- -
- 100%
- +
Пролог
Милана
Захожу во двор и со вздохом поставлю на снег тяжеленные сумки. Толкаю калитку плечом, сумки оттягивают руки, пальцы ноют. Одно желание: скорее бы оказаться дома.
Дети вцепились в моё пальто, хнычут от усталости. Дорога была длинной – поезд, автобус, пересадка в такси. И в довершение всего мы с малышами шли пешком по скользкой тропинке, так как машина заглохла на подъезде к поселку.
Назар не смог нас встретить, и этот факт пронизывает сердце сильнее, чем холодный ветер.
– Мамонька, мы дома? – тихо спрашивает Миша, поднимая на меня глаза.
– Дома, – отвечаю, подбадривая его улыбкой, хотя внутри всё сводит от напряжения.
Калитка легко поддалась, а во дворе нет никого. Дорожки едва расчищены от снега, и пройти можно с трудом.
– Ой, паду! Паду, мамотька! – смеется крошка Олеся, заваливаясь на бок в сугроб, выросший на клумбе. Я поднимаю малышей и ставлю их на ноги.
За нами идет верный спутник – наш пес Тедди. Дети на минуту отвлекаются и снова падают в снег…
Ставлю сумки на пол в прихожей и разгибаю спину, ощущая покалывание. Устала.
Дом нас встречает тишиной. Обычно здесь кто-то есть, но на праздники Назар отпустил всех домой. Муж хотел, чтобы мы провели Новый год с детьми, в нашем загородном доме.
– Мама! Там елка! – восклицает Миша, прикладывая руки к раскрасневшимся с мороза щекам.
– Где?! Я тозе хоцу! – бежит за ним, топая ножками, младшая сестра.
Только успеваю снять с них куртки, шапки, запорошенные снегом, как детвору уже не удержать.
На секунду хочется улыбнуться, но запах в доме сбивает с ног.
Я снимаю пальто, разуваюсь и медленно иду в гостиную.
Но в доме что-то не так.
Сердце сжимается.
Откуда-то тянет дешевыми ароматическими свечками и… какими-то чужими духами. Тяжёлыми, сладкими, совершенно не моими.
Дети кружат возле нарядной елки, а я вдруг слышу звук, от которого мгновенно напрягаюсь. Женский голос. Наверху, на втором этаже.
– Тедди, ко мне, – говорю моему защитнику.
Пес послушно встает рядом и семенит за мной по лестнице.
Поднимаюсь и голос слышен четко. Женский, звенящий, слишком громкий. И он доносится из нашей с Назаром спальни…
Меня как магнитом тянет туда. Шаги тихие, осторожные. Я боюсь увидеть то, что увижу.
– Любимый, ты лучший! Ты так меня балуешь! Я тоже приготовила для тебя сюрприз.
Я останавливаюсь, стараясь дышать ровно. Голос продолжает со страстным придыханием…
– Я надела только твой подарок. Я тебя отогрею после твоей фригидной клуши. Хочу, чтобы ты целовал меня так, как только ты можешь. Я хочу тебя, Назар!
Глава 1
Милана
– Я надела только твой подарок. Я отогрею тебя после твоей фригидной клуши! Твоя жена не такая горячая как я, да котик? – слышу тайный разговор мужа, и сердце сводит от боли.
Посреди нашей спальни стоит голая блондинка, которую я не знаю.
Молодая, ухоженная. Волосы идеально уложены, ногти сверкают. На ней короткий атласный халатик, больше похожий на ночнушку.
Она в высоких ботфортах, одна нога закинута на подлокотник моего любимого бежевого дивана. В руках бокал вина.
На полу стоят зловонные свечки, валяется мой белоснежный плед, скомканный, будто это её вещи, её диван и ее дом.
А в ушах у нахалки блестят мои серьги, которые муж заказал для меня на Новый год. Я узнала дорогое украшение, так как видела заказ только вчера, случайно. А сегодня мой подарок на другой…
И она позирует перед моим Назаром…
Секунда – и халат летит прочь на пол. Девушка крутится, поглаживая себя, а я цепенею от ужаса и боли.
– Тебе нравится? – томно закатывает глаза.
– Неплохо, – бросает Назар.
Резко распахиваю дверь, а она нагло извивается перед моим мужем.
– Это все для тебя, любимый. Я жду тебя на нашем месте. Дома…
– Что? Что-то со связью… – раздаётся вдруг голос Назара, будто из-под толщи воды.
Я вздрагиваю.
