Пассажирка. Спасти и не влюбиться
- -
- 100%
- +
От Эвелин приятно пахло свежестью и тонким дорогим парфюмом. Наверное, подобные красавицы и должны источать именно такой аромат, но я опять увлёкся.
Отойдя от кресла второго пилота, куда я усадил свою главную головную боль на ближайшие две недели, я сел за штурвал и погрузился в любимую работу.
«Комета» послушно оживала под моими руками. Разгон, взлёт и… ожидаемого испуганного писка или крика с соседнего кресла так и не последовало.
Я бросил взгляд на пассажирку, но не смог разглядеть её лица. Девушка отвернулась в другую сторону.
– Всё в порядке мисс Морель? – уточнил я, надеясь, что эта нежная фиалка не лишилась чувств от страха.
Сейчас это было бы очень некстати. Отвлечься от штурвала я смогу не раньше, чем через час.
– Это удивительно, мистер Хартвуд! Восторг! – сказала Эвелин, обращая на меня свои горящие счастьем глаза.
– Хм… Я рад, что вам нравится. Постарайтесь и дальше не пугаться. Скоро мы вырвемся за пределы атмосферы, – озадаченно ответил я, с трудом возвращая своё внимание работе.
– Я всегда хотела летать. Просила папу разрешить мне пройти обучение, чтобы управлять хотя бы аэрокаром, но он сказал, что это опасно, – произнесла моя пассажирка.
– И он был прав, – отозвался я, не поворачивая головы.
– Знаю, но всего бояться глупо. Вот вы например – управляете звёздным катером и справляетесь. Такая работа – это же… просто мечта! – удивила меня своими словами девушка.
– Странные у вас мечты, мисс Морель. Мне нравится моё дело, но эта работа не для девушки. Космос жесток и не прощает ошибок. Это не только потрясающие виды, но и тысячи опасностей, а при наихудшем исходе – это смерть в холоде за мириады миль от дома, – попытался я развеять розовые фантазии наивной девчонки.
– Умереть можно, поскользнувшись в ванной комнате, а после смерти уже не важно, где вы. Жить, когда тебе запрещают всё на свете – это гораздо хуже, – с грустью отозвалась девчонка, цепляя невидимые струны моей души.
– Уверен, что в вашей жизни есть свои прелести: весёлые друзья, отвязные вечеринки, дорогие развлечения, – предположил я, направляя «Комету» всё выше.
– Нету ни вечеринок, ни развлечений, а друзья… их тоже нет. Есть только те, кто ищет выгоды от общения со мной, – озадачила меня ответом девушка.
– Мне жаль, – немного помолчав, сказал я.
– Мне тоже. Я очень люблю папу, но иногда он перегибает палку со своей заботой обо мне. Стыдно признаться, но я даже на свидание ни разу не ходила, – ещё больше удивила меня Эвелин.
– Почему? Вы очень красивая девушка, – не покривил душой я.
– Какая разница, как я выгляжу, если за спинами телохранителей этого никто не видит, а даже если бы и увидели, то кто рискнёт подойти? – с горечью произнесла девушка.
На этом наш разговор на какое-то время сошёл на нет. Впереди был тяжёлый участок трассы, и я полностью погрузился в привычную работу, но слова Эвелин не выходили у меня из головы.
Даже не знаю, смог бы я жить вот так, как она? Наверное, нет. Но для меня было странно не то, что она терпела ограничения, а то, что девушка при этих рамках продолжала беззаветно любить своего отца. Похоже даже подростковых бунтов ему не устраивала. Раяну Морелю очень повезло.
Помнится, мама с ума сходила, когда я связался с шайкой аэробайкеров в старших классах школы. Учёба в академии тоже была весёлой. Женщины… Их до женитьбы на Мире в моей жизни было более, чем достаточно. А эта птичка жила в золотой клетке.
– Флоксон – это красивая курортная планета. Там полно пляжей с розовым песком, баров, ночных тусовок. Там ты сможешь повеселиться, – сказал я, когда катер стал на заданный курс.
– Вряд ли. Как только вы отдадите меня тёте Ирме, меня снова окружат телохранителями и… В общем неважно. Наверное, те две недели, что мы будем путешествовать в космосе, и станут самым большим приключением в моей жизни, – с грустной усмешкой сказала девушка.
– Мне жаль, – честно сказал я.
А что ещё мне было сказать этой бедной, но при этом очень богатой пичуге?
