- -
- 100%
- +
Пролог
Всё-таки ощущение полёта ни с чем нельзя сравнить в этой жизни. Да и в прошлых и будущих жизнях тоже. Для человека, умиравшего несчётное число раз, я оставался довольно сентиментальным индивидуумом. Да и человек ли я в полном смысле? Биологически четверть генов принадлежит Тёмному альву. Да и множество путей Средоточия в моём теле, благодаря вмешательству опытной Ведьмы, и гармонии рунного рисунка на коже, спаянные манопотоком заклинаний, давно сделали из меня если не монстра, то существо, далеко выходящее за рамки понятия «человек».
Монотонная роль драйвера-секунда, скорее статиста в управлении разведывательным дроном Станции «Гиперборея», с интересом наблюдающего за проносящимся под нами на высоте двух километров ландшафтом Небытия, не обременяла меня нисколько. Я скосил глаза на виртуальный монитор коммуникации и улыбнулся.
Вот кто был сейчас в своей стихии! Выражение лица Термоядерной Ведьмы отражало не просто восторг вновь обретённой возможностью управления высокотехнологичным аппаратом двадцать шестого века, оно было переполнено счастьем обретения силы, доселе неведомой этому миру и этой земле. Вот уже почти месяц, как эта сила заявила о себе в Небытии. Заявила весомо и с перспективой.
Бессмертные… Горсточка попаданцев, вольно или невольно получивших шанс прожить новую, возможно, бесконечную жизнь в новорожденном мире, сотворённой волей Хранителей. Обречённые со временем раствориться среди множества народов и рас магического мира, созданного с туманными целями из виртуальной реальности Земли-2, волей Великого Рандома и ошибки всемогущей Системы, мы получили невероятный, потрясающий воображение подарок!
Девять Станций виртуального погружения с телами операторов аватаров, всё ещё находящихся в связи с душами обитателей Небытия и обречёнными без помощи погибнуть бессмысленно и бесславно…
Дрон на несколько минут нырнул в густую и рыхлую, словно сметана белоснежную подушку облаков. Сердце на секунду дало сбой и учащённо забилось. Несмотря на уверенность в безопасности полёта, я каждый раз замирал в подобных ситуациях с ограниченной видимостью, вцепившись в подлокотники кресла. События последних месяцев пребывания в новом мире были очень богаты на сюрпризы.
– Мастер Холиен, это уже не смешно! – ироничный голос Инфы немного отвлёк меня от размышлений о собственных страхах. А тут, как раз, и мы вынырнули под ласковые лучи солнца, и земля под нами вновь запестрела разноцветьем осеннего леса и лентами рек. – Сколько можно убеждать вас в абсолютной безопасности полёта на дроне. Попейте воды, трубочка в левом подлокотнике ложемента, а то у меня телеметрия ваших показателей разоряется. Отвлекает от картографирования местности. Может мне спуститься пониже? На всём протяжении пути до Варрагона на высотах от пятисот до тысячи метров никакой облачности, – искренняя забота моего драйвера-прима тронула и немного успокоила меня.
– Не стоит, Инфа. Нам не нужно привлекать лишнее внимание со стороны местных. Может, когда-то и придёт время поиграть мускулами или использовать демонстрацию наших возможностей с какими-либо другими целями. Но пока, чем меньше знают летающих колесницах о Бессмертных, тем лучше.
– Но ведь у этого есть и другая сторона, Эс, – голос Инфы, проходящий через динамики системы коммуникации, едва заметно вибрировал, – мы можем столкнуться с появлением множества небылиц и сказок о нас, Бессмертных!
– Ну и что? Да пускай хоть Новыми Богами нас назовут! Плевать. Хотя, конечно, могут взревновать старые боги… Но где они? Ау! Несколько месяцев ни слуху, ни духу. Думаю, легенды и слухи будут только на пользу, отпугнут всяких придурков и увеличат эффективность информационного поиска других Бессмертных. Мы ведь так толком и не приступили из-за возни с Ковеном к поиску соратников. А слухи имеют удивительную способность распространяться со скоростью звука! Кстати, как связь с ретрансляционным спутником?
