Случайный брак, или Как отыскать жену

Глава 1. Связанные судьбой

Храм Всех Богов. Тайверда

Ирвин

– Леди Дарвана уже прибыла? Где её Арха носит?

Я лениво посмотрел на отчима. Мать не смогла поехать с нами, а он слишком сильно волнуется, кричит и раздражается по пустякам. Неужели именно такого короля хотела мать? Отец не успел уйти к богам, а она уже нашла себе нового мужа, который тут же стал моим опекуном, попытавшись забрать себе всю власть.

Не выйдет, мне осталось всего два года до совершеннолетия, и тогда я выясню всё и о смерти отца, и о планах матери.

– Я войду в Храм, – сообщил отчиму.

– Подожди! – недовольно зыркнул он на меня. – Леди…

– Леди ваша родственница, а не моя.

Я поднялся по высокой лестнице, что вела к входу в Храм.

Он был древним, старше, чем моё королевство, даже старше некоторых богов. Они менялись, уходили, растворялись в истории, появлялись новые, а Храм Всех Богов стоял.

Наверное, эта лестница была первым испытанием, потому что не каждый смог бы подняться до самого верха не запыхавшись. Я смог, отчим, что удивительно, тоже. Он торопился за мной, будто я мог куда-то сбежать! Я прибыл сюда с ним, вернуться домой один не смогу, с острова так просто не выбраться, а подвергать свою жизнь опасности нельзя. Ещё рано.

– Ты принимаешь ответственность за свою жизнь, сын мой? – обратился ко мне старый жрец, стоявший на входе. – Все поступки, все мысли, все намерения будут открыты богам, стоит переступить порог их обители.

– Принимаю, – наклонил я голову.

– Он ещё несовершеннолетний! – попытался возразить опекун.

– Богам нет дела, сколько исполнилось бренному телу, в которое заключена бессмертная душа, – ответил жрец. – А ты принимаешь ответственность, сын мой?

– Принимаю, – буркнул лорд Свеар.

Я вошёл внутрь, вдыхая аромат благовоний и специй, который будоражил все чувства. Теперь мне хотелось действовать, скинуть власть матери и лорда, стать самостоятельным. Меня и раньше посещали такие мысли, но ещё два года я зависел от их воли, и с этим ничего нельзя было поделать.

Медленно шагая вперёд, я решал, кого из богов следует посетить. Мора. Да, бог смерти и посмертия, владыка вне жизни редко снисходит до своих прихожан, но, может, мне сегодня повезёт.

Руки неожиданно коснулось что-то холодное. Я вздрогнул, отскочил, но рядом с собой увидел только опекуна, который с торжествующей улыбкой смотрел на меня.

– Что ты сделал? – перевёл взгляд с него на собственную руку и зарычал: – Что это?

– Помолвочный браслет, сын мой, – издевательски ответил лорд Свеар. – Как только прибудет леди Дарвана, свяжем ваши судьбы до совершеннолетия.

Он благоразумно отступил на несколько шагов назад, понимая, что я могу сорваться. Мне всего шестнадцать, магия отца ещё не подчинилась, и чтобы контролировать себя, приходится прилагать усилия. А ведь я ненавижу отчима, и он это знает, но всё равно нарывается.

Я попытался стянуть простой металлический обруч, хотя и знал, что это бесполезно, его мог снять лишь тот, кто надел, или жрец. Но я принял на себя ответственность, и теперь ни один из служителей богов не пойдёт против их воли!

– Значит, ты решил женить меня на своей племяннице? – перед глазами встал образ глупой худосочной девицы с лошадиным лицом. – Я скажу «нет».

– Для помолвки твоё согласие не нужно, – отмахнулся отчим. – А к свадьбе ты можешь и поменять своё решение.

Да, я был молод, но с юношеской наивностью уже успел распрощаться. Это только кажется, что жизнь во дворце похожа на сказку. На самом деле в моём случае она превратилась в выживание. Это при отце я был любимым и единственным наследником, при матери же стал напоминанием о том, чего ей так и не удалось получить. Власти.

Я наблюдал за фаворитами и фаворитками, за дежурными улыбками и придворной лестью, которой родители осыпали друг друга. Но за всем этим скрывался пронизывающий северный холод, скрытая ненависть и, как следствие, отсутствие других детей. Впервые осознав, что к этому привёл договорный брак, решил, что сам никогда не женюсь на той, кого не полюблю. Так что пусть отчим отправляется к Мору, я не позволю ему навязать мне жену.

