- -
- 100%
- +
ПЛЕЙЛИСТ
ВТОРАЯ КНИГА ЦИКЛА "СЕРДЦА МАФИИ".
КНИГА ВЫШЛА В ПЕЧАТИ.
ВСЕ подробности в тгк автора: ваша реджина (смайлик лебедя)
Seafret — Atlantis
Lana Del Rey — Born To Die
Billie Ellish — everything I wanted
Shy Smith — Soaked
James Arthur — Car’s Outside
Ari Abdul — Babydoll
Lana Del Rey — Diet Mountain Dew
Cigarettes After Sex — Touch
Jaymes Young — Infinity
Steve Lacy — Dark Red
Isabel LaRosa — I’m Yours
Gesaffelstein, The Weeknd - Lost in the Fire
Lana Del Rey — Summertime Sadness
Mark Ronson, Miley Cyrus — Nothing Breaks Like A Heart
Artic Monkeys — Do I Wanna Know?
Usher — Hey Daddy (Daddy’s Home)
Young The Giant — Mind Over Matter
The Neighbourhood — Daddy Issues
The Neighbourhood — Sweater Weather
Lana Del Rey — Sad Girl
Скриптонит — Космос
Посвящается женским сердцам, преодолевающим все преграды и открывающим новые горизонты, становясь примером стойкости и силы для окружающих. Моим девушкам мафии.
ОЗНАКОМЛЕНИЕ
Большая часть событий книги будет происходить на территории США.
США:
Нью-Йорк — КОЗА НОСТРА— семья Бенедетти
Нью-Йорк — БРАТВА(русская мафия) — семья Соколовых
Лас-Вегас — КАМОРРА— семья Конте
Чикаго — НДРАГЕНТА — семья Росси
Лос-Анджелес — ЯКУДЗА(японская мафия) — семья Симидзу. Семья Серра была до Якудзы, но была свергнута и уничтожена.
ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ:
(возраст указан на момент начала книги!)
Виктория Соколова — 17 лет.
Голубоглазая блондинка. Рост: 162 см.
Армандо Конте — 24 года.
Черные волосы, зелёные глаза, татуированное и накаченное тело. Капо Лас-Вегаса. Рост: 198 см.
Калисто Конте — 21 год.
Младший брат Армандо, Консильери Лас-Вегаса. Рост: 192 см.
Алессандро Конте — 18 лет.
Младший брат Армандо и Калисто. Рост: 190 см.
Марко Бенедетти (Мясник) — 23 года.
Головорез Каморры. Рост: 190 см.
Адриано Паризи — 17 лет.
Боец Каморры. Рост: 185 см.
Исао Симидзу — 20 лет.
Капо Якудзы. Рост: 175 см.
Рид Браун — 18 лет.
Друг Виктории. Рост: 182 см.
Николас Хэт — 20 лет.
Солдат и друг Виктории.
Джонатан — 30 лет.
Хакер.
ВТОРОСТЕПЕННЫЕ И ДРУГИЕ ГЕРОИ:
(по территориям)
НЬЮ-ЙОРК (итальянская мафия, КОЗА НОСТРА):
Капо — Франко Бенедетти — 53 года. 187 см.
София Романо — первая жена Франко, которая умерла от рака. 176 см.
Марко Бенедетти — 23 года — старший сын Франко Бенедетти и Софии Романо.
Матильда Бенедетти — вторая жена Франко. 33 года. 170 см.
Федерико Бенедетти — 14 лет — сын Франко и Матильды.
Паоло Бенедетти — 10 лет — сын Франко и Матильды
Дарио Грассо — 48 лет — консильери Франко Бенедетти
Джулия Грассо — 43 года — жена Дарио
Данило Грассо — 20 лет — сын Дарио и Джулии
Сильвия Грассо — 13 лет — дочь Дарио и Джулии
Пьетро Фабри — 47 лет — правая рука и головорез Франко.
Альба Фабри — 70 лет — мать Пьетро.
