Одиссея Аттикуса: Перерождение на Арене. Книга 2
- -
- 100%
- +
Сегодня Аттикус должен был отправиться на охоту на зверей со своим отрядом.
Когда он подошел к зданию, то встретил привычные любопытные взгляды, но, как обычно, не обратил на них никакого внимания.
Люди научились не переходить ему дорогу, и его это устраивало.
Он вошел в здание и застал своих товарищей по команде у стойки.
– Привет, Аттикус! Наконец-то ты пришел, – весело поприветствовала его Софи, когда он подошел.
– Ага, извини, что опоздал. Я увлекся тренировкой и потерял счет времени, – ответил он с легкой улыбкой.
– Тебе бы стоило сбавить обороты, а то как мы тебя догоним, если ты и дальше будешь так быстро становиться сильнее! – воскликнул Нейт, и в его голосе слышалась смесь благоговения и беспокойства.
Аттикус ответил улыбкой, казалось, комментарий Нейта его ничуть не задел. Затем он перевел взгляд на Гелодора, который на протяжении всего разговора неотрывно сверлил его взглядом.
«Скоро мне придется с ним разобраться».
Решение Аттикуса постоянно игнорировать Гелодора было связано с тем, что тот не переходил никаких серьезных границ. Он лишь суетился по пустякам и не заходил дальше этого.
Аттикусу такое отношение казалось подозрительным. Гелодор вдруг, без видимой причины, начал питать к нему враждебность. «Это начинает раздражать», – подумал он.
Хотя Аттикус был не из тех, кто прибегает к насилию из-за одних лишь взглядов, у него был свой предел. И ситуация становилась все более тревожной. «Можно подумать, он в меня втрескался или что-то в этом роде», – размышлял он.
После недолгого ожидания прибыла Хелла. Она обменялась быстрыми приветствиями с отрядом, а затем сказала: «Пойдемте выбирать нашу миссию», – направляя их на второй этаж, где можно было выбрать задание.
Хелла оставалась собой – как всегда, прямолинейной и властной, хотя в общении с Аттикусом она проявляла осторожность.
За прошедший месяц Аттикус постоянно демонстрировал свою силу, что шокировало Хеллу и заставляло быть настороже, особенно после того, как она узнала о его происхождении.
Хотя в лагере все должны были быть равны, любой, у кого есть хотя бы один работающий нейрон, понял бы, что навлекать на себя презрение того, кто, скорее всего, станет наследником – неразумно.
Оставалось лишь гадать о мыслительных процессах некоторых индивидов.
Поднявшись на второй этаж, они увидели небольшую группу людей перед огромной голографической стеной.
Подойдя ближе, Аттикус узнал одного из них – Ориона, сына Сириуса.
Ранее Орион уже вызывал Аттикуса на бой и настойчиво донимал его после первого отказа. Орион был в сопровождении своего отряда.
Когда Аттикус и остальные подошли, он не мог не заметить ухмылку на лице Ориона. «Опять он за свое», – подумал Аттикус, прекрасно понимая, что сейчас произойдет какая-то глупость. И она произошла.
– Эй, да это же наш трус, – съязвил Орион, а члены его отряда добавили провокации своим смехом. Они все прекрасно знали, что Аттикус из главной семьи, но полагались на защиту Ориона.
«Ты у меня в долгу, старик», – подумал Аттикус. Его терпение было на исходе, и единственной причиной, по которой Аттикус все это терпел, был Сириус.
«Раз уж я не могу его избить, то хоть выскажусь», – Аттикус не удержался от ответного выпада. – Хотя, похоже, твой отец был другого мнения. Или ты просто больший трус, чем я?
Разъяренный Орион начал приближаться к Аттикусу, но Хелла преградила ему путь. – Он член моей команды, тебе придется сначала пройти через меня, – холодно заявила она, глядя на Ориона.
«Она должна знать, что он не может на меня напасть. Зачем она так поступает?» – размышлял Аттикус. Каждый новобранец знал правило, что старший по курсу не может первым атаковать младшего. Аттикусу показалось странным, что она вмешалась, зная это правило.
– С дороги! Думаешь, твой жалкий 4-й ранг может мне что-то противопоставить? – ответил Орион, делая шаг к Хелле.
В ответ Гелодор, Нейт и Софи шагнули вперед, чтобы поддержать Хеллу. Даже Софи, обычно всегда улыбчивая, холодно сверлила Ориона взглядом.