– Стой! Ирвин! – лорд Свеар попытался меня остановить.

– Леди уже здесь? – холодно осведомился, желая лишь одного – размазать его по полу. – Нет, тогда я прогуляюсь.

Выйдя в галерею, остановился.

У меня не будет двух лет, стоит нам предстать перед жрецом, и моя жизнь закончится. До совершеннолетия я не доживу. А отчим… Он придумает, как использовать брак и мою смерть. Может, бедная невеста окажется на сносях, доверенный маг признает в нём моего наследника, жрецы за отдельную плату подтвердят, и династия Кроу прервётся, но об этом никто не узнает.

Я уходил всё дальше от нового храма, минуя коридоры и ответвления, туда, где давно не бывали другие прихожане. Боги покидают этот мир, но сносить их храмы нельзя, кто знает, когда они решат вернуться. И чем отомстят за разрушенную обитель.

По лабиринту, вглубь острова, я шёл, гадая, как вывернуться из неприятностей. Но ни один вариант не мог удовлетворить или порадовать. Оставалось лишь надеяться, что моя невеста окажется не такой глупой, какой я её запомнил.

В этой части практически никто не бывал, следы запустения угнетали, мусор, ветки и листья, нападавшие сквозь отсутствующую крышу, хрустели под ногами. Наверное, уже не осталось жрецов, служивших этим богам, а новые послушники не горели желанием отдавать свою душу тем, кто давным-давно покинул своих детей.

Поэтому громкий всхлип стал для меня неожиданностью. Я прислушался, услышал перестук, словно кто-то пнул камень, и направился в ту сторону. Низкая арка не стала помехой, и я вошёл в тёмное помещение. Пришлось зажечь огонёк, стихии позволили, и я облегчённо выдохнул, разглядев целый потолок. По крайней мере, пока я здесь, он не упадёт.

– Кто тут?

Мне никто не отозвался, но тихий шорох подсказал, в какой стороне искать собеседника.

Собеседницу.

За мрачной статуей старого бога, чьи черты лица успело стереть время, сидела испуганная девчонка, настолько чумазая, что её и не сразу было видно в полумраке. Разве что голубое платье выделялось, чуть ли не светясь.

– И чего ты тут прячешься? – улыбнулся ей и протянул платок.

Потёки слёз на пыльной мордашке смотрелись презабавно. Светлые кудряшки жалостно дрогнули, она встала, и я понял, что девчонка чуть старше, чем мне показалось сначала, лет тринадцать.

Она всё также молчала, и я предпринял ещё одну попытку заговорить.

– Тебя проводить к родителям?

– Разве что убьёшь, – вдруг прошептала она. – Они умерли.

– Прости. Но здесь никого нет, ты можешь заблудиться, – и пусть лукавил немного, но оставлять её одну не хотелось.

– Могла бы, осталась навсегда, – она вытерла моим платком лицо и вздохнула.

А я зацепился взглядом за такой же браслет, как и у меня. И всё понял. У нас в Аменции ранние браки и помолвки были запрещены. Нет, в шестнадцать, после первого совершеннолетия, опекуны или родители могли заключить помолвку, и это уже никак не порицалось. Но я знал, что в других странах были другие законы, и эта девочка вполне могла сегодня выйти из храма чьей-то женой. Храм Всех Богов не делил народы, не признавал законы, принимал молитвы и пожертвования от всех, кто обращался. Единственное место на всём Энвере, где все были вынуждены сохранять подобие мира, остров в Круглом море, Тайверда. Но мир означал и другое, терпимость к чужим законам, какими бы дикими они ни были.

– Тебя выдают замуж? – спросил у неё.

Девочка поморщилась, попыталась стянуть браслет и чуть не расплакалась снова.

– Помолвка, – ответила тихо. – До совершеннолетия. А он старый! И противный! – она подняла на меня светлые голубые глаза. – Няня говорит, хочет… до наследства добраться, – запнулась, но всё равно сказала. – Я неглупая, сама понимаю, что мама с папой оставили много… И я… Но он ведь такой старый! Дядя Онвер говорил, что будет обо мне заботиться, а сам!

Я не ожидал, но девчонка внезапно устремилась ко мне, обняла, прижимаясь к груди. Её потряхивало, но она уже не плакала, и мне стало её жаль. Надо же, такие разные, но такие похожие истории. Сказал бы мне кто-нибудь раньше, что такое возможно, я бы не поверил.

