Клятва Крови. Обречен на любовь

Пролог. Горечь поражения

Кровавая лента змеей извивалась в воздухе и медленно писала вензеля. Плющом обвивала каждую вязь родового герба на страницах «Кодекса чести семьи» и выжигала слова Клятвы Крови на всех его ветвях. Фолиант лежал на столе рядом с начатыми и пустыми бутылками, сломанным диском хронометра и кубом кристалла связи. Его прозрачные грани пульсировали отблесками, но вызов никто не собирался принимать. Из двенадцати бокалов тонкого маранского1 хрусталя целыми остались два, остальные ледяным крошевом устилали мозаичный пол балкона.

Лорд Стани́слав Арман Норингтон с отвращением оттирал шелковым платком кровь с ладоней. Эхо Клятвы еще звучало в ушах, бурлило в жилах и вырезало на сердце руны мести.

Стан отбросил испачканный платок и вцепился в ограждение балкона так, словно желал его снести. Такую боль он испытывал лишь раз, когда погиб друг Вайолет, который пожертвовал собой, чтобы Стан смог удержать защиту. Но тогда шла война, а сейчас… Сейчас установленный и привычный порядок изменился в один миг. И из-за кого?! Из-за женщины!

Станислав склонился к балюстраде, затем резко выпрямился и сжал виски, загоняя боль в самые темные уголки души. Могильной плитой давил Закон семьи, заставлял подчиниться так жестко и болезненно. Долг впервые превратился в цепь и приковал его, словно пса, к главной королевской резиденции.

Стан даже представить не мог, что с ним может такое произойти. С ним! Он ни в чем не знал отказа, он штурмом брал крепости, а тут маленькая заноза впилась в душу, проникла, и вырывать ее приходилось вместе с куском себя.

Ну что он в ней нашел? Красивая, но вокруг него полно таких – выбирай любую. Только вся его суть тянулась к ней, а теперь требовала мести. Позор! Какой позор! Герой страны, второй герцог королевства, адмирал и командующий армией, красавец и гордец, уже который день, словно последний матрос, напивался до бесчувствия из-за женщины.

Станислав вернулся к столу, плеснул в бокал вина. Сделал глоток… Хмель его не брал, лишь путал движения. Стан перевел тяжелый взгляд на черное зеркало Рустального залива. Море, опасный союзник, помогало ему лучше исцеляющих заклятий. Всегда. Но не сейчас.

Хотелось сбежать, скрыться от обязанностей, постоянных дел и наскучивших женщин, укрыться за стенами замка Серых Скал – его родовой крепости. Залив манил разноцветными парусами каравелл – красавцев-кораблей на магических кристаллах. На рейде обломком скалы виднелся любимый Станом стокрейнер – флагман и гордость флота королевства Талликов. Станислав горько усмехнулся. Гордость? Где она – эта гордость?

Вечер крался на мягких лапах голодной черной тайры2. Легкий бриз с залива шептал на ухо, лизал, словно щенок, разгоряченное вином лицо, а в груди пылал костер и не желал гаснуть. Прощальные лучи солнца расписывали небо и стены королевского замка оттенками алого, оранжевого и фиолетового, играли в стеклах панорамных окон, в бокале с любимым гициантовым вином, только вместо глубоких бордовых тонов Стан видел алый. Цвет крови преследовал его: в небе, в вине, в гербе младшего брата.

Аромат ночных лирий3 мягко вытеснял запах листьев, прожаренных летним солнцем, и прохладный ветерок разгонял пелену алкоголя. Но трезветь отчаянно не хотелось, перед глазами стоял желанный образ и тот день, когда герцог впервые увидел ее.

Глава 1. Знакомство

Станислав никуда не спешил. Он вальяжно раскинулся на мягком диване и наблюдал за происходящим на керсе4. Магическая завеса ограждала закрытый кабинет от громкой музыки воллюма5 и от интереса его гостей. Хоть Стан и выбрал для себя хорошую Иллюзию – не хотелось быть узнанным, но все равно предпочел второй уровень шумному первому. Народ внизу бурлил, распадался на течения, кружился в водоворотах танцев или стремительно исчезал в арках выходов в поисках других увеселений. С одной стороны, Стан пришел в модное место именно за ними, а с другой – хотелось все бросить и покататься на яхте, но тогда не миновать ссоры с сестрой.