Его лицо появляется на экране ноутбука, который стоит перед этой… женщиной. Она разговаривает с ним по видеосвязи. И картинка зависает.
Назар, как всегда, идеально выглядит: дорогое пальто, под ним строгий костюм, который сидит на нем, как вторая кожа, белоснежная рубашка, чуть растрёпанные волосы, уверенный взгляд.
Таким Назар всегда был – мужчина, который может покорить любую.
Высокий, статный, с королевской осанкой. Его черные, словно воронье крыло, волосы всегда аккуратно уложены, а легкая щетина добавляет брутальности и строгости. Густые брови обрамляют его кристально голубые глаза – взгляд, который одновременно завораживает и проникает в самую душу.
И я всегда думала, что мне повезло с моим мужем. И думала, что Назар любит меня…
– Котик, это кто? – ошарашено спрашивает блондинка, глядя на меня.
Смотрю на ту дрянь, которая влезла в мою семью.
Она похожа на меня. Только моложе, не обременена домашними заботами, нет у нее детей. Она легкая, манкая… Но я здесь хозяйка, а не наглая незнакомка.
Экран ноутбука тухнет, и суровое красивое лицо Назара исчезает, как фантом.
Наши взгляды перекрещиваются. Тедди дергает поводок и тихо рычит, видя чужака в нашем доме.
– Я жена Назара. Это мой дом и мои серьги. Быстро собралась и исчезла отсюда! – накручиваю на руку поводок.
Меня будто накрывает волной гнева.
– Я – Лера, любимая женщина Юнусова, – отвечает она, закатывая глаза. – И Назар сказал, что я могу пожить здесь.
– В моём доме? – голос срывается, я уже не могу сдерживать эмоции. – В доме, где живут мои дети?
Она пожимает плечами, словно это ничего не значит.
Наш брак разбивается вдребезги об измену моего любимого. Я не могу дышать, но не покажу блонде, что муж ударил меня в самое сердце, выбил почву…
– Я давно хотела поговорить с вами. Это вам нужно уйти! У нас с Назаром страсть, любовь! А с вами он живет из жалости! Он заслуживает лучшую женщину, а не бледную моль в домашнем халате, – кивает мне наглая гостья.
Эти слова – последняя капля.
Нервы в клочья разорваны. В груди ненависть к тому, кого любила больше жизни, кому отдала лучшие годы, и пожирающая душу пустота.
– Тедди! Фас! – командую псу, спуская моего “малыша” с поводка…
И наш золотистый ретривер с грохотом влетает в комнату и несется, как бронепоезд, на блондинку в трусах и ботфортах.
Пёс моментально начинает обнюхивать Леру, рычит, а потом резко подпрыгивает, пытаясь ее обслюнявить! Он добрый, но рычит злобно и пугает хамку до паники!
– Ты что, спятила?! Убери! Убери-и-и-иии! – визжит она, спотыкаясь и падая.
– Это мой дом, и пёс здесь хозяин, как и я! Серьги сюда и проваливай! – кричу на нее, добавляя ругательства.
Она хватается за уши, почти срывает серьги, и бросает на меня злобный взгляд. Бокал с красным вином из нашего бара теперь валяется на белоснежном ковре.
– Ай! Грязное животное! Убери ты его! – продолжает визжать.
Звукоизоляция у нас в спальне отменная. Назар специально заказывал отделку комнаты с максимальным подавлением шума для наших бурных, горячих ночей.
Мы с мужем отдалились, погрязли в рутине и в заботах, но теперь видно, чему Назар уделяет время…
Низ живота сжимает тугой спазм.
Это с ней он хотел заниматься любовью в нашем доме, а не со мной!
Кого мой муж привел сюда, пока я с детьми была у мамы?
Глава 2
Милана
Лера хватает с дивана свою шубу и кое-как напяливает ее на голое тело, убегая со всех ног из моего дома в одних стрингах и сапогах.
Я быстро спускаюсь по лестнице за ней, забыв накинуть пальто. Лера бежит по снегу, спотыкаясь и падая, прочь от нашего дома. Лишь на минуту она останавливается.
– Назар все равно будет моим! Детьми своими… больными… ты его не удержишь! – бросает, ощетинившись, как драная кошка.
Девушке в голову летит снежок, который скомкала в руках наспех. Лера вскрикивает.
Но этого мало за гадкие слова, и за то, что позарилась на чужого мужа.
Тедди несется за ней следом, а Лера верещит от страха…
Она скрывается за поворотом.
