В голове Евы

ПРОЛОГ

– Детка, не расстраивай папу, он очень хочет сделать тебе достойный подарок. Бериллы или изумруды?

Мама. Ей кажется, что я всё ещё маленькая девочка, все проблемы которой можно решить, приструнив соседского парня или договорившись с директором школы. Или вот так рассказав о папином подарке. Когда-то давно подарком для меня было увидеть его на дне рожденья. Теперь он почти не боится за нас с мамой, поэтому я вижу его в скайпе почти каждый день.

– Ева! Ну что ты молчишь?

– Ты знаешь, что я хочу бериллы.

На самом деле я хочу забыть о том дне, когда узнала, кто я. И о том, как я это узнала.

«Ну хватит. Он уже столько раз просил прощения!»

Знакомьтесь, это Совесть. У неё спокойный голос уверенного в себе человека.

«Ничего такого он не сделал. Просто проявил свою суть».

А это Демон. Иногда я хочу забыть о ней больше, чем о…

«Нет, она невыносима! Мы тут переживаем, заботимся, чтобы у неё всё было хорошо, а ей лишь бы забыть».

Мой демон – суккуба. Она взбалмошная, безответственная и всегда голодная.

«Это потому, что ты меня плохо кормишь».

А ещё она очень любит препираться.

«Ребята, давайте жить дружно».

Зверёк самый маленький из всех. Он не любит ссор, ему бы побегать по лесу, поесть шашлычков, сладко поспать в своей норке. И голосок у него тоненький, почти как писк котёнка.

«Мы не ругаемся», – успокаивает Зверька Совесть.

Вампир молчит, но и без слов ясно: он ничуть не переживает. Он всегда трезв, логичен и молниеносно убийственен.

Нет, я не сумасшедшая. Хотя имею полное право ей стать. Просто в моей голове живут Демон, Вампир, Зверёк и Совесть. Добро пожаловать в голову Евы.

С такими подселенцами бывает сложно. Иногда спасает юмор, иногда не спасает, и я реву, как самый обычный человек. В сущности, я почти не отличаюсь от вас, только в моей голове… ну, вы поняли.

Обычно мой день начинается с чашечки кофе. И я предпочитаю варить его на огне, из свежесмолотых зерён, с корицей (если на улице холодно) или с кардамоном (если жарко). Но сегодняшнее утро ознаменовал визит дорогой мамули, и кофе пришлось отложить.

– Детка, где ты опять витаешь? Поговорила с Костиком?

Костик – мой текущий муж. Точнее, он уже практически бывший, потому что больше пяти лет с одним мужчиной я ещё никогда не жила. Это вредно, а я должна заботиться о партнёрах.

«Лучше б ты обо мне так заботилась».

Я стараюсь не вступать в дискуссии с суккубой, к тому же она действительно проголодалась. Надо поскорей найти Костяну дельную замену и накормить демоницу, чтобы не лезла со своими ценными замечаниями.

– Мам, он уехал. Как только вернётся, сразу поговорю.

Но маме не нужны ответы. Она всегда знает обо всём лучше меня. Наверняка уже кого-то присмотрела и хочет нас познакомить.

– А что случилось у Дроновых?

Это неожиданно, я даже отрываюсь от вдумчивого засыпания зерён в кофемолку. Ни о каких особых проблемах Алиска не рассказывала.

– Что?

– Это я тебя спрашиваю, это же твоя подружка что-то снова учудила, раз мне звонил её отец и Бергоевым интересовался.

Берго-оев. Понятно. Опять подкатывал с далекоидущими намерениями. Я хватаюсь за телефон, но мама строго говорит:

– Детка, не лезь. Пусть сами разбираются. Я, конечно, сказала Севке, что присмотрю за детьми, но он всё равно скоро явится.

Иногда я завидую Алисе. У неё строгий отец, который любит держать всё под контролем. Зато дядя Сева с тётей Василисой смогли отпустить детей и дают им жить своей жизнью. Вмешиваются… да с тех пор, как брат Алиски стал самостоятельным, переехав в наш N, практически и не вмешиваются. Неужели случилось что-то настолько серьёзное?

– Надеюсь, тебе не надо напоминать, что Бергоев с Дроновым для нас совсем неподходящая компания?

– Мама! – от досады я чуть не просыпаю порошок мимо джезвы.

– Ну что мама, что мама, я же беспокоюсь. Вот, кстати, встретила на днях Геворга Оганезовича, приглашал на генеральную репетицию. И нового тенора очень хвалил.