– Стабильная, мастер Холиен. Сим Ка не зря настоял, чтобы все начальные ресурсы мы потратили на запуск орбитального зонда. Теперь у нас есть связь со всеми Станциями. И пусть мы не можем вмешиваться дистанционно в управление системами, но это значительно упростит проникновение на них.
– Да, «Гиперборея» оказалась довольно сложным орешком…
– «Сложным»? Да Сим после раскодировки доступа в Центр управления полдня орал, что у него яйца все поседели!
– Фу, Инфа! Тесное общение с лейтенантом-секунда не очень продуктивно влияет на твою лексику, девочка…
– Да ладно вам, дядя Артём, пара солёных и смачных выражений никогда не повредит общению. Или оптимальному описанию ситуации с минимальным использованием бит информации. Или вы скажете, что вполне равнодушно перенесли те первые минуты на «Гиперборее»?
– Мда… ладно. Уела. И всё же пореже ругайся. Тебе, Бессмертной и космодесантнице, новообращённой шаранг не очень идёт.
– А Термоядерной Ведьме?
– Хм ладно, оставим дискуссию до лучших времён. Что там второй дрон, с Сим Ка и Лоос?
– Им ещё четыре часа до владений Тёмных альвов. Авантюрная затея…
– Не скажи, девочка, ой, не скажи! Мы случайно или невольно, восстанавливая способности Гергудрун, кажется, нашли возможность решения проблемы с разблокированием магических способностей у их магесс. А это, Инфа, товар, за который они нам могут дать… да всё что угодно! Я даже знаю, что мы попросим в первую очередь. Да и иметь просто хорошие отношения с дроу на юго-востоке, с шаранг на юге – это уже кое-что…
– Ох, я бы не обольщалась так по поводу Царицы Шаранг… мутные они там.
– Мутные, не мутные, а в тебе почему-то заинтересованы изрядно. Вон, Зелерин, ради этого спокойно игнорирует интересы Ковена…
– Ну, да. Но я бы…
– Инфа, никто безоглядно не собирается доверять шаранг. Интересы Бессмертных прежде всего. Но и воевать со всем миром… Это просто глупость.
– Поэтому мы сейчас и летим к Светлым?
– И поэтому то же… Ты же сама видишь на карте: три Станции находятся во владениях Западных альвов. Две и вовсе не далеко от Варрагона. Иллиан Ренноинн лично заинтересован в спасении операторов, точнее, одного оператора. Впрочем, по схожим причинам, что и я… Он, конечно, прохвост ещё тот. Но не лишён простых человеческих слабостей… Непрошеные воспоминания нарушили хорошее настроение сегодняшнего дня. И я замолчал, углубившись в свои мысли, глядя на приближающийся на горизонте город, переливающийся в лучах восходящего солнца оттенками всех цветов радуги. И снова Варрагон!
Думал ли я, что увижу тебя вновь, город моих начинаний и первой крови, город Башен и Войны, город, где я встретил тебя, Натиенн Рагнарссон…
Глава первая
– А апартаменты-то не ахти! – Базилевсу пришлось пригнуть голову и повернуться боком, чтобы зайти в стандартный отсек, предназначенный для персонала «Гипербореи». Этот хомяк волок за собой два гигантских импровизированных баула, наполненных железками с поля боя. По вполне понятным причинам трофеи пришлось оставить в коридоре Станции, ибо тогда здесь вообще негде было бы развернуться.
– На тебя не угодишь, Вася. Все каюты на «Гиперборее» стандартные. На одного. Люди здесь работали, понимаешь, а не семейное общежитие организовывали.
