Сонный паралич

Предисловие.

Часто ли бывало такое в вашей жизни, что вы, ложась спать, не чувствовали какого-либо спокойствия и расслабления, а только страх перед грядущей ночью? Странное явление, если вы, конечно, находитесь дома, а вашей жизни и жизням ваших близких ничего не угрожает. Так вот представьте на мгновение, что это чувство сопровождает вас изо дня в день, из ночи в ночь.

Что такое сонный паралич? Для большинства – лишь набор букв на листе. Некоторые слышали о нём, как о крайне неприятном явлении, однако даже не знают подробностей того, как он проявляется. А проявляется он крайне неприятно. Настолько, что сон ассоциируется с ужасом.

Сонный паралич – это явление, которое наступает на фазе, когда вы только-только засыпаете или просыпаетесь. В этом состоянии ваше тело расслабляется быстрее, чем мозг, из-за чего в голове происходит небольшой парадокс. Вам кажется, что вы еще не спите, хотя на самом деле уже погрузились в сон, пускай и поверхностный. Вы видите окружение: ваша комната, ваша мебель, вы на своей кровати в своей пижаме и с любимой игрушкой, ну или женщиной, мужчиной. Всё предстает перед вами таким, каким оно было, когда вы засыпали, однако одно изменилось.

Это вы.

Вы неподвижны. Абсолютно. Руки и ноги онемели, тело не слушается. В какой-то момент получается вытянуть руку, дабы зажечь свет рядом, но в последний момент она падает обратно, и всё продолжается сначала. Вы пытаетесь выйти из этого состояния, начинаете паниковать, звать кого-то, но голос настолько тихий, что вы даже сами не можете различить собственные слова.

И страх. Бесконечный страх и ужас, который разрывает сердце на куски. Вы чувствуете ужас и ощущаете, как на вас кто-то смотрит. Вот это сонный паралич. Вот это истинный кошмар. И это то, что сопровождало меня на протяжении нескольких лет.

Да, к сожалению, мне ”посчастливилось” попасть в те самые десять процентов населения земли, которые страдают от данного явления. Да-да, десять процентов, если мне не изменяет память. И, знаете, я уверена, что эти десять процентов редко жаловались на то, что сонный паралич настигает их каждую ночь. И ладно там, если это один раз, но был период, когда это состояние случалось два или даже три раза за ночь.

Конечно, я уже давно не мучаюсь параличами. Скажем спасибо антидепрессантам, они помогли побороть мой перманентный стресс, который вызывал эти состояния, хотя иногда – раз в месяц или два – параличи происходят. Неприятно, но уже не так пугающе.

Собственно, в тот самый период, когда жизнь была ужасной, когда боль сопровождала каждый день, а ночь превращалась в бесконечную карусель ужаса, и родилось сие странное, неоднозначное, но родное лично для меня творение. Я люблю эту работу всей душой, потому что она основана на моих переживаниях, на моих кошмарах и на моих впечатлениях. Изначально это был фанфик, но я хочу, чтобы эта работа получила оригинал, потому что в ней всё то, что я переживала изо дня в день, – боль, страх, зависимость от других, безысходность.

Так посмотрите же, во что всё это превратилось!

Сон 1. Крысы под кожей.

Денис часто чешет и потирает дрожащие руки. Постоянно хватается за лицо и умывает красные глаза, под которыми расползлись почти до щек темные синяки. Потрескавшиеся губы, которые он часто прикусывал, пытаясь отковырнуть от них частички кожи, шрамы на ладонях от частых игр с дворовыми кошками и надвинутый на голову капюшон. Что он прячет под этим капюшоном? Сложно сказать.

– Почему ты вечно такой сонный?

«Сложно сказать».

– Где ты был вчера днем? Опять спал?

«Сложно сказать».

– Почему не отвечаешь на звонки?

«Сложно сказать».

– Может, хватит, Денис? – голос, будто бы из ниоткуда, просит его сознание вернуться в настоящее, и парень вскакивает, всматриваясь в кашу на столе. На работе сегодня завал, а он клюет носом. Над ухом жужжит его коллега из соседнего отдела – Арина Литвинова. Когда-то они работали вместе, но потом Дениса перевели, и сейчас ему даже проще. Было бы проще, если бы эта чудачка не таскалась к ним каждый раз. И что у неё здесь за дела? – Серьезно, черт возьми, прекращай. Ты похож на труп!

