Свет погас. Англо-русская билингва

“I would like,” she said after a short silence, “to see you again someday.” — Я хотела бы, — сказала она после непродолжительного молчания, — опять когда-нибудь увидеть тебя. “You would also like that, wouldn’t you?” Ведь и ты этого хотел бы?

- Yes, but it would have been better if... if you had shot me there, at the piles... — Да, но было бы лучше, если бы… если бы ты застрелила меня там, у свай…

Maisie looked at him for a minute with wide eyes. Мэзи с минуту смотрела на него широко раскрытыми глазами. Could this really be the same boy who ten days ago decorated Amomma's horns with paper figures and curlers and drove her out into the street like that to be the laughing stock of the public? Неужели это тот самый мальчик, который десять дней тому назад украсил рога Амоммы бумажными фигурами и папильотками и выгнал ее в таком виде на улицу на посмешище публике? And she lowered her eyes: И она опустила глазки: No, this is not that boy. нет, это не тот мальчик.

“Don’t talk nonsense,” she said admonishingly, and with a purely feminine instinct, she turned aside. — Не говори глупостей, — наставительно сказала она и с чисто женским инстинктом свернула в сторону. “You see what an egoist you are!” — Видишь, какой ты эгоист! Just think what would have happened to me if this damned trinket had killed you! Ты подумай только, что бы было со мной, если бы эта проклятая безделушка убила тебя! I’m unhappy enough as it is!” Я и так уж достаточно несчастна!

- Why? — Почему? Because you are leaving Mrs. Jennet? Потому, что ты уезжаешь от мистрис Дженнет?

- No. — Нет.

- Well, so from me? — Ну, так от меня?

For a long time there was no answer. Долго не было ответа. Dick did not dare look at her. Дик не смел взглянуть на нее. He now vividly felt what these four years had been for him, and he felt it all the more acutely because he did not know how and could not express his feelings in words. Он теперь живо чувствовал, чем для него были эти четыре года, и чувствовал это тем острее, что не умел и не мог выразить своих чувств словами.

“I don’t know,” she said, “but I suppose so.” — Не знаю, — протянула она, — но я полагаю, что так.

- Maisie, you must know! — Мэзи, ты должна знать! I don’t assume, I know! Я не предполагаю, я знаю!

“Let’s go home,” Maisie said weakly, turning to go. — Пойдем домой, — слабым голосом промолвила Мэзи, поворачиваясь, чтобы идти.

But Dick was not willing to retreat. Но Дик не согласен был отступать.

“I never know how to say the right thing,” he said, “and I’m terribly sorry that I teased you then with Amomma. — Я никогда не умею сказать, что надо, — сказал он, — и мне ужасно жаль, что я дразнил тебя тогда с Амоммой. But now it’s not the same, do you understand me, Maisie? Но теперь совсем не то, ты меня понимаешь, Мэзи? And you could have told me that you were leaving, instead of waiting for me to find out about it myself. И ты могла бы сказать мне, что ты уезжаешь, а не дожидаться, пока я сам узнаю об этом.

- But you didn’t even know; — Да ведь ты же и не узнал; I told you myself, but, Dick, what’s the point of grieving? я сама сказала тебе, но, Дик, что толку горевать?

“Of course, there is no benefit, but you and I lived together for years, and I didn’t suspect that you were so dear to me, I didn’t know that. — Пользы, конечно, никакой, но ведь мы с тобой жили годы вместе, и я не подозревал, что ты мне так дорога, я не знал этого.

“I don’t believe that I will ever be dear to you!” — Я не верю, чтобы когда-нибудь была дорога тебе! she said. — сказала она.

“You weren’t dear to me before, but now!” — Раньше ты и не была мне дорога, но теперь! “You are terribly dear to me, Maisie,” he muttered barely audibly. Ты мне страшно дорога, Мэзи, — пробормотал он едва внятно. “Masie, my dear, tell me that you love me too, tell me, I beg you!” — Мэзи, милочка, скажи, что и ты любишь меня, скажи, прошу тебя!

