- -
- 100%
- +
К горлу подступил давящий комок ужаса. Денис не знал, чего именно так боялся, но постарался смешаться с окружением, вышагивая уже быстрее. Более того, он пытался не вглядываться в странные силуэты у зданий, потому что боялся снова увидеть там отвратительных существ.
Из-за ускоренного шага ему становилось труднее дышать, но он не мог остановиться. Ему казалось… нет, он был уверен, что крысы бегут за ним, что они зачем-то хотят его. Из-за невыносимости положения, он перестал замечать что-либо перед собой и даже споткнулся о бордюр, кое-как удержавшись на ногах. Но вот перед ним наконец-то предстало знакомое здание – его дом.
Когда парень оказался в подъезде, будучи мокрым до нитки, то понял, как на самом деле ему холодно. В каплях дождя почему-то было теплее, а когда те перестали на него падать, всё тело пробила дрожь. Мокрые волосы прилипали к лицу, а продрогшие руки пытались найти в карманах ключи от дома. Еле-еле он смог их нащупать и вставить в замочную скважину, открывая тяжелую дверь в квартиру.
И, конечно, он не забыл оглянуться, чтобы удостовериться, что его точно никто не преследует. Около минуты он изучал пространство сзади себя, и был невероятно рад тому, что не обнаружил следов преследующих его крыс.
Оказавшись внутри, он тяжело выдохнул и зажег свет, прислоняясь к двери спиной. Как же ему это надоело.
После этого минутного отдыха, он разулся и снял пальто, отправив все свои вещи сушиться. Действительно, он совсем промок до нитки, и сейчас нервно потирал плечи оледеневшими ладонями. Парень набрал себе воды погорячее и залез в ванную, дабы хоть как-то унять дрожь и не простудиться.
Шум воды более-менее успокоил. Честно говоря, он уже устал ловить эти странные галлюцинации, постоянно беспокоиться, переживать. Может, ему стоит взять отпуск и отправиться куда-нибудь? Слишком часто он напрягается из-за ничего, а это нехорошо. Да и… идея обратиться к психологу вполне хорошая, да и причины для этого есть. Возможно, тогда то странное видение женщины, которое он порой видит в своем отражении, наконец-то отстанет от него.
Закрыв глаза, он снова окунулся в некую дрему, отстраняясь от всех прочих мыслей. Было странно, он раньше никогда не засыпал в ванной, а тут вдруг приспичило. Причем приспичило как-то спонтанно. С другой стороны, а что еще делать в ванной? Просто лежать? Денис так давно просто не лежал и не отдыхал, что уже и не знает, как это. Настолько он привык что-то делать. Если он не делает что-то, значит, он просто пьяный, на нетрезвую голову он весьма плохо соображает, да и его сразу же клонит в сон.
Но с чего вдруг его клонит в сон сейчас? Все-таки сказались пара выпитых рюмок? Или эффект накопления? Вполне возможно. Порой он не замечает тех важных упущенных часов сна, которые влияют как раз на его организм в большей мере. Да и постоянные пробуждения… такое себе. Иногда ему кажется, что самый легкий выход – не спать вообще, а потом прийти с работы и вырубиться. Как-то он так делал, но такие эксперименты быстро закончились, ибо ему стали часто сниться кошмары, если он спал нормально, да и режим сбился.
Но Денис так и не научился ложиться вовремя.
Среди шума дождя на улице и легкого завывания сквозняка, который изредка проникал в его квартиру, он слышал множество разных звуков. Таких странных, отстраненных, чужих. Среди них были как знакомые, так и малознакомые звуки, но не сказать, что они ему нравились. Это не вызывало какой-либо страх, но почему-то парню снова стало… неспокойно. Неуютно и даже холодно, хоть и вода была довольно горячей.
Внутри будто всё спутывала густая, старая паутина, и по коже пробегали мурашки. Почему он чувствует это и почему…
Он не может проснуться?
Стало совсем плохо, когда до его сознания дошел еще один звук. Уже знакомый ему с прошлой ночи. Это было не что иное, как писк. Писк крыс. Множества крыс, противные голоски, которые давили на его мозг, не давали сосредоточиться и не позволяли проснуться. В какой-то момент он снова почувствовал, как они бегают по его коже, как пробегают по ногам, рукам, лицу, как ему становится страшно от этого.
