладошкой по плечу и заверяя, что я просто невероятно весёлый, забыв о причине своей печали. Вот так из хмурого и делового главы прайда я легко превращался в того ещё «весельчака», не прилагая к этому вообще никаких усилий.

Когда-то Эрдан дал мне совет больше шутить с парой, и я честно пытался это делать. Но ничего не выходило. На все мои попытки она реагировала хмурым взглядом, уточняя, что именно кажется мне весёлым. Теперь же Элисса могла принять за шутку почти любое моё высказывание, мне оставалось только подыгрывать, что так оно и было запланировано, что я ну ооочень остроумный и забавный малый.

Мне самому было вообще без разницы, главное, что ей комфортно и радостно со мной. А то, что в итоге на нашем празднике присутствовали только Эрдан с Мией, их дочка, наша домоправительница («Ну как же, Эрнард, она же как член семьи!») и несколько ребят из охраны с парами (с жёнами – для Элиссы), это не казалось ей проблемой.

Я сначала переживал, что она расстроится, что некого особо звать, но Элисса заверила, что главное, чтобы я сам был. И фотограф. Конечно. Это же самое важное. Мне же строго-настрого было наказано красиво позировать и делать приветливое лицо. Я только усмехался и не спорил. ПОЗИРОВАТЬ для фотографий на собственной свадьбе! Кому расскажешь, не поверят. Сам себя не смог бы раньше представить в такой ситуации. Но ей были очень нужны красивые фотографии. А значит… буду позировать.

Под внимательным контролем Элиссы мне был куплен настоящий свадебный костюм. И даже заказана бутоньерка – такая фиговина из мелких цветочков, которую нужно было воткнуть в карман пиджака. Я охренел, но не спорил. Тем более, что Элисса сказала, что мне прям очень идёт.

Правда, глядя в зеркало я видел здорового мужика в слишком уж нарядном костюме с цветком и… серёжкой в ухе. Которая ей нравилась особенно. И если сначала подумывал снять эту штуку, авось не заметит, то когда пара, по совместительству жена и ещё по одному совместительству сегодня вот невеста, начала частенько целовать меня именно в ухо, поддевая её язычком… В общем оставил я её. И ничто не заставит теперь убрать. Пусть только целует.

Вот такой я охрененно послушный и прирученный оборотень. Кому не нравится, пусть не завидуют. Или могу вспомнить, что главой прайда я быть не перестал. Как и упражняться в зале и на свежем воздухе с племянником.

Жаль, оборачиваться дома теперь было нельзя. Удавалось побегать вдоволь только когда оставлял Элиссу с Эмином-собакой или с Мией. Больше ей не с кем было общаться. Пока. И я уже заранее седел, от мысли, что будет, если ей однажды захочется завести побольше друзей… Но надеялся, что это произойдёт нескоро. Ведь сейчас большую часть всего времени мы проводили вместе.

Особенно последние дни, когда Элисса почти полностью переехала в мою комнату. Ведь в своей до момента торжества хранила свадебное платье, которое жениху видеть нельзя (то, что я так-то ей уже муж, её вообще не смущало).

Поэтому, когда курьер привёз на днях коробку, мне стало любопытно, что там, ну и заглянул. Ведь знал, что платье уже в комнате, а значит под надёжной от меня защитой. Если честно, нос я туда сунул с целью увидеть её новое бельё или нечто подобное.

Ведь недавно она отрыла в своём шкафу тот гардероб, который в первый день здесь выбрала ей моя секретарша, и вот с тех пор покоя в моей голове и всём остальном не было. Фантазии не прекращали покидать мысли. Но меня ждало разочарование.

Зато, когда маленькая сорока застала меня разглядывающим её, как выяснилось, свадебные, с разными камушками туфли, я получил строгий выговор. И так как это был уже вечер, а спать нам следовало вместе, то меня ждало ещё одно заявление:

– Всё, я обиделась. И никогда больше не стану.... Вас целовать даже. Понятно? -девочка демонстративно отвернулась от меня к краю кровати, показывая, как сильно рассержена, что испортил сюрприз от её свадебного наряда.

– Понятно, – подтвердил я легко, уже примерно представляя, как долго продлится «наказание».

Она полежала так с минуту. И обернулась, заглядывая в моё лицо, видимо ожидая увидеть там вселенское горе. Но вместо него я улыбался. Потому что чувствовал её теперь и знал, что она испытывает на самом деле.

– Уже закончилось твоё «никогда»? – привычно обнял я её, когда сама подползла ближе.

– Ой, Вы просто знаете, что я Вам всё прощу, вот и пользуетесь, – покачала она укоризненно головой.

