Призванная быть любимой

– Юля, это опасно. Мы не можем так тобой рисковать, – возмутился Ворс.

– Боюсь, что это самое безопасное место в данный момент, там нас точно никто ждать не будет. Мне нужно, чтобы вы защитили от стрел и метательного оружия, пока будем добираться до Вириэль; в случае если будет нападать стража, я смогу их обездвижить, на крайний случай убить, – спокойно ответила я.

– Она права. С момента нападения прошли сутки и, скорее всего, эльфийка уже поняла, что план провалился. До усадьбы Виндор нам примерно неделя дороги, значит, действовать в этот раз она будет быстрее, – поддержал меня Ададжи. Я благодарно улыбнулась и поцеловала моего ангела.

– Мы можем бросить кибитки и перенестись порталом через два дня, потом вернёмся за ними, со стражами. В любом случае я предпочту потерять вещи, чем Юлю, – высказал своё мнение Алекс.

– Дело не только в том, как поскорее оказаться на защищённой территории. Я не собираюсь всю жизнь ждать удара в спину. А что будет, когда появятся малышки? Богиня обещала, что детей у нас будет много. Как мы их убережём? Будем сидеть безвылазно в усадьбе, надеясь на защиту правителей и Лиры? – я не собиралась сдаваться.

– Но что даст нам эта вылазка? Допустим, убьем Вириэль – нас же сразу объявят преступниками. И тогда каждый эльф сочтёт своим долгом отомстить за повелительницу, – продолжал настаивать Ворс.

– А зачем мне её жизнь? Я заберу у неё то, что более ценно, – будущее. Когда я в трансе вытягивала жизнь из нападающих, мне вместе с болью перешла вся их память, все мысли и стремления. Один из эльфов был её любовником, с которым они были близки сотни лет. У повелительницы не может быть детей – она бесплодна, стабильность её правления обеспечивает пятнадцатилетний племянник, которого она оберегает и прячет. Сестра Вириэль умерла родами, поэтому он единственный наследник. Где мальчик, я знаю, – поведала я мужьям.

– И что нам даст жизнь наследника? Даже если мы возьмем его в заложники, то будем каждый день ждать лазутчиков, пытающихся выкрасть мальчика. Да и сил на портал хватит только в одну сторону, – вступил в беседу Шайш.

– Мы не будем забирать ребенка. Я свяжу кровь парня с нашей кровью, так что если будет убит или пострадает кто-то из нас или наших детей, умрёт и наследник королевской семьи, и все его потомки, а возможно, и она сама. После этого Вириэль будет нас беречь как зеницу ока. Поэтому портал назад нам не сразу понадобится.

– Раз так, я думаю, нет смысла сейчас выдвигаться в сторону усадьбы, где нас могут встречать. Лучше съехать с тракта и подождать, пока восстановятся силы, – уверенно сказал Ададжи, подытоживая разговор.

Полдня мы пробирались по бездорожью к реке и расположились в небольшой роще. Несмотря на то, что было уже довольно прохладно, я разделась и поспешила смыть с себя воспоминания последних дней. Привыкнув к прохладной воде, я с удовольствием поплавала, вспоминая летние каникулы у бабушки, когда мы с сёстрами, несмотря на погоду, любили искупаться в чистом озере возле деревни. Когда уже подумывала выходить, ко мне подплыл Ворс и нежно обнял. Прикосновения его горячих рук в холодной воде вызвали приятные мурашки.

– Спасибо тебе. За всё спасибо. Ты очень сильно рисковала, а я не стою того, – тихо сказал муж, пряча свои прекрасные глаза под длинными пушистыми ресницами.

– Ты стоишь гораздо больше, – ответила, целуя мое сероглазое чудо.

А ведь я так и не познала Ворса до сих пор. Нет, конечно, мы были близки много раз, но я всегда лишь уступала его желанию и удовлетворяла своё, но ни разу не изучила его, как всех остальных мужей. Не узнавала его силу и слабости, не почувствовала, какой он, как дрожит от нетерпения… и чуть не потеряла навсегда. С этой мыслью я потащила мужа на берег. У нас есть два дня, и я не собираюсь предаваться это время тяжёлым думам о туманном будущем, просто буду наслаждаться тем, что имею сейчас.