НЬЮ-ЙОРК (русская мафия, БРАТВА):
Николай Соколов — босс русской мафии. Дедушка Виктории Соколовой. Отец Григория Соколова — 70 лет.
Григорий Соколов — 50 лет. Консильери. Сын Николая Соколова и родной дядя Виктории.
Анна Соколова — дочь Николая. Умерла в молодости. Мать Виктории.
Сергей Авдеев (Лиам Браун) — 50 лет — правая рука Григория Соколова.
Русская мафия в Лос-Анджелесе:
Александр Авдеев — 25 лет — сын Сергея.
Виктор Авдеев (Ричард Браун) — 44 года. Родной брат Сергея. Солдат русской мафии.
Рид Браун (Рид Авдеев) — 18 лет — сын Ричарда.
Итан Браун — сын Ричарда и брат Рида. Умер в 17 лет (сейчас бы ему было 22, то есть около 5 лет назад).
Алексей Филатов (Майк) — 45 лет — тренер Рида и Виктории. Солдат русской мафии.
Нора — убитая служанка семьи Браунов.
ЛАС-ВЕГАС (КАМОРРА):
Армандо Конте — 24 года. Капо Вегаса.
Калисто Конте — 21 год — Консильери. Брат Армандо.
Алессандро Конте — младший брат Армандо и Калисто.
Марко Бенедетти (Мясник) — солдат, головорез и верный друг (брат не по крови) семьи Конте.
Адриано Паризи — 17 лет. Солдат Каморры. Один из лучших бойцов.
Анджело Карузо — 40 лет — младший босс Каморры. Младший босс Финикса. Солдат.
Адель Карузо — 20 лет — дочь Анджело.
Эмилия Карузо — 16 лет — дочь Анджело.
Мартино Ринальди — солдат Каморры, младший босс Денвера.
Орландо Моретти — солдат Каморры, младший босс Сиэтла.
Мэгги — домработница.
Сесилия Конте — мать братьев Конте и жена их отца.
Алонзо Конте — отец мальчиков.
ЧИКАГО (НДРАНГЕТА):
Джузеппе Росси — босс Чикаго — 52 года.
Ванесса Росси — жена Джузеппе —45 лет.
Илэрия Росси — 21 год — старшая дочь Ванессы и Джузеппе.
Мартина Росси — 15 лет — дочь Джузеппе и Ванессы.
Леонардо Росси — 20 лет — сын Джузеппе и Ванессы.
Оттавио Морелли — консильери Росси — 50 лет.
Сонна Морелли — вторая жена Оттавио — 25 лет.
Валериа Морелли — дочь Оттавио от первого брака — 21 год.
Сара Морелли — дочь от первого брака — 17 лет.
Берта Морелли — 6 лет — дочь от второго брака.
Самуэле Морелли — 3 года — сын от второго брака.
ЛОС-АНДЖЕЛЕС:
Семья Серра (итальянская мафия):
Адольфо Серра — 40 лет — бывший босс ЛА. Убит.
Сандра Серра — 38 лет — жена Адольфо. Убита.
Кармелла Серра — 18 лет — дочь Адольфо и Сандры.
Лия Серра — 14 лет — Средняя дочь. Убита
Каприс Серра — 11 лет. Убита.
ЛОС-АНДЖЕЛЕС (ЯКУДЗА):
Исао Симидзу — 19 лет — босс ЛА.
Кацу Симидзу — 44 года(было бы) — отец Исао. Убит. Бывший босс Якудзы.
Нацуми Симидзу — 40 лет. Мать Исао. Убита.
Макато Симидзу — 17 лет — родной брат Исао.
Мива Симидзу — 13 лет — сестра Исао и Макато.
Сумико Симидзу — 8 лет — сестра Исао и Макато
Мари Симидзу — дочь Исао
Тадао Саито — 20 лет — верный солдат Исао
Шин Саито — 20 лет. Брат-близнец Тадао. Верный солдат Исао.
Наоки Симидзу — приёмный брат отца Исао. Консильери.
