Свидание с богом. Жнец

Пролог

Финал третьей волны человеческой цивилизации

Дверь с мягким шипением отъехала в сторону, и в дежурку ураганом ворвался Крам.

– Где Лодур? – разведчик остановился за спиной дежурного техника клана.

– Темнейший руководит выводом персонала с Фаэта, но где он в данный момент я не знаю.

– Ну так посмотри. Ты дежурный или кто?

Встряхнув головой, он попытался отвлечься от невеселых мыслей. Глава клана должен был узнать новости как можно скорее – в ходе спешной эвакуации демонов и жнецов с обреченной планеты, кто-то развоплотил трех личных охранников семьи Лодура.

Сидевший перед анализатором демон провел пальцами по матовой поверхности экрана.

– Гоба, святилище Суом, – коротко ответил он через несколько секунд.

Сверившись с инфобраслетом, Крам удивленно произнес:

– До зачистки осталось десять минут. Что он забыл в этой дыре?

– Ты меня спрашиваешь? Откуда я знаю, – огрызнулся дежурный.

– Сообщи-ка начальству, что Глава клана до сих пор на Фаэте. И побыстрее.

Техник начал медленно поворачиваться в кресле, чтобы посмотреть, кого он сейчас пошлет подальше:

– Ты мне не указывай…

Но кроме него в комнате уже никого не было. Выскочив из дежурки сразу же после своих слов, Крам уже мчался в сторону кланового портала.

"Какого черта он туда поперся? Что там могло случиться?" – мысли Крама неслись бурным потоком, но ни на один вопрос он так и не получил ответ – инфобраслет разведчика молчал. У демона третьего круга посвящения не было прав на доступ к сведениям о перемещениях Глава клана "Псы Хельхейма".

Крам набрал код святилища еще по дороге к порталу, и на бегу мазнув браслетом по считывающему устройству, с разбега влетел в мерцающее зеркало перехода. В Суом стоял зыбкий полумрак, и по инерции сделав несколько шагов, демон неожиданно споткнулся об раскуроченный накопитель праны.

– Шетар! – вполголоса выругался разведчик, резко обернувшись и бросив взгляд на панель управления порталом.

Зажимы крепления накопителя были вырваны с мясом, а вместо серебристой поверхности зеркала обратного перехода он увидел лишь черный прямоугольник неработающего портала.

– Да что же тут творится? – задал вопрос вслух Крам.

– Вот и я бы хотел узнать, – голос, прозвучавший за его спиной, заставил разведчика отпрыгнуть в сторону и выхватить душелов.

Развернувшись к говорившему еще в прыжке, он успокоенно выдохнул – перед ним стоял Лодур.

– Слава богу, мой сигнал дошел. Сколько вас?

– Эмм… – замялся разведчик, – Я один, Темнейший. И никакого сигнала не было.

Лицо Главы клана перекосило от гнева, он явно хотел грязно выругаться. Причину его сдержанности Крам увидел, когда Глава клана сделал шаг в сторону. За его спиной, прижимая к себе дочку, стояла Лилит, жена Лодура.

"А эти-то что тут делают?!"

Словно отвечая на его невысказанный вопрос, Лодур невесело усмехнулся:

– Малышка Хель забралась в невыключенный портал.

– Я уже говорила, меня в него кто-то толкнул! – пискнула в ответ девочка, еще крепче прижимаясь к матери.

Не обратив на ее слова никакого внимания, Лодур продолжил:

– А когда мы с Лилит бросились за ней, то… В общем, Крам, кто-то слил прану накопителя портала на этой стороне и обратно нам не выбраться.

Глава повернулся к жене и дочери.

– Хеля, оторвись от мамы, нам надо с ней поговорить.

Девочка нехотя отпустила демонессу и тут же обиженно надула губы. Ее личико стало настолько уморительным, что не смотря на надвигавшуюся смертельную опасность, все присутствующие улыбнулись.

– Сколько у тебя праны, боец? – хриплым шепотом спросила подошедшая Лилит.

– … Полный запас в душелове. В браслете около тысячи.

– А личной?

– Минимальный боевой стандарт, госпожа, ровно пять тысяч.