Откуда она знала, выполнил Стан ее просьбу или нет, можно только догадываться. Лэйла, при всей загруженности, братьев из поля зрения не выпускала, и поэтому он покинул замок по ее настоятельной просьбе, а лучше сказать, требованию. «Сколько можно работать?! Отдыхай!»

Ее слова до сих пор звучали в ушах, но Стан на сестру не злился. Он знал точно: Лэйла просто беспокоится. «Вот передам тебя с рук на руки жене, тогда и не буду тебя трогать». Стан фыркнул. Да, конечно! Легко сказано, только плохо верится. Лэйла могла забыть о себе, но всегда помнила о братьях, и такое отношение сглаживало ее чрезмерную опеку. Она столько для него сделала, что Стан прощал ей все, чего не простил бы другой женщине.

Стан оглядел зал. На керсе танцевали популярный руандо – танец Нангалы захватил весь мир и не обошел Талликов. Пары кружили, сплетались в узоры, обменивались партнерами. Весь зал дружно хлопал в такт музыке, рассыпалась дробь каблучков, взлетали пушистые короткие юбки девушек, открывая порой весьма красивые ноги, и гремела зажигательная музыка. Но Стана в общий круг не тянуло, от созерцания отвлек тихий вздох.

– Иле, если тебе скучно, можешь пойти потанцевать, – Станислав поморщился.

Иления – дочь графа Бертона – миленькая и ненавязчивая, Стан брал ее с собой, когда надо было создать видимость наличия спутницы. Женщины окружали его, как вражеское войско крепость. Правда, в отличие от военных действий, на свою территорию Стан его пропускал, но только временно и согласно поставленной задаче.

Так, на важные мероприятия он появлялся с Марикой – его официальной пассией – первой красавицей королевства. В воллюмы он чаще брал Тильду, которая и мимолиты спокойно не сидела, зажигая своим задором и его. Веронику Стан приглашал на прогулки по Файритане, в ресторации или в театр, но только не на премьеры. С ней не просто приходилось, она смотрела глазами мурмы6 – большими, печальными, но красивыми, и давила на жалость, чтобы он почаще раскрывал свой кошелек. А еще была Зельда, которая ничем в активности не уступала Тильде, но не здесь – в воллюме, а на арене с мечом или шпагой.

Стан вздохнул. Еще раз мысленно перебрал в голове всех пассий, покосился на Илению, отвернулся и слегка нахмурился. Да, выбор небольшой. Печально. Пора проводить новый отбор – красивых женщин много не бывает.

Его отвлек тихий неуверенный голосок:

– Ваша светлость, а может пойдем в дарго-зал? Там виерны7. Маленькие.

Иле крутила в руках тугое колечко золотистого локона и смотрела на Стана так, словно он питался младенцами на завтрак и обед, а на ужин ему подавали девственниц. Хм. А последняя мысль неплоха. Хотя, нет. Это другие могли развлекаться, с кем угодно, для Стана этот путь был закрыт. Для него поговорка «Съел девственницу – женись» рушила все планы, жениться в ближайшее время он не желал, что бы там ни говорил старший брат Дэвид.

От смущения белое лицо и шея девушки окрасились в пурпурный и цветом походили теперь на пампик – круглый сочный плод дерева пампа из земель Морского народа. Стан почувствовал себя так, словно в очередной раз пошел с племянником на прогулку. Сын Лэйлы Льюк, маленький непоседа, слушался безоговорочно, хоть ему и было чуть больше периода, но когда малыш чего-то хотел, то смотрел… Смотрел в точности, как Иле сейчас – умоляющими глазами ребенка, лишенного радости детства.

Стан вздохнул. Ну, не монстр же он, на самом деле.

– Идем, – Станислав поднялся с дивана и подал ей руку. – И попробуй обращаться ко мне здесь по имени. Я не хочу привлекать лишнее внимание.

Иле схватилась за его руку, как за последний шанс, и стеснительно улыбнулась.

– Да, мой лорд. Как прикажете.

– Иле, – как он ни старался, но недовольства и жесткости прозвучало в его тоне больше, чем просьбы.

Иления снова смутилась и торопливо произнесла:

– Да, Стани-ислав.

«И» в имени вышло с придыханием и запинкой, но прозвучало весьма волнующе, и Стан улыбнулся.

– Идем в твой зал, деточка. И постарайся не потеряться.