На берегу мы обтерлись и, не одеваясь, направились в кибитку. Проходя мимо остальных, я попросила жестом, чтобы нам дали время.

Впервые я не знала, с чего начать; у нас уже много чего было с этим мужчиной, но меня одолела робость. Ворс сам потянулся ко мне и нерешительно поцеловал в уголок губ, невесомо коснулся языком и приник в глубоком тягучем поцелуе, потираясь о меня и показывая силу своего желания и нетерпения, но это было не то, чего мне хотелось. Резко перевернула мужа на спину, зарылась руками в густые шелковистые волосы, целовала глаза, щекоча длинные пушистые ресницы, скулы, нос. Едва касаясь, нежно прошлась языком по его губам, прихватывая зубами нижнюю, более пухлую губу. Стала опускаться ниже, переходя на ушко, жилку на шее, едва прикусывая ее. Провела острыми ноготками по груди, лишь слегка царапая кожу. Ворс выгнулся и хриплым голосом попросил:

– Свяжи меня, как Ададжи, пожалуйста. Я так хочу узнать, как … ну… я никогда…

Муж сильно смутился – видимо, хотел сказать, что ни разу не пробовал оральных ласк, но мне так понравилось почти юношеское смущение крупного и серьёзного Ворса, что я не могла его не поддразнить:

– Тебя никогда не связывали? – тихонько спросила я, слегка прикусывая сосок и рисуя узоры на кубиках пресса, провоцируя мужа.

– Нет, но… меня и никто… не касался там так, – покраснел муж, но член его вздрагивал. Мне показалось, что необходимость говорить мне о том, чего хочет, хоть и смущала, но усиливала его возбуждение.

– Скажи это. Скажи чётко, как ты хочешь, чтобы я тебя касалась, – издевалась я над мужчиной.

– Я хочу, чтобы ты связала мне руки и ласкала языком и ротиком мой член, – почти прохрипел Ворс и стал пунцовым от смущения.

А я придумала, как буду сладко пытать моего сероглазку. Связала руки, как и просил, но закрыла глаза плотным шёлковым шарфом.

– Зачем? – удивился мужчина

– Узнаешь… – продолжала интриговать.

Никогда раньше не замечала за самым рассудительным из моих супругов такого нетерпения. Я ласкала его – то сильно, почти причиняя боль, то едва касаясь, а Ворс извивался, кричал, стонал, рычал. Периодически заставляла вслух проговорить, какую именно он хочет ласку, и тогда он, почти всхлипывая и давясь словами, говорил, а я сходила с ума от возбуждения. Не знаю, сколько продолжалась наша игра, но вот он закричал и забился в сильных конвульсиях оргазма. Я развязала мужа и сняла повязку. На лице Ворса было такое открытое счастье, что моё сердце будто огладили ладошкой.

– Я тебя не удовлетворил. Дашь пару минут на отдых? – спросил муж, но было видно: он очень устал, видимо недавнее ранение не прошло бесследно, поэтому ласково поцеловала и пожелала спокойной ночи.

Хорошо иметь семь мужей – один уснул, осталось ещё шестеро. Выглянув из кибитки, я позвала остальных. Когда и с кем закончилась эта ночь, я не помню, но уснула я совершенно счастливой.

*

Вириэль Тан-Дилиналь

*

Столько лет потрачено впустую на этого глупого мальчишку Дорра! Как же он меня бесил – холодный, расчётливый, назойливо любопытный. Даже соплеменники были сговорчивее его. И вот всё зря! Призыв состоялся, и Призванная жива. А ведь наше превосходство в Арривале оставалось делом каких-то трёх-пяти сотен лет. Что такое пятьсот лет для эльфов – это меньше одного поколения.

