- -
- 100%
- +
Глава 1
– Мне никогда не будет тридцать лет, – первый раз я произнесла это ещё в детстве в ответ на стандартное: «Когда тебе будет тридцать лет, тогда и посмотрим…»
– Мариночка, откуда ты такое взяла? – удивилась мама. Я не смогла объяснить то, что чувствовала, не нашла нужных слов. С тех пор прошло много времени, и я так часто говорила эту фразу, что сама уже не сомневалась в ней. Сначала родители переживали, а потом привыкли. Ребёнком я не задумывалась о значении моего заявления, а когда выросла, попробовала разобраться в ощущениях.
Как ни странно, такая перспектива совсем не пугала, наоборот, добавляла остроты и помогала не терять ни минуты. Окружающим казалось, что я вообще не ценю жизнь, но они ошибались. Просто у меня со смертью был договор – до тридцати лет я могла делать что угодно безо всяких последствий. Я не злоупотребляла этим и сильно не рисковала – всегда очень хорошо чувствовала границы дозволенного мне. Лет в восемнадцать-двадцать я проверяла эти границы: сплавы по горной реке, парочка восхождений к вершинам, несколько прыжков с парашютом, стрелковый клуб и всякое такое.
Судьба не обманула. Даже в сложных ситуациях, которых было немало, я всегда знала, куда можно идти, а куда не стоит. И выходила из них целой и невредимой. А потом успокоилась, поняв, что острые ощущения меня не очень-то привлекают. В последнее время я оставила лишь ежегодные поездки в красивые места с потрясающей природой, типа каньонов или фьордов. В остальном вела обычный образ жизни, стараясь наслаждаться каждой прожитой минутой, как можно полнее прочувствовав её.
В результате, я не обращала внимания на страхи и опасения, что сдерживают остальных людей. И в чём-то обладала большей свободой, чем другие. Однако вера в собственное предсказание будущего накладывала и ограничения. У меня было много хороших знакомых, но ни одной близкой подруги. Просто не интересовали темы, которые обычно обсуждают девушки – поиски мужа, мечтания о семье. Я никогда не задумывалась о семье – знала, это не для меня. А за родителей я не переживала. Слава богу, была не единственным ребёнком, и мой старший брат уже обеспечил их двумя внуками.
Благодаря таким взглядам отношения с мужчинами складывались довольно легко и не были отягощены разными сложностями. Большую роль в них играла ещё одна моя странная для многих убеждённость. Примерно лет в пятнадцать я поняла, что не существует никакой второй половинки, ждущей меня где-то там. И искать её, то есть его – единственного принца на белом коне – бессмысленно.
Я чувствовала, что этих половинок может быть много. В зависимости от нынешнего состояния я притягивала к себе соответствующего моему настрою человека. Когда во мне происходили изменения, менялся и человек рядом. Причём, это происходило вполне естественно, без сильных эмоций и выяснений отношений. Просто обстоятельства складывались так, что мы расставались.
Я привыкла и, прощаясь, не испытывала сожалений. Правда, не все мужчины принимали такие правила игры, иногда проявляя настойчивость. Но обычно мне удавалось заранее определить, с кем не стоит связываться, и избегать проблем при расставаниях. Знакомые считали, что я легкомысленна. На самом деле у меня было гораздо меньше партнёров, чем это выглядело со стороны. Далеко не со всеми, с кем бывала на людях, я вступала в близкие отношения.
***
Свой двадцать пятый день рождения я встречала одна. Неделю назад попрощалась с очередным ухажёром, отношения с которым и в этот раз не дошли до постели – он надоел мне раньше. Познакомились мы благодаря моему последнему увлечению – мотоциклу. Устав от постоянных пробок на дорогах, я давно уже задумывалась о смене средства передвижения на более мобильное и наконец купила его. Теперь нужно было получить права на мотоцикл, а для этого научиться его водить.
Через знакомых я нашла инструктора, и в процессе занятий мы стали встречаться. Сашка оказался очень хорошим учителем и вообще отличным парнем, высоким и симпатичным. Вначале, на почве общего увлечения, нам было интересно общаться. Но вскоре, когда говорить о мотоциклах мне надоело, я почувствовала скуку.