– Да понятно, но такой минимализм… Надо будет что-то придумать…
– Да кто тебе сказал, что мы тут всё время жить будем? Нам что, ядерный апокалипсис переживать понадобится? Несколько недель перекантуемся, обживём Станцию, поймём, что к чему. Сим Ка сказал, что ничего хитрого в управлении её системами нет. Язык он уже адаптировал. Мы же с тобой не из средних веков, определённое понятие о цифровых технологиях имеем.
– Кстати, Эс, хотел тебя спросить. Ты этому лейтенанту так доверяешь…
– А куда деваться? Мы тут все в одной лодке. Если хотим выжить, держаться стоит вместе. Да и в лидеры он не рвётся. Парень правильный и дисциплина у него, да и у наших космодесантниц, поучиться можно!
– Это ты на меня намекаешь?
– Не намекаю, а прямо говорю. Привыкай работать в команде. Понимаю, вольная жизнь, реки адреналина, физическая неуязвимость… Не надоело, брат? Я же помню твою земную страсть. Даже Гильдию Наёмников ты создал ради одной цели, продлить своё физическое существование за счёт модернизации и апгрейда собственного тела.
– Брр… не напоминай, Эс. До сих пор во сне видится. Но доля правды в твоих словах есть. Нравилось мне во всём этом копаться. Ожившее железо оно такое… затягивает. И адреналина не меньше, чем сейчас! Только вот с деньгами…
– Во-о-от! А теперь пошли, что ещё покажу. Тебе понравится. Там уже дед разбирается, думаю эту епархию вам поручить. Клянусь, не пожалеешь!
– Интригуешь, Эс? Ну, пошли, только…
– Да оставь ты тут пока свои железяки, потом заберёшь! Жадюга…
«Термодинамическая лаборатория» гласила надпись на электронном табло над широкими дверями шлюза в просторное помещение на минус первом уровне Станции. Переменное освещение секторов, тускло-серые стены, минимальный интерьер, смесь технических запахов в горячем воздухе, несмотря на превосходную вентиляцию, в лаборатории погружали в производственную среду с порога. Стоп, запахи, горячий воздух?
– Дед? Ты чего тут уже затеял?
– Тёма! – откуда-то из-за штабелей со стальными ящиками показалась фигура Редьяра, – это просто Клондайк! Эльдорадо! Для оружейника, металлурга, механика и…, и… чёрт его знает кого! – его руки были перемазаны в чём-то тёмном. – Плазменная печь, ионный кристаллизатор, термодинамический модуль с регуляцией температур в реальном времени до пяти тысяч градусов, виртуальный конструктор, 3D – принтер и хрен знает, что ещё! Да Тьере Лохайринг теперь сам у меня в ученики поросится… – глаза белобородого Оружейника блестели азартом и алчностью.
– Понятно. Вот тебе в помощь соратника. Если уж дед оружейную тему оседлал, то тебе, Вася, и карты в руки на ознакомление с возможностями этого отсека. Несколько дней на оценку, перспективы, примерный уровень энергопотребления, ревизия запасов сырья и… да чему мне вас учить? Сим Ка с Рунгерд уже прочно засели в Центре управления, Астру за уши не оттащить от найденных орбитальных зондов, а у меня самого руки так чешутся забраться в Биологическую лабораторию… Но сначала надо забрать Лоос и Инфу. Впереди осмотр Анабиозного зала, пусть операторов и немного, но с чего-то же надо начинать. Да и оборудование там, сдаётся мне прекрасно подойдёт для помощи Гергудрун. Дольше тянуть нельзя. На одних моих заклинаниях она долго не протянет. Средоточие… Что же эти ковенские сучки с ним сотворили? А? Проклятье, ну не разорваться, никак…
Все эти мысли я додумывал уже на ходу по пути в Центр управления. Эргономика «Гипербореи» была предельно простой. Никаких лифтов, четыре этажа, переходы по лестничным колодцам, разделение шлюзовыми воротами и дверями, которые все имели возможность ручного открытия. Простота и надёжность, лишь материалы, из которых была изготовлена Станция, соответствовали представлениям о будущем Земли. Инфа вскользь упомянула что-то вроде «полиморфно кристаллический керамопластик», да назвала какие-то уж совсем запредельные параметры термо- и виброустойчивости. Звукоизоляцию я уже оценил, как идеальную. Да и метал не оставлял на стенах даже заметных царапин. Интересно, а звёздный огонь, которым владеет наша Термоядерная Ведьма, сможет хоть чуть-чуть проплавить такой материал. Надо будет на досуге проверить…
Скучающая Богиня и прилипшая к виртуальным мониторам космодесантница встретили меня в зале Центра.