Внутри образовался комок страха, сжавший его горло в невозможности закричать и попросить помощи. А также возникло невыносимое желание блевать, потому что он буквально чувствовал запах канализации, будто бы крысы напрямую вылезают из слива ванной, касаясь его своими грязными лапами и скользкими хвостами.
Но вскоре этот писк приобретает новый тон. Более похожий на человеческий. Этот тон переходит в не что иное, как звонкое пение голоса – в приятный и знакомый смех. Он точно знал, кому этот смех принадлежит, но он не помнил её лица, не помнил её имени. Помнил только худые руки и горящие в темноте белые глаза, отпечатанные в его сознании.
И тут его тело вдруг куда-то понесли, он перестал что-либо чувствовать – лишь полет, а за ним падение вниз. Такое пугающее, предвещающее собой смерть. Но самое страшное случилось тогда, когда он не смог сделать вдох.
Он почувствовал чьи-то холодные прикосновения и влагу, окружающую его лицо. Она проникала во все дыры, заполняла его нос, глаза, рот и даже легкие. Он пытался пошевелиться, но не мог. В этот момент Денис четко осознавал то, что с ним происходит.
Этот самый сонный паралич произошел с ним нигде иначе, как в воде, и парень не может проснуться. Он понимает, что не может пошевелить ни рукой, ни ногой и четко ощущает на себе чужие руки. Именно они не дают ему вылезти из воды.
«Кто это?» – первая мысль, возникшая в его голове. Кому вообще может быть нужна его смерть? Он ничем крупным не провинился, да и не является какой-то важной шишкой. Его жизнь – это череда одних и тех же событий, слишком похожих друг на друга.
Каждый день его окружают одни и те же люди, их лица практически одинаковы, так же, как и слова, которые они каждый день говорят ему:
– Не забудь зайти мне за кофе.
– Ты сегодня вообще спал?
– Что будешь есть?
– Как дела?
– Как тебе та девушка за кассой?
– Почему не хочешь сегодня посидеть после работы?
Всё это въедается в его сознание, отравляет рассудок, будто бы захламляя голову так же, как и табачный дым. Порой ему кажется, что лучше бы всё это откладывалось в легкие, чем в голову, возможно, тогда бы он быстрее умер. Сейчас он думает о том, что это максимально тупо – умереть в ванне. Он весь разбухнет от воды, окоченеет, начнет вонять и разлагаться, при этом еще и оставаясь голым. Да и хоронить его будут в закрытом гробу. Не очень-то романтично…
Как это глупо – думать о смерти в его возрасте, но сейчас он так крепко ощущает её хватку и даже не видит смысла бороться, хоть и отчаянно сопротивляется. Он пытается открыть глаза, пытается пошевелиться, пытается закричать, высвободиться из плена демона, который заполонил его голову и поставил в ней этот странный блок, из-за которого он обречен на погибель.
Было ли ему страшно? Нет, ему было ужасно. Его окутал настоящий ужас, это был больше, чем просто страх. Это абсолютное понимание того, что тебе осталось жить считанные секунды, что выхода нет. Ты остался в комнате без окон и дверей, и единственный выход – из тела.
Он пытается выбраться, пытается сопротивляться, но не может. Всё, что он помнит, как руки сжались на его плечах. Не больно, скорее, просто сменяя положение. Он действительно редко чувствовал чьи-то прикосновения так четко во сне. Абсолютное ощущение того, что это происходит наяву.
– Осталось совсем чуть-чуть, ха-ха-ха, – этот голос и странный шепот он услышал так близко, будто это было сказано практически у его лица, только звук разделяла толща воды, поэтому он казался сдавленным. И от этого голоса ему стало еще страшнее. Он захотел рвать и метаться, паниковать, кричать, выбежать, но не было возможности, не было сил. Его сковали и пленили.
Его лишили возможности выжить.
Сон 2. Симфония.
Иногда даже с закрытыми глазами можно нарисовать себе ту или иную картину происходящего, и сейчас Денис четко видел перед собой то, что происходит с ним. Его лицо окружала толща воды, и он был абсолютно уверен в том, что сейчас в ванной комнате не один. Он слышал голос и, казалось, даже дыхание, представлял ее смутный образ, являющийся во снах, и чувствовал, как руки с острыми ногтями, впивающимися в кожу, держат его за плечи, не давая вынырнуть и сделать глоток воздуха. В этот самый момент парень прекрасно осознавал происходящее, но не мог ничего предпринять. Есть только один выход – из тела…
… Или проснуться?