– Я не могу тебе приказать, но мы или погибнем все, или…

– Я понял вас, госпожа, и готов отдать все, что у меня есть, – невозмутимо ответил Крам, одновременно с последними словами вытягивая вперед руку с энергобраслетом.

– Надеюсь, этого хватит для ее отправки, – тихо заметил Лодур через полминуты, подсчитав общее количество праны, – Сколько у нас времени осталось?

– Семь минут, – почти одновременно ответили разведчик и Лилит.

В общей сложности набралось чуть больше пятнадцати тысяч единиц. Этого вполне могло хватить для отправки ребенка.

– Хеля, бегом к порталу, – строгим голосом громко произнес Лодур.

Единственная дочь Главы клана давно уяснила, когда можно спорить с отцом, а когда требуется беспрекословно его слушаться. Она практически моментально оказалась возле непроницаемого зеркала прохода.

– Запомни, дочка, как только окажешься на той стороне, говоришь первому же, кого увидишь, что у нас нет праны для возвращения. Ты все поняла? – спросила ее Лилит.

– Да, мама, – кивнула Хель.

– Начали, – скомандовал Лодур и первым приложил ладонь к контактной площадке праноприемника портала.

Следом за ним то же самое сделали и разведчик с демонессой. Края зеркала подернулись красной дымкой, портал открылся.

– Прыгай! – крикнул Глава клана, поворачивая голову к дочке.

Но девочки уже не было, она шагнула в мерцающее серебром марево прохода за мгновение до команды отца. Свечение по периметру перехода медленно угасало, праны не осталось даже для поддержания минимальных функций механизма.

– Ну вот и все, – прислонившись спиной к стене, опустился на пол Лодур, – Надеюсь никто из вас напрасных надежд на спасение не питает?

– Нет, командир, – невесело ответил Крам, присаживаясь рядышком, – Даже если она кого-нибудь найдет, то времени на сбор команды уже не останется.

Немного помолчав, он поинтересовался:

– Темнейший, ты ведь знаешь, что нас ждет? Каким способом Бог решил зачистить мир на этот раз?

– Прошлый потоп на Марце он признал своей ошибкой – и население долго мучалось, и души старые остались. Теперь будет полная зачистка, большой заряд праны разорвет планету на куски, попутно развоплотив все души. Так что для всех нас смерть будет мгновенной.

– А он не говорил, где новый эксперимент начнет? – снова спросил Крам, пытаясь отвлечься от мыслей о скорой смерти

– Не говорил… Но подозреваю, что на Земле. Он туда с Марца уже почти всю воду перенес.

– Жаль, что нас уже не будет, – заметила Лилит, опускаясь на пол рядом с Лодуром, – На Земле намного теплее, чем на Фаэте.

После ее слов, в зале повисла гнетущая тишина.

"Две минуты до зачистки", – бесстрастно сообщил Краму инфобраслет.

И тут из портала выпрыгнули два демона, – начальник разведки клана Териос и тот самый дежурный техник, которому Крам посоветовал связаться с начальством. А следом за ними появился… серафим.

"Какого хрена тут шестирукий делает?" – удивился разведчик, вскакивая на ноги.

– Что у вас тут случилось? – быстро спросил Териос, – Хельга сказала, что вы тут ждете помощи.

– Сколько у вас праны? – вместо ответа громко спросил Лодур, – С этой стороны накопитель выломан и нам пришлось вручную открывать портал для переноса Хель. У нас больше нет праны.

– Че-е-ерт… – протянул прибывший на выручку демон, глядя на сломанный прибор.

Услышав про сломанный накопитель, серафим начал тихонько пятиться в сторону портала. Крам, мгновенно переместившись между зеркалом и серафимом, положил обе руки на его плечи и громко сказал:

– Я, кажется, знаю, кто нам сможет помочь.

Все повернули головы и уставились на серафима.

– Поможешь нам, и клан тебе щедро заплатит, – обратилась к нему Лилит.

Все знали, что у серов всегда был с собой большой запас праны. В отличии от демонов, использующих ее исключительно в виде энергии, серафимы ей еще и питались.

– Я, собственно, и рад бы помочь, – ответил шестирукий, – Но не ценой своего развоплощения, уважаемая Лилит. Мне не хватит праны на всех, а зная вашу… неприязнь к нашему виду, подозреваю, что вы меня тут и оставите.