– Ло, Инфа, хорош баклуши бить. Пошли, в Анабиозный зал. Да, альва, где ты оставила Гергудрун?
– Термоядерная Ведьма называет это место Биологическая лаборатория, мой альв, – улыбнулась Тёмная Королева. Я вопросительно посмотрел на Инфу.
– Там отличные реанимационные капсулы, я тестировала. Не волнуйся, Эс. Пока решим, что делать, она там будет в наибольшей безопасности. А за состоянием орчанки я слежу по переносному монитору, во! – шаранг указала на левое запястье, где находилось что-то вроде широкого полупрозрачного браслета. Блин! Дайте два! И я такой гаджет хочу! Ну это потом, потом.
– Лады, продолжай в том же духе. Организуешь мне такую же приблуду?
– Кого?
– Ну, гаджет, хрень, что у тебя на запястье…
– Ааа… так Сим уже занимается для всех. В центре связи есть возможность обеспечения коммуникаторами всех работающих на Станции. Ну и на крайний случай вот! – инфа подошла к единственной узкой белой панели на стене и приложила кисть правой руки на уровне лица. Засветился небольшой белый круг с пиктограммами отсеков. Ткнув в центральную, космодесантница чётко произнесла: «Сим! Это Инфа, приём. Тестирую для Первого внутреннюю связь «Гипербореи». Как слышно? Приём.» «Приём, – раздался голос откуда-то сверху, – здесь Сим, связь – плюс, привет Первому, отбой.»
– Ну, и что это было? – я нарочито стал сверлить взглядом Инфу, – что за «Первый»?
– Я что такого, дядя Артём. Удобно для режима связи. Ваш позывной.
– По твоей с Сим Ка логике всем Бессмертным в нашем отряде следует дать позывные по номерам?
– Ну… до такого формализма мы с лейтенантом-секунда ещё не додумались. Пусть каждый сам себе позывной придумает. А у вас будет «Первый». Ведь здорово же, а? – космодесантница лукаво улыбнулась. Вот зараза мелкая…
– Детский сад… ладно, пусть пока так будет. А теперь хорош трындеть, Ло, Инфа, пошли работать! – я развернулся к лестничному спуску.
Анабиозный зал находился на самом нижнем, минус четвёртом этаже. Лестница выводила на округлую площадку, примерно раза в два больше диаметром, чем Центр управления. В середине пола, расчерченного сотовыми броневыми плитами, располагалась квадратная площадка со сторонами в метр. Я указал на неё Инфе:
– Люк?
– Аварийный доступ к реактору, Эс. На крайний случай. Но реакторы класса «Консерватор» ни разу не создавали аварийных ситуаций, ни на «Ковчеге», ни за последние двести лет своей эксплуатации на Земле-2. Простота и надёжность. Надёжность и простота. Отсюда и распространённость, и консервативность использования…
– Я смотрю, у твоих земляков, Инфа, минимализм и простота просто-таки фетиш.
– Всё просто, дядя Артём. Когда ты загнан в угол. На орбиту, далеко от всех планетарных ресурсов. И когда цена любого лишнего куска металла или литра кислорода измеряется человеческими жизнями, очень часто пулемёт уступает место топору. Ты знаешь, Эскул, как здороваются на родине Максима или у нас на Ковчеге?