В ответ на колкость прилетел взгляд Иле, полный обиды, и Стан возвел глаза к потолку – со спутницей сегодня он явно просчитался. Хотелось отдохнуть от всего, но не настолько же невинно. Стан впервые взял Иле в воллюм. Обычно он приглашал девушку на нудные встречи, от ее грустного жалобного взгляда собеседники путались, чувствовали себя неловко и быстро сообщали Стану то, что хотели. Да-а. В следующий раз лучше не экспериментировать. Зельду на арену, Марику на прием, Иле на встречи, Тильду в постель, Веронику… там, как придется.

Они спустились в зал, Стан подхватил Илению под руку, чтобы не потерять в толпе веселящейся публики. Играли марш темных эльфов, было много хлопков, гортанных выкриков и яркой дробной музыки, от громкости глохли уши, от прыжков на каждую ударную ноту гудел пол. Пульсирующие лучи света от магических иллюминаций били по глазам.

Иле жалась к нему так, словно никогда не была на приемах, и ничего, громче флейты, не слышала. Но за ее фигурой тянулись нити взглядов, которые, правда, быстро рвались при столкновении со взглядом Стана.

Они протиснулись сквозь шумную толпу к выходу в соседний зал – там плели ажурные сети баллады кобольдов и кружили романтически настроенные пары. Станислав поспешил дальше – танцевать так и не захотелось, а легкий вздох за правым плечом он проигнорировал. По широкой мраморной лестнице они спустились на нижний уровень и свернули в первый зал.

Здание воллюма напоминало мозаику, каждый зал отличался по стилю от другого. Здесь классика эпохи Ольвика с ее массивными колоннами и лепниной смешалась с модерном Нового времени и натуральным стилем, пришедшим от Наксов. В последнее время девиз: «Будем ближе к природе» звучал едва ли не из каждого окна, поэтому все нижние залы воллюма выполнили в стиле пещер. И самую большую выделили под гонки маленьких ящеров, похожих на драконов.

Длинные лианы украшали ее каменные своды и обвивали колонны-сталагнаты. Мягкий свет давал Сияющий Камень Гномов, драгоценными друзами разбросанный по стенам, и только над дорожками он гроздьями парил в воздухе, ярко освещая каждую. Одну из стен занимал большой магический экран, на котором отмечали победителей и показывали ставки, маленькие экраны висели над каждой полосой из нескольких дорожек, демонстрируя изображения виерн, что принимали участие в гонке. Звучала легкая ненавязчивая музыка, но ее перекрывал гул голосов и крики азартных наблюдателей. Легкий ветерок гулял по набитому битком залу, добавляя свежести и воздуха.

Малютка-виерна макушкой едва ли доходила взрослому высокому мужчине до колена, размахом крыльев не превышала размах среднего орла и походила на небольшого дракона, только без особых мозгов и с круглыми глазами мурмы. От их длинных ресниц сходили с ума все девушки, которых знал Стан. Крошка-дракон – подарок барышне на праздник беспроигрышный, а если еще и покрасить виерну в модный цвет, то… то выгод от подарка было множество. Восторженный писк за спиной подтвердил, что Иле мало, чем отличается от остальных.

Рядом с воздушными полосами, где проходили гонки на короткие дистанции, толпился народ. Самая длинная полоса из четырех дорожек располагалась в глубине зала, и Иле потянула его за руку к ней.

Они пришли в самый разгар гонок, но Стан уверенно шел к барьеру ограждения. Особых усилий не потребовалось, чтобы расчистить место для Илении – он просто дотрагивался до плеча, гость воллюма оборачивался и тотчас, молча, освобождал дорогу, женщин Стан просто обходил. Все это заняло не больше пары мимолит, Иле с радостью разместилась в первых рядах, а Стан стал за ее спиной.

От волнения Иле сжимала кулачки и покачивалась на носочках – поднималась на цыпочки, потом снова опускалась, не прикасаясь каблуками к полу, и снова взлетала вверх. Как у нее не болели икры? Хотя при таких каблуках они, вероятно, натренированы не хуже, чем у бегуна.

Стан окинул взглядом дорожки – по ширине они как раз подходили для виерн, давали небольшое место для маневров, и каждую из них нашпиговали магическими ловушками, как хорошую полосу препятствий на тренировках личной гвардии Регента. Стан лично сооружал все ловушки, чтобы жизнь не казалась гвардейцам беззаботной и легкой, и здесь полосу препятствий повторили практически точь-в-точь.