Перед глазами также параллельно пролетали все прожитые им годы. Как бы странно это ни было, но он в настоящей действительности понимал, что означает старое выражение «жизнь пролетает перед глазами». Сейчас он испытывал именно это, вспоминая всё самое важное и… не всегда приятное.
Он уже был готов смириться с неизбежной смертью, как вдруг ледяные руки его отпустили, и Денис, резко придя в сознание, вынырнул, шумно вдыхая, пытаясь быстрее насытить кровь кислородом, которого так ему не хватало.
Сон как рукой сняло. Кушнарев оглядел свою ванную комнату, пытаясь увидеть причину не случившейся сейчас смерти, но, конечно, никого не обнаружил в ванной. Единственное, ему показалось, что в зеркале кто-то есть, но, повернувшись к нему, он понял, что это всего лишь игра его дурного воображения.
Парень не мог надышаться и еще долго не мог понять, что только что с ним произошло. Он действительно так долго провел под водой, как ему показалось, или же он просто съехал вниз и сразу же проснулся, потому что, если рассуждать логически, столько времени без воздуха он бы не продержался, тем более, невозможно же во сне задерживать дыхание?
От всего этого становилось очень жутко, и Денис правда не мог понять, как подобное может происходить с ним. Сейчас он вполне адекватно рассуждает, оценивая ситуацию исключительно со скептической точки зрения, а затем в голове начинают всплывать детали его дрёмы.
Крысы. Он точно чувствовал, как они ползут по нему. И Денис точно понимал, что это были они. Подобное было в его вчерашнем сне, да и писк и этот… голос… эти руки. Невозможно, нет! Невозможно так четко осознавать сон и, тем более, в таких деталях его помнить, будто бы это было далеко не во сне, а наяву, прямо сейчас.
Он посмотрел в воду, даже слегка шарахаясь от неё. Она уже совсем остыла… Неужели он правда так долго проспал? Конечно, в ванне ничего постороннего не было, но страха почему-то не убавилось. Более того, чем лучше он пытался вспомнить всё, происходившее с ним, тем страшнее ему было от того, что это может быть реальностью.
На минуту он слегка расслабился в уже прохладной воде и посмотрел на старый отсыревший потолок. Да уж, издержки съемной квартиры, с этим ничего не поделаешь. Тем не менее Денис чуть приподнялся и умылся, пытаясь отогнать от себя остатки сна и дурных мыслей. Но только-только он убрал руки от лица, как увидел, как под его ногой проскользнул хвост уже знакомого ему существа. Парень подскочил с приглушенным криком, из-за чего часть воды сразу же вылилась на пол. Только потом, еще раз глянув в ванную, он понял, что всё это ему снова мерещится.
От этого уже начинает ехать крыша. Больше всего он надеется, что скоро это ужасное чувство пройдет, и парень снова сможет вернуться в нормальное, адекватное состояние. Но как спать после таких ужасных последствий своего сна? Он же сейчас… чуть не утонул. До сих пор чувствует в носу неприятное раздражение от воды.
Когда Денис вылез из ванной и вытерся, то с недоверием посмотрел в зеркало. Нет, пока никаких изменений, да и на плечах его не было никаких следов, хотя не сказать, что его держали больно, скорее, просто сильно, чтобы он никак не мог вылезти. По правде сказать, он и так не сумел бы выбраться, потому что его парализовало. Да, мысли снова вернулись к этому ужасному чувству, и Денис поторопился скорее покинуть ванную.
Он зашел в свою комнату. У него была квартира-студия, поэтому ничего особо интересного в ней не было. Всё находилось в одном помещении, и парень, сняв наконец-то с себя влажное полотенце, оделся в чистую домашнюю одежду и проверил телефон. Никаких новостей. Тишина в комнате его пугала, и он быстрее включил музыку. Это хотя бы немного отвлекает от всех этих подозрительных шорохов и скрипов, хотя его дом, несмотря на старость, особо не гулял.
Недолго думая, он вспомнил, что давно ничего не ел, да и есть особо не хотелось. Уже по привычке он щелкнул кнопку электрического чайника и включил старенький ноутбук, дабы глянуть какой-нибудь расслабляющий фильм.