В отличие от поклонника, я не собиралась делать средство передвижения центром своей жизни. Сдала на права, благодаря парню научилась разным интересным штукам. Взяла у него несколько уроков экстремального вождения, но вливаться в ряды байкеров не собиралась. Железный конь был мне нужен чисто в утилитарных целях ускорения передвижения по городу. Даже несмотря на то, что не приходилось торопиться на службу. Работала я дистанционно. А для этого необходим лишь ноутбук, который у меня постоянно с собой, и доступ в интернет, что в современном городе не представляет проблемы.
Осознав бесперспективность наших отношений, я прямо сообщила об этом Сашке. Обычно я старалась быть честной перед собой и другими и говорить то, что думаю. Хотя за это иногда приходилось выслушивать обвинения в резкости и жестокости. А я не понимала, как можно обижаться на правду. Даже если она неприятна, всё равно лучше, чем ложь. Сашка, конечно, был недоволен, но не стал навязываться и прекратил мне звонить.
Так я и оказалась одна в кино. Свои дни рождения я не отмечала, естественно, после того, как вышла из детского возраста. Как ни спокойно уже воспринимала фразу про тридцать лет, вести обратный отсчёт жизни всё же не хотелось. За этот день я получила много поздравлений от родных и знакомых, ответила на них, но, как обычно, никого не собирала.
Ближе к вечеру я прогуливалась по торговому центру и присматривала себе подарок. Перекусывая на одном из этажей в кафе, изучила афишу кинотеатра и увидела объявление о большой скидке на билет в день рождения. Несмотря на позднее время, я никуда не торопилась – дома никто не ждал. Жила я уже несколько лет отдельно от родителей, снимая в спальном районе однокомнатную квартиру. И я решила сходить в кино, тем более начинался фильм, который давно собиралась посмотреть.
Передо мной в очереди стояла компания подвыпивших молодых людей, громко смеясь и отпуская плоские шутки. Я даже подумала, может, лучше уйти? Но вместо этого попросила парня в кассе посадить меня подальше от буйных ребят. Тот понимающе улыбнулся и предложил место в последнем ряду, сказав, что он практически свободен, и мне не будет никто мешать. Для покупки льготного билета надо было показать документы. У меня с собой были права, я их предъявила, получила скидку и прошла в зал.
Народу было немного, всё же сеанс начинался достаточно поздно. Действительно, мой ряд остался свободным, лишь у противоположного края сидел мужчина. Шумная компания оказалась в центре зала. И когда начался фильм, я порадовалась своей предусмотрительности – даже сюда долетал их пьяный смех.
Минут через двадцать после начала мимо меня протиснулся парень в кепке, прошёл в самый конец и уселся рядом с мужчиной. Я следила за напряжённым сюжетом, когда меня снова отвлекли – парень в кепке пробирался обратно. Он поравнялся со мной, и в это время у меня зазвонил телефон. Чертыхаясь, что опять забыла отключить звук, я быстро вытащила мобильный и задела локтем парня. Подняла голову, чтобы извиниться, и взглянула на него. Свет от ещё не погасшего дисплея хорошо осветил его лицо. Он резко отвернулся. Я пробормотала извинения, но парень не прореагировал, даже не кивнул. Ну и ладно, я снова переключилась на фильм.
Когда пошли финальные титры, я подождала, пока пьяная компания покинет зал, и направилась к выходу. Оглянувшись, увидела, что мужчина с моего ряда не встал и не шевелился. Может, заснул? Это показалось странным – фильм не был скучным. Навстречу мне входили работники кинотеатра, один из них поднялся наверх – сейчас разбудит мужчину.
Пора было ехать домой. Я зашла в туалет, потом перезвонила знакомому, который домогался меня во время сеанса. Мы мило поболтали несколько минут, и я направилась к лифтам. Проходя мимо кинотеатра, увидела, как уборщица с перекошенным лицом подбежала к стоящему у касс охраннику и заговорила с ним. Тот дёрнулся и нервно оглянулся. Стало интересно, что там у них случилось? Лифт подъехал, и я зашла внутрь, сразу же забыв о своём интересе.