– Не прибедняйся, у вас всегда при себе не меньше сотни тысяч единиц. Запитай портал и получишь потом в десять раз больше. Выгодный бизнес, – перебил его Лодур.

Ненадолго задумавшись, серафим кивнул.

– Хорошо. Пустите к порталу, – он движением плеч стряхнул с себя руки Крама и направился к блоку управления.

"Тридцать секунд до зачистки", – в голове разведчика раздался голос браслета.

– Быстрее! – поторопил он Дартиса, вставая между ним и зеркалом, – У нас всего полминуты.

Дальнейшие события закрутились с ужасающей быстротой. Как только серафим приложил одну из верхних ладоней к накопителю, края зеркала задрожали красными всполохами. Воспользовавшись тем, что все присутствующие перевели свои взгляды на портал, серафим мощным ударом отправил стоящего рядом с ним Лодура на пол, а сам рванулся к зеркалу. Стоящему на его пути Краму не довелось участвовать в давно закончившихся войнах демонов с серафимами и опыта драк с шестирукими существами у него не было. Отбив первые два удара и заблокировав третий, он пропустил молниеносную троечку в голову и мешком свалился на пол. Перепрыгнув через поверженного соперника, серафим прыгнул в подернутый рябью проход. В последний момент разведчик успел схватиться за ногу противника и его протащило по плитам святилища. Серу удалось преодолеть сопротивление оглушенного Крама; сделав мощный рывок, он влетел в жидкое серебро портала.

Запитанный по минимуму портал схлопнулся, едва верхняя часть тела Крама пересекла границу прохода. Демон погиб мгновенно.

***

Шестая волна человеческой цивилизации

– Хрен вам, гниды черножопые! – заорал Макс, неотрывно глядя в сторону выбитой взрывом двери.

Он вслепую обшаривал бетонный пол бункера в поисках хоть какого-нибудь оружия. И через несколько секунд осознал, что уже ничего не успеет сделать. Сквозь застилавшую глаза кровавую пелену Макс успел разглядеть стремительно приближающийся к лицу приклад автомата.

А затем чудовищный взрыв в его сознании разметал его Я на бесчисленные осколки.

Придя в себя, он понял, что крепко привязан к стулу. И хотя корка запекшейся на лице крови не давала ему возможности открыть глаза, Макс догадался, что он не один. Неожиданно в лицо ударила тугая струя застоявшейся воды. Кто-то с размаха плеснул на него из ведра. И тут же раздался еле слышный смешок. С трудом разлепив немного отмокшие веки, парень проморгался и увидел перед собой ухмыляющуюся иссиня-черную рожу с толстыми бледно-розовыми губищами навыворот.

"Богиня задниц сегодня ко мне благосклонна", – обреченно подумал он.

Во время нападения на его бункер Макс был уверен, что бандитский отряд напоролся на него случайно. Эта часть Африки кишела группировками, расплодившимися за последние годы, как плесень на хлебе. Но действительность оказалась гораздо хуже его предположений. Он попал в лапы человека, на устранение которого подписал контракт. Впрочем, человеком этого туземца можно было назвать с большой натяжкой. Нгака был местечковым диктатором, для которого человеческая жизнь не значила ровным счетом ничего. Он даже по-своему любил своих врагов… но исключительно в виде хавчика.

Сфокусировав глаза, Макс увидел в руке Нгаки неширокое, бликующее при свете тусклой лампочки лезвие клинка.

– Сейчас резать тебя буду, – на довольно хорошем английском заявил каннибал и расхохотался.

– Иди ты нахер, мразь черножопая… – тихо прошамкал в ответ Макс разбитыми в мясо губами.

Его голова раскалывалась от дикой боли, во рту ощущался соленый вкус крови. Но хуже всего была тупая ноющая боль в правом боку.

"Похоже, печенку задело", – скосив глаза на рану, отстраненно подумал Макс. "Да какая теперь разница, все равно я уже не жилец."

Мысли текли размеренно и спокойно, словно он думал не о себе, а о ком-то другом.

– Ответь мне всего на пару вопросов, и тогда умрешь быстро, – пропустив оскорбление мимо ушей, ласково улыбнулся Нгака. – Обещаю.