– А что я могу поделать? – хриплым голосом спрашивает парень. Он еле-еле поднимает глаза, всматриваясь в обеспокоенное лицо Арины, которая нависла над ним. В общем-то, именно она принесла ему кашу, иначе бы Денис сегодня опять весь день просидел голодным. Конечно, недалеко есть кафе. Он обычно вместе с Аринкой и новеньким стажером Стёпой ходит туда обедать, вот только денег у нашего героя с каждым разом всё меньше. И смысла в них, если честно, тоже.

Он самый обычный офисный сотрудник. Занимается продажами. Пожалуй, это и близко не то, чем он хотел заниматься. В его голове было множество разных идей, но как-то сопоставить он их не мог, ибо рабочий день у него до шести, а пока он доберется до дома, будет уже восемь. Ужин и спать; завтра снова на работу. Выходные у него особенно насыщенные – он почти целыми днями лежит в постели, смотрит фильмы или читает. На остальное сил и желания просто нет. Часто, когда нет желания возвращаться домой, он зависает в баре со своими старыми друзьями, но в последнее время и они стали отдаляться от него. Почему-то его это не особо волновало. Его больше волновало собственное здоровье, а также вечный стресс и проблемы со сном.

Но сейчас таких больших проблем со сном у него нет, так же, как порезов на руках, постоянных судорог и прочих проблем, которые он приобрел совсем недавно.

Так как же это произошло?

В этот вечер Денис, как обычно, возвращался домой. Его друг, Макс Петров, предлагал заглянуть в бар и посидеть, но парню почему-то совсем не хотелось. На работе он так и не успел вздремнуть, поэтому сейчас он валился с ног.

Оказавшись в своей квартире не в самом престижном районе Подмосковья, он включил тусклый свет в коридоре и поспешил в ванную. В зеркале его встретил тот самый молодой человек: растрепанный, уставший, ко всему равнодушный. Иногда в темноте, когда он шел в туалет, ему казалось, что в зеркале он видит совершенно другое существо. Он и сам не знает, почему. Порой он думал, что это просто сон. Вместо карих глаз ему являлись два бледных огня и худое белое лицо, наполовину закрытое длинными черными прядями, как в том дурацком ужастике. Денис не знает, почему не пугался, возможно, тогда его сознание и правда наполовину было в отключке, или же он просто склонен к лунатизму.

Но каждый раз этот образ всё отчетливее просачивался в его сознание. Каждый раз он видел его, словно наяву, и порой во сне он всё чаще представлял образ этого человека. А порой парень просто думал, что он болен, и ему давно пора к психотерапевту.

И повод для этого тоже был.

После горячего душа Денис по стандарту упал на скрипучую кровать и выключил свет, погружаясь в сон. Как же долго он скучал по ней – целый день. Обнимая прохладную подушку, он зарылся в неё носом, забывая обо всём плохом, что случилось с ним сегодня. В общем-то, ничего плохого сегодня не происходило, не считая Арины, которая то и дело к нему лезла. Ну вот почему ей не сидится у себя в бухгалтерии? А, черт с ней. Сейчас нужно думать лишь о том, как хорошо он выспится. Хотя… Денис сильно в этом сомневался.

Перед ним предстал пустой коридор с обшарпанными стенами. Впереди была лишь одна дверь, и куда она выходила, он мог только предположить. Он было обернулся, но сзади ничего не было.

Значит, путь только один – вперед.

Что ж, остается надеяться, что там ничего плохого.

Денис пошел вперед по коридору. На стенах висели какие-то фотографии – его и его родителей. Вот его первый день рождения, хотя он почему-то не может всё это вспомнить. И разве мама была блондинкой? Кажется, нет. Странно, но сейчас его это почему-то совершенно не волновало. Он смотрел на свои старые фото с холодным равнодушием. В полутьме коридора было сложно распознать, что изображено на старых фотографиях, однако он прекрасно всё видел. Вот здесь он со своей первой девушкой идет на выпускной. Она тогда была весьма красивой, хотя Денис и этого платья не помнит. И себя помнит очень смазано. Будто бы… это не совсем его жизнь?

С другой стороны, думать ему об этом тоже не хотелось. Он не стал больше заострять своё внимание на фотографиях и просто пошел вперед.