Мотоцикл ждал меня в подземном паркинге. Народ активно разъезжался по домам, и вслед за мной выехало несколько машин. Пробок в это время уже не было, я получала удовольствие от быстрой езды на свободной дороге. А когда свернула на пустынный мост, услышала, как сзади сильно газанула машина. Бросив взгляд в зеркало заднего вида, я с удивлением заметила, что она догоняет меня, не пытаясь перестроиться в другой ряд. Что за чёрт? Случается, что водители не очень хорошо реагируют на мотоциклистов, но обычно для этого нужен хоть какой-то повод. Я такие поводы давала редко. Снова взглянула в зеркало и успокоилась – машина взяла немного левее меня.
Но тревога почему-то не отпускала. Я была настороже, и это помогло быстро среагировать, когда автомобиль вдруг вильнул в сторону, притирая меня к ограждению моста. Вспомнив некоторые трюки, я смогла уйти от столкновения и мысленно горячо поблагодарила Сашку за уроки.
Сумасшедшая машина не отставала. Я подумала, что мне сегодня везёт на неадекватных людей и, как только закончился мост, ушла вправо в узкий проезд, куда она не могла повернуть. Быстро объехала дворы и свернула в сторону дома. Я не сильно испугалась, всё же в моих давних рискованных приключениях сталкивалась с ситуациями посерьёзней. Просто было не понятно, чего он ко мне пристал?
Глава 2
Следующее утро началось со звонка из полиции. Мужчина представился следователем и уточнил, была ли я вчера в кинотеатре на вечернем сеансе. Получил утвердительный ответ и попросил прибыть к нему во второй половине дня. Записав адрес, фамилию и номер кабинета, я повесила трубку.
Чёрт, как они меня нашли? А… водительские права. Парень на кассе, видимо, меня запомнил, я долго с ним беседовала. Ну вот, сделала себе подарок на день рождения! Я вспомнила испуганную уборщицу и нервного охранника. Значит, мне тогда не показалось – у них действительно что-то случилось. Может быть, виновата пьяная кампания? Мне было любопытно, но и только.
В нужное время я прибыла в отделение полиции. Следователь оказался мужчиной средних лет, невысоким, но крепким, с небольшим пивным животом. Изучив мои документы, он стал задавать вопросы. Постепенно я поняла, что его интересует мужчина, сидевший на другом конце моего ряда. Здесь я уже насторожилась. Когда рассказала следователю про хождения туда-сюда парня в кепке, заметила, как он весь подобрался. Его взгляд стал острым и внимательным, хотя наш разговор продолжался также неспешно и спокойно.
Я уже догадалась, каким будет следующий вопрос и прислушалась к себе. Интуиция определённо говорила, что лезть в это дело не следует. Поэтому, когда он как бы между прочим спросил, смогу ли я узнать того парня, покачала головой и ответила, что в зале было темно, и лица его я не видела. Следователь посверлил меня взглядом, я не смутилась, спокойно глядя ему в глаза. Вскоре он отпустил меня, предварительно записав всё, что я рассказала. Уходя, я поинтересовалась, что всё-таки случилось? И узнала, что того мужчину убили прямо во время сеанса. Новость не удивила, чего-то подобного после заданных мне вопросов я и ждала.
Выруливая со стоянки, я пыталась разобраться в себе. Беспокоила лёгкая тревога внутри, как будто я что-то упустила. Вдруг меня осенило – сумасшедшая машина в тот вечер, сразу после кино! Предположить, что парень в кепке – убийца, после того, что я узнала, было нетрудно. Он, конечно, понял, что я разглядела его лицо. Понял и попытался от меня избавиться.
Так, и что теперь делать? Может, стоило всё же признаться следователю? Подумав, я решила не торопиться. Попытка убийства меня не сильно испугала, я продолжала верить в свою судьбу. Она пока не подводила, мне ведь удалось тогда спастись. А сейчас, когда я побывала в полиции, логично предположить, что всё им рассказала, и теперь убивать меня бессмысленно. Или нет?
***
Я ехала домой и напряжённо всматривалась в зеркало, вспоминая, как выглядела вчерашняя машина. А через некоторое время убедилась, что за мной действительно следят, только на другой. Та была неприметной иномаркой, а этот автомобиль – довольно заметным большим чёрным джипом. Сомнительно, что убийца мог пересесть на такой, он больше подходил охране какого-нибудь бизнесмена. Я проверила свои подозрения, пару раз свернув на светофоре. Машина повторила мои манёвры. Ладно, самое время вспомнить, чему ещё меня учил Сашка. Надо же, второй день подряд пригождаются его уроки!