– Нет, Инфа.
– «Чистого воздуха»! Чистого воздуха, Эс! Мы каждый грёбанный день желали друг другу чистого воздуха. С этим пожеланием мы рождались и умирали. Смотрели с тоской на Землю через смотровые иллюминаторы и улетали к звёздам в надежде на новый дом… а ты говоришь, «фетиш».
– Прости, девочка. Такое трудно понять, не испытав самому. Ну а для красного словца… сама понимаешь.
– Ничего, Эс. Это я так. Нахлынуло…
– Это память, космодесантница… Иногда она вонзает свои беспощадные клыки совсем без нашего на то желания.
Мы замолчали, и я дал возможность Инфе самостоятельно покопаться в информационном интерфейсе Анабиозного зала. Подошла Лоос, непривычно тихо ведущая себя последние часы после прибытия на «Гиперборею».
– Ты чего такая грустная, моя альва? – взял я за руку Тёмную Королеву.
– Здесь всё так мёртво, Эс. Даже в самых жутких горизонтах Астрала теплиться хоть какая-то жизнь. Мерзкая, отталкивающая… Но здесь. Как в самых глубоких штольнях у проклятых дворфов. Хотя… и там живут каменные черви и слизни…
– Ох, Ло. Понимаю. Всё это непривычно для тебя. Отнесись к «Гиперборее» просто как к временному убежищу, дому под землёй. Всё же эти стены созданы руками людей и для людей…
– Не знаю, Эс. Но начинаю понимать тебя, мой альв. Я бы тоже сбежала из мира, где такие дома… – я потрясённо замолчал. Вот так выводы у Богини. Молчит, молчит, а потом, как выдаст… Хм. Ладно, стерпится – слюбится. А нам делом надо заниматься.
– Ну что там, Инфа? Долго ещё?
– Сейчас, Эс. Подаю питание на большой монитор поискового реестра. Всё. Активация по поиску оператора… Параметры… Готово!
Одна из матовых стен перед нами засветилась, обрела прозрачность и глубину. Фиолетовые отблески по краям монитора в рост человека придавали загадочный флёр. И если бы не полная уверенность в том, что вокруг нас просто высокотехнологичное сооружение, по визуальному эффекту увиденное очень походило на появление портала в Астрал. Отшатнувшаяся от монитора Лоос косвенно подтвердила мои ассоциации.
– Всё в порядке, Ло. Это всего лишь окно, через которое мы сможем увидеть всех, кто спит сейчас в саркофагах этого хранилища. Как начать поиск, Инфа?
– Просто произнесите вслух параметры человека, которого ищете, и система сама начнёт сужать поиск до минимального числа операторов. А потом, если вы исчерпаете все приметы, покажет тех, кто останется.
– Блин, заморочено как-то…
– Ну вы же не носите с собой стереофото или головидео своей Натиенн?
– Да как-то не озаботился. А, может, через какой-нибудь виртуальный интерфейс?
– Можно… Но возни много. Надо погрузить вас в сон в одной из капсул, переключить на права администратора, потом вытаскивать… Короче, часа четыре уйдёт.
– Мда, долго. Ладно, оставим, как запасной вариант. Попробуем первым способом. Что делать?
– Встаньте на светящийся пятачок перед монитором и начинайте произносит описательные признаки тела.
«Тела»? Брр… Слова космодесантницы неприятно царапнули по душе. Ладно. Шагнул вперёд, на светящуюся плитку и закрыл глаза. Представил берег океана, камни, запах гниющих водорослей и девушку в кожаном наряде с меховой опушкой, высокий хвост каштановых волос…
– Поиск. Оператор. Станция «Гиперборея», – бесстрастный металлический голос зазвучал, как всегда, откуда-то сверху.