– А ты мне всё простишь? – вот в чём я ооочень сомневался, и тут же получил подтверждение.

– Ну… кроме если смотреть будете на других. Или если Вас кто-то будет трогать. Или если Вам кто-то понравится…

Дальше следовал длинный-длинный список разных «если», которые все в той или иной степени были связаны с изменой и тем, что не буду выполнять её «важные» просьбы.

– И, если любить меня не будете, тоже, – закончила она перечисление наименее вероятным вариантом.

– Хм, тогда я спокоен, – шепнул ей, прижимая к себе.

– Почему это?

– Всё, что ты перечислила, невозможно.

– Да? – Элисса хитро улыбнулась. – Ну тогда так и быть уж… целуйте меня.

– Спасибо за разрешение, – улыбнулся.

– Да нет же, Вы прямо сейчас целуйте давайте.

– Даю, Элисса, – усмехнулся я и, собственно, дал, что просили, и ещё немного с авансом. С тем, во время которого она всё реже мне «выкала».

Приветствую Вас на страницах продолжения этой истории, благодарю за поддержку книги в виде звёздочек и комментариев♡

Глава 2

Пока ехали в машине, Элисса радостно щебетала что-то про организованную нами выездную церемонию (да-да, хотя оформление документов было не нужно, но вот эта украшенная цветами арка и серьёзная женщина с папкой были, по её логике, обязательным атрибутом свадьбы), а я не мог оторвать от неё влюблённого взгляда.

– У Вас такие глаза сейчас, – вдруг задумчиво проговорила она и потрогала мою щёку. Именно потрогала, не погладила.

– Какие, Элисса? – контролировать свои зрачки прежде мне как-то не приходилось, зато теперь я почти всегда был настороже и не позволял ничему во мне выдавать зверя.

– Ну… мечтательные, а говорили, что не хотели свадьбу.

– Не говорил я такого! – даже возмутился, потому что правда не говорил.

– Ладно-ладно, Вы сказали, что не против, но это не значило, что хотите.

– Потрясающая логика, -усмехнулся я и потянулся к её талии.

– Неееет уж, – остановила она меня, – платье помнёте, знаю я Вас.

Подумаешь, и помял бы… Кому вообще на нашей свадьбе есть дело до этого платья? У нас же как-то такое не принято. Поэтому в прайде редко устраивали подобные торжества. Всё же важнее было представить всем свою избранницу как пару, поставить метку, а не весь этот антураж. Только сделать этого официально я не мог. Хотя все уже и так знали, кто эта крошечная светловолосая девочка, которая частенько ездит со мной, а порой и… на мне… Размечтался опять. А всё из-за чего?

– Ты сама виновата, что сегодня решила спать в своей комнате одна.

– Я же объясняла, – недовольно вздохнула она, – это, чтобы Вам в первую брачную ночь было интереснее.

Ох уж эти её идеи, как сделать интереснее мою жизнь…

– Да куда уж ещё интереснее, маленькая?

Она хитро улыбнулась, покачала головой и отвернулась к окну. Явно в её головке созрела очередная блестящая идея, которую испытывать будут на мне. И не то, чтобы я был особенно против, но вот на самом деле, всего одна ночь без неё мне показалась адом.

Элисса знала, что если меня даже долго не бывает дома, то возвращаясь, накидываюсь на неё как оголодавший дикий зверь. Ей это нравилось, конечно. Ведь так ярко подчёркивало мою к ней привязанность. В такие моменты иногда она сама отвечала с не меньшей страстью и готовностью, а вот иногда ей хотелось немного подрессировать мужа… Тогда мне приходилось послушно идти сначала ужинать, пожирая её голодным взглядом, потом принимать душ, да «как следует, не торопитесь там», а потом – это просто обязательно – смирно смотреть, как она будет медленно-медленно раздеваться.

Её почему-то веселило, что, сдерживаясь, я сжимаю кулаки, пряча когти, и скриплю зубами, чтобы не выпустить клыки. А потом, когда бросаюсь на неё, подтягивая под себя, она заливисто смеялась, довольная, что довела меня до точки кипения.

Быть с ней осторожным в такие моменты было крайне сложно, но я быстро заметил, что именно этого она от меня и не требовала. Чаще всего наоборот просила «ещё», что могло означать по идее что угодно. Но каким-то шестым чувством (ладно-ладно, основанным на метке) я обычно угадывал её желания.

– Я знаю, о чём Вы думаете, – заявила Элисса, вернув своё внимание мне.

– О чём же мне ещё думать?

– Например, о торте.