Амэя Симидзу — 21 год — дочь Наоки.
Тэкера Симидзу — 17 лет — дочь Наоки.
Иоши Симидзу — 14 лет — сын Наоки.
СИЦИЛИЙСКАЯ МАФИЯ:
Гаспаро Ломбарди — Дон Сицилии —50 лет.
Риккардо Ломбарди — сын Гаспаро — 26 лет.
Лучиано Ломбарди — сын Гаспаро — 23 года.
Джульетта Ломбарди — дочь Гаспаро — 21 год.
ГЛАВА 57. Я УМЕРЛА
США, Лос-Анджелес
ВИКТОРИЯ КОНТЕ
Я понимала, что этот день рано или поздно наступит, но не ожидала, что так скоро — не после того, как мы с Армандо помирились.
Месяцем ранее.
— Здравствуй, Карла, — слышу тот ужасный голос, который не слышала уже много лет.
— Здравствуйте, отец, — пытаюсь твердо ответить, не показывая дрожь в голосе.
— Если честно, я удивлён, Карла, — начинает говорить он своим холодным голосом. — Ты оказалась умнее, чем твои братья. И я даже купился на вашу уловку с трупом другой девочки, — усмешка тут же пробегается по линии его голоса, а по коже — мурашки. — Я и вправду думал, что ты мертва, какое-то время. Но Пьетро сказал, что я ошибался, что всё это время ты вместе с этими русскими выродками водили меня за нос. А ты знаешь, как я не люблю, когда со мной играют, — он делает паузу. — Я не прощаю такое, Карла.
— Что тебе нужно? — резко спрашиваю я.
В трубке раздаётся его противный смех. Дыхание сбивается. Этот смех не раз преследовал меня в кошмарах.
— Всё просто. Мне нужна — ТЫ, — твёрдо заявляет он.
И теперь смеюсь уже я. Это истерический смех.
— Ты серьёзно думаешь, что я откажусь от всего, что у меня есть, и приду к тебе? Добровольно? — задаю ему вопрос, когда мне удаётся успокоиться.
— Да, я так думаю. И я даже больше скажу — ты сделаешь это сама. Ты сама придёшь ко мне, — он слишком уверен в себе. — Ведь у меня есть тот, кто явно тебе дорог, — и напряжение стягивает всё тело. — Джонатан. Твой дружочек у меня, — и дыхание обрывается.
— Если и приду, то только чтобы убить тебя, Бенедетти. Все эти годы только и мечтала о том, как буду пытать тебя, резать твоё тело на части и истязать твой разум, — твёрдо заявляю ему.
— Ну тогда приходи и сделай это, Карла. Только вот не факт, что твой друг будет ещё жив к этому времени.
— Джонатан умрёт за меня, если потребуется, — бросаю это ублюдку в трубку. — И он не стоит того риска, — ложь звучит довольно уверенно, хотя каждое слово режет изнутри.
— То есть я могу его убить? — уточняет он.
— Да, сделай это прямо сейчас, — твёрдо произношу эти слова, которые отдаются в сердце болью.
— Хорошо, я даю тебе месяц. Месяц на то, чтобы всё обдумать. Пока Джонатан побудет у меня, и я не трону его. Однако это не всё, Карла. У меня есть и то, ради чего ты будешь готова рискнуть. Ради этого ты придёшь ко мне, ради него откажешься от всего, что имеешь сейчас, — сглатываю. — Через месяц я наберу тебя, и ты должна будешь дать мне свой ответ. Если не возьмёшь трубку, я сразу же убью этого рыжего ублюдка. Надеюсь, ты меня поняла. Ровно один месяц, — и он сбрасывает звонок.
Сейчас был поздний вечер, я заперлась в ванной, чтобы принять душ, как сказала Армандо, но на деле ждала звонка. Он написал сообщение, что наберёт в 21:00.
Вскоре он и вправду позвонил, трубку поднесла к уху почти сразу.