Сокомандники Ориона тоже шагнули вперед. Как раз в тот момент, когда ситуация, казалось, достигла точки кипения, из устройств каждого из них внезапно раздался голос ИИ.
[Драки в здании запрещены. Нарушение повлечет за собой суровое наказание.]
Орион раздраженно цокнул языком от этого сообщения. – Везучие ублюдки, – пробормотал он. Он быстро выбрал миссию, и его отряд ушел. Ситуация была разряжена, не успев обостриться.
После того как они ушли, Гелодор немедленно повернулся к Аттикусу и обвинил его: – Это все твоя вина!
Аттикус угрожающе прищурился, собираясь сделать шаг к Гелодору, но тут вмешался Нейт: – В чем это он виноват? – Ему уже надоело, что Гелодор постоянно ищет неприятностей.
Гелодор, казалось, был готов ответить, но Хелла вмешалась: – Хватит, Гелодор. Это неважно. Главное, что мы – команда и должны поддерживать друг друга.
Гелодор в ответ фыркнул и отвернулся. После этого Хелла быстро выбрала миссию.
Выбрать миссию было просто. Все они отображались на большой голографической стене, и нужно было всего лишь ввести серийный номер миссии на своем устройстве.
Затем стена размывала миссию, помечая ее надписью «Выполняется», а детали задания передавались на устройства каждого члена команды.
После выбора миссии они получили уведомление с ее подробностями. Аттикус решил ознакомиться с ним, когда они двинулись к воротам.
На этот раз их целью был Арахникс – зверь, похожий на паука, с многочисленными ногами и замысловатыми узорами, украшающими его мощное тело.
Арахниксы эволюционировали, став мастерами скалистой местности, в которой обитали. Их лапы были приспособлены для восхождения на утесы и навигации по узким расщелинам, что обеспечивало им исключительную подвижность и ловкость. Арахникс, за которым они шли, был промежуточного ранга.
«Самый проблемный аспект Арахниксов – их уникальный репродуктивный цикл», – подумал Аттикус, пока бежал по лесу.
Арахниксы откладывали яйца в защищенных пещерных святилищах и могли в любой момент вывести из них потомство, используя его как небольшую армию.
«Двести очков каждому за охоту и еще больше в зависимости от того, сколько детенышей мы убьем. Неудивительно, что она выбрала именно эту миссию», – подумал Аттикус. Хотя это и было очевидно, количество очков за охоту не было фиксированным; оно варьировалось в зависимости от сложности зверя.
«После этой охоты у меня должно накопиться достаточно очков, чтобы купить что-нибудь полезное в Эмпориуме», – подумал Аттикус.
Он откладывал поход в Эмпориум, пока не накопит достаточно очков, а за прошедший месяц ему удалось собрать весьма значительную сумму. Он решил, что после этой охоты наконец-то пришло время посетить Эмпориум.
Когда они бежали по лесу, Нейт оглянулся на Аттикуса, и в его глазах мелькнул озорной огонек. – Аттикус, спорим, я убью больше новорожденных Арахниксов, чем ты, – бросил он вызов, и в его голосе слышался намек на игривое соперничество.
Губы Аттикуса скривились в знающей улыбке. – Сто очков, – ответил он. «Я не откажусь от халявных очков».
Нейт усмехнулся, его азарт был очевиден. – По рукам! – воскликнул он, ускоряя шаг, чтобы вырваться вперед.
– Я тоже участвую! – с энтузиазмом заявила Софи, выражая желание присоединиться к веселью.
Аттикус усмехнулся энтузиазму Софи. – Конечно, значит, мне достанется больше очков.
От этого ответа Хелена просияла, но все испортило цоканье языка Гелодора.
П/А: Привет, вам понравилось читать? Если да, то, пожалуйста, подумайте о том, чтобы оставить отзывы и „камни силы“.
Это напрягает? Тогда и простого „пальца вверх“ будет достаточно!
Ваш отзыв важен. Спасибо!
55 Отступление
Пробежав некоторое время по лесу, они достигли утёса, и Хелла повернулась к отряду.
– Имейте в виду, хоть Арахникс и не так силён в прямом бою, в его распоряжении целая армия, – проинструктировала она.
– К тому же, есть вероятность, что во время боя может прибыть подкрепление. Если это случится, мы отступим без колебаний.
Взаимосвязанная структура пещер означала, что другой Арахникс мог услышать звуки битвы. Эти существа были территориальны, и встреча с людьми, скорее всего, спровоцировала бы их на совместную скоординированную атаку.
Получив от всех одобрительные кивки, они взяли верёвки, пристёгнутые к их костюмам, и начали спускаться в пещеру.
Использовать летающие артефакты для спуска в пещеру, откуда в любой момент мог появиться зверь, было рискованно; надёжный захват рукой был более безопасным выбором.
Войдя в тёмную пещеру, где видимость была нулевой, Хелла достала из своего кольца хранения сферический предмет. Напитав его маной, шар испустил сияющее свечение, осветив всё вокруг. Он парил позади группы, пока они продвигались вглубь пещеры.
Аттикус с интересом посмотрел на артефакт, и Софи, похоже, заметила его любопытство. Она объяснила: «Это кристаллы Люмин. Если наполнить их небольшим количеством маны, они излучают свет».
Аттикус благодарно кивнул. «Мне и вправду нужно побольше узнать об этих артефактах», – подумал он.
Их шаги эхом отдавались от каменистого пола, пока они продолжали свой путь вглубь пещеры. Внутреннее убранство пещеры представляло собой завораживающую смесь текстур и форм.
Сталактиты свисали с потолка, словно замёрзшие сосульки, а сталагмиты поднимались с земли, подобно древним стражам. Редкие капли воды эхом разносились по пещере, будто сама природа сочиняла таинственную симфонию.
Пройдя несколько минут, они достигли большого зала в пещере, где в стены были встроены ярко светящиеся камни, обеспечивающие видимость.
Там Аттикус увидел самого большого и отвратительного паука, которого когда-либо видел в своей жизни – в центре зала на огромной паутине покоился массивный Арахникс.
У него был гладкий и переливающийся экзоскелет, мерцавший оттенками от тёмно-пурпурного до ярко-синего. Существо обладало восемью длинными, изящными ногами, позволявшими ему с поразительной грацией передвигаться даже по самой коварной местности, и множеством жутких пурпурных глаз.
«Хорошо, что я не боюсь пауков», – не мог не отметить про себя Аттикус.
Массивный Арахникс их ещё не заметил. Хелла жестом приказала остальным остановиться у входа в зал. Она подняла руки, и её голос был едва слышен, когда она прошептала: «Софи, посмотри, сможешь ли ты попасть в него отсюда».
Софи кивком подтвердила, что поняла. Она ловко наложила стрелу, натянула тетиву и сосредоточилась на своей мане.
Затем она пробормотала: «Соколиный Удар», – и стрела тут же засияла синим светом. Сосредоточившись на одном из многочисленных глаз существа, она с поразительной быстротой выпустила стрелу.
Однако, как только стрела покинула тетиву, обострённые чувства Арахникса засекли летящий снаряд. Быстро развернувшись, он сменил позицию, уклонившись от приближающейся стрелы и сместившись с прежнего места.
– Он нас заметил! В строй и в атаку! – команда Хеллы прозвучала сразу же, как только она увидела неудачную атаку.
В одно мгновение Гелодор ринулся вперёд со своим щитом, а Хелла и Нейт последовали прямо за ним. Тем временем Софи продолжала стрелять из лука, а Аттикус занял свою обычную защитную позицию рядом с ней.
«Не могу дождаться, когда начну охотиться в одиночку. Последние несколько недель были довольно скучными», – подумал про себя Аттикус. На групповых миссиях он не мог использовать свои способности в полную силу. Хотя в случае необходимости он бы применил всю свою мощь, он предпочитал не демонстрировать её открыто.
Ему нужно было сражаться со зверями в одиночку, чтобы по-настоящему оценить, насколько он вырос. Эти недели казались просто периодом ожидания, и он с нетерпением ждал их завершения.
«Сегодня последний день», – с предвкушением подумал он.
На передовой противостояние вышло на новый уровень, когда массивный Арахникс попытался поймать группу в ловушку с помощью своей липкой паутины. Гелодор шагнул вперёд, подняв свой огромный щит, и эффективно заблокировал снаряды из паутины, выстрелившие из брюха паука.
Среди этого хаоса голос Хеллы прорезал шум: «Стреляй по паутине, на которой он стоит!» – скомандовала она, указывая Софи на нити, на которых стоял паук.
Софи быстро отреагировала, натянув лук и выпуская в паутину стрелы, наполненные маной.
Реакция Арахникса была незамедлительной и поразительной – он издал пронзительный визг, и тут же по всей пещере послышались звуки чего-то ломающегося.
Группа знала, что сейчас произойдёт: яйца Арахникса начали вылупляться.
Рой крошечных Арахниксов, таких же отвратительных, как и их мать, появился из яиц, разбегаясь во все стороны. Голос Хеллы прозвучал снова: «Держать строй! А ты, Софи, продолжай стрелять по паутине!»
Аттикус наблюдал, как орда детёнышей Арахникса устремилась к нему. Реагируя точными и выверенными движениями, он расправлялся с ними быстрыми взмахами своей катаны.
Каждый паук, оказавшийся в пределах его досягаемости, был чисто разрублен надвое, а его клинок двигался с плавной грацией, скрывавшей его силу.
За последний месяц Аттикус привык сражаться со зверями, и то, что раньше требовало мысленной подготовки и планирования, стало для него почти инстинктивным. Он был уверен, что, если возьмётся за дело всерьёз, то сможет в одиночку убить Арахникса и её детёнышей.
«Первокурсник не должен обладать такой силой», – подумала Софи, наблюдая за мастерством Аттикуса в действии. Она не могла не восхищаться его исключительными способностями и мощью.
«Он действительно сильный. И к тому же довольно красивый. Постой-ка, он же мой двоюродный брат!» – мысленно отругала она себя за такие мимолётные мысли, быстро возвращая своё внимание к текущей задаче – стрельбе по паутине.
«Хотя в наши дни люди женятся на своих двоюродных, верно?» – снова осмелился её разум, но тут же получил твёрдый мысленный упрёк. «Да о чём ты вообще думаешь, Софи?!» – отчитала она себя, и её щёки покрылись лёгким румянцем.
Стряхнув с себя мимолётное замешательство, она удвоила усилия, стреляя с возросшей решимостью и новым приливом смущения.
Пока битва бушевала, Софи продолжала следовать указаниям Хеллы. Её стрелы летели точно, сбивая оставшиеся нити паутины, сплетённые пауком. С каждым попаданием нити лопались и рассыпались.
Со временем, благодаря сосредоточенной стрельбе Софи, удалось уничтожить последнюю паутину.
Когда Софи перебила последнюю нить, Арахникс с громким стуком рухнул вниз. «В атаку! Не дайте ему оправиться!» – крикнула Хелла.
Быстрым манёвром Хелла устремилась по воздуху к Арахниксу. Напитав свой меч маной, она ловко взмахнула им и отсекла одну из лап Арахникса. Существо издало пронзительный визг, который эхом разнёсся по всей пещере, заставив всех закрыть уши из-за его силы.
Среди хаоса Нейт ринулся в бой, атаковав Арахникса и ударив его по голове своим широким мечом, вызвав ещё один болезненный визг. Как раз в тот момент, когда Хелла собиралась отрубить ещё одну лапу Арахниксу, с которым они сражались, воздух пронзил пронзительный вопль.
Но этот крик исходил не от того Арахникса, с которым они сражались.
Группа тут же развернулась, чтобы увидеть другого массивного Арахникса, появляющегося из другого выхода.
Команда Хеллы была немедленной и решительной: «Отступаем!»
56 Неизменный
Не теряя ни секунды, они бросились к выходу.
Хелла бежала впереди, за ней вплотную следовали Нейт и Софи. Гелодор встал перед Аттикусом, который замыкал группу.
Через несколько минут они добрались до входа. Софи и Нейт быстро подпрыгнули, схватились за верёвки, по которым спускались ранее, и начали спешно подниматься.
Хелла обернулась, собираясь предложить Аттикусу лезть первым. Однако вмешался голос Гелодора: «Лезь скорее! Мы сразу за тобой».
Хоть она и колебалась, но неотложность ситуации была очевидна, и Хелла снова переключила внимание на верёвку, быстро ухватилась за неё и начала подъём.
Когда Хелла начала подниматься, Гелодор бросил на Аттикуса пристальный взгляд, но тот сохранял спокойствие, наблюдая за развитием событий.
Без промедления Гелодор схватился за верёвку и начал подниматься.
«Что он задумал?» – Аттикус заметил едва уловимое изменение в выражении лица Гелодора, отличавшееся от обычного злобного взгляда. Казалось, он был… «Счастлив?»
Он отмахнулся от этой мысли и начал карабкаться по верёвке, но с долей осторожности.
Пока Аттикус уверенно лез по верёвке, его бдительность обострилась, когда он заметил, как Гелодор достаёт предмет из своего кольца хранения. Его глаза расширились, когда он увидел, как Гелодор прикладывает этот предмет к его верёвке.
За долю секунды, застав Аттикуса врасплох, ухмылка Гелодора стала слишком уж красноречивой. Он влил ману в артефакт, который тут же выпустил лазероподобный луч, перерезавший верёвку.
В тот самый миг, как Аттикус заметил, что Гелодор прикладывает артефакт к верёвке, его инстинкты сработали. Он быстро сосредоточился и использовал свой элемент огня, чтобы подбросить себя вверх.
Увидев неожиданную реакцию Аттикуса, Гелодор ощутимо запаниковал. «Он может использовать больше одного элемента?!» – подумал Гелодор, удивлённый и встревоженный этим открытием.
На протяжении всех их совместных охот Аттикус демонстрировал исключительно контроль над элементом воздуха, скрывая от остальной группы своё владение другими элементами.
Как только Аттикус использовал элемент огня, чтобы подбросить себя вверх, внезапная и мощная паутина опутала его левую ногу, с неожиданной силой дёрнув его назад.
Застигнутый врасплох, он почувствовал, как его против воли затягивает обратно в глубины пещеры.
В этот миг взгляд Аттикуса впился в Гелодора с такой ледяной стужей, что у того по спине пробежал холодок.
«Ты об этом пожалеешь», – казалось, говорило леденящее душу выражение лица Аттикуса.
И вот так Аттикуса утащило в глубины пещеры, и он исчез из виду.
В глубине пещеры Аттикус увидел Арахникса, который бежал обратно в пещеру, таща его за собой.
Он быстро выхватил катану, готовясь перерубить паутину. Однако, словно Арахникс угадал его намерения, паутина внезапно швырнула его к стене.
Глаза Аттикуса расширились, и он тут же использовал огонь, чтобы оттолкнуться в другую сторону, избежав столкновения со стеной.
За это короткое мгновение Аттикуса затащило обратно в большое пространство, где они сражались ранее. Увидев свой шанс, он быстро рассёк опутавшую его паутину катаной, освобождаясь.
Он обернулся и увидел массивные, гротескные туши пауков. Тот, что тащил его, был новым Арахниксом, который прервал их бой, а другой Арахникс находился прямо за ним.
– Что ж, полагаю, это хорошая возможность, – спокойно пробормотал он, всё ещё паря в воздухе.
После многих лет интенсивных тренировок Аттикус отточил своё владение первым стилем катаны до ошеломляющего уровня. Он достиг такого мастерства, что ему даже не нужно было стоять на земле, чтобы его применить.
Вложив катану в ножны и схватив её обеими руками, он принял стойку прямо в воздухе, поддерживая равновесие с помощью управляемых порывов воздуха под ногами.
Прошептав заклинание,
{Трансцендентный Разрез: Благодать Божественной Скорости}
Аттикус взорвался движением. Его удар был сочетанием скорости и точности; одним выверенным движением он чисто отсёк обе головы Арахникса.
Методично и грациозно он принялся уничтожать оставшихся детёнышей Арахникса, убирая их безжизненные тела в своё кольцо хранения.
Направляясь к выходу из пещеры, он сохранял спокойный и леденящий вид.
Добравшись до входа, Аттикус использовал элемент огня, чтобы подбросить себя вверх, зацепился за скалу и использовал её как опору для продолжения подъёма. Достигнув вершины, он услышал звуки жаркого спора.
– Мы должны вернуться за ним! – прозвенел голос Хеллы, в котором ясно слышалось беспокойство.
Гелодор, с другой стороны, изображал беспокойство, говоря: «Это слишком рискованно!»
Странная ситуация с перерезанной верёвкой немедленно вызвала подозрения. «Как вообще верёвка могла порваться? Она, блядь, из титана сделана! Что ты наделал, Гелодор?!» – обвинила его Хелла, а Нейт и Софи присоединились к ней со скептическими выражениями на лицах.
Хотя слышать такую грубую лексику от обычно серьёзной Хеллы было шокирующе, ситуация была слишком тяжёлой, чтобы заострять на этом внимание.
Нейт поддержал Хеллу: «Мы должны вернуться и помочь ему!» – уже доставая свой палаш из кольца хранения.
В разгар их спора до их ушей донёсся звук, заставивший всех обернуться и увидеть карабкающегося наверх Аттикуса.
Лица Нейта, Софи и Хеллы просветлели от облегчения при виде возвращения Аттикуса. Однако их радость была недолгой, сменившись ледяным шоком, когда они заметили холодное, леденящее выражение на лице Аттикуса.
Взгляд Аттикуса был прикован к одному человеку – Гелодору. Его лицо излучало ауру абсолютного холода, а черты были непреклонными и безжалостными.
Двумя неизменными чертами натуры Аттикуса были его непоколебимая любовь к семье и мстительный характер.
Независимо от обстоятельств или причин, Аттикус оставался глух к оправданиям. Важно было лишь то, что кто-то попытался причинить ему вред, и одного этого было достаточно, чтобы вызвать его беспощадное возмездие.
С каждым шагом Аттикуса казалось, будто сама земля дрожит под ним. Его взгляд был непоколебим и направлен прямо на Гелодора.
При виде решительно приближающегося Аттикуса первоначальная паника Гелодора сменилась расчётливым спокойствием.
Он напомнил себе, что Аттикус всего лишь первокурсник. И хотя Аттикусу удалось победить второкурсника, схватка с третьекурсником – это совсем другое дело.
«Как только он нападёт, я „защищусь“ и покажу ему его место», – мысленно разработал стратегию Гелодор.
Пока Аттикус приближался, Гелодор приготовился к любому возможному действию. Его рука крепко сжимала меч, а щит он держал перед собой в защитной стойке.
А затем, в долю секунды, Аттикус исчез из поля зрения Гелодора на скорости, которую тот не мог даже вообразить.
Прежде чем он успел среагировать, сокрушительная сила врезалась ему в левую щеку – удар ногой был невероятной мощи. На краткий миг Гелодор завис в воздухе, а затем вся накопленная инерция слилась в единую силу, швырнув его тело головой вперёд, ломая по пути несколько деревьев.
Аттикус не сдерживался!
Привет 👋 . Я искренне надеюсь, что вам понравилась эта глава. Если да, то, хоть вы и не можете дарить золотые билеты, я был бы очень признателен за камни силы или комментарии. Они мотивируют меня, а также помогут этой истории охватить больше читателей. Спасибо.
57 Жестокость
(Примечание автора: Потрясающие новости! Я рад сообщить, что заключил контракт на этот роман. Ваша поддержка для меня – всё.
Надеюсь, вам нравится путешествие, в которое мы отправились вместе. Персонажи, сюжетные повороты и тайны, что ждут впереди – это лишь начало того, что я для вас приготовил😊.
Если эта история показалась вам интересной, я буду безмерно благодарен за вашу поддержку. Пожалуйста, делитесь историей, оставляйте отзывы и, что самое важное, присылайте мне ПОДАРКИ и ЗОЛОТЫЕ билеты.
Ваша поддержка не только подпитывает моё творчество, но и помогает другим читателям найти и полюбить эту историю. Давайте вместе сделаем это приключение ещё более незабываемым.
И у меня отличные новости! Скоро я начну выпускать по 2 главы в день, так что следите за обновлениями!
Приятного чтения! И если у вас есть какие-либо вопросы или жалобы, пожалуйста, дайте мне знать!)
======
Когда Аттикус сделал шаг вперёд,
– Аттикус! – крикнула Хелла, намереваясь остановить его, но Аттикус лишь бросил на неё леденящий взгляд, от которого она застыла на месте.
«Я же промежуточного ранга, почему мне страшно?!» – она была потрясена аурой, которую источал Аттикус. Встретиться с ним взглядом было всё равно что окунуться в ледяную воду.
Аттикус продолжал идти к Гелодору, чей полёт прервало огромное дерево.
Гелодор, казалось, был в оцепенении и никак не мог прийти в себя. Его подбородок был раздроблен, тело избито и сломлено, а любая попытка встать казалась тщетной.
Его глаза открылись, чтобы увидеть того, кого он считал источником своей боли.
– Оста… нови-и-ись… – попытки Гелодора заговорить были бессвязными, его слова – неразборчивыми.
Холодное, бесчувственное выражение лица Аттикуса не менялось, пока он методично сокращал расстояние.
Шаг за размеренным шагом.
Сердце Гелодора заколотилось от ужаса при каждом приближающемся шаге. Сожаление затопило его мысли: «Зачем я с ним связался», – а из глаз хлынули слёзы.