Призванная быть любимой

Пролог

*

Мир Арривал

*

Ворс Меддок

*

Я метался в своих покоях, нервно расхаживая из угла в угол. Как они могли так со мной поступить? Ладно мать, я для неё всегда был лишь разочарованием, но он – отец, тот, кто всегда меня защищал и поддерживал? Пока я накручивал себя мыслями о собственной горькой и печальной участи, появился папа.

– Планируешь и дальше себя жалеть или перестанешь вести себя как малыш из фонтанного парка и поговоришь со мной? – обратился ко мне отец.

Выглядел он, как всегда, потрясающе: стройный, гибкий, с мягкими чертами аристократического лица, слегка вьющимися рыжими волосами до плеч, яркими голубыми глазами и красиво очерченными губами, которые в данный момент скорбно поджались, выражая крайнюю степень недовольства моего ближайшего родственника.

– Почему именно я? Это насмешка? Такое изощрённое издевательство? Всем очевидно, что я – совершенно неподходящая кандидатура для избранного. Ты посмотри на меня, – я горько усмехнулся.

Природа изрядно подшутила надо мной. Имея красавца-отца и вполне симпатичную мать, я, мягко говоря, не удался: слишком высокий, чересчур широкоплечий, да и лицо милым не назовёшь, скорее хищным.

Я подошёл к зеркалу в спальне и в очередной раз без особого удовольствия принялся рассматривать себя. Серые миндалевидные глаза с пушистыми ресницами, на мой взгляд, были единственным украшением лица. Тёмные волосы, широкие брови, прямой узкий нос, пухлые губы, резко очерченные скулы, да ещё и небольшая ямочка на подбородке, – короче, я был явно не похож на утончённых красавчиков, миловидностью лица соперничающих с девушками.

– Я тебя вижу. И что с тобой не так? По-моему, ты вполне красив. Кроме того, ты прошёл обучение у мастеров меча и рукопашного боя, ты умён, силён, расчётлив и обладаешь достаточной искрой магии, – отец присел в кресло возле окна и строго посмотрел на меня. – Чтобы пресечь попытки отговорить мать от твоей кандидатуры, скажу сразу: это я настаиваю на том, чтобы в поход к храму Жизни от нашего рода направили именно тебя. Тебе уже семьдесят четыре года, и хотя ты ещё достаточно молод, надежды на то, что тебя выберет хоть кто-то из глав рода, скажу прямо, больше нет. Ты мой единственный сын, и я люблю тебя, поэтому хочу, чтобы у тебя была семья.

В Арривале три многочисленных народа: змеелюды, эльфы и мы – просто одарённые магией люди, а также несколько малых рас. Люди живут до пятисот лет, совершеннолетие у нас наступает в тридцать лет. Эльфы живут по семьсот лет, а наги – до тысячи.

В наших семьях царит матриархат, но женщины не стремятся к власти в государствах, предпочитая наслаждаться вниманием и заботой мужчин.

После страшной войны между людьми и нагами, которая случилась семьсот лет назад, был разрушен храм Лиры – богини красоты, грации и плодородия, и женщин рождалось с каждым годом всё меньше. На данный момент у людей на одну женщину приходится примерно пятьдесят мужчин, поэтому, чтобы окончательно не вымереть, женщин берегут как зеницу ока, рождённые девочки с пелёнок окружаются заботой. Повзрослев, девушка становится главой рода, и ей положено выбрать минимум семь мужей. Если в браке с ними не рождаются девочки, то глава рода принимает новых мужей. Но в данный момент ни у одного рода нет девочек, а действующие главы родов уже немолоды, и шансов, что появятся новые дети, мало. По сути, это наш конец света: вроде бы все живы, но через триста-четыреста лет не останется никого.

У нагов дела обстояли ещё хуже: у них не осталось ни одной нагини. Девочки-наги рождались тоже редко и были очень хрупкими по сравнению с огромными мужчинами. Они чаще всего умирали первыми родами. Чтобы решить проблему и не исчезнуть с лица земли, бывшие враги объединились, и люди вместе с нагами отправились в разрушенный ими храм богини Лиры с мольбой о прощении. Более пятисот лет назад величайшие маги обоих народов провели сложнейший ритуал призыва богини, и она ответила.

