Пассажирка. Спасти и не влюбиться

Глава 1. Сделка

Фил Хартвуд

В кабинете Ланса Олсена всегда пахло кофе и швейцарским шоколадом. Владелец крупнейшего на Земле логистического межпланетного агентства был большим любителем этих дорогостоящих удовольствий. Впрочем, он мог себе их позволить, а вот мне после развода нужно было крутиться, чтобы не лишиться последнего – своего новенького грузового катера.

– Не тяни, Олсен. Ты сказал, что для меня есть заказ, – нетерпеливо сказал я, наблюдая за тем, как Ланс прикрыв от удовольствия глаза, смакует кусочек конфеты.

– Всегда ты куда-то торопишься, Хартвуд, – запив очередную плиточку щедрым глотком кофе, лениво произнёс логист.

При всей своей экстравагантности и кажущейся неспешности Ланс Олсен был лучшим специалистом своего дела и умел производить сложнейшие расчёты в уме, выдавая ошеломлённым заказчикам мгновенный результат.

– Я слышал о твоём разводе. Сочувствую. Эта подлая девица мало того, что наставляла тебе рога, так ещё имела наглость раздеть до исподнего. Во всей этой истории радует хотя бы то, что теперь ты будешь свободен от своей стервы, – сказал старинный приятель, заставляя меня скривиться от досады.

Почти все друзья в своё время отговаривали меня от серьёзных отношений с бывшей супругой, указывая на её ветреность и жадность к деньгам, но, к сожалению, я никого не послушал. Меня пленила её точёная фигурка с высокой грудью и длинными ножками, а само сознание, что я могу полностью владеть такой женщиной, опьяняло.

Правда, по прошествии времени выяснилось, что я был далеко не единственным мужчиной в её жизни. Выявилось это банально, когда я раньше вернулся из командировки, решив сделать любимой сюрприз. Прямо, как в несмешном анекдоте, ей богу.

С Мирой мы прожили шесть лет. Пусть детей у нас не было, да и вместе из-за моей работы мы были не так уж часто, но суд решил, что она имеет право на половину моего имущества. Квартиру, автомобиль и все деньги я отдал ей, чтобы не пришлось продавать «Комету». Мой новый, вооружённый до зубов транспортный катер специалисты по бракоразводному делу оценили весьма высоко. Хорошо, что моих сбережений хватило на откуп.

– Я не хочу об этом говорить, – скупо сказал я.

Признавать собственную глупость и слепоту в отношении бывшей было очень неприятно. Да и вообще, обсуждать женщину за спиной – это не самый благовидный поступок для мужчины. Даже если она этого заслужила.

– Понимаю, – задумчиво произнёс Олсен, делая последний глоток своего напитка.

– Ланс, хватит испытывать моё терпение. Ты говорил, что у тебя есть для меня заказ, – напомнил я.

Для грузовых транспортников, курсирующих между колониями, всегда было достаточно работы, но у меня имелась своя специфика: из-за небольшого размера и хорошего вооружения я брал только не очень объёмные, но дорогостоящие грузы. Поэтому с поиском заказчиков не всё было так просто.

– Да. Заказ… непростой, но за него очень и очень хорошо платят. Это не совсем твой профиль, но есть преимущества – стопроцентная предоплата. Вот сумма, – сказал логист, продвигая ко мне планшет, на котором была написана такая цифра, что мне пришлось дважды пересчитать ноли, чтобы поверить в реальность предложения.

– И в какую задницу вселенной нужно лететь за эти деньги? – настороженно уточнил я.

– Колония Флоксон, – ответил друг, удивляя меня.

– Та-ак. Чтобы отвезти груз на курортную планету, не требуется таких затрат. За что заказчик готов переплачивать почти в десять раз и отдавать деньги заранее? Ничего радиоактивного или запрещённого я не повезу, – предупредил я.

Да, деньги мне очень нужны, и выручка от этого рейса могла решить все мои финансовые сложности и вернуть почти всё утраченное, но проблемы с законом или со здоровьем мне ни к чему. Это не купить потом ни за какие деньги.

– За кого ты меня принимаешь? С подобными вещами я никогда не стал бы иметь дело, – возмутился приятель.

– Слушай, Ланс, ты сам провоцируешь меня на подобные вопросы. Вместо того, чтобы нормально объяснить суть заказа, ты тянешь время, – сказал я.