Там стоит ее машина, дальше проехать стерва не смогла.
Как и я с малышами, она шла пешком по гололеду. А дверь моего дома ей кто-то любезно открыл…
Тяжело дышу, глотая промерзший воздух.
Мой золотистый ретривер возвращается с «добычей» в зубах.
Видимо, Лера уронила свои вещи, которые наспех похватала в доме.
В пасти у Тедди блестящая тряпка – маленькое коктейльное платье в пайетках.
– Тедди, ко мне, малыш! Домой! Брось эту гадость! – загоняю пса, и плотно закрываю ворота на замок.
Обхватываю себя руками, войдя в дом.
Грудь спутывает словно железной проволокой.
Мысли в голове бегут чередой. Она с ним видимо давно и в курсе многого, что происходит в нашей семье…
Тело сводит и бьет ознобом, но не от холода.
Мне словно нож в спину вонзили и провернули, настолько больно.
– Мамотька, а кто эта тетя? Поцему она убизала? – хлопая длинными черными ресничками, говорит мой ангелок, моя Олеся.
Миша будто не обращает на произошедшее внимание и что-то мастерит у елки. А Олесе все любопытно.
– Мам, кто она? Где ее платюшко? – нежным голоском спрашивает моя девочка.
– Это плохая Снегурочка. Она была в платье, только в очень коротком. А я ее выгнала, зайка. Сказала, что Снегурочка не должна входить в дом, пока не пробило двенадцать, – выдыхаю, сочинив такое, что и в голову не влезет.
Дышу рвано. Глаза жжет от слез.
Я готова убить Назара! Что он творит вообще?
Мне приходится одной рассказывать детям небылицы, чтобы хоть как-то объяснить присутствие его любовницы в нашем доме.
Он ведь знал, что я приеду сюда с детьми.
– Мамотька, Снегулка плинесла подалки. Идем, – Олеся берет меня за руку.
Иду за малышкой на деревянных ногах. Неужели, сюрпризы еще не закончились…
У елки с игрушками возится Мишенька.
Облегченно выдыхаю, увидев у сына в руках его старые игрушки. А рядом с елкой и правда стоят какие-то пакеты.
– Мам, там что-то чужое, – говорит мне сын, показывая пальцем.
Я беру яркие подарочные пакеты с логотипами известных брендов и заглядываю внутрь.
Морщусь, словно увидела что-то вопиющее… Так и есть.
– Малыши, поиграйте здесь пока. Я должна убраться наверху, – обнимаю их, откинув в сторону мерзкие подарки любовницы Юнусова.
– Мамонька, но сколо праздник! – восклицает мой сынок.
– Да, малыш. Но мы давно не были дома. Тут грязно, – говорю, трогая его темные волосы, которые вихрятся на макушке.
– Хорошо, мы поиглаем, – Миша смотрит на меня голубыми глазами Назара и послушно садится на ковер, протягивая сестренке Олесе игрушку.
Дети не понимают, о чем я.
Я рада, что они не стали трогать яркие "кульки" и копошиться там…
И не увидели всего, что там лежало.
Сгребаю все и сразу несу в мусорный бак, через кухню.
В одном пакете я обнаружила товары из магазина для взрослых.
Лера привезла с собой съедобное белье.
Я едва держусь. Истерика от осознания, что они здесь планировали, пробирает и бьет, как электрошокером.
Мой муж оказывается гурман и эстет не только в еде.
И все вокруг кричит о том, что Назару в сексе очень не хватает разнообразия. И мой муж дико голоден…
– Вот гадина! Нужно было накормить ее всем этим, – рвется из губ, когда думаю о Лере.
Перед тем как выбросить все, заглядываю в другой пакет.
Лера неплохо знает моего мужа.
И… Я снова шокирована.
В пакете лежат эксклюзивные запонки.
Они сделаны на заказ, индивидуальный дизайн, статус, все что так любит Юнусов.
Дрожащими пальцами открываю коробку, и рука непроизвольно взмывает вверх, к лицу.
Запонки полностью повторяют зажим для галстука, который Назару подарили подчиненные примерно месяц назад…
– Это она. Сколько длится их связь?! – риторический вопрос застревает в груди и жалит, как пчела.
Правду я не узнала бы. Если бы не случай.
Чувствую, как бессилие и усталость после трудного переезда, смеются на гнев.
Я готова крушить все, что попадается мне под руку!