Прозвучал колокольчик, и на дистанцию выпорхнули первые виерны. Иле взвизгнула от избытка чувств, и Стан хмыкнул. Виерны сорвались с места по звонку и понеслись к хозяевам, которые ждали их у финиша. Звенел магический счетчик ставок, болельщики свистели и хлопали, виерны выписывали пируэты, ловко обходя ловушки. А они, оказывается, не так уж и глупы.

Стан сам не заметил, как увлекся. Красная, в лиловую полоску виерна проходила препятствие за препятствием, словно нитка сквозь ушко иголки, проскальзывая в щели между ловушками. Эта виерна оказалась любимицей публики. Даже Стан пару раз похлопал, когда ей удалось миновать смерч, лишь чиркнув когтем на кончике кожистого крыла по его огненной ленте.

– Да! Да! Давай! Девочка! – азартный девичий голос отвлек внимание Стана от происходящего на полосе. – И еще раз! Я в тебя верю! Давай!

Стан хотел было посмотреть, кто столь азартен, но пришлось поддерживать свою спутницу под локоть. Иле подпрыгивала на носочках, цокая каблуками о каменную плитку пола – без них она доходила Стану лишь до плеча. Нельзя сказать, что он был очень высоким. Не очень. Но высоким. И ее низкий рост – не его проблемы, они должны смотреться гармонично – это главное требование. Иления решила проблему модными туфлями с высоким каблуком, но теперь приходилось контролировать ее, чтобы не убилась.

Он убедился, что Иле падать не собирается, отступил на полшага и огляделся. Вокруг гудел взбудораженный народ, даже невозмутимый джанг с Айяски – раскосый с золотисто-песочной кожей потомок морских эльфов-мирэйев – топал ногой и громко хлопал в ладоши. Стан тихо фыркнул. Столько азарта он испытывал только в нескольких случаях: когда искал раритетную артефактную шпагу для коллекции, когда наблюдал за гонками на драконах и когда обхаживал очередную красавицу.

– Да! Еще чуть-чуть! – голос притягивал его, как песня вельды – речного духа, заманивающего рыбаков.

Стан отступил еще немного – так, чтобы не потерять из вида Иле. Сразу за джангом и рослым норлингом с их неизменно рыжей копной волос болели за победу своих фавориток светлые эльфийки – все, как на подбор, высокие, хорошо сложенные, но хрупкие, даже эльфы не отличались мощностью сложения. Не то, что потомки Высших эльфов – крепкие, широкоплечие, с хорошей фигурой и внешностью. В этом Стан убеждался каждый раз, когда смотрел на себя в зеркало. Да, и сколько он слышал от женщин, что «его серо-мизурдовые глаза-звезды пронзают насквозь». Стан терпеть не мог пафос, но в чем-то они были правы, ни у кого на Тер-Рииме, кроме четырех королевских семей нет таких глаз. У Первой Крови королей Талликов, Эллингов, Темных и Светлых эльфов радужка расходилась многолучевой звездой и сияла в мимолиты эмоций или работы с магией, у двоюродных родственников – Второй Крови радужка походила на человеческую.

Рядом со светловолосыми спутницами подпрыгивала в азарте маленькая эльфийка. Сначала Стан подумал, что это ребенок, но присмотревшись, понял – ей где-то тридцать три периода. Очень молода, но уже не подросток. Удивительно, но эльфов с таким ростом он еще никогда не встречал. Но больше всего его ошеломил отнюдь не рост.

Девушка явно прикрывала внешность, едва заметными мазками размывала черты лица, но волос ее сила не касалась. Невероятно! Светлая эльфийка с копной иссиня-черных локонов! Они рассыпались по ее плечам шелковым плащом и доходили до колен.

Время от времени она тянулась к уху подруги и что-то с воодушевлением шептала, и ее сапфусовые8 глаза в форме косточки альма9 вспыхивали серебряными искрами. В каждом движении девушки, в каждом жесте присутствовало столько женственности и энергии, что от нее можно было заряжать артефакты, и они бы прослужили в два раза дольше отведенного срока.

Кружевной верх платья подчеркивал грудь незнакомки, а короткая спереди юбка открывала красивые ноги. И Стан понял – ему точно нравятся миниатюрные. Вечер становился интересней.

– А! Я выиграла! Я выиграла! – эльфийка вытягивала руки вверх, сжимая кулачки и подпрыгивая на месте. – Да! Да!

От счастья она буквально светилась. Легкое прикосновение к плечу отвлекло Стана от созерцания необычной эльфийки. Он перехватил тонкую кисть и тотчас выпустил.

