Колокольчик для Незнакомки

Пролог

 Были времена, когда я, как и многие мои знакомые, пригонял автомобили из-за рубежа нашей великой Родины, перепродавая их потом на автомобильном рынке в Москве. Это увлекательное занятие приносило мне неплохой доход, требовало частых разъездов, но вместе с этим предоставляло мне уйму свободного времени. Все окружающие тогда называли нас просто гонщиками.

 К той поре я уже вполне заработал на очень приличную трёхкомнатную квартиру по улице Ленинградской в областном центре, качественно отремонтировал её и обставил довольно дорогой практичной мебелью.

 Здесь я проживал со своей любимой женой Алей, красивой, ухоженной женщиной, работавшей учителем географии в одной из городских школ по близости. Большую часть своей жизни общаясь с детьми, она и сама по своим взглядам была большим ребёнком. Её престарелые родители, прожившие вместе с нами до конца дней своих, недавно умерли, и она тяготилась нашей новой квартирой, уговаривая меня продать это жильё. Но я не соглашался.

 Единственный наш ребёнок – сын Вадим, окончил здешнюю гимназию номер пять на «отлично», занимался гиревым спортом, культуризмом и рукопашным боем. Красавец высокого роста, он был весь в маму, слыл главным заводилой в классе, возглавлял юнармейский клуб в своей школе, а потом поступил в военное училище, находящееся в соседнем городе, и два раза в год приезжал погостить к нам во время своего отпуска.

 Одним словом – всё шло своим чередом, и ничего не предвещало беды или безвыходных обстоятельств, указывающих на то, что всё скоро кардинально изменится …

Волшебное слово

Мне нужно было срочно отзвониться Томасу, своему литовскому компаньону, у которого я постоянно покупал машины, чтобы уточнить, какую из машин я заберу: чёрную или серебристую. Но тут вдруг меня осенило: «А что, если я куплю у него обе машины? На одну машину деньги у меня есть! Я их выручил от продажи своей новой «Тойоты» … На вторую машину мне под расписку деньги только что дал Стас! Возьму себе помощником наёмного гонщика из числа тех ребят, которые пока не продали свои машины и сейчас отдыхают дома! Например, Миха Гришин, по кличке Штырь! Он же нормальный и бесхитростный малый, голубоглазый брюнет высокого роста, немного худой и сутулый, но… Видимо, поэтому он и получил такую кликуху – Штырь! Надо бы звякнуть ему».

Вернувшись домой, я набрал Штыря:

– Привет, Миха! Чем занят?

– Здорово! Да, пока ничем. Вечерком с Кузей договорились пивка жахнуть в парке Победы, а что? – бодро ответил Штырь.

– Подзаработать не хочешь?

– Можно! Перегнать что-то надо?

– Ну, да! Такую же тачку, «Матрикс», что у меня на рынке была! Ты видел её?

– Ух, ты! Классное тачило! Когда надо?

– Прямо сейчас! В тринадцать часов, ноль-ноль минут автобус на Смоленск отходит… полтора часа на сборы!

– А как же Кузя? Пиво? – недоумённо промямлил Штырь.

– Придётся выбирать, Миха! Либо потратить деньги, ну, либо их…

заработать! – неумолимо ответил я.

– Ну, я «заработать» выбираю… Двести баксов за перегон, Колян! Таксу сам знаешь.

– Тогда отшивай Кузю! Я жду тебя через час на автовокзале!

Я бросил трубку и перезвонил Томасу, объяснив ему, что беру с собой гонщика и покупаю сразу две машины! Выезжаем мы сегодня и будем у него в Шяуляе завтра к обеду. Мой литовский друг вдвойне обрадовался моему звонку и пообещал в ответ при встрече тоже обрадовать меня одной хорошей новостью…

Встретившись с Михой Штырём на автовокзале, мы купили два билета на автобус в кассе, а потом зашли в буфет и взяли себе на дорожку по паре «Клинского» светлого пива. Дожидаясь на платформе нашего автобуса, я поставил Миху в курс дела: как, где и что мы будем брать в этот раз. Закуривая сигарету, Миха во всём соглашался со мной, то и дело кивая головой.