Рассерженная небожительница запретила посещать её храм, но пообещала, что когда на небе появится знак, она поможет призвать ту, что станет матерью обоих народов и подарит миру спасение. В храме Облаков располагается второй алтарь богини, и по её завету трое избранных людей из высочайших родов и трое нагов должны прибыть в храм для призыва.

И вот мне предстоит стать одним из избранных людей. С одной стороны – честь, достойная легенд, а с другой – подстава страшнее каторги. Мне и так жилось неплохо: пусть женщин, способных стать матерью, было мало, но были эльфийки, и в достаточном количестве. Они не могли зачать от представителя не своего народа и не вступали в брак с другими расами, не выбирали постоянных партнёров, но делали нашу жизнь вполне комфортной. Мне не нужно было прогибаться под главу рода, не было конкурентов за внимание этой женщины и не было святой обязанности хранить магическую клятву верности только ей. И что, теперь мне не просто нужно вступить в род, где я буду со своей внешностью изгоем, так ещё и половина мужей будут нагами?!! Это вообще выше моего понимания.

– И ты, папа, считаешь, что такая семья – это мечта всей моей жизни? Половина мужей – наги! Да никто даже не знает, как будет выглядеть эта чудо-спасительница, раз она может стать матерью и людей, и нагов. Может, вообще какое-нибудь страшилище. И не забывай, что седьмой муж – подарок Богини. А самое страшное – это то, что в случае, если я ей не приглянусь, быть мне без ласки до конца своих дней из-за брачной клятвы, – мои доводы закончились, и я в отчаянии опустился на второе кресло.

– Не драматизируй. Богиня – покровительница не только плодородия, но ещё красоты и грации. Я уверен, что призванная будет прелестна. А наги… Ну что же, мне кажется, жить так, как живешь ты и твои братья, без надежды на будущее, ещё хуже. А насчёт твоей привлекательности – не забывай: она будет призвана из другого мира. Может, там большие мальчики в моде. К тому же с твоим умом и обаянием, если захочешь, ты сможешь привлечь внимание любой женщины, так что всё в твоих руках, – отец встал и подошёл к окну. – Они хотели направить от нашего рода Лессарда, и ты не представляешь, чего мне стоило переубедить главу. Я просто не могу позволить этому щенку или его папаше занять наше место в клане, – он стал расхаживать по гостиной. – Я считаю наш спор бесполезным. Собирайся, путь неблизкий. К тому же не забудь: после призыва полгода не будут работать порталы от храма, подготовься хорошенько, от этого будет зависеть твоя будущая жизнь. Я узнал, кого отправляют от рода Дорров и Карстов. Ты будешь удивлён…

*

Земля

*

Юлия Морозова

*

Ещё один день из моего личного "Дня сурка". Дом-работа-дом. Так можно описать почти всё моё не самое радостное существование. Подруги иногда подшучивают, что я, как говорится, «много кушать, точнее зажраться». Может, это и так: у меня есть престижная работа начальника отдела продаж крупной компании, красавец муж, хороший дом и достаток, но почему-то это давно не радует.

С мужем отношения в последнее время странные. Нет, мы не ссоримся, не из-за чего: о чём могут поспорить два абсолютно равнодушных друг к другу человека? По утрам здороваемся, завтракаем, обмениваемся ничего не значащими словами и расходимся по работам, вечером встречаемся и сидим каждый в своем ноутбуке: он – в «Танках», а я – в книгах, читая о прекрасных мирах магии и любви и страстных мужчинах.

Даже в постели нет поводов ни для радости, ни для обид, как-то равнодушно всё. Наверное, в этом и есть причина моей «отмороженности» в нашей семье: Лёша хороший, добрый и симпатичный мужик, но полный эгоист в личных отношениях – получил удовольствие и отвернулся спать, а что чувствую я, его никогда не интересовало.

Детишек не завели. Мне уже тридцать пять лет, ему сорок, и детей он не хочет, а мне при таком раскладе, как говорится, и не надо. А раньше… Раньше я мечтала о детках. У нас с родителями была многодетная семья и большой дом в селе. В доме всегда было шумно и весело. И пусть мама с папой не баловали нас лишними подарками и дорогими вещами, но всё необходимое у каждого из детей было.

Родители любили нас одинаково сильно, да и между собой пятеро девчат и три сына были практически неразлучны. Мы и сейчас дружны. Я всегда с особой теплотой вспоминаю детство и часто звоню отцу (мама, к сожалению, умерла год назад).