– Хорошо. Ты слышал про «МорельИндастриз»? – задал глупый вопрос Олсен.

– Разумеется. Все знают крупнейшего производителя энергонакопителей. Переходи уже к сути, – начал раздражаться я.

– Раян Морель обратился ко мне лично, чтобы я нашёл пилота, который доставит его дочь на Флоксон. За безопасность своего единственного ребёнка магнат готов отдать огромные деньги. Та сумма, которую он даёт авансом, будет удвоена по факту доставки девушки к тётке. Но есть и дополнительные условия, – сказал Ланс.

– Какие? – уточнил я, даже не став возмущаться по поводу того, что обычно я не занимаюсь транспортировкой пассажиров. За такую сумму можно потерпеть на борту «Кометы» какую-нибудь взбалмошную дамочку.

– Никаких личных взаимоотношений с девушкой. Я не про то, чтобы обменяться с ней парой фраз во время поездки, а про флирт, домогательства и прочее, – сказал Олсен.

– Ты за кого меня принимаешь? – теперь настала моя очередь возмущаться.

– За сухаря и праведника. Именно поэтому я предложил этот рейс именно тебе, – ответил друг.

– Ладно, всё это хорошо, но почему Морель не отправил свою дочь на каком-нибудь роскошном лайнере? Там тоже достаточный уровень защиты от пиратов, – не мог не спросить я.

– А это правильный вопрос. На пассажирских судах всегда много посторонних личностей. Даже если бы Морель зафрахтовал всё судно, выкупив все пассажирские места, то на лайнерах работают десятки человек, а это дополнительный риск. Как я понял, сейчас у магната есть определённые проблемы с очень опасными людьми. Именно поэтому я потребовал всю сумму предоплатой, – одновременно насторожил и успокоил меня Олсен.

Теперь мне был понятен замысел промышленника, но не ясно, насколько опасным будет путь.

– О том, что у тебя на борту будет пассажирка, никто не узнает. Все проблемы с патрулём и таможней я решу сам. По документам, ты везёшь дорогие запасные части для реактора, переданные одной из дочерних компаний Мореля. Полетите только ты и девушка. Даже телохранители останутся на земле и будут сопровождать подставную актрису. Именно поэтому Раян потребовал, чтобы пилот был физически хорошо подготовлен и имел опыт боевых действий, – добавил логист, напоминая мне о военном прошлом.

– Хорошо. Я согласен, – ответил я, подписываясь на самый сомнительный рейс в моей жизни.

Глава 2. Перемены

Эвелин Морель

Дорогой лимузин плавно двигался по аэротрассе, а я задумчиво смотрела в окно с пассажирского сидения и слушала музыку.

О чём я думала? О будущем. Завтра мой день рождения – исполняется уже двадцать один год – и мне ужасно хотелось что-то поменять в своей жизни. Ну, хоть что-нибудь!

– Мисс Эвелин, господин Морель не может вам дозвониться. Говорит, что вы вне сети, – пробасил с соседнего сидения один из моих охранников Бэн или Тэд.

Если честно, то я устала запоминать их имена. Да и зачем? Во-первых, охрана менялась каждые полгода, а во-вторых, мы с ними практически не разговаривали.

– Да, кибер1 сел. Я вчера забыла его зарядить, – рассеяно отозвалась я.

– Нам приказано лететь в офис вашего отца, – предупредил меня секьюрити.

В ответ я только кивнула.

Не могу сказать, что по жизни мне приходилось тяжело, но минусы точно были.

Мой отец владелец огромной сети компаний «МорельИндастриз». Таких, как я, называют золотой молодёжью, думают, что мы росли с золотой ложкой во рту. Быть может, так и было. Только мне безразлично из какого металла сделаны столовые приборы. Лично я предпочла бы обойтись без громкого имени и многомиллиардного наследства, но иметь возможность просто пройтись по улице без надзирателей. А так, у меня в наличии имелись молодость, красота и даже деньги, чтобы радоваться каждому дню. Не было только свободы, и этот минус перечёркивал всё остальное.

Подруги – должны быть только те, которых одобрил папа. Других не подпустит охрана. Ко мне нельзя просто так подойти и заговорить о музыке или даже погоде. Молодые люди… Их папа никогда и никого не одобрял. Нет, мой отец не тиран, но он слишком уж печётся обо мне и до сих пор считает меня ребёнком.