Глава 6. Откровения
Эвелин Морель
Бросив украдкой взгляд на хмурое сосредоточенное лицо пилота, я прикусила щёку изнутри.
Ну вот кто меня тянул за язык? С чего мне вообще захотелось вдруг пооткровенничать с посторонним человеком? Всё-таки Фил Хартвуд действовал на меня странно. Или это такая резкая смена привычного жизненного уклада сыграла роль, но в любом случае после недавних признаний стало неловко. Этому мужчине не было дела до моих переживаний.
– Мисс Морель, вам нужно подготовиться. Сейчас будет резкий рывок и пару минут будет трясти. Не бойтесь. Мы просто войдём в гиперпространство и станем на курс. После этого я отведу вас в каюту и покажу всё, что нужно знать, – через несколько минут молчания произнёс пилот.
– Хорошо. Спасибо, что предупредили, – вежливо отозвалась я, заслужив этими словами новый нечитаемый взгляд от мистера Хартвуда.
Спустя пару секунд меня сильно вжало в мягкую обивку кресла, а потом катер мелко завибрировал, рождая внутри неприятное ощущение, но, несмотря на испытываемую перегрузку, я глупо радовалась происходящему.
Мне нравилось это чувство свободы и полёта, отсутствие рядом телохранителей и даже щекочущее ощущение опасности, поэтому я открыто улыбалась, глядя на то, как статичная картинка звёзд на долгую минуту смазалась, а потом снова сфокусировалась, но уже с другого угла.
Фил стал щёлкать тумблерами, отдавал голосовые команды автопилоту, а потом легко встал со своего места и приблизился ко мне.
– Я отстегну ремни, – предупредил меня мужчина, замерев на полпути, как будто не решался без этих слов ко мне приблизиться.
– Я поняла. Всё нормально. Я вам доверяю, мистер Хартвуд. Делайте то, что нужно, – отозвалась я.
– Ладно, – произнёс пилот, окинув меня очередным внимательным взглядом. Несмотря на предупреждение, ощущение от прикосновения мужских ладоней заставило меня вздрогнуть. Обычно я не любила, когда меня касались посторонние люди, но сейчас было приятно и странно волнующе.
Тихо щёлкнула пряжка на ремнях, и пилот поспешил отодвинуться.
– Пойдёмте, мисс Морель. Я покажу вам каюту и камбуз. Хочу сразу предупредить, что «Комета» – это не круизный лайнер. Не стоит ожидать особенных удобств. На кухне есть запас питательного концентрата, но имеются и привычные продукты. Я буду готовить для нас двоих, когда будет такая возможность, в остальное время вам придётся обходиться концентратом, – сказал мужчина, пропуская меня первой в узкий проход.
– Я умею готовить. Могу взять это на себя, – предложила я, покачиваясь на нетвёрдых ногах.
Как бы мне ни нравилось начало моего путешествия, а перегрузки и усталость от тяжёлого дня дали о себе знать.
– Осторожнее, – придержал меня за талию пилот. – Серьёзно умеете? – удивлённо поинтересовался Фил Хартвуд, направляя меня в сторону коридора.
– А что в этом удивительного? – уточнила я.
– Мне казалось, что у единственной наследницы «МорельИндастриз» должен быть целый штат прислуги, – пояснил мужчина.
– Так и есть. Папа любит домашнюю кухню. Я попросила нашего повара научить меня кое-чему. Многого не обещаю, но могу достойно готовить супы, овощи, мясо и так по мелочи, – ответила я.
– Вашему отцу очень повезло с вами, Эвелин, – произнёс Фил Хартвуд.
– Да, он всегда именно так и говорит. Хотя я не вижу ничего особенного в том, чтобы позаботиться о единственном близком человеке. К тому же папа в последнее время очень редко бывал дома, поэтому каждый наш совместный ужин был уже событием для меня, – улыбнувшись, призналась я.
Я и правда любила проводить время на кухне, предвкушая, как отец будет прикрывать глаза от удовольствия, пробуя мои кулинарные эксперименты.
– У главы такой серьёзной корпорации наверняка очень много работы, – предположил мужчина, пропуская меня в дверь камбуза.
Данное помещение было небольшим, но оборудованным компактным рабочим местом и столиком, стоявшим в углу. Конечно, ничего общего с привычной мне кухней не было, кроме варочной электрической панели и конвертерной печки. Дизайн тоже был аскетичным: стены отделаны теми же панелями, что и коридор, мебель прочно закреплена на полу, и много мест для хранения, которые я намеревалась позже сама изучить.