– Женщина… эээ… девушка, тёмные волосы, карие глаза… эээ… ммм… – просипел я почему-то вдруг охрипшим голосом и тут же разозлился на себя. Чего я хочу? Понятно, что искать придётся долго, но я перерою все эти станции, Нати, и найду тебя!
– Возраст? Рост? Вес? Раса? Цвет кожи? – беспощадный голос машины бил вопросами меня по голове.
– Блин, возраст… от двадцати до тридцати… не удосужился узнать, придурок. Цвет кожи белый. Раса европеоидная. Блин, а есть такая? Хрен его знает. Рост? Так. Мой здесь 185 см, я точно помню, Нати чуть ниже. Так, рост оператора 170-180 см. Веса точно не знаю.
– Изначальная точка поиска… пятьсот тридцать семь операторов… исключение по полу… исключение по цвету кожи… Исключение по возрасту… исключение по росту… исключение по расе невозможно, раса определена некорректно, старый термин, блокировка, – голос исчез на несколько секунд, – результат поиска: 17 операторов. Визуализировать?
– Да… – ну его на хрен дальше детализировать, только ошибки плодить. Передо мной на мониторе стали появляться тела с машинным равнодушием демонстрируемые полностью обнажёнными по десять секунд, причём изображения поворачивались вокруг своей оси. Я нетерпеливо притоптывал на месте, хватало одного взгляда: нет, не она, и это тоже не она, чёрт, снова не то.
На плечо легла ладонь Богини:
– Не переживай, мой альв. Ты обязательно найдёшь и обнимешь свою Натиенн. Не здесь, так на другой Станции… – её спокойный голос придал мне уверенности. А изображения уже продолжали крутиться по второму кругу.
– Стоп! – монитор снова стал тёмно-фиолетовым. Я сел прямо на сотовые плиты пола, – повтор поиска! Критерий один: пол – женский!
– Зачем, Эс? – Инфа сделала большие глаза.
– За шкафом! – если Натиенн окажется китаянкой или мулаткой, я это переживу. Но если мужиком…
– Несоответствие пола оператора аватару невозможно из-за дискординации настоек! – шаранг возмущённо всплеснула руками, но я уже не слушал её, внимательно всматриваясь в появляющиеся на мониторе лица и фигуры. Всего триста сорок две…
Мда, этот час дался мне нелегко… Голова гудела, глаза слезились от напряжения. Пришлось скастовать Среднее Исцеление и Очищение, работы был ещё непочатый край. И это было просто замечательно, так как Натиенн на этой Станции не было…
– Демонстрация по поиску на Станции привязки завершена…продолжить поиск… ошибка… отсутствие связи с другими станциями… фиксация протокола поиска.
Стоп. Что там эта железка бормочет?
– Инфа, что там система в конце вещала?
– Поиск завершён. Она показала тебе всех операторов женщин. Просто зафиксировала параметры…
– Нет. Что-то про связь…
– А, ну так при наличии связи с другими станциями она бы переключила алгоритм поиска последовательно на остальные… ёшкин кот! Эс!
– Не выражайся, космодесантник. Почувствую себя нубом в стопятисотый раз, называется…
– Но у нас всё равно нет связи. Для этого нужен как минимум, орбитальный ретранслятор.
– Ха! Но у нас есть орбитальные зонды, Инфа. И у нас целых три специалиста: ты, Сим и Астра. Она же навигатор, если мне память не изменяет? И практика показала, что пират с местными системами на «ты».
– Дядя Артём… я… ты…
– Правильно. Гений. Без кавычек. Фух… Не знаю, как вы девочки, а я уже еле языком ворочаю. А подступаться к проблеме Гергудрун нужно со свежей головой. Каюты у нас все на минус втором?
– Так точно, Первый! – проказница вытянулась в струнку.
– Ладно, хорош выпендриваться, Инфа. Я пойду, упаду минут на триста. Не расхреначте «Гиперборею» без меня…
– Я с тобой, мой альв!