- Yes, yes... really, I love you; — Да, да… право же, я люблю тебя; but what good is that? но что пользы в том?

- How? — Как?

- But I'm leaving. — Да ведь я уезжаю.

“But if you promise me before you leave... just tell me, do you want to?” — Но если ты, прежде чем уехать, обещаешь мне… ты только скажи, хочешь ты? - The second time the word “darling” rolled off his tongue more easily than the first time; — Второй раз слово «милочка» уже легче соскочило у него с языка, чем в первый раз; There were very few good words in Dick’s home and school vocabulary, but he instinctively found them: хороших слов в домашнем и школьном словаре Дика было очень немного, но он инстинктивно находил их: Just as instinctively he caught the small, gunpowder-blackened hand and held it in his own. точно так же инстинктивно поймал он маленькую, почерневшую от пороха ручку и удержал в своей.

“I promise,” Maisie said solemnly, “but since I love you, what is the need to promise?” — Я обещаю, — торжественно произнесла Мэзи, — но раз я люблю, то какая надобность обещать?

“So you love?” — Так ты любишь? And for the first time in the last few minutes their eyes met and said more clearly than any words what they could not and did not know how to convey in words. — И впервые за последние несколько минут глаза их встретились и яснее всяких слов сказали то, что они не могли и не умели передать словами.

- Oh, Dick, don't do that! — О, Дик, не нужно этого! I beg you! Прошу тебя! It was all very well when we said hello in the morning; Это хорошо, когда мы здоровались поутру; but now it's quite different! но теперь это совсем другое!

Amomma looked at them from afar in bewilderment; Амомма смотрела на них издали в недоумении; She had often witnessed quarrels, but had never seen her mistress exchange kisses with her young comrade. она часто бывала свидетельницей ссор, но никогда не видела, чтобы ее госпожа обменивалась поцелуями со своим юным товарищем. But the yellow water lily in the swamp was smarter than the goat and nodded her golden head approvingly. Но желтая кувшинка на болоте была умней козы и одобрительно кивала своей золотой головкой. As a kiss, it was not even a real kiss, but nevertheless it was the first, not like those given out of duty, and it opened up new worlds to them ... one more beautiful and radiant than the other, so that their feelings, thoughts, and imagination were carried away to unknown, transcendental countries, above all worldly cares and worries, especially worries about evening tea - and therefore they sat quietly next to each other, holding hands and not saying a word. Как поцелуй, это был даже не настоящий поцелуй, но тем не менее это был первый, не похожий на те, какие даются по обязанности, и он открыл им новые миры… один прекраснее и лучезарнее другого, так что и чувства их, и думы, и воображение унеслись в неведомые, заоблачные страны, превыше всяких житейских забот и треволнений, особенно забот о вечернем чае, — и потому они сидели тихо друг подле друга, держась за руки и не говоря ни слова.

“Now you can’t forget,” Dick said finally. — Теперь ты уже не можешь позабыть, — сказал наконец Дик. And something was now burning his cheek much more than a gunpowder burn. — И что-то жгло теперь его щеку гораздо сильнее, чем пороховой ожог.

“I wouldn’t have forgotten anything anyway,” said Maisie, “let’s go home.” — Я и так ничего не забыла бы, — сказала Мэзи, — пойдем домой.

“Let’s shoot the remaining cartridges first,” Dick objected and helped Maisie down the slope of the green rampart of the fort to the sea, although Maisie could easily have run off on her own. — Давай расстреляем сперва оставшиеся патроны, — возразил Дик и помог Мэзи спуститься с откоса зеленого вала форта к морю, хотя Мэзи свободно могла сбежать с него одна. Maisie took his hand with no less seriousness. Мэзи с не меньшей серьезностью взяла его руку. Dick awkwardly bent over her hand; Дик неуклюже склонился над ее ручкой; she pulled it away, and Dick blushed deeply. она отдернула, а Дик густо покраснел.