– Да, это так. Если честно, то я бы предпочла, чтобы папа меньше работал, но это невозможно, – честно сказала я.
– Понимаю. Присаживайтесь пока за стол, я приготовлю нам по паре сэндвичей, а потом провожу вас в каюту. Вы смелая девушка, но уже едва стоите на ногах, – похвалил меня пилот.
– День выдался неожиданно длинным, – не стала спорить я, присаживаясь на один из двух стульев.
Фил Хартвуд на камбузе двигался также легко и уверено, как и в кабине пилота. В руках мужчины нож ловко отделял ровные ломтики ветчины и помидоров, которые потом укладывались на хлеб и листы зелени.
До тех пор, пока пилот не подал мне аппетитный бутерброд, я не и не задумывалась о том, как успела проголодаться, а сейчас с удовольствием ела, наслаждаясь угощением.
– Чай, кофе, сок? – уточнил Хартвуд.
– Чай зелёный без сахара, – отозвалась я, прожевав кусочек сэндвича.
Следующие несколько минут мы молча ужинали, думая каждый о своём, а потом Фил проводил меня в крошечную, но вполне уютную каюту, где я практически сразу уснула, даже не сняв с себя одежды.
Глава 7. Идея
Эвелин Морель
Не знаю, сколько часов или минут мне удалось поспать, но с кровати меня буквально скинуло от сильной вибрации и воя сирены.
Непонимающе поморгав, я сориентировалась, а потом, придерживаясь руками за стены, направилась в рубку.
Как и ожидалось, капитан этого корабля уже сидел в своём кресле, ловко управляя мониторами, рычагами и тумблерами.
– У нас проблемы? – с беспокойством спросила я.
– Ничего нерешаемого. Просто внезапный магнитный шторм. Сядьте в кресло второго пилота и пристегнитесь. У меня нет времени на светские беседы. Все вопросы сможете задать позже, – короткими рубленными фразами ответил мне пилот.
Мне было непривычно, что кто-то командует мной в подобном тоне, а, с другой стороны, я понимала, что мужчине сейчас не до реверансов. Похоже, случилось нечто действительно непредвиденное и опасное, раз Фил Хартвуд оказался за штурвалом с голым торсом и в одних трусах-боксёрах.
Послушно усевшись в знакомое кресло, я попыталась разобраться с креплением ремней, но в итоге просто накинула и держалась за них руками.
И иллюминаторе особых изменений пейзажа я не видела. Кроме тряски и предупреждающего воя сирены магнитная буря внешне никак не проявлялась. Особой тревоги я не испытывала, полностью доверяя свою жизнь пилоту.
Кстати, о нём. Развернувшись в кресле, я стала наблюдать за практически голым мужчиной. Это был новый для меня опыт. Не могу сказать, что раньше мне было неинтересно познакомиться ближе с мужской анатомией, но возможности были ограничены.
Достигнув определённого возраста, я как-то полюбопытствовала об интимных отношениях на соответствующих сайтах, а после доступ к подобной информации мне ограничили. Жутко смущаясь, папа сказал, что мне рано на такое смотреть, а позже я и сама больше не пыталась, испытывая неловкость от мысли о том, что мои запросы просматривает служба безопасности. Моим спасением стали лишь любовные романы. Там я могла хотя бы прочесть о волнующей меня теме. Против книг отец ничего не имел.
В общем, сейчас я бессовестно пользовалась возможностью полюбоваться тем, как канаты мышц двигаются под смуглой кожей на сильной спине Фила Хартвуда. В кабине приятно пахло мужским парфюмом, за толстым бронированным стеклом нас окружала только холодная пустота космоса, создавая иллюзию уединения и какой-то интимности. К своему смущению, я ощутила, как низ живота стал наливаться сладкой тяжестью возбуждения.
Нагло глазея на пилота, я чувствовала себя пошлой извращенкой, но всё равно не могла найти сил ни отвернуться, ни перестать фантазировать о том, какой наощупь окажется гладкая мужская кожа или о том, что скрыто под тёмной тканью боксёров.
Наверное, именно в этот момент я впервые поняла то, что являюсь фактически взрослой женщиной и моё тело имеет собственные потребности и желания. Конкретно сейчас я хотела не какого-нибудь выдуманного героя, а Фила Хартвуда.
