Я тебя отпускаю…

Часть I. То, чего нет

Мужчина всегда хочет быть первой любовью женщины. Женщины более чутки в таких вопросах. Им хотелось бы стать последней любовью мужчины.

Оскар Уайльд

Любовь носит такие очки, сквозь которые медь кажется золотом, бедность-богатством, а капли огня-жемчужинами.

Мигель де Сервантес Сааведра

У сердца свои доводы, над которыми разум не властен.

Блез Паскаль.

Привязанности опасны для мира в душе.

Филиппа Грегори

1

Можно ли попытаться изменить жизнь только потому, что хочется навсегда расстаться со своим прошлым? Однозначного ответа не будет. Кто-то скажет, что от прошлого невозможно «освободиться», ведь это часть настоящей жизни. Кто-то другой скажет, что все возможно, на то она и жизнь. Я решила изменить жизнь, потому что тянет меня всегда в другой город. В Его Город. Город соблазнов, вседоступности, плохой погоды, вежливых людей, красивой современной архитектуры, больших возможностей и дорогих машин. Город – мечту, для большинства молодых (да что тут лукавить, и не очень) людей.

Для меня этот Город навсегда будет олицетворен с Мужчиной. С бывшим, настоящим, будущим. Так уж повелось, что все мои мужчины приезжали / переезжали именно сюда. Этот Город казался им таким «своим», что в своих городах они чувствовали себя чужими. Видимо их любовь к этому Городу передалась и мне.

Тем не менее, если раньше Город был простой ассоциацией с Мужчиной, то теперь этот Город – Его. Когда кто-либо упоминает об этом Городе, первое что приходит мне на ум – Он. Ровно, как и Электрички с платформами. Они тоже напоминают мне Его. Возможно потому, что именно там мы последний раз виделись. Он торопился скорее отправить меня назад в Город. Несчастный, с глазами «цвета уходящей осени», полными отчаяния и тоски. В легкой куртке и тонких спортивных трико (а был ноябрь, и снег уже выпал). Такой… мальчишка. Даже побоялся меня обнять. Держал дистанцию в метр (мысленно я замеряла).

Воспоминания – самая тягучая смола. Липкая паутина. Окутывают, обволакивают, и ты, в надежде на тепло, полностью отдаешься им. Они уносят тебя в свой мир, полный грез и иллюзий, ночных фантазий и снов. Теряя бдительность, порой самоконтроль, ты идешь с ними, держа их крепко за руку, и лучше этого мира для тебя нет. Воспоминания подобны крыльям бабочки, не стоит пытаться ухватиться за них, они растворяться. Рассыплются прямо на глазах в собственных руках.

Начать новую жизнь в Его городе. С Ним. Такое решение я приняла в начале лета. Долго не думая, получив на руки дипломы (по великому чуду их у меня оказалось – два) об окончании высших учебных заведений, я взяла билет на ближайшее число, и прибытием в Его Город оказалось 13 июля, разумеется – пятница. Сочтя этот знак за послание свыше, я собрала чемоданы, попрощалась со всеми, с кем было нужно и не очень, и отбыла. Туда, где у кого-то сбываются мечты, и рушатся последние надежды. В Город – за месяц счастья, в котором приходится платить Другому городу – месяцами одиночества и бессонницей. Город – «Я дам тебе все, о чем ты просишь, но что ты готова предложить мне взамен?».

2

Размышляю о жизни, когда пылесошу. Уборка весьма располагает к обдумыванию, созерцанию и принятию решений. Раньше полагала, что для этого очень подходит бег. Пробежка расстоянием в километр. Подтягивание на турниках, растяжка на брусьях. Но зимой особенно не «поразмышляешь», да и километраж бега приходится существенно сокращать. Получается, что-то да «недодумала». А уборка – это как приятное с полезным. Вокруг чисто и мысли, как по команде, разложились по своим полочкам. Идеальное сочетание.

Интересное наблюдение, когда я думаю, мне нужен – шум (в моем случае, настраивающий меня на волну «мыслей», звук пылесоса). Когда пишу – тишина. Для каждого человека существует своё «идеальное сочетание» − звука и тишины. Под разные звуки, мы испытываем разные чувства – это неоднократно было доказано, оспорено, и вновь, доказано. А что касается тишины – тут стоит призадуматься. Тишина тоже бывает разной. И не обязательно она должна идти под руку с одиночеством. Моя тишина – напоминает бабочку. Она – легка, красива, почти невесома. Также завораживает, также окрыляет. Побыв наедине с ней, я будто наполняюсь чем-то волшебным, искристым, очаровывающим. В моей голове расцветают идеи, руки начинают что-то творить, рисовать, красить, писать. Поток «болтовни» удваивается, если не утраивается. Я насыщаюсь тишиной.