— Вижу, ты ждала моего звонка, — он усмехается.
— Он жив? — тут же спрашиваю, выдав свою слабость.
— Да, — быстро, но уверенно отвечает этот урод. — Но давай поговорим о другом. О твоём брате, — пальцы сильнее сжимают телефон в ладони.
— Причём тут Марко, если тебе нужна я? — выдыхаю в недоумении.
— О, ты права, мне нужна исключительно ты, однако я говорю не о Марко, а о другом твоём брате, который и послужит для тебя стимулом, — твёрдо говорит мужчина, и мои глаза округляются до невозможных размеров. — Лоренцо жив. И сейчас он находится прямо в моих руках. Если хочешь увидеть своего близнеца живым, то рано утром, на рассвете, покинешь Лос-Анджелес. За городом мои люди будут ждать тебя. Я скину точные координаты.
Но вместо паники вырывается лишь смех.
— Ты — больной! — кричу ему в трубку. — Лоренцо мёртв, ты убил его!
— Я не убивал его, — быстро отвечает этот ублюдок, и моё дыхание опять перехватывает.
Этого не может быть. Не может.
— Играешь в подлую игру, Бенедетти. Зачем приплетать сюда моего брата, который уже много лет как мёртв? — рычу.
— Он жив, и я могу с лёгкостью доказать это, если ты не веришь. Но для этого ты должна вернуться в Нью-Йорк, — продолжает настаивать он, а меня уже всю потряхивает.
— Ты врёшь! — срываюсь на крик, но тут же вспоминаю, что меня могут услышать, и быстро прикрываю рот рукой. — Ты просто добавил мне ещё одну причину, почему я хочу тебя прикончить.
— Я ведь думал, что ты умная девочка, но, кажется, ошибался. Гены твоей чёртовой матери дают о себе знать, — он специально бьёт по больному. — У меня мало времени, Карла. Слушай внимательно и не перебивай. Всё это время твой близнец находился рядом с тобой. И ты даже не догадывалась, хотя я думал, что ты поймёшь, что Адриано Паризи — твой брат, в первую же неделю. Но нет, — заявляет Франко, и дыхание становится совсем тяжёлым, рука автоматически тянется к горлу. — Разве ты не замечала ничего странного в нём? Например, глаза. Они такие же, как твои. А шрамы на запястьях?
И я замираю.
Боже мой. Нет. Это не может быть правдой.
Адриано никак не может быть моим братом: он старше на несколько месяцев, его родители всю жизнь жили в Вегасе, он вырос здесь. Да, глаза, безусловно, похожи, но и только.
Он врёт. Чёрт возьми, он просто врёт.
А потом воспоминания хлынули одно за другим.
— Это Адриано. Адриано Паризи, — продолжает он, и в тот момент, когда поворачиваю голову и смотрю на парня рядом, в одно мгновение просто перестаю дышать.
Небесно-голубые глаза смотрят прямо в душу. Он мягко улыбается и что-то спрашивает, но слова не доходят — звук будто выключили. Взгляд не получается отвести от этого светловолосого парня. Всё это время даже не дышу, и в следующую секунду чувствую, как подступает приступ, которого не было уже слишком давно. Бокал с вином выскальзывает из руки и разбива-ется вдребезги об стол, осколки разлетаются во все сто-роны.
Кажется, один из них попадает в кожу, но на это совершенно плевать — ни боли, ни звуков вокруг не слышно. Существуем только мы двое — и его взгляд. Сам Адриано уже вскакивает со стула и с явным беспо-койством смотрит на меня.
— Ты напомнил мне моего брата, — начинаю тихо. — Когда увидела тебя, то подумала, что ты — это он. Просто хотела верить в это. Но такого не могло быть: мой брат умер, когда ему было девять, — сглатываю. — И тогда моя жизнь разрушилась.
— Ты действительно его любишь? — спрашива-ет прямо.
Поворачиваю голову и смотрю в его глаза, такие же ярко-голубые, как мои. Или это просто так кажется.