Наконец-то перед ним оказалась та самая дверь. Присмотревшись, он заметил на ней следы от когтей. Он не был каким-то экспертом, но почему-то ему казалось, что это были человеческие ногти, при этом кривые, поломанные, со следами крови. Непонятно, но он будто бы знал, кому принадлежит этот след. По спине пробежался холодок. На секунду ему показалось, что кто-то дотронулся до него, и парень обернулся. Сзади никого, естественно, не было, а вот когда он повернулся снова к двери, та уже была чуть приоткрыта. За ней просачивался яркий солнечный свет.

Войдя в неё, Денис обнаружил вполне обычный школьный класс. Наполовину пустой. Где-то по углам сидели дети, но почему-то никто друг с другом не играл и не общался. Среди этих детей проскальзывали смутные лица его знакомых. Точно… неужели с кем-то из них он учился в школе?

Вдруг он обнаружил, что и сам сейчас сидит за партой, да и лет ему, оказывается, всего лишь семь. Он смотрит на доску, где что-то написано большими буквами, но как бы он ни старался, он не может прочесть.

– А сейчас внимание на доску! – сказала учительница. Парень, конечно, не мог вспомнить её имени. – Кто прочитает нам то, что написано на доске? Кушнарёв!

– Да? – неуверенно среагировал он на свою фамилию, будто бы совсем даже не контролируя себя.

– Прочитай нам.

– Я…

Он посмотрел на доску. Написанное там примерно могло состыковаться в его голове, но он почему-то совсем не мог это прочитать. Он всматривался в буквы, думал, переживал, но не мог.

– «Сегодня мы с мамой…» – начал он, а затем запнулся. Он не мог прочитать продолжение.

– Да, продолжай, – подгоняла его учительница.

– Можно, я продолжу? – послышался смутно знакомый девчачий голос.

– Конечно, можно, давай, – согласилась женщина.

– «Сегодня мы с мамой пошли гулять в лес», – зачитала девочка.

– Молодец, Лизонька, сегодня получаешь пятерку.

А Кушнарев сидел, будто в исступлении. Он посмотрел на доску, и, да, сейчас он абсолютно точно мог понять, что там написано.

«Сегодня мы с мамой пошли гулять в лес».

Его вдруг охватила паника, он не знал, куда деться, и, встав со своего стула, выбежал обратно за дверь. Но привычного коридора там уже не было. Там была непроглядная тьма. Такая холодная и леденящая. Было холодно и свежо, пели птицы, и растительность вокруг давала понять, что Денис находится в лесу.

Он чуть пригнулся, щупая холодную землю. Знакомый аромат влажности; раньше он так его любил. В его руке оказалась горстка земли, и он поднял её, рассматривая. Это уже была не земля. Это было полчище огромных жирных крыс, которые копошились под его ногами.

– Не бойся их, и они тебя не тронут, – снова знакомый голос. Денис не знал, но он чем-то был похож на голос той девочки. Он обернулся, вглядываясь в темноту. На дереве действительно сидела она – темноволосая девчонка с бледными, как пасмурное небо, глазами.

– Кто ты?

– А ты не помнишь? – голос её был высокий, но спокойный. Такой манящий и приятный. Он точно принадлежал кому-то хорошему.

– Почему ты… почему ты помогла мне?

– Мне стало жаль тебя, ведь ты совсем один.

– Я не один.

– Ты один, Денис. И всегда будешь один. Но я могу тебе помочь. Просто дай мне руку, – всё померкло, и из тьмы показалась красивая белая ладонь. Он четко видел худые женские пальцы, под ногтями которых была запекшаяся кровь.

– Мне не нужна помощь.

– Если ты не дашь мне руку, они сожрут тебя, – таким же ласковым и спокойным тоном сказала незнакомка, указывая на крыс под ногами маленького Дениса.

– Я не боюсь их.

– Ты так думаешь? А что, если они боятся тебя? Знаешь, на что способны крысы, когда боятся?

И тут полчище крыс начало становиться всё больше. Они наваливались друг на друга, поднимаясь и затапливая мальчика в своих телах. Совсем скоро они оказались у его живота, и он почувствовал, как падает.

– Останови это! Останови! – закричал он.

– Дай мне руку!

– Не дам!

Еще немного, и он уже перестал что-либо видеть. До его ушей доносился лишь отвратительный писк грызунов. Денис чувствовал, как они ходят по его лицу, но как таковой боли не было.