Она приходит ко мне тоже, когда я в тишине. Обычно её приход ощутим. Или, по крайней мере, его можно предвидеть. Всегда безупречная, красиво-идеальная, так я её называю. Блестящие, цвета вороного крыла, переливающиеся в ночном свете черные, длинные волосы. Точеная фигура. Обязательный французский маникюр, никогда никакого «кричащего» модного цвета ногтей. Только классика. В одежде придерживается этого же принципа. Эдакая Коко Шанель. Любит маленькие черные платьица. Они ей чертовски идут. Всегда на каблуках. Ни разу не видела её на плоской подошве. Алая помада – неизменный атрибут. Как говорит сама: «Красный – это больше, чем просто красивый, роковой цвет. Его постоянно хочется целовать». Странная, но мне она нравится. Одно время мне хотелось походить на неё. Я отрастила волосы, перекрасила их в черный цвет. Все говорили, что мне очень идёт. Делала такой же маникюр, полюбила черный цвет в одежде. Стала носить исключительно каблуки. Единственное, на что мне не хватило смелости – это алая помада. Для неё нужна особенная уверенность в себе. А с ней у меня всегда были кое, какие разногласия. И собственно говоря, забегая вперед, могу заметить, что моё перевоплощение в «идеал» потерпело полное поражение.

Вот и сейчас в кромешной тьме, она вновь пришла без приглашения. Впрочем, как обычно. Начнёт напоминать мне про мои поражения и неудачи. Любит поиздеваться. Соль в её потайном кармашке не заканчивается.

− Привет. – Постукивая каблуками по кухонному паркету, подходит к бару. – Не ждала? Или ждала, как обычно? – Достает коллекционный виски, подаренный мне дядей на день рождения. – Ты ведь не против?

Я молча киваю. Если начну с ней разговаривать, она задержится надолго. А этого я хочу меньше всего. Не то, чтобы я не люблю её. С ней бывает весело. Но сейчас, сегодня, не хочу, чтобы она оставалась.

− Чего молчишь то? Неужели пока меня не было, ничего интересного не произошло? – Наливает полный бокал виски, усаживается на подоконник, достает тонкую сигарету, шоколадную. – Открою окно, покурю. Не хочешь?

Знает ведь, стерва, как мне сложно было бросить курить. Если от выпивки мой организм отказался сам, устраивая мне незабываемые утренние свидания с уборными, то никотин довольно быстро освоился внутри меня. И стал просто неотделимой частью тела. Та решимость, с которой я решила «оторвать» его от себя, была похожа на операцию без обезболивающего. Когда чувствуешь, как скальпель надрезает кожу, тонкими ручейками стекает кровь, хирург аккуратно раздвигает в стороны ткань, пинцетом доставая то, что необходимо удалить. Все проходит очень точно. Но лежа на операционном столе, чувствуешь все в разы тоньше. И каждое движение хирурга для тебя, как пытка. Но вот все «ненужное» удалено, накладываются швы. Косметические, они быстрее «рассасываются», и со временем становятся почти незаметными. Операция завершена. Всем спасибо. Все свободны.

Первое время непривычно смотреть на свое тело, после операции. Руки невольно тянутся к швам. Хочется их то ли почесать, то ли разорвать. Вот с никотином было такое же чувство. От запаха, случайно уловленного, хотелось разорваться на части. От сигареты, случайно увиденной, начиналась чесотка, похожая на ломку. До сих пор не могу понять, как мне удалось провести всю «операцию» самостоятельно. Ни разу не сорвавшись.

− Что задумалась? Небось, вспомнила, как от сигарет отказывалась? – Всё она знает, всё помнит. – И что, неужели ни разу не сорвалась? Даже когда Он бросил тебя?

Дорвалась. Соль начала сыпаться. Становится интереснее, на что ещё она пойдет, чтобы остаться.

− Да брось! Так и будешь молчать? Мы же подруги. Разве ты забыла, сколько ночей мы провели вместе. Сколько выкурили сигарет, выпили алкоголя. Мы с тобой повязаны, Хома!

Больно. Но я держусь. Не за чем ей показывать, что она меня задела. Так называл меня Он. Давно. Эту часть своей жизни я пытаюсь ампутировать. Пока, до её появления, получалось весьма неплохо. Ничего, и ей я покажу, как научилась владеть собой.