Не торопясь, я высматривала узкий проезд. Через несколько минут успешно оторвалась от хвоста, а ещё через полчаса повернула в свой двор и прямо напротив подъезда увидела чёртов джип. Можно было уехать, но раз они знают мой адрес, это бесполезно. Я не собиралась подаваться в бега. Людей во дворе было достаточно, преследователи стояли у всех на виду и вряд ли собирались на меня нападать. И я решила посмотреть, что им надо. Припарковала мотоцикл, сняла шлем и пошла к подъезду.
Из машины выбрались двое высоких квадратных парней в костюмах и чёрных очках. Такое сочетание выглядело глупо, я усмехнулась, подошла ближе и остановилась. Один из них кивнул на открытую дверь.
– Садись.
– Это зачем?
– С тобой хотят поговорить.
– А мне оно надо?
– Садись, тебе всё объяснят.
– А если я сейчас позвоню в полицию и скажу, что меня собираются похитить?
– Звони, если дура.
Я демонстративно посмотрела на номер их машины и достала телефон – будем считать, что я дура. Найдя в контактах следователя, набрала его. Парни стояли рядом, ничего не предпринимая.
Когда трубку сняли, я представилась, сообщила, что у подъезда меня ждали незнакомые люди и хотят отвезти на какую-то встречу. Потом продиктовала номер машины. Следователь записал номер, вздохнул и ответил, что я могу не бояться, это по тому самому делу. И выразился в том духе, что лучше бы я рассказала всю правду ему. Я удивилась недоверию и громко объявила, что поделилась с полицией всем, что знала. Отключила телефон и посмотрела на парня. Он равнодушно уточнил:
– Ну, и чего ты добилась?
– Теперь они знают номер вашей машины. Поехали, – я залезла в джип.
Мы остановились у высокого офисного здания в центре. На сверкающей вывеске сбоку было только название, безо всяких пояснений. Внутри всё выглядело очень круто, явно с запахом больших денег, и я подумала: «Куда это меня занесло?» Меня посадили на диванчик в холле, один охранник остался рядом, другой прошёл в открытую дверь, где за столом сидела секретарша. Он не обратил на неё внимания и повернул налево, скрывшись с моих глаз. Минут через пять вышел и позвал:
– Заходи.
Я прошла в кабинет, охранник остался снаружи.
Мужчина за столом молча кивнул на ближний к нему стул. Я села, он рассматривал меня, а я его. Обычно я не испытывала к людям сильных чувств ни в ту, ни в другую сторону, считая себя вполне уравновешенной. Но к этому человеку практически сразу ощутила явную антипатию. С удивлением изучала его: лет сорок-сорок пять, высокий, крупный брюнет с резкими чертами лица. Ничего особо неприятного, за исключением холодного, высокомерного взгляда. Даже странно, что он вызывал у меня такие чувства.
Не знаю, какие ощущения вызвала у него я, но хозяин кабинета тоже закончил осмотр и перешёл к делу:
– Почему ты пыталась оторваться от моих людей?
Я хмыкнула, интересный вопрос и так сразу, без «здравствуйте» и всё такое. Надо образумить человека.
– Вы не представились.
Он проигнорировал мои слова.
– Так, почему?
– Вы не могли бы говорить мне «вы», – я продолжала испытывать его терпение.
– Нет.
Похоже, антипатия была взаимной. Я решила ответить.
– Они тоже не представились.
Он задумчиво смотрел на меня и даже не разозлился.
– Ты видела его?
– Кого?
– Не прикидывайся идиоткой. У тебя это слишком хорошо получается.
Я рассмеялась.
– Мне нужно, чтобы ты его опознала. Я готов заплатить, сколько скажешь.
Ладно, на прямой вопрос – прямой ответ:
– Я не видела его лица и уже говорила это следователю. Он мне поверил.
– Не обольщайся, не поверил.
Я пожала плечами, мужчина попробовал ещё раз:
– Твой ответ?