Тут я порадовался, что раньше нашёл в себе силы признаться, что не люблю сладкое. Иначе она, наверное, заставила бы меня съесть этот огромный двухъярусный торт до крошки.

– А если я не хочу о торте? – усмехнулся и снова потянулся к ней.

Элисса шлёпнула меня ладошкой по рукам, отчего мои брови взметнулись вверх в изумлении.

– Ну потерпииииите, Эрнард! Я же терплю! У меня для Вас подарок же.

– Давай обменяемся подарками сейчас?

Я радостно вытащил из внутреннего кармана продолговатую коробочку с браслетом и тут же открыл, вручая ей. Спасибо Мие, что помогла с выбором, иначе всю голову бы сломал. Глаза Элиссы зажглись не хуже камушков на украшении, и она сразу протянула мне своё тоненькое запястье, чтобы надел. Когда кое-как застегнул на ней этот мелкий замочек, вновь потянулся к ней своими загребущими лапами. Но чмокнув меня в нос, Элисса опять отстранилась и грозно на меня посмотрела:

– А ну-ка не портите сюрприз.

Я едва не зарычал. Ну за что?! Раньше нельзя было трогать, потому что она боялась, теперь, потому что там какой-то сюрприз. А я не хочу сюрприз. Я её хочу. Сейчас!

Звонкий смех заполнил машину.

– У Вас такое жалобное выражение лица, Эрнард!

Поймав мой хмурый взгляд, девочка всё же сжалилась, обхватила мою шею и принялась целовать сначала её, а потом уже перешла на губы, в которые и прошептала напоминание, чтобы не смел мять платье. И я почти не мял. Так, потрогал немного, уже ощущая аромат её возбуждения.

К счастью, на сегодня мы сняли машину с перегородкой между пассажирами и водителем, хотя с нюхом и слухом нашего водителя, вряд ли он не догадывается, что тут происходит. Только меня это не смущало, а Элисса попросту была уверена, что он ничего не заметит. Поэтому тихонько захныкала, прося моей ласки.

– Ты же… сказала… платье… не мять…– напомнил между поцелуями, когда она взбиралась на мои колени.

– А Вы аккуратно, – шепнула мне, помогая пробираться под подол.

Только вот стоило попытаться расстегнуть на себе ремень, как Элисса меня остановила.

– Мы такого делать не будем, сюрприз же.

И я растерялся даже.

– А что же нам можно делать?

– Ну… – она кокетливо отвела глазки, давая мне понять, что план у неё точно есть, но мне достанется не так чтобы много, – можете потрогать меня… Если хотите…

Для пущей убедительности она закусила губу. И в этот раз не выдержал и рассмеялся я:

– То есть ты мне не разрешаешь получать удовольствие, чтобы было интереснее, но при этом сама….

Элисса покраснела и заёрзала на мне, жалобно глядя своими огромными глазами:

– Это же из-за Вас всё. Я вообще ничего такого не собиралась. Я хотела сюрприз! А Вы… вон… целуете… и вообще.

– И вообще, да? – приблизился я к её декольте, оставляя там поцелуй и вырывая её тихий стон.

Мысль в наказание оставить её «без сладкого» была, но разве мог я так жестоко с ней поступать? Когда такое было, чтобы Элисса сама просила меня её трогать? То есть в последнее время частенько. Но когда-то я и мечтать не мог. Поэтому отказываться не стал. А сам потерплю… чтобы интереснее было. Вечером.

Ох, чувствую, ждёт меня ну ооочень интересный сюрприз. Она же снова меня мучить будет, а потом радоваться, что не сдержался.

К моменту, как мы подъехали к назначенному месту, раскрасневшаяся Элисса в маленькое зеркальце успела подправить свой лёгкий макияж, причёску, одёрнуть платье, а также сделать мне выговор, что я всё испортил. Правда, потом одуматься и поцеловать меня в качестве извинения за безосновательные обвинения, ведь «всё было испорчено» с её разрешения. А мне так даже больше нравилось, чем было.

Но это она ещё не заметила красный след от моего поцелуя на месте, где должна была стоять метка. Потом мне за это обязательно всё выскажут. Ведь на фотографии будет видно. Только в этом и состоял мой коварный план. Пусть всем будет видно, что она моя. Пара, жена, любимая.

Осталось только пережить несколько часов фотографирования, первый танец («Как это Вы не будете танцевать? Вы, что, в прошлый раз тоже не танцевали? Так не пойдёт, Эрнард!»), шутки племянника и сдерживаемые ухмылки охраны (они уже привыкли к командному тону моей крошечной пары и тому, что рядом с ней я больше плюшевый медведь, чем глава прайда, но ума хватало помнить, что Элисса сейчас уйдёт в дом, а я останусь тут. Без неё. Поэтому сдерживались, как могли). И вот потом, наконец, мы перейдём к главному во всём этом для меня – останемся с ней вдвоём, будем разговаривать и наслаждаться друг другом.

