- -
- 100%
- +
Валерия, выпрямилась.
– А ведь я тебе только что давала шанс. Но ты им не воспользовался, – она резко развернулась и пошла в сторону двери.
– Стой! – Богдан быстро встал и подошёл к Валерии. – Откуда узнала?
– Значит, это всё-таки правда. Почему мне не сказал?
– Максим просил молчать, – стоя за спиной Валерии, он аккуратно положил на её плечи свои руки и искренне попросил, – Извини.
И тут же почувствовал как под его руками, плечи Валерии опустились. Он обошёл и заглянул в её глаза. По женским щекам медленно стекали слёзы.
– Прости, – повторил Богдан и прижал Валерию к своей груди.
– Я хочу его видеть, – тихо попросила она.
– Это очень проблематично сделать. Он живет, как затворник. Гостей не принимает. Врачей разгоняет. Отец к нему ездит каждый день, но Максим и его долго не терпит. Я много раз пытался вытащить его из дома, но он, ссылаясь на быструю утомляемость, отказывается покидать дом.
– Я должна его видеть, – твердым голосом повторила Валерия, отстраняясь от мужской груди.
– Лера, это повлечёт больше проблем, чем…
– Значит так! – приняв решение, резко оборвала его Валерия. – В ближайшие два дня меня не будет. Все заказы переноси на потом. Что я не доделала, либо пусть заканчивает Арнольд, либо, если сроки не горят, ждите меня. Не устраивает это предложение, можешь меня уволить!
– Лера, успокойся! Я даю тебе выходные. Даже три дня можешь не появляться в «Кардане». Ты только не кипятись. Спокойно взвесь все обстоятельства и возвращайся на работу. Мы что-нибудь придумаем. Я обязательно потом тебя отвезу к Максиму.
Внимательно посмотрев на Богдана, она похлопала его плечу и вышла из кабинета.
***
В тот же вечер, припарковав машину перед домом Максима, Валерия подошла к закрытым воротам. Немного подумав, осмотрела преграду и подняла ногу на выступ кованного декоративного элемента ворот. Затем рукой зацепилась за ещё один выступ… и дело пошло. Спустя два метра вверх и один прыжок вниз, Валерия оказалась во дворе.
«Это ещё хорошо, – подумала она, – что у него нет собак и сигнализации».
Пройдя по дорожке к дому, Валерия оказалась непосредственно перед входной дверью. Тихо опустив ручку, она столкнулась с ещё одной преградой. Дверь тоже была закрыта на замок.
«Не беда, - рассудила она, – есть ведь ещё окна»!
Тем более, что зная расположение комнат, Валерия точно знала, какое окно может её впустить. Обойдя вокруг, она заприметила, что небольшое окно в ванную комнату приоткрыто. Это свидетельствовало, что хозяин дома в данный момент не принимает водные процедуры, т.е. его в этой комнате нет. А значит, момент неожиданности от её вторжения сохраняется. Но для того, чтобы проникнуть в дом через это крохотное окошко, Валерия должна снять своё кремовое драповое пальтишко.
И ещё нужно раздобыть лестницу.
Оба дела были сделаны на раз. Лестница нашлась около сарая. Сняв пальтишко, она закинула его в окно. А после, приставив лестницу, стала подниматься. Но заглянув в окно, поняла, нужно развернуться и в дом проникать ногами вперёд. Иначе, приземлившись головой вниз, рискует умственными способностями. Развернувшись, она юркнула внутрь и приземлилась на пол. Точнее на собственное пальто. От грязной обуви на нём появились следы. Выругавшись, Валерия села на пол, сняла сапоги и поставила их в уголок. Подняла пальто, включила холодную воду тонкой струйкой и застирала пятна на испачканной вещичке. Пальто стало чистым, но мокрым. Посмотрев по сторонам, Валерия приметила батарею, на которую и водрузила своё пальтишко для просушки.
Можно было идти дальше.
Гостья высунула голову из ванной комнаты и, убедившись, что никого в коридоре нет, пошла вглубь дома.
Спящего Максима она нашла в его спальне. На мужском лице была недельная щетина, волосы отросли и теперь дополняли неряшливый вид. Но что действительно пугало, так это наличие в комнате инвалидного кресла. Оно стояло рядом с кроватью.
Какая перемена в жизни? Раньше этот мужчина ездил на белом шикарном внедорожнике, а теперь автомобиль разбит, а ему на смену пришло вот это двухколёсное чудовище.