— Думаю, что да, — честно отвечаю.
— Я знал, что между вами что-то есть, — он слабо усмехается. — Сразу понял это, когда Армандо увидел нас у бассейна. Он тогда был в ярости. — На лице появляется улыбка, но глаза остаются грустными. — Знаешь, я рад, что в его жизни появилась ты.
— Ты не знаешь меня, — тихо говорю.
— Возможно. Но есть какое-то странное ощуще-ние, предчувствие, называй как хочешь, — говорит он, и наши взгляды снова встречаются. — Будто я уже где-то видел тебя. Будто мы когда-то говорили раньше.
— Что тогда произошло? Почему девятилетний ребёнок пошёл на это?
— Я уже как-то говорила. В тот день, прямо у меня на глазах, убили брата. Моё сердце. Мою душу. Он был всем моим миром, — сглатываю. — Моё детство закончилось именно тогда, в день его смерти. — Адриано смотрит с искренним сочувствием. — Когда впервые увидела тебя, мне показалось, что ты — это он. Ты очень на него похож. Именно так представляла его, если бы он вырос. Что-то в тебе напоминает моего брата.
—Больно, — только это удаётся прошептать.
Он смотрит на меня испуганно, затем вскакивает на ноги и замечает кровь.
— Твою мать! — кричит он, и его голос тонет в общем хаосе.
Через пару секунд подхватывает меня на руки и куда-то несёт, но сознание уже ускользает.
— Поговори со мной! Виктория, слышишь?! Ты не должна закрывать глаза! — кричит он, и это послед-нее, что успеваю услышать, прежде чем вновь погружаюсь в темноту.
— Ты — сумасшедшая, — вдруг заявляет Адриано, на что лишь закатываю глаза. — Я, чёрт возьми, так испугался за тебя, — вырывается у него, и мои глаза округляются. Кажется, он сам не понял, как сказал это вслух.
— Почему?
— Я... — он медлит. — Я и сам не знаю, — Адриано выглядит потерянным. — Когда в тебя выстрелили, я будто что-то вспомнил. Какие-то новые странные картинки появились в голове.
Напрягаюсь, действительно не понимая, о чём он говорит.
— Какие картинки? — только успеваю спросить, как в палату заходит Калисто, а сразу за ним следует Алессандро.
Пытаюсь сделать хоть один шаг, но понимаю, что не могу. Неожиданно для всех нас Адриано подхватывает меня на руки и быстро несёт к выходу из больницы.
— Так будет быстрее, — коротко бросает, и спорить ни у кого не хватает ни сил, ни желания
.
Сажусь прямо на асфальт, закрываю лицо руками и по-настоящему стараюсь не заплакать, но первая слеза всё равно скатывается по щеке.
— Ты не должна плакать из-за них, — вдруг слышу голос Адриано, что искренне удивляет. Вытираю лицо, поднимаю голову и смотрю на него.
И тут я замираю.
На его спине — огромный ангел с крыльями. Настоящий ангел. Детальная прорисовка каждого пера, линий тела, лица.
Не выдержав, тяну руку и осторожно касаюсь крыльев. Чувствую, как все его тело напрягается.
Провожу пальцами по одному крылу, затем по другому и резко убираю руку.
Адриано поворачивается ко мне, мы снова смот-рим друг другу в глаза.
— Почему? — только это и вырывается у меня.
— Почему любимая? Или почему ангел? — уточняет он. — Ни на один вопрос не отвечу.
Снова вглядываюсь в его голубые глаза.
— Ты знаешь ответы на оба, просто не хочешь признавать, — тихо говорю.
На его лице мелькают замешательство, потом грусть и даже отчаяние.
— Знаешь, у меня тоже есть тату с ангельскими крыльями. Не такая большая, как твоя, но все же, — говорю, мягко улыбаясь.
Он удивленно смотрит на меня.
— Не думал, что у тебя есть татуировки, — при-знается он.
Усмехаюсь, поднимаю правую руку и показываю запястье: тонкий шрам от пореза, а над ним — крылья и нимб.