– Хоть бы не курили здесь, заразы! И так жара, дышать нечем! – ворчливо ругнулась на нас проходящая мимо бабка, плотно гружёная огромными тяжёлыми сумками.

– Да, иди ты отсюда, ведьма! – беззлобно огрызнулся Миха.

– Наш автобус, кажись! – хлопнул я его по плечу, – погнали!

В автобусе, где мы шесть часов, задыхаясь от жары, ехали из Брянска в Смоленск, вместе с нами было ещё несколько наших брянских перегонщиков подержанных машин. Всей гурьбой, дружно перевалив прямо с автовокзала через пешеходный мост, мы оказались на железнодорожном вокзале, активно вступив в ожесточённую борьбу за билетами. Словом, понедельник был одним из тех дней, когда брянская орава гонщиков отправлялась в Литву на закуп машин…

В Смоленске, прямо на платформе, стояла очень незатейливая забегаловка с интригующим и лихим названием – «Башня Веселуха». Потолкавшись у билетных касс и взяв билет в купейный вагон до Вильнюса, мы поспешили туда поужинать.

В «Башне» мы повстречали нашего старого знакомого – Гарика Святкина, одного из наших брянских гонщиков. В рейсовом автобусе его не было, видимо, вскладчину с кем-то он добирался до Смоленска на такси. Гарик Святкин, по кличке Каприз, был чуть выше среднего роста чернявым парнем, выделяясь худощавым симпатичным лицом и большими широкими ладонями. Кличка «Каприз» прикипела к нему намертво. Он был очень самодовольный чувак, не пропускал ни одной юбки, после рюмки, не умолкая, молол языком. Многие за глаза, с усмешкой называли его «Алик». К алкоголизму он, конечно же, никакого отношения не имел, но безумно любил пиво, и пил его в неимоверных количествах.

Как-то раз на автомобильном рынке в подмосковных Люберцах ко мне подошёл двухметрового роста брянский гонщик Семён, по кличке Прапорщик, бывший отставник МВД, с довольно грубыми чертами лица и рыжими короткими волосами. Он поведал мне одну историю про Гарика, который тоже, как и я, был родом с Алтая, и сбежал из Барнаула вместе с семьёй от каких-то там блатных на Брянщину, родину своей жены. Мне тогда пришла в голову одна шальная мысль – подшутить над Гариком.

На следующий день, вовсе не случайно встретив Каприза тут же, на рынке, я неожиданно спросил его:

– Слышь, Гарик! А ты случайно через Антона Петрова на Сулиму не ездил?

Гарик хоть и был изрядно пьян, однако, сделал вид, что он не понял меня, не расслышал моих слов, и со всех ног бросился от меня наутёк! Всё дело заключалось в том, что названная мной улица Антона Петрова однозначно находится в Барнауле, а Сулима – один из самых криминальных районов этого города! Понять сказанную мною фразу мог только житель Барнаула, и Гарик, без сомнения, её понял! Понял и то, что сказать эту фразу мог тоже только барнаулец!

– Коля, блин! Как же ты меня тогда напугал! – громко восклицал Гарик под дикий и пьяный гогот Прапорщика, когда после торгов на авторынке мы вместе ехали домой в микроавтобусе, – я-то уж всерьёз подумал, что тебя за мной послали, пока Семён мне не раскололся!

Прапорщик вскоре внезапно умер от рака лёгких… а на сей раз Гарик был в полном одиночестве.

– Привет, – пожал я руку Гарику, подсев к нему за столик.

– Вы что, вечерней лошадью сюда? – поинтересовался он.

Миха тоже поздоровался с Капризом.

– Ну, да! – ответил он вместо меня и поднял рюмку, чокаясь с ним спиртным.