“You have such a pretty hand,” he said. — У тебя такая хорошенькая ручка, — сказал он.

“Oh!” — О-о! said Maisie, smiling a smug smile that reflected the woman’s flattered vanity. — протянула Мэзи, усмехаясь самодовольной улыбкой, в которой отразилось польщенное тщеславие женщины.

She stood very close to Dick when he loaded his revolver for the last time and fired into the sea, with the vague consciousness that he was protecting Maisie from all the troubles in the world. Она стояла подле Дика совсем близко, когда он в последний раз зарядил револьвер и выстрелил в море, со смутным сознанием, что он защищает Мэзи от всех бед в мире.

A small puddle in the distance on the muddy shallows reflected for a moment the last rays of the setting sun, which turned into a crimson disk, which attracted Dick's attention at the moment when he cocked his revolver, and he was again overcome by a feeling of something wonderful and unusual. Небольшая лужа вдали на илистой отмели отразила на мгновенье последние лучи заходящего солнца, превратившегося в багровый диск, привлекший внимание Дика в тот момент, когда он взводил свой револьвер, и им снова овладело чувство чего-то чудесного и необычайного. Here he stands next to Maisie, who promised to remember him always, always, until the day when ... Suddenly a gust of wind scattered her long black hair, throwing it right in his face, as she stood next to him, behind him, putting her hand on his shoulder and affectionately calling Amomma to her. Вот он стоит здесь рядом с Мэзи, которая обещала помнить его всегда, всегда, до того дня, когда… Вдруг порыв ветра разметал ее длинные черные волосы, бросив их прямо ему на лицо, так как она стояла рядом, позади него, положив руку ему на плечо и ласково подзывала к себе Амомму. For a moment it became dark before his eyes and something seemed to burn him. На мгновение у него стало темно перед глазами и что-то словно обожгло его. And the bullet whistled somewhere into the open sea. А пуля со свистом пронеслась куда-то в открытое море.

“I missed,” he said, shaking his head. — Промахнулся, — сказал он, покачав головой. “I’m out of bullets.” — Больше патронов нет. I’ll have to run home. Надо будет бежать домой.

But they did not run, but walked very slowly hand in hand and did not worry at all whether the forgotten Amomma was running after them, or whether the cartridges she had swallowed had torn her to pieces. Но они не побежали, а пошли очень медленно рука об руку и вовсе не беспокоились о том, бежит ли за ними позабытая ими Амомма, или проглоченные ею патроны разорвали ее на части. They had found an unexpected treasure and now enjoyed it with all the wisdom inherent in their age. Они обрели нежданное сокровище и теперь наслаждались им со всей мудростью, присущей их возрасту.

“I will be in time...” Dick began confidently, but suddenly stopped short. — Я буду со временем… — начал уверенно Дик, но вдруг осекся. “I don’t know what I’ll be.” — Не знаю, кем я буду. “I don’t think I’m capable of passing exams, but I can draw excellent caricatures of teachers, that’s what!” Сдать экзамены я, кажется, не способен, но я умею рисовать отличные карикатуры на учителей, вот что!. .. .

“So be an artist!” — Так будь художником! said Maisie. — сказала Мэзи. “You always laugh at my attempts to draw something, it will be useful to you. — Ты всегда смеешься над моими попытками нарисовать что-нибудь, это будет тебе полезно.

“I will never laugh at anything you do again,” he replied. — Я никогда больше не стану смеяться ни над чем, что ты делаешь, — отозвался он. “I will become an artist and show myself!” — Я стану художником и покажу себя!

— Artists always seem to need money, don't they? — Художники, кажется, всегда нуждаются в деньгах, не правда ли?