Ночью мне снова приснился странный сон, в котором вокруг меня бегает толпа моих детишек, я улыбаюсь и бегаю за мячом с ними, а на сердце тепло и уютно, как будто вернулась из долгого путешествия домой.

А утром всё пошло наперекосяк: я проспала, машина отказалась заводиться, такси слишком долго не было, начальник в гневе звонил каждые пять минут, но, видимо, и этого было мало. Как только я вышла из такси, мне стало плохо, голова закружилась, подкатила дурнота, а в голове зазвучал набат гулких и громких голосов. Не удержавшись за дверцу машины, я всё-таки упала. Дальше была темнота и чувство полёта.

Глава 1

*

Мир Арривал

*

Юлия Морозова

*

Приходила я в себя долго. Тело болит, причём, как говорится, от кончиков ногтей до кончиков волос, во рту пересохло, горло саднит. Не представляю, что должно было со мной произойти, чтобы так себя чувствовать. С трудом открыв глаза, осматриваюсь и прихожу в ужас.

– Где я? – спрашиваю охрипшим голосом. – Почему я здесь? Кто вы? – снова задаю вопрос окружившей меня… ну, наверное, массовке фэнтезийного фильма. Ничего другого в мою больную голову на этот момент не пришло. А массовка, мягко говоря, интересная: три красивейших здоровенных мужика со змеиными хвостами (!!!) вместо ног, три красавца в нарядах, стилизованных под, наверное, аристократов, и несколько мужиков в белых хламидах, подпоясанных шнурами. Все стоят такие ошарашенные. Стало очень не по себе.

– Вы в храме Облаков, Призванная. Великая мать, богиня Лира, послала нам знак и помогла осуществить призыв, – ответил очень симпатичный русоволосый мужик в белой тоге.

– Какой призыв? Это какие-то глупые шутки? Куда вы меня утащили? – мне хотелось кричать этим идиотским шутникам, но моё охрипшее горло выдало эту фразу почти шёпотом. Надеюсь, у меня было достаточно зверское лицо, чтобы эти хохмачи поняли, что их розыгрыш не удался.

Кто-то из красавцев со змеиным хвостом подал мне стакан воды. Я жадно выпила прохладную сладковатую жидкость и начала постепенно успокаиваться: голова по-прежнему кружилась от неприятия окружающей действительности, но я начала понимать, что действительно куда-то попала, учитывая, что змеиный хвост мужичка двигался так же, как у змеи, вполне себе натурально.

Вокруг меня была резная беседка из белого камня, увитая неизвестными мне прекрасными растениями с бело-голубыми соцветиями и сиреневыми листьями; пахли они очень тонко и приятно.

Я попыталась встать с каменного постамента, на котором пришла в себя, – всё-таки лежать при таком количестве красивых мужчин было неловко – и обратила внимание на свои ноги. А это были не они! Точнее, конечно, ноги, но совсем не мои. Мне тридцать пять лет, и как бы неплохо я ни выглядела, но обладательницей таких беленьких точёных лодыжек точно не была, да и руки с длинными изящными пальцами были тоже не мои. Вопреки всему увиденному, стало страшно: пусть я никогда не была красоткой, но и проснуться не собой не хотела.

Высокий темноволосый парень с серыми глазами подал мне свою рубашку, раздевшись по пояс, и только тогда я заметила, что совершено голая. Наверное, я никогда так не краснела, хотя это же не моя вина. Я накинула предложенную одежду. И вообще, в голове такой сумбур. Хотелось закрыть глаза и оказаться дома. Но, вопреки всем ожиданиям, пощипывания рук и ног ожидаемого результата не принесли: я по-прежнему находилась в неизвестной беседке среди толпы мужчин.

Кстати, о них. Стала рассматривать эту разношёрстную толпу. В первую очередь, конечно, мужчин со змеиными хвостами. Это вообще нечто! Я читала разные фэнтези, и про нагов в том числе, но никогда не думала, что они настолько потрясающе красивы: стройные, гибкие, мускулистые, но не перекачанные мужские торсы, плавно переходящие в толстые змеиные хвосты длиной не менее пяти метров.