Осознание этого факта сначала напугало, а потом я подумала: а почему бы и нет? У меня есть только две эти недели свободы от бдительных глаз секьюрити или постоянного наблюдения. Данный мужчина мне приятен и кажется достаточно взрослым и умелым, чтобы мой первый раз не превратился в кошмар. Даже если мне не понравится, то я приобрету хоть какой-то опыт. Все мои приятельницы давно уже не девственницы, и, когда они обсуждали свои любовные похождения, я всегда испытывала только неловкость и печаль, а теперь у меня появится собственное сексуальное приключение.
Как будто прочитав мои мысли, Фил Хартвуд резко оглянулся на меня.
– Как ваше самочувствие, Эвелин? Вы раскраснелись, – заметил пилот.
– Всё хорошо, Фил, – ответила я, млея от того, как звучит моё имя, произнесённое этим бархатным баритоном.
От мысли, что было бы, если мужчина догадался бы о причине моего румянца, я покраснела ещё сильнее.
– Мы прошли опасный участок. Пойдёмте, я всё-таки проверю вас медицинским сканером. У вас могло подскочить давление из-за перегрузок и стресса. Это опасно в космосе, – настоял мужчина.
– Не сто́ит. Я в норме, – честно сказала я.
– И всё же лучше в этом лишний раз убедиться, – настоял пилот.
– Ладно, – согласилась я, поднимаясь с кресла.
Командир тоже встал, опять пропуская меня вперёд. Своей наготы Фил Хартвуд как будто не замечал. Впрочем, этому мужчине совершенно нечего было скрывать или стыдиться. Он был сильным и атлетически сложённым мужчиной. Заметно, что пилот немало времени уделяет тренировкам своего тела.
– Пройдите на камбуз, а я пока надену штаны и захвачу аптечку. Сигнал тревоги застал меня врасплох, – всё-таки вспомнил об одежде капитан, но это было к лучшему.
Стратегию соблазнения Фила Хартвуда мне следовало ещё продумать. Хотя, если честно, то соблазнительница из меня никакая. В наличии лишь информация, почерпнутая из книг и болтовни с подругами.
Присев на стул, я суетливо поправила волосы и смятую после сна толстовку и стала ждать. Мужчина появился быстро. Теперь он был одет в свободные спортивные штаны и облегающую торс футболку. В руках у пилота был компактный медицинский прибор.
– Хм… Ваша кофта слишком толстая, – озадаченно произнёс Фил, глядя на пищавший аппарат.
– Я могу её снять. На мне ещё есть майка, – неуверенно отозвалась я.
Тонкая бельевая маечка на мне и правда была, но в иных обстоятельствах и перед другим мужчиной я не спешила бы показывать этот полупрозрачный, отороченный чёрным кружевом топ. К этому наряду он совсем не подходил, но ведь вчера утром я надевала его под классический строгий костюм, а переодевалась уже в машине дяди Алекса. Только решение соблазнить пилота заставило меня пойти на риск.
С фигурой у меня всё было в порядке: высокая полная грудь, чистая светлая кожа, подтянутый живот, но всё же, раздеваться перед Филом Хартвудом было волнительно. Я нерешительно стянула толстовку и положила её на стол, расправляя плечи.
Я не знаю, как на мой смелый жест должны были отреагировать книжные герои, а мужчина, стоявший напротив, просто молча смотрел на меня, почти осязаемо скользя взглядом по моему телу.
– Хорошо. Не двигайтесь пару минут, – тихо сказал Фил Хартвуд, но его красивый голос приобрёл интригующую хрипотцу.
Мне хотелось увидеть и другие признаки того, что я нравлюсь мужчине, но он, как назло, встал за моей спиной.
Через несколько секунд прибор громко пиликнул, выдавая результат.
– Всё хорошо? – спросила я, оглядываясь назад.
– Давление в норме. Спокойной ночи, мисс Морель, – сказал пилот и поспешил сбежать из кухни раньше, чем я успела ему ответить.
Глава 8. Ночной дожор
Фил Хартвуд
Ледяной душ лился на голову, заставляя тело крупно дрожать от холода, но не приносил облегчения.
Откуда взялся на мою голову Олсен со своим странным заказом? Лучше бы я взялся за транспортировку урановых стержней к дальним колониям, чем терпеть эту пытку. Эвелин Морель на моём судне каких-то пять часов, а я уже схожу с ума, подобно прыщавому юнцу, впервые увидевшему женскую грудь.
Кстати, с формами у моей пассажирки было всё более, чем прекрасно. Эти полные молочно-белые полушария с розовыми напряжёнными сосками, трогательно просвечивавшимися через прозрачную ткань того безобразия, что Эвелин назвала майкой, теперь будут сниться мне в самых порочных и запретных снах, вместе с алыми влажными губами, которые девушка часто облизывала, думая о чём-то своём.