Лимузин остановился возле парадного входа в главный офис «МорельИндастриз». Первыми из машины всегда выходили телохранители. Один из них активировал электромагнитный щит, а второй открыл дверь и подал мне руку.

Каждый день, как на поле боя. Как же надоело!

Кабинет папы встретил терпким запахом его туалетной воды и зелёного чая, чашка которого стояла на столе.

– Привет, пап, – сказала я, клюнув дорогого родителя поцелуем в колючую щёку.

– Здравствуй, Эвочка. Как дела в институте? – спросил отец.

– Всё нормально, как всегда. Что-то не так? Ты выглядишь хм… необычно, – заметила я.

Мой любимый аккуратист-папочка сегодня был каким-то помятым, небрежным и нервным. Нет, Раян Морель часто работал допоздна и то, что он оставался ночевать в офисе не было чем-то неординарным. Для этого у отца здесь была оборудована личная спальня со всеми удобствами и приличным гардеробом. Вот только сейчас папа выглядел так, будто он вовсе не спал и не переодевался уже пару суток.

– Выйдите за дверь. Я позову, когда понадобитесь, – рявкнул на охранников отец, заставляя меня нахмуриться.

Что-то явно было не так, раз уж отец позволил себе такой тон.

– Пап, ты меня пугаешь. Что-то случилось? – спросила я.

– Присядь, Эвочка. Мне нужно с тобой серьёзно поговорить, – уже гораздо мягче попросил отец.

– Я тебя слушаю, – сказала я, послушно опускаясь в не слишком удобное кресло для посетителей.

– Эва, ты сегодня же улетаешь на Флоксон, – заявил отец, лишая меня дара речи.

– Пап, я, конечно, давно хотела отправиться в какое-нибудь путешествие, но сейчас не самое удачное время. У меня скоро защита диплома. Нужно хорошенько подготовиться, а потом… – начала говорить я, но отец перебил меня, не желая слушать возражений.

– Ты не поняла меня, Эва. Ты отправляешься прямо сейчас и это не отпуск. У меня возникли проблемы. Нет времени, чтобы объяснять тебе всё, поэтому запомни только одно: с этого момента и до тех пор, пока я сам за тобой не прилечу, ты больше не Эвелин Морель, а Линда Шерс, – испугал меня новостями папа.

– Пап, а как же?.. А ты? – растерянно спросила я.

В это время отец открыл ящик своего стола и достал оттуда несколько пачек с банкнотами, электронное удостоверение личности, на котором была моя фотография и ранее озвученное чужое имя, а ещё простенький кибер устаревшей модели. Всё это отец сложил в небольшой чемодан с каким-то вещами.

– Держи, это всё теперь твоё. Постарайся не нервничать. До меня не так просто добраться, но ты – это единственное моё уязвимое место, поэтому я хочу перестраховаться. Побудешь пару месяцев у тёти Мариэн. Об институте и прочем тоже не беспокойся, – сказал папа, а потом громко крикнул: – Эва!

Я вздрогнула и непонимающе посмотрела на родителя, а в этот момент из потайной двери, ведущей в его спальню, вышла девушка, как две капли воды похожая на меня. Даже одетая в те же самые вещи, что сейчас были на мне. Это пугало и смущало.

– Папа? – вопросительно произнесла я.

– Не думай глупостей. Это не твоя сестра-близнец, а актриса, которая будет тебя временно заменять. Для всех теперь она Эвелин Морель. Кстати, отдай ей свою сумочку и кибер, а сама зайди в спальню. Там тебя ждут, чтобы доставить к катеру, и… Я очень тебя люблю, – сказал отец.

Я послушно расстегнула драгоценный браслет с дорогостоящим кибером и положила его на стол. Сумочка опустилась рядом с тихим цоканьем металлической пряжки по полированному дереву столешницы. Мне же в руки отец вручил ручку от чемодана.

Отец поднялся из-за стола, подошёл, а потом порывисто обнял меня, крепко прижимая к себе. Мы простояли так с минуту, а потом папа отстранился и мягко толкнул меня в сторону двери.

– Иди, Эва. Береги себя, дочка, – сказал отец прежде, чем механическая панель закрылась, отрезая меня от пространства кабинета.

Вот уж странное исполнение желаний. Хотела свободу от имени «Эвелина Морель»? Получи. Только вот радоваться этому факту пока не получалось. Столь резкие перемены пугали.