“I have one hundred and twenty pounds a year, which I shall receive, as my guardians say, when I come of age. — У меня есть сто двадцать фунтов годового дохода, которые я буду получать, как говорят мои опекуны, когда я буду совершеннолетним. That will be enough for a start. Для начала этого будет достаточно.

- Well, I am rich. — Вот как, ну а я богата. I will have three hundred pounds a year when I am twenty-one. У меня будет триста фунтов годового дохода, когда мне исполнится двадцать один год. That is why Mrs. Jennet is kinder to me than to you. Вот почему мистрис Дженнет добрее ко мне, чем к тебе. But I still wish I had someone close to me, a father, or a mother, or a brother. Но я все-таки желала бы, чтобы у меня был кто-нибудь близкий, отец, или мать, или брат.

“You are mine and you will always be mine!” — Ты моя и будешь всегда моей! said Dick. — сказал Дик.

“Yes, I am yours forever, and you are mine… it’s so good!” — Да, я твоя навеки, а ты мой… это так хорошо! – and she squeezed his hand. — и она сжала его руку.

The blessed darkness hid them from each other, and, barely able to discern only Maisie's profile, Dick finally gathered his courage and became so bold that, reaching the door of the house, he uttered the words that had been on his tongue for two whole hours. Благодатная темнота скрывала их друг от друга, и, едва различая только один профиль Мэзи, Дик наконец собрался с духом и до того осмелел, что, дойдя до двери дома, выговорил те слова, которые уже целых два часа просились у него на язык.

“I love you, Maisie!” — Я люблю тебя, Мэзи! he whispered, and it seemed to him that these words resounded throughout the world, which he was going to conquer any day now. — прошептал он, и ему показалось, что эти слова прозвучали на весь мир, который он не сегодня завтра собирался покорить.

When they returned, Mrs. Jennet attacked Dick, firstly, for his unacceptable unpunctuality, and secondly, for the fact that he almost shot himself with a prohibited weapon. Когда они вернулись, м-с Дженнет набросилась на Дика, во-первых, за непозволительную непунктуальность, а во-вторых, за то, что он чуть не застрелил себя запрещенным оружием.

“I was playing with it and it went off by accident,” said Dick, making sure that the burn on his cheek could not be hidden, “but if you think that I will let you beat me for that, then you are very much mistaken. — Я играл им, и он нечаянно выстрелил, — сказал Дик, убедившись, что ожога на щеке не скрыть, — но если вы думаете, что я позволю вам побить меня за это, то вы очень ошибаетесь. You will never lay a finger on me again! Вы никогда больше пальцем меня не тронете! Sit down in your place and pour me some tea. Сядьте на свое место и налейте мне чай. You can’t take that away from us. Уж этого-то вы никак не можете отнять у нас.

Mrs. Jennet was almost choked and even turned blue. М-с Дженнет чуть не задохнулась и даже посинела. Maisie did not say a word, did not look at Dick encouragingly, and all that evening Dick behaved in an inexcusably insolent manner. Мэзи не сказала ни слова, не ободряла Дика взглядом, и весь этот вечер Дик вел себя непозволительно дерзко. Mrs. Jennet predicted to him that God would immediately punish him and that afterwards he would face the fiery Gehenna, but Dick felt in seventh heaven and did not want to hear anything. М-с Дженнет предрекала ему, что Бог немедленно покарает его и что впоследствии ему грозит геенна огненная, но Дик чувствовал себя на седьмом небе и ничего не хотел слышать. Only when he was already going to bed, Mrs. Jennet somewhat came to her senses and regained her usual composure. Только когда он уже шел ложиться спать, м-с Дженнет несколько пришла в себя и вернула себе свое обычное самообладание. Dick wished Maisie good night without looking at her or approaching her, and this did not escape Mrs. Jennet’s notice. Дик пожелал Мэзи спокойной ночи, не глядя на нее и не подходя к ней, и это не укрылось от м-с Дженнет.