В отличие от нагов, людей и тех же ирлингов, наш народ не является детищем местной богини Лиры. Мы прибыли в этот мир как изгнанники. Наш мятежный клан предал сюзерена, и если бы не маги-исследователи нашего рода, нашедшие путь сюда, всех моих предков ждала медленная и мучительная смерть. Но мы выжили и поселились в этом убогом мире непуганых идиотов. Для укрепления позиций эльфов здесь было заключено несколько браков с представителями местных рас, но такие пары оказались бесплодными – как выяснили наши учёные, из-за разного состава крови. Изучая этот вопрос, они также обнаружили одну странную особенность: если представители местных народов не заключали между собой браков, то генофонд обеих рас начинал быстро ухудшаться и рождаемость женщин снижалась в десятки раз. Поссорить этих глупцов не составило труда для моего деда. Он всегда лопался от довольства, рассказывая нам эту старую историю. Никогда победа эльфам не давалась так легко, всего-то и нужно было немного подождать и подогревать взаимную неприязнь глупыми небылицами. Но ирлинги, эти хитрые вархи, надоумили обратиться к Богине и спросить, в чём причина их бед. Чтобы не допустить этого, пришлось уговорить людей принести в жертву девушку-нагиню на священном алтаре в храме Света, наобещав этим решить проблему людей, а нагов оставить с носом. Как же разгневалась Богиня! А когда то же самое сделали наги, только с человеческой девушкой, Лира расколола алтарный камень, навсегда изгнала оба народа из храма Света и нарекла его Разрушенным, а также отказалась общаться с ними. Потом война, так умело спровоцированная моей теткой. Лишь ирлингам, к которым нам так и не удалось приблизиться, удалось вымолить у Богини пророчество о Призванной спасти Арривал. Пророчества тем и хороши, что почти никогда не сбываются. Однако этот чертов лирион всё-таки выпустил росток и расцвел, а здесь появилась мелкая человеческая выскочка, готовая разрушить все наши планы.

Надавить на щенка Дорра, похоже, не удалось. Оракул утверждает, что девчонка всё ещё жива. На общем тракте они должны были появиться ещё неделю назад, но их до сих пор нет. Чтобы на этот раз всё сработало наверняка, даже пришлось послать с ними Танриэля. Этот плут ещё ни разу меня не подводил.

– Лансиниэль, отправь магическое послание, выясни, как обстоят дела у Тана, – решила поторопить я события. А пока поищу, кем развлечься.

*

Юлия Морозова

*

Второй день нашего ожидания подходил к концу, а меня всё больше одолевал страх. Нет, я не боюсь эту эльфиху, даже более того, хочу выцарапать ей глаза за своих мужчин, но мы решаем уравнение с множеством неизвестных: получится ли попасть сразу во дворец, или нужно будет пробиваться из города, будет ли мальчик там, где указал этот Танриэль? Вспомнив его имя, вздрогнула. Мне не жаль убитых мной мага и эльфов, просто мерзко и страшно, как будто моя душа испачкана в их крови. Если выбор будет стоять, мои мужчины или эльфы, я пойду на это снова, но молю Богиню, чтобы обошлось, всё-таки становиться чудовищем я не хочу. В попытке успокоиться решила отвлечься и стала расспрашивать моих змеев о том, как они жили, – не в том смысле, как им без меня было тяжело, а какой уклад жизни у нагов. Какие дома, какие семьи, как у них принято отмечать праздники. Я ведь раньше и нагов никогда не видела, а опозориться с родными парней, как с мамой Ададжи, не хотелось. Да и вообще, я замужем за большинством из них уже месяц, и все ещё мало что выяснила про моих любимых.

– Шайш, расскажи, пожалуйста, – пещерные наги живут в подземельях? Ну, или в подземных пещерах? – решила я узнать самую пугающую информацию. Может, когда настанут более спокойные времена, съездим к моим свекрам. Наверняка мужья скучают по семьям. Да и к Делане я на недельку бы с удовольствием вернулась.