Швырнув в мусорный бак пакеты с подарками для моего неверного мужа, я возвращаюсь в дом…
Иду наверх. В моей спальне следы, которые оставила драная Лера.
Окидываю взглядом все: постель смята, плед валяется на полу, тут же ее халат, остатки тлеющих свечек…
На белоснежном ковре алые пятна от вина, следы от грязных ботфортов, где она только эту грязь нашла!
Соперница словно потопталась по моей душе, наследила в самых сокровенных уголках…
Хочется отчаянно вымыть здесь все, с самой жесткой химией, чтобы вытравить ее запах, ее присутствие.
Я бы с удовольствием вызвала клининг, но тридцать первого января это нереально!
Никто не приедет в закрытый загородный поселок, к которому из-за снега просто не пробраться.
Но я не могу оставить все так, не хочу быть здесь…
И уехать за несколько часов до Нового года не получится.
Я срываю белье с постели, остервенело тяну ковер руками.
Он тяжелый, поддается с трудом, но во мне столько силы взялось из неоткуда.
– Мама делает лемонт! – смеется Олеся, увидев меня из гостиной с огромным ковром наперевес.
Я вытаскиваю его в холл, потом в прихожую, накидываю пальто и… не выдерживаю.
Слезы льются градом из глаз.
Лера права, наш сын не здоров, я замоталась с детьми, а Назар…
Опускаюсь на пол и упираюсь лбом в стену.
Глотаю воздух.
Плачу, закусив щеку, чтобы не пугать детей.
И тут слышу звук открывающейся входной двери.
Потом – тяжелые шаги, звук топота в маленьком коридорчике, такой, как будто сбивают снег с обуви.
Двери открывает Назар и видит меня с проклятым ковром, сидящую на полу, зарёванную и раскрасневшуюся.
– Что случилось? Почему ты тут сидишь? – спрашивает муж.
И видя мои заплаканные глаза он останавливается напротив, словно считывает тот ураган, который бушует в меня в сердце в эту минуту.
Упираюсь в его равнодушный, холодный взгляд.
– Ты мне изменил. Как ты мог? С ней, в нашем доме?! – говорю ему в лицо.
Назар окидывает меня взглядом, минутно молчит и…
одним рывком поднимает меня с пола, прижимая к себе.
Оказываюсь в сантиметрах от его лица и чувствую аромат его парфюма, свежий, он пробивается нос и дурманит.
– Нечего сидеть на полу. Здесь холодно! Зачем таскаешь тяжести? – произносит муж.
Следом, как пушинку, Назар поднимает ковер с пола, который я едва дотащила сюда.
Но я не могу успокоиться.
Он ведет себя как будто ничего не случилось!
А час назад он рассматривал голую Леру по видео и собирался здесь, с ней…
– Почему ты не стала ждать водителя? Что за самодеятельность?! – жестко высказывает мне муж, будто это я виновата.
– Назар, ты о чем?! Ты сам сказал, что не приедешь к нам на Новый год! Ты же собирался с ней встречать, здесь! Зачем мы тебе! Ты просто отделался от меня и детей, чтобы не мешали тебе!
Пес Тедди подлетает к своему хозяину, и тут же становится не большущим псом, а маленьким ручным щенком.
Тедди виляет хвостом, падает на лапы, ластится и трется о ногу Назара.
– Милана, чтобы больше такой херни не было! Тедд, дети… Какого черта ты тащила чемоданы сама, отвечай?! – он уходит от темы, а я сейчас взорвусь!
– Ты просто… Просто чудовище! Назар, здесь была твоя любовница! Она сама все рассказала! Как ты посмел притащить ее в наш дом? Неужели нельзя свою шлюху…
Взгляд Юнусова становится ледяным, он сморит на меня, и слова стынут на губах.
– Успокойся, Милана, – его взгляд проходится по моему лицу, в глазах вспыхивает огонь.
– Я молчать не буду… – только успеваю сказать, как детский смех наполняет холл.
– Папотька! Мой папа любименький плиехал! – кричит Олеся и бросается к Назару на руки.
Следом за сестрой бежит Миша, он цепляет большую ладонь отца и ныряет к нему поближе. Назар поднимает и его на руки.
– Любимые мои, как вы? Я так скучал, – говорит муж, с любовью глядя на наших детей.
Я не знаю, что думать, что говорить.
Все внутри переворачивается.
– Милана, что ты стоишь? Пойдем, у нас скоро будут важные гости.
– И плаздник тозе будит? – Олеся трет маленькой ладошкой щетину Юнусова.