Он резко останавливается, уставившись на мою руку.
— Откуда этот шрам? — напряженно спрашивает он.
Я выдыхаю глубже.
— Этот шрам — моя клятва. Напоминание о брате, которого убили, — говорю медленно. — Нам бы-ло по пять, когда Лори придумал клятву на крови. Он украл у отца нож, когда того не было дома, и мы ночью порезали себе запястья и поклялись не бросать друг друга. Никогда.
Замолкаю.
— Ты так сильно любила его? — спрашивает Адриано. Останавливаюсь и смотрю ему прямо в глаза.
— Больше своей жизни, — отвечаю, не раздумы-вая. — Он мой близнец. Он был частью меня. А потом эту часть вырвали. Сердце разрубили пополам и оста-вили мне только одну половину — темную, как грозовую тучу.
В его глазах — настоящее сожаление.
Начинаю вырываться, случайно хватаюсь за его запястье и чуть стаскиваю браслет. Но то, что вижу, заставляет вздрогнуть.
Он быстро поправляет браслет на место, а я за-мираю, перестав сопротивляться.
Показалось.
Этого не может быть.
— Ты дрожишь, — замечает Адриано. И дей-ствительно, всё тело мелко трясёт. — И побледнела.
Он отпускает руку, и меня пошатывает, парень тянется поддержать за локоть, но выставляю руку, оста-навливая его.
Показалось. Просто показалось.
Снова смотрю в его голубые глаза.
В тот день, когда случайно задела его браслет, увидела шрам. Почти такой же, как у меня, только на другой руке. Убеждала себя, что это игра воображения. Но нет.
Это был настоящий шрам.
Тот самый, который он получил в детстве, когда мы клялись быть всегда вместе.
Адриано Паризи — это мой брат. Мой Лоренцо.
Слёзы тихо текут по лицу.
— Молчишь, значит, всё поняла, — голос Бенедетти резко выдёргивает из воспоминаний.
— Это бред, чёрт возьми! — рычу в трубку сквозь слёзы. — Этого не может быть. Почему тогда он не вспомнил меня? Он видел мой шрам!
— Лоренцо потерял память после того случая, — твёрдо заявляет он. — Я тоже не знал об этом. Однако Пьетро знал. Он спас его.
— Это ложь! — слёзы уже водопадом стекают по моим щекам.
— Я действительно выстрелил в Лоренцо, но пуля попала чуть выше сердца, — продолжает он. — Три месяца он был в коме. Когда пришёл в себя, ничего не вспомнил. Пьетро нашёл для него приёмных родителей, у которых никогда не было детей. Он объяснил им ситуацию, и они решили усыновить мальчика. Пара оказалась из Вегаса. Ему было сказано, что он их сын, когда тот очнулся.
— Ты не знал об этом, — вдруг осеняет меня. — Не знал. Пьетро пошёл против тебя и твоих приказов, чтобы уберечь Лори.
Скрип зубов в трубке выдаёт его ярость. Я оказываюсь права.
— Суть не в этом, Карла. Твой брат сейчас у меня, и если не сделаешь, как я скажу, то сегодня потеряешь двух дорогих для себя людей. И да, ты должна молчать. Никто не должен узнать о нашем соглашении. Иначе я убью их, — заявляет он, и холодный пот делает мои ладони влажными.
— Мне нужны доказательства. Ты мог просто-напросто придумать эту историю, — выдыхаю, стирая пальцами слёзы на своих щеках.
— Я сделал тест ДНК, чтобы точно убедиться, что он мой сын. Я всегда проверяю информацию, которую получаю, — уверенно произнёс он. — И покажу тебе результаты теста, как только прилетишь в Нью-Йорк.
Чёрт.
Мой отец хоть и был грёбаным ублюдком, но никогда не лгал нам. Часто недоговаривал, уходил от ответа, но не врал.