– Тихо, не плачь, – поглаживая её по спине, попытался утешить. – Слушай, всё не так плохо. Если хорошо помолиться, то боги подскажут выход.

– Не подскажут, – отстранилась она и смешно вытерла рукавом нос. Я едва скрыл улыбку, тоже мне, аристократка, никаких манер. – Я уже столько раз помощи просила, а меня опекун сюда привёз. Он с… с жених-хом где-то там, – махнула рукой и вздохнула, посмотрела на меня исподлобья и охнула. – У тебя тоже браслет! – прозвучало обвинительное.

– Да, – согласно кивнул, – и меня женить хотят.

– Невезучие, – она даже улыбнулась, будто простив меня за то, что я ей сразу не сказал.

– Ещё какие.

– А тебя за что?

– Да тоже… за наследство, – поморщился. – Два года всего потерпеть, но мне отчим такую невесту выбрал, что не доживу.

– Сочувствую, – она дотронулась до моей руки.

Я посмотрел на неё. Мелкая ещё и непонятно – симпатичная или нет, расти ещё и расти. Почему-то сжалось сердце, когда подумал, что и она может оказаться в таком же положении, когда проще убить, чтобы до денег и власти добраться. И ладно я, почти взрослый, осознающий, а она? Ей за что?

– Тебе сколько лет?

Она нахмурилась и прикусила губу, словно раздумывая, стоит ли делиться такой информацией с первым встречным.

– О-о… тринадцать, – улыбнулась нервно и откинула ногой какой-то камешек.

Тот отлетел неожиданно далеко и попал в статую старого бога. Раздался звон, и мы с девчонкой вздрогнули, покосившись на древнего.

– Он не рассердится? – вдруг спросила она.

– Не знаю, – потёр лоб. Браслет коснулся носа, обжигая холодом, и я замер, потому что в голову пришла совершенно безумная мысль. – А скажи… Ты принимала на себя ответственность за поступки или опекун взял её на себя?

– На себя, – совсем по-взрослому фыркнула девочка. – Боги знают, что у меня есть душа, а душа не может спрятаться от того, что ей суждено.

– И я принимал… Иди сюда! – вновь дёрнул её к себе. Она возмущённо взвизгнула, но я, окрылённый идеей, тащил её к алтарю древнего бога. – И мы берём на себя ответственность. Вместе!

– Та-ак, – попыталась отстраниться она. – Я не играю…

– Послушай, – улыбка никак не хотела стираться с моего лица, – тебя насильно привезли сюда, чтобы заключить помолвку до твоего совершеннолетия, которую нельзя снять. Меня просто обманули, и с этим браслетом мне не покинуть храм. Как и тебе. Но мы можем, – я сделал паузу, предлагая ей проникнуться моментом, – мы можем совершить помолвку перед этим древним богом, – повернулся к алтарю, надеясь найти имя, нашёл и облегчённо выдохнул, – перед богом Лакко. Он свяжет наши судьбы, а в этот день через пять лет мы расторгнем помолвку, потому что станем оба взрослыми. Так что? Мы уйдём из-под опеки, нам никто не сможет ни слова сказать. Давай?

Девочка смотрела на меня огромными голубыми глазами, в которых было столько непонятных эмоций, что становилось не по себе. И я уже попрощался с идеей, когда она неожиданно резко шагнула ко мне, протягивая руку.

– Я согласна! Но я не помню слов обета.

Да, этого я тоже не помнил, но разве богам нужны правильные слова, а не те, которые идут от сердца?

– Придумаем.

Она сама потянула меня к алтарю, пошаркала ногой, разгребая камушки и мусор, опустилась на колени. Недовольно зыркнула на меня, заставив последовать за ней.

– Я читала, – её щёки немного покраснели, – что нужно так делать. Хотя сама ни разу на помолвках не была. Да и на свадьбах тоже. Нужно от всего сердца пожелать быть вместе, – запнулась, справилась с собой и продолжила. – Я вверяю свою судьбу и честь этому человеку, клянусь хранить верность и не предавать, идти с ним рука об руку смело, не склоняясь перед трудностями. Лакко, даруй нам эти дни, не оставь без своей милости.

Я кашлянул, потому что у нас даже на свадьбах произносили другие слова.

– Лакко, не оставь нас без своей милости, даруй своё благословение, соедини наши судьбы, чтобы мы смогли вдвоём преодолеть те трудности, что ждут нас в будущем. Услышь меня, загляни в моё сердце, я честен, я клянусь, что не предам её и не покину, не сделаю ничего, что навредит ей. Даруй нам эти дни.