Мы дружно накинулись на не очень вкусную общепитовскую закусь, сохранившую все качества «совка».

Ночь в поезде, как всегда, прошла беспокойно. То долго не шёл сон, то вагон трясло, словно в судорогах, а под самое утро нагрянули погранцы с таможенниками… сначала белорусские, потом литовские!

Когда мы бодро высыпали на перрон, навязчивые литовские таксисты города Вильнюса стали зазывать нас доехать в любую точку Литвы. Однако все кинулись в обменник, менять деньги.

Я тоже поменял двести долларов на литы, местную валюту, и мы с Михой перешли через широкую улицу на автовокзал, чтобы к обеду на рейсовом автобусе добраться до Шяуляя.

Всю дорогу мы с ним активно отсыпались после бессонной ночи, открывали глаза и вновь крепко дремали, пока не прибыли до места назначения, где на заправке рядом с автовокзалом нас и встретил довольный Томас.

– Ну! Здорово, Неколай! Как добрались? Нормально? – весело спросил он.

– Нормально! – улыбнулся я в ответ.

Он повёз нас к себе домой, где я, пристально осмотрев свои новые автомобили у него во дворе, сполна рассчитался с Томасом, благодарно пожав ему руку.

– А теперь, Неколай, сюрприз! Я обещал… пойдём! – он повёл меня к воротам своего гаража и настежь распахнул их.

Передо мной стояла очень роскошная, лакированная, чёрная машина, вся в спойлерах, с новой резиной на литых колёсных дисках и светло-серым свеженьким салоном!

– Хочешь, я сейчас выгоню её на свет… – Томас запрыгнул внутрь, завёл мягко работающий двигатель и выкатил автомобиль на улицу.

Я долго ходил вокруг машины, восхищённо разглядывая её, поглаживал руками плавные формы, а когда открыл дверцу, из салона на меня пахнуло запахом абсолютно нового автомобиля.

– Ну, как? Неколай! Что скажешь? – гордо спросил Томас.

– Что это… за модель? – удивлённо заикнулся я.

– «Тойота Королла»!

– Да, ну! Королла – маленькая машина! – возразил я ему.

– Эуропейка – это да! А здесь – американец! Смотри, какие тут мощные бампера! И колёса на пять болтов! Задние дисковые тормоза! А у эуропеек сзади барабаны всего, и колёса на четыре болта… Она размером, как «Камри»!

– Ну, «Камри» – это ты загнул, конечно! Но впечатляет, – не переставая восхищаться, я сфотографировал авто на телефон.

– Будешь брать, Неколай?

– Сколько?

– Так же, как «Матрикс», одиннадцать с полтом!

– Бери, Коля, бери… – прошипел мне на ухо Штырь, всё время неотступно следовавший за мной.

– Денег с собой столько нет! – заявил я, сожалея.

– Не надо денег, Неколай! Оставь задаток пятьсот зелёных! И можешь спокойно ехать домой! Ты постоянно берёшь от меня машины, значит, я буду ждать, когда приедешь в другой раз…

– Пятьсот не могу! Боюсь! Мне ещё эти «Матриксы» надо растаможить, вдруг не хватит? – с опаской выпалил я, – давай триста?

– Давай! – мы ударили по рукам, и он загнал машину обратно в свой гараж.

– Всё! Она ждёт тебя, Неколай! – крикнул мне Томас.

Я докинул ему триста долларов задатка, и мы распрощались до следующего раза.

Миха Штырь и я расселись по машинам. Он – в чёрную машину, я сел в серебристую «Тойоту», и мы двинулись на выезд из Шяуляя.

На трассе, километрах в десяти от города, мы остановились перекусить в придорожном кафе. С утра во рту у нас не было маковой росинки, поэтому очень хотелось есть. Я заказал обед на двоих, так как в дороге все траты, расходы на наёмного гонщика, падали на мои плечи, а двести долларов за работу Штырю я должен был заплатить лишь по приезду домой.