Валерия поправила одеяло, укрыв ноги Максиму, и вышла из комнаты. Пошла на кухню, пошарила в холодильнике, извлекла из него то, что ей больше приглянулось. Вымыла руки и принялась готовить ужин.
***
Максим проснулся. Потянулся за пультом. Телевизор, повинуясь, включился. По новостному каналу шла очередная порция информационного потока событий со всего света. Немного посмотрев, Максим перевалился на край кровати и начал вставать.
Он ехал по коридору, когда услышал шум, идущий с кухни. К тому же, аромат оттуда же, свидетельствовал, что там кто-то вовсю орудует.
Но кто? Отец сегодня уже был, младшая сестричка Маша приезжала вчера. Маринка собиралась приехать только завтра.
Максим, теряя терпение, преодолел расстояние и въехал на кухню. Там его ждал неожиданный гость. Хотя гости себя так не ведут. Они не устраивают кулинарные поединки из хозяйских продуктов. Но не столько это шокировало Максима, как сама персона, посетившая его.
– Ты что здесь делаешь? – гневно спросил он.
Валерия от неожиданности вздрогнула и ойкнула.
– Ты меня напугал, – посмотрев на Максима, призналась она. – Привет! А я, как всегда, немного разжиться провизией решила. Ты не против?
Максим, подъехал ближе и внимательно посмотрел на Валерию.
«Необычный ракурс, – подумал он, – обычно эта маленькая женщина на меня смотрела снизу, а теперь вот я на неё смотрю снизу».
– Не против. Бери, что хочешь, – ответил он серьёзным тоном и тут же добавил. – Я повторяю свой вопрос, как ты сюда попала и зачем пришла?
– Попала я сюда через незакрытое окно в ванной комнате. Пришла потому, что давно не видела тебя.
– А позвонить не могла? Я бы приготовился к твоему визиту.
– Как же! Ты бы сослался на занятость и отшил меня, так и не пригласив в гости!
– Правильно думаешь. Я и сейчас не в восторге от твоего визита.
– И зря! – радостно произнесла Валерия. – Я же не навсегда пришла к тебе. Сейчас поужинаем и я уйду. Не буду докучать своим присутствием.
– У меня аппетита нет. Я ужинать не собирался, – сухо сказал Максим.
– Тебе не понравилось, как я приготовила ужин в прошлый раз? И ты из вежливости не хочешь меня расстраивать? – улыбнувшись, спросила она.
– Валерия, а тебя ничего не смущает во мне? – теряя терпение, спросил он.
Она посмотрел наигранно внимательно на Максима, сидящего в инвалидном кресле, и пожала плечами.
– Нет.
– И даже теперь? – он продемонстрировал правую руку, кисть которой судорожно свело и согнутые пальцы, несмотря на прилагаемые усилия не разгибались.
– А! – щёлкнув пальцами, догадалась Валерия. – Точно! У тебя новый парикмахер. Это он посоветовал тебе не бриться? Небритость тебе не идёт. Брутальности, соглашусь, стало больше. Но ты и раньше был альфа-самцом.
– Лера! Кончай придуриваться! Меня успокаивать не надо. Я не маленький мальчик, и уже привык к своему положению. Я вот только не хотел бы тебе объяснять, насколько всё серьёзно. Так что, пожалуйста, давай в память о нашем былом знакомстве, сегодняшний вечер, если всё ещё хочешь, проведём вместе, но после ты уйдёшь. И больше, даже звонить не будешь. Договорились?
– Договорились, звонить не буду! – протянув ему левую руку, согласилась Валерия. Максим в ответ протянул свою левую руку и пожал женскую ладонь. – Но сегодня ты гостеприимный хозяин!
– Насколько смогу – согласился Максим, улыбнувшись в первый раз за весь вечер.
– Отлично! Тогда ужинаем?
– Уговорила. Что ты там приготовила?
– Ты будешь удивлён насколько продвинулись мои кулинарные способности с последнего раза, – Валерия стала расставлять, приборы на стол и выставлять всё то, что успела приготовить за время своего присутствия на кухне.
Ужинали они под бурную речь Валерии, которая в самых ярких красках описывала весёлые события из своей жизни за последние месяцы. Максим сам не заметил, как плотно поужинал. Валерия убрала со стола и приготовила чай.
– Где устроим чаепитие? – улыбнувшись, спросила она.
– А какие у нас варианты? – не подразумевая об уровне женской фантазии, спросил Максим.