Правда, ещё Элисса обещала рассказать мне, что она хочет в качестве второго подарка на свадьбу («Ну Вы мне точно что-то сами подарите, а ещё кое-что я у Вас попрошу, можно же? – и глаза такие, как у кота из мультика). Если честно, у меня даже предположений не было, что именно, но уже заранее было немного страшно.

Глава 3

У машины нас встречал Эрдан, а вот Мии не было, на что сразу же обратила внимание Элисса. И узнав, что она отошла подышать свежим воздухом, всё порывалась идти к ней. По глазам племянника я понял, что идти ей туда не надо, но разве же удержишь Элиссу…

В общем все мы втроём обнаружили растерянную девушку на берегу реки с котёнком ирбиса на руках. Они гораздо крупнее обычных кошек, естественно, и спрятать такое чудо было бы весьма проблематично. Картина Репина «Приплыли» в моей голове начинала получать новые очертания и обретать новый смысл.

Особенно когда моя девочка с радостным визгом кинулась тискать малышку… Та не сопротивлялась, но мы все затаили дыхание, прикидывая, что будет, если прямо на её руках обернётся обратно в человеческую девочку.

Оборот произошёл не впервые, но теперь пока она не научится контролировать его, периодически будут происходить подобные конфузы. И это не было бы проблемой вовсе, если бы не…

– Я думала, вы с дочкой приедете, – удивлялась моя ничего не подозревающая невеста, почёсывая за ушком вообще-то свою тоже внучатую племянницу…

Это ж выходит не только я стал дедом, но и моя Элисса теперь… бабушка? Брр. Даже звучит странно.

– Дочка в машине, – натянуто улыбнулась Мия и солгала во благо, – спит.

– А котёнок откуда?

– Так это… – счастливая мама жалобно посмотрела на мужа, тот – на меня, я… А мне не на кого было смотреть.

– По дороге нашли? – подсказал.

– Да! Ехали, смотрим, кошечка, ну и взяли.

– А может нам отдадите? – предложила Элисса, не желая расставаться с ласковой зверушкой. – Эмин привыкнет, а она такая милая. Это же она?

– НЕТ! – в унисон ответили родители сего чуда.

– Мия тоже мечтала о… питомце… Давай тебе в другой раз кого-нибудь отдадим? – предложил Эрдан, явно желая провалиться сквозь землю, потому что только назвал свою дочь питомцем.

– Нас ждут уже наверное, идём, Элисса, оставь… животное… – я поймал гневный взгляд Мии, вздохнул и увёл пару подальше, молясь, чтобы она не пожелала чуть позже попрощаться с киской. Как ей объяснять, куда она денется, пока не придумал.

Повторно разговора о своей природе уже давно не заводил, как-то спокойнее мне так было за её сознание. Потому что предугадать реакцию было очень сложно. С одной стороны она стала такая весёлая и всему радуется, а с другой… выяснилось, что боится некоторых грызунов и насекомых до ужаса. Настолько, что умудряется в долю секунды забраться мне на руки и командовать оттуда, куда её нужно нести отсюда, да поскорее.

Непосредственность Элиссы меня не только забавляла, но и невероятно радовала. Потому что такой она только со мной была. И это был просто какой-то отдельный вид удовольствия.

Сегодня же нам всем везло, потому что, увидев украшенное цветами помещение, Элисса забыла про свою племянницу в виде кошечки и за руку потащила меня рассматривать это всё великолепие. Тут уж и фотограф подоспел, мне оставалось только выполнять её команды: как встать, как смотреть, как её держать. Ну и кружить, конечно же. Это было вообще обязательно, чтобы платье развевалось красиво.

Пытка фотографом закончилась всего-то через несколько часов. И положительного было в ней только то, что мне можно было подержать Элиссу, взяв на руки, и потом целовать. Только каждый раз, как я забывался, что это не просто поцелуй, а для фотографии, она укоризненно качала головой и говорила, что нормально нацеловаться ещё успеем. Ей-то легко говорить, в машине она свою долю ласки получила, а мне досталось только радоваться тому, что хорошо ей. Но конечно я ни словом, ни делом не показал своего нетерпения закончить всё скорее и поехать с ней домой. Всё же ей важен был этот праздник.