Закуривает. Шоколадный дым заполнил все пространство. Невольно начинаю втягивать аромат в себя. Растворяюсь. Сладко и тягуче приятно. Мне нравится… Стоп! Нет, нет, нет. Ей не сломить меня. Нельзя! Собираюсь с духом, задерживаю дыхание, выдыхаю все то, что успела втянуть. Хорошо.

− А ты изменилась. Другая стала. Почти блондинка. Тебе идёт, кстати. Хотя Черненькой ты мне нравилась больше. Как Он там сказал: «Похожа на цыганку. Черные волосы, длинная юбка. Осталось карты найти». Молодец, хорошее сравнение. И чего у вас не сложилось то? Ах, да, ты же хотела все и сразу. Сама все решила, распланировала, придумала. Ещё пыталась ему навязать. Сумасшедшая. Он не раз тебе говорил, что живет – сейчас. Будущее его не особо и волновало. А то, что обмолвился насчет совместного проживания и возможной свадьбы, ерунда… Он сказал все, что ты хотела услышать, лишь бы затащить тебя в постель. И заметь, у него прекрасно получилось заморочить тебе мозги и сломать твою бдительность. Снежная Королева была очарована придворным шутом. Ха-Ха. – Выбросила сигарету, слезла с подоконника, уселась рядом со мной. Смотрит на меня. Думает.

− Ну, правда, Ты серьёзно думала, что по приезду в Город, Он будет с тобой? И твоя хваленая интуиция ни о чем тебя не предупредила. Всемирно чувствительная «пятая точка» − жестоко подставила? Не верю. Не поверю. Ты все знала заранее, ещё там дома. Правда? – Пытается заглянуть мне в глаза. Думает, я что-нибудь ей расскажу. Нет уж. Наговорились. Она мне больше не собеседница. Почти год вели совместные диалоги. Достаточно.

− Правильная такая стала, значит. Не пьёшь, не куришь. Ещё, небось, спортом начала заниматься?!

Киваю. Ухмыляюсь. Это явно не её образ жизни. Классикой не пахнет. Всё просто стало у меня. Она права. Всё правильно. Не строю планов на месяц, максимум – на послезавтра. И то, очень редко. Живу тем, что есть сегодня. Много читаю. Смотрю фильмы. Пишу. Часто. Ей такая жизнь явно не по вкусу. Ничего, пусть привыкает.

Включает музыку. Начинает танцевать. Ещё чуть-чуть и расплещет виски на мой бежевый ковер. Этого я её точно не спущу.

− А ты знаешь, я была у Него. Потолстел, это конечно ты и без меня знаешь. Зависаешь на его странице в сети, па-любому. Ну, так вот, работает там же. И самое главное, Он доволен. Она его не напрягает, не требует ничего. Они отдыхать ездили. Это ты тоже знаешь. Ему хорошо без тебя. Живет себе, припеваючи, наслаждается, видит цветные сны, одним словом забыл про тебя окончательно. Не то, что ты.− Делает последний глоток, и ставит музыку ещё громче.

Подхожу к окну. Всматриваюсь в ночную мглу. Кажется сегодня туман. Она права. Знаю. Я все знаю. И то, что она была у Него, верю. Куда нам всем без неё. Без неё никак. Вездесущая. Всё-таки она сама − её величество Бессонница. А насчёт сказанного, да пусть будет правдой, буду только рада. Я всегда желала Ему только счастья. Пусть и без меня.

Музыка стихла. Оборачиваюсь. Ушла. Внезапно. Ничего нового. Поняла, что сейчас в ней не нуждаюсь. Оставила бокал на столе, с разводом алой помады.

Начало светать, пора ложится спать. Завтра, точнее уже сегодня, рано вставать. Пусть я сегодня с ней и не говорила, чувствую, это не последняя наша встреча. Она ещё заявится. Эффектно и с новостями, скорее всего о Нём. Будет интересно.

3

Из всех времен года, больше всех люблю осень. Осень – пора откровений. Время, когда все фальшивое рушится и обнажается правда. Без яркой мишуры, лживых летних обещаний и излишней спешки. Даже люди, и те, именно осенью становятся другими. Меняют образ мыслей, внешний вид, по-настоящему – влюбляются. У любви – осенний привкус.