Геворг Оганезович – наш сосед по дачному посёлку и в то же время заслуженный и народный главреж губернского оперного театра. А новый тенор, судя по маминой интонации, и есть присмотренный ею кандидат в мужья. Кофе в джезве в последний раз поднимается шапкой из одуряюще пахнущей пены, и я выключаю плиту.

Вряд ли мамуля примчалась ни свет ни заря только из-за бериллов, тенора да Алискиных проблем. Хотя она и не на такое способна. Я ставлю на стол чашки со свежесваренным кофе и делаю первый глоток. Блаженство. И совсем не хочется думать о проблемах нового дня.

– Что случилось, мам?

Она безмятежно прикладывается к чашке. Берёт ложечку. Кладёт ложечку. Сводит брови у переносицы и выдаёт:

– Господин Арканов прилететь изволили.

– Зачем? – тупо спрашиваю я.

– Отдыхать, – уже не скрывает тревоги мама. – Остров купил выше по реке.

С его-то возможностями? Он в Карибском море мог бы остров купить. Не нравится мне всё это… И мамуле не нравится, здесь мы единодушны. Вот только сделать ничего не можем. Я связана с ним долгом и клятвой, а мама никогда не навредит ему, чтобы не навредить мне.

ГЛАВА 1

Обычно жизнь в N течёт спокойно и размеренно. Но сейчас плотность событий в единицу времени почему-то увеличилась. За пару дней, что прошли после известия о прилёте Арканова, я побывала на генеральной репетиции у Геворга Оганезовича и познакомилась (увы, безрезультатно) с новым тенором труппы. Рассталась с Костиком. Встретилась с перспективным заказчиком и взяла в работу дополнительный проект. Узнала от Алиски, что Бергоев получил решительный отказ и обещал в ответ стрррашную месть.

Я понимала подругу, Артур Бергоев по прозвищу Дизель уже не в первый раз выдвигал претензию на руку и прочие привлекательные части Алискиного тела и был при этом до крайности снисходителен. В смысле, снисходил к бедняжке, которая в собственной стае была первой леди лишь до тех пор, пока не женится брат.

Брат, насколько я знала, с женитьбой не торопился, Бергоева считал злейшим конкурентом и сестру ему ни за что бы не отдал. Возможно, Дизель обратился с этим к Дронову-старшему, поэтому он в беспокойстве и звонил моей мамуле?

– Брачное предложение? Да ну, Бергоев поди и слов-то таких не знает, – отмахнулась Алиска. – Да и мы не в пещерном веке живём.

Так получилось, что моя лучшая подруга – оборотень. Правда, они предпочитают, чтобы их называли анималами. В первой ипостаси Алиска и все её родственники – бурые медведи. В общем, где-то даже милые толстенькие шерстянушки. Если не злить. Шучу, анималы остаются разумными в любой ипостаси. И злиться могут тоже в любой.

Как и люди, анималы бывают разные. Вот Бергоев, к примеру, отвратительный тип. Надменный, себялюбивый, обожающий всеобщее внимание и поклонение. И окружение у него… соответствующее. Взять хоть его правую руку Тайсона – полного отморозка и психопата. Подозреваю, что он тайком покуривает что-то запрещённое, иначе с чего б он вообразил себя великим тигриным шаманом?

Не знаю, почему повезло именно городу N, но да, тут укрепились целых две анимальских стаи – медведей и тигров. Периодически подгрызают друг дружку, но чаще живут довольно мирно, разделив сферы влияния. Бергоев владеет несколькими автосалонами, ресторанами и кафе, а Алиска и её брат вкладываются в грузоперевозки, недвижимость и охрану оной, начиная от видеодомофонов и заканчивая высокотехнологичными охранными системами.

У анималов довольно запутанные родственные связи и тесные внутриклановые отношения. Не дай Бог сказать неосторожное слово, и ты неожиданно для себя можешь оказаться чьей-то младшей женой или сестрой-не-по-крови. Зато друг за друга в стае стоят горой. Впрочем, есть и свои странности, вроде безусловного подчинения лидеру или вот того самого брачного предложения, о котором упоминала Алиса.

Я не знаток, но этот старый обычай служит якобы для того, чтобы освежать анимальскую кровь. Мужчина из одной стаи посылает брачное предложение девушке из другой. Отказаться можно, но очень сложно при этом не уронить своей чести и не оскорбить предлагавшего.