От всего этого ему жутко хотелось закричать, и Денис не знал, как справиться с волнением. Если бы он мог кому-то позвонить или написать, пригласить в гости… Может, пойти найти девушку? Ну уж точно не в такой ливень. Те контакты, записанные на его телефон, лучше не беспокоить, потому что в лучшем случае дамы придут, дадут ему пощечину и назовут ублюдком, после разворачиваясь и уходя. Да и о чем с такими можно поговорить? Большинство девушек ищут защиты в сильном поле, а сейчас он с трудом может назвать себя таким из-за этого сложного состояния. Ему просто нужна поддержка, хоть раньше он в ней нуждался очень редко.
В общем-то, Денис и сейчас уверял себя в том, что в помощи он не нуждается, и всё это лишь легкое помутнение рассудка из-за его монотонной жизни, стрессов и недосыпа. Возможно, именно поспать-то ему и надо. Выспаться как следует, чтобы разум более-менее восстановился от происходящего бреда.
Но теперь спать было страшно.
И это не давало ему покоя больше, нежели будни, ведь во сне может произойти всё, что угодно, как теперь оказалось. Заварив чаю, парень вернулся к ноутбуку и завел в строку поиска «сонный паралич». Ему высветилось сразу множество различной информации, и, да, в основном везде писали, что это является последствием стресса и напряжения. И как же ему от этого всего теперь избавиться? Не может же он просто взять и выбросить из своей жизни всё, что происходит с ним каждый день? Сменить работу Денис тоже не сможет так быстро, потому что для начала нужно найти новую, а там появится куча вопросов, с чего это вдруг он решил уйти со старой. Да и это дополнительный стресс, незачем ему всем этим заниматься, и на коллектив нет смысла жаловаться.
Да и вообще, всё в жизни у него довольно хорошо.
Почему тогда эти параличи происходят?
Денис быстро закрыл все вкладки и посмотрел на потолок, будто пытаясь найти там ответы. На душе было очень неспокойно, вся его былая безмятежность совсем растерялась. Если бы можно было просто выключиться, не видя никаких дурацких снов…
И тут он подумал, почему бы ему сейчас просто не взять и не вбить это? Открыв браузер снова, он кликнул на поисковик и ввел в строку новый запрос: «как не видеть снов?» Что и требовалось доказать, практически те же самые рекомендации: не есть перед сном, не психовать, выходить вечером на короткие прогулки и, что самое нереальное, – избегать напряжения, типа компьютера, телефона и тому подобного. Еще советуют слушать классическую музыку… ну да, как же. То, что надо.
Вообще, последнюю рекомендацию можно попробовать и сейчас, но вряд ли это даст какой-либо результат. С другой стороны, терять ему сейчас точно нечего, он уже на сто процентов уверен, что эта ночь будет очередной нервотрепкой. Как же его это достало…
Выключив всё к чертовой матери, он достал наушники и включил один из приевшихся плейлистов. Это был как раз сборник симфонической музыки. Да, Денис действительно любил послушать подобное, хоть и слушал довольно-таки редко. Часто он сидел в наушниках и на работе, однако обычно играло что-то другое. В симфоническую музыку надо вслушиваться, при этом освободив свои мысли от всего прочего. Денису всегда после неё легче, и он знал, что пока слушает музыку, с ним по умолчанию ничего страшного произойти не может.
И хоть он не чувствовал какой-либо дрёмы, его сознание снова не сразу среагировало на некоторые изменения. Во-первых, у него снова не было сил пошевелиться, хотя на это он вообще сейчас не обращал внимания, подобного желания у него не возникало. А во-вторых, музыка начала немного меняться. Среди всех прочих инструментов стала выделяться скрипка, хотя, вообще-то, в записи ничего подобного не было и быть не могло.
Почему Денис не заметил этого? Возможно, он и правда слишком устал, а может, просто решил не отвлекать своё сознание на подобный бред. Или счел, что подобная смена композиции вполне уместна, так и должно быть.
Как жаль, что всё это лишь очередная игра его сознания с ним самим.
По холодному окну стучал дождь, пейзаж за ним стал практически неразличим. Черная мгла расползлась и по темной комнате, ведь светильник, стоявший рядом с кроватью, на которой лежал парень, внезапно погас. Денис не видел этого – его глаза были закрыты, но тело… Тело чувствовало подбирающуюся к нему дрожь. Руки стали покрываться мурашками, а пятки совсем заледенели. Но у него не было желания двигаться. Точнее, желание было, но его будто накрыло облаком небывалой лени, не позволяющей ему сделать и движения. Сознание снова начало проваливаться в сон, практически такой же, какой одолел его и в ванной.