За обедом я вслух начал планировать все наши с ним дальнейшие действия по деловой поездке в город Советск для растаможки автомобилей, страховке, ночёвке, заправке и прочей суете.

– Э! Стопэ! Погоди, Колян! – Миха встревоженно уставился на меня, – ты не говорил, что мы будем на Калининград таможить машины! Я же не могу выехать из Литвы на ту сторону, а только обратно, в Беларусь, откуда заехали!

– Почему? У тебя же виза открыта…

Миха Штырь потупил свой взор:

– У меня не виза, а только FTD! Ещё до августа ездить по ней буду! Как открыл её зимой, когда лабусы визы не давали, так вот и езжу по ней до сих пор…

Я завис. Даже есть перестал… Ведь теперь, чтобы выехать обратно на эту белорусскую сторону, а не в Калининградскую область, я изначально должен был у себя на таможне в Брянске, или на таможне в городе Орле оформить ещё и депозит по VIN-номеру автомобиля и положить на него примерно полторы тысячи евро по курсу в рублях, как гарантию того, что мой автомобиль будет растаможен! А если два автомобиля, то и депозиты в двойном размере – по одному на каждый автомобиль! При въезде же на территорию Беларуси необходимо было отметить эти депозиты на таможенном переходе и оформить ввозную декларацию…

– Ты что, Коля, депозиты не оформил? А я-то думаю: как ты так быстро в поездку сорвался? – искренне недоумевал Штырь.

– Да! … Что теперь делать будем? – задумался я.

– Ну, на Кибартай давай рванём! Там выезжать из Литвы не надо! Машины калининградцам отдадим для растаможки… Они в городе Гусеве их и растаможат! Там у меня хороший знакомый есть – Вадим Косенко! По пятьдесят баксов за машину берёт…

– Да, я тоже его знаю, – утвердительно кивнул я.

– Все наши гонщики ему свои машины отдают! Телефон его у тебя есть? – азартно продолжил Штырь.

– Есть-есть… – рассеянно ответил я.

– Ну, вот! Звони! Он и на учёт в ГАИ тебе поставит! Плюс ещё на доверках сэкономишь!

– Хорошо! Давай пообедаем, и я позвоню, – согласился я.

– Только теперь назад возвращаться надо! В Кибартай же через Панивежис ехать будем, – продолжая жевать, заявил Миха.

– Зачем возвращаться? – возразил я Штырю. – Прямо поедем! Через трассу Клайпеда – Вильнюс перескочим до Скаудвиле, а там на Юрбаркас и Вилкавишкис пойдём! В Кибартай налево двинем! Город Мариамполе у нас справа останется, там у хозяйки Марии и заночуем! – эффектно блеснул я знанием местных литовских дорог.

– Точно! – согласился Штырь, – из Мариамполе через Вильнюс до границы даже ближе… Километров на сто пятьдесят!

– Это да! – охотно согласился я.

– Ты звони Вадиму, а я нашей квартирной хозяйке Марии звякну в Мариамполе и займу в её коттедже два места на ночлег!

– Давай! – смиренно согласился я.

После очень сытного обеда я дозвонился нашему общему знакомому Вадиму и договорился о растаможке двух машин. Ну, а Миха снял два койко-места у Марии, и мы рванули в Кибартай…

Уже через два с лишним часа мы подъехали к литовско-российской границе. На погранпереходе было не очень много машин, и мы остановились на парковке возле уютного скверика, где в Кибартае обычно встречались с калининградцами.

– О! Каприз! – удивлённо и обрадованно воскликнул Миха, когда мы вышли из автомобилей.

– Где ты его видишь? – спросил я.

– Да вон, на лавочке с кем-то сидит! – улыбаясь, ответил он, указывая на Гарика, родичем которого был Стас, заказавший мне перегон одного из этих автомобилей.

Я бросил взгляд в сторону, куда указывал Штырь.

– С кем-то? Да это же Стилет! Ваня! – выпалил я.