Замер, думая, что мы о чём-то забыли.

– Кровь, – прошептала девчонка.

Чуть не хлопнул себя по лбу, достал кинжал, который всегда был со мной, подарок отца на десять лет. Самый дорогой для меня подарок. И с его помощью я связываю свою судьбу, пусть и на время, с той, кто поклялась меня не предавать. И кому в том же поклялся я.

Кинжал обагрился моей кровью, несколько капель упали на алтарь, и я осторожно взял ладошку девочки, сделал надрез и соединил наши руки. На её глазах появились слёзы, и мне захотелось её обнять. Всё-таки она – моя невеста, теперь нужно о ней заботиться.

– Ой!

Мой браслет вдруг раскрылся и упал на пол, подняв в воздух пыль. Я вздрогнул и посмотрел на свою невесту, гулко сглотнув, потому что её браслет тоже перестал занимать положенное ему месту и сейчас медленно скользил к полу по перепачканному платью.

– Мы что-то сделали не так? – спросила она, испуганно посмотрев мне прямо в глаза.

– Не знаю…

– Она должна быть здесь! – вдруг раздался истеричный возглас совсем рядом.

– Это за мной, – девочка с забавными кудряшками и печальными голубыми глазами поднялась, отряхнула изгвазданное платье и попыталась улыбнуться. – Жаль, что у нас ничего не вышло, но я пойду, не хочу подвергать тебя опасности. Ты хороший.

Она ушла. Из коридора послышались недовольные крики, шум, её тихий голос, который словно возвышался над этой неразберихой. Я немного подождал и вышел следом, всё равно из Храма не уйти, придётся искать отчима.

Он нашёл меня сам. Лорд Свеар нарезал круги в первом зале, и стоило мне выйти туда, с рёвом кинулся ко мне.

– Ирвиндэл! – другой на моём месте пошатнулся бы, когда туша моего отчима оказалась рядом, испугавшись, но не я.

Спокойно посмотрел на него, ухмыляясь своим мыслям. Нет, я уж точно не оставлю всё так, как сейчас. Мама может заявлять всё, что пожелает её душа, но единственный наследник – это я. Прямая королевская кровь. А желания её нынешнего мужа ничего не стоят. Он может мечтать о троне, но пока я жив и в здравом уме, он ничего не получит.

– Да, лорд Свеар? – мне отлично удавалась роль нахального богатого мальчика. – Уже успели меня потерять?

Он скривился, но схватил меня за руку, больно её сжимая. В другой ситуации я бы попытался вырваться, но сейчас словно дух зловредный вселился, я практически наслаждался происходящим. Может, дело было в лёгком отчаянии, которое не отпускало после обряда у алтаря бога Лакко. Или, наоборот, счастье, что я избавился от браслета, а отчим этого ещё не заметил.

– Твоя невеста уже здесь, – прорычал он. – А ты заставляешь её ждать!

– Она мне ещё не невеста, – напомнил ему.

Впрочем, погруженный в свои мечты Свеар этого не услышал.

Он продолжал тащить меня во внешний круг храмов, и я даже не сомневался, куда именно мы зайдём. Самый новый и богатый из залов, самые глухие к мольбам жрецы, самые высокие пожертвования… И всё это – обитель Винеи, богини любви. Здесь связывали судьбы лишь сильные мира, богатые и родовитые. Иным обряд был просто не по карману. Возможно, потому, что в наших кругах не было свадеб по любви, лишь из-за богатств и долга. Даже мои родители связывали свои судьбы здесь, впервые увидевшись перед ликом богини.

– Сын мой, – нас встретил жрец в белоснежной мантии, которая подметала полами выскобленный до зеркального блеска пол. – Всё уже готово.

Обращался он к отчиму, меня будто и не существовало, но удивляться такому не приходилось. Несовершеннолетние дети полностью подчиняются родителям и опекунам, так было всегда и так будет. Это правильно и верно, но не в моём случае! Даже смешно, что при входе в Храм нас заставляют принять на себя ответственность, но не дают свободы выборы.

В блеске стекла и золота алтаря стояла высокая худая девушка. Она разглядывала храм с восторгом, видимо, была здесь впервые. Она казалась старше, чем была на самом деле, её миловидное личико портил яркий макияж, нанесённый умело, но не подходящий её возрасту. Я поморщился, но постарался не показать своего отношения к происходящему. Жаль, магия в Храме не отзывалась, а то от шалости бы не удержался.