– Иле, – Стан с укором посмотрел на смутившуюся девушку. – Прошу прощения, если причинил тебе боль.

Она робко кивнула, тихо уточнив:

– Мы уже уходим?

Стан покосился в сторону незнакомки и покачал головой.

– Нет. Если хочешь, можешь еще посмотреть на виерн.

– Спасибо! – Иле радостно улыбнулась и засеменила к барьеру полосы.

Ну, и слава Всевышнему! Стан повернулся к новой цели. Одно другому не мешало, а приятное лучше совмещать – на разнице острее воспринимался каждый из вкусов.

Эльфийка протягивала в нетерпении руки к подружке.

– И где мои денежки? Ага! Эрис, ставь на… – она приподнялась на носочках, вытянула шею, разглядывая магоснимки очередного вылета виерн. – Ага! Ставь на вон ту зелененькую с рыжими пятнами.

– Джесс. Ну, Джесс! Пойдем на танцпол, – ныла ее сероглазая подружка.

Значит, эту куколку зовут Джесс – Джессика? Похоже, так.

– Отстань, Рика, – Джесс отмахнулась. – Мне еще никогда не было так весело! Если я угадаю третью виерну-победительницу, мы пойдем не на танцпол, а в Зал Колеса. Еще пара выигрышей к этим, и мне не надо будет отчитываться, куда я дела столько корун10.

Она шустро спрятала в пространственный карман деньги – заклинание изящно сорвалось с кончиков пальцев, аккуратно разрезало и раскрыло слои реальности, забрало золотые коруны и после закрылось с минимальным эхом. Стан уважительно хмыкнул. А эта крошка, оказывается, маг Второй Инициации, и, похоже, выходит на Третью – нити энергий она плетет просто молниеносно. Ничего себе! Градус интереса вырос еще на несколько делений.

Стан глянул в сторону Иле – она снова качалась на каблуках, болея за очередную «розовенькую малышку». Пусть ребенок порадуется, пока Стан делом займется.

– Джесс, – высокая серебряноволосая Рика дернула Джесс за рукав. – Ну, пошли на керсе.

Ого! Таким взглядом можно сбивать в полете мелкую дичь. Стан улыбнулся и сделал к ним шаг.

– Лэры11, – он вежливо поклонился. – Рад вас приветствовать. Мое имя – Арма́н Нори. – Стан решил не утруждаться и взять свое второе имя, сократив родовое. – Краем уха услышал, что лэра желает посетить Зал Колеса, но я бы не рекомендовал столь обворожительной лэре, как и ее привлекательным подругам, идти туда без сопровождения мужчины.

Глаза цвета сапфуса уставились на него внимательным проникающим взглядом. Внутри Стана вспыхнул лепесток приятного волнения, а серебряные искры ее радужки придали пикантности. Только язвительный тон девушки плохо сочетался с откликом Стана.

– А почему вы решили, лэр, что мы нуждаемся в ваших рекомендациях?

– Наверное, потому что вы явно плохо знаете жизнь Талликов, – улыбнулся Стан. – В Зал Колеса столь юные и прекрасные лэры ходят только в сопровождении мужчин.

– Что за дремучие нравы?!

Джесс недовольно уставилась на него, словно это он писал правила азартных игр. Хотя в чем-то она была права. Стан с первого раза согласовал все поправки закона об азартных играх, о возрастных ограничениях и правилах безопасности в Залах Колеса. Дремучим он себя не считал, а после скандала в игровом воллюме Роенгарда, который так активно обсуждали новостные подшивки, они с Дэвидом – старшим братом Стана и Регентом королевства Талликов заодно решили, что лэры после тридцати пяти периодов могут прекрасно сами позаботиться о себе, а до – пусть это делают их спутники.

– Ну, что вы, это просто для обеспечения вашей же безопасности, – Станислав усмехнулся.

– И для ограничения моей свободы! – Джесс вздернула подбородок, воинственно глядя на Стана. – Я – самостоятельная эльфийка с правом голоса, и сама могу распоряжаться, куда мне идти и что там делать.

Стан едва не рассмеялся. Боевой птенчик. Правда с зубками, судя по владению магией. Он почтительно кивнул.

– Да. Вы абсолютно правы, лэра. Но хочу обратить ваше внимание, что там, где играют в азартные игры, бывает всякое. А столь красивых и столь же талантливых лэр, как вы, очень мало. Не каждая к тридцати пяти получает Вторую Инициацию.