– Ты даже не представляешь, какая я придумчивая! Мы можем пить чай на веранде, в зале, в спальне, даже можем одеться теплей, и отправиться на улицу.
– Стоп!– прервал Максим. – На улицу мы не пойдём. Там уже темно. К тому же, процесс одевания занимает у меня слишком много времени, а выходить на улицу только для того чтобы пить чай, это не рационально.
– А ты относись к жизни менее требовательно и получай удовольствие от того малого, что у тебя сейчас в руках.
– Но у меня ничего нет, – грустно произнёс Максим, взглянув в глаза Валерии.
– Неправда! У тебя есть… чай! – она вложила ему в левую руку чашечку с горячим чаем, обошла коляску сзади, взялась за её ручки и начала выкатывать из кухни.
– Куда мы едем?
– Уверена, ответ тебя удивит. Мы едем в ванную комнату! – победоносно заявила она.
– Зачем? – посмотрев через плечо на Валерию, поинтересовался Максим.
– Надеюсь, в благодарность за приготовленный мной ужин, ты позволишь вмешаться в твой имидж?
– Поконкретней, пожалуйста, выскажи своё желание, – начиная догадываться, что его ждёт, попросил Максим.
– Ты позволишь тебя постричь?
– А ты умеешь?
– Уверяю, хуже не будет! Но если тебе не понравиться, ты можешь в наказание подстричь меня.
– А можно выбрать другое наказание? – растерянно спросил Максим.
– Сегодня, всё что угодно!
– Ладно.
Они въехали в ванную комнату. Максим на тот момент уже выпил большую часть своего чая, поэтому отдал чашку Валерии и, показав, где лежат ножницы и простыня для накидки, отдался в руки этого неизвестного мастера парикмахерского дела.
Спустя полчаса, когда стрижка была закончена, Валерия сняла с мужских плеч простыню и принесла большое зеркало, висевшее до этого на стене.
– Дорогой клиент, можешь посмотреть на себя, – она поводила зеркалом, демонстрируя результат своего труда. – Годится?
Пострижен он был прекрасно. И, конечно же, ему понравилось, но просто так сдаваться Максим не захотел.
– Ой, не знаю, – капризничал он. – Раньше как-то теплее, что ли было. В общем, если ты готова принять моё наказание, я приму работу.
Валерия отставила зеркало и удивлённо посмотрела на Максима.
– Чего же ты хочешь?
– Бриться.
– Это мы в момент! – обрадовалась Валерия. – Где бритва твоя?
Максим показал на свою бритву и другие нужные для этого процесса принадлежности, и Валерия приступила к новому делу.
Вскоре, его родное лицо смотрело на неё. Те же глаза, губы, та же мужественная линия подбородка. Когда Валерия закончила, Максим не стал просить зеркало, он только спросил, нравится ли ей самой результат её трудов. Валерия ответила, что очень. После чего Максим попросил оставить его одного в ванной комнате, и она вышла.
Ему понадобилось около тридцати минут, чтобы встать, раздеться, обмыться под душем, стоя на одной ноге и потом одеться. Теперь на нём был домашний халат, вместо спортивного костюма, в котором он ужинал. Он выехал из ванной комнаты и, не видя гостью из коридора, крикнул.
– Валерия! – она выскочила из зала. – Валерия, будь добра, принеси костыли, они где-то в прихожей.
– Хорошо, – сказала она и скрылась в прихожей.
Буквально через минуту Валерия принесла костыли и помогла Максиму встать на них.
– Больно? – с сочувствием спросила она.
В ответ Максим отрицательно махнул головой и опустил глаза. Приложив максимум усилий, он сделал пару шагов. Валерия обошла его и стала придерживать сзади. Больше помогая морально, чем физически. Поскольку, несмотря на худобу, мужчина в силу большого роста, был неподъёмной ношей для Валерии. И в случае падения или потери им равновесия, она бы смогла только смягчить своим телом его неудачный манёвр.
– Куда мы идём? – бодро спросила Валерия, когда Максим сделал ещё несколько шагов.
– В спальню.
– Оптимистичное заявление! – невольно вырвалось у неё. – Но, как мне кажется, для начала можно было бы и о чувствах высоких поговорить, а уж потом в спальню меня тащить.
Максим остановился, посмотрел на Валерию и снова пошел.