За спиной с механическим шипением отъехала другая панель, заставляя меня нервно вздрогнуть, и в комнату быстро вошла высокая мужская фигура.

Глава 3. Обстоятельства

Эвелин Морель

На пару секунд я замерла, ожидая худшего, но мужчина подошёл ближе, и я выдохнула с облегчением.

– Дядя Алан, – произнесла я вслух, глядя на начальника безопасности «МорельИндастриз» и давнего друга нашей семьи.

– Привет, кнопка. Испугалась? – спросил Алан Фирс, перехватывая у меня ручку чемодана. В ответ я хотела вежливо соврать, но не стала, а только кивнула. – Понимаю. Я говорил Раяну, что тебя нужно подготовить заранее, но он не захотел слушать. Так что «сюрприз», – посетовал на упертость моего единственного родителя безопасник.

– Да уж. Сюрприз удался, – усмехнулась я.

– Ладно, нам уже пора выдвигаться. Поговорим по дороге. Нам сюда, – сказал дядя Алан, прикладывая руку к датчику, после чего задняя стеновая панель снова сдвинулась, открывая проход в узкий потайной переход.

Пыльный коридор вывел нас к пожарному лифту. На нём мы спустились на парковку и сели в неприметный автомобиль массового производства. Раньше я их часто видела в окне своего лимузина, но ездить на чём-то подобном не доводилось.

Салон машины был тесным, не слишком приятно пах пластиком, с дешёвой грубой обивкой сидений, плохой звукоизоляцией, а в остальном машина, как машина.

Дядя Алан запустил двигатель и транспортное средство шумно взлетело с парковки.

– Там в чехле для тебя есть более хм… подходящий костюм. Переоденься, – распорядился безопасник, убрав вверх зеркало заднего вида.

– Хорошо, но вы мне расскажете, что происходит. К чему вообще всё это? – сказала я, расстёгивая молнию на корфе.

Внутри чехла лежали грубоватые джинсы, вполне симпатичный джемпер и куртка. Рядом на сидении обнаружилась коробка с кроссовками.

– «МорельИндастриз» решили поглотить, – нехотя произнёс дядя Алан.

– Разве это возможно? Я имею в виду, что у нашей компании дела идут отлично, – возразила я.

Пусть моё обучение на экономиста ещё не было окончено, но механизмы слияния и поглощения в бизнесе я уже изучала. Подобным образом расформировывали лишь финансово слабые фирмы, а корпорация моего отца процветала. Среди конкурентов не было никого, кто мог бы сравниться с нами производственными мощностями и объёмом сбыта.

– Всё так, но у людей, решивших захватить дело Раяна есть связи в очень серьёзных структурах и не только. На твоего отца давят. Есть риск, что эти дельцы могут перейти от угроз к действиям, поэтому тебе сейчас лучше не находиться здесь, – осторожно подбирая слова, пояснил дядя Алан.

– А как же отец? – спросила я, изворачиваясь, чтобы в тесном салоне надеть джинсы.

– С Раяном всё будет хорошо, если ты будешь вне досягаемости для наших врагов, – заверил меня безопасник.

Полагаю, он многого недоговаривал, но настаивать на подробностях я не стала.

– И что дальше? Что мне теперь нужно делать? Папины инструкции были хм… очень краткими, – спросила я, обувая кроссовки.

– Сейчас мы подлетим к космопорту. Там я посажу тебя в специальный бокс. В нём тебя под видом груза доставят на борт транспортника. Пилот – Фил Хартвуд. Его фото загружено в твой новый кибер. Ознакомься. На вашем пути будет несколько остановок на дозаправку. Во время стоянок покидать катер тебе крайне нежелательно. И ещё, твой отец не одобрил, но в чемодане есть небольшой дамский пистолет. Воспользуйся им только в случае крайней опасности, поняла? – спросил папин друг.

От волнения в голове всё путалось, но я несколько раз глубоко вздохнула, чтобы взять себя в руки.

– Вы думаете, что может пригодиться? – стараясь не показать своей паники, уточнила я.

– Нет. Если всё пройдёт, как задумано, то он не понадобится, а если что-то пойдёт не так, то тебе придётся действовать по обстоятельствам. Ты умная девочка, Кнопка. В случае возникновения проблем, делай всё, что угодно, лишь бы выжить. С любыми другими последствиями твоих решений мы разберёмся, – больше напугал, чем успокоил меня своими словами дядя Алан.