Осени удаётся вместить в себя все времена года. Вначале – она хранит тепло лета, согревая, радуя теплыми днями. В середине – балует дождями, весенней прохладой. И под занавес своего выступления – первый зимний снег. Такая она, осень. Гостеприимная хозяйка, ладит с каждым временем года, но, как и любая женщина, не по нраву ей, когда начинают обманывать. Поэтому уважает искренних людей, открытых. Чистых в мыслях и поступках. Притворщиков и лжецов чует за версту. В случае чего, с ними она не церемонится, а вот что касается людей с добрыми помыслами… Им она всегда предоставляет возможности, шансы. Улучшить жизнь, найти новые жизненные ориентиры, поменять имидж, влюбиться, понять то, что было ранее недоступно разуму и сознанию. Осень – это внутренняя точка отсчета. Время, когда даже искусные актеры снимают маски, и открывают миру лица.

Я тоже перевоплощаюсь осенью. Прошлогодней – была брюнеткой с волосами, ниже лопаток, нынешней – почти блондинка с волосами, едва касающимися плеч. Что движет мной так играть образом? Обстоятельства, события, мысли. Очень часто слышу: «Ей так шло быть Темненькой, зачем она перекрасилась» или «У неё были такие красивые длинные волосы», а ещё лучше «Светлый цвет волос тебя простит» (это моё любимое услышанное в адрес цвета волос, мнение). Окружающие дают только внешнюю оценку цвету, длине волос, стилю одежды. Но никто, и ни разу не поинтересовался, а почему это случилось. Почему вдруг, ни с того, ни с сего – я меняюсь. При чём, стоит отметить – кардинально. Что послужило тем «волшебным пинком», сильнейшим толчком, который заставил измениться.

Каждый день по всему миру, каждый третий человек меняет что-то в себе, вокруг себя. Один мой знакомый, в прошлом рокер, атеист, человек-экстремал, повеса, живущий только ощущениями и сиюминутным драйвом, совсем недавно отказался от своего образа жизни, ради того, чтобы посвятить себя религии. Теперь он почитает законы (как священные, так и государственные), совершает молитвенные обряды, посещает святые места, убеждает людей поступать по совести и чести. Моему изумлению не было предела, когда я увидела «нового Кота» (Кот − теперь уже, «бывшее» прозвище Константина). Разумеется, я поинтересовалась – что, как, кто послужил таким изменениям. Кот только смущенно улыбнулся: «Девушка».

− Девушка?! – Мои глаза были похожи на рыбьи, с выкатом.

− Именно. И ты знаешь, Слим (моё прозвище в широких кругах) она такая… Другая.

− Другая? Это какая такая? Иная? Походу волшебная, раз сотворила с тобой такое волшебство.− Театрально рисую нимб над своей головой и крылья за спиной.

− Хорош подкалывать! Она скромная, читает много, дома нужно быть обязон к восьми. Конечно, не пьет и не курит. Совсем. Меня отучила вот тоже. – Достает телефон, показывает фотографию. – Леся. − Симпатичная русая девушка. Длинные волосы. Пальто, шарф. Милая, в общем.

− Хорошо, факт подростковой влюбленности, на лицо. У тебя сейчас уже слюнки потекут на фотку. Но при чем здесь – религия?

− Как тебе попроще объяснить бы… − Крутит в руках мобильник. Явный признак того, что он думает.

− Говори как есть, ты же знаешь, я пойму.

− Точно. Забываю, что с тобой проще. Ты же свой мужик. Чет я загнался сначала походу было. Вот к чему приводит твоё долгое отсутствие. Насчёт влюбился – это ты сто процентно заметила, а религия. Леся верующая, молитвы читает, обычаи все знает. Уговорила меня пойти как-то раз с ней на служение. Я согласился. – Смотрю на него глазами «Гарри Поттера» − большими и напуганными.

− Вот оттуда все и пошло. Когда услышал, как молитву начали читать, внутри все будто свернулось, сжалось, а потом раскрылось, но я уже был не я. Мне понравилось, прикинь. Начал литературу специальную читать, Леську изводил разговорами о святых, о традициях и обычаях. Понял – вот то, что я искал. Религия – мой кайф.

− Скажешь тоже. Но звучит и впрямь, красиво. Значит, ты нашёл свой истинный допинг. – Признаюсь, если бы я курила, на этом моменте, точно достала бы сигарету. – Любовь творит чудеса. И открывает людей по-новому.

− Точно. Ты, Слим – сказала главное.

− А поконкретнее? – Неужели я опять сказала то, что сама не успела понять.