А потом не стало вообще ничего. Только онемение и темнота. Он чувствовал эту панику, этот ужас, который всё еще оставался на его теле прикосновениями тысячи хвостатых тварей. В какой-то момент ему показалось, что они у него под кожей. Денис хотел их смахнуть, но не мог пошевелиться, не мог закричать.

И тут он будто бы проснулся. Или просто понял, что спит. Вокруг него всплыла уже знакомая тишина его квартиры и невероятная тяжесть, ограничивающая какие-либо движения. Он попытался двинуть рукой, но никогда та не бывала такой тяжелой. Перед глазами была лишь тьма квартиры, бледные шторы, освещаемые фонарем с улицы. Парня сдавил ужас, он пытался кричать сквозь насильно стиснутые зубы, и жар пробежался по его коже. Еще чуть-чуть и он умрет от безысходности его положения, всё смешалось и предстало на блюде его больного сознания.

Денис практически отчаялся, как вдруг наваждение ушло, и он по-настоящему распахнул глаза. Такая же темнота его квартиры. Он зарылся в одеяло, понимая, что всё это ему причудилось, и эти видения были лишь сном. Но таким реальным… И что это было? Кто это был? Почему он… Почему он вдруг перестал шевелиться? Ему впервые было так страшно. Не сказать, что его сон был кошмаром, но это состояние… оно ужасает.

Кое-как осознав, что с ним всё хорошо, и это всего лишь сон, Денис провалился в новое сновидение. Его он уже не запомнил так четко, как это.

Сегодня Кушнарев опять весь день работает. Тяжело было утром осознать, что он еще живой, да и то, что часы, показывающие шесть тридцать, показывают именно шесть тридцать, а не сколько-то там еще. Денис думал, что он не переживет сегодняшнее утро. Встать у него, по крайней мере, точно сегодня не получится; он даже не пытался сначала.

Хотелось ему позвонить начальнику и сказать, что сегодня его можно не ждать на работу, но тут он понял, что коллега начнет ругаться, обзывать его бездельником и тунеядцем и тому подобными «комплиментами». В общем, поборовшись со сном еще минут десять, он наконец-то встал с кровати и оглядел комнату. Вид такой себе, конечно: вокруг валялись кучи шмотья, которые пора бы давно постирать, но что-то всё парень никак не может дойти до стиралки; на полу стояли кипы грязной посуды, да и на столе, за который Денис садился очень редко, лежал толстый слой пыли. Вообще-то, прибраться и правда стоит, но что-то ему было так лень этим всем заниматься, что он просто привык не обращать внимания на беспорядок, да и не заморачивался особо.

Поднявшись, он прошел в ванную и увидел прежнее своё уставшее лицо. Хотя оно было бодрее, чем вчера, ведь он все-таки как-то смог лечь пораньше. Единственное, ему на секунду показалось, что его руки будто ему не принадлежат, какие-то слишком бледные и худые, но, наверное, это осадок от сегодняшнего сна, ведь потом он обратил внимание на свои ладони и понял, что никаких изменений не было.

Выпив горячего кофе, он быстро оделся и проследовал на выход. На улице стояла прохладная погода, возможно, сегодня пойдет дождь. Ему было от чего-то очень мерзко, и в голове часто всплывали воспоминания от сегодняшнего сна. Вообще-то, сны снились ему редко, но если снились, то вот такие яркие и запоминающиеся… и не всегда приятные.

Он так четко чувствовал в постели, как по его коже бегают крысы. Действительно, становилось страшно, сон медленно пробивался в реальность, и непонятно, отчего тошнило больше. Стоя в толпе в вагоне метро, он думал о том, что вряд ли сегодня сможет уснуть пораньше, хотя бы потому, что сегодня пятница, и он, скорее всего, пойдет на встречу с другом. А завтра долгожданные выходные. Наконец-то целых два дня абсолютного безделья.

Доехав до работы, он поднялся на свой этаж и упал за рабочее место, практически ни с кем не здороваясь. Почему-то сегодня он даже не видел в этом смысла, не хотелось ему вообще с кем-то общаться и по малейшей ерунде.

– Сегодня ты выглядишь лучше, – подметил его внешний вид Степан, который тоже недавно пришел. – Я думал, что зомби – это твоё обычное состояние.

– Да, я тоже так думаю иногда. Сегодня удалось выспаться, хотя я бы не сказал, что сновидения были приятными.