Джесс бросила в его сторону острый взгляд, на миг смутилась, а потом снова решительно произнесла:

– Пусть вы – маг Третьей Инициации, это не значит, что ваша кандидатура должна пользоваться моим доверием. Я вас знать не знаю.

– Так давайте познакомимся, – Стан протянул руку и вежливо уточнил: – Вы позволите?

Без сомнений все ее подружки уже одобрили кандидатуру Стана, судя по количеству лукавых взглядов в его сторону, но эта маленькая ледышка сдаваться не собиралась. Она демонстративно сложила руки на груди, отказываясь протягивать их для поцелуя. Ах, ты ж, колючка! Он наигранно вздохнул.

– Как жаль. А мне так хотелось показать вам новую игру в «Свет Искры». С вашим умением угадывать победителей вам бы там точно повезло.

На овальном личике проскользнуло недоумение, и Рика зашептала:

– Джесс, это новая игра. Там магические искры выстреливают, и ты угадываешь, сколько какого цвета. Набираешь цифру на табло, и они тотчас к тебе притягиваются. Если угадала, то они трансформируются в украшение. – Девушка раскраснелась, как видно представляя, что ей тоже может достаться приз. – Ты бы видела, какая там красота!

– Да? Как интересно. – Джесс явно боролась с желанием увидеть новое развлечение, но не сдать свои позиции.

– Да! Да! Очень красивые! – Рика затрясла головой.

Какая милая девушка. Жаль, конечно, что так быстро говорит, но точно милая. Стан сохранял внешнюю невозмутимость, а сам получал удовольствие от внутренней борьбы Джесс, которая отражалась на задумчивом личике.

И когда он почувствовал, что рыбка вот-вот клюнет, эта гордячка вскинула головку и решительно произнесла:

– Спасибо за столь интересное предложение, но мы от него откажемся.

– Но почему? Там же действительно без сопровождения нельзя! – воскликнула ее подружка.

Стан готов был спросить то же самое вместе с Рикой, но вовремя удержался. Он даже на подписании мирового соглашения держался без капли эмоций на лице, хотя внутри все ликовало и печалилось одновременно, а уж потерять спокойствие из-за этой крохи – невозможно.

Джесс обожгла подружку недовольным взглядом и холодно обронила:

– Еще раз благодарю за приглашение, но мы откажемся.

– Вы пожалеете… – Стан быстро исправился, – вы пропустите уникальное зрелище! Барабан искр запускают раз в седьмицу12, и получить украшение из сияющих искр глубоководных лирий – большая редкость.

Джесс поморщилась, явно сдержав вздох, но осталась непреклонной:

– Жаль, конечно, но мы лучше полюбуемся на виерн.

– Тогда, может быть, неприступная лэра позволит мне сделать ей маленький подарок. – Он подхватил с подноса слуги бокал с игристым вином и из капли материализовал золотистую лирию. Джесс восхищенно посмотрела на нее, и отчего-то Стан был уверен, что ей понравился не сам цветок, а тот уровень магии, что он использовал.

Она на миг прикусила губу, а потом благосклонно кивнула.

– Позволю.

Стан протянул ей лирию так, что Джессика невольно коснулась его – на мгновение показалось, что произошел спонтанный выброс магии – руку прошила волна, словно пузырьки игристого устремились по ней вверх и прямо к сердцу. Стан выставил защиту, но магический фон был спокоен, хотя внутри что-то сжалось, и сердце забилось чаще. В чем дело?

Джесс отдернула руку, удивленно-негодующе посмотрела на него, а потом успокоилась, как видно, просканировав фон.

– Спасибо. Цветок прекрасен.

А главное уникален. Свои мысли Стан вслух, естественно, говорить не собирался. Он улыбнулся.

– Все для вас. Красивый цветок для прекрасной лэры. Позвольте узнать ваше имя, раз мой подарок вас порадовал.

Она недовольно покосилась на него, потом задорно улыбнулась.

– Лэра Джессика Лори.

Внутри что-то царапнуло. Где-то Стан слышал подобное созвучие имени. Но все это потом. Он предложил ей руку.

– Давайте подойдем чуть ближе.

– А вот чуть ближе – это уже лишнее, лэр Нори.

Стан едва не фыркнул, ее родовая часть имени забавно перекликалась с тем, как он сократил свое. На лицах подружек читалось откровенное разочарование словами Джесс, и Стан грустно заметил: