Одиссея Аттикуса: Перерождение на Арене. Книга 2

Аттикуса тоже немного задело, но он заметил, как стажёр активировал ловушку, и быстро отпрыгнул от него, приземлившись на зацепы для рук и ног, которыми только что воспользовался другой стажёр.

Через несколько минут и множество криков осталась лишь четверть стажёров. Аттикус и многие другие остановились отдохнуть, когда добрались до места, где можно было удерживать равновесие.

К этому моменту Нейт уже не чувствовал своих конечностей. Он отдыхал на наклонном участке горы, весь покрытый потом, тяжело дыша.

Он всё ещё был среди лидеров, но просто больше не мог держаться в том же темпе. Аттикус обогнал его некоторое время назад, но даже не посмотрел на него, так как был сосредоточен на подъёме.

После нескольких минут отдыха они снова начали подниматься. Однако, когда Нейт схватился за зацеп и собирался подтянуться, силы покинули его, и он сорвался, падая с мыслью: «Прости, Лукас».

Теперь Аттикус лидировал. Оставалось около трёх стажёров, и спустя какое-то время Аттикус наконец достиг вершины. Он взобрался наверх и лёг на землю, его грудь вздымалась и опадала, пока он тяжело и глубоко дышал.

Проведя несколько минут на земле, он встал, несмотря на то, что мышцы кричали от боли, и сделал несколько глубоких вдохов. За это время наверх больше никто не поднялся. Он огляделся и увидел, что находится на ровной поляне.

Ещё немного отдышавшись, он побежал. Через несколько мгновений он добрался до крутого склона, который отвесно уходил вниз. Это была единственная тропа, прорезавшая лес, с деревьями по обеим сторонам.

«Чёрт, на этот раз у меня нет подопытных кроликов, чтобы разведать обстановку», – подумал он.

Он сделал шаг вперёд, глубоко вдохнул и пробормотал себе под нос: «Похоже, на этот раз придётся положиться на своё восприятие».

С решимостью Аттикус начал спуск по склону, его чувства были в полной боевой готовности, чтобы среагировать на любую неожиданную опасность. После минуты бега по крутому склону его обострённое восприятие уловило несколько высокоскоростных снарядов, летящих к нему.

Действуя с молниеносными рефлексами, Аттикус перенёс центр тяжести на одну ногу и совершил точный разворот, едва уклонившись от просвистевших мимо снарядов. Приземлившись, он не теряя времени продолжил свой стремительный спуск по склону.

Меньше чем через минуту Аттикус заметил новые снаряды, приближающиеся к нему с обеих сторон. С поразительной ловкостью он искусно уклонился от них.

Уклонение от снарядов на такой скорости, не полагаясь на ману, было свидетельством его обострённого восприятия.

После нескольких минут бега и уклонения от многочисленных снарядов Аттикус успешно добрался до конца склона. Он не мог не заметить, что это испытание показалось ему относительно легче предыдущих. «Я очень рад, что пробудил это восприятие», – подумал он.

Добравшись до подножия, он снова оказался в лесу, где, сохраняя бдительность, замечал и осторожно обходил ловушки. Ещё через несколько минут он наконец вернулся к стартовой точке.

Когда Аттикус вышел из леса, Элиас был абсолютно шокирован, но быстро взял себя в руки. «Поздравляю! Ты справился с первой попытки и уложился в отведённое время. 50 очков!» – сказал он Аттикусу, который тяжело дышал, лёжа на земле.

Но он не мог не подумать: «Какого чёрта». Он не ожидал, что кто-то сможет пройти трассу с первой попытки.

Была причина, по которой каждый стажёр должен был сначала развить выносливость, прежде чем приступать к этому курсу. Всё из-за адского испытания, через которое приходилось пройти, чтобы его завершить.

До Аттикуса ни один другой стажёр не добирался до финиша с первой попытки. «Даже тот монстр», – Элиас вспомнил, каким гением был Авалон, и даже тот не смог совершить такой подвиг, когда ему было 10 лет.

«Я в восторге», – внутренне ликуя, подумал Элиас.

П/А: Спасибо за прочтение!