Наги различались между собой, и каждый из троих был по-своему идеален. Ближе всех ко мне стоял брюнет с чёрным хвостом, украшенным серебряно-золотистым рисунком. Длинные зрачки чёрных глаз, капризные губы и насмешливое выражение на узком породистом лице заставили меня задуматься: а что им, собственно, всем от меня надо? Может, вообще сейчас принесут в жертву какой-то там матери.

– Кто вы? Что значит Призванная? – спросила я, попутно разглядывая остальные образцы мужской привлекательности.

Красавчики переглянулись, но отвечать мне никто не торопился. Наконец вперёд вышел мужчина в белой хламиде.

– Призванная, чтобы спасти нас от вырождения. Мы наказаны богиней Лирой за непослушание, и вы поможете заслужить прощение нашим народам, – высокопарно изрёк этот самоубийца, учитывая, что моё настроение от отметки удивления резко скакнуло к дикой обиде и злости.

Не люблю быть должна, а тут мне сообщают, что я не просто должна, а обязана помочь народам. Каким образом я должна их спасти, да притом ещё и от вырождения?! Сижу и злюсь, ещё даже не знаю, насколько я красивая, практически голая, хрен знает где. Захотелось просто встать и уйти. Не хочу слушать этот бред. Не вижу смысла узнавать, как меня собираются применять в качестве лекарства от вырождения.

С трудом встала и пошла на непослушных ногах – правда, ещё не знаю куда, но, надеюсь, к богине, которая так удачно меня подставила. Вообще я атеистка, но, учитывая обстоятельства, прониклась местным вероисповеданием. Решила зайти в здание, которое виднелось недалеко от беседки, и найти алтарь или молитвенник, чтобы высказать местной небожительнице своё фи по поводу помощи в призыве и своих обязанносте.

Но моим кровожадным планам не дано было исполниться, потому что меня подхватили сильные руки светловолосого змея и далее я уже каталась на потрясающем представителе спасаемого народа нагов.

Разглядывая своего «коня», даже забыла о своём возмущении. Всё-таки до чего красив, зараза: пепельные волосы длиной до того места, где у людей попа, а у этого красавца кожу сменяет белая с бирюзовым и голубым рисунком чешуя, крупные зелёные глаза, слегка удлинённые к вискам, вертикальный зрачок, прямой узкий нос, красивые губы, резко очерченные скулы, м-м-м…

В общем, я разглядывала его настолько пристально, что вызвала на лице наглеца хитрую самодовольную ухмылку. А что, мне не жалко, прикидываться девственницей и нежной фиялкой я не собиралась, поэтому сделала то, что диктовало мое неуёмное любопытство и чисто женский интерес: протянула свою новую белую ручку и сначала потрогала удивительно мягкие волосы своего ездового змея, а потом, пройдясь по литым мускулам спины, опустила руку и погладила-таки то место, где спина плавно переходила в змеиную.. ну, попку, наверное. Тёплая, гладенькая, просто прелесть.

Змей запнулся и засопел, при этом разглядывая меня уже со смесью удивления и, вероятно, желания, иначе почему узкие зрачки так сильно округлились? Шествовавшие сзади мужички тоже сдавленно ахнули, но тактично промолчали, за что им отдельное спасибо.

В общем, настроение начало понемногу улучшаться, и я уже не так категорично, но всё же подумывала об акте вандализма в храме Облаков. А куда, собственно, этот светлый гад меня тащит? Но выяснять это я решила позже, поскольку всё равно не знала, где нахожусь и как выбираться из данного гостеприимного места. Поэтому куда меня тащат – и не особенно важно, если это, конечно, не жертвенный алтарь.

Для начала решила познакомиться хотя бы со своим ездовым нагом: раз уж я успела его не совсем прилично облапать, то надо хотя бы узнать имя данного самца местной фауны.

– Меня зовут Юлия. Юлия Морозова. Можно просто Юля. А как обращаться к вам?

Первым, разумеется, ответил тот, кто продолжал меня тащить в крепких руках и на гибком хвосте:

– Я Соаш из рода водных змеев, – удивительно мелодичным голосом пропел белый наг.

Следующим представился чёрный наг:

– Мое имя Шайш из рода пещерных нагов, – ох, какой голос – глубокий, низкий, бархатный.

Ну, раз уже представились двое из невиданного мной ранее народа, то своим долгом счёл представиться и третий, самый яркий из представителей хвостатых мужчин:

– Дейшир, огненный клан, – по-простому сказал хриплым густым баритоном краснохвостый наг с потрясающими рыжими, с золотым оттенком, волосами, и потупил свои синие очи, как будто застеснялся.