Хотя мне и казалось, что здесь всё ясно – редко когда я чувствовала такое отторжение, всё же решила спросить свою интуицию. На моё удивление, она говорила, что с ним можно иметь дело. Я заколебалась. За много лет привыкла, не задумываясь, доверять внутреннему голосу, но чёртова неприязнь мешала. Я просто не могла сказать ему «да» и впервые за последнее время поступила наоборот.
– Я уже ответила.
Он заметил мои колебания и предложил:
– Можешь подумать. Не долго, пару дней. Возьми, позвонишь, когда надумаешь, – мой собеседник бросил на стол визитку. Я подошла ближе, взяла её и рассмотрела. Тиснёный золотом логотип с тем же названием, что и на вывеске, никаких должностей, только фамилия, инициалы и внизу телефоны. Значит, Глеб Николаевич, запомним.
Я подняла на него глаза и положила карточку обратно на стол. Всё же мне удалось его достать! Он дёрнул щекой, но промолчал, а я развернулась и, не прощаясь, ушла. Вышла из кабинета и направилась к лифтам, меня никто не задерживал.
***
Дома я залезла в интернет, хотелось узнать побольше о том, с кем свела меня жизнь. Тиснёный золотом логотип оказался названием строительной компании, а мужчина – её генеральным директором. Я просматривала ссылки. Похоже, фирма была в фаворе у властей, выигрывала тендеры, что-то строила. Никаких особо скандальных новостей, типа брошенных дольщиков или долгостроя за ней не значилось.
Вдруг я наткнулась на сообщение, в котором имя Глеба Николаевича упоминалось вместе со словом «убийство». Пробежала глазами заметку – в ней безо всяких подробностей говорилось, что погиб директор его дочерней компании. Теперь стало ясно, какое отношение ко всему этому он имеет.
Я ещё немного поизучала его биографию: похоже, в строительном бизнесе он давно, сорок один год, женат, сын девятнадцати лет учится за границей. Потом набрала в интернете имя убитого и открыла первую попавшуюся страницу. Посмотрела на фото человека, сидевшего на одном ряду со мной на том злополучном сеансе. Узнала, что его жена умерла два года назад, осталась дочь-студентка, и отключила компьютер. Дальше копаться мне не захотелось.
Я понимала, что Глеб Николаевич предпримет ещё несколько попыток добиться от меня того, что ему нужно, но потом оставит в покое. Всё же он бизнесмен, а не бандит, хотя у нас часто бывает и то, и другое вместе. Но про его криминальные связи в интернете ничего не было сказано.
Вечером второго дня на мой мобильный позвонили. Глядя на незнакомый номер, я сразу подумала о Глебе Николаевиче и не ошиблась.
– Хочу услышать твой ответ.
Он опять не поздоровался и не представился. Похоже, считал это излишним и был уверен, что я обязана его помнить. А я снова почувствовала раздражение, один только его голос вызывал желание говорить гадости. Странно, раньше я за собой такого не замечала.
– Мой ответ «нет», – я не скрыла насмешки. В трубке раздались гудки. Вот и отлично, пусть отстанет от меня! Но это, конечно, я размечталась, такие как он не терпят слова «нет», если не они сами его произносят. Я не сомневалась, что ещё услышу о нём.
На следующее утро я выруливала со своего двора – спешила на встречу в городе. В переулке, перед выездом на шоссе, меня подрезал джип, довольно нагло прижав к обочине.
Я уже прикидывала, как от него уйти, когда узнала машину, на которой меня отвозили к Глебу Николаевичу. Дверь открылась, вышел он сам, собственной персоной, и направился в мою сторону. Крепкие парни, знакомые мне, остались у джипа. Я ждала мужчину, не пытаясь бороться со своим раздражением.
Он остановился напротив, холодные глаза изучающе смотрели на меня, как будто я была сложной проблемой, которую надо решить. Дорогое кашемировое пальто, не менее дорогой костюм и спокойная уверенность хозяина жизни – всё в нём вызывало у меня отторжение. Обычно я не общалась с такими типами и не видела причин менять свои привычки.
– Извини, что немного нарушил твои планы. По телефону ты была не очень вежлива.