Дальше разговаривать меня не тянуло.

Через несколько минут мы прибыли в космопорт. Я сотни раз рассматривала изображения этого места на кибере, но вживую он оказался гораздо более масштабным и впечатляющим, чем на картинках. В сравнении с межпланетными шаттлами, линкорами и грузовыми транспортниками наша машина казалась детской игрушкой, а люди внизу сновали подобно букашкам в огромном муравейнике.

Мы приземлились в каком-то пустом ангаре. Дядя Алан, как и говорил, запер меня в большой металлической коробке, стены которой были оббиты чем-то мягким. Она была оборудована системами кондиционирования, в углу лежала бутылка с водой, но мне всё равно было темно и страшно.

Судя по показаниям моего кибера, погрузка длилась всего два часа, но мне показалось, что прошла вечность. Коробку периодически трясло, металл обшивки скрипел, время от времени появлялось противное чувство, которое бывает при поездке в лифте. И когда наконец двери моего бокса открылись, я зажмурилась от яркого света.

– Добро пожаловать на борт «Кометы» мисс Морель, – произнёс низкий бархатный мужской голос, заставивший меня вздрогнуть и почему-то покрыться мурашками.

Глава 4. Капитан

Эвелин Морель

Встав на нетвёрдые ноги, я покачнулась и едва не упала, но сильные руки пилота меня легко подхватили.

– Осторожней, мисс, – сказал мужчина, снова завораживая меня своим голосом.

Впервые со мной такое. Никогда не думала, что могу так реагировать на незнакомого и не слишком красивого мужика.

Да, я уже видела фотографию Фила Хартвуда и должна сказать, что она меня не впечатлила.

Сейчас же я с бо́льшим интересом рассматривала человека, поддерживавшего меня. Этого мужчину нельзя было назвать красивым в классическом понимании этого слова. К высоким и атлетично сложённым мужчинам я привыкла, имея рядом телохранителей. Массивный подбородок, упрямая линия губ, прямой нос – всё это выдавало непростой, закрытый характер моего сопровождающего. По-настоящему мне в нём понравились только голубые глаза, глядевшие на меня внимательно и настороженно, а ещё его голос.

– Спасибо. Меня немного укачало в этой коробке, – вымученно улыбнувшись, призналась я.

– Понимаю. Пойдёмте, я провожу вас рубку. Сожалею, мисс Эвелин, но придётся ещё немного потерпеть. Через десять минут взлёт, я пристегну вас к креслу второго пилота, только не трогайте руками приборную панель. Мой катер не предназначен для перевозки пассажиров, поэтому удобства и системы безопасности рассчитана только на членов экипажа. После того, как встанем на курс, я покажу вашу каюту и камбуз. Если вам нужно посетить удобства, то лучше сделать это сейчас, – коротко и ёмко произнёс мужчина, а я как дура опять млела от этого бархатистого низкого тембра. – Так что, вас проводить до уборной? – уточнил пилот, когда пауза слишком затянулась.

– Спасибо, но не нужно, мистер Хартвуд. Со мной всё будет в порядке, – пообещала я.

– Ладно, проходите сюда, – пропустил меня мужчина из грузового отсека в узкий, но хорошо освещённый коридор. В нём было несколько автоматизированных дверей, но открыта была только та, что находилась впереди – на носу катера.

В так называемой рубке было ненамного просторней, чем в салоне автомобиля. По обе стороны от прохода стояли два массивных анатомических кресла из металла, обшитых современнейшим полиматериалом. Отец заказал такую обивку на свой любимый спорткар, который безумно любил. Было видно, что Фил Хартвуд к своему катеру относится не менее бережно и трепетно.

В кабине царила идеальная чистота, пахло грейпфрутовым маслом. На приборной панели не было никаких украшений – только непонятные мне рычаги, кнопки и дезактивированные дисплеи, что лишь подтверждало мои догадки о закрытом характере Фила Хартвуда. И всё же моё внимание в большей степени привлекли не приборы, а большое панорамное окно, с которого открывался просто потрясающий вид на космопорт.

С высоты катера расцвеченные ночными огнями взлётные полосы, диспетчерские вышки и сновавшие от корабля к кораблю погрузчики и трапы, казались игрушечными.

– Присаживайтесь сюда, – послышался рядом густой низкий баритон, заставляя меня вернуться в реальность.