– Ло, я, вообще-то, собираюсь поспать… – тяжело вздохнул я, виновато глянув на едва сдерживающую от смеха шаранг.
– А я спою тебе колыбельную… – я обречённо махнул рукой и побрёл к лестничному колодцу.
Странно, но Богиня действительно не осуществила никаких поползновений по отношению к моему телу, а просто улеглась на соседней койке и, свернувшись калачиком, мерно засопела.
«Вот тебе и колыбельная!» – с небольшим сожалением не успел подумать я, как силы Морфея безудержно затянули меня в омут между жизнью и смертью…
* * *Проснулся в полной темноте почему-то от бешено колотящегося в груди сердца. Едва поднялся с койки, освещение каюты проявилось медленно, давая глазам привыкнуть. Непривычная тишина вокруг напомнила о рассказе Инфы об идеальной звукоизоляции отсеков Станции. Потянулся, до хруста в суставах. Лоос куда-то уже упорхнула. Егоза.
Из чистого любопытства пошарил по единственной свободной стене каюты и очень скоро отыскал скрытую дверцу в небольшой санитарный отнорок с душевой кабиной и маленьким, но отнюдь не белым, другом, тускло сиявшим в уголке потемневшей бронзой. Хм. Или это эстетика у орбитальных инженеров такая? Слава вам, создатели станции! Ностальгия по сантехническим технологиям родной Земли вышибла скупую слезу. И уже в привычном процессе освобождения от скопившихся в организме шлаков кольнула запоздалая мысль о том, что не позаботился о средствах гигиены.
Мда… Гениальный Первый. Эскул Ап Холиен, Его Величество Предусмотрительность, Главный Распорядитель бессмертных. Про туалетную бумагу или её заменитель я и забыл. Даже в инвентаре ничего подходящего не нашлось. В перипетиях последних дней как-то не удосужился… Стоп. Но я же на высокотехнологичной станции. Осмотрелся, наткнувшись на небольшую панель, расположенную на уровне глаз на стене справа. Охренеть. Она больше походила на пульт управления звездолётом из моих детских книжек. Великий Рандом! А вдруг при активации включу какую-нибудь функцию санитарной обработки отсека и меня дезинтегрирует нахрен со всеми остальными микробами и отходами?
Да ладно… С пофигизмом Бессмертного провёл рукой над панелью, как это делала Инфа. Красное свечение панели сменилось на зелёное. Прозвучал мелодичный сигнал хрустальных колокольчиков.
– Голосовое или ручное управление? – мне показалось или машинный голос приобрёл интимные нотки.
– Голосовое… – проблеял я, продолжая восседать на троне. И тишина… Идиотская ситуация. Я рассердился на себя, откашлялся и произнёс:
– Включите функцию биде, пожалуйста, – хорошо, что меня никто не видит. Я замер в томительном ожидании. О боги! Бинго! Да ещё и тёплая вода… а это? Ионная сушка! Охренеть… Какое там Небытие и приключения, магия и драконы? Здесь можно провести всю жизнь. Да здравствует прогресс и тёплые сортиры с умными ватерклозетами!
Настроение скакнуло на небывалую высоту. Я решил опробовать и душевую кабину. Вышел из каюты, как… эээ… Вини-Пух из пещеры Аладдина. Счастливый, но обескураженный. Мёда не нашёл. То есть, душа в нашем понимании там не было, что-то молекулярно-пневматическое, очищающее кожные покровы от отмерших клеток эпидермиса вместе с грязью. По ощущениям кожа была, словно облита латексным гелем. Специфический кайф. Не всем зайдёт. Зато чистый! На крайний случай сойдёт, а так, лучше по старинке, ведром из колодца. Не удержался и поэкспериментировал с Сетом Рагнара Селёдки. После молекулярного душа можно было смело отправляться к какому-нибудь местному герцогу или королю на приём.