– А не пошел бы ты на… – попытался так же ласково ответить Макс, но из его рта вырвалось лишь невнятное бормотание.

Однако бандит все отлично понял и злобно оскалившись, наотмашь ударил по лицу пленника тыльной стороной кулака. А потом еще раз. И еще раз. Макс с удивлением понял, что совсем не ощущает боли. В его голове лишь глухо зазвенел колокол, заполняя своим звоном все закоулки мозга. Заметив, что жертва не реагирует на удары, Нгака придержал руку на излете и заорал Максу в лицо:

– Я начну с глаз, Вазелин.

"Черт, вот это поворот… меня слили", – хотя мысли в голове парня путались, но смысл услышанной фразы до него дошел. – "Это какая же сука сдала?"

Черный зло засмеялся и, положив ладонь на лоб Макса, начал медленно подводить острие ножа к его правому глазу. Вложив все оставшиеся силы в последний рывок, пленник резко дернул головой вбок и, запрокинув ее вверх, вцепился зубами в пытавшиеся удержать его пальцы Нгаки. Негромко рыча, Макс все сильнее и сильнее сжимал челюсти, давясь чужой и своей кровью. Даже когда в его сердце вошел клинок, он последним усилием стиснул зубы до упора, и его угасающее сознание успело уловить хруст фаланг. Макс был уже мертв, когда подбежавший охранник разжал ему зубы своим тесаком и вытащил изо рта три откушенных под корень пальца. Их хозяин, катаясь по полу возле опрокинутого стула с привязанным телом Макса, вопил от боли, зажимая здоровой рукой обрубки, из которых во все стороны хлестала кровь.

***

Он умер.

"Или жив? Нет, я же знаю, что умер."

Макс ощутил, что парит в воздухе, а внутри него медленно ворочается огромный клубок… мыслей? Тут были и безмерная радость от осознания себя, и дикая обида за идиотскую смерть, и растерянное недоумение по поводу отсутствия ощущений. Но уже через несколько мгновений все изменилось. Макс почувствовал, что его буквально засасывает в очень тесную и неудобную хрень. К немалому удивлению парня, эта хрень оказалась его собственным телом. То, что тело принадлежало именно ему, он отметил машинально. Тягуче заныло в правом колене, мениск которого был порван еще в юности.

Он с трудом разлепил глаза. Резко посветлело, но понимания, где он находится, не прибавилось. Вокруг него стояла плотная стена белесой дымки. Почти мгновенно погибший Макс ничего похожего на промелькнувшую перед глазами жизнь не увидел. Как не было и тоннеля, ведущего к свету. Почти незаметный для мозга провал в темноту с резким пробуждением, но уже с полным осознанием собственной смерти.

Макс попробовал расслабиться. Нет, не физически. Тело не слушалось, хотя его слабые ответные сигналы уже начали ощущаться на самой грани восприятия. Он постарался выкинуть из головы все лишние мысли, что там теснились. И это почти сработало. Мысли о смерти улетучились, уступив место воспоминаниям. Вот только память почему-то решила показать ему момент из далекого-далекого детства.

***

– Как ты мог нас бросить? Ненавижу тебя! Ненавижу! – он вскочил с табуретки, не отрывая своего бешеного взгляда от виноватого и немного растерянного лица отца, сидящего напротив.

– Твое право, сынок, – ответил тот устало и вылил остатки водки из бутылки в стакан.

Выпил одним махом, занюхал тыльной стороной ладони и встал.

– Никогда не забывай, что я вас очень любил… сын.

Нетвердой походкой отец вышел из кухни, и через несколько секунд в коридоре тихо щелкнул замок входной двери. Больше Макс никогда его не видел.

Только через одиннадцать лет Макс узнал, что отец был приговорен врачами и после их последней встречи прожил всего восемь месяцев. Шесть из которых провел в хосписе, медленно умирая под обезболом, никого не узнавая и гадя под себя.

Узнав об этом, Макс люто напился. Несколько суток бессмысленной круговерти дней и ночей пролетели в алкогольном угаре. Ему запомнились лишь редкие моменты просветления, когда он выл, задрав голову к потолку, и пытался лезть на стену, раздирая свои ногти до мяса об штукатурку.