Он слышал музыку то отчетливо громко, то будто бы она играла где-то вдалеке. Темнота перед его глазами стала приобретать совершенно иное очертание, а в нос ударил неприятный запах сырости и падали. Этот запах Денис чувствовал лишь однажды и, пожалуй, это самый отвратительный запах, который ему доводилось ощущать.
Руки невольно потянулись вперед в темноту, и ладони в ней будто бы исчезали, однако вскоре черная пыль, в которой парень оказался, начала рассеиваться. Под ногами было что-то мокрое, холодное и отвратное, что-то, из чего хотелось побыстрее выбраться, запрыгнув на какое-нибудь возвышение. Денис всё еще не мог видеть своих ног, поэтому просто побежал вперед, пытаясь справиться с отвращением. Однако, чем дальше он бежал, тем труднее ему становилось, ведь он начал увязать в этой массе всё сильнее. Это оказалось что-то липучее, как смола, но пахло совсем иначе.
Когда эта масса доползла до колен, Денис оступился и упал в неё. Руки его схватились за что-то мягкое и, кое-как сфокусировав взгляд, он понял, что перед ним не что иное, как человеческое лицо. Мертвое человеческое лицо. Он среди тысячи таких лиц, которые разлагаются и воняют. Всё это время он бежал по ним, увязал в них, топтал.
Парня одолел страх, и в своей истерике он отстранился от трупа, поднимаясь и убегая вперед – к источнику всё еще играющей скрипки. Теперь из всего оркестра можно было услышать только её. Он бежал быстро, но всё равно ощущал, как своими пятками давит чужие носы, а глаза растекаются между пальцев. Трупов, что удивительно, не становилось больше, наоборот, их количество убавлялось, и вскоре Денис увидел конец этой реки из чужих голов. Выбравшись, он принялся отряхиваться. Парень пытался не смотреть назад, дабы не видеть этой ужасной картины. Он боялся смотреть и на свои ноги, ведь представлял, насколько они сейчас отвратительны. От всего этого его тошнило.
– Ты видишь, сколько их? – услышал он знакомый голос той мрачной женщины. – Сколько жертв?
– К-кто… – Денис не знал, что именно хочет спросить: узнать, кому принадлежит этот голос, или что это за трупы.
– Подойди ближе, – снова повелевала та, и парень, обернувшись на источник звука, увидел то, что всё это время играло на скрипке и на его нервах.
Он увидел обычную женщину, однако она была так ужасна, что парень предпочел бы не смотреть на нее. Его взгляд сразу же уставился в бледную, тощую, сгорбленную спину. Скрипачка была без одежды, и на этой спине четко выделялись позвонки и ребра. Денис отметил также, как были худы ее руки. Те самые руки, которые тянулись к нему прошлой ночью. Бледными пальцами она держала длинный смычок и водила конским волосом по ржавым струнам, хоть и играющим весьма красивую музыку. Лица ее он не видел, потому что его скрывали черные мокрые волосы, да и вообще, женщина сидела к нему боком, и рассмотреть ее было сложно. Сверху на скрипачку падал свет, будто от прожектора в концертном зале. Она вся была мокрая, и голые ноги ее утопали в толще какой-то темной жидкости.
Подойдя ближе, Денис надеялся рассмотреть её лицо, однако это оказалось невозможным. Она играла свою музыку, будто смерть, обреченная на вечное музицирование в пустоте. По коже парня пробежали мурашки от одной этой мысли.
Вдруг она замерла. Смычок ее так и остался на струнах, но все звуки утихли.
– Что ты хочешь услышать? – спросил она прежним добрым тоном, который никак не вязался с ее отталкивающей внешностью.
Денис сглотнул. С каждой минутой созерцания этой женщины ему становилось всё страшнее.
– Я… я хочу уйти.
– Что ты хочешь услышать?
– В-выпусти меня отсюда.
– Что ты хочешь услышать?
– Выпусти меня! – вдруг закричал парень во всё горло и распахнул глаза, сразу же вскакивая на своей кровати.