— Твоё время подходит к концу. До рассвета осталось несколько часов. Тик-так, милая моя дочь, — и он снова сбрасывает звонок.
Колени подламываются, с грохотом падаю прямо на плитку, наверняка разбивая их, но боли не чувствую.
Этого не может быть.
Все эти годы я считала близнеца мёртвым, а он был так близко. Но как он оказался у Бенедетти?
Схватив телефон, судорожно набираю номер Ника.
— Ты где? — резко спрашиваю я.
— Я уехал в Вегас, как только узнал, что Джонатан вернулся. Не стал беспокоить тебя, у тебя явно был отличный марафон секса, — он усмехается. Но мне сейчас не до шуток.
— Что? Джонатан? — переспрашиваю, не веря своим ушам.
— Да. Только я приехал, а его уже не было дома. Солдаты сказали, что они куда-то уехали вместе с Адриано, — отвечает он. И тут я всё понимаю…
— Твою мать, — шепчу в трубку. — Найди их, Ник. И не верь Джонатану, слышишь?
— Что? Почему? Что случилось? — начинает заваливать вопросами.
— Найди их и перезвони, как только что-то узнаешь! Сделай это, сейчас же! — кричу ему, сбрасывая звонок.
Резко поднимаюсь на ноги и начинаю умываться. Коленям повезло — обошлось без серьёзных повреждений.
Чёртов Джонатан. Он не мог так поступить со мной.
— Всё в порядке? — слышу голос Армандо за дверью и быстро выключаю воду.
— Да. Пара минут — и выйду, — стараюсь ответить как можно спокойнее.
Взгляд в зеркало — и в нём мои глаза. Такие же, как у Адриано.
Как раньше не замечала? Должна была догадаться ещё тогда, когда увидела его тату, чёрт возьми. А тот шрам. Это был последний пазл, но даже тогда отказывалась верить.
Глубоко выдохнув, натягиваю на лицо улыбку и выхожу из ванной.
Армандо сидит на кровати, что-то печатая в своём телефоне. Как только замечает меня, то тут же откладывает мобильный, притягивает меня к себе и ставит между своих ног. Я быстро наклоняюсь и целую его в губы.
— Всё хорошо? — спрашивает, когда отстраняется. Кажется, что он чувствует, что что-то не так.
— Абсолютно, — быстро отвечаю и тут же накидываюсь на него с жадными поцелуями. Он не сопротивляется, давая мне повалить себя на кровать.
А потом мы занимаемся такой прекрасной, сладкой любовью. Я наслаждаюсь каждым его прикосновением, стараясь запомнить их как можно лучше. Наслаждаюсь страстными поцелуями, его упругим, мускулистым телом, стальными кубиками пресса, чёрной аккуратно подстриженной бородой, мягкими тёмными волосами, красивыми зелёными глазами, ровным носом, густыми бровями и ресницами.
Пытаюсь запомнить каждую деталь.
Я просто нуждаюсь в нём. Просто люблю его.
Спустя несколько часов безудержного занятия любовью он засыпает крепким сном. Даже я не выдерживаю — погружаюсь в сон рядом с мужем, как вдруг телефон вибрирует, заставляя меня моментально проснуться. Тут же хватаю его, накидываю халат и выскальзываю из комнаты, боясь разбудить Армандо. Но мне действительно везёт, сегодня он спит очень крепко.
— Я не могу их найти, Виктория, что, мать твою, происходит? — без приветствия начинает Ник. — Они как сквозь землю провалились.
— Чёрт, чёрт, чёрт, — шепчу, отойдя подальше от комнаты. — Адриано похитили, — твёрдо говорю я ему.
— Что? Кто? Джонатан? — Ник прибывает в шоке.
— Да, Джонатан, — быстро отвечаю. — Не задавай лишних вопросов. Я не могу с тобой говорить, — сердце сжимается от мысли, что Бенедетти может прослушивать телефон. — Забудь про это, слышишь? Больше не ищи их.
— Объясни мне, чёрт возьми, что случилось! — рычит он в трубку.