– Чтоб тебя! – неизвестно на кого выругался я, стукнув мокрым кулаком по металлической стенке очистителя.
Как всё не вовремя! Из-за судебных тяжб о разводе в последние полгода о сексе пришлось забыть. Таков был совет адвоката, нанятого мной в попытке ограничить непомерные запросы бывшей супруги на моё имущество. Впрочем, наши супружеские отношения с Мирой разладились гораздо раньше, чем она нашла себе нового спонсора для бесконечных улучшений внешности. Так что я уже очень давно не уделял внимания потребностям своего тела, и оно решило мне отомстить в самый неподходящий момент.
Запрет на отношения с этой девчонкой только усугублял ситуацию. Сейчас Раян Морель и все его вышибалы, которые наверняка сломают мне все рёбра, если я прикоснусь к его дочери, находились за сотни миль космической пустоты, а Эвелин – в соседней каюте.
Через какое-то время холод сделал своё дело – я немного успокоился, но теперь уснуть не получалось. В голову лезли совершенно неуместные и дурные мысли о словах самой девушки. Если Морель настолько ограничил общение дочери с друзьями, то были ли у Эвелин какие-нибудь романтические отношения? Идея о том, что девушка скорее всего невинна в равной степени интриговала и пугала. Впрочем, пугала сильнее.
Устав ворочаться в постели, я решил приготовить что-нибудь съестного. Не факт, что фраза «я умею готовить» из уст моей пассажирки подразумевали, что её кулинарные шедевры окажутся на самом деле съедобными. Помнится, Мира тоже считала, что готовит прекрасно, но от её еды тошнило даже тараканов.
Натянув на себя одежду, я направился на камбуз и с удивлением обнаружил, что место у плиты уже занято.
– Доброго… А какое сейчас время суток? Если честно, то я совсем потерялась во времени и вообще чувствую себя немного дезориентированной, – призналась виновница моих недавних страданий.
Хорошо, что душевые кабины у меня имеют систему безотходной фильтрации, иначе я извёл бы все запасы воды, стремясь избавиться от возбуждения.
– В космосе такое часто бывает. Сейчас ещё глубокая ночь, а если точно, то три часа сорок две минуты по стандартному исчислению. У вас разве нет кибера? В его настройках есть перевод на космические часы, – сказал я, присаживаясь за стол.
А что ещё было делать, если эта девчонка порушила все мои планы?
– Есть, но он не мой. Тот, который я носила, пришлось отдать другой девушке, а мне выдали вот это, – сказала Эвелин, вынимая из кармана спортивных брючек недорогую модель средства связи. – Я пока в нём не разобралась. Не люблю менять привычные вещи. Вернее, думала, что мне для полного счастья не хватает перемен в жизни, а сейчас раздражаюсь из-за чужого кибера, – призналась девушка, пожав узкими плечиками, обтянутыми футболкой жизнерадостного жёлтого цвета с крупным смайлом на груди.
Кстати, моя пассажирка переоделась и, судя по едва просохшим волосам, тоже приняла душ. От мысли о голой блондинке, стоявшей под струями тёплой воды, я опять заёрзал на стуле, но вовремя отвесил себе мысленную оплеуху и сумел успокоиться.
– Если хотите, я могу помочь, – предложил я.
– Это было бы очень кстати. Спасибо. Вот, держите, – Эвелин протянула мне кибер.
– Вообще-то я предлагал помощь в готовке, – усмехнувшись, сказал я, но часы взял, открывая меню управления.
– Оу, не стоит. У меня уже всё готово. Вы проголодались, Фил? В меню сочный ростбиф с сушёными травами и морковное пюре, – гордо сказала девушка, открывая конвекционную печь.
Оттуда вырвался сногсшибательный аромат пряного мяса.
– Вообще-то я не голоден, но пахнет так аппетитно, – задумчиво произнёс я.
– Значит, сейчас устроим то, что мои подруги называют ночным дожором. Сама я никогда этого не делала, но тоже хочу попробовать, – сказала блондиночка, ловко отрезая от румяного куска говядины исходящий соком ломоть и укладывая его на тарелку к яркому морковному пюре.
Пока Эвелин раскладывала наш поздний ужин, я подключил кибер к внутренней сети «Кометы». Теперь понятно, почему у девушки возникли проблемы с освоением девайса: у неё не было ключей доступа к бортовой локальной сети, а привычный интернет в космосе, естественно, не ловит.