– Эх, Валерьянка, где же ты была раньше, когда я мужиком полноценным был? Тогда бы я тебе ответил. А сейчас я буду терпеть, и сносить колючие твои слова. Противопоставить мне нечего тебе. Я уже не тот, что был раньше. Поэтому давай не будем питать наивных иллюзий относительно… отношений между нами. Мы, как и договорились, уже отужинали, и тебе пора домой. Повидались на прощание и хватит. Нечего тебе больше делать у меня. Твоё присутствие меня напрягает. Лучше будет, если ты прямо сейчас уйдёшь, – он сделал ещё несколько шагов.
– Хорошо. Сейчас, только доведу тебя до кровати и отчалю.
Оставшийся путь они преодолели в молчании. Только руки свои Валерия не убрала, так и вела его, обняв сзади. Когда они добрались, Максим отставил костыли и стоя на одной ноге развернулся и неуклюже сел на кровать.
– Как-то так, – без жалости к себе, прокомментировал он свои жалкие теперешние физические возможности.
– А мне понравилось. Нет! Ты не подумай ничего плохого, но так я, по крайней мере, уверена, что ты не снимешь с меня лифчик или не утащишь, куда-нибудь против моей воли.
– Ладно, – Максим махнул рукой в знак того, что не намерен с ней вступать в перепалку. – Прощай, Валерия… Мне, конечно, жаль, что всё так закончилось. Но уж лучше так, чем жить в иллюзиях. Пожалуйста, больше меня не беспокой и не нарушай мой скромный ритм жизни. Надеюсь, ты найдёшь выход из дома сама? Ещё не забыла?
– Я помню всё, – сказала она, стоя напротив него. – Спокойной ночи.
Она уже было сделала шаг в сторону двери, как услышала мужской голос, который на этот раз был более мягким, чем за последние несколько минут их беседы:
– Ты же на машине приехала? Домой доберёшься без проблем?
– На машине. Не волнуйся. Я буду ехать осторожно.
– Ну, поезжай.
– Максим… – попыталась сказать Валерия о чём-то наболевшем.
– Нет, Лера, поздно! Во всех смыслах, поздно. Уезжай.
Валерия развернулась и вышла из спальни. Максим продолжал сидеть на кровати, пока не услышал звук закрывшейся входной двери. Затем он проглотил обезболивающее средство и завалился на кровать. Сон не шел, да и не мог прийти к нему после такого вечера.
А Валерия, приехав домой, быстро искупалась, и отправилась спать, поскольку точно знала, завтра с утра у неё много дел. И начать надо со сбора своих вещей.
***
Геннадий Витальевич долго не решался спросить у сына, что произошло в его отсутствие. Он с порога оценил те перемены, что произошли с сыном. Теперь его встречал не угрюмый заросший инвалид, а вполне ухоженный мужчина. Выбритый, подстриженный. И если первое сын ещё как-то мог сделать сам левой рукой, то со стрижкой ему явно кто-то помог. Но поскольку сам Максим молчал, Геннадий Витальевич лишь высказал комплимент по поводу внешности сына. И ждал полную версию произошедшего. Но ждал напрасно. Максим молчал.
– Сынок, проходи на кухню, давай позавтракаем. Я с утра в магазин заезжал, вкусненького подкупил.
– Я плотно вчера поужинал, поэтому завтракать особо не хочу! – крикнул Максим из коридора.
– Чем ты мог тут плотно отужинать? – тихо спросил отец больше у себя, чем у сына.
Он открыл холодильник, чтобы поставить в него кое-что из привезённых продуктов и замер, поскольку точно знал его содержимое, и не понял, как продукты трансформировались и приготовились без его участия. Ведь кроме него самого тут никто не готовил вот уже которую неделю.
– Максим! – не выдержал отец. – А у тебя вчера гости были?
Максим вошёл на кухню на костылях и ещё больше удивил отца, поскольку раньше наотрез отказывался вставать на них.
– Да, был у меня гость. Но он был проездом и больше не приедет, признался Максим и прошёл к чайнику, чтобы приготовить себе быстрорастворимый кофе.
Отец от удивления и вовсе сел на стул.
– Максим, а может твой гость ещё как-нибудь к тебе приедет?
– Нет, отец, не приедет. Он и не должен был появляться. Это вообще была ошибка.
– Как сказать, – тихо прокомментировал отец слова сына.