Увидев меня, леди Дарвана просияла и выпрямилась, преданно заглядывая дяде в глаза.

– Дарвана, – скривившись, будто глотнул сехванского сока, произнёс Свеар, – мой подопечный – Ирвин.

– Я счастлива с вами познакомиться! – визгливо воскликнула девушка и порывисто вздохнула, комкая в руках платок. – Моё сердце сейчас вырвется от счастья из груди! Я готова стать вашей невестой и…

– Потом, – грубо оборвал её отчим. – Жрец!

– Встаньте сюда, – указал представитель богини любви, передавая своему служке кошель с золотом, который получил от Свеара.

Мы с моей будущей невестой заняли золотую площадку перед алтарём. Придумать, как избежать обряда, я не мог. Сбежать? Не удивлюсь, если отчим просто стукнет меня по голове, а жрец проведёт обряд над бессознательным телом, просто получив лишние золотые. Ну уж нет, я хочу знать, как это происходит, чтобы потом искать способ разорвать помолвку.

– Я так счастлива, – прошептала леди Дарвана, даже не смотря на меня.

Странная она.

– Богиня Винея любит всех своих детей, – жрец встал сбоку от алтаря, служки поставили перед ним две чаши. – И сегодня мы соединим судьбу этого юноши с судьбой этой девушки, – в одну чашу упала золотая монета, в другую раскрытый бутон белой асхии. – Винея знает, что её дети слишком юны, но их желание для неё стоит дороже, чем презренные металлы и живая суть, – я сглотнул, наблюдая, как всплывает монета и тонет цветок. – Кровью нашего мира, воздухом нашего неба, светом нашего солнца, словами, идущими от сердца, просим тебя, соедини две души, чтобы после совершеннолетия могли они сочетаться браком, как две половинки единого! Положите руки на алтарь, – приказал жрец, и даже мысли не возникло, чтобы возразить ему.

Тёплый камень приятно грел кожу, но я ждал, что будет дальше. А ещё думал, что этот обряд слишком непохож на тот, что мы провели с девочкой. Наверное, поэтому он и не сработал.

– Ирвиндэл Брандэс Кроу принимает на себя ответственность за судьбу Дарваны Эсэты Свеар, называет себя её женихом, обязуется беречь её и свою честь до совершеннолетия, чтобы взять её в жены и стать её супругом перед лицом Винеи не позже второго луноворота от дня вступления в возраст ответственности.

Вот, значит, как… Мне дают два месяца, чтобы насладиться свободой. Два года и два месяца.

Внезапно алтарь начал нагреваться. Дарвана взвизгнула, отшатнулась, дуя на ладонь и заливаясь слезами.

– Дядя! Больно!

Моя же рука словно прилипла. Я попытался её оторвать, но не смог. Было страшно, потому что обряд явно пошёл не по плану. Вода в той чаше, что символизировала мою судьбу, вдруг забурлила и потемнела, монета взлетела вверх и звонко шлёпнулась на алтарь, растекаясь по нему блестящей лужей.

Но то, что случилось дальше, ужаснуло ещё больше. Я в который раз проклял судьбу за то, что в Храме не действовала магия. Как спастись, когда боги действуют против меня? Золотая клякса ползла ко мне медленно и неотвратимо, а я никак не мог оторвать от камня свою правую руку. Дёргался, оглядывался, уже даже думал, что и с одной рукой можно прожить, но дотянуться до ножа не успел.

Золото перетекло на пальцы и… Не обожгло. Холодок пробежал по коже, обвился вокруг запястья и застыл в сложном узоре. Будто тонкий, невесомый браслет теперь обхватывал мою руку.

– Что это? – разнёсся по залу ледяной голос отчима.

Я легко отнял руку от алтаря, теперь её ничто не удерживало, и отступил в сторону. Жрец задумчиво посмотрел на меня, а потом направился к плачущей Дарване.

– Дитя, покажи мне свою руку, – мягко попросил он. Она подчинилась. – Спасибо, дочь моя, теперь ты свободна, можешь покинуть храм, – и передал ничего не понимающую девушку своему служке, который и вывел её из храма Винеи.

– Что это означает, жрец?

Тот уже подошёл ко мне, и я с ухмылкой протянул ему руку, скрывая страх. Ноги дрожали, но я не позволил себе даже малейшего внешнего проявления, понимая, что должен держаться, пока не разберусь в том, что происходит. Или мне не объяснят.