Если он хотел моего сотрудничества, то явно выбрал не тот тон. Видимо, я всё-таки сильно его злила. Стоит закрепить достигнутый успех.
– У вас, кажется, проблемы со слухом. Очень жаль, подсказать врача?
Он даже не поморщился, но желваки на скулах заиграли.
– Смотри, как бы врач не понадобился тебе самой. Киллер не оставит тебя в покое.
– А, так вы обо мне заботитесь? Большое спасибо! Ко мне пока никто, кроме вас, не лезет.
– Так, это ж только пока, – он постарался взять себя в руки и убрал издёвку из голоса. – Слушай, я думаю, у тебя нет выхода, и ты просто набиваешь себе цену. Так я и не отказываюсь хорошо заплатить, только назови сумму.
– Ясно, перешли на знакомые категории. Вам, наверное, будет трудно понять, но меня не интересуют деньги. Ваши – в особенности. Я ещё могла бы помочь из общего гуманизма и человеколюбия, но для вас это слишком сложно.
– Так в чём причина? Помоги из человеколюбия.
– К вам, что ли? Вы не вызываете у меня подобных чувств.
В его глазах уже не было спокойствия, они сверкали холодным бешенством.
– Не ко мне, к жене и детям убитого.
Так я и думала, что он не побрезгует соврать ради достижения цели.
– Разве его жена не умерла несколько лет назад? А дети – это двадцатилетняя девушка?
Он помолчал несколько секунд, потом с угрозой заявил:
– Ладно, в конце концов, есть и другие пути. Я не очень хотел их использовать, ты не оставила мне выбора.
– Отвали, дядя! – он уже достал меня, я надела шлем и, обогнув его, выехала на дорогу.
Глава 3
Несколько дней всё было как обычно. Я работала дома, встречалась с родителями, ходила по магазинам. Всё это время внимательно присматривалась к окружающей обстановке и часто смотрела в зеркало заднего вида. Но никого, кто бы мной интересовался, не заметила.
Вечером неожиданно позвонил Сашка и пригласил в кафе. Я отдыхала дома. С самого утра доделывала работу и только что отослала её по электронной почте. Выбираться куда-то было лень, но он грустным голосом сообщил, что стоит у моего подъезда. Похоже, мой бывший воздыхатель ещё на что-то надеялся. Значит, надо объясниться ещё раз.
Парень сидел на своём мотоцикле. Увидел меня и печально улыбнулся, я пошла ему навстречу. Сердце вдруг забилось быстрее. Я просто кожей почувствовала опасность, но не знала, откуда она исходит, и стала вертеть головой во все стороны. Вокруг, как и в любом дворе, было полно припаркованных машин.
Я подошла к Сашке, хотя на самом деле просто мечтала вернуться к себе. Он начал что-то говорить, я не слушала, продолжая оглядываться, и бросила ему:
– Уезжай, я никуда не поеду! – объяснюсь с ним потом, сейчас быстро домой. Я повернулась к подъезду, но парень слез с мотоцикла и попытался схватить меня за руку. Я инстинктивно отшатнулась назад. В это время что-то сильно толкнуло меня в предплечье, глаза у Сашки стали круглыми.
– Чёрт, что это?! – по рукаву моей лёгкой куртки текла кровь.
Одна из машин во дворе быстро взяла с места. Мне даже марку не удалось разглядеть, только тёмно-серый цвет. За ней сразу сорвалась другая такая же неприметная машина. Что за ерунда? В это время первая заблокировала узкий проезд, из неё выскочил человек и скрылся в арке. Вторая машина резко затормозила. Выбравшиеся из салона парни, ругаясь, бросились за ним.
Руке было больно, и немного кружилась голова. Сашка подтащил меня к лавке, снял ветровку и перетянул плечо выше раны. Потом позвонил в скорую. Пока мы ждали, смотрел на меня так, будто я с минуты на минуту скончаюсь.
Я чувствовала себя вполне терпимо, но была сильно удивлена. А как же договор – до тридцати лет ещё далеко? Если бы я не отшатнулась, пуля попала бы в грудь! И тут вспомнила, что не послушалась интуицию и отвергла предложение Глеба Николаевича. Приехала скорая, меня увезли, а моего друга попросили дождаться полицию.