– Точно! – ещё больше обрадовался Миха, – где бы мы ещё с ними встретились?

– И то верно! Место встречи изменить нельзя! – иронично заметил я, и мы пошли по направлению к знакомым ребятам.

Ваня Стилин, по кличке Стилет, высокий, светловолосый и ладно сложенный парень с голубыми глазами, крючковатым носом и очень коротко стрижеными волосами, тоже был нашим земляком, брянским гонщиком, имевшим высокий авторитет среди нашей бравой братии.

Как выяснилось позже, он тоже ожидал в скверике того момента, когда Вадим Косенко выгонит ему на эту сторону его уже растаможенный автомобиль.

– А вы что тут забыли? – с издёвкой заявил Гарик, здороваясь с нами за руку.

Мы обменялись рукопожатиями с друзьями.

– Таможить приехали! – гордо объявил Штырь и указал на наши «Тойоты», стоящие поодаль.

– Кому вы на растаможку отдавать будете? – устроил нам своеобразный допрос Каприз.

– Вадиму! Кому же ещё? – азартно продолжил давать ответы на его вопросы Миха.

– Э-э! Это я Вадиму сейчас отдаю… – запротестовал Гарик.

– Да? А что у тебя? – полюбопытствовал Штырь.

– Вон стоит! – Каприз указал на внедорожник серого цвета «Хундай Санта Фе», который тоже был припаркован на площадке.

Услышав это, я забеспокоился и набрал Вадима:

– Вадим! Привет снова! Это Николай из Брянска! – я включил свой телефон на громкую связь.

– Привет, Николай! – спокойно ответил Вадим.

– Ты далеко? – поинтересовался я.

– Стою у выезда на переходе… три машины тут передо мной! Выгоняю вашему брянскому гонщику Ивану его ярко-красную «Ауди». Тачка – огонь! А вы прибыли уже?

– Да! Приехали! Так ты ведь сейчас у Гарика Каприза на таможню машину забираешь! А мои две «Тойоты»? Когда ты их заберёшь? – громко спросил я, чтобы мои друзья тоже слышали наш разговор.

– Сейчас выеду и заберу! И у Гарика заберу, и у тебя заберу… Я с собой взял своего брата и племянника! Все три машины у вас заберём за один раз! Не переживай, Николай! – успокоил меня Вадим.

У меня камень спал с души.

– Вот видишь, Колян! Всё будет пучком! – Каприз бросил окурок в урну, – а заночевать где планируете?

– У Марии! – встрял в разговор Миха.

– О! И мы вместе с Гариком у неё ночуем! – Стилет широко улыбнулся и продолжил, – давайте к нам! У нас с Капризом как раз два свободных места в комнате есть.

– Да не вопрос! А ты что, домой сегодня не поедешь? – Штырь удивлённо посмотрел на Ваню.

– Нет! В ночь не поеду! Вот высплюсь, а завтра с утра…

– Значит, жди нас! Мы сейчас машины Вадиму сдадим, и ты нас до Мариамполе довезёшь! – не то с просьбой, не то требуя, высказал свою идею Миха.

– Хорошо! Всё-равно мне Каприза ждать, – равнодушно ответил Стилет.

Так за нехитрыми разговорами мы все вместе дождались Вадима и его родственников, помогавших ему таможить автомобили. Пока мы сдавали ему машины, Стилет ходил кругами, везде совал свой нос, куда его не просят, давая неуместные советы. Они вместе со Штырём перетащили наши походные вещи в его ярко-красную «Ауди» и теперь дурачились, о чём-то весело болтая, пока мы с Гариком были заняты делами.

Наконец, Вадим Косенко с братом и племянником отъехали на наших автомобилях к границе и встали в очередь на выезд. Мы с Гариком тихо подошли к машине Стилета и предложили для начала малость перекурить перед дорогой в Мариамполе. Миха Штырь горячо откликнулся на наше предложение. Мы закурили. А Ваня Стилет, не переносящий запаха сигарет и никогда не куривший, сел в свой наглухо тонированный яркий автомобиль и попытался запустить двигатель. Однако эта его попытка оказалась неудачной, и он попробовал завести машину ещё несколько раз… Тщетно!