Еще немного побыв в загородном доме, Геннадий Витальевич собрался и уехал. Но, что было прогрессом, Максим согласился с предложением отца поехать в ближайшее время к ещё одному светиле на приём и показать руку. Именно руку. Поскольку всё, что касалось нижних конечностей, упиралось в один фактор – время. Все остальные трудности решались постепенно, и с определённой позитивной тенденцией. А вот с рукой были проблемы. Нужно было работать в тесном контакте с нейрохирургами. Но поскольку сам Максим понимал в этом многое, прислушивался он к мнению других специалистов весьма поверхностно. И вот теперь, получив от Максима согласие, Геннадий Витальевич помчался организовывать встречу сына со специалистом, который мог, как ему казалось, помочь.
А Максим, отдохнув после визита отца, вышел на улицу, чтобы немного подышать свежим воздухом. Спустя четверть часа неспешной прогулки вокруг дома, он услышал звук подъехавшей машины. На сегодня у него был запланирован визит сестры Марины. И рассудив, что это именно она, он побрёл на костылях к воротам, чтобы открыть их и впустить родственницу.
Его предположение оправдалось. Марина выпорхнула из машины, и прошла во двор.
– Максимка, привет! – подойдя ближе, она поцеловала братика в щёку. – Хорошо выглядишь! Настроение как?
– Привет сестрёнка. Настроение хорошее.
Они вошли в дом. Буквально пару минут спустя к воротам подъехала ещё одна машина. Из неё вышла ещё одна гостья, но которую здесь явно никто не ждал. Она беспрепятственно вошла через приоткрытые ворота, поднялась по ступенькам и вошла в незапертый дом. И даже теперь её никто не увидел и не поприветствовал.
Но и не вышвырнул тоже! Что её особенно радовало.
Поняв, что хозяин дома с кем-то на кухне, Валерия, оставив свои вещи в прихожей, пошла на встречу с неизвестностью.
– Привет! А вот и я! – бурно поприветствовала она всех присутствующих.
Максим оторопел, а Марина улыбнулась незнакомке и перевела взгляд на брата, но поняв, что там не добьётся комментариев, вновь посмотрела на незнакомку.
– Максим, как ты и просил, я приехала! Мои вещи в прихожей, – сообщила Валерия, подойдя к Максиму, стоящему возле окна.
Без раздумий она поцеловала его в губы, а после обратилась к той, общество которой он разделял до её прихода:
– Здравствуйте, меня зовут Валерия, а Вас как?
– Марина, – улыбнувшись, ответила сестричка, удивлённая таким нежным нахальством гостьи по отношению к её брату.
– Марина! Сестра Максима, – Валерия напрягла память и мгновенно вспомнила всё, что рассказывал Геннадий Витальевич о своей дочке Марине. – Вы замужем восемь лет. Свадьба была в ресторане «Магнолия», гостей было больше двухсот. Вашего мужа зовут Игорь, он директор транспортной фирмы, а сын ваш, Димочка, в прошлом году пошел в первый класс. – Валерия уловила во взгляде Максима удивление, вызванное её осведомлённостью жизнью его сестры. – Мне о Вас Максим рассказывал, – нагло соврала Валерия, улыбнувшись Максиму. – А Вам обо мне он не рассказывал? – ещё раз она украдкой посмотрела на Максима и не почувствовала поддержку партнёра в его лице, который застыв так и продолжал наблюдать за этой сценой из категории «Нас не ждали, а мы припёрлись!»
– Нет, Валерия, мне о Вас Максим ничего не рассказывал, – растерянно ответила Марина, всё так же смотря, то на брата, то на его гостью.
Но брат молчал. В отличие от гостьи.
– Наверное, боялся спугнуть удачу в моём лице! – уверенно сообщила Валерия и ещё раз поцеловала Максима, на этот раз правда в щеку, а после приобняла его. – Ну, что же ты молчишь, дорогой? Поведай, кто я! – нежно выпрашивала она у Максима.
На этот раз он ожил и посмотрел на Валерию смеющимися глазами.
– Это твой бенефис, рассказывай сама, – дал отмашку Максим, сам не зная на что.
– Дело в том, Марина, что я…
Валерия в последний раз предоставила возможность Максиму возглавить процесс, пока он не стал необратимым, и испытующе посмотрела на него. Но он молчал. И только во взгляде Максима Валерия заметила, что он не меньше, чем его сестра, заинтригован дальнейшим развитием событий.
«Ну, что ж, – рассудила она, – сам виноват»!
И выдала то, на что была способна:
– Я любимая женщина Максима! Даже, можно сказать, невеста его.
Максим кашлянул в кулак. А Марина, не скрывая удивления, уставилась на Валерию и сглотнула пересохшее горло.