После торжественной церемонии, в ходе корой мы пообещали друг другу быть вместе и в горе, и в радости (для меня эти слова стали особенно символичными и даже неприятно царапнули по сердцу воспоминаниями, как порой оставлял её одну или повышал на неё голос, про синяки на её теле даже вспоминать не хочу), наконец нас одарили подарками и вынесли торт. Всё шло славно. По плану. Ведь Элисса не знала, что помимо ребят из охраны на нашем празднике, вокруг патрулируют территорию ещё около двадцати ирбисов. Мы опасались, что кто-то из наших врагов может выбрать именно этот день для нападения или какой-то подлянки. К счастью, этого не случилось.

От тяжелых мыслей меня отвлекла радостная Элисса, восторгающаяся тем, как вокруг красиво и какой я молодец, что смог изобразить вальс. Чтобы случайно не затоптать пару, вопрос я решил радикально: приподняв её, удерживал в руках так, что её ноги свободно парили над полом. Невесту это устроило, потому что мы были на одном уровне и можно было целоваться. Нашу идиллию не портил даже угорающий временами Эрдан, изо всех сил делающий вид, что ему не смешно видеть меня в таком наряде и выполняющим любые прихоти своей крошки. Мия несколько раз толкала его локтем в бок, а в итоге отдала ему уже вернувшую человеческий облик дочь, на неё он и переключился, забывая теперь мне подмигивать и кивать на пятую точку моей наконец-то уже жены во всех смыслах.

Когда всё закончилось, и Элисса уже натанцевалась с девочками тоже, то наконец согласилась ехать домой и приступать к первой брачной ночи, которую я ждал со вчерашнего вечера. Сделала всё же мой день «интереснее» моя крошка.

И её сюрпризом оказался… массаж… Да-да, не какое-то там необыкновенное бельё или что я там себе нафантазировал. А массаж! Означающий, что пока она не закончит, мне снова нужно терпеть и ждать.

Элисса потушила свет и зажгла свечи, заставила меня раздеться до плавок (в этом я её только поддержал) и лечь на живот (пришлось подчиниться). Она смазала ладошки маслом и приступила…

Что сказать? Я почти ничего не чувствовал от её касаний, кроме естественного желания продолжить чем-то более энергозатратным. Ну а как её крошечные ручки могли размять мои забитые мышцы? От этих лёгких, нежных поглаживаний я возбуждался только сильнее, а не расслаблялся.

– Вам приятно?

– Очень, Элисса… Спасибо.

– Да не за что, мы только начали, – «обрадовала» меня пара.

– Ммм… Маленькая, может я перевернусь?

– А как же массаж?

– Ты можешь продолжить, я не против, просто лежать буду на спине, а не на животе.

– И что же мне тогда Вам массажировать?

Свой вариант ей озвучивать не стал. Хотя он был.

– Что захочешь. Можно?

– Ну ладно, – разрешила она и снова уселась верхом, теперь на мой пресс.

– Иди ко мне, – позвал шёпотом, и хитро улыбнувшись, она подалась вперёд и вниз, чтобы оказаться лицом к лицу.

Я же ощутил аромат её возбуждения и, как всегда, меня повело. Не удержавшись, рывком придвинул к себе её целиком так, что мой подбородок оказался между её разведённых ножек, а колени на моих плечах, отодвинул трусики и… встретился с её очумелым взглядом. Когда потянулся ближе, Элисса взвизгнула и отскочила в сторону, выставив руки вперёд, как бы останавливая меня. Подался за ней на автомате.

– Не подходите! – она спрыгнула с кровати на коврик.

– Ну Элисса…

– Нет, нет и нет. Даже не думайте.

– Ты испугалась?

– Ещё чего… просто… Вы что-то… такое нельзя же.

– Ну и кто тебе сказал?

– Никто. Я сама знаю.

– Тебе же нравится, маленькая…

– Не так же! Я обычно лежу, а тут…

– Какая разница, ты лежишь или я?

Девочка покраснела сильнее и вновь отскочила, когда я поднялся с кровати.

– Ну-ка не подходите ко мне.

Она не выглядела испуганной, скорее возмущённой и смущённой. Её щёки просто пылали.

– Маленькая… – плавно я подходил ближе.

– У Вас не получится меня заманить снова. Я Вас раскусила. Вы снова это… ужас!

– Элисса, ну почему ужас-то?

– Да это же… ну нет.

Одним прыжком настигнув пару, я тут же уложил её обратно в постель и навис сверху, убирая с личика прилипшие пряди волос. Одну она возмущённо сдула, чтобы видеть мои «бесстыжие глаза».

– Тебе же нравится, когда я так делаю.

– Но не когда я… не вижу же Вас… то есть…

– Ну что?