Короче, под каждой крышей свои мыши. В том смысле, что быть женщиной сложно всем и во все времена. Просто по-разному. Хотя если мы всё-таки боремся за свои права, то анималки никогда не возражают своим мужчинам. Но кто я такая, чтобы их осуждать?

Алиска другая. Она умеет настоять на своём. Правда-правда, она даже смогла убедить своего авторитарного отца, что поможет брату в его нелёгкой лидерской судьбе. Что поделать, если она тоже альфа? Радоваться надо, что брат будет справляться с новой стаей не в одиночку. Сначала родители сопротивлялись, но теперь действительно радуются.

Правда, отчего-то дядя Сева с тётей Василисой действительно собрались в гости к детям. Подругу это тревожило, поэтому мы решили встретиться в торговом центре и взбодриться разнузданным шопингом.

Я приехала на полчаса раньше – внезапно на обычном месте не было катастрофической пробки. Поставила машину, поднялась по эскалатору, и тут началось.

Он возник из ниоткуда. Голос с приятным бархатистым тембром. Голос, от которого ладони начинали неприятно потеть. Голос, который обычно предшествовал появлению своего хозяина.

«Приветики. Про жизнь не спрашиваю, потом поболтаем. А сейчас…»

И второй голос. Очень похожий, но не стремившийся быть дружелюбным: слишком он привык повелевать.

«Ева, ты мне нужна».

Подселенцы встрепенулись. Суккуба взвыла как заправская сирена, оповещающая об учениях по гражданской обороне. Зверёк начал мелко дрожать. В ушах зашумело: на два голоса больше, чем обычно – это вам не шуточки. В такие моменты я старалась просто не думать, отключить все мысли. Против ментального воздействия помогало не особо, но зато душу грела уверенность – я сделала всё, что смогла.

Арканов не церемонился, тащил к себе, как на… да, аркане. Прямое принуждение – иди прямо, теперь поверни налево, спустись на уровень ниже, и я слушалась, а ноги шли. Демон скулил от ужаса, пытаясь забиться в самый тёмный и дальний угол. Зверёк при возможности наделал бы лужу, но Совесть держала крепко. Жалко, что на двоих её не хватало.

«Всем заткнуться, – ледяным тоном потребовал Вампир. – Говорить буду я».

Ну уж нет, говорить буду я. Хотя от кевларовой вампирьей брони не отказалась бы.

«Бери».

«Как славно, вы всё-таки подружились. А я говорил…»

Голос всегда пытался быть милым. Я даже верила. Когда-то.

«Уважаемый, когда заходите в дом, надо здороваться».

Совесть – такая совесть. Ну какой могущественной твари придёт в голову, что прежде чем похозяйничать в чужой черепушке, надо поздороваться? Точно не Арканову с его Голосом.

Зря я рассуждала. Им, телепатам, только дай за что зацепиться. В голове сначала раздался смешок, а потом «Здравствуй, Ева».

Вам тоже не хворать, Андрей Андреич. Впрочем, ему болячки недоступны, зря я надеюсь. И зачем встречаться лично, если он способен говорить где-то там, а я слышу прямо тут и даже не ушами?

«Ты слышишь, а надо, чтобы ещё и понимала».

Суккуба уже не скулила – тихо взвизгивала. Значит, я почти на месте. Место оказалось подземной парковкой. Арканов сидел за рулём серо-стального гелендвагена, припаркованного прямо у той двери, из которой я выпала. От остального пространства махину на колесах отделяла широкая опорная колонна и полупрозрачное марево явно противоестественного происхождения. Он улыбнулся, показав ровные белые зубы, и кивнул на пассажирское сиденье.

Не думать, главное – не думать. Широко улыбнуться в ответ и дернуть дверь внедорожника. Упасть на сиденье и выслушать всё, что он скажет. И не стискивать зубы!

– Отлично выглядишь.

Что, мне тоже можно высказаться? В голове прояснилось, исчезло то давление, которое всегда возникало при ментальном взломе моей черепушки. Я повернулась и с сожалением признала – он ничуть не изменился. Всё тот же мужественный профиль, яркие зелёные глаза, пшеничного колера шевелюра и нездешний загар. Харизма, сбивающая с ног. Велись все.

– Чему обязана?

– Проблеме, решить которую я поручаю тебе.