Смущающийся, здоровенный, на голову выше остальных нагов, детина, с бесподобными синими глазищами – это нечто. Я даже зависла. Если так пойдёт и в этом мире все такие горы чистого тестостерона, то, может, не стоит так уж торопиться искать путь домой?

– Ворс Меддок, – представился красивый темноволосый парень, подавший ранее мне рубашку. Ну что сказать, привлекателен, наверное, почти как наг: высокий, косая сажень в плечах, лицо красивое, хищное, с невероятными серыми умными глазами.

– Я Алексет Дорр. Восхищён вашей красотой, Юлия, – пропел худощавый, на мой вкус, но вполне симпатичный черноволосый парень с чайными очами и орлиным носом. Хорош, но всё же не так, как наг, и без обалденных глаз Ворса. Да и льстивость его после лаконичных змеелюдов и сероглазки слегка напрягла, хотя мне же с ним детей не крестить… наверное.

Из «аристократов» остался совсем молодой парень, на вид не больше восемнадцати лет, блондин с золотистыми кудряшками, бирюзовыми глазищами и ангельским лицом.

– Рейнолд Карст, – еле слышно промямлил этот юноша. Не стала смущать его ещё больше, к тому же обмен любезностями и так затягивался, а я ещё не узнала имён монахов.

От их лица выступил всё тот же миловидный мужичок, что вещал мне о долге:

– У служителей храма Облаков нет имён, Призванная. Мы отреклись от них, вступая под священные своды обители.

Ну и ладно, мне меньше запоминать. И так от обилия информации и непривычной обстановки сильно кружилась голова и совершено некстати громко заявил о себе желудок.

Кушать хотелось просто зверски, но, к счастью, знакомцы мне попались понятливые, и примерно через пять минут мы всемером, без монахов, сидели за столом, уставленным неизвестными, но вкусно пахнущими блюдами.

Перед тем, как приступить к трапезе, монахи пригласили меня в большую светлую комнату и помогли надеть простое платье из белой мягкой ткани. Мужчины к еде не притронулись, дожидаясь меня, и снова стало неловко, но есть хотелось сильнее, чем терзаться душевными муками.

Поэтому, недолго думая, я собрала на своей тарелке приглянувшиеся мне блюда и с аппетитом принялась их уплетать. Острое нежное мясо, вкусный тёплый салат с чем-то напоминающим нашего кальмара, запечённый овощ, по вкусу и текстуре похожий одновременно на брокколи и запечённый картофель, маленькая котлетка, прохладный кисло-сладкий напиток – все они были проглочены мной минут за десять.

Расправившись с обедом, я неторопливо кусала сочный кисленький фрукт и наблюдала за мужчинами. Утолив голод и одев попу, я снова задумалась: а что, собственно, им от меня нужно? И почему монахи за трапезой к нам не присоединились? Кто эти мужчины, зачем им сопровождать меня всё это время и почему они не ушли с монахами?

Нет, конечно, в таком «цветнике» я ещё не обедала, и мне даже льстило, что шестеро мужчин, к тому же таких красивых, галантно ухаживали за мной за столом, но я по-прежнему не понимала, что вообще происходит. О чём, недолго думая, я и спросила у своих визави, сразу вывалив все вопросы на их хорошенькие, но задумчивые головы.

Пауза затягивалась, и моё терпение иссякало. Первым начал отвечать Сероглазка – Ворс, по-моему. Из его повествования я узнала, что мир Арривал, в который я попала, как упоминалось ранее, вырождался, и на данный момент на одну женщину приходится примерно пятьдесят мужчин у людей, а у нагов женщин не осталось вообще, из-за какой-то войны и ссоры с вышеупомянутой богиней Лирой – покровительницей грации, красоты и плодородия.

И согласно пророчеству, составленному уйму лет тому назад, когда в той беседке, в которой я очнулась пару часов назад, зацветёт редчайший цветок лирион (видимо, так понравившиеся мне бело-голубые соцветия), то трое избранных от людей и трое нагов с помощью служителей храма и самой богини должны осуществить призыв (то бормотание, которое с утра набатом звучало в моей пустой голове).