– Сын мой, – он держал мою ладонь осторожно, – тебя благословили сразу два бога, – тихо произнёс он. – Это символ Винеи, а это – старого бога, имя которому Лакко, – две линии разных узоров действительно сплетались вместе. – Это сила и ответственность, защита… И это невероятно!

– Что здесь происходит? Верни девушку и заверши обряд!

Жрец отступил в сторону.

– Увы, сын мой, есть вещи, которые я не в силах изменить. Боги сказали своё слово, нарушив непреложные правила. Но на то они и боги, чтобы играть нашими судьбами так, как им заблагорассудится.

– Что ты такое несёшь? – зло зыркнув на меня, заорал отчим.

– Ирвиндэл Брандэс Кроу более не нуждается в вашей опеке, – поклонился ему жрец. – С этого дня он вправе распоряжаться своей судьбой сам. Как и судьбой своей супруги.

– Что? – произнесли мы со Свеаром одновременно.

– Боги женили его на Дарване?

– Я женат?

– Ты женат, сын мой, – скупо улыбнулся жрец и обернулся к отчиму. – Нет, деву не признала богиня. Вы привели юношу слишком поздно, старый бог Лакко уже связал его жизнь с другой, а Винея добавила своё благословение. Эти двое предназначены друг другу, и ни я, ни кто-либо другой не сможет этого изменить.

– Кто она? – прошипел Свеар.

Я смотрел на запястье, на котором сиял брачный браслет, и чувствовал, как по лицу расползается счастливая улыбка.

Свободен!

– Кто она? – прокричал отчим и схватил меня за руку, чтобы отлететь от меня на добрых три метра.

Магия отца, моя магия наконец-то проявилась в крови в полную силу, защищая своего носителя от чужака. Это опекуну можно было наказать меня, а вот мужу матери – уже нельзя.

– А разве это должно вас волновать, лорд Свеар? – холодно и отстранённо произнёс я, разворачиваясь к выходу.

Шёл ровно, чувствуя, что готов свалиться в обморок от счастья. Я свободен! Больше никто и никогда не скажет мне, как следует себя вести и что делать. Если бы я знал, что этот день принесёт мне всё, о чём я мечтал, то не сопротивлялся. Боги, спасибо вам за шанс всё изменить, я им воспользуюсь!

– Ты принял на себя ответственность, сын мой, – голос старого жреца поймал меня на верхней ступеньке лестнице, что вела к гавани, где ждала королевская прогулочная яхта.

Я замер.

Та девочка…

Я принял на себя ответственность за свою жизнь и за её. Она теперь моя жена, хотели мы того или нет.

Обернулся и поймал взгляд жреца. На морщинистом лице старика необычайно ярко горели золотистые глаза, полные лукавства и озорства, словно он только что совершил нечто крайне занимательное.

– Я принял, – подтвердил его слова, пытаясь понять, почему меня так нервирует несоответствие в облике старца.

– Ты просил пять лет, я дал их тебе, – неожиданно подмигнул жрец.

Боги Энвера! Тот, кто смотрел на меня, не мог быть богом, но внутренний голос кричал, что это так. Я сейчас разговаривал с тем, кто соединил мою судьбу с судьбой голубоглазой малышки.

– Благодарю, – глубоко поклонился ему, а когда разогнулся, на площадке уже никого не было. – И я не обману твоих ожиданий.

Показалось или нет, но где-то раздался тихий смех.

Мне дали пять лет, чтобы я навёл порядок в своём дворце и королевстве. Через пять лет она станет совершеннолетней, и мы сможем расторгнуть брак, посмеявшись над нашим приключением. Ведь если мне были нужны эти годы, чтобы выжить, значит, и ей тоже.

Уже спускаясь, я вспомнил, что так и не спросил её имя. И не назвал ей своё.

Глава 2. Королева

10 лет спустя

Королевский дворец. Шерб

Дора

– М-м-м, – простонала я и закатила глаза. – Это же блаженство…

– Дора!

Пришлось выпрямиться и принять вид, приличествующий её величеству. Моему величеству. Мне.

Конечно, кричать на королеву было нельзя, но попробуй поспорить с леди Хенте, надзирательницей из самой родовитой семьи, приставленной следить за малолетней принцессой. Королевой, с того самого дня, королевой. И, надо сказать, ей единственной можно было всё, ведь основная задача этой гранд-дамы – воспитать из меня истинную леди.