– И праздник будет, принцесса, – спокойно говорит мой муж-предатель....
Глава 3
Милана
Гости скоро будут… Которых я не ждала и не знала, что мы будет встречать новый год не одни.
– Я не буду ничего делать. Нет, Назар! – качаю головой, ожидая самой резкой реакции мужа.
Слово «нет» он не терпит.
Назар говорит детям, чтобы поиграли, пока он не переоденется и не спустится к столу.
В его глазах бушует буря, но при детях он не повышает голос.
Немое противостояние длится не больше минуты, спасает ситуацию наша соседка.
Женщина появляется за окном и улыбается мне, подмигивая. Стучит осторожно в стекло большого окна и просит открыть ей двери.
– Хватит сыпать ультиматумами. За тебя уже все приготовили, Милана. Открой двери Тамаре Николаевне, – Назар жестом показывает на входную дверь.
Муж раздраженно встряхивает свое пальто, и уходит в спальню, взяв свою дорожную сумку…
Тамара будто бы с первых минут все понимает.
Она аккуратно ступает в холл, словно это минное поле. Так и есть. Мой дом не мой.
– Миланочка, как вы? Вы были в кухне, видели? – тараторит женщина.
Она помогает мне по хозяйству, и в зимнее время присматривает вместе со своим мужем за нашим загородным домом.
– Нет, я еще там не была. Точнее, была, но когда шла к мусорным бакам на заднем дворе, – говорю ей, провожая ее в кухню.
Тамара повар.
Очень хорошо и вкусно готовит.
И она меня сегодня действительно спасла.
Вот только я не жду гостей, не готова к тому, что в доме будет кто-то еще. Тем более после того, как здесь побывала эта потаскуха Лера.
Тамара Николаевна открывает холодильник, который сейчас даст фору любому самому дорогому ресторану.
Все выглядит красиво, вкусно, но аппетита нет совсем.
И я просто осматриваю блюда для застолья, на которое меня, судя по всему, не ждали!
Муж решил все за меня.
И… теперь думаю, что Назар вовсе не хотел, чтобы я приезжала…
Тяжелый ком подступает к груди.
Тамара видит, что мне плохо, но не может не выполнить просьбу Назара. И объясняет мне, что и как подать к столу.
– Миланочка, здесь все, как заказал Назар Русланович. Рыба, мясо, салаты из языка, креветки, две нарезки. Видимо, гости не простые. И я честно старалась. С мидиями было сложнее всего, но спасибо доставке. Помогли. Я очень хочу, чтобы вам все понравилось. У гостей нет аллергии?
– Я не знаю. Вроде бы нет. Спасибо, Тамара Николаевна. Все как всегда на высшем уровне, – мотаю головой.
Я, черт возьми, даже не знаю сколько человек придет на ужин. И Тамара не в курсе. Готовила на шесть персон, по заказу Назара. Больше ничего не знает…
– Ага. Ну, думаю все пройдет хорошо. А что на улице делает ваш ковер? Он там сбоку, стоит, столбиком, – говорит Тамара.
– Мы только приехали. Я решила убраться. Назар выставил его из дома, – говорю, поправляя прядь волос и тут меня осенило. – Тамара, скажите, здесь был кто-то утром или днем?
Окна ее дома выходят прямо на наш двор. Она точно видела, как здесь шастала любовница моего мужа.
– Нет. Я приготовила все утром, принесла. И ушла, заперев калитку. Как обычно, – отчитывается.
У Леры были свои ключи.
И… все и так ясно стало. Без подробностей.
– Вы можете присмотреть за детьми? – спрашиваю у нее.
Тамара соглашается, говорит, что накроет стол пока будет ждать меня.
Она очень добрый человек, безотказно все выполняет и очень помогает мне.
Я благодарю ее и срываюсь с места, бегу на второй этаж.
С Назаром у нас будет разговор.
Хочет мой муж или нет.
****
Я поднимаюсь по ступенькам, Юнусов переодевается в ванной, которая примыкает к нашей спальне.
Дотрагиваюсь до ручки двери и останавливаюсь.
Назар стоит в ванной, почти разделся, чтобы душ принять. Он разворачивается в пол оборота, смотрит боковым взглядом холодных голубых глаз в мою сторону.
Слова зависают.
Смятение пробирается в душу.
Обида на мужа разливается по венам ядовитой отравой.
Я никогда не перечила мужу. Никогда не показывала характер. Да и не было повода. А сейчас…
– Ты что-то хочешь сказать? – спрашивает муж, повернувшись ко мне.