И замолчал, позволив поудивляться вволю. Что за беда вдруг возникла у величайшего из великих? Какое горе постигло самую могущественную в нашем мире тварь? И что за характер у этой проблемы, раз решить её могу только я?

– У меня есть дочь, – наконец-то сообщил Арканов.

– Поздравляю, – выдала я на автомате.

– Она обо мне не знает. Я очень хочу, чтобы наше знакомство вышло удачным. Видишь ли, огненный темперамент с обеих сторон…

Да он, никак, боится? Оооо, я уже люблю эту девчонку!

– У вас много общего. Ева, ты должна стать ей другом.

Всего лишь? Да я ей бабулей любящей стану, только бы понаблюдать за первой встречей отца и дочери!

– И постарайся найти её до того, как найдут остальные.

Он что, соревнования по скоростному розыску дочки решил устроить? И вот ещё моментик: как это ей удалось скрыться от папаши и его Голоса?

Ожидания весёлого смеха и слов о том, что они просто решили меня проверить, не оправдались. Я насторожилась, а потом просто не поверила ушам. Оказалось, что Арканова-младшая вместо того, чтобы сидеть подле маменьки и ждать своего рыцаря (или дракона, как повезёт), всю сознательную жизнь испытывает на прочность уголовный кодекс и свою удачу. В последний раз что-то не заладилось, и теперь девчонку ищут люди не то какого-то депутата, не то, наоборот, чиновника. В любом случае – человека серьёзного. Не то она его ограбила, не то подставила, а может, и всё сразу.

– Андрей Андреич, а в чём проблема? Вы не можете угомонить этого человека?

– Проблема во времени, Ева. Моя дочь уникум, поэтому я не могу точно предсказать день первого оборота. Но он очень близко.

Эм… А что я знаю про первый оборот? Как-то недосуг было поинтересоваться… В любом случае, если девчонка не в курсе, кто отец, первый оборот может привести к шоку и массовым смертям среди мирного населения. А я не могу этого допустить. Да и выбора у меня нет, есть только долг и клятва.

– Мне нужна информация. Имя, фото, последний адрес, друзья.

Я не фанат детективов, однако простая логика подсказывала, что не зря все полицейские задают такие вопросы родне пропавших. Но, видимо, наша логика недоступна сверхмогущественным тварям. Арканов расхохотался в лицо.

– Её зовут Ника, – вмешался Голос. – Сейчас передам тебе мыслеобраз.

Так-так, у любящего папаши нет даже фотографии? Тогда про друзей глупо и переспрашивать.

В голове возникла и сразу пропала картинка – объёмная, круче 3D. Девушка со светлыми кудряшками и большими зелёными глазами. На лице выражение глубокой задумчивости, но острые скулы и твёрдый подбородок говорили о наличии характера. И об упрямстве.

– Она аферистка, имена меняет, – отсмеявшись, сообщил Арканов. – Друзей нет.

– Она Ника, – заупрямился Голос. – И друг один есть. Но сейчас он в Гоа.

– Не смеши, – возразил ему мой единственный видимый собеседник. – Какой он ей друг? Только в переделки втягивает. По поводу адреса… Ева, моя дочь скоро будет в N.

ГЛАВА 2

Когда в торговый центр приехала Алиса, я сидела со стаканчиком кофе в фуд-корте и приходила в себя. Подселенцы вели себя тихо, но в ушах всё ещё стояли вопли бившейся в истерике суккубы. А это, скажу я вам, аудио не для слабонервных. Алиска сразу заметила моё состояние и спросила, что случилось.

– Не здесь, – вздохнула я.

Подруга посмотрела округлившимися глазами и махнула рукой на шопинг.

– Поехали в бункер, – потребовала она, отбирая у меня недопитый стакан и отправляя его в урну.

Я ведь упоминала, что Алиса и её брат Дмитрий занимаются охранными системами разной степени сложности? Так вот, бункер они оборудовали едва ли не в первую очередь. Он располагался на подземном этаже элитного мужского клуба «Заноза» и был самым безопасным местом в N. Дроновы утверждали, что бункер способен выдержать даже прямое попадание ракеты класса «земля – земля», не говоря уж о том, что там нас никто не мог подслушать.

После сегодняшней встречи с Аркановым я понимала, что теперь для меня любая безопасность – иллюзия. Но в бункере эта иллюзия казалась более жизнеспособной, чем во всех прочих местах.