– Так вот… – продолжила Валерия свой монолог среди поверженных её исповедью, – Дело в том, что я узнала об аварии только вчера, когда вернулась в город. И то, узнала от посторонних людей! Наш дорогой Максимка, мне не решался открыть правду. Боялся, наверное, что я его замучаю своей заботой. Именно по причине моей неосведомлённости, я не примчалась к Максиму раньше. Иногда обстоятельства бывают выше желаний, – она посмотрела на Максима. – Ты же, мой милый, меня понимаешь?
– Иногда, – искренне признался Максим.
Они ещё какое-то время смотрели друг на друга и молчали. Марина осознав, что лишняя на этом празднике любви, сославшись на занятость и сказав, Валерии, что рада знакомству, ушла, тихо прикрыв за собой входную дверь.
Когда дар речи вернулся к Максиму, он первым делом спросил:
– Что это здесь сейчас было?
– За что боролись, на то и напоролись, Максим Геннадьевич! Сам этого хотел. Правда, было это летом. Но какая нам сейчас в принципе разница? Ты тогда предложил, я сейчас согласилась!
– Ты хоть что-нибудь, из мной сказанного вчера, слышала? – смотря в её блестящие голубые глаза, сдержанно спросил Максим.
– Слышать-то я тебя слышала, но я ведь тебя ещё и видела. Видела твои глаза, которые мне совсем о другом говорили.
Максим опустил взгляд, удобнее встал на костыли и решительно произнёс:
– Валерия, вещи свои можешь… не разбирать. Погостишь до вечера, если уж очень хочется и уезжай, – он медленно стал выходить из комнаты, не поднимая на Валерию свои глаза.
– А чем ты планировал сегодня заняться? – радостно спросила Валерия, получив отсрочку выдворения с его территории.
Её вопрос остановил Максима. Не оборачиваясь, он ответил:
– Так, с утра у меня был гольф и керлинг, значит теперь по плану конная прогулка, а вечером с мужиками в баню пойду. Хотя, почему с мужиками? Не только с мужиками. До утра спины буду мыть банным девкам.
Валерия оценила его грустную шутку.
– Если только спины, то я не против. Но если ты позволишь, я хотела бы сейчас тебя украсть и увезти в другое место.
Максим развернулся и удивлённо посмотрел на Валерию.
– Куда ты хочешь поехать?
– Искупаться, – она сделала несколько шагов в его сторону и с детской наивностью посмотрела, выпрашивая согласие.
– Нет, это без меня. Мне сейчас не до бассейна, – отрезал Максим.
– А кто сказал, что мы поедем в городской бассейн? – не отступала она.
– Валерия, вечером снег пойдет, на улице около нуля. А ты предлагаешь в озере купаться? Решила меня добить воспалением лёгких?
– Предлагаю пари! Если я выдержу нахождение в воде хотя бы полминуты и выйдя из неё, не буду подавать признаков переохлаждения, то ты позволишь мне остаться рядом с тобой на срок, который я пожелаю. В противном случае, я повинуюсь. Исполню твою волю и больше тебя беспокоить не буду. В случае твоего согласия на прогулку со мной, ты ничем не рискуешь в плане своего здоровья. Всё то время, что я буду купаться, ты будешь ждать меня на берегу. Если, конечно, не захочешь составить мне компанию.
– Заманчиво, конечно. Но рисковать твоим здоровьем я не хочу.
– Максим, уверяю, риска нет!
– Но речь идёт не о крытом бассейне? – на всякий случай уточнил Максим условия пари.
– Нет! Находясь в воде можно смотреть на небо. А если пойдет снег, он будет падать прямо в воду.
– Валерия, ты ненормальная… – он не спрашивал, он утверждал, – Я с удовольствием посмотрю, как ты проиграешь пари, – и хотя он не улыбался, его красивые карие глаза, сверху смотрящие на неё, излучали солнца свет.
– Я помогу тебе собраться, – она обошла Максима и уже стоя в дверях, обернулась и поинтересовалась, улыбнувшись, – А где твои плавки?
***
Несмотря на все попытки Максима отделаться от помощи Валерии пока он одевался, она всё же умудрилась без обид на него, из-за постоянного мужского бурчания, существенно облегчить процесс переодевания. Так же стойко игнорируя протесты Максима, она помогла ему выйти из дома и подвела к своей машине.
– Так, так, – глядя на детище отечественного автопрома, произнёс Максим. – Значит, теперь ты ездишь на этом?