− Любовь.− И Кот заулыбался во все свои тридцать два зуба.

Все оказалось намного проще. У истоков любых поступков, решений и действий стоит любовь. Конечно, любовь бывает разной, но суть от этого не меняется – это все равно любовь. Принять религию, будучи не верующим, потому что верит любимая – признак любви. Слияние нескольких крупных корпораций – любовь акционеров к деньгам. Зачатие и рождение ребенка – любовь родителей. Смена места жительства – любовь к переменам. Регулярное занятие спортом – любовь к своему телу. Чтение большого количества книг – любовь к самосовершенствованию. Даже смена цвета моих волос – любовь к шокированию окружающих… И конечно, результат того, что Он будучи в городе, не соизволил мне об этом сообщить. Мир состоит из Любви. Разной, в своих проявлениях, но Любви.

4

Эта парочка была весьма своеобразной. Оба – молоды, красивы, харизматичны. Дэн – современный плейбой, «золотой мальчик», владелец «заводов, газет и пароходов». Каро – начинающая журналистка, любимица публики (а именно всех тех, с кем уже успела поработать – она умела производить впечатление). Их совместные ночные прогулки на яхте, выходные на островах. Его шикарные подарки ей, по случаю и без. Она в свою очередь устраивала ему романтичные сюрпризы, и дарила безделушки в виде выполненных по её персональному заказу Rolex. Казалось бы, идеальней пары нет. Но на любом холсте любого из великих художников обязательно будет цвет краски, который отличается от общих цветов всей картины.

Дэн любил Каро. Это с точностью ювелира, которому приносят алмазы для определения карат, мог сказать каждый, кто был с ними знаком. Ровным счетом, как и Каро, дорожила Дэном. Вокруг них творилась магия. Магия притяжения, необходимости быть в поле зрения друг друга если не двадцать четыре часа, то двенадцать из них, непременно. Когда они были рядом, воздух так и сотрясали удары электрического напряжения. От них веяло страстью − буйной, дерзкой, ненасытной. Чувственность объединяла их в постели, где они составляли единое целое. Миф дружбы – позволял периодически появляться вместе на людях, обедать днём в кафе.

Настоящей, официальной спутницей Дэна, которой было позволено держать его за руку на людях, была – Марго. Это с ней в обнимку он позировал для обложек журналов, ходил на светские мероприятия, открытия бутиков и организуемых презентаций. Именно Марго подбирала галстук под его костюм, чтобы он удачно сочетался с ботинками. Она была той девушкой, которая значилась под грифом «Любимая» в быстром наборе в телефонной книге Дэна.

Я не знакома с Марго. Иногда думаю «И, слава Богу». Смотреть в глаза Дэну, зная всю подноготную его отношений с Каро, будучи знакомой с Марго было бы просто невыносимо. Мне достаточно того, что слышу от подруги, и самого «виновника» сих запутанных уз.

Мы условились встретится с Каро в обожаемой нами кофейне. Здесь подают лучший кофе в городе. Я предпочитаю капучино, Каро – айриш. Она великолепно выглядит. Каштановые, струящиеся волосы, глаза цвета топленого шоколада. Фирменная улыбка. Чудится мне, она не так давно пришла от Дэна.

− Так так так. Мне кажется, или я знаю этот взгляд! – Запускаю в неё бумажный салфеточный самолётик.

− Ну ладно, ладно. Да! Я была у Дэна! – Улыбаюсь. Её так легко раскусить. − Довольна, что вынюхала, откуда я прямо с порога? – Бросает в ответ скомканную бумажную салфетку. Так и не научилась делать оригами.

− И? – Размешиваю сахар в чашке капучино.

− Что и? – Отпивает глоток от своего айриш. Делает вид, что не понимает о чём я.

− Как долго ты планируешь быть «второй скрипкой» в вашей импровизированной постановке? – Отодвигаю чашку. Смотрю ей прямо в глаза.

− О Боже, Слим, Опять ты за своё?! Ну, сколько можно? Мне хорошо с ним, я ничего не хочу менять. По крайней мере, на данном этапе моей жизни. Он живет своей жизнью, я своей. Иногда мы проводим время вместе, но только потому, что оба этого хотим. Законы мы не нарушаем, приличия периодически соблюдаем. В чём проблема? – Она занервничала. Достала сигарету. Может, я и вправду зря пытаюсь воззвать к её рассудку.