– А-ха-ха-ха. Нет, в каких подземельях?! А-ха-ха-ха! – веселился Шай. – Нет конечно! При возможности расскажу отцу, представляю, как он посмеется. Наш город расположен возле высокой горы. А поскольку мы элементали земли, то свои дома строим в горе или у подножия, просто придавая нужную форму породе. Ну или в окружающих её скалах. Город у нас очень светлый, потому что скала из белого известняка и серого гранита, а по ночам он похож на большой мерцающий фонарик. Между собой мы редко ссоримся, а с соседями живём очень дружно, часто в гости ходим, – рассказывал Шайш, широко улыбаясь. Видно, он любит свой дом и семью.

– А как зовут твоего отца? – решила узнать, чтобы ни с кем не перепутать.

– Мой отец – Шарисан, глава нашего города. Он у меня замечательный, уверен, вы подружитесь, если мы попадем в Шайдинор, – с нескрываемой гордостью и теплом отозвался мой чёрный змей.

– Даже не представляю, что ты нафантазировала о доме Дея, – ликовал Шайш, и все мои мужчины с лукавыми улыбками ожидали моих предположений, а я даже немного смутилась:

– Ну-у-у… Думаю, он недалеко от жерла вулкана, вокруг кипит лава и облака серы… – честно говоря, ничего такого я не думала, просто вспомнила одну компьютерную игру, там дом огненных элементалей изображали именно так, и решила подразнить ребят.

– А-ха-ха-ха! – снова взрыв хохота уже ото всех моих мужей.

– Малышка, ты неподражаема! Откуда в твоей прелестной головке рождаются такие странные места? У нас нормальный город, Воширон называется, чем-то похож на тот, что вблизи храма Облаков, а вокруг поля. Просто на этих полях много именно огненных накопителей. И живём мы в обычных домах, только порогов у нас нет или они гладкие. Как правило, живём несколькими поколениями: в одном доме дед, отец, сын и даже иногда прадед. Тоже дружны. Надо будет запомнить насчёт вулкана, вот все посмеются.

– А кто живет в твоём доме? – надо же знать родню.

– Мой отец Шадивар, дед Саяшес и дядя Дашинор. Они у меня самые классные. Хорошо бы к ним попасть, представляю, как они бы нам обрадовались, – с мечтательной улыбкой сказал мой огненный муж.

– Только не говорите, что Соаш живет не у моря, – притворно насупилась я.

– Нет, я как раз жил на побережье моря. Там тоже небольшой городок и очень красиво, только… мои родные погибли, и у меня есть только Дей и Шай, – грустно сказал мой белый змей.

– Нет. У тебя теперь есть все мы, – сказала я, крепко обнимая мужа. И чтобы перевести тему в более весёлое русло, стала расспрашивать остальных мужей:

– Ворс, а как живёт твоя семья?

– В поместье Милдбрук клана Меддок. Глава семьи – мама, Алиса Меддок. У неё четырнадцать мужей, а количество наложников постоянно меняется, но где-то около сорока. У меня три брата и одна сестра Ринелла.

От такой информации я, мягко говоря, зависла. Да-а-а уж… Весело, ничего не скажешь.

– А как такое количество мужчин между собой не ссорится? – не удержалась я.

– Ещё как ссорится, – грустно ответил Ворс. А я решила на этом и закончить на сегодня знакомство с семействами мужей, которое из весёлого и оптимистичного перерастало в напряжённое.

– Дейшир, а когда Сириус очнётся? Он ведь уже трое суток спит. С ним точно всё хорошо? И что означает эта инициация? – засыпала я вопросами моего огненного змея.

– Точно всё хорошо. Его организм немного перестраивается, теперь у малыша появится ядовитое жало на хвосте. А долго спит потому, что ещё маленький, – они обычно в два года инициируются, да и то не все, – ответил Дей, задумчиво глядя в костёр.

– Ладно, пойдёмте спать, завтра рано вставать.

Утром мы все заметно нервничали. Оделись максимально удобно, а с собой взяли только оружие и деньги. Рей поколдовал над кибитками, чтобы проезжие не заметили их, даже если забредут в такую даль. И вот Алекс начал производить сложные пассы руками; от напряжения у парня сжались губы, а по вискам стекал пот. Примерно через сорок минут замерцало окно портала.