Сейчас я была не в состоянии вести, поэтому уселась в вольво Алисы. Она поныла, что пока доедем, умрёт от любопытства, но все мои силы уходили на то, чтобы навести в черепушке хоть относительный порядок.

– Ева, ты меня пугаешь. Может, позвонить Лисе Григорьевне? – сказала наконец подруга.

Маме? Нет, только не ей. Я собралась и твёрдо помотала головой.

– Я виделась с Аркановым.

Эмоциональная Алиска выругалась. Только ей я рассказала, что связывало меня с гадским телепатом. Мы познакомились как раз в тот год, когда я… когда в моей голове возникли подселенцы. Про них, правда, у меня даже в нежном четырнадцатилетнем возрасте хватило ума умолчать. Но о клятве подруга знала.

– Что он от тебя хотел?

– Чтобы я нашла его дочь.

– Ну надо же, – покрутила головой Алиска, паркуясь во дворе «Занозы». – Выходит, в Старшем Доме Арканов уже не один?

– Пока нет. Он сказал, что у девчонки ещё не было первого оборота. Я, кстати, плохо представляю себе, что это такое. Расскажешь?

Алиска нервно усмехнулась, выпрыгивая из машины, и выдала, что и сама плохо представляет себе первый оборот дракона.

– Понимаешь, драконы ведь не вполне анималы, хоть имеют, как мы, две ипостаси. Они… говорят, они создания чистой магии.

Я покивала подруге. Ей, конечно, привычно признавать главенство Старшего Дома. На то он и старший, традиции анималы чтят. А по мне, магия у Арканова такая же зловредная, как и он сам. Несмотря на всё драконство.

Мы вошли в «Занозу» через вход для сотрудников. Алиса, как владелица, могла бы войти через любой, но к чему афишировать, что хозяйка элитного мужского клуба – девушка? Бдительная охрана профессионально бдила, знакомая обстановка действовала расслабляюще. Мы спустились на подземный этаж. Там находился ещё один пост – уже с охраной из собственной безопасности Дроновых.

Алисе тут же доложили, что на вверенном объекте за прошедшее время взломов периметра и прочих происшествий не зафиксировано, все трудятся согласно штатному распорядку. Она важно кивнула и похвалила Виктора и ещё кого-то (она-то всех в лицо знает, а я всегда путаюсь). Взяла ключи и двинулась, громко цокая каблуками по плиточно-каменному полу, в сторону офиса.

Я шла следом и думала, что не дай Бог Арканову попытаться влезть в мой мозг здесь и сейчас. Алиса, несмотря на весь пиетет к Старшему Дому, душу вытрясет, даже если оной у него и вовсе нет. Потом выдохнула и позволила подруге затащить себя в один из начальственных кабинетов.

– Так что там с этой дочкой? – продолжила расспросы она, плюхаясь на широкий диван, обтянутый кожей цвета «баклажан».

Я повторила свой рассказ.

– Да поняла я, что надо найти. Она что, прячется? В бегах? И почему он сам не ищет?

Я ещё раз проговорила всё, что узнала от Арканова с Голосом.

– Но как по таким исходным запускать поиск? – возмутилась Алиска. – Он что себе думает, что у нас есть волшебное зеркало Снежной Королевы или цифровой аналог яблочка на тарелочке?

– У меня есть мыслеобраз, – вздохнула я. – Нарисую картинку.

– Да-да, мы её размножим и раздадим всем дядям-Стёпам-постовым, – язвительно подхватила подруга. – Вместо фоторобота. Ты как хочешь, а я подключу Тоху. И без Димыча не смогу, «Приват» ему подчиняется.

Тоха – компьютерный гений, главный разработчик всех программ для умных охранных систем и объект пристального интереса моей подруги. Думаю, если бы не её статус в стае, они давно были бы вместе. Ну а «Приват» – частное охранное предприятие Дронова-младшего.

– Алис, вообще-то это мой… – я замялась, подбирая слово, – моё задание. Это я должна Арканову, а не ты и твоя стая.

– А что ты думала, когда рассказывала мне всё это? – взвилась Алиска. – Что я выслушаю и просто постою в сторонке?! Между прочим, в одного веселиться грех. Я тоже хочу искать драконью дочку. Мне брата женить надо, а она, знаешь ли, невеста что надо. С перспективой невеста.

С перспективой в лице Арканова в качестве родни? Не-ет, увольте, врагу не пожелаю. Хотя анималы… они всё же другие и думают тоже по-другому. Конечно, женитьба на дочери Старшего Дома автоматически вознесёт Дроновых на вершину межклановой иерархии.