– Кошмары? – спросил его коллега.

– Ну… не совсем. Не знаю, как это описать, просто… просто неприятный сон. Там были крысы.

– Крысы? Фу, не люблю крыс, – Степа поморщил нос и отвернулся к компьютеру, принимаясь что-то печатать. – Понимаю, мне тоже иногда снятся неприятные вещи. Раньше каждую ночь снилось, что меня машина сбивает. Я так и не понял, к чему это.

– А потом? – поинтересовался Денис. Он так и не принялся до сих пор за работу, облокотившись на спинку стула и слушая рассказы коллеги, несмотря на то, что не был настроен на общение.

– А потом просто перестал.

– Мне… – парень было хотел сказать о том, что ему явился сегодня какая-то девочка. Причем он абсолютно точно был уверен в том, что знал ее. Или она снилась ему раньше, или же просто это какая-то знакомая из реальности. В любом случае эта… персона его настораживала. Настораживало какое-то странное отношение, желание помочь и тот факт, что эта «дама» явилась ему не в самом приятном сне, да и спровоцировала это странное состояние, когда он не мог пошевелиться. – Мне приснился еще один человек. Хотя я не уверен, что это человек, но… я точно могу сказать, что знал её раньше, вот только без понятия, где мы встречались.

– Такое иногда бывает. Во сне являются люди, которых мы никогда не видели, но почему-то их явление кажется для нас обыденным.

– А ты, значит, эксперт, да, Степан? – заулыбался Денис, подъезжая к нему на кресле и тихонько пиная кулачком плечо юноши.

– Ну, не то, чтобы эксперт… Просто, когда мне снилось, что меня сбивают, я проштудировал интернет, пытаясь понять, почему.

– И что нашел?

– Ну, это, вроде как, последствия стресса. Когда существует какая-либо проблема, и её последствия оборачиваются в один и тот же сон. Это… самое объяснимое из предположений, по крайней мере, у меня было так. А еще популярной теорией, но уже более мистической, считается, что постоянные сны – это предвестники чего-либо. Хорошего или плохого.

– Хм-м-м… стресс, говоришь?

– Ну да, это… это как с сонным параличом.

– Сонным параличом?

– Ну да… Не знаешь? Это когда пошевелиться не можешь после сна. Ну… или что-то вроде того. У меня никогда не было, но мне рассказывали, что не самое приятное явление. Вроде, спишь, а вроде, уже нет.

– Сонный паралич, значит, – Денис задумался и отвернулся к своему столу. И правда, с ним сегодня было что-то похожее. Неприятная ситуация. Значит, всё дело в стрессе? Или просто потому, что он не высыпается? Стоит об этом подумать и что-то предпринять, если подобное будет повторяться. – Спасибо, Степан.

– Да не за что. Всё, не отвлекай меня, а то я никогда не разберусь со своим первым клиентом.

Как и ожидалось, день был унылым, но и немного нервным, так как с самого утра парень успел повздорить с начальником. В целом, он привык к тому, что тому вечно что-то не нравится, но настроение это знатно подпортило.

Когда тот наконец-то закончил отчитывать его, Денис сел за стол и создал файл таблицы. Да-да, именно создал. Он за всю неделю так и не притронулся к работе. Вообще, это было уже стандартной ситуацией, поэтому ему было несложно за один день проделать недельную работу.

Хоть на это и уходит весь день и куча сил.

Обед парень пропустил, но Арина, как заботливая мамочка, притащила ему пару бутербродов. Иногда Денис и сам не знал, что без неё делать. Порой даже подумывал жениться и даже делал предложение, но та отнекивалась, принимая всё за шутку. Парень лишь посмеивался и продолжал пожевывать принесенные ему дары. Да уж, хорошо, что ему повезло с коллегами.

День прошел незаметно за работой, зато к концу дня таблица была готова, и начальник даже похвалил его. Удивительно, делал он это очень редко. Денис поднялся со своего кресла и был готов поклясться, что сломает свою затекшую спину. Глаза слипались несмотря на то, что сегодня он влил в себя как минимум шесть кружек кофе и относительно выспался. Уходя с работы, он сделал комплимент Полине – студентке-курьеру, – а затем сел на автобус и поехал в центр, где должен был встретиться в баре со своим другом.

– Ты сегодня поздно, – сделал замечание его друг Макс, который обычно приходил раньше.