Вокруг была его родная комната: ноутбук, лежащий на полу, куча банок из-под энергетиков, разбросанная одежда, вечно открытый шкаф и родная кружка с нарисованным котом. Ничего лишнего, всё так же, как и вчера, разве что теперь тьма отступила, и за окном во всю светило солнце.
Дрожащими пальцами он потянулся к телефону, сверяясь со временем. Оказывается, уже час дня, и Денис проспал всю ночь. Ему всё еще было трудно соображать, однако теперь он даже радовался, что ему удалось выспаться, несмотря на странный сон.
И снова у него не получилось добраться до нее. А человек ли это вообще? Что это и почему именно оно постоянно к нему является? Раньше он совсем чуть-чуть мог разобрать ее руки, а сегодня он увидел ее всю, хоть так и не смог рассмотреть лицо за волосами. Но этот образ, скорее всего, теперь и будет являться ему в кошмарах.
Что еще удивительно, так это то, что не горела лампа, и сел телефон, хотя Денис точно был уверен в том, что зарядки достаточно, ведь весь день он им почти не пользовался. Протерев лицо руками, он еще раз осмотрелся. От окружения тошнило и от своего состояния тоже. Перед глазами начали мелькать мертвые лица, от видений которых было невозможно избавиться. По коже снова пробежались мурашки, и наконец-то он нашел силы, чтобы подняться с кровати и проследовать в ванную, где он наконец-то умылся и привел себя в нормальный вид.
Что будет дальше? Это ненормально, когда каждую ночь ему снится подобное. Это уже переходит все границы и походит на какую-то болезнь. Если не решить этот вопрос, то у Дениса действительно поедет крыша и поедет она очень-очень далеко, со скрипом и соответствующим сигналом: «Ту-ту! Едет крыша!»
После того, как разум наконец-то соизволил очнуться, парень вышел из ванной и причесался. Выглядел он вполне нормально, но вот его обеспокоенный взгляд выдавал не самое адекватное состояние. Давно же ему не было так плохо. Он бы даже сказал – отвратительно.
Состояние еще было худо тем, что ему не хотелось ничего делать. Такое бывает, когда здоровье поворачивается задницей. Нет желания куда-то идти, решать какие-то дела, встречаться с людьми, начинать что-то новое. Не было желания что-либо делать, также, как и желания продолжать жизнь. Денис ненавидел свою апатию. Более того, ему было противно думать о том, чтобы начать как-то действовать. Сейчас он не знал, чего хотелось больше: пойти утопиться в реке или в виски.
Конечно, виски ему бы вряд ли чем-то помог… а вот прогулка… Кажется, во вчерашней статье говорили о том, что нужно больше гулять. Если Денис останется дома, то ему будет становиться только хуже.
Юноша не стал готовить себе завтрак, точнее, уже обед, решив, что зайдет куда-нибудь поесть. Он сразу же переоделся в джинсы и кофту, а затем проследовал на выход, надев сверху более-менее сухое пальто, пострадавшее от вчерашнего ливня.
На улице сегодня было гораздо спокойнее, и Денис решил снова не брать зонт. Однако, как только он вышел за порог, сразу же пожалел, что вообще решил куда-то выбраться, потому что на улице было не то, чтобы мокро, но очень холодно и неприятно после дождливой ночи. Тем не менее одет он был относительно тепло и планов своих отменять не стал, сразу же отправившись в путь до остановки. На его любимые светлые штаны попадали отскакивающие от тротуара капли воды, отчего штанины медленно покрывались темными пятнышками и что Денис просто ненавидел. Что-что, а по погоде он одеваться не умел, учитывая, что всегда игнорировал прогнозы и не брал с собой зонт. Да даже глянуть в окно лишний раз нельзя. В общем, в этом плане парень был совсем неприспособлен.
Небо по-прежнему пасмурное и серое, и от этой серости и сырости клонит в сон. Конечно, Денис выспался, но какой-то неприятный сонливый осадок остался. Он ненавидел это чувство и больше всего мечтал от него избавиться. Вообще, он даже собирался сходить в больницу, дабы убедиться, что с ним действительно всё в порядке и ничего у него не воспалено, потому что такая слабость обычно появляется именно от каких-либо воспалительных процессов. Вполне возможно, это от его неправильного питания, что грозит гастритом, да и сигаретами он любит баловаться, не считая еще и алкоголя, который он принимает регулярно. Казалось бы, ему всего двадцать четыре, а здоровье уже в заднице.