И тогда в Арривал явится женщина – дитя другого мира, которая станет женой избранных и ещё одного мужика, на которого позже укажет стервозная небожительница, и станет матерью их детей (всех семерых, я так полагаю).

За столом мы сидели без монахов, потому что данная трапеза является частью брачного ритуала, и если невеста примет от каждого избранника угощение, то этим даст согласие на брак. Так что в данный момент я стала счастливой обладательницей шестерых мужей.

ВСЁ!!! Уже после этих слов моя челюсть ускакала в неизвестном направлении, мозг отказался далее участвовать во всём этом и ретировался, поэтому мир померк, и я позорно упала в обморок.

*

Шайш из рода пещерных нагов

*

Ещё сто лет назад были определены трое избранных нагов, нас с Соашем и Дейширом с юности учили взаимодействовать друг с другом. Мы вместе тренировались, вместе ходили в учебные походы. Вместе учились ублажать одну женщину без ревности и конкуренции.

К тому дню, когда из храма пришло известие о том, что лирион выпустил бутоны и скоро расцветёт, ближе существ, чем мои теперь уже точно братья, у нас не было. Каждый чувствовал настроение другого и умел ценить все нюансы характера будущего сосупруга.

В храм мы прибыли за день до церемонии призыва. Если честно, то от волнения не находили себе места. Было страшно, что призыв не принесёт результата, а для нас это было бы катастрофой. Весть о смерти последней нагини оплакивали во всём княжестве Рошитан целый год. Каждый наш соплеменник, неважно какого рода, провожал нас в путь с отчаянной надеждой на лице. Страх подвести их всех и увидеть разочарование в глазах тех, кто тебе дорог, душил.

И вот – храм, алтарь света, распустившиеся лирионы, призыв. Мы вшестером, вместе с людьми, читаем брачные клятвы. Храмовники, собрав всю силу, накопленную за год, рушат границы миров, их сил не хватает: слишком долго зовут, душа не откликается. Алтарь слегка мерцает, и всё. Три часа мы все мерно поём призыв и, когда магические силы на исходе, чувствуем Богиню, её силу.

Наконец границы миров дрогнули, и на алтаре появилась девушка. Счастье затопило все наши чувства. Слава Богине, у нас есть шанс.

Конечно, всеобъемлющего чувства у нас Призванная не вызвала, но всё получилось, нам есть во что верить, всё ещё можно изменить.

Девушка приходила в себя, а мы рассматривали ту, что станет всей нашей жизнью. Невысокая, на вид человечка. Привлекательное лицо, идеальная белоснежная кожа с лёгким румянцем на щеках. Большие выразительные карие глаза, опушённые ореолом длинных и густых ресниц, пухлые губки бантиком, кудрявые пепельно-русые волосы длиной до пояса и идеально красивое женское тело.

Девушка застонала и прикрыла глаза, видимо от боли, но её стон вызвал совершенно неуместную реакцию моего тела: я почувствовал сильное давление на паховые пластины и с трудом сдержал их раскрытие.

Пока сражался со своим телом, девушка села на алтаре и стала откровенно пялиться на нас всех, и, похоже, увиденное её устраивало. Самодовольная улыбка расцвела на моём лице. Слава Богине, мы (я и братья) ей нравились, значит, у этой малышки нет предубеждений относительно нашего народа, как у местных человечек. Это давало надежду на нормальную семейную жизнь, насколько это возможно при наличии ещё троих мужей-людей.

Призванная что-то прохрипела, и я подал ей стакан воды. Девушка с удовольствием приняла его, а на моей руке потемнело брачное тату. Всё-таки Богиня Лира сочла, что клятва, произнесённая нами, девушкой принята, значит, осталась только трапеза.

Пока жена пила, я показал татуировку остальным. Это могло сильно упростить нам жизнь. Оставалось только накормить девушку, а не выслушивать её истерики и уговаривать принять нас в качестве мужей. Судя по задумчивым лицам храмовников, они решили так же. Поэтому, ответив на вопросы девушки, незаметно для неё главный жрец приказал накрывать стол в зале единения и подготовить свадебную тогу для нашей будущей жены.

Было приятно наблюдать за реакцией супруги на сложившуюся ситуацию. Ожидаемой истерики, к нашей радости и чести для девушки, не случилось, но и счастливой она не выглядела: растерянность, злость, решимость сменялись на её мордашке.