Стилет вышел из авто, задрал капот и тупо уставился на покрытое пластиком подкапотное пространство. Ничего в этом не понимая, они стали на пару с Капризом строить различные версии о разных причинах поломки двигателя.

Так продолжалось минут около пятнадцати. Мы со Штырём тем временем выкурили ещё по одной сигарете и тоже ввязались в разговор двух автомобильных знатоков.

– Может дело совсем не в двигателе! – засомневался Миха.

– А в чём ещё? Стартер крутит! Аккумулятор живой! Что ещё может быть? – психовал Стилет.

– Да, тут может быть всё, что угодно! – заспорил Миха.

– Это вы неудачники, Штырь! Пока вас с Коляном не было, всё у нас было нормально! – стал прикалываться Гарик.

– Во! А мы здесь причём? – не на шутку возмутился Миха.

– Ваня! А ты волшебное слово хоть говорил, когда машину свою заводил? – вслед за Гариком над ситуацией решил потешиться и я.

– Какое ещё волшебное слово? – занервничал Стилет.

– Какое слово? Колян у нас – колдун! Он таких «аудюх» целую кучу перегонял, – опять встрял Каприз. – А-ну, Колян! Попробуй! Заведи-ка машину!

– И заведу! Спорим? – взбеленился я, протягивая руку Гарику.

– Нет … машина не моя! Ты со Стилетом спорь! – увильнул он.

– Спорим? – обернулся я к Ване.

– Спорим! На бутылку водки! – согласился Стилет.

– На две! – выкрикнул я.

– Идёт! – Ваня схватил меня за руку, а Каприз разбил…

– Давай сюда ключ! – скомандовал я.

Стилет протянул мне выкидной ключ зажигания от «ауди», и я сел за руль его автомобиля. Плотно закрыв водительскую дверь, я вставил ключ в замок. Провернув его на три положения, но не до запуска, я посмотрел на панель приборов. Все жёлтые сигнальные лампочки на ней зажглись, но затем стали гаснуть одна за другой. Остались гореть две красные: датчик давления масла и лампочка зарядки аккумулятора.

В автомобиле было душно, и я приоткрыл водительское окно. Вдруг я заметил на панели приборов жёлтый моргающий сигнал! Что это? Изображение маленькой машинки, а внизу у неё вместо колёсиков мизерный ключик… Иммобилайзер! Это же встроенная противоугонная система «фольксваген-ауди»! Лампа должна была погаснуть! Моргнуть несколько раз и погаснуть… Но она не погасла! Я выключил зажигание и потом снова резко включил его… Однако лампочка иммобилайзера продолжала моргать, и не гасла. Я осторожно включал и выключал зажигание… Сто, двести раз, уже и не помнил сколько. И вдруг обнаружил, что лампа, моргнув, как положено, три раза, на мгновение погасла, но потом опять начинала моргать! Видимо, в системе где-то пробило контакт, или перемкнуло провод. А что, если после третьего раза, именно в это мгновение резко попробовать запустить двигатель?

Прошло уже больше двадцати минут времени… Мои лихие друзья нетерпеливо ходили вокруг машины, заглядывали в узкую щель оконного стекла и без конца интересовались: что я там так долго колдую? И когда, наконец, я заведу автомобиль?

Но я не отвечал! … Я сосредоточенно уставился в яркую панель приборов… Я решился! Аккуратно включив зажигание и выждав три моргания лампочки иммобилайзера, я громко крикнул:

– Опп! … Твою мать! – и, уловив тот самый миг, когда она на мгновение погасла, резко повернул ключ на старт!

– Рррррр! – зарычал двигатель, и машина завелась…

Я, как ни в чём не бывало, гордо вышел из-за руля, а мои бравые товарищи, вытаращив глаза, смотрели в недоумении на меня, как на чудотворца…

– Коля! Как ты это сделал? – недоумевая, запричитал Стилет.