Первым пошел Ададжи, следом я, Ворс и Рей, потом наги, и, закрывая за собой портал, из серебристого марева вышагнул Алекс. Мы оказались в богато убранной спальне с огромным ложем посреди комнаты.

– Алекс, где мы, ты знаешь? – спросила я у мага. Муж смутился и покраснел.

– Это спальня повелительницы во дворце, – тихо ответил он, видимо, ожидая от меня гневных речей.

– Замечательно. Ты знаешь, как нам попасть в западное крыло, на второй этаж? Желательно при этом ни с кем не повстречаться, – он лучше нас знал дворец, а медлить было нельзя и хотелось бы избежать лишних жертв.

Мы быстро шли по широким коридорам, петляя как в лабиринте, наконец, я увидела дверь из воспоминаний эльфа, дернула за ручку – закрыто. Ну что же, ожидаемо.

– Рей, ты можешь открыть магией? – попросила я парня.

Конечно, можно попытаться взломать, но это поднимет лишний шум, а нам и так с трудом удалось незамеченными добраться сюда. Парень с минуту что-то бормотал и водил руками возле замка; послышался тихий щелчок. Ура! Снова нам везёт. Не иначе опять Богиня способствует. В сердце моём всё больше копилась благодарность к этой суровой, но классной небожительнице.

Дверь тихо открылась, и мы прошли в большие светлые покои. В них, в окружении молодых эльфиек, что-то писал, сидя за столом, светловолосый симпатичный мальчик лет десяти на вид. Он поднял на нас свои большие зелёные глаза и посмотрел с любопытством, присущим детям. Ворс что-то сделал, и няньки застыли без движения.

– Здравствуйте, а вы кто? Вас тётя прислала? – спросил мальчик тоненьким мелодичным голосом.

– Нет, мы пришли сами. Тебя ведь Инсиниэль зовут? Твоя тетя нас недолюбливает, и чтобы уладить наш с ней конфликт, я хочу, чтобы мы с тобой стали родственниками, – спокойно и с улыбкой сказала я мальчику. Считаю, что врать детям нельзя, но и пугать малыша я не собиралась.

– Хорошо. А как мы будем становиться родственниками? – удивился мальчик.

– Ну, мы сделаем по маленькой ранке на наших ладонях и соединим с тобой, а остальное сделаю я, – честно сообщила пареньку. Как ни странно, эльфёнок обрадовался.

– Правда? И мы по-настоящему станем родными? Просто кроме тёти у меня нет никого, а она меня не любит и кривится постоянно, когда я рядом, – печально сообщил нам Инсиниэль. Мне стало грустно, и захотелось подарить частичку своего тепла этому одинокому и недолюбленному мальчику.

– Конечно правда. Самыми настоящими родными. И будем тебя навещать, если тётя согласится, а я думаю, мы её уговорим, – уверенно сказала я, а паренек просиял и протянул ладошку. Первым надрез себе сделал Шайш и очень быстрым движением, так что паренек не успел охнуть, рассек немного ладошку Инсиниэлю. Вот они соединили ранки, а я вошла в транс. Спасибо Лире, знание, как совместить суть крови, само возникло в моей голове, и не мешкая, я легко это сделала. Все мои мужчины прошли через обряд, и я завершила слияние своей кровью. Мальчик даже в трансе был такой светлый и чистый, что никакого негатива просто не мог вызывать, сейчас я его действительно ощущала – ну как племянника, родного и любимого.

– Хорошо, Инсиниэль, а теперь пошли к тёте. Ты, главное, не волнуйся, она теперь ни тебе, ни нам ничего сделать не сможет, а если попытается, я почувствую и накажу её.

Мальчик доверчиво кивал. Во время обряда Богиня в мою голову вложила новые знания, и теперь я буквально подпрыгивала от нетерпения пообщаться с «повелительницей».

*

Вириэль Тан-Дилиналь

*

– Повелительница, магическое послание, направленное лиру Танриэлю, вернулось непрочитанным, – тихо пролепетал Ланс, с опаской глядя на меня.