Пока я крутила эту мысль, дверь широко распахнулась.

– Невеста? – рыкнул высокий и широкий парниша с растрёпанной тёмно-русой шевелюрой и светлыми (то ли серыми, то ли голубыми) глазами – Дмитрий Дронов собственной персоной. – Ева, тебя можно поздравить?

Не знаю, как ему это удавалось, только в безупречной вежливости всегда сквозила насмешка. Впрочем, задеть меня очень сложно, так что пусть мальчик веселится.

– Да я про твою невесту, при чём тут Ева? – оскалилась в ответ его сестра. – У Араканова есть дочь, представляешь? Вот кто тебе нужен.

– Кто мне нужен, решу я сам, – резче обычного сказал Дмитрий.

У них с Алиской часто бывали стычки по поводу предполагаемого брака и невест, я привыкла. Потом он улыбнулся, давая понять, что дебаты закрыты, и сказал «здрасте». Я тоже улыбнулась и вяло помахала ему рукой. Нельзя мне отвлекаться, мне драконью дочь искать надо.

– А, ты думал, что Ева нашла себе нового мужа? Нет, она нашла себе новых проблем, – продолжила бесцеремонная подружка. – Ев, ну пожалуйста, можно я расскажу?

{В голове Евы

– Давайте, давайте согласимся, Дроновы сильные, они нам помогут, – ныл, вздрагивая от пережитого, Зверёк.

– За что нам это, за что? – заламывала в уголке руки Суккуба.

– Это наш долг Жизни, – холодно возразил Вампир. – Нам поручено, нам и выполнять.

– Отказ от помощи, предложенной от чистого сердца – это гордыня, – мягко ответила Совесть. – Гордыня грех. Мы согласны.}

– Ева? – строго, будто имел на это право, спросил Дронов.

Я вообще не собиралась перед ним отчитываться. И ничего рассказывать не собиралась. Но Алиска всё равно уже сболтнула про драконью дочь. Я кивнула пристально глядящей на меня подруге, и та развернула перед братом всю картину. За исключением, конечно, истории моих отношений с Аркановым.

Может, у Дронова был свой интерес (скорее всего, ведь невеста ему действительно нужна), но желание Алиски помочь протеста не вызвало. Он прихватил стул и уселся на нём верхом, развернувшись к дивану. Из голоса пропали резкие ноты, а взгляд стал заинтересованным.

– Значит, девушка скоро объявится у нас? – выцепил он из кучи самую важную информацию. – На своём поле и играть легче. Ева, когда будет картинка?

Мне для работы нужен только планшет, в идеале – мой, но если срочно, то любой. Если отвлекать не будут, сделаю к вечеру. Дронова это устроило.

– Соберу ребят из «Привата», на всякий случай пусть дежурят на вокзалах и в аэропорту.

– Тоху надо позвать, – важно сказала Алиска. – Пусть поищет инфу про ту историю с депутатом тире чиновником. Может, что полезное про девчонку всплывёт.

– Не возражаю, – кивнул ей брат.

Что ещё можно сделать? Ведь наверняка можно. Что-то я упускаю… Когда в голове возник ответ, я даже пальцами прищёлкнула от простоты решения. Ведьма! Мне нужна хорошая ведьма-гадалка.

У мамули была одна знакомая, вредная баба с мерзким характером, но гадалка отменная. Ничего, позвоню, встречусь, сглазы мне не страшны. Когда я взялась за мобильник, оказалось, что брат и сестра пристально смотрят на меня с практически одинаковым нехорошим выражением.

– Я подумала, что надо навестить Анфису, – отчиталась я от греха подальше.

– Только не Анфису, – рыкнула моя подружка.

– Гадалка может быть полезна, – по лицу Дронова промелькнула тень, но он мужественно не скривился.

С Анфисой Леопольдовной Зыковой все старались поддерживать добрые отношения. Правда, не у всех это получалось. Например, Дроновы уже однажды попадали в поле её зрения. Было время, когда Анфиса активно искала мужа среди анималов. И молодой медвежий вожак по её мнению вполне подходил на эту роль. Алиса жаловалась, что после общения с Зыковой приобрела на память пару седых волос. Она с огромным трудом откупила брата дорогими подарками, ибо кто же в здравом уме ищет ссоры с ведьмой? Не обошлось и без моей мамули, которая тоже замолвила словечко за Дроновых.