"Он сказал "любил", а не "люблю". Слишком тонкий намек для малолетнего пацана."

Именно тот поступок отца научил его, казалось бы, очень простой истине.

"Иногда приходится делать близким больно. Чтобы потом им не стало еще больнее."

***

Из воспоминаний его выдернул глухой низкий голос:

– Да где же он валяется? Мих сказал, что наш клиент должен быть где-то с краю, но я тут уже все обшарил.

Макс не смог определить, с какой стороны находится обладатель баса. Ему казалось, что звук идет отовсюду. Рефлекторно дернувшись, он попытался сесть, но из этой затеи ничего не вышло. Тело уже ощущалось, но все еще не слушалось команд мозга. Медленным ручейком в сознание парня начала просачиваться легкая паника.

Неожиданно в поле его зрения показалась мужская голова, которую венчала пара слегка изогнутых рожек. Грубые, словно высеченные из камня черты лица придавали незнакомцу брутальную суровость, а бледно-голубые льдистые глаза с красными склерами1 смотрели на Макса яростно и пронзительно. Полное сходство с викингами портила только шевелюра иссиня-черных волос, коротко подстриженная по последней моде и аккуратная бородка а-ля Меладзе.

– Да вот же он! Ушастая, иди сюда! Нашел я нашего дебила, почти возле самого центра прохлаждается. Мог бы и обозначиться, мудила посмертная, а не радоваться втихомолку воскрешению.

– Ты совсем допился, Мюр? – раздался мелодичный голосок, и в паре метров от рогатого мужика появилась блондинистая девичья голова.

Что характерно, без рогов. Лицо девицы могло бы считаться красивым, если бы его не портило полное отсутствие ушных раковин. Вместо них зияли темные провалы слуховых проходов.

"Это кто ж тебе ухи-то отчекрыжил, красавица? " – пронеслось у Макса в голове.

Саму девушку это обстоятельство, видимо, ни капельки не смущало. Ее густые белые волосы вместо того, чтобы прятать изъян под собой, были гладко зачесаны назад и собраны в два хвоста.

– С его смерти всего три минуты прошло. Как бы он обозначился, если еще нейронные связи не установились?

– Этот долбаный техник опять напутал с местом. Хорошо еще, что время не перепутал, – рогатая башка с негромким рыком исчезла в тумане, из которого тут же донеслись заковыристые ругательства в адрес неведомого рукожопа по имени Михаил.

– Вы кто такие? – попытался спросить Макс, но из его рта вырвалось только глухое мычание.

– Не суетись пока, – обратилась к нему девушка, полностью появляясь из тумана. Скоро связь с телом восстановится, тогда и поговорим.

Одета она была в потертые джинсы, черный топик, обтягивающий немного полноватую по меркам парня грудь, и кожаную курточку в пояс. Макс нервно сглотнул. Из-за спины девушки выглядывали два белоснежных крыла.

"Ангел что ли?!"

Из дымки снова вынырнул мужик и, подойдя поближе, медленно обошел вокруг неподвижного тела. Помимо рогов на голове у него был и хвост, напоминающий своим видом львиный. Вот только заканчивался он не кисточкой, а слегка изогнутой толстой костяной стрелкой.

"Черт!"

– Долго ему еще бревном валяться? – недовольно пробасил рогатый и легонько пнул Макса ботинком неимоверно большого размера. – У меня вообще-то дело срочное есть.

– Знаю я твои дела, Мюррей, снова напьешься. Я на месте Хель давно бы тебя на сортировку отправила.

– Она все равно за всем уследить не может. Кстати, ушастая, мне и правда надо срочно отлучиться, – мужик сложил руки в умоляющем жесте. – Выручай, буду должен.

В ответ девушка только махнула рукой, и мужик, сделав пару шагов назад, растворился в тумане.

Девица присела рядом с Максом и, приподняв его безвольную руку, впилась в нее мгновенно выросшими клыками.

"Вампирша! Да куда же я, мать вашу, попал?!" – мозг парня захлестнуло волной ужаса.

– Я тебе стимулятор впрыснула, – ангелоподобная оторвалась от его запястья и невозмутимо вытерла свой рот тыльной стороной ладошки. – Сейчас тебе полегчает.