– Да? Ох-х-х… сегодня столько дел навалилось.

– Опять доделывал всё в последний день? – возмущался он, поправляя засученные рукава рубашки. Он работал, кстати, в их же компании, только занимал уже более высокое положение.

– Ну… можно и так сказать. А вообще, может что-нибудь не про работу? А то у меня уже голова кипит.

Вечера пятницы всегда были приятными. Денис вообще не думал, что кто-то когда-то сможет его понять так, как Макс. Они собирались тут каждую неделю и выпивали. Не то, чтобы нажирались в хлам, а просто культурно сидели и общались. Это было своего рода медитацией, иногда они даже не разговаривали, просто проводили время.

Денису не хватало спокойствия. Всё в его жизни было очень скоротечно и мимолетно, и подобные посиделки были глотком кислорода. Дома ему не было так хорошо, потому что дома темно, холодно и одиноко. Там только серые стены и окна, в которых растворяются уличные огни – такие же холодные, как и его квартира.

Такие же холодные, как и он сам.

Ему не на что жаловаться. В его жизни всё идет правильной и стабильной чередой. Но пожаловаться почему-то хочется. Хочется выговориться, хочется прокричаться. Хочется, чтобы ему и правда кто-нибудь помог. Вот только кто может помочь ему? Степа? Ему и самому порой нужна помощь. Макс? Он вообще мало в чем разбирается. Арина? Денис уверен, что той абсолютно все равно.

Есть человек, который может помочь. И хочет.

Но Денис боится пускать её в свою жизнь снова.

Сегодняшнюю ночь он опять проведет в холодной постели, надеясь, что не проспит до обеда, как обычно.

Возвращался он поздно, часов так в одиннадцать вечера. На улице лил проливной дождь. Он капал по холодному стеклу ночного автобуса, и создавалось впечатление, что капли попадают не на его кожу, а сразу в уставшую от тяжелой жизни душу.

Его тошнило от собственной души.

Денис смотрел в своё отражение на стекле автобуса и пытался себя узнать. Сознание медленно уплывало, и он уже боролся со сном. В какой-то момент он не заметил, как сильно лицо в отражении меняется – оно бледнеет, округляется, глаза меняют цвет, а волосы темнеют. Минуту его сознание пыталось понять, что происходит, а потом он очнулся и с ужасом посмотрел в окно. Нет, отражение всё то же, он просто задремал, и ему показалось. Так бывает.

В последнее время почему-то всё чаще.

Оглянувшись, он понял, что все-таки пропустил свою остановку. Как так?! Черт, ладно. Пришлось выйти на следующей и пройти несколько дальше. Ночью. По проливному дождю без зонта. Теперь тяжелые капли дождя и вовсе оседали в его сердце. Сквозь боль он чувствовал, как они просачиваются в него. Он чувствовал невероятную тяжесть воды. Она будто и правда не только мочит одежду, но и всё его тело тоже.

Да, порой прогулки под дождем бывают приятными, но это точно не тот самый случай. Не тот случай, когда ты идешь с работы и готов буквально вырубиться, упав лицом в этот самый мокрый асфальт. И Денис, вообще-то, любил дождь, он любил прохладу. Ему нравилось в холодные вечера кутаться в плед, пить чай и читать что-нибудь из классики. Такое времяпровождение ему нравилось больше шумных компаний.

И он не бежал под дождем до дома. Просто не видел смысла. Ему не особо холодно, просто очень мокро и одиноко. Ему кажется, что нет ничего плохого в том, чтобы промокнуть, по крайней мере, сейчас, когда он уже полностью успел оценить эту странную ситуацию.

И всё бы ничего, если бы он постоянно не замечал в углах какие-то странные тени, маленькие, издающие такой знакомый и отвратительный звук. Сначала он подумал, что ему просто кажется, и всё это последствия его усталости и недавно приобретенной паранойи. Но потом, когда он стал чаще обращать внимание на шевеления, Денис начал понимать, что это ничто иное, как действительно самые настоящие крысы.

И это было так странно, вообще-то, в этом районе крысы не просто редкость, а исчезающий вид. Скорее всего, ему просто снова кажется, иначе это не описать. Вообще-то, он не был человеком суеверным и совсем не хотел проводить параллель с его сегодняшним сном, однако от подобного явления было не просто беспокойно, а… жутко. Действительно жутко. Ощущение, будто сон начинает перетекать в реальность.