– Хорошо, – ответила я и послушно опустилась в очень удобное кресло.

Мужчина наклонился ко мне, и я невольно немного сильнее вжалась в сиденье.

– Не бойтесь, мисс Морель. Я просто пристегну вас страховочными ремнями. В мои планы не входит вторгаться в ваше личное пространство без необходимости, – заметив мою реакцию, предупредил меня пилот.

– Да, я понимаю. Делайте, что должны, – криво улыбнулась я, наблюдая за тем, как мужское лицо подвигается ко мне ещё немного ближе.

Пока Фил Хартвуд возился с ремнями, между моими губами и мужской гладковыбритой щекой оставалось всего пара сантиметров. Я чувствовала древесно-перечный аромат его парфюма и, как ни странно, нашла его очень приятным и манящим. Неожиданно в голове возникла дурацкая идея, что я могла бы немного наклониться вперёд и коснуться поцелуем резкой мужской скулы.

– Вот и всё. Теперь вы надёжно зафиксированы. Ничего не бойтесь и помните, что я полностью управляю катером и ситуацией, – произнёс пилот, отстраняясь от меня.

– Да, я поняла. Спасибо, – вежливо отозвалась я.

Мужчина тем временем хмуро посмотрел на мои руки, сложенные на коленях.

– У меня есть дополнительные страховочные жгуты… – задумчиво произнёс он, размышляя над тем, стоит ли приковать мои руки к подлокотникам.

– Мистер, Хартвуд, не нужно меня привязывать. Я обещаю, что не трону приборную панель, – пообещала я.

– Хорошо. Если будет страшно, то просто прикройте глаза, ладно? – сказал мужчина, одновременно пугая меня и распаляя моё воображение.

Наблюдать за скупыми выверенными движениями пилота было интересно. Под длинными ухоженными пальцами панель оживала разноцветными огнями. Механический женский голос поприветствовал капитана, отчитался о готовности к взлёту, а потом начал обратный отчёт: три-два-один…

Я, затаив дыхание, смотрела, как катер сначала медленно, а потом всё быстрее разгоняется по взлётной полосе, а потом мы взмыли в тёмное ночное небо.

Жутко хотелось воскликнуть «Юху!», но я решила, что капитан этого корабля не одобрит настолько легкомысленное поведение, а потому только улыбалась, вцепившись пальцами в подлокотники. Моё первое самостоятельное путешествие началось!

Глава 5. Птичка

Фил Хартвуд

То, что предстоящее путешествие будет гораздо труднее, чем я предполагал изначально, я понял практически сразу, как двери грузового контейнера открылись.

Я рассчитывал на то, что моей пассажиркой будет избалованная мажорка – эдакая силиконовая кукла с замашками царицы. К таким дамочкам у меня с некоторых пор выработался стойкий иммунитет, но на меня растерянно смотрела обычная невысокая девчонка в джинсах и объёмной толстовке, делавшей её изящную фигурку ещё тоньше. Большие серые глаза смотрели на меня без ожидаемого высокомерия, а с любопытством.

Конечно, имеется риск, что первое впечатление окажется обманчивым и девушка за две недели ещё продемонстрирует мне свои худшие стороны, но пока мисс Морель вела себя очень вежливо и вполне адекватно.

Эвелин – это имя как нельзя более удачно подходило этой малышке с фарфоровой светлой кожей, аккуратными пухлыми губками, точёными бровками светло-русого оттенка и опахалами ресниц того же цвета. Красивая. Но меня сразу зацепила даже не её очевидная внешняя привлекательность, а убийственное сочетание хрустальной хрупкости и какой-то почти детской наивности, хотя в документах указанно, что девушке уже почти двадцать один год. Кстати, на фотографии она была совсем другой – эдакой холодной, безупречной леди. Лучше бы такой и оставалась. Так было бы безопаснее для моих нервов.

Теперь я хорошо понимал, почему Раян Морель поставил дополнительное условие на запрет личных отношений с его дочерью. Такое сокровище и правда требовалось беречь от чужих грязных лап.

«Поэтому, Фил, подбери свои слюни и прочие телесные жидкости, а лучше вспомни о выгоде данного заказа. Подобная девушка никогда не будет твоей», – отвесил я себе мысленную оплеуху, но не удержался от того, чтобы склониться к своей пассажирке излишне близко, когда фиксировал её страховочными ремнями к креслу.