– Готово, – произнёс я, а затем озадаченно прочёл: – Линда Шерс?
– Да, папа сказал, что до тех пор, пока всё это не закончится, мне не стоит называть своё настоящее имя, – сказала девушка, ставя передо мной красиво сервированную тарелку.
– Хм… Быть может, мне тоже стоит звать тебя Линдой, пока мы наедине, чтобы ты привыкла? – уточнил я, возвращая пассажирке часы.
– Не нужно. Привыкнуть я всё равно не смогу. Просто запомните на всякий случай это имя. Если вдруг мы окажемся где-то за пределами вашего катера, то обращайтесь ко мне без имени. Можете даже всякие глупости говорить, типа зайки, кошечки и прочего зверинца. Так гораздо проще не запутаться. И уместней будет перейти на ты. Можем даже выпить сока на брудершафт, – смущённо улыбнулась девушка, протягивая мне стакан с апельсиновым фрешем.
– Предложение общаться неформально я принимаю, но обойдёмся без ритуалов, Эвелин, – не без сожаления сказал я.
– Эва. Так называют меня дома, – безжалостно крушила мои барьеры блондиночка.
– Хорошо. Выпьем за знакомство, Эва, – отозвался я, поднимая стакан с соком.
– Да. За знакомство, Фил, – робко улыбнулась девушка.
Отпив жадным глотком половину бокала безалкогольного (к моему огромному сожалению) напитка, я отрезал маленький кусочек ростбифа, положил его в рот и прикрыл глаза от удовольствия. Нежнейшее мясо было самым вкусным из всего, что мне когда-либо доводилось пробовать. Даже лазанья моей мамы поблекла на фоне этой сочной, мягчайшей говядины. Сладость морковного пюре замечательно оттеняла пикантную пряность зажаренной корочки. О, космос, как же я завидую тому счастливчику, которому Раян Морель отдаст свою дочь в жёны. Дожить бы до конца этого рейса.
Глава 9. Информация
Эвелин Морель
Когда пилот после медицинского сканирования сбежал от меня, я задумалась о причине такого поведения мужчины. Подруги утверждали, что все представители сильного пола похотливые кобели, и стоит только девушке намекнуть на то, что она не против, как они набрасываются на неё со своими хотелками.
Почему же тогда Фил Хартвуд не торопился проявлять ко мне интерес? Конечно, есть риск, что я просто не в его вкусе, но…
«А вдруг, он женат?» – пронзила голову неприятная мысль.
Конечно, далеко не всех такое препятствие, как законная супруга останавливает. Особенно, если вторая половина осталась где-то далеко. Только мне подобная модель поведения была глубоко неприятна. Да и пилот показался мне серьёзным и порядочным мужчиной.
В общем, мне нужна была информация. А где её взять? Правильно – в сети.
Приняв душ, я достала сумку.
Выбор предложенной мне одежды был невелик и характеризовался одним ёмким словом – нелепая. Скривившись, я вынула облегающую майку канареечного цвета и велюровые спортивные штаны. Посмотрела на толстую стопку купюр и решила на ближайшей станции приобрести что-нибудь более подходящее для соблазнения. При условии, что капитан окажется свободен от обязательств, естественно. Рушить чью-то семью для меня было неприемлемо.
Последним предметом, который я достала из сумки оказался кибер. Я покрутила его в руках, потыкала меню, но дурацкий гаджет никак не желал настраиваться. Со вздохом положила его в карман штанов.
Спать уже не хотелось. Занятий без кибера у меня тоже особенных не было, поэтому я вспомнила о своём обещании взять на себя приготовление пищи.
Возиться у плиты я всегда любила. Это дело вызывало у меня массу положительных эмоций, поэтому я направилась на кухню или камбуз, как её называл Фил Хартвуд.
Первым делом я изучила содержимое неожиданно большого холодильника и камер вакуумного хранения продуктов. Ассортимент был на удивление разнообразным: от специй и мяса до овощей и фруктов. Электронное меню отчиталось, что все ёмкости багажного отделения заполнены снедью под завязку и смогут нас обеспечивать всем необходимым не один месяц, поэтому я спокойно вынула приличный кусок говядины, натёрла его пряностями и оливковым маслом, обжарила, а после выставила режим в конвекционной печи. На гарнир приготовила овощное пюре, но есть всё это одной не хотелось.