− Всё что ты говоришь – классно. Вы оба такие свободные, захотели – встретились, не захотели – нет. Только я заведу свою старую шарманку. Он с Марго! К ней он возвращается после работы, её знакомит с друзьями. Не сегодня – завтра соберется жениться на ней. И что потом будет с вашей хваленой дружбой в кавычках?

− Я подумаю об этом тогда, когда этот день настанет! А сейчас давай пить кофе, он и так стынет.

− Каро! Услышь меня. Я ведь всего на всего пытаюсь уберечь тебя от будущих ночных истерик и бессонницы. Ты может быть, судьбу свою упускаешь, предаваясь этим минутным страстям. С Дэном всё понятно, как-никак, он мужчина, и от тебя сам ни в коем случае не откажется. Он превосходно устроился. С одной стороны, есть, кого людям показать, с другой – ты. Поманит, ты тут как тут. Химия, влечение между вами, понятно. Но вы ведь вместе долго не сможете. Или убьете, друг друга, или разругаетесь. Помнишь, сама ведь говорила, там, на острове, больше двух дней с ним не вытерпела!

− Помню, конечно. Всё помню. Только знаешь, я ведь и без него не могу. Уезжала в Милан на сезон, освещать модные показы, и что?! Он и там меня нашёл.

− Он тебя нашёл, да?

− Окей, я сама скинула ему смс с номером. Хо-ро-шо. Ну, тянет меня к нему, ничего не могу с собой поделать.

− Неужели тебе не бывает обидно? Что он где-то с ней? В кино, в ресторане, в постели, наконец! – Мое возмущение не знает границ. Не умею делиться. Видимо поэтому и понять до конца Каро не получается.

− У меня к нему всепрощающая любовь. – Я почти поперхнулась кексом.

− Какая какая любовь?

− Всепрощающая. Я не злюсь на него, не держу зла. В своё время сама ведь упустила, избегала встреч с ним, потом заявила что мы просто друзья. Он даже если и испытывал что-то ко мне на тот момент, не рискнул вслух произнести после того, как я наградила его гордым званием «Друг». А потом… Потом было потом. – Она всё-таки закурила. Мы опустились с ней на самое дно воспоминаний.

− Может он просто не твой человек. – Осторожно замечаю я, слегка боясь её реакции.

− Может быть. – Задумчиво отвечает она. Её взгляд и мысли сейчас далеко от меня. Они с Дэном. Как она сказала: «всепрощающая любовь». Сильная штука походу. Всегда размышляла, а не будь Марго, смогли бы ребята быть вместе? По-настоящему. Создать семью, родить детей. Делить насущные проблемы, мелкие, каждодневные радости. Или их отношения дали бы трещину на самом начальном этапе конфетно-букетного периода, и прелесть сегодняшних отношений только в том, что каждый из них знает, что он может уйти. В любой момент. Любовь – очень странное чувство.

Вечером, после встречи с Каро, мне очень захотелось поговорить с Дэном. Узнать, какими глазами он видит свою жизнь.

− Привет Дэн.

− О, Слим! Давно не слышались.− Мне показалось, или в его голосе слышны нотки радости.

− И не говори. Что-то завертелось все, не было свободных минут. Да ты и сам не проявлял особого энтузиазма.− Пытаясь настроиться на волну сарказма, начала шутить я.

− Так я весь в работе, ты слышала, наверное.

− Да, Каро про что-то подобное поговорила.− На имени подруги делаю явный акцент.

− Давно вы с ней виделись?

− Недавно. Как раз обсуждали тебя. – Посмотрим, что он на это ответит.

− Не сегодня случайно встречались? – Вот чёрт, неужели Каро успела сказать, что мы с ней виделись. Подстава. Меняем тактику.

− Случайно сегодня. Что, голуби уже донесли?

− Не успели. А я думаю, чего у меня уши горят полдня. Это вы мне косточки промывали, Болтушки! – Он ещё и подкалывает. Вот засранец. Держим блок. Ответный удар.

− Конечно, мы и собираемся только для того, чтобы посудачить о тебе. Кстати, как дела у Марго? На какое число назначена свадьба? – Ха, вкуси-ка!

− Какая ещё такая свадьба? Не понял. Газеты наврали. Мы пока не планируем ничего такого. – Значит пока только. Журналистами решил прикрыться. Не выйдет, дорогой!

− Нет, не газеты. Тусовка шепчется. Я думала, правда. Собственно говоря, поэтому и позвонила. Думаю, поздравлю, пока ты ещё в состоянии отвечать на звонки самостоятельно, а то в случае чего, телефон был бы у помощника.