– Ну, ты даёшь, Колян! – улыбался Миха Штырь.

– Я же говорил, что он – чёртов колдун! – громче всех заорал Гарик, – и ты хочешь сказать, Колян, что «Опп! … Твою мать!» – это твоё волшебное слово?

– Как ты это сделал? – раз за разом повторял Ваня.

– Секрет! С тебя два пузыря! – улыбнулся я ему.

– Какой вопрос! Конечно! – радости Стилета не было предела.

Он навалился на меня всем телом и стал благодарно обнимать, безудержно хлопая по шее и плечам своими огромными ручищами.

– Хорош, братва! Погнали! А то все магазины в Мариамполе закроются, – скомандовал Гарик.

Мы радостно расселись по своим местам и помчались через Вилкавишкис в соседний городок на ночлег к хозяйке Марии.

Стилет притормозил на парковке перед гипермаркетом «Норфа». Раньше он назывался «Саулюс», значит – «Солнечный». Располагался он на улице Гедимино, дом один, на выезде из Мариамполе в сторону Вильнюса. Мы зашли туда за продуктами к ужину, а Стилет остался в машине, так как побоялся глушить двигатель, опасаясь, что снова не сможет запустить мотор.

Мы справились быстро, и Ваня нас с ребятами довёз до дома Марии на улице Клайпедос, дом семнадцать, находящейся рядом, а сам на платной автостоянке возле гипермаркета оставил свою машину на ночь и побежал туда в отдел продажи алкоголя за проспоренным спиртным.

Приняв по очереди горячий душ с долгой дороги, мы наспех приготовили себе нехитрый ужин, а тут и Стилет подоспел с двумя пузырями водки. После первой же рюмки завязалась оживлённая беседа, и Ваня спросил меня:

– Колян, колись, как ты завёл мою машину?

– Не говори, Коля! – азартно крикнул слегка захмелевший Миха Штырь.

– Колись! Ты обещал! Я же проставу уже выставил! – наседал Стилет, – я на стоянке сейчас попробовал! Она опять не заводится…

– Опять? – удивился Каприз, – слушай, дело серьёзное!

– Да! Шутки в сторону! – согласился я. – Ваня! Тебе с утра домой ехать нельзя! Да и не заведёшь ты свою красавицу! Там же у тебя иммобилайзер мозги парит!

– А что там с ним может быть? – не унимался Каприз.

– Да, что мне делать-то? – растерянно спросил Стилет.

– Завтра утром едешь к электрику! Я дам тебе визитку. Тут недалеко, на улице Васарос… Он хорошо в электронике шарит, прозвонит тебе противоугонную систему…

– Да у меня тоже хороший электронщик есть, Ваня! Завтра вместе поедем, не переживай! – начал успокаивать Стилета Гарик.

– Ну, как хотите, – с облегчением выдохнул я.

– Тем более, что завтра почти весь день свободный! Машины мы ведь только к вечеру заберём, – продолжил Каприз.

– И всё-таки, как мне её теперь завтра утром завести? – не переставал волноваться Стилет, – а, Колян? Что скажешь?

– Или с нами тогда утром пойдёшь! Заведёшь! – встрял Гарик.

– Была нужда рано вставать, – я недовольно скривился.

– Колян! Блин! Помогай… давай! Говори своё волшебное слово! – то ли требуя, то ли умоляя, воскликнул Стилет.

– Хорошо! Попробуй сделать так: включи утром на холодную зажигание и считай, пока лампочка иммобилайзера моргнёт три раза! И не жди четвёртого – сразу резко запускай двигатель!

– Понял… – вкрадчиво произнёс Стилет.

– А если заведётся, то и ремонтировать не надо! – задорно вставил Каприз, – вот тебе и весь секрет! Будешь всё время так заводить машину… только волшебное слово не забывай говорить!