Он расположился в дверном проеме, закрыв его полностью.
Я сглотнула.
Давно не видела Назара без одежды.
Раньше меня его вид заводил в секунду. Один его запах действовал на меня, как самый мощный афродизиак.
А теперь не знаю: мой ли муж передо мной?
Он чужой. Смотрит на меня уже не так…
Заставляю себя собрать всю смелость и высказать мужу.
– Назар, хватит делать вид, что ничего не произошло! Кто к нам едет? Почему ты не сказал мне? Ты собирался здесь с какой-то шлюхой принимать гостей? – почти кричу.
– Я могу хотя бы принять душ. Или ты тоже хочешь со мной, м?
Улыбается уголками губ, приходясь по моему лицу своим обжигающим взглядом.
– Нет, не хочу. После нее брезгую! – фыркаю в лицо мужу.
Да как же так можно просто взять и делать вид, что ничего не происходит!
И наматывать мои нервы на кулак, будто я не человек, а функция. Жена, мать, а не та Милана, которую он любил когда-то…
– Тогда иди и накрой на стол, Милана! Твое дело быть хозяйкой, а не вздорной истеричкой. Успокойся, еще раз повторяю, – гневно рыкает, оскорбленный моим отказом.
Он говорит так, что предупреждение последнее.
И дальше будет грандиозный скандал.
– Как давно ты спишь с ней? – спрашиваю ломающимся голосом.
– Это имеет значение? Тебе заняться нечем? Приведи себя в порядок лучше. Ты стала бледной копией себя, Милана, – бросает, стягивая брюки....
Глава 4
Милана
Муж меня не стесняется, снимает боксеры, показывая свое мускулистое бронзовое тело.
Назар брутальный, притягательный.
В нем чувствует стать, порода, настоящий мужчина, который вызывает у женщин желание и восторг.
Я понимаю Леру, которая готова была драться со мной из-за Юнусова.
Он всегда идеально одет, будь то деловой костюм или небрежно расстегнутая рубашка.
Каждая деталь его образа кричит о статусе и вкусе: дорогие часы на запястье, безупречно подобранный галстук или кашемировое пальто. Его движения плавные и уверенные, голос – глубокий, с хрипотцой, которой невозможно не заслушаться.
Я смотрю в зеркало на себя.
Последние месяцы дались сложно.
Я ездила с Мишей по больницам, потом заболела Олеся.
Но у дочери был вирус, а у сына… все намного серьезнее.
Я растворилась в детях, забыв о себе. Забыв о Назаре.
Из зеркала на меня смотрит женщина, с темными кругами под глазами от бессонницы, с пучком собранных волос, вместо светлого роскошного водопада, который так любил мой муж.
Перевожу взгляд на любимого мужчину, которого не знала совсем.
Но едва ли я могу строить из себя королеву, когда ранена в самое сердце.
– Я плохо выгляжу из-за сына, Назар. Мне некогда красоваться, – шиплю, как затравленный зверь.
– Я сделаю все, чтобы Мишу вылечить, – говорит с жаром мой муж.
Не могу держать эмоции. Они выплескиваются потоком грязных слов.
Сердце сжимается.
– Почему ты не можешь прямо сказать, что нашел другую? Давай все решим! Давай разведемся, – сбивчиво говорю, стараясь держать голову высоко.
Назар обычно не говорит много, но тут я получаю за то, что полезла к нему.
– Что я должен сказать тебе?! Я вернулся с переговоров, заключил договор на поставку оборудования, улаживал наши семейные вопросы, а ты мне просто выносишь мозг, Милана! Хватит меня провоцировать, твою мать, – его громовой голос раздается над головой.
– Как ты посмел впустить ее в дом? Дети все видели! Твоя подстилка бежала отсюда, сверкая голым задом!
– Я должен за нее переживать, не пойму? Ты уже за меня все решила? Кого я трахал и в какой позе уже представила? – подходит вплотную, оборачивая полотенце вокруг мощных бедер.
Я не дышу рядом с ним.
Кислород будто кто-то выжег из легких.
– Твоя Лера мне все сказала! Она хочет, чтобы ее целовал! Хочет тебя! Она ждала тебя в нашем доме! Я сама видела, как ты пялился на голую девку в моих сережках, которые заказал для меня на Новый год. И контракт ты подписал еще день назад, а мне соврал, что занят! Лишь бы я не явилась сюда, а поехала в наш дом! – качаю головой.