Макс с облегчением расслабился и тут же почувствовал легкие покалывания по всему телу. Ощущения были схожи с теми, что возникают, когда отлежишь конечность. Онемение прошло довольно-таки быстро, и уже через минуту Макс смог самостоятельно сесть на задницу. Скривив несколько гримас, чтобы размять мышцы лица, он задал свой первый внятный вопрос:

– Где я?

– В чистилище, – безмятежно ответила девушка. – Тебе повезло, что ты…

Но продолжения Макс уже не слышал. Пытаясь выяснить, что ему мешает сидеть, он засунул руку под седалище и выудил оттуда точно такой же хвост, как у рогатого мужика. Тупо рассматривая зажатое в руке приобретение и начиная подозревать худшее, наемник медленно поднял вторую руку к голове. Где и нащупал пару небольших, в меру заостренных костяных наростов.

С интересом следившая за его мимикой девушка решила, что пора внести немного позитива:

– Ты сильно-то не расстраивайся. Ничего страшного.

Макс перевел на нее затуманенный взгляд и тупо кивнул. Хотя его кивок смотрелся больше, как жест обреченности. Медленно опущенный на грудь подбородок обратно приподнялся всего на пару сантиметров.

– Совсем ничего страшного? – бесцветным голосом переспросил он собеседницу, зыркнув исподлобья в ее сторону. – Вы в кого меня превратили?

– Да брось, привыкнешь. Вполне стандартный вид для таких, как ты.

– В каком это смысле – для таких, как я? – Макс осторожно поднялся на ноги и тихо спросил: – И кто же я теперь такой?

– Дьявол, будущий жнец, – улыбнулась крылатая. – Станешь собирателем душ в клане Хель.

Глава 1

Выйдя вслед за девушкой из тумана, Макс первым делом внимательно осмотрелся. Поляну, на которой они оказались, окружала плотная стена деревьев, а все свободное пространство между ними закрывал непролазный кустарник. Несмотря на безмятежный вид, выглядело это место подозрительно безжизненным и напрочь фальшивым, словно он очутился внутри театральных декораций. Макс непроизвольно напрягся, но уже через пару секунд понял причину тревоги – на лесной поляне отсутствовали звуки. Не было слышно щебета птиц, однообразного писка летающих насекомых и шелеста ветра, играющего листвой. Кругом царило полное безмолвие.

– Жутковатое место, но что-то на чистилище не очень похоже, – пробормотал он под нос.

– А тебе доводилось бывать в чистилище? – ухмыльнулась девушка.

– Ну-у-у… – протянул Макс.

– И почему все мужики так любят делать умную морду лица? – риторически спросила наблюдавшая за ним искоса ангел.

После чего отвернулась и небрежно бросила:

– Ладно, нам пора, полетели.

Макс еще раз обвел взглядом поляну.

– Что значит полетели? На чем?

Девица повернула к нему голову и многозначительно покрутила пальцем у виска. Взглянув на ее крылья, он неожиданно брякнул:

– На тебе, что ли?

– Совсем обалдел от счастья? – фыркнула та, глядя на него исподлобья.

Но уже через мгновение девушка еле слышно хмыкнула.

– Вот гадство, я уже и забыла, что с вами возиться надо.

Она взялась за его плечо и зашла за спину.

– Крылья у вас складываются наподобие рюкзака, поэтому издали вы похожи на горбатых. Пожми плечами, и они раскроются.

– Меня еще и горбом наградили?! – парень попытался его нащупать, закинув руку за голову.

Кончики пальцев натолкнулись на незнакомую ему раньше выпуклость, и слегка поводив ими из стороны в сторону, Макс понял, что этот бугор теперь является неотъемлемой частью его тела.

– А почему у этого… как его… у Мура такого горба не было?

– Во-первых – не называй его Муром, точно по шее отхватишь, – девица состроила недовольную гримаску, – Его зовут Мюррей, сокращенно можно звать Мюром. Во-вторых – он в данный момент без крыльев, потому что был их лишен за свои… не слишком хорошие поступки. И, в-третьих – чего стоим, кого ждем? Давай окрыляйся.