Не может быть! Шесть никчемных избранных не могли победить отряд из пятидесяти наёмников и шести магов-боевиков. Это невозможно! Но почему Тан не отвечает? Он никогда не проигнорировал бы моё послание. Надо направить туда ещё кого-нибудь.

Пока в голове роились эти странные мысли, дверь в зал открылась и произошло то, чего я меньше всего ожидала: вошла Призванная, держа за руку Инсиниэля! Следом за ней шли трое нагов, три мага и беловолосый ирлинг.

– Ну здравствуй, повелительница Вириэль Тан-Дилиналь. Ты не возражаешь, если я тебя по-родственному буду называть Вири?

– С каких это пор моими родственниками стали иномирные выскочки? – высокомерно ответила этой человечке, а сама лихорадочно соображала, где охрана? Почему их пропустили? Что она хочет сделать с мальчишкой?

– С сегодняшних пор мы с тобой близкие кровные родственники, – с нескрываемым удовольствием сообщила девчонка. – Меня, кстати, Юлия зовут, можно на ты, без церемоний, а то как-то невежливо не знать имени той, которую пыталась убить уже дважды, – продолжала язвить Призванная.

– Что бы ты себе ни надумала, человеческая тварь, для меня ты лишь досадное упущение, которое я сейчас исправлю. Стража! – позвала этих олухов; где их носит? А человечка перешла на Видение и тихо сказала:

– Очень не советую. Не успеют, да и приблизится всё равно не смогут.

Мне стало жутко. Видящие убивают, не прикасаясь, страшной смертью, после которой не остаётся ни души, ни шанса на возрождение. Поэтому мне оставалось только молчать и даже не двигаться, чтобы, не дай боги, не спровоцировать ее.

– Что ж, раз ты успокоилась, то поговорим. У меня для тебя столько хороших новостей! – эта идиотка даже в ладоши захлопала от радости. Она что, правда надеется, что её спасёт видение? Как только я и племянник будем в безопасности, её уничтожат, и неважно, сколько при этом эльфов умрёт.

– Ну что, кузина. Для начала расскажу тебе об одном очень интересном обряде. Инсиниэль, покажи ранку тёте, – потешалась выскочка, а мальчишка поднял руку и показал небольшой разрез.

– Так вот, я с мужьями и твоим племянником провели Единение сути крови, и теперь мы не просто родственники, а связанные жизнью. Знаешь, что это означает? – обрушила на меня небо эта тварь. Гадина, теперь мне от неё не избавиться! Ни от неё, ни от мужиков, ни от детей – или умрём и я, и Инс! Что делать? Весь план коту под хвост. Придётся воевать.

– Да ты не торопись так с выводами, Вири, это не все хорошие новости: понимаешь, через этот обряд Богиня Лира, храм которой вы осквернили, запудрив мозги местному населению, изменила кровь всем эльфам, и теперь вы можете иметь детей от людей, нагов и даже ирлингов, если они захотят. Более того – до сих пор бесплодная, ты можешь забеременеть, но только от этих рас, от соотечественников детей тебе не добиться. А, и ещё: теперь вы также приняты в лоно её обители, на тех же условиях, что и исконные народы Арривала, то есть разгневаете – вымрете. И поскольку именно благодаря помощи эльфов люди и наги оказались в таком незавидном положении, ты подберёшь две тысячи молодых, родовитых эльфиек, которые и станут возрождать исконные расы. Я лично проверю всех отобранных, через месяц, и не советую со мной шутить, это моё тебе родственное предостережение. Да, и ещё одно: я буду навещать Инсиниэля и приглашать к себе на каникулы. Но ведь ты не против, кузина Вири? – не скрывая смеха, издевалась девчонка.

– Тварь! – это всё, что смогла я ответить гадине. Что же делать? С богами-основателями шутки плохи.

– Ну и ладушки! У тебя ведь сейчас много дел – девушек отобрать, размножаться опять же, а мы пойдём. Распорядись, чтобы меня не злили, да и поранить могут кого-нибудь, не дай боги. Ну, не скучай, – и с этими словами они пошли на выход, оставив Инси.